ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-2364/2024, 18АП-2496/2024

Дело № А07-23202/2019

26 апреля 2024 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 апреля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 апреля 2024 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Матвеевой С.В., 

судей Журавлева Ю.А., Поздняковой Е.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Клочкович С.А., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.12.2023 по делу № А07-23202/2019.

В судебное заседание явился представитель ФИО1 - ФИО3 (паспорт, доверенность).

 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Тарасовскнефтегазстрой» (далее – ООО «ТНГС», должник) конкурсный управляющий ФИО4 обратилась в арбитражный суд с  заявлением о привлечении ФИО5, ФИО1, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.12.2023 (резолютивная часть от 13.12.2023) заявленные требования конкурсного управляющего удовлетворены частично: привлечены солидарно ФИО1, ФИО2, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; с ФИО1 В.М., ФИО2, ФИО5 солидарно в пользу ООО «ТНГС» взыскано 83 048 182,89 руб. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано. 

Не согласившись с принятым судом определением, ФИО1, ФИО2 обратились с апелляционными жалобами. 

По мнению ФИО1, само по себе наличие статуса контролирующего должника лица не является безусловным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности. При решении данного вопроса необходимо исходить из того, что к субсидиарной ответственности могут быть привлечены только те лица, действия которых непосредственно привели к банкротству должника, необходимо устанавливать вовлеченность каждого конкретного ответчика в совершение вменяемых сделок применительно к каждой из них.  В распоряжение временного управляющего, а впоследствии и конкурсного управляющего руководителем должника в 2013-2014 годах была передана вся финансово-хозяйственная и бухгалтерская документация, на основании анализа которой им был сделан вывод о наличии объективного банкротства и отсутствии фактов преднамеренного вывода активов должника. Указанные выводы были проверены судом в рамках дела № А07-20502/2013 и не были опровергнуты, в том числе и кредиторами, в числе которых был и конкурсный кредитор ФИО6  В течение 2013 года должник осуществлял деятельность на имевшихся запасах и производил погашение текущей и ранее образовавшейся кредиторской задолженности. В результате вся имевшаяся задолженность перед сторонними кредиторами должником была погашена, включая расчеты с бюджетом, о чем свидетельствует реестр требований кредиторов в настоящем деле. Однако в течение 2013 года продолжилось накопление задолженности по арендной плате перед аффилированными кредиторами.  В третью очередь реестра требований фактически включено требование единственного кредитора ФИО6 с размером требования 24 661 487,42 руб., в том числе: основной долг 15 963 907,13 руб. и 8 967 580,29 руб. - проценты за пользование чужими денежными средствами, индексация за несвоевременное исполнение обязательства за период с 2013 по 2018 г.г. и судебные расходы. В данном случае факт причинения вреда кредитору отсутствует, поскольку со своей стороны он ничего не предоставил должнику взамен получаемых от него денежных средств.  Механизм расчётов и передачи требования, установленный договором цессии, позволил ФИО6 одновременно быть кредитором ООО «ТНГС» и оставаться в статусе кредитора ЗАО «ГРАНТ», следовательно, получать от него исполнение требования, передача которого обещана ООО «ТНГС» после получения от последнего оплаты. Ответчик ФИО1 полагает, что судом неверно определен размер субсидиарной ответственности в сумме 83 048 182,89 руб. как совокупный размер требований всех кредиторов, включая требования заинтересованных по отношению к должнику кредиторов. На основании изложенного апеллянт просил отменить определение от 27.12.2023 о привлечении солидарно ФИО1, ФИО2, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Тарасовскнефтегазстрой», принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

 ФИО2 считает, что суд первой инстанции ошибочно посчитал, что срок привлечения к субсидиарной ответственности не истек, ошибочно применил п. 5 ст. 61.14 Закона о банкротстве (в редакции настоящего времени).  В данном случае возбуждение настоящего дела о банкротстве (второго по счету) не влияет на исчисление срока исковой давности для привлечения к субсидиарной ответственности за совершение указанных сделок, так как указанные сделки были совершены еще до возбуждения первого дела о банкротстве и об указанных сделках было известно при рассмотрении первого банкротного дела. Вступившим в силу решением суда установлено, что заявление должника о банкротстве в рамках дела № А07-20502/2013 являлось обоснованным, а должник являлся неплатежеспособным, а также установлено признаков преднамеренного и фиктивного банкротства (абз. 11 стр. 2 указанного решения). Суд первой инстанции проигнорировал выводы суда, сделанные в рамках дела № А07-20502/2013, не имея законных оснований, необоснованно преодолел преюдицию вступившего в силу и не оспоренного судебного акта. Ни судом первой инстанции, ни конкурсным управляющим не определен размер убытков, причиненный возбуждением производства по делу № А07-20502/2013, в то время как суд обязан определить точный размер взыскания. Судом первой инстанции и конкурсным управляющим не было обосновано, что у кредиторов возникли убытки и что они возникли именно вследствие подачи заявления о банкротстве в момент, когда должник был платежеспособен. Таким образом, суд первой инстанции не мотивировал в своем определении применение положений п. 3 ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции на момент сделок), не мотивировал возникновение убытков и причинно-следственную связь, а также не определили размер убытков. Из выводов суда первой инстанции следует явное противоречие относительно платежеспособности должника на момент ноября-декабря 2013 года. Из размера субсидиарной ответственности должна быть исключена сумма 58 382 288,73 руб. - зареестровые требования заинтересованных по отношению к должнику кредиторов. Кроме того, из реестра не исключены требования ООО «Бизнес-Инвест» и ООО «Групп-Инвест», которые исключены из ЕГРЮЛ 05.05.2022. Суд первой инстанции не рассмотрел заявленное конкурсным управляющий заявление об уточнении исковых требований в соответствии со ст. 49 АПК РФ. На основании изложенного апеллянт просил определение от 27.12.2023 отменить и принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении требований конкурсного управляющего ФИО4 отказать в полном объеме.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2024 апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание назначено на 20.03.2024.

Поступившие до начала судебного заседания через электронную систему «Мой Арбитр» от конкурсного управляющего ФИО4, ФИО6 отзывы на апелляционные жалобы с доказательствами направления в адрес лиц, участвующих в деле, приобщены к материалам дела в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2024 судебное заседание отложено до 17.04.2024; суд предложил:

- ФИО6 представить сведения о размере его требований в рамках дела о банкротстве ЗАО «ГРАНТ» и о сумме погашенных требований в указанном деле о банкротстве;

- конкурсному управляющему ФИО4 представить сведения о наличии (отсутствии) возможности погашения требований ФИО6 за счет имущества должника и о наличии (отсутствии) обеспечительных мер в отношении ФИО6 на сумму погашенных в деле о банкротстве ЗАО «ГРАНТ» требований на случай такого погашения.  

Во исполнение определения суда от 20.03.2024 к материалам дела приобщены письменные пояснения, поступившие от конкурсного управляющего ФИО4, ФИО6

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы своей апелляционной жалобы в полном объеме, просил судебный акт отменить.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривалось судом апелляционной инстанции в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как установлено судом и следует из материалов дела,  в ходе проведения процедуры банкротства в отношении Должника установлены следующие контролирующие должника лица:

 

ФИО

Период исполнения функций ЕИО должника

Период участия в УК должника

ФИО1

Февраль – март 2013г.

Участником не являлся

 

Май – август 2013г.

 

 

22.03.2016 – 03.03.2017

 

ФИО2

до февраля 2013г.

До марта 2017г.

 

Август 2013г. – август 2014г. (до даты открытия конкурсного производства в рамках дела А07-20502/2013)

 

ФИО5

 

С 03.03.2017 по дату открытия

конкурсного производства

(05.11.2020)

С 03.03.2017  по н.в.

 

В деле имеются доказательства, которые служат основанием для привлечения к ответственности контролирующих Должника лиц в солидарном порядке:

1. Подача первого заявления о банкротстве (дело №А07-20502/2013) при наличии объективной возможности произвести расчеты с кредиторами, сумма требований которых составляла порядка 78 млн. рублей, 70% указанной задолженности при этом приходилось на  заинтересованных по отношению к должнику кредиторов. 

На момент обращения в суд с первым заявлением о банкротстве (18.11.2013) должник не обладал признаками банкротства.

В дело №А07-20502/2013 представлена позиция налогового органа (том 2, л.д.73-79), согласно которой должником произведен намеренный вывод активов в преддверии банкротства.

2. Неподача заявления о банкротстве при невозможности исполнения мирового соглашения по делу №А07-20502/2013.

По мнению конкурсного управляющего, признаки банкротства у должника возникли 26.04.2016 (руководитель - ФИО1). Фактически ООО "Тарасовскнефтегазстрой" из банкротства не выходило, т.е. общество отвечало признакам банкрота уже 26.02.2016 – с даты утверждения мирового соглашения (том 1, л.д.42-49). Данное обстоятельство подтверждается тем, что у Должника фактически отсутствовало имущество, за счет которого было возможно удовлетворить требования кредиторов. С учетом того, что ООО "Тарасовскнефтегазстрой" не предпринималось мер, направленных на исполнение условий мирового соглашения, обязанность по подаче заявления у ФИО1 возникла 26.03.2016 и у ФИО5 (руководитель и единственный участник ООО "Тарасовскнефтегазстрой" с 03.03.2017) - 03.04.2017.

3. Непредставление документов о финансово-хозяйственной деятельности Должника конкурсному управляющему ФИО4 повлекло невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы.

4. Ответственность вследствие действий (бездействия) контролирующих должника лиц. 

Так, в преддверии банкротства  в рамках дела №А07-20502/2013 контролирующими должника лицами (Ш-выми) совершен ряд сделок, повлекших за собой утрату должником имущества, без равноценного встречного исполнения. Всего в преддверии банкротства руководителями ООО "Тарасовскнефтегазстрой" Ш-выми сделок совершено на сумму 90,9 млн. рублей. Сделки совершены в период подозрительности, с предпочтением, были оспорены (том 2, л.д.120-133) в рамках первого дела о банкротстве (разрешены были только 2 спора – признаны недействительными сделки по  ФИО7 и ООО «Строй-Инвест» - том 2, л.д.184-199, по остальным спорам производство было  прекращено ввиду утверждения аффилированными кредиторами мирового соглашения по делу  №А07-20502/2012 – том 2, л.д.136-159). 

С учетом того, что фактически решение о мировом соглашении принималось Ш-выми, которые контролировали всех заинтересованных кредиторов, при наличии в производстве суда заявлений об оспаривании вышеуказанных сделок, очевидно, что данные действия носили характер необоснованных, недобросовестных и были направлены на препятствование оспариванию сделок и, как следствие, формированию конкурсной массы для последующих расчетов с кредиторами ООО "Тарасовскнефтегазстрой".

В преддверии второго банкротства (дело №А07-23202/2019) ООО "Тарасовскнефтегазстрой" совершены следующие сделки:

- ФИО1 - сделки по перечислению денежных средств со счета должника в адрес ООО «Группа компаний «КЕНТАВР» на общую сумму 14 827 000 руб. (подтверждается прилагаемой выпиской движения денежных средств по расчетному счету должника в АО «АЛЬФА-БАНК» - том 1, л.д.232-236).

- ФИО5 - в период с 06.03.2017 по 13.03.2017 совершены платежи в адрес ООО «ГРУППА КОМПАНИЙ КЕНТАВР» на сумму 4 110 000 руб. При этом, ООО «Группа компаний КЕНТАВР» – фирма – однодневка (подтверждено вступившим в законную силу решением АС ЯНАО по делу А81-2605/2021 от 04.06.21, том 3, л.д.16-32), которая не вела какой-либо деятельности. 

Денежные средства, уплаченные ООО "Тарасовскнефтегазстрой" в адрес ООО «ГРУППА КОМПАНИЙ КЕНТАВР» в период с 27 февраля 2017г. по 13 марта 2017г., представляют собой безосновательный вывод денежных средств со счета должника, совершенный руководителем должника ФИО1, в ущерб интересам кредиторов ООО "Тарасовскнефтегазстрой". Таким образом, ФИО1 и ФИО5 причинены убытки кредиторам, подлежащие возмещению по смыслу ст.ст.15, 1064 ГК РФ. 

В обоснование номинальности полномочий ФИО5 представлены доказательства, свидетельствующие о том, что указанный гражданин стал директором и единственным участником ООО "Тарасовскнефтегазстрой" в период, когда истек период действия отсрочки, предоставленной Должнику в соответствии с Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан по делу №А07-20502/2013 от 26.02.2016. На момент своего назначения ФИО5 был зарегистрирован в другом городе, являлся лицом, имеющим признаки массового учредителя и массового руководителя, не получал заработную плату у Должника. Кроме того, интерес ФИО5 и интересы аффилированных по отношению к ФИО7 компаний представляло одно и то же лицо (том 1, л.д. 282-289). Приобретая долю в уставном капитале, ФИО5 не мог не осознавать, что какой-либо выгоды от приобретения бизнеса – 100% доли в уставном капитале ООО "Тарасовскнефтегазстрой", получить невозможно, ввиду наличия у Общества значительного объема кредиторской задолженности, подтвержденной вступившим в законную силу судебным актом об  утверждении мирового соглашения, отсутствия какого-либо имущества, производства и т.п.

На основании изложенного конкурсный управляющий просил привлечь ФИО5, ФИО1, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

По результатам исследования представленных доказательств, возражений, суд первой инстанции посчитал возможным удовлетворить требование конкурсного управляющего частично, привлечь солидарно ФИО1, ФИО2, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,  взыскав с них солидарно 83 048 182,89 руб. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), пунктом 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве. 

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Федеральный закон № 266-ФЗ), вступившим в силу в основной своей части с 30.07.2017, статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу. Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно п. 3 ст. 4 Федерального закона № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Поскольку обстоятельства, послужившие основанием для обращения конкурсного управляющего с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, имели место в период до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017г. № 266-ФЗ, а также после вступления в законную силу указанного закона, заявление о привлечении их к субсидиарной ответственности поступило в суд после 01.07.2017, то спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных как статьей 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», так и норм главы III.2 Закона о банкротстве, действовавших на момент спорных правоотношений, а также процессуальных норм, предусмотренных Федеральным законом от 29.07.2017.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии Верховного Суда РФ от 14.08.2023 №301-ЭС22-27936 (1, 2), по своей правовой природе требование о привлечении к субсидиарной ответственности направленно на компенсацию последствий негативных действий контролирующих лиц по доведению должника до банкротства. 

Как указал Конституционный Суд РФ в постановлении от 21.05.2021 № 20-П, субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. Генеральным правовым основанием данного иска выступают положения статьи 1064 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ), поскольку конечная цель предъявления соответствующего требования заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам. Соответствующий подход нашел свое подтверждение в пунктах 2, 6, 15, 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве». В итоге размер причиненного вреда определяется, исходя из объема имущественных потерь потерпевшего, то есть установление размера вреда непосредственно связано с оценкой умаления имущественной сферы кредитора, вне зависимости от природы требования кредитора и вне зависимости от того, является ли кредитор частным лицом, либо публичным образованием (статьи 1064, 1082 ГК РФ). 

Материалами дела установлено, что ФИО2 являлся руководителем ООО "Тарасовскнефтегазстрой" в период с июня 2011г. по февраль 2013г., с марта по май 2013 г., с августа 2013г. по август 2014г., а также являлся единственным участником ООО "Тарасовскнефтегазстрой" до 03.03.2017г. 

С мая 2013г. по август 2013г., а также с 22.03.2016 по 03.03.2017 руководителем ООО "Тарасовскнефтегазстрой" являлся ФИО1 (отец ФИО2). 

С 03.03.2017 по 26.11.2020 руководителем общества являлся ФИО5.

По результатам исследования доказательств и установленных по делу обстоятельств, суд  первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что у ООО «Тарасовскнефтегазстрой» в преддверии банкротства было достаточно средств для удовлетворения всех требований кредиторов.

Согласно анализу финансового состояния  должника, проведенным временным управляющим ООО "Тарасовскнефтегазстрой" ФИО8, по состоянию на 01.10.2013 долгосрочные финансовые вложения общества составляли 3 178 000 руб., дебиторская задолженность – 90 377 000 руб., денежные средства – 2 113 000 руб., прочие оборотные активы - 9 845 000 руб., итого 105 513 000 руб.  При этом кредиторская задолженность составляла 87 364 000 руб.

Преобладание активов ООО "Тарасовскнефтегазстрой" также подтверждается сведениями бухгалтерских балансов общества на 31.03.2013, на 30.06.2013 и на 30.09.2013 (том 2 л.д. 66-71).

 Налоговым органом по результатам ознакомления с отчетом временного управляющего должника и финансового анализа, проведенного в рамках дела №А07- 20502/2013, отмечено, что должником производился намеренный вывод активов в преддверии обращения в суд с заявлением о банкротстве, при этом вырученные средства не направлялись на погашение кредиторской задолженности, за исключением обязательных платежей. 

Кроме того, в преддверии первого банкротства ООО "Тарасовскнефтегазстрой" контролирующими должника лицами были совершены сделки, повлекшие утрату имущества должника в значительном размере, указанные сделки были совершены без равноценного встречного исполнения, повлекшие за собой существенный вред имущественным правам кредиторов ООО "Тарасовскнефтегазстрой". 

Сделки должника на общую сумму 90 997 582,61 руб. совершены должником в лице руководителей ФИО1 (в период с мая по август 2013г.) и ФИО2 (в период с августа 2013г. по август 2014г.) в период  подозрительности, с оказанием предпочтения одному из кредиторов Должника перед  другими, в пользу аффилированных и заинтересованных по отношению к Должнику лиц.  

Указанные сделки были оспорены в рамках дела №А07-20502/2013. 

По результатам  рассмотрения судом заявлений об оспаривании сделок должника определениями Арбитражного суда Республики Башкортостан от 22.10.2015 и от 26.10.2015 сделки должника с ФИО9 и ООО «Строй-Инвест» признаны недействительными, в конкурсную массу должника взыскано 17 068 967,00 руб. Производство по остальным обособленным спорам по оспариванию сделок должника в рамках дела №А07-20502/2013 прекращено ввиду утверждения судом мирового соглашения 26.02.2016.

Конкурсным управляющим также сделан вывод о том, в преддверии банкротства ФИО1 и ФИО2, являвшимися руководителями ООО "Тарасовскнефтегазстрой", были совершены сделки, подпадающие под положения ч.3 ст.61.3 ФЗ РФ №127-ФЗ от 26.10.2002 "О несостоятельности (банкротстве)", как сделки, совершенные с предпочтением, приведшие к изменению очередности удовлетворения требований кредиторов должника, на общую сумму 90 997 582,61 рублей, что существенно превышает размер установленных в рамках дела №А07-20502/2013 и включенных в реестр требований кредиторов должника требований кредиторов. 

Следовательно, в преддверии банкротства у должника, совершавшего реальные перечисления денежных средств, имелись денежные средства, за счет которых можно было удовлетворить требования кредиторов, с учетом чего действия руководителя ООО «Тарасовскнефтегазстрой» по перечислению денежных средств и  заключению иных сделок с заинтересованными лицами на общую сумму 90 997 582,61 рублей с оказанием предпочтения, в т.ч. заинтересованным по отношению к должнику лицам, безусловно, причинили вред имущественным правам независимых кредиторов ООО «Тарасовскнефтегазстрой». Сделки совершены с аффилированными лицами с целью безосновательного вывода денежных средств с расчетных счетов должника в преддверии банкротства, для уклонения от расчетов с независимыми кредиторами должника.

Согласно пояснениям конкурсного управляющего ФИО4 в суде апелляционной инстанции, возможность погашения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, включая требования ФИО6, за счет имущества Должника отсутствует.

Какие-либо правовые основания для предъявления ФИО6 требований в части передачи в конкурсную массу Должника прав требования к ЗАО "ГРАНТ", в рамках которых было бы возможно ходатайствовать о применении обеспечительных мер в отношении сумм денежных средств, полученных ФИО6 в рамках дела о банкротстве ЗАО "ГРАНТ" в счет  погашения включенной в реестр требований кредиторов указанного Должника задолженности, у  конкурсного управляющего ООО "Тарасовскнефтегазстрой" отсутствуют.

Таким образом, именно в результате действий ФИО1 и ФИО2, фактически являющихся контролирующими должника лицами, общество было доведено до банкротства и лишилось возможности погасить требования кредиторов. При этом суд апелляционной инстанции исходя из обстоятельств дела полагает, что по существу действия указанных лиц были направлены именно на неисполнение обязанностей перед заявителем по делу о банкротстве – ФИО6

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно признал недобросовестными действия руководителей должника ФИО1 и ФИО2, и привлек указанных лиц к ответственности, в соответствии с абзацем 3 ч.4 ст.10 Закона о банкротстве.

При этом,  по результатам исследования и оценки всех материалов и доказательств по делу, проверив наличие оснований для привлечения к ответственности по указанным выше основаниям ФИО5,  являвшегося руководителем общества с 03.03.2017 по 26.11.2020, приняв во внимание, что ФИО5 являлся номинальным директором, полностью подконтрольным семье Ш-вых, никогда не принимал решений и фактически не участвовал в деятельности должника, суд апелляционной инстанции считает, что отсутствуют основания для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности, так как признаки банкротства должника возникли существенно ранее перевода прав участника на него. 

Суду не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО5 мог повлиять на принятие каких-либо решений должника, получал какую-либо имущественную выгоду от деятельности должника, осуществлял вывод активов. Платежи, совершенные в течение одной недели марта 2017 года в период начала исполнения полномочий руководителя указанным лицом не привели к банкротству должника. 

Суд считает, что вследствие намеренных, неправомерных действий именно ФИО2 и ФИО1, по выводу имевшегося у Должника ликвидного имущества в преддверии двух банкротств, совершению мнимых сделок, непогашению требований кредиторов в течение длительного периода времени при наличии объективной возможности удовлетворить требования кредиторов, у Должника отсутствуют какие-либо активы, подлежащие включению в конкурсную массу для последующих расчетов с кредиторами.

Исходя из вышеизложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что заявление конкурсного управляющего ФИО4 в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5 не подлежало удовлетворению.

Как определено пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица (абз.2 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Не включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Такие требования не подлежат удовлетворению за счет средств, взысканных с данного контролирующего должника лица (абзаца 3 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

По смыслу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве с учетом разъяснений абз. 3 пункта 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", если банкротство наступило в результате действий (бездействия) контролирующего лица, однако помимо названных действий (бездействия) увеличению размера долговых обязательств способствовали и внешние факторы (например, имели место неправомерный вывод активов должника под влиянием контролирующего лица и одновременно порча произведенной должником продукции в результате наводнения), размер субсидиарной ответственности контролирующего лица может быть уменьшен по правилам абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, в третью очередь реестра кредиторов должника включено: 

- требование ФИО6 с размером требования 24 661 487,42 руб., в том числе: основной долг 15 963 907,13 руб. и 8 967 580,29 руб. - проценты за пользование чужими денежными средствами, индексация за несвоевременное исполнение обязательства за период с 2013 по 2018 г.г. и судебные расходы,

-  Требование МИФНС № 40 по Республике Башкортостан в виде взыскания пени и штрафа за 2017 год в сумме 4 406,74 руб., из которых пени - 1 006,74 рублей, штраф -3 400,00 рублей.

- за реестр требований кредиторов, в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, включены требования   кредиторов на общую сумму 58 382 288, 73 руб.: 

- ООО «Бизнес-Инвест» - 1 442 682,42 руб. (определение суда от 03.11.2020);

- ООО «Групп-Инвест» - 2 151 322,94 руб. (определение суда от 03.11.2020);

- ООО «ФИК «Недвижимость» - 10 729 956,20 руб. (определение от 14.12.2020);

- ФИО9 – 8 654 256,23 руб. (определение от 08.04.2021);

- ООО «Строй-Инвест» - 35 404 070,94 руб. (определение от 08.04.2021).

При этом кредиторы, чьи требования учтены в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, являются заинтересованными по отношению к должнику, что установлено вступившими в законную силу судебными актами по настоящему делу о банкротстве и не оспаривается лицами, участвующим в деле.

Такие требования не подлежат удовлетворению за счет средств, взысканных с контролирующих должника лиц.

При таком положении определение суда подлежит изменению, жалобы частичному удовлетворению (подпункт 3 пункта 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта по пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

При подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина не уплачивается. 

Руководствуясь статьями 176, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.12.2023 по делу № А07-23202/2019 изменить, апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2 удовлетворить частично.

Заявленные требования конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Тарасовскнефтегазстрой» ФИО4 удовлетворить частично. 

Привлечь солидарно ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН 

<

***>), ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Взыскать солидарно с ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН 

<

***>), ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Тарасовскнефтегазстрой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 24 665 894,16 рублей в порядке привлечения к субсидиарной ответственности. 

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                         С.В. Матвеева 

 

Судьи:                                                                               Ю.А. Журавлев

 

                                                                                                 Е.А. Позднякова