АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

 

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А53-8736/18

30 июля 2018 г.

г. Ростов-на-Дону

 

Резолютивная часть решения объявлена   23 июля 2018 г.

Полный текст решения изготовлен            30 июля 2018 г.

 

Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи Жигало Н. А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело № А53-8736/18 по иску индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 312616512400032)

к федеральному государственному унитарному сельскохозяйственному предприятию "Ростовское" Федеральной службы исполнения наказаний ОГРН 1026100812209 ИНН 

<

***>

о взыскании процентов,

 

при участии:

от истца: представитель ФИО3 по доверенности от 16.04.2018;

от ответчика: представитель ФИО4 по доверенности от 12.03.2018, после перерыва представитель ФИО5 по доверенности от 26.03.2018. 

 

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее также истец, предприниматель) обратилась в Арбитражный суд Ростовской области с исковым заявлением к федеральному государственному унитарному сельскохозяйственному предприятию "Ростовское" Федеральной службы исполнения наказаний (далее также ответчик, предприятие) с требованием о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 29.03.2015 по 29.11.2017 в размере 531087 руб. 38 коп. (согласно уточненным исковым требованиям).

Представитель истца поддержал исковые требования, изложив правовую позицию по делу.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения исковых требований.

В судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлен перерыв до 23.07.2018.

После перерыва судебное заседание продолжено при участии представителя истца ФИО3 по доверенности от 16.04.2018 и представителя ответчика ФИО5 по доверенности от 26.03.2018.

Представитель истца поддержал исковые требования, изложив правовую позицию по делу.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения исковых требований.

Представитель ответчика поддержал заявленное ранее ходатайство о фальсификации доказательств - договора уступки права требования от 23.12.2015 на сумму 16 147 949 руб., заключенного между ФИО6 (цедент) и ФИО7 (цессионарий); а также ходатайство о проведении судебной экспертизы.

Согласно пункту 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд:

1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления;

2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу;

3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

Пунктом 36 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.08.2004 N 82 "О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации" разъясняется, что в случае устного заявления о фальсификации доказательства суд должен отразить это заявление в протоколе и разъяснить участвующему в деле лицу, сделавшему устное заявление о фальсификации доказательства, право на подачу письменного заявления об этом.

Данная позиция поддерживается в Постановлениях ФАС Северо-Западного округа от 24.07.2007 N А56-23917/2005 и ФАС Поволжского округа от 11.09.2009 N А57-24135/2007.

Таким образом, арбитражный суд должен разъяснить стороне, сделавшей заявление, ее права и обязанности в соответствии со ст. 161 АПК РФ, а также внести данное заявление в протокол судебного заседания.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд разъяснил сторонам  уголовно-правовые последствия  заявления о фальсификации доказательств.

На исключение договора цессии из числа доказательств по делу истец не согласился.

В силу статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд вправе проверить достоверность заявления о фальсификации посредством оценки совокупности имеющихся в материалах дела доказательств.

В соответствии с нормами статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Согласно правовой позиции Конституционного суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 22.03.2012 N 560-О-О, закрепление в процессуальном законе правил, регламентирующих рассмотрение заявления о фальсификации доказательства, направлено на исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу. Сами эти процессуальные правила представляют собой механизм проверки подлинности формы доказательства, а не его достоверности.

По смыслу части 1 статьи 161 АПК РФ проверка достоверности заявления о фальсификации доказательства не ограничена проведением экспертизы, таковая возможна и с использованием иных мер, например, истребованием доказательств, сопоставления имеющихся по делу доказательств и т.д. При этом, сама проверка проводится только при достаточном обосновании самого заявления о фальсификации, что в рассматриваемом случае отсутствует.

Объектом почерковедческой экспертизы являются, в том числе, образцы почерка (подписи). При этом, в соответствии с методикой проведения судебно-почерковедческой экспертизы, нельзя ограничиваться наличием одного вида образцов. Полный объем сравнительного материала включает свободные, условно-свободные и экспериментальные образцы подписей того лица, от имени которого исследуются подписи. Кроме того, образцы должны быть сопоставимы с исследуемыми подписями по составу, времени исполнения, материалами письма, темпу, условий письма и т.д.

Таким образом, экспертиза, проведенная на основании такого малого количества образцов, не будет обладать признаком полноты и достоверности.

Следовательно, суд оценивает представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, с учетом положений статьи 71 АПК РФ.

Утверждая о том, что договор уступки права требования от 23.12.2015 подложный, ответчик не представил другой вариант текста документа. Таким образом, у суда отсутствуют основания усомниться в подлинности представленного в материалы дела договора уступки права требования от 23.12.2015.

Более того, в рамках дела № А53-8738/18 ИП ФИО2 к ФГУ СХП «Ростовское» ФСИН о взыскании 525 405, 80 руб. неустойки за период с 29.03.2015 по 29.11.2017 по договору № 477 от 09.09.2013, проведена судебная экспертиза. Перед экспертом судом поставлен следующий вопрос:

- Выполнены ли подписи от имени ФИО6 – цедент в договоре уступки права требования от 23.12.2015 данным лицом?

Согласно выводам эксперта ООО «Новая Судебная Экспертиза» (заключение №21-18 от 09.06.2018), подписи от имени ФИО6 (на 4-х страницах) на договоре уступки права требования от 23.12.2015 между ФИО6 (цедент) и ФИО7 (цессионарий), вероятно, выполнены самим ФИО6.

В рамках настоящего дела ответчиком заявлено ходатайство о назначении по делу судебной почерковедческой экспертизы с тождественным вопросом.

С учетом изложенного, суд признал ходатайство подлежащим отклонению.

При таких обстоятельствах фальсификация доказательства не подтверждена.

Рассмотрев ходатайство ответчика об объединении дел в одно производство, суд пришел к выводу о том, что оснований для его удовлетворения не имеется ввиду следующего.

В соответствии с ч. 2. ст. 130 АПК РФ арбитражный суд первой инстанции вправе объединить несколько однородных дел, в которых участвуют одни и те же лица, в одно производство для совместного рассмотрения.

Несмотря на то, что субъектный состав спора  в делах дел №№ А53-8741/2018, А53-8742/2018, № А53-8736/18  совпадает, основанием исковых требований в каждом из дел является отдельный договор купли-продажи. Передача права требования по каждому из спорных договоров по единому договору цессии не является основанием для объединения дел, поскольку  материальное требование истца в каждом деле имеет иной предмет и иное основание.

Объединение дел не будет способствовать более быстрому и эффективному их рассмотрению.

Согласно ч. 2.1. ст. 130 АПК РФ  арбитражный суд первой инстанции, установив, что в его производстве имеются несколько дел, связанных между собой по основаниям возникновения заявленных требований и (или) представленным доказательствам, а также в иных случаях возникновения риска принятия противоречащих друг другу судебных актов, по собственной инициативе или по ходатайству лица, участвующего в деле, объединяет эти дела в одно производство для их совместного рассмотрения.

Таким образом, положения пункта 2.1 статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса направлены на предотвращение риска принятия противоречащих друг другу судебных актов. Между тем, требования в указанных исках имеют самостоятельные основания и предмет, что не исключает возможности различного правового состояния  отношений сторон в рамках каждого дела.

В связи с чем, возможность принятия противоречивых решений не усматривается.

Кроме того, исходя из положений названной нормы, объединение в одно производство для совместного рассмотрения однородных дел с одинаковым кругом участвующих в них лиц, является не обязанностью, а правом суда, которое он может использовать при наличии процессуальной целесообразности объединения дел для выполнения задач арбитражного судопроизводства, перечисленных в статье 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах в удовлетворении ходатайства ответчика надлежит отказать.

Изучив материалы дела, выслушав доводы представителей сторон, судом установлено следующее.

09.09.2013 между индивидуальным предпринимателем ФИО6 (продавец) и Федеральным государственным унитарным сельскохозяйственным предприятием «Ростовское» федеральной службы исполнения наказания России (покупатель) заключен договор купли продажи незавершенного производства овощной продукции №474.

Согласно пункту 1.1 договора, продавец обязуется передать в собственность покупателю, а покупатель обязуется принять и оплатить в установленном, настоящим договором порядке, форме и размере, установленных приложением №1 к данному договору (далее товар – незавершенное производство). Данный товар принадлежит продавцу на праве собственности, не заложен, не арестован, не является предметом спора третьих лиц. 

Общая сумма настоящего договора составляет 4 545 000,00 (четыре миллиона пятьсот сорок пять тысяч) рублей 00 копеек, НДС не предусмотрен (пункт 3.1 договора). 

Согласно пункту 3.3 договора оплата по настоящему договору производится в течение 30 дней с момента передачи товара путем перечисления денежных средств на расчетный счет продавца, проведения зачета взаимных требований, иными, не противоречащими действующему законодательству, способами по согласованию сторон. 

16.12.2013 ИП ФИО6 (исполнитель) и Федеральное государственное унитарное сельскохозяйственное предприятие «Ростовское» федеральной службы исполнения наказания России (заказчик) подписали соглашение о перерасчете стоимости договора № 474 от 09.09.2013, согласно которому: общая сумма настоящего договора составляет 2 180 327 (два миллиона сто восемьдесят тысяч триста двадцать семь) рублей 40 копеек, НДС не предусмотрен.

23.12.2015 ФИО6 (цедент) и ФИО7 (цессионарий) заключили договор уступки права требования, в соответствии с пунктом 1.1 договора цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме право требования по договорам указанным в пункте 1.3 договора, заключенных между цедентом и ФГУ СХП «Ростовское» ФСИН России (далее – должник).

Из содержания пункта 1.3 договора цессии следует, что право цедента переходит к цессионарию в момент заключения данного договора в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права по договорам:

- договор купли-продажи незавершенного производства овощей продукции №474 от 09.09.2013 цена договора составляет 4 545 000 руб.; соглашение о перерасчете стоимости от 16.12.2013 на сумму 2 180 327, 40 руб. Согласно акту услуг оказано на сумму 4545000 руб. и долг не оплачен. Цедент уступает цессионарию право (требования) задолженности 4545000 руб. и штрафных санкций, обусловленных договором,

- договор оказания услуг по сбору урожая овощей №476 от 09.09.2013 цена договора составляет 1 300 000 руб., соглашение о перерасчете стоимости от 16.12.2013 на сумму 623 636 руб., согласно актам №3, №6, №8 услуг оказано на 303450 руб., 267325, 52861 руб. Задолженность составляет 164058 руб. Цедент уступает цессионарию право (требования) задолженности 164058 руб. и штрафных санкций, обусловленных договором;

- договор оказания услуг №477 от 09.09.2013. Цена договора составляет 3 725 000 руб., соглашение о перерасчете стоимости от 16.12.2013 на сумму 1 033 195, 80 руб. Согласно актам №7, №19 услуги оказаны на 495 422 руб., 558 245 руб. Задолженность составляет 1 053 667, 80 руб. Цедент уступает цессионарию право (требования) задолженности 1 053 667, 80 руб. и штрафных санкций, обусловленных договором;

- договор оказания услуг №478 от 09.09.2013. Цена договора составляет 3 725 000 руб., соглашение о перерасчете стоимости от 16.12.2013 на сумму 2 521 057, 65 руб., согласно акту услугу оказаны на 2500585,65 руб. Задолженность составила 2500585,65 руб. Цедент уступает цессионарию право (требования) задолженности 2500585,65 руб. и штрафных санкций, обусловленных договором,

- договор купли-продажи незавершенного производства томатов №523 от 13.09.2013. Цена договора составила 3 519 916 руб., соглашение о перерасчете стоимости от 16.12.2013 на сумму 2 410 164, 70 руб. Согласно акту №5 услуги оказаны на 3519916 руб. Задолженность составила 1139832 руб. Цедент уступает цессионарию право (требования) задолженности 1139832 руб. и штрафных санкций, обусловленных договором,а

- договор оказания услуг по сбору урожая томатов №524 от 13.09.2013. Цена договора составляет 2 278 000 руб. Согласно акту №19 услуги оказаны на 708000 руб., согласно акту №10 – на 851797,22 руб. Задолженность составляет 1559797,22 руб. Цедент уступает цессионарию право (требования) задолженности 1559797 руб. и штрафных санкций, обусловленных договором.

- договор оказания услуг по переработке томатов №525 от 13.09.2013. Цена договора составляет 3 672 556 руб., соглашение о перерасчете стоимости от 16.12.2013 на сумму 1 855 473, 22 руб., согласно акту №17 услуги оказаны на 1855192, 23 руб. Задолженность составила 1855192, 23 руб. Цедент уступает цессионарию право (требования) задолженности 1855192, 23 руб. и штрафных санкций, обусловленных договором.

- договора оказания услуг по переработке томатов №527 от 13.09.2013. Цена договора составляет 3 672 556 руб., соглашение о перерасчете стоимости от 16.12.2013 на сумму 3 330 322, 74 руб., согласно акту №18 услуги оказаны на 1855192, 23 руб. Задолженность составила 1855192, 23 руб. Цедент уступает цессионарию право (требования) задолженности 1855192, 23 руб. и штрафных санкций, обусловленных договором.

02.02.2016 ФИО7 нарочно вручил ФГУСХП «Ростовское» ФСИН России (вх. №120-60) уведомление о переуступке права требования по договору о переуступке права требования от 23.12.2015.

05.04.2016 ФИО7 была вручена ФГУСХП «Ростовское» ФСИН России  (вх. №120-303) претензия с требованием выплатить задолженность в сумме 8 704 466, 83 руб., из который 2180327,40 руб. задолженность по договору купли-продажи №474 от 09.09.2013.

В связи с образованием задолженности в рамках договора №474, ФИО7 обратилась в Багаевский районный суд Ростовской области.

Решением Багаевского районного суда от 20.01.2017 с ФСИН России взыскана в пользу ФИО7 задолженность в сумме 2180327,40 руб.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 10.10.2017 решение Багаевского районного суда от 20.01.2017 оставлено в силе.

15.01.2018 ФИО7 (цессионарий) заключил с ИП ФИО2 (цедент) договор №Ц474, в соответствии с которым цедент уступил, а цессионарий принял в полном объеме право (требования) задолженности и штрафных санкций по договору купли-продажи незавершенного производства овощной продукции №474 от 09.09.2013, заключенного ИП ФИО6 (первоначальны кредитор) и ФГУ СХП «Ростовское» ФСИН России (должник).

Поскольку ответчик сумму долга выплатил 29.11.2017, то истец начислил неустойку в сумме 531087 руб. за период с 29.03.2015 по 29.11.2017.

Данные обстоятельства явились основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Исследовав представленные в дело доказательства, и оценив их в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане и юридические лица свободны в заключении договора, условия договора определяются по усмотрению сторон.

В соответствии с пунктом 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В силу положений пункта 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации, покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

Судом установлено, что продавец в рамках договора №474 продал ответчику незавершенное производство овощной продукции на сумму 2180327,40 руб.

Наличие задолженности явилось основанием для обращения в суд общей юрисдикции по взысканию задолженности по договору №474, которая решением Багаевского районного суда Ростовской области от 20.01.2017 взыскана с ФСИН России в сумме 2180327,40 руб. в пользу ФИО7

Судом установлено и не оспаривается сторонами, что сумма задолженности, подлежащая оплате по решению Багаевского районного суда Ростовской области от 20.01.2017, была оплачена ФСИН России 29.11.2017.

15.01.2018 ФИО7 (цессионарий) заключил с ИП ФИО2 (цедент) договор №Ц474.

Учитывая, что ответчик нарушил обязательства по договору №474, с учетом прав, принятых по договору №Ц474, истец обратился в суд с иском о взыскании неустойки. 

Ответчик исковые требования не признал, против удовлетворения возражал по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление.

Ответчик, возражая против заявленных требований, заявил о фальсификации доказательств по делу, а именно, договора уступки права требования от 23.12.2015, заключенного между ФИО6 и ФИО7  

Судом были разъяснены истцу и ответчику уголовно-правовые последствия и предложено истцу исключить оспариваемые доказательства, из числа доказательств по делу. 

Истец отказался исключить из числа доказательств по делу документы, в отношении которых заявлено о фальсификации. 

Ответчиком заявлено, что фальсификация заключается в том, что подпись от имени ФИО6 на указанном договоре выполнена иным лицом, что может свидетельствовать о его незаключенности. 

Кроме того, ответчиком указано, что в данном договоре сумма уступленных требований не соответствует данным, указанным в уведомлении об уступке и подписанного между ФИО6 и ответчиком акта сверки.

Судом заявленное ходатайство оставлено без удовлетворения, в том числе, ввиду того, что спорный договор уступки от 23.12.2015 был предметом экспертного исследования в рамках дела № А53-8738/18 по спору между теми же сторонами.

Согласно выводам эксперта ООО «Новая Судебная Экспертиза» (экспертное заключение № 21-18 от 09.06.2018), подписи от имени ФИО6 (на 4-х страницах) на договоре уступки права требования от 23.12.2015 между ФИО6 (цедент) и ФИО7 (цессионарий), вероятно, выполнены самим ФИО6.

Исследовав и оценив в совокупности и взаимосвязи, представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного   процессуального   кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что возражения ответчика по иску о взыскании неустойки в рамках настоящего дела направлено на переоценку выводов суда общей юрисдикции и на пересмотр решения Багаевского районного суда Ростовской области от 20.01.2017 по делу № 2-1230/16.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суды принимают судебные постановления в форме судебных приказов, решений суда, определений суда, постановлений президиума суда надзорной инстанции.

Вступившие в законную силу судебные постановления, а также законные распоряжения, требования, поручения, вызовы и обращения судов являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Приведенные в рамках настоящего дела доводы о том, что договор уступки права требования от 23.12.2015 подписан не ФИО6, также были предметом рассмотрения в рамках дела Багаевского районного суда № 2-1230/16.

Исходя из принципов гражданского процессуального законодательства, оценивать законность и обоснованность принятых судами общей юрисдикции судебных актов по гражданским делам, вправе исключительно суды вышестоящих инстанций в ходе пересмотра судебных актов в установленном законом порядке.

Арбитражный суд не вправе переоценивать выводы суда общей юрисдикции и, тем более, выносить противоречащий судебный акт, как того фактически просит в рамках настоящего дела ответчик.

Из текста решения Багаевского районного суда Ростовской области от 20.01.2017 по делу № 2-1230/16 следует, что в ходе рассмотрения иска о взыскании задолженности с ответчика в виду неисполнения им обязательств по договору № 474 от 09.09.2013, ответчиком заявлялись такие доводы, как незаключенность и недействительность договора № 474 от 09.09.2013, в связи с неопределенностью предмета договора и установление цены без учета положений Устава ФГУ СХП «Ростовское» ФСИН России, а также доводы ответчика о фальсификации договора уступки права (требования) от 23.12.2015, по тем основаниям, что подписи цедента – ФИО6 являются подложными.

Заявленные доводы ответчика в решении от 20.01.2017 по делу № 2-1230/16, оставленным без изменения Апелляционным определением, Багаевский районный суд отклонил, что отражено в судебном акте. Суд указал, что поскольку у ответчика отсутствует оригинал либо надлежащим образом заверенная копия документа – спорного договора, то у суда отсутствуют основания усомниться в подлинности представленного ФИО7 договора, взыскал с ответчика задолженность в сумме 2180327,40 руб. по договору № 474 от 09.09.2013.

Согласно статьям 309-310 Гражданского Кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно предмету договора № Ц474, цедент уступил, а цессионарий принял в полном объеме право (требования) по договору купли-продажи незавершенного производства овощной продукции №474 от 09.09.2013года, заключенного ИП ФИО6 (Первоначальный кредитор) и ФГУ СХП «Ростовское» ФСИН России (Должник); Согласно Акту №1, услуг оказано на сумму 4545000 рубль. 

Согласно вступившего в силу решению Багаевского районного суда от 20 января 2017 года, взыскано и оплачено должником 29 ноября 2017 года 2180327,40 рублей. 

Цеденту принадлежит право (требования) задолженности и штрафных санкций, обусловленных договором №474, на основании договора уступки права требования от 23 декабря 2015 года, заключенного с Первоначальным кредитором. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования).

В соответствии со статьей 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону (пункт 1 статьи  388 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 389 Гражданского кодекса Российской Федерации, уступка требования, основанного на сделке, совершенной в простой письменной или нотариальной форме, должна быть совершена в соответствующей письменной форме.

Договор № Ц474 от 15.01.2018 содержит все необходимые условия, согласованные сторонами указанного договора, включая предмет, объем прав и перечень документов, подтверждающих основание возникновения и размер долга; воля сторон на передачу права определена в разделах 1-2 договора. 

Договор № Ц474 от 15.01.2018 между ИП ФИО2 и ИП ФИО7 не признан незаключенным, недействительным в установленном законом порядке.

Факт наличия задолженности и ее размер подтвержден решением Багаевского районного суда Ростовской области от 20.01.2017, принятого в рамках дела № 2-1230/16, в рамках настоящего дела возражений по взысканной сумме задолженности, ответчик не имел, а также не имел возражений против нового кредитора, то есть, истца.

Истцом заявлено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 531087 руб.  за период с 29.03.2015 по 29.11.2017.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации взыскание неустойки является одним из способов защиты нарушенного гражданского права. 

В соответствии с частью 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации  в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

В соответствии с частью 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

Факт ненадлежащего исполнения денежного обязательства подтвержден материалами дела, в связи с чем, требования истца о взыскании процентов правомерны.

Согласно расчету истца к взысканию заявлены проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 29.03.2015 по 29.11.2017 в сумме 531087 руб.

Расчет истца проверен судом и признается правильным, в связи с чем, требование истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 531087 руб. подлежит удовлетворению.

Из разъяснений, данных в пункте 71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", следует, что если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме.

Ответчик заявил ходатайств о снижении неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, ввиду несоразмерности последствиям нарушенного обязательства.

В соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд наделен правом уменьшения неустойки, если установит, что подлежащая неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. При этом, суд в каждом конкретном случае, исходя из установленных по делу обстоятельств, определяет критерии такой несоразмерности.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформировавшейся при осуществлении конституционно-правового толкования статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств, является одним из правовых способов, предусмотренных в законе и направленных против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки. Данной правовой нормой предусмотрена обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О).

Пунктом 42 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при решении вопроса об уменьшении неустойки необходимо иметь в виду, что размер неустойки может быть уменьшен судом только в том случае, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. 

Согласно пункту 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 от 24.03.2016 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 71, 73, 74, 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 от 24.03.2016 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исследовав письменные возражения ответчика, суд установил отсутствие доказательств, свидетельствующих о том, что подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения ответчиком своего обязательства, в том числе подтверждающих значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств, либо наличие обстоятельств непреодолимой силы, препятствовавших исполнению обязательства в срок.

Степень несоразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего суд вправе дать оценку указанному критерию исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.

В рассматриваемой ситуации суд, оценив доказательства по делу в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не нашел оснований для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Таким образом, вопреки положениям статьи 65 АПК РФ объективных оснований для уменьшения размера, подлежащей взысканию судом неустойки не приведено, доказательств наличия чрезвычайных обстоятельств, позволяющих снизить размер неустойки ниже ставки рефинансирования, в материалы дела не представлено; явная их несоразмерность последствиям нарушения обязательств судом не установлена и длительного неисполнения обязательств, взятых ответчиком в рамках договора. 

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Учитывая изложенное, требование истца о взыскании с ответчика неустойки в заявленном размере признано судом обоснованным и подлежащим удовлетворению в размере 531087 рублей 38 копеек.

Доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности судом отклонены ввиду следующего.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 65 Кодекса несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности (пункт 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Положениями статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности установлен продолжительностью в три года. 

В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации,  срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права. 

Таким образом, по смыслу пункта 1 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не течет в отношении того требования, о защите которого заявлено в суд.

Срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки (статья 330 ГК  РФ) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу, определяемому применительно к каждому дню просрочки (пункт 25 постановления №43). При этом, согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 2 пункта 25 постановления №43, признание обязанным лицом основного долга, в том числе, в форме его уплаты, само по себе не может служить доказательством, свидетельствующим о признании дополнительных требований кредитора, в частности, процентов за пользование чужими денежными средствами и, соответственно, не может расцениваться как основание перерыва течения срока исковой давности по данному дополнительному требованию. Из смысла данных разъяснений следует, что необходимо учитывать волеизъявление должника на совершение действий, направленных на перерыв срока исковой давности не только по основным, но также и по дополнительным требованиям. 

В пункте 25 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки (статья 330 ГК РФ) или процентов, подлежащих уплате по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу, определяемому применительно к каждому дню просрочки.

Согласно пункту 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», согласно пункту 1 статьи 207 Гражданского кодекса Российской Федерации, с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство, требование о возмещении неполученных доходов при истечении срока исковой давности по требованию о возвращении неосновательного обогащения и т.п.), в том числе, возникшим после начала течения срока исковой давности по главному требованию. 

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 11.04.2017 № 305-ЭС17-2645 по делу №А 40-142980/2015 указал, что согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", предъявление в суд главного требования (об исполнении или, как в рассматриваемом случае, о расторжении договора) не влияет на течение срока исковой давности по дополнительным требованиям (ст. 207 Гражданского кодекса Российской Федерации), к каковым относится требование о взыскании неустойки, срок исковой давности по которым продолжает течь. 

Суд установил, что срок исковой давности по основной задолженности не был пропущен, данная задолженность была взыскана решением Багаевского районного суда Ростовской области.  При этом в рамках дела №2-1230/16 иск заявлен в пределах срока исковой давности. Обязательство по уплате процентов считается возникшим не с момента просрочки исполнения основного обязательства, а с истечением периода, за который эти проценты начисляется; срок же исковой давности по требованию об уплате процентов должен исчисляться отдельно по каждому просроченному платежу за соответствующий период.

Аналогичный правоприменительный подход приведен в постановлении Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 07.08.2017 по делу №А38-1771/2016.

С настоящим иском в арбитражный суд истец обратился 29.03.2018, трехлетний срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки не истек в части неустойки за трехлетний период, предшествующий дате предъявления иска, то есть, неустойка может быть рассчитана лишь с 29.03.2015 с учетом  того, что на данную дату уже имелась задолженность в размере 2180327,40 руб. по спорному договору, что установлено в преюдициальных судебных актах. Окончанием периода начисления неустойки истцом правомерно указана дата полного погашения ответчиком названной суммы задолженности. 

Поскольку оснований для признания  срока исковой давности пропущенным суд не установил, суд приходит к выводу о том, что требования истца о взыскании неустойки обоснованы и подлежат удовлетворению в заявленном размере. 

Доводы ответчика о том, что актом сверки по состоянию на 31.12.2013 стороны договора №474 от 09.09.2013 произвели зачет взаимных требований по договору, вследствие чего задолженность отсутствовала, противоречат обстоятельствам, установленным решением Багаевского районного суда Ростовской области от 20.01.2017 по делу №2-1230/16. Кроме того, из акта сверки не усматривается, по каким договорам конкретно отражена задолженность и произведена оплата. Следовательно, данный акт сверки нельзя признать зачетом взаимных требований.

В соответствии с частью 2 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при принятии решения арбитражный суд, в том числе, распределяет судебные расходы.

Частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

При подаче искового заявления и принятии его, судом на основании ст. 102 АПК РФ, 333.41 НК РФ была предоставлена истцу отсрочка по уплате государственной пошлины до рассмотрения дела по существу.

Исходя из правил, установленных статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы по оплате государственной пошлины, подлежат отнесению на ответчика и взыскиваются в доход Федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 143, 144, 167-176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

Р Е Ш И Л:

Отказать в удовлетворении ходатайства федерального государственного унитарного сельскохозяйственного предприятия "Ростовское" Федеральной службы исполнения наказаний об объединении дел в одно производство.

Взыскать с федерального государственного унитарного сельскохозяйственного предприятия "Ростовское" Федеральной службы исполнения наказаний в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 531087 рублей 38 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами.

Взыскать с федерального государственного унитарного сельскохозяйственного предприятия "Ростовское" Федеральной службы исполнения наказаний в доход федерального бюджета 13622 рубля государственной пошлины.

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения через суд, принявший решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу решения через суд, принявший решение, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

 

Судья                                                                                               Жигало Н. А.