ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

дело №А56-33232/2021

31 января 2023 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления оглашена  24 января 2023 года 

Постановление изготовлено в полном объёме  31 января 2023 года 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  судьи Морозовой Н.А.,

судей Будариной Е.В., Серебровой А.Ю.,

при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1, 

при участии в судебном заседании:

арбитражный управляющий ФИО2;

от ФИО3: ФИО4, доверенность от 03.06.2022,

от ФИО5: ФИО6, доверенность от 08.10.2019,

от ООО «Витя»: ФИО6, доверенность от 03.02.2020,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-40236/2022)  ФИО3 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.11.2022 по делу № А56-33232/2021 о завершении процедуры реализации имущества гражданина и о неприменении правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,

установил:

ФИО7 (далее - ФИО7) обратилась в Арбитражный суд Республики Карелия с заявлением о признании гражданина ФИО3 (далее - ФИО3, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Карелия от 01.06.2017  возбуждено дело №А26-4818/2017 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3

Решением Арбитражного суда Республики Карелия от 22.08.2017 по делу  №А26-4818/2017 заявление ФИО7 удовлетворено, ФИО3 признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждён ФИО8.

Определением Арбитражного суда Республики Карелия от 27.06.2018 ФИО8 освобождён от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве гражданина ФИО3

Определением Арбитражного суда Республики Карелия от 13.11.2018 финансовым управляющим утверждён ФИО9.

Определением Арбитражного суда Республики Карелия от 13.11.2019 ФИО9 освобождён от исполнения обязанностей финансового управляющего, финансовым управляющим утверждён ФИО10.

Конкурсный кредитор ФИО11 (далее - ФИО11, заявитель) подал в Арбитражный суд Республики Карелия 28.10.2020 ходатайство о передаче дела о банкротстве гражданина ФИО3 на рассмотрение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

Определением Арбитражного суда Республики Карелия от 03.12.2020 ходатайство ФИО11 о передаче по подсудности дела о банкротстве гражданина ФИО3 удовлетворено, дело №А26-4818/2017 передано на рассмотрение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

Определением Арбитражного суда города Санкт–Петербурга и Ленинградской области от 13.08.2021 ФИО10 освобождён от исполнения обязанностей финансового управляющего, новым финансовым управляющим утверждён ФИО2.

Определением от 16.11.2022 (резолютивная часть от 10.11.2022) процедура реализации имущества ФИО3 завершена, должник не освобождён от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедуры реализации имущества гражданина.

В апелляционной жалобе должник, ссылаясь на неправильное применение судом материального и процессуального права и несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение отменить в части отказа в применении правила об освобождении должника от исполнения обязательств и принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя жалобы, доводы финансового управляющего о предоставлении должником заведомо недостоверных сведений относительно своего источника дохода, препятствованию проведения процедур банкротства, в частности, необеспечению доступа финансового управляющего в жилое помещение должника, утверждение положения о порядке продажи имущества должника путем исключения из конкурсной массы земельного участка с садовым домом, необоснованны. Как указывает апеллянт, вопрос о неосвобождении должника от обязательств в порядке пункта 4 статьи 213.28 Федерального закона Российской Федерации от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) не поднимался и не обсуждался, собрание кредиторов должника не поручало финансовому управляющему обратиться в арбитражный суд с ходатайством о неосвобождении должника от обязательств.

В судебном заседании представитель ФИО3 настаивал на апелляционной жалобе, а арбитражный управляющий, представитель кредиторов ФИО5 и общества с ограниченной ответственностью «Витя» против её удовлетворения возражали. 

Коль скоро возражений против рассмотрения апелляционной жалобы в пределах заявленных в ней доводов не поступило, то законность и обоснованность определения суда проверены в апелляционном порядке.

Суд апелляционной инстанции счёл апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению в свете следующего.

В силу пункта 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчётов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов. 

По итогам рассмотрения отчёта о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве). 

Как усматривается из отчёта финансового управляющего, подготовленного по результатам проведения процедуры реализации имущества гражданина, в реестр требований кредиторов гражданина в третью очередь включены требования четырёх кредиторов в общем размере 6 440 694,78 руб., требования погашены частично на сумму 623 993 руб. 95 коп.

Из конкурсной массы должника ежемесячно выплачивалось должнику пенсия в размере 10 756 руб., по итогам распределения конкурсной массы на счёте должника остались денежные средства в размере 989 руб. 05 коп. 

В анализе финансового состояния должника содержится вывод о низком доходе гражданина, об отсутствии средств для расчётов с кредиторами и возможности восстановления платежеспособности должника. Признаков фиктивного и преднамеренного банкротства у должника не обнаружено.

Суд первой инстанции установил, что имущество должника, позволяющее удовлетворить требования кредиторов, в рамках проведённых финансовым управляющим мероприятий не обнаружено. 

Таким образом, суд обоснованно признал наличие оснований для завершения процедуры реализации имущества должника.

В суд апелляционной инстанции не представлено доказательств, препятствующих завершению процедуры реализации имущества гражданина.

В названной части у участников процесса разногласий не имеется.

В силу статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, заявленных в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве, за исключением требований, предусмотренных пунктами 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также требований, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Абзац четвертый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве направлен на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательства в случаях, когда при возникновении или исполнении обязательства имело место поведение, не согласующееся с требованиями статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» разъяснено, что согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце.

Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Исходя из пункта 1 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Следовательно, если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ) и целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом, с учетом разъяснений постановления №45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, с учетом его реальных возможностей погашения, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на злостное уклонение от исполнения обязательств.

По общему правилу, закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников, направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ и обеспечение тем самым защиты интересов кредиторов. Возможность применения правил об освобождении должника от исполнения обязательств зависит от его добросовестности.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, вывод активов и тому подобное), суд, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в определении о завершении реализации имущества гражданина указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Обращаясь в суд первой инстанции с ходатайством о неприменении в отношении должника правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, финансовый управляющий сослался на то, что должник предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему и арбитражному суду в отношении своего источника дохода. Кроме того, должник не исполнил определение суда от 13.05.2020 по делу №А26-4818/2017 в части обеспечения доступа финансового управляющего в дом должника, а также препятствовал утверждению положения о порядке продажи имущества должника путём исключения из конкурсной массы земельного участка с садовым домом, указывая, что данный дом является его единственным местом жительства.

Как усматривается из материалов дела, при осуществлении мероприятий финансовый управляющий выявил следующее имущество: земельный участок, площадью 837 кв. м, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, адрес: Ленинградская обл., Приозерский р-н., Сосновское сельское пом., СНТ Эверест, д. 236, садовый дом (не стоит на кадастровом учёте), площадь не установлена, назначение для временного проживания.

Названное имущество включено в конкурсную массу и реализовано финансовым управляющим.

По результатам торгов по реализации имущества заключён договор купли-продажи недвижимого имущества от 19.04.2022 №01/22 с победителем торгов по цене 1 827 500 руб. 

Вместе с тем, суд первой инстанции установил, что в ходе процедуры банкротства должник настаивал на наличии у него единственного источника дохода в виде пенсии, иного имущества, на которое может быть обращено взыскание не имеется. Тем самым должник намеренно сокрыл информацию, влияющую на ход процедуры банкротства.

Должник также препятствовал оформлению правоустанавливающих документов, в результате чего документы были оформлены только на земельный участок, оформление таких документов, в том числе и на дом, позволило бы продать и его с торгов и получить большую сумму в конкурсную массу для целей погашения требований кредиторов.

Одновременно должник обратился в суд с заявлением об исключении из конкурсной массы земельного участка с садовым домом по мотиву того, что данный дом является единственным местом жительства должника.

Определением от 13.05.2020 по делу №А26-4818/2017 суд обязал должника обеспечить финансовому управляющему либо его уполномоченному представителю доступ к спорному садовому дому с целью осуществления обмеров для последующего кадастрового учёта и регистрации права собственности.

Пунктом 9 статьи 213.9 Закона о банкротстве закреплено, что гражданин обязан предоставлять финансовому управляющему по его требованию любые сведения о составе своего имущества, месте нахождения этого имущества, составе своих обязательств, кредиторах и иные имеющие отношение к делу о банкротстве гражданина сведения в течение пятнадцати дней с даты получения требования об этом.

При неисполнении гражданином указанной обязанности финансовый управляющий направляет в арбитражный суд ходатайство об истребовании доказательств, на основании которого в установленном процессуальным законодательством порядке арбитражный суд выдает финансовому управляющему запросы с правом получения ответов на руки.

Сокрытие имущества, имущественных прав или имущественных обязанностей, сведений о размере имущества, месте его нахождения или иных сведений об имуществе, имущественных правах или имущественных обязанностях, передача имущества во владение другим лицам, отчуждение или уничтожение имущества, а также незаконное воспрепятствование деятельности финансового управляющего, в том числе уклонение или отказ от предоставления финансовому управляющему сведений в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, передачи финансовому управляющему документов, необходимых для исполнения возложенных на него обязанностей, влечет за собой ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 42 постановления № 45, целью положений пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28 и статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами.

Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

В случае, когда на должника возложена обязанность представить те или иные документы в суд или финансовому управляющему, судами при рассмотрении вопроса о добросовестности поведения должника должны учитываться наличие документов в распоряжении гражданина и возможность их получения (восстановления).

Если при рассмотрении дела о банкротстве будет установлено, что должник не представил необходимые сведения суду или финансовому управляющему при имеющейся у него возможности, либо представил заведомо недостоверные сведения, это может повлечь неосвобождение должника от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Поскольку должник препятствовал финансовому управляющему возможности обмеров садового дома для последующего кадастрового учета и регистрации права собственности, суд первой инстанции правомерно оценил как недобросовестное поведение должника.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, что в рамках рассмотрения гражданского дела №2-534/2015 (определение Судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 14.10.2015) подтверждено, что при исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор ФИО11 основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, требование кредитора не признавал, факт заключения договора займа, передачи денежных средств отрицал, указывал, что подпись в расписке ему не принадлежит, текст расписки он также не писал. При этом судом апелляционной инстанции общей юрисдикции обращено внимание на то, что должник категорически возражал против отбора экспериментальных образцов почерка и подписи, выполненных именно скорописью, а не печатными буквами, в присутствии специалиста и назначения по делу дополнительной почерковедческой экспертизы, что свидетельствует, по мнению судебной коллегии, об умышленном изменении почерка. В свою очередь, должник не отрицал намерение взять у кредитора в долг денежные средств и написание расписки 23.12.2013 о получении им денежных средств, однако, отрицал написание той расписки, которая была предъявлена кредитором в подтверждение договора займа. Кроме того, срок исполнения данного обязательства затянут, срок возврата суммы займа в расписке указан 31.12.2013, требования кредитора ФИО11 частично погашены лишь в рамках дела о банкротстве должника.

Доказательств обратного должник суду не представил, равно как и своей добросовестности в процедуре банкротства.

В этой связи обоснованным является вывод суда о том, что совокупность и последовательность действий ФИО3 подтверждает его недобросовестное поведение, направленное на достижение цели освобождения от дальнейшего исполнения обязательств без требуемых действий в процедуре реализации и в отсутствие намерения достижения предполагаемой законодателем цели - расчётов с кредиторами.

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

При этом принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для не освобождения от долгов.

В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Поскольку решение вопроса об освобождении или неосвобождении должника от дальнейшего исполнения требований к исключительной компетенции собрания кредиторов не относится, финансовый управляющий не связан решением собрания кредиторов.

Приняв во внимание все вышеизложенное, суд апелляционной инстанции соглашается с позицией суда первой инстанции о недобросовестном поведении должника, что исключает право суда освободить его от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами. 

Учитывая изложенное, определение суда в обжалованной части как законное и обоснованное отмене не подлежит.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 16.11.2022 по делу № А56-33232/2021 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Н.А. Морозова

 

Судьи

Е.В. Бударина

 А.Ю. Сереброва