АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

г. Иркутск                                                                                               Дело  № А19-20705/2020 

26.01.2022 г.

Резолютивная часть решения объявлена  в судебном заседании  19.01.2022 года.

Решение  в полном объеме изготовлено   26.01.2022 года.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Зарубиной Т.Б., при ведении протокола судебного заседания до объявленного перерыва помощником судьи Королевой А.В., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ГОСУДАРСТВЕННОГО УЧРЕЖДЕНИЯ - ОТДЕЛЕНИЯ ПЕНСИОННОГО ФОНДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПО ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 664007, 

<

...>)

к АДМИНИСТРАЦИИ ГОРОДА ИРКУТСКА (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 664025, 

<

...>)

третьи лица: ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ИРКУТСКАЯ ЭНЕРГОСБЫТОВАЯ КОМПАНИЯ" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 664033, 

<

...>), ОТКРЫТОГО АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "ИРКУТСКАЯ ЭЛЕКТРОСЕТЕВАЯ КОМПАНИЯ" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 664033, 

<

...>)

о взыскании 285 140 руб. 42 коп.,

при участии в судебном заседании до объявленного перерыва: 

от истца: представитель по доверенности  ФИО1, диплом, паспорт;

от ответчика: не явились, извещены в прядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации;

от третьего лица (ООО «Иркутскэнергосбыт»): представитель по доверенности ФИО2, паспорт; 

от третьего лица (ОАО «ИЭСК»): представитель по доверенности ФИО3, паспорт.

В судебном заседании, в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, объявлялся перерыв до 16 час. 30 мин. 19.01.2022, по окончании которого судебное заседание продолжено в составе судьи Зарубиной Т.Б., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО4, при участии:

от истца: представитель по доверенности  ФИО5 диплом, паспорт;

от ответчика: не явились, извещены в прядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации;

от третьего лица (ООО «Иркутскэнергосбыт»): представитель по доверенности ФИО2, паспорт; 

от третьего лица (ОАО «ИЭСК»): представитель по доверенности ФИО3, паспорт;

у с т а н о в и л:

ГОСУДАРСТВЕННОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ - ОТДЕЛЕНИЕ ПЕНСИОННОГО ФОНДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПО ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ (далее – истец, ГУ ОПФ РФ по Иркутской области) обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с уточненным иском к АДМИНИСТРАЦИИ ГОРОДА ИРКУТСКА (далее – ответчик, Администрация г. Иркутска) о взыскании  285 140 руб. 42 коп. – неосновательного обогащения.

С привлечением в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ИРКУТСКАЯ ЭНЕРГОСБЫТОВАЯ КОМПАНИЯ" (далее – третье лицо, ООО «Иркутскэнергосбыт»), ОТКРЫТОГО АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "ИРКУТСКАЯ ЭЛЕКТРОСЕТЕВАЯ КОМПАНИЯ" (далее – третье лицо, ОАО «ИЭСК»).

Обращаясь в суд с настоящим исковым заявлением, истец ссылался на обязанность ответчика возместить понесенные ГУ ОПФ РФ по Иркутской области убытки – стоимость нагрузочных потерь за период с 01.07.2017 по 30.11.2019 (объекты, в отношении которых отыскиваются потери, расположены  по адресу: 

<

...>, трансформаторная подстанция, электрический кабель). Впоследствии истцом заявленные требования были уточнены; в качестве правового обоснования заявленных требований указаны нормы о неосновательном обогащении (статья 1102 Гражданского кодекса Российской); истец просил взыскать как неосновательно сбереженные ответчиком денежные средства в размере 285 140 руб. 42 коп., оплаченные ГУ ОПФ РФ по Иркутской области в период с июля 2017 по ноябрь 2019 в качестве нагрузочных потерь в пользу ООО «Иркутскэнергосбыт». При этом, неосновательное обогащение возникло, как указывает истец, ввиду того, что обязанность по оплате стоимости потерь электрической энергии в силу закона возлагается на владельцев объектов электросетевого хозяйства, осуществляющих их эксплуатацию, коим является ответчик на основании Распоряжения Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Иркутской области от 20.07.2011 № 321-и.

Ответчик с требованиями не согласился, заявил о пропуске истцом срока исковой давности по требованиям, предъявляемым за период с июля по октябрь 2017 года, с учетом доводов третьего лица – ООО «Иркутскэнергосбыт», указал на неверность произведенной истцом суммы требований в части примененных тарифов.

Третье лицо – ООО «Иркутскэнергосбыт» в представленных письменные отзывах и дополнениям к ним, неоднократно ссылалось на неверность произведенного истцом расчета стоимости потерь электрической энергии в части примененных нерегулируемых тарифов, представляло контррасчет расхода нагрузочных потерь за спорный период на сумму 282 681 руб. 26 коп. (86 183 кВт). Со ссылкой на положения Постановления Правительства РФ от 04.05.2012 № 442 «О функционировании розничных рынков электрической энергии, полном и (или) частичном ограничении режима потребления электрической энергии» (далее – Основные положения № 442) указывало, что обязанность по оплате стоимости потерь электрической энергии возлагается на фактических владельцев объектов электросетевого хозяйства, осуществляющих их эксплуатацию. Кроме того, указывало, что в спорный период между ООО «Иркутскэнергосбыт» и истцом были заключены контракты, подписанные без разногласий, в которых ГУ ОПФ РФ по Иркутской области добровольно принял на себя обязанность по оплате ООО «Иркутскэнергосбыт» нагрузочных потерь.

Третье лицо – ОАО «ИЭСК» поддерживало позицию третьего лица - ООО «Иркутскэнергосбыт», при этом пояснило, что согласно Распоряжению Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Иркутской области от 20.07.2011 № 321-и имущество, согласно приложению, находящееся в оперативном управлении ГУ ОПФ РФ по Иркутской области передано в собственность муниципального образования г. Иркутска. Факт передачи подтверждается Актом приема-передачи имущества от 21.09.2011, подписанным обеими сторонами. По заявлению истца (потребителя) от 25.09.2020 № НК-04/9402 Акт разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности от 31.12.2008 № 5986, выданный потребителю был переоформлен на Акт об осуществлении технологического присоединения от 17.11.2020 № 10400/20-ЮЭС, в связи с передачей имущества трансформаторной подстанции (ТП-2671) и кабельной линии 10 кВт от РП-46 до здания, расположенного по адресу: 

<

...> на баланс Администрации г. Иркутска, в связи, с чем фактическим владельцем объектов электросетевого хозяйства в которых возникли потери и лицом, обязанным их оплачивать, является Комитет городского обустройства администрации г. Иркутска.     

В судебном заседании истец заявленные им требования поддержал, представил письменные пояснения с учетом доводов отзыва третьего лица.

Ответчик в судебное заседание ни до, ни после объявленного перерыва явку не обеспечил.

Третье лицо – ООО «Иркутскэнергосбыт» рассмотрение требований оставило на усмотрение суда, указало, что потери оплачивались истцом в рамках исполнения контрактов; при заключении контрактов с истцом им были предоставлены доказательства принадлежности спорных сетей истцу (акт от 2008 года), впоследствии при перезаключении контрактов, сведения о смене собственника объектов электросетевого хозяйства не предоставлялись; вновь высказало возражения, относительно произведенного истцом расчета суммы неосновательного обогащения, полагает, что истцом неверно, при расчете применен тариф, контррасчет ранее представлялся в дело.

Третье лицо - ОАО «ИЭСК» полагает, что обязанность по оплате потерь лежит на ответчике, как собственнике объектов электросетевого хозяйства.

Третьи лица пояснили, что изменения в контракт относительно несения расходов на оплату нагрузочных потерь и отнесение их на собственника объектов электросетевого хозяйства были внесены только с декабря 2020 года, фактически спорные сети переданы ответчику в 2011 году, соответствующие изменения в контракт и Акт были внесены только в декабре 2020, при этом истец о смене собственника объектов электросетевого хозяйства ранее декабря 2020 года не сообщал и не уведомлял.

Исследовав материалы дела, суд установил следующее.

За спорный период времени с июля 2017 по ноябрь 2019 года между ООО «Иркутскэнергосбыт» (гарантирующий поставщик) и ГУ ОПФ РФ по Иркутской области (с учетом реорганизации) (потребитель) заключены государственные контракты энергоснабжения бюджетного потребителя № 5485/3 от 19.01.2017, № 5485/1 от 22.01.2018, № 5485/219 от 29.12.2018, по условиям которых гарантирующий поставщик обязуется подавать потребителю через присоединенную сеть электрическую энергию (мощность), а потребитель обязуется оплачивать принятую электрическую энергию, а также соблюдать предусмотренный настоящим контрактом режим ее потребления, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении электрических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением электрической энергии  (пункт 1.1).

В приложениях № 2 к контрактам согласован перечень электроустановок: № 484489, наименование: административное здание, адрес: 

<

...>.

Согласно Акту разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности сторон от 31.12.2008 № 5986 граница ответственности ГУ ОПФ РФ по Иркутской области и ООО «Иркутскэнергосбыт» установлена на наконечниках кабелей 10 кВ в распределительной подстанции № 46 (т.2 л.д.69).

Порядок расчетов по договору установлен в разделе 5 договора.

Пунктами 5.4., 5.4.1, 5.4.2., 5.4.3. договора стороны предусмотрели, что оплата электроэнергии производится потребителем в следующие сроки: первый срок оплаты до 10 числа месяца текущего расчетного периода (месяца) потребитель оплачивает 30% стоимости договорного объема потребления электрической энергии; второй срок оплаты до 25 числа месяца текущего расчетного периода (месяца) потребитель оплачивает 40% стоимости договорного объема потребления электрической энергии; третий срок оплаты до 18 числа месяца текущего расчетного периода (месяца) потребитель оплачивает разницу между стоимостью фактического потребления электрической энергии, определенного на основании показаний приборов коммерческого учета (расчетных приборов учета), и суммой уплаченной потребителем на основании пунктов 5.4.1 и 5.4.2 договора.

Во исполнение обязанностей, принятых по указанным контрактам, ООО «Иркутскэнергосбыт» в спорный период (июль 2017 – ноябрь 2019гг.) отпущена, а истцом потреблена электрическая энергия.

На отпущенную электрическую энергию по установленным тарифам выставлялись к оплате счета-фактуры.

Спора по оплате стоимости отпущенного коммунального ресурса за спорный период времени между сторонами не имеется.

В соответствии с Распоряжением Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Иркутской области от 20.07.2011 № 321-и «О безвозмездной передаче имущества, находящегося в оперативном управлении Отдела Пенсионного фонда Российской Федерации (государственного учреждения) по Иркутской области, в собственность муниципального образования города Иркутска» в собственность муниципального образования города Иркутска, согласно перечню, передано имущество, расположенное по адресу: 

<

...>, в том числе: трансформаторная подстанция 48,3 кв.м., электрический кабель 0,4 кВ, протяженностью 91,2 м., электрический кабель 10 кВ, протяженностью 485,81 м., теплосеть протяженностью 18,84м., ливневая канализация протяженностью 304,0м.

Указанное имущество передано по Акту приема-передачи  от 21.09.2011 (т. 2 л.д. 100-101).

Как пояснил истец, в ходе проведения в декабре 2019 года ревизии хозяйственно-финансовой деятельности истца за период с июля 2017 по ноябрь 2019 года выявлен факт несения им расходов по оплате нагрузочных потерь в электрических сетях иного балансодержателя – Администрации г. Иркутска, в связи с чем, в адрес последнего 16.09.2020 направлено письмо с требованием возместить понесенные расходы.

Поскольку расходы по оплате потерь истцу ответчиков возмещены не были, полагая, свои права нарушенными, истец обратился в суд с настоящими исковыми требованиями (уточненными в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) о взыскании с Администрации г. Иркутска (собственника спорных объектов электросетевого хозяйства) неосновательного обогащения - денежных средств, оплаченных ГУ ОПФ РФ по Иркутской области в период с июля 2017 по ноябрь 2019 в качестве нагрузочных потерь в пользу ООО «Иркутскэнергосбыт». 

Оценив представленные доказательства каждое в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательства из неосновательного обогащения возникают при обогащении одного лица за счет другого, и такое обогащение происходит при отсутствии к тому законных оснований. Обогащение признается неосновательным, если приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого произошло при отсутствии к тому предусмотренных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований.

Согласно статье 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Кодекса. Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимо доказать следующие обстоятельства: приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, отсутствие правового основания такого сбережения или приобретения, отсутствие обстоятельств, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер неосновательного обогащения.

При этом основания возникновения неосновательного обогащения могут быть различными: требование о возврате ранее исполненного при расторжении договора, требование о возврате ошибочно исполненного по договору, требование о возврате предоставленного при незаключенности договора, требование о возврате ошибочно перечисленных денежных средств при отсутствии каких-либо отношений между сторонами и т.п.

Следовательно, истец по требованию о взыскании сумм, составляющих неосновательное обогащение, должен доказать: факт приобретения или сбережения ответчиком денежных средств за счет истца; отсутствие установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований для приобретения этих средств; размер неосновательного обогащения.

Неосновательное обогащение заключается в отсутствии правовых оснований для приобретения или сбережения имущества одним лицом за счет другого, то есть такое приобретение или сбережение, которое не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке (договоре).

Кроме того, решающее значение для квалификации обязательства по статье 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации имеет не характер поведения приобретателя (правомерное или противоправное), а отсутствие установленных законом или сделкой оснований для приобретения или сбережения имущества.

В соответствии с правилами частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела и установлено судом, за спорный период времени:  с июля 2017 по ноябрь 2019 года между ООО «Иркутскэнергосбыт» (гарантирующий поставщик) и ГУ ОПФ РФ по Иркутской области (с учетом реорганизации) (потребитель) заключены государственные контракты энергоснабжения бюджетного потребителя № 5485/3 от 19.01.2017, № 5485/1 от 22.01.2018, № 5485/219 от 29.12.2018, по условиям которых гарантирующий поставщик обязуется подавать потребителю через присоединенную сеть электрическую энергию (мощность), а потребитель обязуется оплачивать принятую электрическую энергию, а также соблюдать предусмотренный настоящим контрактом режим ее потребления, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении электрических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением электрической энергии  (пункт 1.1).

Пунктом 4.5 контрактов установлено, что в случае если расчетный прибор учета расположен не на границе балансовой принадлежности электрических сетей, объем принятой в электрические сети (отпущенной из электрических сетей) электрической энергии корректируется с учетом величин потерь  электрической энергии, возникающих на участке сети от границы балансовой принадлежности электрических сетей до места установки прибора учета. Величины потерь указываются в паспортах электроустановок по соответствующим точкам поставки (приложение № 6).

 В приложениях № 2 к контрактам согласован перечень электроустановок: № 484489, наименование: административное здание, адрес: 

<

...>.

В паспортах электроустановки (Приложение № 6) указано, что при расчетах ежемесячно к объему энергопотребления дополнительно предъявлять составляющую нагрузочных потерь от энергопотребления – п. 1-5,1% от расхода; п. 2 -5,1% от расхода.

Факт предъявления ООО «Иркутскэнергосбыт» истцу ежемесячно к объему энергопотребления дополнительно нагрузочных потерь от энергопотребления никем не оспаривается, как и факт оплаты истцом ООО «Иркутскэнергосбыт», в том числе  нагрузочных потерь за спорный период с июля 2017 по ноябрь 2019 года.

Между тем, из материалов дела следует, что в соответствии с Распоряжением Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Иркутской области от 20.07.2011 № 321-и «О безвозмездной передаче имущества, находящегося в оперативном управлении Отдела Пенсионного фонда Российской Федерации (государственного учреждения) по Иркутской области, в собственность муниципального образования города Иркутска» в собственность  муниципального образования города Иркутска, согласно перечню передано имущество, расположенное по адресу: 

<

...>, в том числе: трансформаторная подстанция 48,3 кв.м., электрический кабель 0,4 кВ, протяженностью 91,2 м., электрический кабель 10 кВ, протяженностью 485,81 м., теплосеть протяженностью 18,84 м., ливневая канализация протяженностью 304,0 м. Указанное имущество передано по Акту приема-передачи  от 21.09.2011 (т. 2 л.д. 100-101).

Из пояснений ОАО «ИЭСК» следует и подтверждается материалами дела, по заявлению истца (потребителя) от 25.09.2020 № НК-04/9402 Акт разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности от 31.12.2008 № 5986, выданный потребителю был переоформлен на Акт об осуществлении технологического присоединения от 17.11.2020 № 10400/20-ЮЭС, в связи с передачей имущества трансформаторной подстанции (ТП-2671) и кабельной линии 10 кВт от РП-46 до здания, расположенного по адресу: 

<

...> на баланс Администрации г. Иркутска.

В соответствии с положениями пунктов 50, 51 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных постановлением Правительства РФ 27.12.2004 № 861 размер фактических потерь электрической энергии в электрических сетях определяется как разница между объемом электрической энергии, переданной в электрическую сеть из других сетей или от производителей электрической энергии, и объемом электрической энергии, которая поставлена по договорам энергоснабжения (купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности) и потреблена энерго-принимающими устройствами, присоединенными к данной электрической сети, а также объемом электрической энергии, которая передана в электрические сети других сетевых организаций.

Правовые основы экономических отношений в сфере электроэнергетики, полномочия органов государственной власти на регулирование этих отношений, основные права и обязанности субъектов электроэнергетики при осуществлении деятельности в сфере электроэнергетики установлены Федеральным законом от 26 марта 2003 года № 35- ФЗ «Об электроэнергетике» (далее - Закон об электроэнергетике). Данным законом определены субъекты, обязанные оплачивать потери в электросетях (часть 3 пункта 4 статьи 26, пункт 3 статьи 32), а право установить методику определения и порядок компенсации потерь электроэнергии в электросетях предоставлено Правительству Российской Федерации, или уполномоченному им федеральному органу исполнительной власти (пункт 2 статьи 21). Порядок определения потерь в электросетях и порядок их оплаты устанавливаются в Правилах недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии (пункт 3 статьи 26). Законодательство об электроэнергетике обязывает поставщиков электроэнергии (гарантирующих поставщиков, энергосбытовые и энергоснабжающие организации) обеспечить потребителей необходимыми им объемами электроэнергии, сетевые организации - оказать услуги по передаче этой электроэнергии, а потребителей - оплатить полученную электроэнергию и услуги, связанные с процессом энергоснабжения. Баланс интересов сторон достигается такой организацией взаиморасчетов, при которой поставщик электроэнергии получает полную оплату поставленной на розничной рынок электроэнергии, сетевая организация - оплату услуг по передаче электроэнергии, а потребитель получает качественный энергоресурс и своевременно оплачивает фактически принятый им объем электроэнергии и услуги, связанные с процессом энергоснабжения.

В процессе передачи электроэнергии часть ее теряется в электросетях, поэтому в пункте 4 статьи 26 и пункте 3 статьи 32 Закона об электроэнергетике (а также в пункте 4  Основных положений № 442), определены лица, обязанные оплачивать величину потерь электроэнергии, не учтенную в ценах на электрическую энергию. К ним отнесены сетевые организации и иные владельцы объектов электросетевого хозяйства, к которым в надлежащем порядке технологически присоединены энергопринимающие устройства или электроэнергетики. Этими лицами оплачиваются электроэнергия, потерянная в сетях, принадлежащих им на праве собственности или на ином законном основании.

В соответствии с абзацем третьим части 4 статьи 26 Закона об электроэнергетике и пунктом 51 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2004 года № 861 (далее - Правила № 861), владельцы объектов электросетевого хозяйства, к которым в надлежащем порядке технологически присоединены энергопринимающие устройства или объекты электроэнергетики, не вправе препятствовать передаче электрической энергии на указанные устройства или объекты и (или) от указанных устройств и объектов и обязаны оплачивать стоимость потерь, возникающих на находящихся в их собственности объектах электросетевого хозяйства. Согласно абзацу 1 пункта 6 указанных Правил № 861 собственники и иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к электрическим сетям сетевой организации энергоприни-мающее устройство потребителя, не вправе препятствовать перетоку через их объекты электрической энергии для такого потребителя и требовать за это оплату.

Согласно абзацу пятому пункта 4 Основных положений № 442, иные владельцы объектов электросетевого хозяйства приобретают электрическую энергию (мощность) в целях компенсации потерь электрической энергии, возникающих в принадлежащих им на праве собственности или на ином законном основании объектах электросетевого хозяйства, и выступают в этом случае как потребители. В силу пункта 129 Основных положений №№ 442 иные владельцы объектов электросетевого хозяйства оплачивают стоимость потерь электрической энергии, возникающих в принадлежащих им объектах электросетевого хозяйства, путем приобретения электрической мощности по заключенным ими договорам, обеспечивающим продажу им электрической энергии (мощности). При этом определение объема фактических потерь электрической энергии, возникших в принадлежащих им объектах электросетевого хозяйства, осуществляется в порядке, установленном разделом X Основных положений № 442 для сетевых организаций.

Таким образом, закон возлагает обязанность по оплате стоимости потерь электрической энергии на фактических владельцев объектов электросетевого хозяйства, осуществляющих их эксплуатацию.

Поскольку стоимость отыскиваемых потерь электрической энергии истцом оплачивалась в пользу третьего лица - ООО «Иркутскэнергосбыт», а не ответчику – Администрации г. Иркутска, истцу в процессе рассмотрения дела по существу предлагалось рассмотреть вопрос о замене ненадлежащего ответчика, привлечении соответчиком ООО «Иркутскэнергосбыт» (статьи 46, 47 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Однако, истец своим процессуальным правом не воспользовался, соответствующих ходатайств не заявил, не оспаривая условия оплаты, предусмотренные спорными контрактами, настаивал на рассмотрении требований, предъявленных к Администрации г. Иркутска.

Арбитражному суду самостоятельного права на замену ненадлежащего ответчика надлежащим/привлечение соответчика арбитражным процессуальным законодательством не предоставлено.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 и статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно пункту 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано обязательными для сторон правилами, установленными законом или иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения (статья 422 ГК РФ). В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

Применяя названные положения, судам следует учитывать, что норма, определяющая права и обязанности сторон договора, толкуется судом исходя из ее существа и целей законодательного регулирования, то есть суд принимает во внимание не только буквальное значение содержащихся в ней слов и выражений, но и те цели, которые преследовал законодатель, устанавливая данное правило (пункт 1 Постановление Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах»).

Учитывая тот факт, что стоимость отыскиваемых потерь электрической энергии истцом оплачивалась ООО «Иркутскэнергосбыт», а не ответчику – Администрации г. Иркутска  и  во исполнение заключенных государственных контрактов, а также положения закона о свободе договора, сделать вывод о том, что ответчиком без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобретено или сбережено имущество за счет истца, не представляется возможным.

Суд также отмечает, что в случае самостоятельной замены судом ответчика по настоящему делу/привлечении соответчика, доказыванию бы подлежали иные обстоятельства, в том числе иной объем отпущенного ресурса, его стоимость.

Истец при обращении в суд с настоящими требованиями в качестве правового основания указывал статьи 15, 293 Гражданского кодекса Российской Федерации, впоследствии основание иска им было уточнено.

 С учетом этого, суд полагает возможным рассмотреть вопрос о применении к возникшим правоотношениям положений статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

 На основании пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо,  право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поскольку убытки являются мерой ответственности, в предмет доказывания по требованию об их взыскании входит: противоправность действия (бездействия) ответчика; факт и размер понесенных истцом убытков; причинная связь между возникшими убытками и действиями (бездействием) ответчика, а также в определенных случаях вина ответчика в их причинении.

В случае недоказанности хотя бы одного из указанных элементов иск о взыскании убытков не подлежит удовлетворению.

Учитывая фактические обстоятельства дела, судом не установлено на стороне ответчика – Администрации г. Иркутска противоправности его действий (бездействий),  факт и размер понесенных истцом в связи с этим убытков, причинная связь между возникшими убытками и действиями (бездействием) ответчика. Вина ответчика также отсутствует.

Администрация г. Иркутска не поручала истцу, не уклонялась от оплаты ООО «Иркутскэнергосбыт» нагрузочных потерь. 

Стоимость нагрузочных потерь в сетях оплачивалась истцом ООО «Иркутскэнергосбыт» добровольно, во исполнение добровольно принятых на себя обязательств (заключенных государственных контрактов).

Обязанность по принятию объектов, согласно  Распоряжению Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Иркутской области от 20.07.2011 № 321-и «О безвозмездной передаче имущества, находящегося в оперативном управлении Отдела Пенсионного фонда Российской Федерации (государственного учреждения) по Иркутской области, в собственность муниципального образования города Иркутска» им исполнена, факт передачи подтверждается Актом приема-передачи имущества от 21.09.2011, подписанным обеими сторонами. 

При этом, с заявлением о внесении изменений в Акт разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности от 31.12.2008 № 5986 истец обратился лишь 25.09.2020, после чего Акт № 5986, в связи с передачей имущества трансформаторной подстанции (ТП-2671) и кабельной линии 10 кВт от РП-46 до здания, расположенного по адресу: 

<

...> на баланс Администрации г. Иркутска, был переоформлен на Акт об осуществлении технологического присоединения от 17.11.2020 № 10400/20-ЮЭС.

Таким образом, ввиду отсутствия на стороне ответчика неосновательного обогащения за счет истца, а также недоказанности обязательных элементов по требованию о взыскании убытков, заявленные истцом требования удовлетворению не подлежат. 

Ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности по требованиям, предъявляемым за период с июля по октябрь 2017 года.

Рассмотрев заявление ответчика о пропуске срока исковой давности, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу части 1 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, требование о защите нарушенного права, принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

Согласно части 2 стать 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" (далее - Постановление № 43) разъяснено следующее: если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации гражданско-правовые споры о взыскании денежных средств по требованиям, возникшим из договоров, других сделок, вследствие неосновательного обогащения могут быть переданы на разрешение арбитражного суда после принятия сторонами мер по досудебному урегулированию по истечении 30 календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом или договором.

В силу пункта 3 статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации, если стороны прибегли к предусмотренной законом процедуре разрешения спора во внесудебном порядке (процедура медиации, посредничество, административная процедура и т.п.), течение срока исковой давности приостанавливается на срок, определенный законом для проведения такой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункта 16 Постановления № 43, согласно п. 3 ст. 202 ГК РФ, течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку (например, п. 2 ст. 407 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации, ст. 55 Федерального закона от 7 июля 2003 г. N 126-ФЗ "О связи", п. 1 ст. 16.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", п. 1 ст. 12 Федерального закона от 30 июня 2003 г. N 87-ФЗ "О транспортно-экспедиционной деятельности"). Пункт 3 ст. 202 ГК РФ и п. 16 постановления N 43 были истолкованы в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 6 июня 2016 г. по делу N 301-ЭС16-537, которая заключила, что соблюдение сторонами предусмотренного законом претензионного порядка в срок исковой давности не засчитывается, фактически продлевая его на этот период времени.

Из системного толкования пункта 3 статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации и части 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует правило, в соответствии с которым течение срока исковой давности приостанавливается на срок фактического соблюдения претензионного порядка (с момента направления претензии до момента получения отказа в ее удовлетворении), непоступление ответа на претензию в течение 30 дней либо срока, установленного договором, приравнивается к отказу в удовлетворении претензии, поступившему на 30 день либо в последний день срока, установленного договором. Таким образом, если ответ на претензию не поступил в течение 30 дней или срока, установленного договором, или поступил за их пределами, течение срока исковой давности приостанавливается на 30 дней либо на срок, установленный договором для ответа на претензию.

Федеральным законом от 2 марта 2016 г. № 47-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» обязательный претензионный порядок был введен для большинства гражданско-правовых споров.

С учетом положений части 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации до предъявления к ответчику иска о взыскании задолженности и неустойки истец обязан направить ему претензию, стороны не вправе отказаться от претензионного порядка, который императивно предписан для них законодателем.

С учетом того, что в соответствии с Распоряжением Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Иркутской области от 20.07.2011 № 321-и «О безвозмездной передаче имущества, находящегося в оперативном управлении Отдела Пенсионного фонда Российской Федерации (государственного учреждения) по Иркутской области, в собственность муниципального образования города Иркутска» в собственность муниципального образования города Иркутска, согласно перечню, передано имущество, расположенное по адресу: 

<

...>, в том числе: трансформаторная подстанция 48,3 кв.м., электрический кабель 0,4 кВ, протяженностью 91,2 м., электрический кабель 10 кВ, протяженностью 485,81 м., теплосеть протяженностью 18,84 м., ливневая канализация протяженностью 304,0 м. и указанное имущество передано по Акту приема-передачи  от 21.09.2011 (т. 2 л.д. 100-101), о нарушении своего права (о том, что обязанность по оплате нагрузочных потерь электрической энергии лежит на собственнике объектов электросетевого хозяйства - Администрации г. Иркутска) истец узнал/должен был узнать не позднее 21.09.2011. 

С настоящим иском в суд истец обратился 20.11.2020. Таким образом, срок исковой давности по требованиям, предъявляемым за период с июля по ноябрь 2017 года, а также с учетом приостановления течения срока исковой давности на 30 дней в связи с соблюдением претензионного порядка урегулирования спора, пропущен.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодека Российской Федерации, и в соответствии с пунктом 15 Постановления № 43 истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

В случае истечения срока исковой давности принудительная (судебная) защита прав истца, независимо от того, имело ли место в действительности нарушение его прав, невозможна. Какие-либо другие доводы в обоснование иска не подлежат рассмотрению судом, поскольку сам факт истечения срока исковой давности служит самостоятельным основанием для отказа в иске.

Таким образом, заявленные требования за спорный период с июля по ноябрь 2017 года, удовлетворению не подлежат также и в связи с пропуском истцом срока исковой давности.

Кроме того, суд признает арифметически неверным расчет истца за нагрузочные потери и соглашается с расчетом третьего  лица – ООО «Иркутскэнергосбыт» по следующим основаниям.

В соответствии с положениями пункта 5.4 контрактов окончательная оплата  стоимости электрической энергии, отпущенной потребителю (истцу) производится не позднее 18 числа месяца, следующего за расчетным периодом (месяцем).

Согласно приложению № 6 к контрактам, при расчетах ежемесячно к объему энергопотребления дополнительно предъявляются составляющие нагрузочных потерь от энергопотребления – 1,3% от расхода.

Истец производит расчет всех спорных расчетных периодов по одному тарифу (3,288879 руб.), однако, истцом не учтено изменение нерегулируемых тарифов (нерегулируемые тарифа за спорный период представлены в материалы дела).

Согласно пункту 86 Основных положений № 442 предельные уровни нерегулируемых цен на электрическую энергию (мощность) (далее - предельные уровни нерегулируемых цен) за соответствующий расчетный период рассчитываются гарантирующим поставщиком по следующим ценовым категориям:

первая ценовая категория - для объемов покупки электрической энергии (мощности), учет которых осуществляется в целом за расчетный период;

вторая ценовая категория - для объемов покупки электрической энергии (мощности), учет которых осуществляется по зонам суток расчетного периода;

третья ценовая категория - для объемов покупки электрической энергии (мощности), в отношении которых осуществляется почасовой учет, но не осуществляется почасовое планирование, а стоимость услуг по передаче электрической энергии определяется по тарифу на услуги по передаче электрической энергии в одноставочном выражении;

четвертая ценовая категория - для объемов покупки электрической энергии (мощности), в отношении которых осуществляется почасовой учет, но не осуществляется почасовое планирование, а стоимость услуг по передаче электрической энергии определяется по тарифу на услуги по передаче электрической энергии в двухставочном выражении;

пятая ценовая категория - для объемов покупки электрической энергии (мощности), в отношении которых за расчетный период осуществляются почасовое планирование и учет, а стоимость услуг по передаче электрической энергии определяется по тарифу на услуги по передаче электрической энергии в одноставочном выражении;

шестая ценовая категория - для объемов покупки электрической энергии (мощности), в отношении которых за расчетный период осуществляются почасовое планирование и учет, а стоимость услуг по передаче электрической энергии определяется по тарифу на услуги по передаче электрической энергии в двухставочном выражении.

Предельные уровни нерегулируемых цен дифференцируются по уровням напряжения в соответствии с дифференциацией применяемых при определении предельных уровней тарифов (ставок тарифов) на услуги по передаче электрической энергии, а также предельные уровни нерегулируемых цен дифференцируются по группам (подгруппам) потребителей. Дифференциация предельных уровней нерегулируемых цен на электрическую энергию (мощность) по высокому первому напряжению (ВН1) применяется только в отношении четвертой и шестой ценовых категорий.

В случае если потребитель (покупатель) не уведомил гарантирующего поставщика о согласованной с сетевой организацией в соответствии с Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг величине максимальной мощности энергопри-нимающих устройств потребителя в точках поставки, в отношении которых заключен соответствующий договор энергоснабжения (купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности)), при применении предельных уровней нерегулируемых цен отнесение данного потребителя (покупателя) к подгруппам группы "прочие потребители" осуществляется в соответствии с величиной мощности, оплачиваемой потребителем (покупателем) на розничном рынке (для потребителя (покупателя), осуществляющего расчеты по первой ценовой категории, - в соответствии с величиной мощности, равной произведению объема потребления электрической энергии, определенного в порядке, предусмотренном настоящим документом, для соответствующего потребителя и коэффициента оплаты мощности потребителями (покупателями), осуществляющими расчеты по первой ценовой категории; для потребителя (покупателя), осуществляющего расчеты по второй ценовой категории, - в соответствии с величиной мощности, равной сумме по всем зонам суток расчетного периода произведений объемов потребления электрической энергии для соответствующей зоны суток потребителем и коэффициента оплаты мощности для соответствующей зоны суток, определяемого коммерческим оператором оптового рынка в соответствии с настоящим документом).

Таким образом, учитывая изложенное, суд соглашается с доводами третьего лица – ООО «Иркутскэнергосбыт» о неверности определенных истцом объема и стоимости заявленных к возмещению истцом. 

Расходы по необоснованному иску, в соответствии с положениями статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, относятся на истца.

Истец не платил государственную пошлину при подаче настоящего иска, поскольку в силу п. 1 ст. 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от ее уплаты.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия через Арбитражный суд Иркутской области.

Судья                          Зарубина Т.Б.