ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Ленина, дом 100б, Чита, 672000,  http://4aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А19-9527/2018

12 мая 2022 года

г. Чита

 

Резолютивная часть постановления объявлена  06 мая 2022 года

Полный текст постановления изготовлен  12  мая 2022 года

 

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Н. А. Корзовой, судей Н. И. Кайдаш, О. В. Монаковой, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью финансово-строительная компания «Родные берега» на решение Арбитражного суда Иркутской области от 18 января 2022 года по делу № А19-9527/2018 по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Промтехкомплект» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 664009, 

<

...>, кабинет 9) в лице его участника общества с ограниченной ответственностью «Фортраст капитал» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 670013, 

<

...>) к обществу с ограниченной ответственностью «Метеор» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 664024, 

<

...>) о признании сделок недействительными,

с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: общества с ограниченной ответственностью Финансово-строительная компания «Родные берега» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 664022, 

<

...>, далее также  - ООО ФСК «Родные берега»), Министерства имущественных отношений Иркутской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 2 664007, 

<

...>), Администрации города Иркутска (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 664025, 

<

...>), ФИО2.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции объявлялся перерыв с 04 мая 2022 года до 06 мая 2022 года. Информация о перерыве размещена на официальном сайте Четвертого арбитражного апелляционного суда  (http://4aas.arbitr.ru) и на официальном сайте федеральных арбитражных судов Российской Федерации (http://www.arbitr.ru).

В судебное заседание в Четвертый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе.

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле.

21.04.2022 и 04.05.2022 от ООО  ФСК «Родные Берега» поступило ходатайство об онлайн-заседании, в котором заявлено ходатайство об отложении судебного заседания, в связи с необходимостью участия представителя в заседании суда.

Протокольным определением от 04.05.2022 апелляционный суд отказал в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания, поскольку при назначении жалобы к судебному разбирательству апелляционный суд не признал обязательной явку лиц, участвующих в деле. Кроме того, о наличии каких-либо новых или дополнительных обстоятельств заявитель не указывает. Тем не менее, в целях ознакомления с поступившими пояснениями, лиц участвующих в деле, был объявлен перерыв в судебном заседании до 09 часов 30 минут 06 мая 2022 года.

Судом установлены следующие обстоятельства.

Общество с ограниченной ответственностью «Промтехкомплект» (далее – истец, ООО «Промтехкомплект») в лице его участника общества с ограниченной ответственностью «Фортраст капитал» (далее – ООО «Фортраст капитал») обратилось в Арбитражный суд Иркутской области к обществу с ограниченной ответственностью «Метеор» (далее – ответчик, ООО «Метеор») с требованием, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительными:

-           договора передачи прав и обязанностей по договору аренды земельного участка № 295/15 от 01.06.2015, заключенного между ООО «Промтехкомплект» и ООО «Метеор» 01.06.2015;

-           договора передачи прав и обязанностей по договору аренды земельного участка № 4637 от 13.10.2011, заключенного между ООО «Промтехкомплект» и ООО «Метеор» 05.02.2016.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 03.02.2020, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2020, исковые требования удовлетворены.

Постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 18.12.2020 решение Арбитражного суда Иркутской области от 03.02.2020 по делу № А19-9527/2018 и постановление апелляционного суда от 20.07.2020 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 18 января 2022 года по делу № А19-9527/2018 исковые требования удовлетворены,  признан недействительным договор передачи прав и обязанностей по договору аренды земельного участка № 295/15 от 01.06.2015, заключенный между ООО «Промтехкомплект» и ООО «Метеор» 01.06.2015.

Признан недействительным договор передачи прав и обязанностей по договору аренды земельного участка № 4637 от 13.10.2011, заключенный между ООО «Промтехкомплект» и ООО «Метеор» 05.02.2016.

Взысканы с ООО «Метеор» в пользу ООО «Промтехкомплект» расходы на проведение судебной экспертизы в размере 40 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 12 000 рублей.

Не согласившись с решением суда от 18.01.2022, третье лицо ООО ФСК «Родные берега» обратилось с апелляционной жалобой в Четвертый арбитражный апелляционный суд.

В апелляционной жалобе ООО ФСК «Родные берега», ссылаясь на нормы права, выражает несогласие с решением суда первой инстанции, указывая, что при принятии обжалуемого решения суд первой инстанции неправильно применил нормы материального права при разрешении вопроса о применении срока исковой давности, фактически проигнорировав постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 18.12.2020 по настоящему делу.

Также третье лицо указывает, что без каких либо доказательств суд первой инстанции пришел к выводу о ничтожности оспариваемых сделок (безвозмездность, злоупотребление правом), в то время, как квалифицируя основания для оспаривания сделок, суд руководствовался нормами корпоративного права о совершении сделок с заинтересованностью. Полагает, что судом осуществлен выход за пределы норм корпоративного права, вследствие чего сделки признаны ничтожными по общим нормам ГК РФ, вопреки тому, что существуют специальные корпоративные основания для этого.

Судом не приведено обоснование его вывода о злоупотреблении правом при совершении оспариваемых сделок, выходящем за рамки квалификации сделок с заинтересованностью с учетом правовой позиции, отраженной в том числе, в определении Верховного Суда РФ от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765 по делу №А71-14776/2015.

В определении Верховного Суда РФ от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765 по делу №А71-14776/2015 отражена следующая правовая позиция: суд вправе квалифицировать сделку как совершенную со злоупотреблением правом, однако в условиях конкуренции норм о недействительности обязан обосновать, в чем выявленные пороки сделки выходят за пределы диспозиций специальных норм о недействительности. В ином случае содержание специальных оснований недействительности сделки нивелируется и теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом, что не соответствует целям законодательного регулирования.

Следовательно, признание сделки недействительной по мотиву злоупотребления правом возможно только в том случае, если обстоятельства ее совершения и исполнения являются столь экстраординарными, что не покрываются ни одним из предусмотренных законом оснований недействительности сделки.

При этом, как полагает третье лицо, суд первой инстанции безосновательно отклонил представленные ответчиком и третьим лицом доказательства в подтверждение возмездного характера оспариваемых сделок.

Заявитель апелляционной жалобы также полагает, что судом первой инстанции сделан ошибочный вывод о наличии ущерба ООО «Промтехкомплект» в результате совершения оспариваемых сделок, судебный акт принят о правах лица, не привлеченного к участию в деле – ФИО3, а также судом не учтена противоречивость действий, правовой позиции истца и злоупотребление правами со стороны истца.

С учетом указанных обстоятельств, ООО ФСК «Родные берега» просит решение Арбитражного суда Иркутской области от 18.01.2022  по делу № А19-9527/2018 отменить, принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявленных исковых требований.

Отзыв на апелляционную жалобу поступил от истца, в котором он, возражая по доводам апелляционной жалобы, просит решение Арбитражного суда Иркутской области от 18.01.2022  по делу № А19-9527/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и соблюдения норм процессуального права в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО  «Фортраст капитал» является участником ООО «Промтехкомплект» с размером 49,83 % доли в уставном капитале.

13.10.2011 между ООО «Промтехкомплект» и Администрацией г. Иркутска был заключен договор аренды земельного участка № 4637 земельного участка, расположенного по адресу: 

<

...> кадастровый номер 38:36:000033:26373, площадью 4 073 кв.м.

01.06.2015 между ООО «Промтехкомплект» и Администрацией г. Иркутска был заключен договор аренды земельного участка № 295/15 в отношении земельного участка, расположенного по адресу: 

<

...> кадастровый номер 38:36:000033:34669, площадью 4 846 кв.м.

05.02.2015 ООО «Промтехкомплект» в лице генерального директора ФИО3 заключило договор передачи прав и обязанностей по договору аренды № 4637 от 13.10.2011 с ООО «Метеор» в лице генерального директора ФИО3 Передача прав и обязанностей по договору аренды от арендатора новому арендатору была произведена безвозмездно.

01.02.2015 ООО «Промтехкомплект» в лице генерального директора ФИО3 заключило договор передачи прав и обязанностей по договору аренды № 295/15 от 01.06.2015 с ООО «Метеор» в лице генерального директора ФИО3

На обращение участника общества с требованием предоставить информацию, касающуюся сделок, в том числе документы или иные сведения, подтверждающие, что сделки не нарушают интересы общества, ответ не предоставлен.

Извещения о совершении сделки в адрес других (незаинтересованных) участников общества не направлялось.

Как указал истец, право аренды имеет рыночную стоимость, и передача прав и обязанностей по договору аренды земельного участка на безвозмездной основе не соответствует рыночным условиям заключения подобных сделок.

ООО «Промтехкомплект» является коммерческой организацией, основной целью деятельности которой является извлечение прибыли. Любая сделка должна являться экономически целесообразной, поскольку безвозмездная передача прав и обязанностей по договору аренды земельного участка не согласуется с обычной практикой взаимоотношений коммерческих организаций.

ФИО3, действуя вопреки интересам ООО «Промтехкомплект» и иных участников общества, заключил сделки по передаче прав аренды на земельные участки с ООО «Метеор», генеральным директором которого являлась его сестра ФИО3

Согласно доводам искового заявления, ФИО3  в связи с осуществлением функций генерального директора ООО «Промтехкомплект»  об убыточности  договоров передачи прав и обязанностей по договорам аренды для ООО «Промтехкомплект»  достоверно знал, но все равно их заключил. Данные обстоятельства свидетельствует о совершении недобросовестных действий.

Полагая, что договор передачи прав и обязанностей от 05.02.2016 по договору аренды № 4637 от 13.10.2011, равно как и договор передачи прав и обязанностей от 01.06.2015 по договору аренды № 295/15 от 01.06.2015, заключенные между ООО «Промтехкомплект» и ООО «МЕТЕОР», являются сделками, совершенными в ущерб интересам ООО «Промтехкомплект», грубо нарушают права ООО «Фортраст Капитал» как участника ООО «Промтехкомплект» с долей в уставном капитале 49,83 %, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, в соответствии со ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пришел к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения иска, сочтя, что договор передачи прав и обязанностей от 05.02.2016 по договору аренды № 4637 от 13.10.2011, равно как и договор передачи прав и обязанностей от 01.06.2015 по договору аренды № 295/15 от 01.06.2015, заключенные между ООО «Промтехкомплект» и ООО «Метеор», являются сделками, совершенными в ущерб интересам ООО «Промтехкомплект», грубо нарушают права ООО «Фортраст Капитал» как участника ООО «Промтехкомплект» с долей в уставном капитале 49,83 %.

Суд исходил из того, что право аренды имеет рыночную стоимость, и передача прав и обязанностей по договору аренды земельного участка на безвозмездной основе не соответствует рыночным условиям заключения подобных сделок. ООО «Промтехкомплект» является коммерческой организацией, основной целыми деятельности которой является извлечение прибыли. Любая сделка должна являться экономически целесообразной для должника, поскольку безвозмездная передача прав и обязанностей по договору аренды земельного участка не согласуется с обычной практикой взаимоотношений коммерческих организаций.

В части срока исковой давности суд первой инстанции указал, что  учитывая недобросовестное исполнение участником и генеральным директором ООО «Промтехкомплект» ФИО3 требований статьи 34 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, не могут быть приняты доводы ответчика и третьего лица о том, что у истца была возможность сделать вывод о заключении оспариваемых сделок, если бы он потребовал проведения общего собрания участников общества, так как данные сделки носили безвозмездный характер, передача прав аренды в бухгалтерской и налоговой отчетности не отражалась, факт заключения сделок скрывался от участника.

Ответчиком и третьим лицом не доказана объективная возможность истца узнать об оспариваемых сделках ранее сентября 2017 года.

Суд первой инстанции отметил, что директор ООО «Метеор» в представленном суду отзыве признал факт сокрытия от ООО «Фортраст капитал» информации по сделкам.

Установив, что спорные сделки являются ничтожными, с учетом положений статей 195, 196, 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу, что срок исковой давности составляет три года  и истцом не пропущен.

Суд апелляционной инстанции поддерживает данные выводы суда первой инстанции, исходя из следующего.

Как отмечено выше, судом первой инстанции установлено, что 05.02.2015 ООО «Промтехкомплект» в лице генерального директора ФИО3 заключило договор передачи прав и обязанностей по договору аренды № 4637 от 13.10.2011 с ООО «Метеор» в лице генерального директора ФИО3

Передача прав и обязанностей по договору аренды от арендатора новому арендатору была произведена безвозмездно.

01.06.2015 ООО «Промтехкомплект» в лице генерального директора ФИО3 заключило договор передачи прав и обязанностей по договору аренды № 295/15 от 01.06.2015 с ООО «Метеор» в лице генерального директора ФИО3

ФИО3 и ФИО3 приходятся друг другу братом и сестрой, в связи с чем суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что оспариваемые сделки являются сделками с заинтересованностью.

Согласно пункту 1 статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закона об обществах с ограниченной ответственностью) сделки (в том числе заем, кредит, залог, поручительство), в совершении которых имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общества, члена коллегиального исполнительного органа общества или заинтересованность участника общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами двадцать и более процентов голосов от общего числа голосов участников общества, а также лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания, совершаются обществом в соответствии с положениями настоящей статьи.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) их аффилированные лица: являются стороной сделки или выступают в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом; владеют (каждый в отдельности или в совокупности) двадцатью и более процентами акций (долей, паев) юридического лица, являющегося стороной сделки или выступающего в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом; занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной сделки или выступающего в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица; в иных случаях, определенных уставом общества.

В силу пункта 3 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью общество обязано извещать о совершении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, незаинтересованных участников общества в порядке, предусмотренном для извещения участников общества о проведении общего собрания участников общества, а при наличии в обществе совета директоров (наблюдательного совета) - также незаинтересованных членов совета директоров (наблюдательного совета) общества.

Извещение должно быть направлено не позднее чем за пятнадцать дней до даты совершения сделки, если иной срок не предусмотрен уставом общества, и в нем должны быть указаны лицо (лица), являющееся ее стороной, выгодоприобретателем, цена, предмет сделки и иные ее существенные условия или порядок их определения, а также лицо (лица), имеющее заинтересованность в совершении сделки, основания, по которым лицо (каждое из лиц), имеющее заинтересованность в совершении сделки, является таковым.

Согласно правовой позиции, приведенной в  пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»,  участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Участник хозяйственного общества и член совета директоров, оспаривающие сделку общества, действуют от имени общества (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность»).

Как следует из материалов дела, спорные сделки были совершены без проведения общего собрания участников общества.

В абзаце 2 пункте 6 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью предусмотрено, что сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной.

Согласно разъяснениям, приеденным в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», по смыслу абзацев четвертого - шестого пункта 6 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью содержащаяся в нем презумпция ущерба от совершения сделки подлежит применению только при условии, что другая сторона оспариваемой сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение.

Бремя доказывания того, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о наличии элемента заинтересованности в сделке и об отсутствии согласия (одобрения) на ее совершение, возлагается на истца.

Применительно к сделкам с заинтересованностью судам надлежит исходить из того, что другая сторона сделки (ответчик) знала или заведомо должна была знать о наличии элемента заинтересованности, если в качестве заинтересованного лица выступает сама эта сторона сделки или ее представитель, изъявляющий волю в данной сделке, либо их супруги или родственники.

Договор передачи прав и обязанностей по договору аренды земельного участка № 295/15 от 01.06.2015, заключенный между ООО «Промтехкомплект» и ООО «Метеор» 01.06.2015, договор передачи прав и обязанностей по договору аренды земельного участка № 4637 от 13.10.2011, заключенный между ООО «Промтехкомплект» и ООО «Метеор» 05.02.2016) , являются сделками с заинтересованностью, поскольку заключены директором в своем интересе, поэтому в силу закона необходимо одобрение общего собрания ООО «Промтехкомплект», которое в рассматриваемом случае получено не было.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО3 не извещал иных участников ООО «Промтехкомплект» о заключении спорной сделки. Данное обстоятельство подтверждено самим ФИО3  в пояснениях  (том 3, л. д. 1-2).

В силу правовой позиции, указанной в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» от 16.05.2014 № 28, срок давности по иску о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее одобрения, исчисляется с момента, когда истец узнал или должен был узнать о том, что такая сделка требовала одобрения в порядке, предусмотренном законом или уставом, хотя бы она и была совершена раньше. Предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки с нарушением порядка одобрения крупной сделки или сделки с заинтересованностью не позднее даты проведения годового общего собрания участников (акционеров) по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка, если из предоставлявшихся участникам при проведении этого собрания материалов можно было сделать вывод о совершении такой сделки (например, если из бухгалтерского баланса следовало, что изменился состав основных активов по сравнению с предыдущим годом).

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа, отменяя решение Арбитражного суда Иркутской области от 03.02.2020 по делу № А19-9527/2018 и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2020, указал, что суды, рассматривая заявление о применении срока исковой давности, должны были определить, с какого момента у истца появилась реальная (объективная) возможность узнать о совершении оспариваемых сделок.

Истец, являясь участником ООО «Промтехкомплект», мог реализовать права участника, требовать проведения годового общего собрания, истребовать документы о финансовой деятельности, либо совершить иные действия, направленные на осуществление корпоративного контроля за деятельностью общества, либо уполномочить иное лицо на совершение таких действий.

Таким образом, выводы судов первой и апелляционной инстанций, сделанные по результатам рассмотрения заявления о пропуске истцом срока исковой давности, признаны преждевременными.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, исследовать представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, дать правовую оценку доводам сторон и с учетом установленных фактических обстоятельств дела рассмотреть спор по существу заявленных требований, решить вопрос о распределении судебных расходов по кассационной жалобе.

При первоначальном рассмотрении дела апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции о том, что при оспаривании договоров передачи прав и обязанностей по договорам аренды земельных участков истцом не нарушен годичный срок исковой давности, так как  об их заключении истцу стало известно только в марте 2018 года от ФИО3, что подтверждается пояснениями самого ФИО3 (том 3, л. д. 1-2); за период с 2016 по 2017 годы общие собрания участков общества не созывались.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.

Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

При этом, как правильно указал суд первой инстанции, срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации и составляет один год, на что указано в разъяснениях, приведенных в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность».

В случае если лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, находилось в сговоре с другой стороной сделки, срок исковой давности исчисляется со дня, когда о соответствующих обстоятельствах узнало или должно было узнать лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, иное, чем лицо, совершившее сделку. Лишь при отсутствии такого лица до момента предъявления участником хозяйственного общества или членом совета директоров требования срок давности исчисляется со дня, когда о названных обстоятельствах узнал или должен был узнать участник или член совета директоров, предъявивший такое требование.

На основании правовой позиции, приведенной в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», в силу части 3 статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации заявление о применении исковой давности, сделанное одним из соответчиков, не распространяется на других соответчиков, в том числе и при солидарной обязанности (ответственности). Заявление ненадлежащей стороны о применении исковой давности правового значения не имеет.

Поскольку исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации), соответствующее заявление, сделанное третьим лицом, по общему правилу не является основанием для применения судом исковой давности. Вместе с тем заявление о пропуске срока исковой давности может быть сделано третьим лицом, если в случае удовлетворения иска к ответчику возможно предъявление ответчиком к третьему лицу регрессного требования или требования о возмещении убытков.

От ответчика в ходе первоначального рассмотрения дела заявления о пропуске истцом срока исковой давности не поступало, об этом заявило третье лицо.

Третье лицо - ООО ФСК «Родные берега» доказательств возможности предъявления к нему ООО «Метеор» регрессного требования или требования о возмещении убытков не представило.

В ходе нового рассмотрения дела ответчик, поддерживая позицию третьего лица, прямого заявления о применении срока исковой давности также не заявлял.

Тем не менее, о совершении спорных сделок могло стать известно только  в  марте 2018  года  от  ФИО3,  что подтверждается пояснениями самого ФИО3 (том 3, листы дела 1-2), так как  за период с 2016 по 2017 годы общие собрания участков общества не созывались.

Доводы ООО ФСК «Родные берега» о том, что ООО «Фортраст капитал» имело доступ к финансовой информации ООО «Промтехкомплект», вследствие чего могло своевременно узнать о заключении спорных сделок, были судом отклонены правильно,  ввиду того, что данные сделки носили безвозмездный характер, передача прав аренды в бухгалтерской и налоговой отчетности не отражалась, факт заключения сделок скрывался от участника.

Апелляционный суд полагает, что судом первой инстанции обоснованно отклонен довод третьего лица о том, что в силу статьи 33 Закона об обществах с ограниченной ответственностью  представлению общему собранию участников подлежит не только бухгалтерская отчетность, а также годовой отчет директора о деятельности общества, который не ограничивается расшифровкой статей баланса, доказательств ознакомления с которым истцом не представлено, поскольку директор ООО «Промтехкомплект» ФИО3 в отзыве указал, что данную информацию скрывал.

В этой связи, как верно заметил суд первой инстанции, для запроса информации необходимы первоначальные исходные сведения о ее наличии, тогда как  в отсутствие какой-либо информации о разделе земельных участков, в условиях сокрытия информации о передаче активов третьим лицам, у истца попросту не было ни  повода, ни оснований  запрашивать иные сведения чем те, которые ему предоставлялись. Более того,  переданная истцу информация не содержала сведений об изменении активов общества.

Суд апелляционной инстанции соглашается с оценкой, данной судом первой инстанции  представленной ответчиком переписке, которая  также не подтверждает доводы о пропуске исковой давности, и из нее не следует данных о возмездности спорных сделок.

Как верно указал суд первой инстанции, большая часть представленной переписки к существу спора не имеет отношения, как и к оспариваемым сделкам. В частности, вся переписка 2015 года касается совершенно иной сделки, а именно переуступки прав по договору долевого участия в строительстве с ООО «Маком», ООО «Центр Строительного управления» и ООО «КСИ-СТРОЙ».

Представленная ответчиком переписка касается иных объектов, в том числе принадлежащих ФИО4, поэтому, действительно, отношения ни к деятельности ООО «Промтехкомплект», ни к спорным объектам не имеет.

Из переписки также следует, что руководитель участника запрашивал информацию о деятельности общества и о подаче налоговой отчетности. Так,  06.06.2017 на имя ФИО4 поступил проект протокола общего собрания участников ООО «Промтехкомплект» о смене генерального директора. Сам проект протокола не имеет даты. Сведений о его подписании в переписке не имеется. Однако, 18.09.2017 на имя ФИО4 поступили сканы оспариваемых договоров.

Фактически представленная переписка подтверждает тот факт, что копии оспариваемых договоров были представлены участнику ООО «Фортраст капитал» только в сентябре 2017 года.

При таких обстоятельствах, учитывая недобросовестное исполнение участником и генеральным директором ООО «Промтехкомплект» ФИО3 требований статьи 34 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, судом первой инстанции не могли  быть приняты доводы ответчика и третьего лица о том, что у истца была возможность сделать вывод о заключении оспариваемых сделок, если бы он потребовал проведения общего собрания участников общества, так как данные сделки носили безвозмездный характер, передача прав аренды в бухгалтерской и налоговой отчетности не отражалась, факт заключения сделок скрывался от участника.

Ответчиком и третьим лицом не доказана объективная возможность истца узнать об оспариваемых сделках ранее сентября 2017 года, из чего верно исходил суд первой инстанции.

Директор ООО «Метеор» в представленном суду отзыве признал факт сокрытия от ООО «Фортраст капитал» информации по сделкам,  и, вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы,  перечисленные ниже обстоятельства не позволяли ООО «Фортраст Капитал» усомниться в том, что договор аренды земельного участка является действующим.

В частности,  25.07.2015 Арбитражным судом Иркутской области вынесено решение по делу №19-6734/2015 о взыскании неустойки в размере 318 759 рублей 14 копеек по договору аренды № 4637 от 13.10.2011.

Решением Арбитражного суда Иркутской области по делу № А19-17189/2017  с ООО «Промтехкомплект» в пользу Министерства имущественных отношений Иркутской области взыскано: 44 346 руб. 32 коп. – основной долг по договору аренды земельного участка № 295/15 от 01.06.2015 за период с 26.05.2015 по 22.07.2015; 6 368 руб. 37 коп. – пени за нарушение сроков внесения арендных платежей по договору аренды земельного участка № 295/15 от 01.06.2015 за периоде 11.08.2015 по 10.03.2017.

Следовательно, как верно заметил суд первой инстанции, указанные судебные акты  подтверждают тот факт, что ООО «Промтехкомплект» несло принятые на себя обязанности по договору аренды, как минимум,  до марта 2017 года.

Определением по делу № А19-8717/2015 от 14.12.2015 было прекращено производство по делу №А19-8717/2015 по заявлению Администрации города Иркутска о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Промтехкомплект». Из содержания определения следует, что представитель заявителя в судебном заседании 18.11.2015 сообщил, что представить письмо о согласии финансирования процедуры не представляется возможным, финансирование возможно за счет договоров аренды должника, иных источников финансирования не имеется. Таким образом, в декабре 2015 года от самого арендодателя имелась информация о наличии арендных отношений с ООО «Промтехкомплект».

В указанном  определении суда по делу  № А19-8717/2015 от 14.12.2015  приведены ссылки на договор аренды земельного участка № 4637 от 13.10.2011, то есть  именно  тот договор, который был заключен до раздела земельного участка, на  кадастровый номер участка 38:36:000033:26373, что согласуется с имеющейся у участника общества информацией о правах аренды на земельные участки.

При этом, как правильно указал суд первой инстанции, отражение  в определении от 14.12.2015 по делу № А19-8717/2015   договора аренды земельного участка с площадью земельного участка 4 073 кв.м., само по себе не свидетельствует об очевидности для истца утраты права аренды на земельный участок с кадастровым номером 38:36:000033:3466 площадью 4 846 кв.м.

Площадь земельного участка не была предметом спора, и при отсутствии у участника сведений о разделе земельного участка с кадастровым номером 38:36:000033:26373, не могла служить источником информации об осуществлении каких-либо действий по разделу земельного участка и передаче прав третьему лицу.

Не обладая  какой-либо информацией о разделе земельных участков, ввиду сокрытия информации о передаче активов третьим лицам, истец в принципе не мог  запрашивать иные сведения, чем те, которые ему предоставлялись, о чем также правильно указал суд первой инстанции.

Более того, непредставление ФИО3 как генеральным директором ООО «Промтехкомплект» в суд в дело о банкротстве сведений о разделе земельного участка и передаче прав и обязанностей по договору аренды № 4637 от 13.10.2011 как раз и подтверждает тот факт, что заключение спорных договоров скрывалось от участника общества.

Таким образом, верными являются суждения суда первой инстанции о том, что реализация своих прав и обязанностей участника общества с должной степенью заботливости и осмотрительности, в том числе путем требования проведения ежегодного собрания участников общества, в любом случае не могла привести к тому, что истец узнал бы о состоявшихся сделках ранее сентября 2017 года.

Доказательства того, что при указанных обстоятельствах ООО «Фортраст капитал» узнало или могло узнать о совершении оспариваемых сделок с нарушением порядка одобрения сделки с заинтересованностью, ООО ФСК «Родные берега» в материалы дела не представлены.

Статьей 34 Закона об обществах с ограниченной ответственностью установлено, что очередное общее собрание участников общества проводится в сроки, определенные уставом общества, но не реже чем один раз в год. Очередное общее собрание участников общества созывается исполнительным органом общества.

Уставом общества должен быть определен срок проведения очередного общего собрания участников общества, на котором утверждаются годовые результаты деятельности      общества.     Указанное     общее     собрание     участников      общества     должно проводиться не ранее чем через два месяца и не позднее чем через четыре месяца после окончания финансового года.

Согласно абзацу 6 статьи 33 Закона об обществах с ограниченной ответственностью к компетенции общего собрания участников общества относится утверждение годовых отчетов и годовых бухгалтерских балансов.

Истцом представлена бухгалтерская отчетность ООО «Промтехкомплект» за 2014, 2015, 2016, 2017 годы, подтверждающая доводы истца о том, что оспариваемые сделки в ней отражены не были.

Вне зависимости от проведения или непроведения общего собрания участников общества, наличие годовых отчетов и бухгалтерских балансов не могло повлиять на осведомленность участника общества о состоявшихся сделках, так как эти сделки не нашли отражения в финансовых отчетах ООО «Промтехкомплект».

В этой связи апелляционный суд находит, что судом первой инстанции выполнены в полном объеме указания суда кассационной инстанции.

Исходя из того, что даже годичный срок давности не пропущен истцом, суд первой инстанции обоснованно рассмотрел спор по существу.

Согласно выписке из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 26.05.2015 и 20.08.2015 № 380/000/002/2015-50521, договор аренды земельного участка № 36 от 21.03.1994, заключенный с ООО «Промтехкомплект», действовал до 10.02.2012.

Договор аренды земельного участка № 4638 от 13.10.2011, заключенный с ООО «Промтехкомплект», действовал до 10.02.2012.

Договор аренды земельного участка № 4637 от 13.10.2011, заключенный с ООО «Промтехкомплект», действовал до 10.02.2017.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 06.11.2013 по делу № А19-12610/2012 установлено, что согласно решению Свердловского районного суда г. Иркутска от 07.08.2012  договор аренды земельного участка № 4637 от 13.10.2011, заключенный между администрацией города Иркутска и ООО «Промтехкомплект», признан недействительным в части включения земельного участка площадью 804 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...>; образован земельный участком с кадастровым номером 38:36:000033:26373 площадью 8848 кв.м., который является предметом договора аренды № 4637 от 13.10.2011.

Доказательства наличия у ООО «Промтехкомплект» какого-либо иного имущества в материалах дела отсутствуют.

Суд первой инстанции верно указал, что право аренды носит имущественный характер, оно оборотоспособно и имеет экономическую ценность.

Из пункта 3 договора передачи прав и обязанностей по договору аренды земельного участка № 4637 от 13.10.2011 следует, что права и обязанности по договору аренды земельного участка передаются безвозмездно. Договор передачи прав и обязанностей по договору аренды земельного участка № 295/15 от 01.06.2015 не содержит положений о возмездности сделки.

В материалы дела не представлено доказательств получения ООО «Промтехкомплект» от ООО «Метеор» какого-либо встречного исполнения по спорным договорам передачи прав и обязанностей по договорам аренды земельного участка, в связи с чем  указанные договоры правильно расценены судом первой инстанции  как  договоры дарения между юридическими лицами, а, поскольку дарение между коммерческими юридическими лицами запрещено (подпункт 4 пункта 1 статьи 575 ГК РФ), суд первой инстанции обоснованно дал им правовую квалификацию как  ничтожных.

Ссылки ответчика и третьего лица на платежное поручение № 107 от 19.05.2015 и заявление о зачете денежных средств с отметкой о получении ФИО3 от 27.08.2015 обоснованно отклонены судом первой инстанции, поскольку из платежного поручения № 107 следует, что ООО «Пятое колесо», не являющееся стороной оспариваемых сделок, перечислило 19.05.2015 на расчетный счет ООО «Промтехкомплект» денежные средства в размере 2 000 000 рублей в счет оплаты по договору беспроцентного займа № 1 от 18.05.2015. Это означает, что  зачисление указанных денежных средств не имело отношения к спорным сделкам.

Переданное ФИО3 27.08.2015 заявление о зачете денежных средств в счет обязательств ООО «Метеор» перед ООО «Промтехкомплект»          по договору передачи прав и обязанностей по договору аренды земельного участка № 295/15 от 01.06.2015 и по договору передачи прав и обязанностей по договору аренды земельного участка № 4637 от 13.10.2011,  также не является доказательством возмездности сделок, поскольку сумма в 2 000 000 рублей не отражена в бухгалтерской и финансовой отчетности общества. Таким образом, отсутствует объективное подтверждение данному факту, основанное на документах первичного бухгалтерского учета.

В этой связи суд первой инстанции пришел к обоснованным выводам о том, что права аренды земельных участков составляли основные активы ООО «Промтехкомплект»,  и их безвозмездная передача привела к невозможности осуществления обществом хозяйственной деятельности.

Из разъяснений Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащихся   в   пункте   9   Информационного   письма   от   25   ноября   2008   года   №   127, следует, что при наличии факта злоупотребления правом со стороны общества, выразившегося в заключении сделок на невыгодных для общества условиях, на основании пункта 2 статьи 10 и статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации спорные сделки могут быть признаны недействительными.

В результате оспариваемых сделок из активов ООО «Промтехкомплект» безвозмездно выбыло ликвидное имущественное право  - право аренды земельных участков общей площадью 4 846 кв.м. и 4 073 кв.м.

Довод ООО ФСК «Родные берега»  о том, что им производилась оплата арендных платежей в Министерство имущественных отношений Иркутской области  как доказательство возмездности сделки правильно не принят во внимание судом первой инстанции, поскольку ООО «Метеор» и ООО ФСК «Родные берега»  производили арендные платежи Министерству, тогда как  ООО «Промтехкомплект»  не получило встречного предоставления.

Согласно отчету об оценки № 219/18 МУП «БТИ г. Иркутска» права аренды земельного участка, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для многоквартирной застройки, площадью 4846 кв.м., расположенного по адресу: РФ, 

<

...> кадастровый номер: 38:36:000033:34669, рыночная стоимость права аренды земельного участка, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для многоквартирной застройки, площадью 4846 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...> по состоянию на 01.06.2015 составляет (округленно) 14 190 000 руб.

Согласно отчету об оценки № 219-1/18 МУП «БТИ г. Иркутска» права аренды земельного участка, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для многоквартирной застройки, площадью 4 073 кв.м., расположенного по адресу: РФ, 

<

...> кадастровый номер: 38:36:000033:26373, рыночная стоимость права аренды земельного участка, категория земель: земли населенных     пунктов,     разрешенное     использование:     для     многоквартирной     застройки, площадью 4 073 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...> по состоянию на 01.06.2015 составляет (округленно) 12 550 000 руб.

Кроме того, суд первой инстанции верно принял во внимание то обстоятельство, что передача права аренды изначально была платной, так как  по договору об уступке прав по договору аренды № 36 ООО «Промтехкомплект» выплатило  ОАО МТП «АГАТ» 1 000 000 рублей.

По существу, заключение договора аренды являлось и является частью коммерческого проекта по строительству группы жилых домов. Для осуществления указанного проекта ООО «Промтехкомплект» понесло и иные затраты, в том числе по переселению жителей, технологическому присоединению. Указанные затраты ответчиком не компенсированы. Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции, исходя из вышеизложенных обстоятельств, о том, что заключение оспариваемого соглашения производилось не только безвозмездно, но и влекло прямые убытки для ООО «Промтехкомплект».

Одним из основных видов деятельности ООО «Промтехкомплект» является строительство жилых и нежилых        зданий. 14 февраля 2017 года ООО «Промтехкомплект» было получено разрешение на ввод объекта в эксплуатацию № 383830300-03-2017 на группу жилых многоквартирных домов с нежилыми помещениями и подземными автостоянками. Блок-секция № 7 на земельном участке с кадастровым номером 38:36:000033:0021.

Указанное обстоятельство опровергает доводы ООО ФСК «Родные берега» о невозможности для ООО «Промтехкомплект» самостоятельного освоения земельных участков, переданных в аренду. Более того, данное обстоятельство подтверждает намерения истца продолжать свою деятельность.

Доводы ООО ФСК «Родные берега» о смешанном характере договора перенайма и включение в него элементов перевода долга, обоснованно отклонены судом первой инстанции  как основанные на неправильном толковании норм материального права, в том числе ввиду того, что передача обязательств по договору аренды на будущее время, в том числе по оплате текущей арендной платы, не может расцениваться как перевод долга.

Последствием совершения договоров перенайма явилось отчуждение прав долгосрочной аренды, принадлежавших истцу, в пользу другого юридического лица - ООО «Метеор», что привело к уменьшению активов ООО «Промтехкомплект».

Права аренды земельных участков является активом ООО «Промтехкомплект», и отчуждение данных прав ответчику без встречного предоставления свидетельствует о причинении вреда имущественным правам общества.

Проанализировав содержание решений от  25.07.2015 № А19-6734/2015 и от 30.11.2017 по делу № А19-17189/2017 Арбитражного суда Иркутской области, суд первой инстанции обоснованно указал, что данные   судебные   акты   подтверждают   тот   факт,   что   к   новому   арендатору   не перешли   обязательства   ООО   «Промтехкомплект» по   оплате  арендной   платы,   что свидетельствует о явной ущербности сделки для ООО «Промтехкомплект».

В оспариваемых договорах отсутствуют условия о согласовании между истцом и ответчиком размера  платы за уступаемое право аренды. Доказательства, свидетельствующие о том, что участники сделок в иных документах определили размер платы по договорам уступки прав, также отсутствуют. Оспариваемые сделки от имени должника совершены ФИО3, а от имени ответчика - ФИО3, являющимися родными братом и сестрой.

Таким образом, оспариваемые договоры не предусматривают встречного исполнения и ООО «Промтехкомплект» не получало от ответчика денежные средства в счет оплаты уступленных прав, сделки совершены заинтересованными лицами.

Для разрешения вопроса о стоимости прав аренды земельного участка, расположенного по адресу: 

<

...> кадастровый номер 38:36:000033:26373. площадью 4 073 кв.м. и земельного участка, расположенного по адресу 

<

...> кадастровый номер 38:36:000033:34669, площадью 4 846 кв.м.,  определением суда от 19.07.2019 назначена судебная оценочная экспертиза, проведение которой поручено эксперту-оценщику общества с ограниченной ответственностью (ООО) «Русская провинция» – ФИО5 (далее – эксперт, ФИО5).

20.08.2019 от ООО «Русская провинция» в материалы дела поступило экспертное заключение № 301/19 от 19.08.2019, по результатам которой экспертом были сделаны следующие выводы:

-           рыночная стоимость права аренды земельного участка, расположенного по адресу: 

<

...> кадастровый номер 38:36:000033:26373 площадью 4 073 кв.м. по состоянию на 05.02.2016 равна 33 843 000 руб.

-           рыночная стоимость права аренды земельного участка, расположенного по адресу: 

<

...> кадастровый номер 38:36:000033:34669 площадью 4 846 кв.м. по состоянию на 01.06.2015 равна 39 805 000 руб.

ООО ФСК «Родные берега» представило возражения относительно выводов судебной экспертизы, заявило ходатайство о назначении повторной экспертизы, указав, что поступившее в материалы дела заключение эксперта от № 301/19 от 19.08.2019 вызывает сомнения в достоверности выводов, сделанных экспертом.

Вследствие наличия  возражений и замечаний, в судебном заседании 20.12.2019 судом первой инстанции был заслушан эксперт ООО «Русская провинция» ФИО5, который аргументированно  обосновал необходимость при проведении оценки учета фактического использования земельного участка, как одной из характеристик самого объекта исследования. Проведенные экспертом исследования не оставляют сомнения, что при выбранном методе оценки – метод сравнения продаж – исследование проводилось в ретроспективе на установленную судом дату оценки. Эксперт не только обосновал выбранный метод оценки, но и обосновал отказ от иных методов (в том числе, затратного).

Экспертом даны ответы на вопросы: какова рыночная стоимость права аренды земельного участка, расположенного по адресу: 

<

...> кадастровый номер 38:36:000033:26373, площадью 4 073 кв.м., на 05.02.2016; земельного участка, расположенного по адресу: 

<

...> кадастровый номер 38:36:000033:34669, площадью 4 846 кв.м..   на 01.06.2015.

Суд первой инстанции правильно указал, что эксперт делает выводы по поставленным перед ним вопросам, основываясь на своем профессиональном опыте, на знаниях требований существующей методики      по      проведению      оценочных      экспертиз,      перечисленных  в заключении эксперта, с учетом которых последний пришел к выводу о    рыночной стоимости прав аренды на спорные земельные участки.

Заключение, составленное экспертом ООО «Русская провинция» ФИО5, обоснованно признано соответствующим требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Каких-либо нарушений требований проведения экспертизы, установленных положениями процессуального законодательства и законодательства о судебной экспертной деятельности, не установлено.

Поскольку экспертное заключение является ясным и полным, выводы не являются противоречивыми, какие-либо сомнения в обоснованности заключения эксперта отсутствуют, оно обоснованно признано допустимым доказательством по делу.

В соответствии с частью 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта исследуется наряду с другими доказательствами по делу.

По смыслу статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подготовленное в рамках рассматриваемого дела экспертное заключение не должно противоречить иным доказательствам, представленным сторонами.

Установив, что  сделки с заинтересованностью были заключены в отсутствие согласия участника ООО «Промтехкомплект» - ООО «Фортраст капитал», определив безвозмездный характер спорных сделок, учтя результаты судебной экспертизы, суд первой инстанции пришел к верному   выводу об обоснованности требования истца о признании недействительным договора передачи прав и обязанностей по    договору    аренды    земельного    участка    №    295/15    от    01.06.2015, заключённого между ООО «Промтехкомплект» и ООО «Метеор»  01.06.2015, а также договора передачи прав и обязанностей по договору аренды земельного участка № 4637 от 13.10.2011, заключенного между ООО «Промтехкомплект» и ООО «Метеор» 05.02.2016.

Соглашается апелляционный суд и с возможностью применения в рассматриваемом случае положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускающей осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

Как  правильно указано  судом первой инстанции, генеральный директор ООО «Промтехкомплект» ФИО3 заключая оспариваемые сделки о передаче прав и обязанностей по договорам аренды земельный участков с ООО «Метеор», генеральным директором которого являлась его родная сестра ФИО3, участников общества о намерении заключить сделки не уведомлял, согласия на их заключение не получал, рыночную стоимость переданных прав аренды на земельные участки не устанавливал, оценку не проводил.

Какая-либо экономическая целесообразность данных сделок для ООО «Промтехкомплект» не подтверждена, а в результате совершения данных сделок активы ООО «Промтехкомплект» существенно уменьшились. ФИО3, зная о том,    что    заключенные    сделки    являются    сделками    с    заинтересованностью,    не убедилась в получении согласия участников ООО «Промтехкомплект» на их заключение.

Статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Поскольку спорные сделки являются ничтожными, с учетом положений статей 195, 196, 181 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, данных Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»,  срок исковой давности составляет три года,  и истцом не пропущен (равно как и годичный срок, о чем указано выше).

Отклоняются апелляционным судом доводы заявителя апелляционной жалобы о  неверном применении положений статьи 10 ГК РФ.

Абзацем шестым пункта 1 статьи 65.2 ГК РФ участнику корпорации (участнику, члену, акционеру и т.п.) предоставлено право оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182 ГК РФ), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 ГК РФ или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

Лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения крупных сделок или сделок с заинтересованностью, обязано доказать следующее: 1) наличие признаков, по которым сделка признается соответственно крупной сделкой или сделкой с заинтересованностью, а равно нарушение порядка одобрения соответствующей сделки (пункт 1 статьи 45 и пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью); 2) нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников, то есть факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них (пункт 2 статьи 166 ГК РФ, абзац 5 пункта 5 статьи 45 и абзац 5 пункта 5 статьи 46 Закона  об обществах с ограниченной ответственностью).

Пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

При указанных выше обстоятельствах суд первой инстанции пришел  к верному  выводу, что истцом  не пропущен срок исковой давности, установленный для ничтожных и оспоримых сделок.

Иной подход ставил бы участников общества, не обладающих возможностью постоянно контролировать органы управления юридическим лицом, в заведомо невыгодное положение, сопряженное с невозможностью реальной защиты своих интересов в ситуации, когда факт совершения сделки с заинтересованностью скрывается органом управления юридическим лицом, и при этом срок исковой давности продолжает течь, что противоречит сути законодательного регулирования отношений, касающихся одобрения сделок с заинтересованностью, направленных на предотвращение конфликта интересов между органами управления и участниками хозяйственного общества (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.08.2016 N 305-ЭС16-3884, Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.10.2016).

Установив фактические обстоятельства дела, в том числе совершение сделки в условиях корпоративного конфликта, на условиях очевидной невыгодности и убыточности для общества, путем злоупотребления правом и без ее предварительного одобрения общим собранием участников общества как сделки с заинтересованностью,  суд  первой   инстанции пришел к правильному  выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований.

Ссылка заявителя апелляционной жалобы на правовую позицию, приведенную в определении Верховного Суда РФ от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765 по делу №А71-14776/2015, отклоняется апелляционным судом как ошибочная.

В определении Верховного Суда РФ от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765 по делу №А71-14776/2015, действительно,  отражена   правовая позиция о том, что суд вправе квалифицировать сделку как совершенную со злоупотреблением правом, однако, необходимо  в условиях конкуренции норм о недействительности обосновать,   чем выявленные пороки сделки выходят за пределы диспозиций специальных норм о недействительности (дефекты сделки).

Наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)").

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок и сделок с предпочтением (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886).

Между тем названные разъяснения касаются специальных оснований оспоримости подозрительных сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ.

Закон об  обществах с ограниченной ответственностью, хотя и содержит специальные основания для оспаривания сделок (корпоративные), однако, это не препятствует суду первой инстанции дать правовую квалификацию и по общим основаниям, предусмотренным статьей 10 ГК РФ.

Апелляционный суд по результатам рассмотрения апелляционной  жалобы считает, что судом первой инстанции  правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора, им дана надлежащая правовая оценка, приведенные сторонами доводы и возражения исследованы в полном объеме с указанием в судебном акте мотивов, по которым они были приняты или отклонены, выводы суда соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, нормы права, регулирующие спорные правоотношения, применены правильно, указания суда кассационной инстанции выполнены.

Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем решение суда первой инстанции подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Лица, участвующие в деле, могут получить информацию о движении дела в общедоступной базе данных «Картотека арбитражных дел» по электронному адресу: www.kad.arbitr.ru.

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 18 января 2022 года по делу № А19-9527/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа путем подачи кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                                      Н.А. Корзова

 

Судьи                                                                                               Н.И. Кайдаш

 

О.В. Монакова