Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень                                                                                          Дело № А45-36039/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 января 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 24 января 2024 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                         Доронина С.А.,

судей                                                         Ишутиной О.В.,

ФИО1 -

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Рубикон-СпецТехника» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее - общество «Рубикон-СпецТехника») на определение от 12.06.2023 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Лихачёв М.В.) и постановление от 04.10.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Кривошеина С.В., Бородулина И.И., Павлюк Т.В.) по делу № А45-36039/2020 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сибирский ЛПК» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее - общество «Сибирский ЛПК», должник), принятые по заявлению общества «Рубикон-СпецТехника» о включении 15 040 129,82 руб. в реестр требований кредиторов должника.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве общества «Сибирский ЛПК» общество «Рубикон-СпецТехника» обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении 15 040 129,82 руб. в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 12.06.2023, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2023, требование общества «Рубикон-СпецТехника» в размере 5 412 050,53 руб. основного долга и 2 051 893,12 руб. неустойки включено в третью очередь реестра кредиторов должника; в удовлетворении остальной части заявления отказано.

В кассационной жалобе общество «Рубикон-СпецТехника» просит определение суда от 12.06.2023 и постановление апелляционного суда от 04.10.2023 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение.

Доводы кассационной жалобы сводятся к неправильному применению судами положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), в частности, к отсутствию оснований для снижения начисленной кредитором должнику неустойки, рыночному характеру согласованного сторонами размера неустойки – 0,1 % за день просрочки, а также необходимости применения кросс-сальдирования, которое складывается в пользу кредитора и составляет, по мнению кассатора, более 2 500 000 руб.

Изучив материалы обособленного спора, доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на неё, проверив в соответствии со статьями 286, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность обжалуемых определения и постановления, суд округа считает их подлежащими отмене.

Материалами обособленного спора подтверждается, что требование общества «Рубикон-Спецтехника» основаны на неисполнении обществом «Сибирский ЛПК» обязательств по сделкам:

- договор поставки от 16.03.2018 № 16/03-18 по которому решением суда от 13.04.2021 по делу № А45-9343/2020 с должника в пользу кредитора взыскан долг, пени и судебные издержки в сумме 4 502 020,65 руб. (пени на долг начислены до 25.04.2021 в размере 4 438,12 руб.);

- разовые поставки и оказание услуг задолженность по которым в размере 256 813 руб. подтверждается актами и накладными;

- договор сублизинга от 23.08.2017 №53779-ФЛ/ТЛ-17 (далее - договор № 1), размер обязательств по которому, исходя из подведённого кредитором сальдо встречных обязательств, составляет 3 318 305,56 руб. основного долга и 2 457 142,32 руб. пени;

Расчёт кредитора сальдо встречных обязательств по договору № 1 включает в себя сумму представленного финансирования (14 902 872,87 руб.), плату за представленное финансирование (547 984,76 руб.), неустойка (2 457 142,32 руб.), расходы на ремонт (35 361,50 руб.) с одной стороны, и сумма внесённых лизинговых платежей (10 992 487,30 руб.), стоимость предмета лизинга (8 930 000 руб.), с другой стороны.

- договор сублизинга от 23.08.2017 №53780-ФЛ/ТЛ-17 (далее - договор № 2), размер обязательств по которому исходя из подведённого кредитором сальдо встречных обязательств, составляет 2 813 145,63руб. основного долга и 1 692 702,66 руб. пени.

Расчёт кредитора сальдо встречных обязательств по договору № 2 включает в себя сумму представленного финансирования (3 233 194,69 руб.), плату за представленное финансирование (209 137,21 руб.), неустойка (1 692 702,66 руб.) с одной стороны и сумма внесённых лизинговых платежей (328 575.79 руб.), стоимость предмета лизинга (300 000 руб.), с другой стороны.

Суды первой и апелляционной инстанций, частично удовлетворяя заявленные требования, исходили из того, что согласованная в договорах сублизинга неустойка в размер 0,1 % за каждый день просрочки является несоответствующей последствиям нарушения обязательства, в связи с чем она подлежит снижению до двукратной ставки рефинансирования. Исходя из этого, суды, осуществив расчёт сальдо встречных обязательств по договорам сублизинга, указали на то, что по договору № 1 сальдо в пользу должника 5 202 195,09 руб., по договору № 2 сальдо в пользу кредитора 2 712 566,77 руб.

При этом суды не усмотрели оснований для кросс-сальдирования обязательств по договорам № 1 и № 2 ввиду обособленности этих сделок, отсутствии в них положений о возможности перекрёстного сальдирования.

По результатам проверки законности и обоснованности обжалуемых судебных актах суд округа пришёл к следующим выводам.

1.      Договор поставки от 16.03.2018 № 16/03-18.

Согласно положениям абзаца второго пункта 10 статьи 16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) разногласия по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтверждённым вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом в деле о банкротстве, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром.

Согласно требованиям статьи 16 АПК РФ и статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов, федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, в том числе судом, рассматривающих дела о банкротстве.

Исполнимость судебных актов, принимаемых судами общей юрисдикции и арбитражными судами, обеспечивается их обязательностью на всей территории Российской Федерации для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан, что прямо предусмотрено соответствующими положениями ГПК РФ (статья 13) и АПК РФ (статья 16). Непременным условием обеспечения обязательности судебных актов является отсутствие между ними коллизий

Таким образом, при наличии вступившего в законную силу решения суда, подтверждающего состав и размер требования кредитора, арбитражный суд определяет возможность его предъявления в процессе несостоятельности и очерёдность удовлетворения, не пересматривая спор по существу.

Учитывая то, что требование общества «Рубикон-Спецтехника» в части задолженности по договору поставки от 16.03.2018 № 16/03-18 подтверждено вступившим в законную силу решением суда от 13.04.2021 по делу № А45-9343/2020, суды первой и апелляционной инстанций правомерно указали на обоснованность данной части заявления и, соответственно, наличии оснований для включения соответствующей задолженности в реестр требований кредиторов должника.

2.             Разовые поставки и оказание услуг на сумму 256 813 руб.

По смыслу статей 71, 100 Закона о банкротстве с учётом разъяснений пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» и сформировавшейся судебной практики кредитор, заявляющий о включении своего требования в реестр, должен ясно и убедительно подтвердить реальность долга, то есть его наличие и размер.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником, её размера.

Кредитор, заявивший требования к должнику, как и лица, возражающие против этих требований, обязаны доказать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований или возражений (статья 65 АПК РФ).

Статьёй 506 ГК РФ предусмотрено, что по договору поставки поставщик - продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним или подобным использованием.

Согласно пункту 1 статьи 516 ГК РФ покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчётов, предусмотренных договором поставки. Если соглашением сторон порядок и форма расчётов не определены, то расчёты осуществляются платёжными поручениями.

Если договором поставки предусмотрено, что оплата товаров осуществляется получателем (плательщиком) и последний неосновательно отказался от оплаты либо не оплатил товары в установленный договором срок, поставщик вправе потребовать оплаты поставленных товаров от покупателя (пункт 2 статьи 516 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 486 ГК РФ покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено названным Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором и не вытекает из существа обязательства.

Согласно статье 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определённые действия или осуществить определённую деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг (часть 1 статьи 781 ГК РФ).

Согласно статье 783 ГК РФ к договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде и бытовом подряде, если это не противоречит статьям 779 - 782 ГК РФ, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

Основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача подрядчиком (исполнителем) результата работ заказчику (статья 711 ГК РФ). Исходя из положений главы 39 ГК РФ, достаточным основанием для оплаты услуг выступает именно сам факт их оказания заказчиком исполнителю.

Учитывая, что поставка товаров и оказание услуг подтверждены первичной документацией - универсальными передаточными актами, доказательств, свидетельствующих об обратном в материалы обособленного спора не представлено, суд округа соглашается с выводами судов об обоснованности этой части требования общества «Рубикон-Спецтехника».

3.      Договоры № 1 и № 2.

3.1 Существо требования.

В силу статьи 665 ГК РФ, статьи 2 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее - Закон о лизинге) по договору финансовой аренды (лизинга) обязанности лизингодателя сводятся к приобретению в собственность у третьей стороны (продавца) имущества и предоставлению данного имущества лизингополучателю во временное владение и пользование.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее - Постановление № 17), под договором выкупного лизинга понимается договор лизинга, который в соответствии со статьёй 19 Закона о лизинге содержит условие о переходе права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю при внесении им всех лизинговых платежей, включая выкупную цену, если её уплата предусмотрена договором.

В связи с этим в пункте 2 Постановления № 17 указано, что в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств (финансирования), а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счёт средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии. Приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного.

Из пункта 1 статьи 8 Закона о лизинге следует, что сублизинг представляет собой вид поднайма предмета лизинга, при котором лизингополучатель по договору лизинга передаёт третьим лицам (лизингополучателям по договору сублизинга) во владение и в пользование за плату и на срок в соответствии с условиями договора сублизинга имущество, полученное ранее от лизингодателя по договору лизинга и составляющее предмет лизинга.

В соответствии с абзацем третьим пункта 3.1 Постановления № 17 расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

Аналогичный подход применим при расторжении любого договора (пункт 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении», определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2018 № 304-ЭС17-14946).

Термином «сальдо» (итал. saldo - расчет, остаток) принято обозначать разность между суммами прихода и расхода. Иными словами, выведение сальдо предполагает определение стоимости предоставленного каждой из сторон договора, сравнение этих стоимостей, вычисление положительной разницы в пользу одной из сторон как размера её требования к другой (по существу, сверка взаиморасчётов).

При этом по смыслу пунктов 3.2, 3.3 Постановления № 17 убытки, понесённые стороной договора в связи с нарушением его условий другой стороной, и начисленные по этой причине санкции, учитываются при определении итогового сальдо встречных обязательств.

Указанный механизм не может служить способом обхода применения норм, которые подлежали бы применению к правам и обязанностям сторон в том случае, если бы договор не был расторгнут (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Таким образом при выведении сальдо встречных обязательств нормы об уменьшении неустойки в связи с её несоразмерностью последствиям нарушения обязательств (статья 333 ГК РФ) применяются в общем порядке.

Согласно пункту 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7) подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае её явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

По смыслу статей 332, 333 ГК РФ установление в договоре максимального или минимального размера (верхнего или нижнего предела) неустойки не являются препятствием для снижения её судом (пункт 70 Постановления № 7).

В пункте 77 Постановления № 7 разъяснено, что снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательства и другое.

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией. Признание несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства является правом суда, принимающего решение. При этом в каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения санкций с учётом конкретных обстоятельств дела и взаимоотношений сторон.

Суды первой и апелляционной инстанций, с учётом конкретных обстоятельства дела, взаимоотношений сторон, приняв во внимание размер согласованной в договорах № 1 и № 2 неустойки (36 % годовых), сумму штрафных санкций, сложившуюся в данных правоотношениях (2 457 142,32 руб. и 1 692 702,66 руб.), посчитали её несоразмерной последствиям нарушения обязательства, в связи с чем пришли к выводу о необходимости её снижения и осуществления расчёта штрафных санкций исходя из двукратной ставки рефинансирования (определённый судами размер нестойки - 765 926.92 руб. и 564 810,66 руб. по договорам № 1 и № 2, соответственно).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 72 Постановления № 7, основаниями для отмены в кассационном порядке судебного акта в части, касающейся уменьшения неустойки по правилам статьи 333 ГК РФ, могут являться нарушение или неправильное применение норм материального права, к которым, в частности, относятся нарушение требований пункта 6 статьи 395 названного Кодекса, когда сумма неустойки за просрочку исполнения денежного обязательства снижена ниже предела, установленного пунктом 1 статьи 395 названного Кодекса, или уменьшение неустойки в отсутствие заявления в случаях, установленных пунктом 1 статьи 333 названного Кодекса.

Указанных обстоятельств судом округа при рассмотрении кассационной жалобы не установлено.

Положения статьи 333 ГК РФ являются средством защиты должника по обязательству и иных обязанных лиц, применяемым судами в целях стабилизации коммерческого оборота, соблюдения принципов справедливости и соразмерности объёма штрафных санкций (неустойки) наступившим последствиям нарушения обязательств.

Несогласие общества «Рубикон-СпецТехника» с выводами судов относительно наличия оснований для снижения размера неустойки не свидетельствует о неправильном применении судами положений статьи 333 ГК РФ и не является основанием для отмены судебных актов в кассационном порядке, поскольку определение судом конкретного размера неустойки является вопросом факта, а не выводом о применении нормы права; рассмотрение по существу вопроса о снижении неустойки и определение её конкретного размера не входят в компетенцию суда кассационной инстанции (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 28.02.2017 № 412-О).

3.2 Возможность применения кросс-сальдирования задолженности по договорам № 1 и № 2.

Как разъяснено в пункте 15 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021, при разрешении спора об имущественных последствиях исполнения и расторжения нескольких взаимосвязанных договоров выкупного лизинга подлежит определению совокупный сальдированный результат. Установление сальдо взаимных обязательств сторон в таком случае не является зачётом встречных однородных требований по смыслу статьи 410 ГК РФ.

Согласно сложившейся судебной практике сальдирование имеет место тогда, когда в рамках одного договора (либо нескольких взаимосвязанных договоров) определяется завершающая обязанность сторон при прекращении договорных отношений полностью (либо их отдельного этапа). Сопоставление обязанностей сторон из одних отношений и осуществление арифметических (расчётных) операций с целью определения лица, на которое возлагается завершающее исполнение (с суммой такого исполнения), не может быть квалифицировано как зачёт и не подлежит оспариванию как отдельная сделка, так как причитающуюся стороне итоговую денежную сумму уменьшает она сама своим ненадлежащим исполнением основного обязательства, а не контрагент, констатировавший расчётную операцию сальдирования. Соответственно в подобной ситуации не возникают встречные обязанности, а формируется лишь единственная завершающая обязанность одной из сторон договора (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2018 № 304-ЭС17-14946, от 12.03.2018 № 305-ЭС17-17564, от 02.09.2019 № 304-ЭС19-11744, от 29.08.2019 № 305-ЭС19-10075, от 28.10.2019 № 305-ЭС19-10064, от 11.06.2020 № 305-ЭС19- 18890, от 15.10.2020 № 302-ЭС20-1275, от 27.10.2020 № 305-ЭС20-10019, от 10.12.2020 № 306-ЭС20-15629, от 21.01.2021 № 305-ЭС20-18605, от 02.02.2021 № 305-ЭС20-18448).

По общему правилу сальдирование возможно в рамках одного договора, однако, в ряде случаев подобным образом могут сопоставляться обязанности сторон, зафиксированные в разных договорах, фактически являющихся элементами одного правоотношения, искусственно раздробленного на несколько договорных связей для удобства сторон или по причине нормативных предписаний в соответствующей сфере отношений (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.10.2019 № 305-ЭС19-10064, от 15.10.2020 № 302-ЭС20-1275). Возможны также ситуации, когда стороны своей волей договариваются о подобном объединении расчётов по нескольким невзаимосвязанным договорам (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 305-ЭС19-18890).

Соответствующая правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.08.2023 № 307-ЭС23-4950, в соответствии с которой сальдирование имеет место тогда, когда в рамках одного договора (либо нескольких взаимосвязанных договоров) определяется завершающая обязанность сторон при прекращении договорных отношений полностью (либо их отдельного этапа).

При этом, даже факт взыскания встречных задолженностей, подлежащих сальдированию, в рамках различных судебных дел вступившими в законную силу судебными актами не препятствует определению итогового сальдо взаимных обязательств (определения Верховного Суда Российской Федерации от 08.04.2021 № 308-ЭС19-24043(2,3), от 26.12.2022 № 304-ЭС17-18149(15)).

В рассматриваемом случае между обществами «Сибирский ЛПК», «Рубикон-СпецТехника» фактически сложились обязанности сторон, зафиксированные хоть и в разных договорах, но фактически являющихся элементами одного и того правоотношения, которое идентично и не менялось (лизинг; по своему содержанию договоры № 1 и № 2 одинаковые).

В такой ситуации суды первой и апелляционной инстанций ошибочно указали на невозможность использования механизма сальдирования задолженностей для целей определения завершающей обязанности одной стороны в отношении другой в рамках лизингового правоотношения, сложившегося между обществами «Сибирский ЛПК» и «Рубикон-СпецТехника».

Поскольку судами неопределено сальдо встречных обязательств по лизинговому правоотношению меду обществами «Сибирский ЛПК», «Рубикон-СпецТехника», оформленных договорами № 1 и № 2, выведение которого является выводом, основанным на исследовании и оценке представленных в материалы обособленного спора доказательств (статьи 71, 168, 170, 271 АПК РФ), то есть исключительной компетенцией судов первой и апелляционной инстанций, суд округа считает обжалуемые судебные акты подлежащими отмене с направлением обособленного спора на новое рассмотрение.

4. Возможность проведения зачёта встречных обязательств сторон по различным гражданским правоотношениям.

Как указано ранее в рамках договора № 1 размер сальдо составляет 5 202 195,09 руб. (в пользу должника); в рамках договора № 2 сальдо равно 2 712 566,77 руб. (в пользу кредитора); размер иных неисполненных обязательств должника перед кредитором составляет 3 274 605,21 руб. (основного долга) и 1 487 082,46 руб. пени (неустойка).

При этом общество «Рубикон-СпецТехника» в кассационной жалобе ссылается на наличие у должника перед ним задолженности в размере более 2 500 000 руб., что, в целом, соотносится с сопоставлением и зачётом всей задолженности кредитора перед должником, вытекающей из лизинговых правоотношений, и должника перед кредитором, вытекающей из иных гражданских правоотношений.

С учётом этого суд округа считает необходимым отметить следующее.

Законодательством о банкротстве не установлен тотальный запрет на проведение зачёта в процедуре конкурсного производства. Согласно абзацу третьему пункта 8 статьи 142 Закона о банкротстве зачёт требования банкрота, в отношении которого открыта процедура конкурсного производства, против встречного требования к нему другого лица допускается, если при этом не нарушаются предусмотренные законодательством о несостоятельности принципы очерёдности и пропорциональности удовлетворения требований кредиторов банкрота.

Приведённое ограничение права на прекращение обязательств зачётом основано на положениях абзаца шестого статьи 411 ГК РФ и направлено на защиту интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов банкрота: зачёт не должен приводить к тому, что требование одного из членов этого сообщества к банкроту удовлетворяется преимущественно по отношению к требованиям остальных. Другими словами, зачёт не может ухудшить положение иных кредиторов банкрота.

Если банкрот имеет встречное денежное требование к своему кредитору третьей очереди удовлетворения, финансовое положение которого позволяет произвести исполнение в пользу конкурсной массы, в отсутствие зачёта такой конкурсный кредитор вносит всю причитающуюся с него сумму банкроту и получает возможность удовлетворить своё встречное требование лишь после расчётов с кредиторами по текущим обязательствам, с реестровыми кредиторами первой и второй очерёдностей удовлетворения, причём в равной доле со всеми другими кредиторами третьей очереди (статьи 134, 142 Закона о банкротстве), то есть фактически полученная упомянутым кредитором сумма, скорее всего, окажется меньше той, которую сам кредитор внёс в конкурсную массу по своему обязательству перед банкротом. Прекращение же соответствующих встречных обязательств зачётом означает, что названный конкурсный кредитор в части зачтённых сумм гарантированно получает полное удовлетворение своего требования к банкроту, тогда как остальные кредиторы банкрота лишаются возможности участвовать в распределении денежных средств, которые этот удовлетворившийся кредитор должен был передать в конкурсную массу, что может свидетельствовать о получении им предпочтения.

Иная ситуация возникает, если банкрот имеет встречное требование к кредитору, не имеющему активов. С одной стороны, такой кредитор, находясь в реестре требований кредиторов банкрота, влияет на принимаемые собранием кредиторов решения, участвует в определении судьбы банкрота, претендует на распределении в свою пользу части конкурсной массы. С другой стороны, денежные средства, причитающиеся с самого кредитора, фактически не могут быть получены ввиду отсутствия у него ликвидного имущества. Зачёт подобных встречных требований не изменит объем удовлетворения, на которое реально могли рассчитывать текущие кредиторы банкрота, его реестровые кредиторы первой и второй очерёдностей удовлетворения. Положение же реестровых кредиторов третьей очереди удовлетворения после зачёта только улучшится, так как уменьшится общий объём притязаний к конкурсной массе банкрота за счёт исключения из реестра прекращённого зачётом требования.

Таким образом для определения возможности проведения зачёта по встречным  обязательствам общества «Сибирский ЛПК» и общества «Рубикон-СпецТехника», по различным правоотношениям между ними, существенное значение имеет выяснение финансового положение последнего, наличие у него реальной возможности осуществить выплату в конкурсную массу, что также следует учитывать судом первой инстанции при новом рассмотрении обособленного спора.

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, частью 1 статьи 288, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 12.06.2023 Арбитражного суда Новосибирской области и постановление от 04.10.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А45-36039/2020 отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Новосибирской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                   С.А. Доронин

 

Судьи                                                                                                                  О.В. Ишутина

 

ФИО1