СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-4960/2023(1,2)-АК

Дело № А60-17218/2022

13 июня 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 06 июня 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 13 июня 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего       Шаркевич М.С.,

судей                                               Плаховой Т.Ю., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

от ТОО «АстанаПромНефть»: ФИО2, паспорт, доверенность от 09.01.2023,

от ответчика ФИО3: ФИО4, паспорт, доверенность от 23.06.2022,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле

(иные лица в заседание суда не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично путем размещения информации на Интернет-сайте суда),

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ответчика ФИО3 и истца Товарищества с ограниченной ответственностью «Астана ПромНефть»

на решение Арбитражного суда Свердловской области 

от 15 марта 2023 года 

по делу № А60-17218/2022

по иску Товарищества с ограниченной ответственностью «Астана ПромНефть» (БИН 60740005126)

к ФИО3, ФИО5, обществу с ограниченной ответственностью «Инкруд-Трейдинг» (ИНН 

<

***>)

о привлечении к субсидиарной ответственности, 

 

установил:

Товарищество с ограниченной ответственностью «Астана ПромНефть» (БИН 60740005126) (далее - истец) обратилось в суд с исковым заявлением к ФИО3, ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Инкруд» в размере 94 825,13 долларов США.

Суд в порядке ст. 51 АПК РФ привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Инкруд-Трейдинг» (ИНН 

<

***>).

Истец заявил ходатайство о привлечении ООО «Инкруд-Трейдинг» к участию в деле в качестве соответчика. Ходатайство удовлетворено на основании ст. 46 АПК РФ.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 15.03.2023 (резолютивная часть от 10.03.2023)  исковые требования к ФИО3 удовлетворены. С ФИО3 в пользу истцавзысканы убытки в размере 94 825, 13 доллара США, из них: сумма основного долга по контракту в размере 78 258, 58 доллара США в рублевом эквиваленте по курсу, установленному Центральным Банком России на день фактического исполнения платежа; неустойка за ненадлежащее исполнение обязательств по контракту за период с 01.11.2016 по 18.05.2017 в размере 16 566,55 доллара США в рублевом эквиваленте по курсу, установленному Центральным Банком России на день фактического исполнения платежа, а также  государственная пошлина в сумме 62 547 руб. В удовлетворении исковых требований к ФИО5 и ООО «Инкруд-Трейдинг» отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО3 и истец обжаловали его в апелляционном порядке.

ФИО3 просит решение суда отменить, в удовлетворении требований в отношении него отказать.

В апелляционной жалобе ответчик указывает, что суд первой инстанции неправомерно  применил нормы, содержащиеся в п. 3.1 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», поскольку они вступили в силу только с 30.07.2017, а вменяемые ему противоправные действия имели место в 2016 году. По мнению ответчика, в данном случае применению подлежат нормы п. 1 ст. 53.1 ГК РФ. Отмечает, что истцом не доказано, что именно неразумные и/или недобросовестные действия (бездействия) ответчика привели к тому, что ООО «Инкруд» стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами. Также не представлено доказательств того, что возможность погашения задолженности перед истцом  у ООО «Инкруд» имелась и была утрачена вследствие недобросовестных действий ФИО3, а также того, что при наличии достаточных денежных средств (имущества) он уклонялся от погашения задолженности перед истцом, скрывал или выводил имущество компании. Указывает, что истец не был лишен возможности направить в налоговый орган заявление о нарушении его прав в случае исключения ООО «Инкруд» из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица. Оспаривает доводы истца о том, что ООО «Инкруд» и ООО «Инкруд – Трейдинг» являются обществами «близнецами», имеющими общих учредителей и контрагентов. Ссылается на то, что невозможность исполнения ООО «Инкруд» обязательств по договору поставки была вызвана невыполнением иными поставщиками, у которых общество приобретало нефтепродукты, своих обязательств. При этом общество осуществляло действия по взысканию дебиторской задолженности, в частности с ООО «Формула» взыскано около 4 млн.руб. Не согласен с выводами суда о недостоверности справки о пожаре от 22.03.2019 №81, поскольку она выдана государственным органом задолго до подачи иска истцом.

Истец просит решение изменить, привлечь всех трех ответчиков к субсидиарной ответственности, в части отказа в удовлетворении требований в отношении ФИО5 и ООО «Инкруд-Трейдинг» решение суда отменить.

По мнению истца, в рассматриваемом случае имеется схема по созданию «фирмы-близнеца»,  поскольку ООО «Инкруд-Трейдинг» является выгодоприобретателем от данной схемы и своего рода правопреемником ООО «Инкруд», данное общество также подлежало привлечению к субсидиарной ответственности. Истец считает, что недобросовестность ФИО5 выражается в том, что именно он в целях исключения общества из ЕГРЮЛ намерено прекратил финансово-хозяйственную деятельность общества, что привело к невозможности взыскания с этого общества задолженности, взысканной по делу №А60-25335/2017. Также истец не согласен с тем. что суд взыскал с ответчика убытки, поскольку истцом было заявлено требование о привлечении к субсидиарной ответственности.

Письменные отзывы на жалобы не поступили.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО6 доводы апелляционной жалобы поддержал, в удовлетворении жалобы истца просил отказать; представитель истца доводы своей апелляционной жалобы поддержал, в удовлетворении жалобы ответчика просил отказать.

Иные лица надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились, представителей в судебное заседание не направили, что в силу статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, ООО «Инкруд» (ОГРН 

<

***>) зарегистрировано в ЕГРЮЛ в качестве юридического лица с 06.02.2015. 

С момента регистрации директором и единственным участником общества являлся ФИО3

Впоследствии с 13.10.2017 директором общества являлся ФИО5, с 25.10.2017 изменился состав участников общества: ФИО5 с долей участия 1/11. Оставшаяся доля в размере 10/11 перешла к ООО «Инкруд», о чем в ЕГРЮЛ 07.11.2017 внесена соответствующая запись.

26.06.2019 Инспекцией Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись 2196658942753 о прекращении деятельности юридического лица.

  Между ООО «Инкруд» (продавец) и ТОО «АстанаПромНефть» (покупатель) 21.07.2016 заключен контракт № TJ/KR-8 (далее-договор) на поставку железнодорожным транспортом сжиженного газа, предварительная сумма контракта 300 000 долларов США, в соответствии с условиями которого продавец обязался поставить железнодорожным транспортом, а покупатель обязался принять и оплатить товар - сжиженный газ марки СПБТ ГОСТ 20448-90 производства Российская Федерация или Республика Казахстан.

Согласно приложению №1 от 21.07.2016 контракту продавец обязался  поставить товар в количестве 330 тонн по цене 330 долларов США за одну тонну (с учетом НДС 0%) на общую сумму 108 900 долларов США в срок июль - август 2016 года на условиях 100% предоплаты в течение двух банковских дней с момента получения счета на предварительную оплату.

На основании счета на оплату №1 от 21.07.2016, выставленного продавцом, истец 28.07.2016 оплатил товар полностью на общую сумму в размере 108 900 долларов США. Денежные средства перечислены на расчетный счет продавца, однако, в обозначенный срок ответчик товар не поставил.

19.09.2016 сторонами подписано приложение №2 к контракту, согласно которому ответчик обязался осуществить поставку товара на условиях, аналогичных приложению №1 к контракту, но при сроке поставки товара в сентябре-октябре 2016 года.

В оговоренный срок сопроводительные документы на товар продавец не передал, товар не поставил, денежные средства не вернул.

03.10.2016 покупатель направил продавцу претензию №5 с требованием вернуть предоплату в размере 108 900 долларов США, а также оплатить неустойку в размере 0,5% от стоимости не поставленного товара за каждый день просрочки.

20.10.2016 в ответ на указанную претензию продавец письмом №11-2010СН гарантировал, что принятые на себя обязательства в рамках контракта исполнит в срок, а в случае каких-либо причин, обстоятельств, препятствующих исполнению взятых на себя обязательств в срок, обязался вернуть авансовые денежные средства.

Однако продавец товар не поставил, уплаченные за товар денежные средства в полном объеме не возвратил. Возврат денежных средств осуществлен в размере 30 641,42 долларов США.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Свердловской области от 02.08.2017 по делу №А60-25335/2017 с ООО «Инкруд» в пользу ТОО «АстанаПромНефть» взыскана сумма основного долга в сумме 78 258,58 долларов США, неустойка за ненадлежащее исполнение обязательств по контракту за период с 01.11.2016 года по 18.05.2017 года в размере 16 566,55 долларов США в рублевом эквиваленте по курсу, установленному Центральным банком России на день фактического исполнения платежа, расходы по уплате государственной пошлины в размере 68 700 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. 

В связи с неисполнением ООО «Инкруд» вышеуказанного судебного акта в полном объеме, исключением данного общества из ЕГРЮЛ как недействующего, взыскатель  - истец обратился в арбитражный суд с иском о привлечении ФИО3, ФИО5, являвшихся руководителями и учредителями  ООО «Инкруд», а также ООО «Инкруд-Трейдинг», являющееся выгодоприобретателем от недобросовестных действий ФИО3,  к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Инкруд» перед истцом в размере 94 825, 13 доллара США солидарно. 

По мнению истца, противоправность в действиях ФИО3 выражена в том, что являясь одновременно генеральным директором ООО «Инкруд» и учредителем, ответчик знал о том, что в течение продолжительного периода времени общество фактически не осуществляет деятельность, знал о наличии у ООО «Инкруд» задолженности перед истцом, однако, не предпринимал каких-либо мер к погашению имеющейся задолженности. Вместо этого, после принятия судом решения по делу №А60-25335/2017 ФИО3 перестал быть директором и продал долю в обществе ФИО5, параллельно ФИО3 создал компанию-близнеца с созвучным названием ООО «Инкруд-Трейдинг», которое зарегистрировано по тому же адресу, что и ООО «Инкруд». Вскоре ООО «Инкруд» приостановило финансово-хозяйственную деятельность, и все контрагенты общества стали контрагентами ООО «Инкруд-Трейдинг».

Удовлетворяя заявленные требования в отношении ФИО3, и взыскивая с него убытки в заявленном размере, суд первой инстанции исходил из того, что именно в результате его действий ООО «Инкруд» не смогло погасить задолженность перед истцом, взысканную решением суда. Оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5 и ООО «Инкруд-Трейдинг» по обязательствам ООО «Инкруд» судом не установлено, поскольку доказательств наличия или отсутствия признаков неразумности или недобросовестности в действиях ответчиков ФИО5 и ООО «Инкруд-Трейдинг» истец не представил. Размер убытков, причиненных действиями данных лиц, истец также не доказал.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционных жалоб, заслушав лиц, участвующих в деле, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого решения в силу следующего.

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом.

Из материалов дела следует, что истец в качестве правового обоснования заявленных требований ссылается, в том числе, на пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закона об ООО).

Между тем, суд первой инстанции, применяя данную норму, не учел следующее.

Данный пункт введен Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Согласно п. 1 ст. 4 данного Федерального закона изменения вступают в силу по истечении ста восьмидесяти дней после дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых установлен иной срок вступления их в силу.

Федеральный закон № 488-ФЗ официально опубликован на интернет-портале правовой информации 29.12.2016, в «Собрании законодательства Российской Федерации» - 02.01.2017, в «Российской газете» - 09.01.2017.

Таким образом, п. 3.1 ст. 3 Закона об ООО действует с 28.06.2017.

В силу п. 1 ст. 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Между тем, в Федеральном законе № 488-ФЗ отсутствует прямое указание на то, что изменения, вносимые в Закон об ООО, распространяются на отношения, возникшие до введения его в действие.

Из материалов дела следует, что задолженность ООО «Инкруд» перед истцом возникла в 2016 году. 

Поскольку вменяемые истцом действия имели место до вступления в законную силу положений п. 3.1 ст. 3 Закона об ООО, то оснований для применения данных положений норм права к спорным правоотношениям не имеется.

В силу п. 1 ст. 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно (п. 3 ст. 53 ГК РФ).

Согласно ст. 399 ГК РФ ответственность субсидиарного должника является дополнительной и наступает тогда, когда к ответственности может быть привлечен основной должник, за которого он несет ответственность в субсидиарном порядке.

В соответствии с п. 1 ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В силу п. 3 ст. 49 ГК РФ правоспособность юридического лица возникает с момента внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении.

Согласно п. 1 ст. 64.2 ГК РФ считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц, юридическое лицо, которое в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо).

В силу п. 1 ст. 21.1 Закона о государственной регистрации, юридическое лицо, которое в течение последних 12 месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность. Такое юридическое лицо может быть исключено из ЕГРЮЛ в порядке, предусмотренном названным Законом.

При наличии одновременно всех указанных в пункте 1 приведенной статьи признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (п. 2 ст. 21.1 данного Закона).

Такое правовое регулирование, как указал Конституционный Суд Российской Федерации (постановление от 06.12.2011 № 26-П, Определения от 17.01.2012 № 143-О-О, от 17.06.2013 № 994-О, от 26.04.2016 № 807-О), направлено на обеспечение достоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ (в том числе о прекращении деятельности юридического лица), поддержание доверия к этим сведениям со стороны третьих лиц, предотвращение недобросовестного использования фактически недействующих юридических лиц и тем самым - на обеспечение стабильности гражданского оборота.

В соответствии с п. 2 ст. 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам (п. 2 ст. 64.2 ГК РФ).

При этом исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в ст. 53.1 настоящего Кодекса (п. 3 ст. 64.2 ГК РФ).

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П также изложена правовая позиция относительно применения п. 3.1 ст. 3 Закона об ООО при рассмотрении заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности лиц, указанных в п. п. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ. Привлечение к ответственности возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).

Таким образом, исходя из норм действующего законодательства лицом, имеющим право требовать возложения субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью, исключенного из ЕГРЮЛ как недействующего, на лицо, которое в силу закона уполномочено выступать от его имени, является кредитор такого общества.

Однако директор общества не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам общества только по тому основанию, что имел право давать обязательные для общества указания, наличие задолженности, не погашенной обществом, не может являться бесспорным доказательством вины ответчика, как руководителя общества, в усугублении финансового положения организации и безусловным основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности.

Субсидиарная ответственность является частным видом гражданско-правовой ответственности, в силу чего возложение на лицо, которое в силу закона уполномочено выступать от имени общества, обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по общим правилам, установленным статьей 15 Кодекса.

Согласно разъяснениям, приведенным в пунктах 2, 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление № 62) недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Рассматривая заявленные требования, учитывая направленность материально-правового интереса истца, заявленные истцом в настоящем споре требования к ответчикам подлежат разрешению на основании правил о возмещении убытков (ст. ст. 15, 1064 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно п. 2 ст. 15 ГК РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (п. 1 ст. 1064 ГК РФ).

Поскольку заявленные истцом требования по сути являются требованиями о взыскании убытков, причиненных противоправным поведением руководителя контрагента (ст. ст. 15, 1064 ГК РФ), истец должен доказать совокупность условий для данного вида гражданско-правовой ответственности (противоправность, виновность поведения причинителя вреда, собственно вред в виде невозможности получить исполнение за счет имущества основного должника и причинно-следственная связь между противоправным и виновным поведением ответчика и наступившими для истца негативными последствиями в виде имущественного вреда).

В соответствии с толкованием правовых норм, приведенным в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 № 12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

В гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (п. 3 ст. 10 Кодекса). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности (ст. 401 ГК РФ).

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на поведение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и невозможностью погашения требований кредиторов. Также необходимо исследовать вопрос, имелось ли у общества на момент исключения из ЕГРЮЛ имущество, позволяющее осуществить расчеты с кредиторами, если бы прекращение юридического лица проходило через процедуру ликвидации (определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 18-КГ22-106-К4).

Как было указано выше, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Свердловской области от 02.08.2017 по делу №А60-25335/2017 с ООО «Инкруд» в пользу ТОО «АстанаПромНефть» взыскана сумма основного долга в сумме 78 258,58 долларов США, неустойка за ненадлежащее исполнение обязательств по контракту за период с 01.11.2016 года по 18.05.2017 года в размере 16 566,55 долларов США в рублевом эквиваленте по курсу, установленному Центральным банком России на день фактического исполнения платежа, расходы по уплате государственной пошлины в размере 68 700 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. 

Данная задолженность возникла в связи с неисполнением ООО «Инкруд» обязательств перед  ТОО «АстанаПромНефть» по поставке предварительно оплаченного товара по контракту № TJ/KR-821.07.2016.

Оплата товара была произведена на основании счета на оплату №1 от 21.07.2016 на общую сумму в размере 108 900 долларов США. 

Истец обратился с иском к ООО «Инкруд» 24.05.2017, решение вынесено 02.08.2017, вступило в законную силу 27.10.2017.

В указанный период, вплоть до октября 2017 года, директором и единственным участником общества являлся ФИО3

Впоследствии, с 13.10.2017 директором общества являлся ФИО5, с 25.10.2017 изменился состав участников общества: ФИО5 с долей участия 1/11. Оставшаяся доля в размере 10/11 перешла к ООО «Инкруд», о чем в ЕГРЮЛ 07.11.2017 внесена соответствующая запись. Общество исключено из ЕГРЮЛ 26.06.2019.

Таким образом, в период неисполнения ООО «Инкруд» обязательств по контракту контролирующим должника лицом являлся  ФИО3, который после вынесения решения суда по делу №А60-25335/2017 передал свои полномочия ФИО5

По данным анализа бухгалтерского баланса ООО «Инкруд» общество в 2016 – 2017 годах располагало активами на сумму 7 217 000 руб. и 7 563 000 руб. соответственно, имело возможность погашения задолженности перед истцом, доказательств обратного суду не представлено.

ФИО3 ссылается на то, что ООО «Инкруд» являлось организацией, которое осуществляло перепродажу нефте-газопродуктов, и для поставки товаров также в свою очередь приобретало у иных поставщиков.  Ответчик отмечает, что невыполнение поставщиками своих обязательств повлекло невозможность исполнения обязательств перед истцом. Указывает, что ООО «Инкруд» осуществляло также действия по взысканию дебиторской задолженности, в частности с ООО «Формула» (А60-56243/2016).

Так, из выписки по счету № 4070****1052 усматривается зачисление 29.07.2016 на счет ООО «Инкруд» денежных средств в размере 63 900 долларов США; 25.08.2016, 21.09.2016, 17.10.2016, 08.11.2016,  10.11.2016, 16.11.2016 произведено списание денежных средств в размере 25 000 долларов США, 7 860 долларов США, 4 847 долларов США, 11 000 долларов США, 10 000 долларов США, 5 170 долларов США соответственно.

В эти же даты производится зачисление денежных средств по операциям продажи валюты на счет ООО «Инкруд» 4070****8165, а именно:

- 25.08.2016 – 1 595 000 руб. (эквивалентно 25 000 долларов США), 

- 21.09.2016 – 499 896 руб. (эквивалентно 7 860 долларов США), 

- 17.10.2016 – 300 029,30 руб. (эквивалентно 4 847 долларов США),

- 08.11.2016 – 689 150 руб. (эквивалентно 11 000 долларов США), 

- 10.11.2016 – 627 000 руб. (эквивалентно 10 000 долларов США),

- 16.11.2016 – 330 363 руб. (эквивалентно 5 170 долларов США).

После поступления денежных средств на счет 4070****8165 ООО «Инкруд» осуществляет перечисление денежных средств в адрес своих контрагентов, в том числе, как пояснил представитель ответчика ФИО3, в целях исполнения обязательств перед истцом. Так, имеют место следующие перечисления:

- в адрес ООО СПГ «Уралгазмаркет» платежи от 16.09.2016 на сумму 250 000 руб., от 10.10.2016 на сумму 111 000 руб., от 28.10.2016 на сумму 150 000 руб., от 02.12.2016 на сумму 140 000 руб., от 16.12.2016 на сумму 500 000 руб.

- в адрес ООО «Мегион СТ» от 20.09.2016 на сумму 30 000 руб., от 21.09.2016 на сумму 521 100 руб., от 26.09.2016 на сумму 521 100 руб., от 10.10.2016 на сумму 35 385,75 руб.,

- в адрес ООО «Климатек» от 21.09.2016 на сумму 700 000 руб., от 22.09.2016 на сумму 850 000 руб.,

- в адрес ООО «Эко Тех Сервис» от 17.10.2016 на сумму 330 000 руб.,

- в адрес ЗАО Предприятие «ЦТК» от 06.11.2016 на сумму 33 040 руб., 

- в адрес ООО «Инкруд-Трейдинг» от 08.11.2016 на сумму 500 000 руб., от 16.11.2016 на сумму 205 500 руб. и т.д.

Как пояснил представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании в суде апелляционной инстанции, указанные лица (в частности, ООО «Климатек») являются контрагентами ООО «Инкруд», не исполнившими перед ним свои обязательства, вследствие чего не представилось возможным исполнить обязательства перед истцом.

Между тем каких-либо доказательств в обоснование соответствующих доводов ответчиком ФИО3 не представлено, кроме того, даны пояснения о том, что меры по взысканию задолженности с указанных контрагентов, в связи с ненадлежащим принятых ими обязательств, им не предпринималось. При этом объективных препятствий для совершения необходимых мероприятий по взысканию задолженности не установлено.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что действия ответчика ФИО3 по перечислению денежных средств в адрес контрагентов, а также его бездействие, выразившееся в непринятии мер по взысканию образовавшейся задолженности, при наличии неисполненных обязательств перед истцом, отвечают признаку недобросовестности.

Доводы о взыскании задолженности с ООО «Формула» (дело № А60-56243/2016) не могут быть приняты судом во внимание, поскольку договор с ООО «Формула» заключен 13.01.2016, то есть до возникновения правоотношений с истцом, в связи с чем  данные обстоятельства не могут быть отнесены к настоящему спору и свидетельствовать о добросовестности действий ФИО3 и обусловленности причин неисполнения обязательств перед истцом нарушениями условий заключенного договора со стороны ООО «Формула».

Бездействие ответчика ФИО3 в рассматриваемом случае является противоправным, а не проявление им должной меры заботливости и осмотрительности доказывает наличие вины.

Кроме того, судом первой инстанции обоснованно учтены обстоятельства, связанные с тем, что 26.10.2016, то есть уже после получения ООО «Инкруд» денежных средств от истца – 28.07.2018,  в ЕГРЮЛ внесена запись о регистрации ООО «Инкруд-Трейдинг», директором и единственным участником которого является ФИО3

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что после получения ООО «Инкруд» денежных средств от истца ФИО3 создана схема, при которой организация-должник (ООО «Инкруд») перестала вести хозяйственную деятельность, продолжение ведения аналогичной хозяйственной деятельности переведено на вновь созданное юридическое лицо – ООО «Инкруд-Трейдинг», о чем также свидетельствует созвучное название данных организаций, регистрация организаций по одному и тому же юридическому адресу (

<

...> стр. 29, оф. 12); совпадение ОКВЭД – 46.71 торговля оптовая твердыми, жидким и газообразным топливом и подобными продуктами; ведение хозяйственной деятельности с одними и теми же контрагентами; аренда одного и того же помещения для осуществления хозяйственной деятельности; фактически ФИО3 было создано «зеркальное общество», которое продолжало вести хозяйственную деятельность, аналогичную деятельности ООО «Инкруд». 

При анализе выписки по расчетным счетам, открытым   ООО «Инкруд-Трейдинг» в АО КБ «МодульБанк», в АО «АльфаБанк» и в Точка ПАО Банк «ФК Открытие», судом установлено, что начиная с 30.09.2019 (то есть после прекращения деятельности ООО «Инкруд» – 26.09.2019) на расчетный счет ответчика поступают денежные средства от контрагентов прекратившего деятельность ООО «Инкруд», в том числе: ЗАО Предприятие «ЦТК», ООО «Мегаполис», ИП Гейне Ю.А., ООО УРЦ «ТЭиД»,  ООО «Промышленные ресурсы», ООО «Климатек».

В связи с этим суд первой инстанции пришел к выводу о том, что, создавая «зеркальное общество» и формально прекращая осуществление хозяйственной деятельности ООО «Инкруд», руководитель и единственный участник ФИО3  создал ситуацию, при которой истец был лишен возможности получить денежные средства, взысканные арбитражным судом в рамках дела №А60-25335/2017.

Оснований не согласиться с соответствующим выводом суда первой инстанции апелляционная коллегия не усматривает.

Учитывая изложенные, а также данные бухгалтерской отчетности ООО «Инкруд», свидетельствующие о возможности погашения задолженности перед истцом,  отсутствие доказательств совершения ответчиком ФИО3 каких-либо действий по своевременному истребованию задолженности, которая, в том числе, могла быть направлена на расчет с кредитором, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований полагать, что невозможность погашения задолженности перед истцом обусловлена объективными обстоятельствами, и доказанности совокупности обстоятельств для привлечения ФИО3 к ответственности в виде убытков на сумму 94 825,13 долларов США.

Убедительных доводов, опровергающих доводы истца, в том числе, свидетельствующих о добросовестности собственного поведения в период времени, предшествовавший исключению общества из ЕГРЮЛ, ответчиком ФИО3 не представлено.

С учетом изложенного, ввиду невозможности применения к рассматриваемым правоотношениям положений п. 3.1 ст. 3 Закона об ООО, суд первой инстанции правомерно взыскал заявленную истцом сумму с ответчика ФИО3 в качестве убытков в пользу истца. 

Доводы ответчика ФИО3 о несогласии с выводами суда первой инстанции о недостоверности справки о пожаре от 22.03.2019 № 81, поскольку она выдана государственным органом задолго до подачи иска истцом, самостоятельного правового значения не имеют, поскольку не свидетельствуют об отсутствии в действиях (бездействии) ответчика ФИО3 признака недобросовестности, иные доводы о наличии оснований для привлечения его к ответственности в виде убытков нашли свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Истец оспаривает выводы суда об отсутствии оснований для привлечения ООО «Инкруд-Трейдинг» и ФИО5 к ответственности по обязательствам ООО «Инкруд».

Между тем, из представленной в материалы дела выписки по счету ООО «Инкруд» следует, что ООО «Инкруд» предоставило ООО «Инкруд-Трейдинг» займы на сумму 705 500 руб., а ООО «Инкруд-Трейдинг» вернуло ООО «Инкруд» сумму 1 835 000 руб. 

Перечислений в пользу ответчика ФИО5 не имеется.

Таким образом, не доказано, что ООО «Инкруд-Трейдинг» и ответчик ФИО5 являются выгодоприобретателями от вышеуказанных действий ответчика ФИО3

Доказательств того, что какими-либо действиями ООО «Инкруд-Трейдинг» и ответчика ФИО5, истцу были причинены убытки, намеренного прекращения ответчиком ФИО5 финансово-хозяйственной деятельности ООО «Инкруд», не представлено.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требований в отношении ООО «Инкруд-Трейдинг» и               ФИО5

С учетом изложенной выше правовой позиции, оснований для удовлетворения апелляционных жалоб судом апелляционной инстанции не усматривается.

Основания для отмены или изменения решения суда первой инстанции по приведенным в апелляционных жалобах доводам отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со ст. 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со ст.110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционных жалоб относятся на заявителей.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 15 марта 2023  года по делу № А60-17218/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

М.С. Шаркевич

 

Судьи

 

Т.Ю. Плахова

 

 

М.А. Чухманцев