АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

26 августа 2025 года

Дело №

А56-31411/2020

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Александровой Е.Н., судей Бычковой Е.Н., Колесниковой С.Г.,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Уан Клауд Спэйс» ФИО1 (доверенность от 01.08.2025), от ФИО2 представителя ФИО3 (доверенность от 21.02.2023), от Санду К.И. представителя ФИО4 (доверенность от 16.12.2022),

рассмотрев 12.08.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Уан Клауд Спэйс» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.01.2025 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2025 по обособленному спору № А56-31411/2020/суб.,

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью «Арбитражный центр» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Атлас СПб», адрес: 192019, Санкт-Петербург, Хрустальная ул., д. 11, лит. Х, пом. 11, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее - Общество), несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 21.04.2020 заявление принято к производству, возбуждено дело о банкротстве должника.

Определением от 09.02.2021 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО5.

Решением суда от 24.11.2021 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО6.

Определением от 14.08.2022 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО7.

Конкурсный управляющий ФИО7 обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО2 и ФИО8 как контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Определением арбитражного суда от 28.02.2023 к участию в споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно его предмета, привлечена ФИО5.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.01.2025, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2025, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности отказано.

В кассационной жалобе конкурсный кредитор общество с ограниченной ответственностью «Уан Клауд Спэйс» (далее - ООО «Уан Клауд Спэйс») просит отменить определение от 07.01.2025 и постановление от 27.04.2025, принять новый судебный акт об удовлетворении требований управляющего.

По мнению подателя жалобы, судебные акты приняты судами по неполно выясненным обстоятельствам. Суды не учли, что документы по финансово-хозяйственной деятельности должника управляющему не переданы при том, что Санду К.И. являлась номинальным руководителем Общества, а фактически таковым являлся ФИО2, которым также были предприняты попытки сформировать фиктивную кредиторскую задолженность в целях влияния на процедуру банкротства должника.

В отзыве на кассационную жалобу представитель ФИО2 просила оставить обжалуемые судебные акты без изменения, считая их законными и обоснованными.

В судебном заседании представитель ООО «Уан Клауд Спэйс» поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, а представители ФИО2 и Санду К.И. возражали против ее удовлетворения.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, ФИО2 являлся единственным участником Общества и его генеральным директором до 08.02.2021, а с 09.02.2021 генеральным директором значилась Санду К.И.

В обоснование заявления конкурсный управляющий указала, что назначение на должность руководителя должника Санду К.И. состоялось уже после введения в отношении Общества процедуры наблюдения, смена генерального директора носила формальный характер, Санду К.И. являлась номинальным руководителем, в связи с чем и Санду К.И., и ФИО2 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности в связи с неисполнением ими обязанности по передаче документов бухгалтерского учета и иной документации должника; ФИО2, кроме того, совершил действия по формированию фиктивной кредиторской задолженности.

Суд первой и апелляционной инстанции отказали в удовлетворении требований, посчитав недоказанным наличие условий для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, проверив правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо, в том числе являлось руководителем должника или управляющей организацией должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 2 этой статьи, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указала на совершение ФИО2 действий по формированию фиктивной кредиторской задолженности общества, то есть совершение сделок, повлекших его банкротство.

Как следует из заявления управляющего, ФИО2, являясь фактическим единоличным исполнительным органом должника, предпринял попытку формирования искусственной кредиторской задолженности с целью получения контроля над процедурой банкротства должника путем предоставления обществу с ограниченной ответственностью «Росинвест» векселей от 13.11.2024 № 0000034, 00000035 на общую сумму 3 500 000 руб., которые, как и документы об их предъявлении, были сфальсифицированы данным ответчиком.

Вместе с тем согласно разъяснениям, изложенным в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

В данном случае, отказывая в удовлетворении требований управляющего по данному основанию, суды первой и апелляционной инстанции обоснованно исходили из недоказанности связи действий ФИО2 с наступившим банкротством должника, цели причинения вреда в результате сделки (выдачи векселей), совершение которой вменяется в вину данному ответчику, а равно и самого факта убытков для Общества, ввиду того, что определением от 21.10.2021 по обособленному спору № А56-31411/2020/тр.3 в удовлетворении заявления ООО «Росинвест» о включении в реестр требований кредиторов должника требования, основанного на спорных векселях, отказано.

Конкурсным управляющим, как и подателем кассационной жалобы, вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ не доказан факт причинения вреда (ущерба) должнику в результате вменяемых в вину ФИО2 действий и, как следствие, не подтверждена невозможность удовлетворения требований кредиторов именно в результате выдачи спорных векселей.

Иное из материалов дела не следует, в связи с чем в этой части суды правомерно не усмотрели оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Однако выводы судебных инстанций об отсутствии оснований для субсидиарной ответственности ФИО2 и Санду К.И. в связи с непередачей (неполной передачей) управляющему бухгалтерской документации должника суд кассационной инстанции находит преждевременными.

Как разъяснено в пункте 24 Постановления № 53, в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

Таким образом, законодатель презюмирует возникновение несостоятельности (банкротства) должника вследствие такого действия его руководителя, как отсутствие обязательных документов бухгалтерского учета и (или) отчетности. Обязанность опровержения указанной презумпции лежит на привлекаемом к ответственности лице.

Исходя из смысла указанной нормы арбитражный суд устанавливает факт наличия или отсутствия бухгалтерской документации для цели привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности на основе исследования представленных доказательств в подтверждение имущественного состояния должника, которое отражается в бухгалтерском балансе. В данном случае существенными являются наличие имущества должника, ведение им хозяйственной деятельности в период, предшествующий процедуре банкротства.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя.

Суды установили, что конкурсный управляющий не мотивировал свою позицию и не указал, отсутствие каких документов существенно затруднило проведение процедуры конкурсного производства.

Вместе с тем конкурсный управляющий в заявлении указала, что согласно бухгалтерской отчетности и выписке по банковскому счету Общество вело активную экономическую деятельность и имело активы.

Исходя из данных бухгалтерского баланса за 2020 год должник имел материальные внеоборотные активы на сумму 1 293 000,00 руб., денежные средства в размере 2 000,00 руб. запасы на 14 000,00 руб., финансовые и другие активы в размере 53 000,00 руб.

Определением от 16.02.2024 по обособленному спору № А56-31411/2020/истр.3 суд обязал Санду К.И. передать данное имущество конкурсному управляющему.

Согласно пункту 24 Постановления № 53 заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации повлияло на проведение процедуры банкротства.

В настоящем случае из материалов дела следует, что конкурсным управляющим не выявлены материальные внеоборотные активы Общества ввиду отсутствия у управляющего финансово-хозяйственной документации должника.

Пояснения ответчиков относительно указанного имущества Общества в материалах дела отсутствуют, суду не представлены, в обжалуемых судебных актах не приведены.

Установив выбытие данного имущества из владения должника и полагая такое выбытие противоправным, конкурсный управляющий и кредитор должника не лишены возможности требовать восстановления нарушенного права соответствующим допустимым способом.

Таким способом и является обращение с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ввиду непередачи бухгалтерской документации должника, а на ответчиков переходит бремя опровержения презумпций статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Следовательно, отказ определением суда от 16.02.2024 по обособленному спору № А56-31411/2020/истр.3 в истребовании у Санду К.И. финансово-хозяйственной документации Общества не препятствует привлечению ответчиков к субсидиарной ответственности.

Конкурсный управляющий ФИО7 указывала, что смена генерального директора Общества после введения процедуры наблюдения носила формальный характер и имела целью переложить субсидиарную ответственность по обязательствам должника на номинального руководителя, которым являлась Санду К.И. 

В обоснование своих доводов в этой части ФИО7 пояснила, что Санду К.И. не получила доступа к расчетному счету должника, фактически не участвовала в функционировании Общества: не заключала сделок, не оплачивала счета, не обращалась в налоговую инспекцию и т.д., то есть по сути находилась под контролем ФИО2, который осуществлял управление Обществом и у которого находится документация должника.

Данные доводы конкурсного управляющего оценки со стороны судебных инстанций не получили, тогда как ФИО7 просила привлечь к субсидиарной ответственности за сокрытие документации и имущества должника как Санду К.И., так и ФИО2, фактически осуществлявшего управление деятельностью Общества после формальной смены генерального директора.

Согласно пункту 6 Постановления № 53 в этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

В рассматриваемой ситуации суды доводы конкурсного управляющего о том, что Санду К.И. являлась номинальным руководителем должника, не проверили, ограничившись ссылкой на наличие в материалах дела доказательств передачи документов о деятельности должника от ФИО2 к Санду К.И..

При этом суды не учли, что для создания видимости передачи функций единоличного исполнительного органа должника номинальному руководителю в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения обязанности по передаче документов, поскольку фактический руководитель заинтересован в сокрытии действительного смысла своих действий во избежание возложения на него субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

При таком положении суд округа считает, что выводы судов об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности в связи с непередачей конкурсному управляющему документации должника сделаны по неполно установленным обстоятельствам. 

Санду К.И., в свою очередь, сообщила, что вся документация была направлена ею адрес временного управляющего ФИО5 24.11.2021 почтовым отправлением №19103663012767. 

Суды двух инстанций приняли во внимание, что согласно ответу АО «Почта России» от 19.06.2023 почтовое отправление № 19103663012767 считается утраченным в связи с отсутствием подтверждающих документов по вручению ценной посылки, в связи с чем посчитали, что для Санду К.И. возникла объективная невозможность исполнения обязанности по передаче должника арбитражному управляющему, а равно является невозможным и восстановление документов.

Вместе с тем суды оставили без внимания тот факт, что посредством почтовой связи Санду К.И. направила документы в адрес временного управляющего, тогда как в силу положений пункта 3.2. статьи 64 Закона о банкротстве временному управляющему подлежат передаче заверенные руководителем должника копии документов, а оригиналы документов представляются конкурсному управляющему.

В связи с изложенным действия Санду К.И. по направлению в адрес временного управляющего ФИО5 посредством почтовой связи оригиналов финансово-хозяйственной документации Общества подлежат оценке на предмет разумности и добросовестности.

Для привлечения к субсидиарной ответственности заявителю необходимо доказать наличие: статуса контролирующего должника лица; негативных последствий в виде невозможности полного погашения требований кредиторов; причинно-следственной связи действий (бездействия) контролирующего должника лица и этих последствий.

Для оценки вины лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, используется абстрактная модель ожидаемого в той или иной ситуации поведения разумного и добросовестного участника имущественного оборота. Участвуя в гражданском обороте, руководитель обязан был принимать все меры для того, чтобы не причинить вреда имуществу или личности другого участника оборота, и при определении того, какие меры следует принять, проявлять ту степень заботливости и осмотрительности, которая требуется от него по характеру его участия в обороте.

Содержание понятия вины выражается в неисполнении лицом обязанностей принимать должные меры, направленные на соблюдение прав третьих лиц, а также соблюдать должную степень разумности, заботливости и осмотрительности. Бездействие лишь в том случае становится противоправным, если на лицо возложена юридическая обязанность действовать в соответствующей ситуации определенным образом. При этом в данном случае действует презумпция виновности.

Согласно пункту 2 статьи 401 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство, то есть именно данное лицо должно доказать, что оно не должно было и не могло предвидеть наступление этих последствий. Непроявление должной меры заботливости и осмотрительности означает наличие их вины в причинении убытков кредиторам юридического лица - банкрота (абзац второй пункта 1 статьи 401 ГК РФ).

Данная обязанность ФИО2 и Санду К.И. в рамках настоящего обособленного спора должным образом не исполнена.

В то же время правовая форма юридического лица (корпорации) не должна использоваться его учредителями и иными контролирующими лицами для причинения вреда независимым участникам оборота (пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункт 2 Постановления № 53).

По мнению суда кассационной инстанции, судами двух инстанций надлежащим образом не исследована и не оценена вся совокупность представленных участвующими в деле лицами доказательств с учетом их доводов и возражений по спору.

Поскольку, устанавливая фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, суды не в полной мере исследовали имеющиеся в деле доказательства и доводы сторон, суд кассационной инстанции лишен возможности принять новый судебный акт.

Для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу ограниченности его полномочий, поэтому обособленный спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежит передаче на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении спора суду первой инстанции следует установить обстоятельства утраты отраженных в бухгалтерской отчетности активов должника, определить последствия непередачи (неполной передачи) управляющему документации и имущества должника, установить причинно-следственную связь между действиями контролирующих лиц и невозможностью погашения требований кредиторов, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств, исходя из подлежащих применению норм материального права, дать оценку всем доводам сторон, принять по результатам рассмотрения спора законный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь статьей 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.01.2025 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2025 по делу № А56-31411/2020 отменить.

Дело направить в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение.

Председательствующий

Е.Н. Александрова

Судьи

Е.Н. Бычкова

С.Г. Колесникова