ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А18-485/2020

г. Ессентуки

22 июля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 июля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 июля 2024 года.

 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Бейтуганова З.А., судей: Годило Н.Н., Сулейманова З.М., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Марковой М.Е., в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Миранда» ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Ингушетия от 05.02.2024 по делу № А18-485/2020, принятое по результатам рассмотрения заявлений KHS GmbH (КХС ГмбХ) и конкурсного управляющего ООО «Миранда» ФИО1, о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной? ответственностью «Миранда» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Республики Ингушетия от 11 июня 2020 года по делу № А18-485/2020 Общество с ограниченной? ответственностью «Миранда» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев. Конкурсным управляющим ООО «Миранда» утвержден ФИО3 Сообщение о признании должника банкротом и открытии конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» №108 (6829) от 20.06.2020г. за №77010252125, стр. 61, а также размещено в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве от 14.06.2020 за № 5098366. Определением суда от 28.02.2022 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО1 (ИНН 

<

***>), являющаяся членом Саморегулируемой организации арбитражных управляющих Центрального Федерального округа.

30.01.2023 от KHS GmbH (КХС ГмбХ) поступило заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2. 

Определением суда от 01.02.2023 заявление принято к производству суда. 

Определением суда от 28.07.2023 произведена замена кредитора KHS GmbH путем исключения его из реестра требований кредиторов ООО «Миранда» на сумму основной долг 2 318 000 евро, что эквивалентно 205 328 440,00 рублей (основной долг), проценты - 25 884 355,10 рублей, неустойка (пени) - 13 641 320,00 рублей ООО «Миранда» и включения в реестр требований кредитора ООО «Вектор-Право» (ИНН 

<

***>), в части суммы требований основной долг 2 318 000 евро, что эквивалентно 205 328 440,00 рублей (основной долг), проценты - 25 884 355,10 рублей, неустойка (пени) - 13 641 320,00 рублей, обеспеченные залогом недвижимого имущества Должника - земельный участок площадью 4.879 кв.м., категории земель – «земли поселений», вид разрешенного использования – по документу «для эксплуатации физкультурно-оздоровительного комплекса», расположенный по адресу: 

<

...> с кадастровым номером 77:07:0005005:9; объект капитального строительства площадью 1.047,7 кв.м., по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 77:07:0005005:1067. 

Определением суда от 28.07.2023 произведена замена кредитора KHS GmbH путем исключения его из реестра требований кредиторов ООО «Миранда» на сумму основной долг 2 318 000 евро, что эквивалентно 205 328 440,00 рублей (основной долг), проценты - 25 884 355,10 рублей, неустойка (пени) - 13 641 320,00 рублей ООО «Миранда» и включения в реестр требований кредитора ООО «Конда-Импекс» (ИНН 

<

***>), в части суммы требований основной долг 2 318 000 евро, что эквивалентно 205 328 440,00 рублей (основной долг), проценты - 25 884 355,10 рублей, неустойка (пени) - 13 641 320,00 рублей, обеспеченные залогом недвижимого имущества Должника - земельный участок площадью 4.879 кв.м., категории земель – «земли поселений», вид разрешенного использования – по документу «для эксплуатации физкультурно-оздоровительного комплекса», расположенный по адресу: 

<

...> с кадастровым номером 77:07:0005005:9; объект капитального строительства площадью 1.047,7 кв.м., по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 77:07:0005005:1067. 

13.09.2023 от конкурсного управляющего ООО «Миранда» ФИО1 поступило заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2. 

Определением суда от 19.09.2023 заявление ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 принято к производству суда для совместного рассмотрения с заявлением KHS GmbH (КХС ГмбХ) (правопреемники ООО «Вектор-Право», ООО «Конда-Импекс»).

Определением Арбитражного суда Республики Ингушетия от 05.02.2024 в удовлетворении заявленных требований отказано. Судебный акт мотивирован отсутствием оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий обратился в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой и дополнением к жалобе, в которых просил определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт. В обосновании жалобы апеллянт ссылается на то, что суд не учел, что контролирующим должника лицом совершены ряд сделок, которые в последующем признаны недействительными. Указанные сделки совершены в целях фиктивной подконтрольной задолженности перед аффилированными лицами.

Определением суда от 15.07.2024 в соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Белова Д.А. на судью Сулейманова З.М.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем, на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена 18.06.2024 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыв и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Республики Ингушетия от 05.02.2024 по делу № А18-485/2020 подлежит отмене, исходя из следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 3 статьи 1 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, вступившего в силу 30.07.2017 (до возбуждения производства по настоящему делу), статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей в силу. Одновременно с этим пунктом 14 статьи 1 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ Закон о банкротстве дополнен новой главой 111.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Из пункта 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ следует, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Учитывая, что вменяемые ответчику нарушения возникли после 01.07.2017, а также то, что заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано в суд после 01.07.2017, заявление подлежит рассмотрению по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия. Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.10.2017 по делу № 302-ЭС17-9244, указанное требование Закона о банкротстве обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о несостоятельности (банкротстве), если иное не предусмотрено названным Федеральным законом, в целях упомянутого Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве установлено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что ФИО2 является участником общества с долей 75 %.

Следовательно, указанное лицо, в силу пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве является контролирующим должника лицом.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Федерального закона.

Согласно пункту 16 постановления № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Согласно абзацу 32 статьи 2 Закона о банкротстве, под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в абзаце 1 пункта 23 постановления № 53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения (абзац 3 пункта 23 постановление № 53).

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основании недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.

Из материалов дела следует, что должником в преддверии банкротства совершено множество сделок по выводу ликвидного имущества из конкурсной массы должника, которые в последующем признаны судом недействительными.

Так определением Арбитражного суда Республики Ингушетия от 11.10.2022 по делу № А18-485/2020, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции  от 20.12.2022, признаны недействительными перечисления ООО «Миранда» в пользу ООО «Алнедра» по платежными поручениями №38 от 19.04.2018, №75 от 29.05.2018, №74 от 29.05.2018, №85 от 25.06.2018 в размере 435 000 руб. Применены последствия недействительности сделок – с ООО «Алнедра» в пользу ООО «Миранда» взысканы денежные средства в сумме 435 000 рублей. Признавая сделку недействительной, суд исходил из того, что оспариваемые перечисления совершены в отсутствие реального заключения договора займа, перечисление денежных средств, свидетельствует о выводе активов должника.

Определением Арбитражного суда Республики Ингушетия от 11.10.2022 по делу № А18-485/2020 признаны недействительными перечисления должником в пользу ООО «Авангардмонолит» денежных средств с расчетного счета №

<

***>, открытого в ПАО «Сбербанк России» по платежным поручениям: №124 от 15.07.2019; №128 от 23.07.2019; №130 от 02.08.2019, применены последствия недействительности в виде взыскания с ООО «Авангардмонолит» в пользу ООО «Миранда» денежных средств в размере 340 983 рублей. Признавая сделки недействительными, суд исходил из того, что сделка совершена между аффилированными лицами, в отсутствии встречного предоставления, при наличии у должника признаков неплатежеспособности, указанными перечислениями причинен вред имущественным правам кредиторов. Кроме того, установлена недобросовестность сторон.

Определением Арбитражного суда Республики Ингушетия от 11.10.2022 по делу № А18-485/2020 признаны недействительными сделками договор займа №01-06/17 от 08.06.2017 и договор займа №01-04/19 от 22.04.2019, заключённые между ООО «Миранда» и ООО «Группа Артис». Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Группа Артис» в пользу ООО «Миранда» 90 000 рублей. В результате совершения оспариваемой сделки конкурсная масса должника была уменьшена путем безвозмездного отчуждения ликвидного имущества в пользу заинтересованного лица, что свидетельствует о злоупотреблении правом при совершении сделки.

Определением Арбитражного суда Республики Ингушетия от 11.10.2022 по делу № А18-485/2020 признаны недействительными сделками перечисление Обществом с ограниченной ответственностью «Миранда» Обществу с ограниченной ответственностью «Артис плаза отель» денежных средств с расчетного счета №

<

***>, открытого в ПАО «Сбербанк России» по платежному поручению №88 от 20.05.2019 года. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Артис плаза отель» в пользу ООО «Миранда» денежных средств в размере 340 000 руб. в результате совершения оспариваемой сделки конкурсная масса должника была уменьшена путем безвозмездного отчуждения ликвидного имущества в пользу заинтересованного лица, что свидетельствует о злоупотреблении правом при совершении сделки

Постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда по делу №А18-485/2020 от 15.03.2023, оставленным без изменения постановлением суда кассационной инстанции от 01.06.2023, признана недействительной (ничтожной) сделкой перечисление ООО «МИРАНДА» в адрес ООО «Юг-Лифт» за ООО «ГРУППА АРТИС» денежных средств с расчетного счета №

<

***>, отрытого в ПАО "Сбербанк России" по платежному поручению №-44 от 21.03.2019. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «ГРУППА АРТИС» в пользу общества с ограниченной ответственностью «МИРАНДА» денежных средств в сумме 570 000 руб.

Указанными выше судебными актами, имеющие в силу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, преюдициальное значение при рассмотрении настоящего обособленного спора, установлено, что сделки совершены между аффилированными лицами, в отсутствии встречного предоставления, указанными перечислениями причинен вред имущественным правам кредиторов, стороны действовали недобросовестно, действия по совершению сделок направлены на вывод ликвидного имущества из конкурсной массы.

Следовательно, в результате совершения указанных сделок конкурсная масса должника была уменьшена путем безвозмездного отчуждения ликвидного имущества (денежных средств) в пользу заинтересованных лиц, что свидетельствует о злоупотреблении правом при совершении сделки. 

При таких обстоятельствах, учитывая совокупность установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу о совершении контролирующим должника лицом сделок, в результате которых произошло уменьшение активов должника, чем причинен существенный вред имущественным правам кредиторов. Действия ответчика привели к невозможности должником удовлетворить требования кредиторов, вследствие уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующих лиц.

Также суд исходит из того, что на дату совершения оспариваемых перечислений у должника имелись обязательства перед кредиторами, при этом ответчиком заключались сделки по выводу денежных средств, которые могли быть направлены на погашение задолженности перед кредиторами.

Кроме того, указанными судебными актами установлено, что ФИО2 преследовала умысел на создание фиктивной подконтрольной кредиторской задолженности перед аффилированными лицами. На основании составленных ответчиком фиктивных документах ООО «Союз» на сумму 103 188 700 руб., ООО «Евротех» на сумму 300 000 000 руб., ООО «Группа Артис» на сумму 1 938 492 руб., ООО «Группа Энергострой» на сумму 103 457 967,37 руб., ООО «Артис ПлазаОтель» на сумму 616 250 руб. заявили о включении несуществующей кредиторской задолженности в реестр кредиторов должника. Указанные лица, аффилированные с должником, пытались включиться в реестр, ссылаясь на подписанные ответчиком мнимые и ничтожные сделки (вексельная схема ООО «Вектор», договор перевода долга в преддверии банкротства ООО «Группа Артис», мнимый договор аренды ООО «Артис Плаза Отель», мнимый договор купли продажи здания Должника и договор на проведение строительных работ ООО «Союз», мнимые договора поручительства и цессии ООО «Группа Энергострой»).

Указанные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о том, что действия ФИО2 способствовали банкротству должника, что привело к невозможности должника удовлетворить требования кредиторов и исполнить обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии обстоятельств для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

При этом устанавливая размер субсидиарной ответственности, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

В силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В соответствии с пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Судом учтено, что в настоящее время невозможно определить размер субсидиарной ответственности, мероприятия конкурсного производства не завершены. При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает необходимым приостановить рассмотрение настоящего заявления в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Согласно пунктам 9 - 11 статьи 61.16 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами арбитражный управляющий одновременно с отчетом о результатах проведения процедуры, примененной в деле о банкротстве, направляет в арбитражный суд ходатайство о возобновлении производства по рассмотрению заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, указав размер требований каждого кредитора, которые остались непогашенными в связи с недостаточностью имущества должника, а также отчет о результатах выбора кредиторами способа распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности.

Согласно пункту 41 постановления от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», по смыслу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, приостановление производства по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, осуществляется судом при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности.

В этом случае суд, в том числе суд апелляционной инстанции (при установлении оснований для привлечения контролирующего должника лица к ответственности при рассмотрении апелляционной жалобы), выносит определение (постановление) о приостановлении производства по обособленному спору, в резолютивной части которого должны содержаться указание на приостановление производства по спору и вывод о наличии оснований привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, а в мотивировочной части приводит обоснование соответствующего вывода.

Поскольку судом установлено наличие оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, а расчеты с кредиторами не завершены, производство по спору о привлечении к субсидиарной ответственности в части определения размера субсидиарной ответственности следует приостановить до окончания расчетов с кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов должника.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что определение Арбитражного суда Республики Ингушетия от 05.02.2024 по делу № А18-485/2020 в соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с неправильным применением норм материального права подлежит отмене с принятием по делу нового судебного акта об удовлетворении заявленных требований.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и являющихся безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не допущено.

Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд, 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Ингушетия от 05.02.2024 по делу № А18-485/2020 отменить.

Принять по делу новый судебный акт.

Заявления KHS GmbH (КХС ГмбХ) и конкурсного управляющего ООО «Миранда» ФИО1 о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности удовлетворить. 

Признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной? ответственностью «Миранда».

Приостановить производство по обособленному спору о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами общества с ограниченной? ответственностью «Миранда».

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий

 

З.А. Бейтуганов

 

Судьи

 

Н.Н. Годило 

 

З.М. Сулейманов