СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-10868/2015-АК

г. Пермь

15 ноября 2018 года

Дело №А60-18006/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 08 ноября 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 15 ноября 2018 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Плаховой Т.Ю.,    

судей                                 Васевой Е.Е., Чепурченко О.Н.,     

при ведении протокола судебного заседания секретарем Малышевой Д.Д.,   

при участии:

от заявителя жалобы, заинтересованного лица, Огаркова О.С. – Ганиева Д.А., доверенность от 23.04.2018, паспорт,

от конкурсного управляющего – Роганов Э.К., доверенность от 15.01.2018, паспорт,

заинтересованного лица, Скворцова А.А. (паспорт),

заинтересованного лица, Дейча А.А. (паспорт),

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились,

(лица, участвующие в деле – не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда), 

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего, Чу Эдуарда Сановича и заинтересованного лица, Огаркова Олега Сергеевича

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 31 августа 2018 года 

по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности Огаркова О.С., Огаркова Р.О. Дейча А.А., Скворцова В.О.,

вынесенное судьей Сергеевой Т.А.

в рамках дела № А60-18006/2015 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Бизнес Индустрия» (ИНН 6623008866, ОГРН 1026601384633),

установил:

решением Арбитражного суда Свердловской области от 18.12.2015 ООО «Бизнес Индустрия» (далее -  должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Чу Э.С.

16.12.2016 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление конкурсного управляющего должника Чу Э.С. о привлечении к субсидиарной ответственности Огаркова Олега Сергеевича (далее – Огарков О.С.), Огаркова Романа Олеговича (далее - Огарков Р.О.), Дейча Александра Анатольевича (далее – Дейч А.А.), Скворцова Владислава Олеговича (далее – Скворцов В.О.) по обязательствам должника в сумме 247 239 908 руб. 06 коп.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 31.08.2018 (резолютивная часть определения объявлена 23.08.2018) признано доказанным наличие оснований для привлечения Огаркова О.С. к субсидиарной ответственности.

Этим же определением приостановлено производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности Огаркова О.С. до окончания расчетов с кредиторами.

В части привлечения к субсидиарной ответственности Огаркова Р.О., Дейча А.А. Скворцова В.О. отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, ответчик, Огарков О.С. и конкурсный управляющий обжаловали его в апелляционном порядке.

Огарков О.С. в своей жалобе просит отменить определение суда в части признания доказанным наличия оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности, ссылаясь на то, что конкурсным управляющим не доказано наличие таких оснований, а именно, не доказано, каким образом не обеспечение передачи документов Огарковым О.С конкурсному управляющему не позволило последнему исполнить обязанность по формированию конкурсной массы должника, в том числе, выявить активы, проанализировать основания их выбытия, предъявить к третьим лицам иски об исполнении обязательств и взыскании дебиторской задолженности, как следствие, привели к невозможности удовлетворения  требований кредиторов.

Конкурсный управляющий в своей жалобе просит отменить обжалуемое определение в части признания доказанным наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности Огаркова О.С. и в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности Дейча А.А. и Скворцова В.О., принять в соответствующей части новый - о признании доказанным наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности Дейча А.А. и Скворцова В.О.

В апелляционной жалобе управляющий отмечает, что в обоснование заявленного требования он указывал на неисполнение должником денежных обязательств, т.е. обосновывал довод о неплатежеспособности, а не недостаточности имущества, как ошибочно посчитал суд.  Также ссылается на то, что при вынесении обжалуемого определения суд не обосновал вывод об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника Дейча А.А. и Скворцова В.О. При этом при проведении анализа  финансового состояния имущества и имущественных прав должника за период с 01.01.2013 по 01.01.2013 установлено, что предприятие за весь анализируемый период не имело собственных средств для ведения хозяйственной деятельности и своевременного погашения срочных обязательств, в связи с чем, баланс предприятия имел неудовлетворительную структуру во всем проверяемом периоде, предприятие являлось неплатежеспособным. Таким образом, установлена вина руководителей должника Дейча А.А. и Скворцова В.О. в возникновении у должника  признаков неплатежеспособности. Выводы, содержащиеся в анализе финансового состояния должника, не были учтены судом. 

До начала судебного разбирательства от Огаркова О.С. поступили дополнения к апелляционной жалобе.

В судебном заседании представитель Огаркова О.С. поддержал доводы своей апелляционной жалобы, с учетом дополнений поддержал в полном объеме, против удовлетворения жалобы конкурсного управляющего возражал.

Представитель конкурсного управляющего настаивал на удовлетворении своей жалобы, с доводами жалобы Огаркова О.С. не согласился.

Скворцов В.Д. и Дейч А.А. против удовлетворения апелляционных жалоб возражали.

Все лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу ст.ст.156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Лицами, участвующими в деле возражений относительно проверки определения суда в обжалуемой части не заявлено. Таким образом, определение суда в части отказа в привлечения к субсидиарной ответственности Огаркова Р.О. апелляционным судом не проверяется.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 266, ч.5 ст. 268 АПК РФ, только в обжалуемой части.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Свердловской области от 18.12.2015 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Чу Э.С.

В декабре 2016 года конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности на основании ст. 10 Закона о банкротстве следующих лиц:

Дейча А.А. - руководителя ООО «Бизнес Индустрия» в период с 25.03.2010 по 26.06.2013;

Скворцова В.О.  – руководителя должника в период с 26.06.2013 по 21.01.2014 и участника должника в период с 11.04.2013 по 29.11.2013;

Огаркова О.С. – руководителя должника в период с 21.01.2014 по дату открытия конкурсного производства и участника должника до 15.11.2010;

Огаркова Р.О. – участника должника в период с 15.11.2010 до 11.04.2013, с 29.11.2013 по настоящее время.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылался на следующие обстоятельства.

Между Дейчем А.А., как займодавцем и должником, как заемщиком заключен договор № 22/1-2008 от 22.12.2008, по условиям которого займодавец передает заемщику займа в размере 24 000 000 руб., а заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа не позднее 31.12.2016 (п. 1.1 и 2.2 договора в редакции дополнительного соглашения № 3 от 31.12.2013).

По данным бухгалтерского баланса за 2011 год должник имел непокрытый убыток в размере 11 452 000 руб. 

По мнению конкурсного управляющего, Дейч А.А., установив 30.03.2012 при сдаче в налоговый орган годовой бухгалтерской отчетности, что имущества должника недостаточно для возврата займа, должен был не позднее 30.04.2012 обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом). 

При этом учитывая, что непокрытый убыток сохранялся и в последующие отчетные периоды, а заем не возвращался должником, каждый следующий руководитель должника должен был также обратиться в суд. 

Так, для Скворцова В.О. такая обязанность, по мнению конкурсного управляющего, наступила 06.04.2014 (через месяц после сдачи отчетности за 2013 год), для Огаркова О.С. – 21.02.2014 (через месяц после вступления в должность руководителя).

Помимо этого, в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности Огаркову О.С. вменено ненадлежащее исполнение установленной ч.2 ст. 126 Закона о банкротстве обязанности по передаче конкурсному управляющему документов должника.

При рассмотрении спора суд первой инстанции пришел к выводу о том, что конкурсный управляющий документально не подтвердил наличие, с учетом специфики сферы деятельности должника, совокупности условий для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве. В то же время суд установил наличие оснований для привлечения Огаркова О.С. к субсидиарной ответственности по п.4 ст. 10 Закона о банкротстве.

Проанализировав нормы материального права, исследовав материалы дела в совокупности в порядке ст.71 АПК РФ, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены определения суда первой инстанции.

Статьей 10 Закона о банкротстве (подлежащей применению к спорным отношениям)  установлены специальные основания и порядок для привлечения к субсидиарной ответственности учредителей и руководителей должника – юридического лица, при этом привлечение их к ответственности по таким основаниям обусловлено наличием общих условий, указанных в п.3 ст. 56 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу п. 3 ст. 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам. 

Согласно п. 22 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. Требования к указанным в настоящем пункте лицам, несущим субсидиарную ответственность, могут быть предъявлены конкурсным управляющим. В случае их удовлетворения судом взысканные суммы зачисляются в состав имущества должника, за счет которого удовлетворяются требования кредиторов.

Таким образом, для субсидиарной ответственности учредителей (участников), собственника имущества юридического лица или других лиц по обязательствам юридического лица необходимыми условиями являются: наличие у соответствующего лица права давать обязательные для юридического лица указания либо возможности иным образом определять его действия; совершение этим лицом действий (или его бездействие), свидетельствующих об использовании принадлежащего ему права давать обязательные для юридического лица указания и (или) своих возможностей иным образом определять его действия; причинно-следственная связь между использованием соответствующим лицом своих прав и (или) возможностей в отношении юридического лица и действием самого юридического лица, повлекшим его несостоятельность (банкротство); недостаточность имущества общества для расчетов с кредиторами.

В соответствии с п.2 ст. 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц, перечисленных в ч.2 ст.10 Закона о банкротстве, а в рассматриваемом случае руководителя должника, к субсидиарной ответственности возникает при наличии одновременного ряда следующих условий:

возникновения одного из обстоятельств, перечисленных в ч.1 ст.9 указанного Закона, и установления даты возникновения данного обстоятельства;

неподачи соответствующим лицом заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства;

возникновение обязательств должника, по которым привлекается к субсидиарной ответственности лицо, указанное в ч.2 ст.10 Закона о банкротстве, после истечения срока, предусмотренного ч.2 ст.9 этого же Закона.

Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью лица, заявившего соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

В соответствии с ч.1 ст.65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как установлено ранее, в обоснование заявленных требований о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий со ссылкой на п.2 ст.10 Закона о банкротстве указывал на необращение их в качестве контролирующих должника лиц в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) при установлении того, что должник отвечает признакам неплатежеспособности и или недостаточности имущества (абз.3 п.1 ст.9 Закона о банкротстве). 

По утверждению конкурсного управляющего, Дейч А.А., осуществлявший в соответствующий период руководство должником, должен был при подписании и сдаче бухгалтерского баланса за 2011 год в налоговый орган 30.03.2012 осознать, что руководимое им общество обладает признаками банкротства и не позднее 30.04.2012 обратиться с заявлением о признании должника банкротом; последующий руководитель - Скворцов В.О., сдавая бухгалтерский баланс за 2013 год в налоговый орган 06.03.2014, должен был обратиться с соответствующим заявлением не позднее 06.04.2014, Огарков О.С. – не позднее 21.02.2014, при наличии вступивших в законную силу судебных актов о взыскании с должника задолженности.

Судом установлено, материалами дела подтверждается и участвующими в деле лицами не оспаривается, что согласно бухгалтерскому балансу должника за 2011 год запасы составили 19 879 000 руб., дебиторская задолженность – 23 655 000 руб., нераспределенная прибыль (–) 11 452 000 руб.

В отчете за 2012 год в составе основных средств отражено имущество на сумму 139 826 000 руб., запасов на 13 423 000 руб., дебиторская задолженность на 32 699 000 руб., при этом вновь имелся непокрытый убыток в размере 12 269 000 руб. 

В 2013 году размер основных средств увеличился до 143 887 000 руб., запасы уменьшились до 8 745 000 руб., размер дебиторской задолженности на прежнем уровне, непокрытый убыток зафиксирован в размере 11 447 000 руб. 

В бухгалтерской отчетности за 2014 год отражен тот же размер основных средств, запасов, что и в 2013 году. 

Размер кредиторской задолженности (в 2011 – 18 159 000 руб., в 2012 – 41 967 000 руб., в 2013 и 2014 году – 31 393 000 руб.) не превышал размера активов должника. 

С учетом того, что должник являлся застройщиком жилых домов, обязательства перед участниками долевого строительства отражены в бухгалтерском балансе как доходы будущих периодов и прочие обязательства. 

Как верно отмечено судом, предпринимательская деятельность является рисковой, в процессе хозяйственной деятельности у организации может возникать задолженность, но это не означает автоматически возникновение признака неплатежеспособности у должника по смыслу Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 №14–П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника. Уменьшение чистых активов общества следует рассматривать как признак ухудшающегося финансового состояния общества, требующего принятия соответствующих мер.

Из материалов дела следует, что должник осуществлял строительство многоквартирных жилых домов.

Согласно отзывам ответчиков Дейча А.А. и Скворцова В.О., представленным в суд первой  инстанции, их пояснениям, данным в судебном заседании апелляционного суда, в целях осуществления строительства комплекса многоквартирных жилых домов должником были арендованы земельные участки, получены разрешительные документы на строительство первых трех секций; за счет привлечения средств на основании заключенных договоров об участии в долевом строительстве и госконтрактов, а также инвестиционных договоров осуществлено строительство и сдача в эксплуатацию первых трех секций, последний из указанных домов был сдан в декабре 2013 года; с учетом специфики деятельности должника в бухгалтерской отчетности в активах отражаются произведенные затраты по строительству домов, а пассивах – взносы по заключенным договорам долевого строительства (до 2012 года они обозначались как доходы будущих периодов), госконтракту; после ввода дома в эксплуатацию и передачи квартир дольщикам эти затраты на строительство должны были закрыться привлеченными от дольщиков средствами, однако, финансовый результат строительства секций 1Б и 2А в бухгалтерском балансе по итогам 2013 года не отражен, при этом, по сведениям ответчиков, Огарков О.С. передал все квартиры дольщикам, требования о передаче жилых помещений от дольщиком не поступали. По расчету ответчиков Дейча А.А. и Скворцова В.О., после сдачи в эксплуатацию  секции 2А активы (имущество) должника превысили его обязательства (с учетом не наступления сроков возврата заемных средств по договорам ввиду их изменения дополнительными соглашениями); за 2012 год доработана проектная документация, разработан рабочий проект со всеми изысканиями и согласованиями, прошедший государственную экспертизу, по секциям 2Б, 2В, получено разрешение на строительство указанных секций жилых домов, действующее до 05.10.2014, оплачена аренда земельного участка по 2015 год,  проведена работа по подготовке к строительству указанных секций (построены новые дороги, огорожена строительная площадка, подведено электричество, устроен бытовой городок, установлен башенный кран, выкопан котлован, при этом ранее, в ходе строительства первых трех секций было принято решение об одновременном строительстве коммуникаций для всех очередей строительства, принятие такого решения было обусловлено значительной экономией по сравнению с тем, если бы на каждую очередь строительства строились свои сети; были внесены изменения в уже запроектированные сети, сети построены с учетом новых потребностей, вынесены, в том числе в пятно застройки секций 2Б и 2В, сети, построенные под секции 1А, 1Б, 2А, подключены в соответствии с техническими условиями с учетом секций 2Б, 2В; с учетом названного строительства сетей понесены затраты, отнесенные на себестоимость строительства, сформировав временный убыток в размере 11 452 000 руб., на который ссылается конкурсный управляющий, однако, в действительности, это не непокрытый убыток, а вложения в строительство; ориентировочная стоимость иных подготовительных работ к строительству секций 2Б, 2В порядка 12 млн. руб.; при полной подготовке к строительству секций 2Б, 2В прибыль от их строительства в значительной части превысила бы все обязательства общества, однако, Огарков О.С. строительство не продолжил. 

В подтверждение указанных доводов ответчиками Дейчем А.А., Скворцовым В.О. представлен ряд сохранившихся у них после передачи Огаркову О.С. документов, также представлены документы, из которых следует, что изложенные обстоятельства были доведены до конкурсного управляющего (в частности, они отражены в направленной конкурсным управляющим должника претензии ООО «УК К7» от 30.12.2016).

Представитель конкурсного управляющего должника в судебном заседании суда апелляционной инстанции пояснил, что не располагает информацией относительно указанных обстоятельств, какие-либо запросы для их проверки, получения необходимых документов о строительстве должником сетей, выявления этого имущества должника не направлялись, иные меры для выявления этого имущества не предпринимались, были направлены лишь стандартные запросы в органы, ведущие регистрационный учет имущества.

При таких обстоятельствах оснований полагать, что ООО «Бизнес Индустрия» в период осуществления ответчиками Дейчем А.А. и Скворцовым В.О. являлось неплатежеспособным, его имущества было недостаточно для исполнения обязательств, с учетом чего у них возникла обязанность по подаче заявления в арбитражный суд о признании общества несостоятельным, не имелось. 

С учетом специфики деятельности должника и установленных обстоятельств, суд правомерно отметил, что бухгалтерские балансы, на которые ссылается конкурсный управляющий, не могут рассматриваться как безусловное доказательство наличия у должника признака неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, поскольку отражают лишь общие сведения об активах и пассивах применительно к определенному отчетному периоду. 

Судом также правомерно приняты во внимание доводы ответчиков Дейча А.А., Скворцова В.О. о специфике отражения в бухгалтерском балансе юридического лица, осуществляющего привлечение денежных средств для строительства многоквартирного дома, активов и затрат.

Суд верно указал, что в рассматриваемом случае, отрицательные тенденции результатов финансово-хозяйственной деятельности (непокрытый убыток) не позволяют тем не менее достоверно установить, что имевшаяся на тот момент задолженность перед контрагентами была невозможна к погашению за счет средств и имущества должника.

Разрешая вопрос о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве следует учитывать, что его обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника возникает в момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный менеджер в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника и принимать во внимание, какие действия, как добросовестный менеджер, совершал руководитель должника, чтобы выйти из этой ситуации.

Наличие у должника указанных в п. 2 ст. 3, п. 2 ст. 6 Закона о банкротстве признаков предоставляют кредитору право на обращение в суд с заявлением о признании должника банкротом. Однако, данных признаков недостаточно для возникновения на стороне самого должника в лице его руководителя обязанности по обращению в суд с заявлением о его банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

В рассматриваемом случае, как установил суд, договор займа № 22/1-2008 от 22.12.2008, неисполнение которого, по мнению конкурсного управляющего, вызвано неплатежеспособностью должника был заключен с  Дейчем А.А.– аффилированным по отношению к должнику лицом. Впоследствии право требования по этому договору было выкуплено у Дейча А.А. на основании договора уступки другим аффилированным лицом Огарковым О.С. (в настоящее время требование включено в реестр). 

Судом верно отмечено, что в процессе хозяйственной деятельности общества могут возникать ситуации, когда удобнее, быстрее и дешевле привлекать кредитные средства у кого-либо из контролирующих лиц (например, при возникновении вызванных объективными причинами финансовых затруднений; необходимости срочно привлечь инвестиции для какого-либо проекта и т.д.).

В данном случае Дейч А.А. не предъявлял должнику требований о возврате займа, не создавал конкуренции с требованиями внешних кредиторов, поэтому поведение руководителей должника, не принимавших наличие такой задолженности за объективную предпосылку банкротства должника, не может быть расценено как неразумное и недобросовестное.

При изложенных обстоятельствах суд пришел к правомерному выводу о том, что конкурсный управляющий документально не подтвердил наличие с учетом специфики сферы деятельности должника совокупности условий для привлечения контролирующих должника лиц Дейча А.А., Скворцова В.О. и Огаркова О.С к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве.

Вопреки утверждению конкурсного управляющего, суд надлежащим образом обосновал вывод об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника Дейча А.А. и Скворцова В.О. Оснований для переоценки данного вывода апелляционный суд не усматривает.

Ссылка конкурсного управляющего на то, что в анализе финансового состояния должника, подготовленном временным управляющим, фактически установлена вина руководителей должника Дейча А.А. и Скворцова В.О. в возникновении у должника  признаков неплатежеспособности несостоятельна, поскольку в анализе соответствующих выводов не содержится.

Конкурсным управляющим в заявлении приведены сведения о существовавших обязательствах должника с наступившими сроками их исполнения в период осуществления названными ответчиками функций руководителя должника. Между тем, лишь обязательство перед ООО «Уральская метало-промышленная компания» с учетом наступления срока его исполнения в период руководства должником Дейчем А.А. и размера, превышающего 300 0000 руб., соответствовало условию для подачи заявления о признания должника банкротом. Остальные указанные конкурсным управляющим обязательства либо были меньше 300 000 тыс. руб. (МУП «Тагилэнерго», МУП «Нижнетагильские тепловые сети», ОАО «Роскуммунэнерго») либо представляли собой финансовые санкции (Пятыгин В.А., Щелокова Т.А.), либо наступили после периода осуществления ответчиками Дейча А.А. и Скворцова В.О. своего руководства должником (ПАО «Сбербанк России» - мировое соглашение с рассрочкой платежей по графику, начиная с 20.01.2014, была частичная уплата). Наличие единичных неисполненных должником обязательств, ведении должником приносящей прибыль деятельности о неплатежеспособности общества не свидетельствует.

Довод конкурсного управляющего об отражении неудовлетворительных показателей в бухгалтерском балансе за 2013 год, то есть после сдачи секции 2А, который подписан Скворцовым В.О., отклоняется.

Действительно, бухгалтерская отчетность за 2013 год представлена ненадлежащая (отражены данные из бухгалтерского баланса за 9 месяцев 2013 года, без учета сдачи секции 2А в эксплуатацию). Между тем, при составлении названной отчетности, отражая в ней сведения о непокрытом убытке, не совершая при этом действий по установлению активов и обязательств должника, не ведя строительство (иное не доказано), Огарков О.С. с даты представления отчетности не мог не знать о возникновении у должника признаков неплатежеспособности. Вопреки утверждению конкурсного управляющего, достаточных данных о том, что бухгалтерский баланс за 2013 год сдавал Скворцов В.О. нет. Согласно названному бухгалтерскому балансу он подписан представителем Юсуповым М.Т. по доверенности, Скворцов В.О. указан в графе «сведения о должностном лице (подписант – гл. бухгалтер); при этом Скворцов В.О. на дату представления отчетности (06.03.2014) руководителем должника не являлся, документально подтвержденных сведений о том, что он был главным бухгалтером общества, в деле нет, сам Скворцов В.О. это отрицает. Как указано ранее, согласно сведениям из ЕГРЮЛ в отношении должника с 21.01.2014 руководителем общества является Огарков О.С., именно на нем лежит обязанность по представлению отчетности, именно он отвечает за ее достоверность.

При отмеченных обстоятельствах определение суда в рассматриваемой части следует признать правомерным, доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего – не состоятельными.

Определение в части отказа в привлечении Огаркова О.С. к субсидиарной ответственности на основании п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве апеллянтами не обжаловано; возражения относительно пересмотра судебного акта только в обжалуемой части от лиц, участвующих в деле, не поступили, с учетом чего суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов жалоб.

Пунктом 4 ст. 10 Закона о банкротстве предусмотрено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Согласно п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника).

Руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить  передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Материалами дела установлено и ответчиком Огарковым О.С. не оспорено, что последним  конкурсному управляющему была передана часть документации должника.

Вместе с тем, доказательств того, что в порядке ст. 126 Закона о банкротстве Огарков О.С. исполнил обязанность по передаче конкурсному управляющему необходимой документации в полном объеме, в материалах дела не имеется. 

Свидетельств тому, что определения суда от 14.10.2015 и от 13.04.2016, которыми суд обязал бывшего директора ООО «Бизнес Индустрия»  Огаркова О.С. передать документы должника временному и конкурсному управляющему, соответственно, в полном объеме исполнены, в деле не имеется.

Неисполнение Огарковым О.С. обязанности по передаче конкурсному управляющему документации должника в полном объеме повлекло невозможность пополнения конкурсной массы и, как следствие, удовлетворение требований кредиторов должника. 

В силу п. 2 ст. 401, п. 2 ст. 1064 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Поскольку наличие необходимой документации у руководителя должника предполагается и ее передача является обязательным требованием закона, то именно руководитель должника обязан доказывать наличие уважительных причин непредставления документации. 

Таким образом, доказательства отсутствия вины должны быть представлены самим руководителем должника, как лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности, в соответствии с требованиями п. 2 ст. 401, п. 2 ст. 1064 ГК РФ.

Документально подтвержденных сведений о том, что документы должника могли отсутствовать в распоряжении Огаркова О.С., имелись объективные, непреодолимые препятствия для восстановления утраченной документации и это не явилось следствием неосмотрительного и недобросовестного по отношению к должнику поведения со стороны Огаркова О.С. суду не представлено.

Поскольку Огарков О.С., как руководитель должника, не обеспечил сохранность, восстановление (при необходимости) и передачу документации должника конкурсному управляющему, его бездействие является противоправным, а не проявление должной меры заботливости и осмотрительности доказывает наличие вины в причинении убытков кредиторам юридического лица - банкрота.

Также следует признать, что наличествует причинно-следственная связь между противоправным и виновным поведением ответчика и причинением вреда интересам конкурсных кредиторов, так как в случае передачи конкурсному управляющему необходимой документации в полном объеме управляющий смог бы предпринять более действенные меры, в том числе по взысканию дебиторской задолженности. В отсутствие, необходимой документации такого рода действия конкурсный управляющий не в состоянии.

Доказательства того, что формирование конкурсной массы в размере, недостаточном для погашения всех требований кредиторов, явилось не следствием уклонения Огаркова О.С. от передачи документации должника, а по иным причинам, ответчиком не представлены; презумпция п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве им не опровергнута.

На основании изложенного, исследовав и оценив представленные в дело доказательства, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии совокупности условий, необходимых для привлечения Огракова О.С. к субсидиарной ответственности по рассматриваемому основанию.

Доводы Огаркова О.С., изложенные в апелляционной жалобе направлены на переоценку выводов арбитражного суда первой инстанции, являющихся, по мнению суда апелляционной инстанции, законными и обоснованными.

Позиция конкурсного управляющего должника об отсутствии оснований для привлечения Огаркова О.С. к субсидиарной ответственности, поскольку непередача последним истребованных вступившими в законную силу определениями суда документов должника, с учетом их характера, не могло повлиять на формирование конкурсной массы, отклоняется 

С учетом изложенного, определение суда от 31.08.2018 отмене, а апелляционные жалобы - удовлетворению, не подлежат.

Руководствуясь ст.ст. 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражный суд Свердловской области от 31 августа 2018 года по делу № А60-18006/2015 оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Т.Ю. Плахова 

 

Судьи

Е.Е. (7сс) Васева 

 

О.Н. Чепурченко