ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-5092/2019

город Ростов-на-Дону

30 мая 2022 года

15АП-4688/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23 мая 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 30 мая 2022 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Николаева Д.В.,

судей Деминой Я.А., Емельянова Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью ВТБ Факторинг на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 02.02.2022 по делу № А32-5092/2019 о включении в реестр требований кредиторов должника по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью фирма «Санги Стиль» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО2 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (ИНН 

<

***>). 

 

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (далее - должник) конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью фирма «Санги Стиль» ФИО2 (далее также заявитель, кредитор) обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о включении 122 053 155,75 руб. основного долга и 3 204 544,30 руб. процентов в реестр требований кредиторов должника, согласно уточненным требованиям, принятым судом на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением от 02.02.2022 суд принял заявленные уточнения и включил требования ООО фирма «Санги Стиль» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в размере 125 257 700,05 руб. задолженности в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО5 (ИНН 

<

***>, дата рождения: 02.01.1964, место рождения: с. Атирка Тарского р-на, Омской обл.).

Общество с ограниченной ответственностью ВТБ Факторинг обжаловало определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просило отменить судебный акт, принять новый.

В судебном заседании суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями ч. 3 ст. 156 АПК РФ счел возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, дополнения, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, ПАО «Сбербанк» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 19.02.2019 заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 30.07.2019 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим должника утвержден ФИО3.

Сообщение о введении процедуры опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 10.08.2019 № 142, в ЕФРСБ - 01.08.2019.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 31.08.2020 (резолютивная часть от 31.08.2020) ФИО3 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей финансового управляющего должника.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 03.12.2020 финансовым управляющим должника утвержден ФИО4.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 08.07.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4 (далее - управляющий).

Сообщение о введении процедуры опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 24.07.2021 № 129, в ЕФРСБ - 16.07.2021.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 указанного Закона.

В силу части 1 статьи 100 Закона о банкротстве требования кредитора направляются в арбитражный суд и управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов. Указанные требования включаются управляющим в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

При этом, нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным, доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем, они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 35 от 22.06.2012 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - постановление N 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Судом установлено, что между ООО фирмой «Санги Стиль» в лице заместителя директора ФИО5 и должником заключен договор денежного займа № 1 от «01.07.2018, согласно которому ООО фирма «Санги Стиль» выступает в качестве займодавца и передает ФИО5 - заёмщику, -денежные средства в размере 121 200 000 руб., а ФИО5 обязуется вернуть денежные средства с 4,83 % годовых от суммы в срок до 01.10.2018 включительно.

ООО фирма «Санги Стиль» передало ФИО5 денежные средства в размере 121 150 402,71 руб., что подтверждается расходными кассовыми ордерами:

№ 313 от «02» июля 2018 г. на сумму 40 043 969,70 руб.

№ 399 от «01» августа 2018 г. на сумму 33 278 700,23 руб.

№ 459 от «03» сентября 2018 г. на сумму 47 827 732,78 руб.

01.10.2018 вынесено решение единственного участника ООО фирмы «Санги Стиль» №/18, в котором отражено, что сумма в размере 140 300 000 руб. из общей суммы чистой прибыли 569 280 000 руб., полученной ООО фирмой «Санги Стиль» за период с 2013 по 2017, подлежат выплате единственному участнику ООО фирмы «Санги Стиль» ФИО5 в качестве дивидендов. 01.10.2018, датой окончания срока возврата займа по договору займа, между ООО фирмой «Санги Стиль» и ФИО5 заключено соглашение о зачете, в соответствии с которым прекращаются встречные однородные требования сторон Соглашения путем зачета.

Согласно пункту 1.2 Соглашения о зачете, сумма зачета однородных требований составляет 122 053 15,75 руб.

Согласно пункту 2.1 Соглашения о зачете задолженность ФИО5 передООО фирмой «Санги Стиль» составляет 122 053 155 75 руб.. в соответствии с Договоромзайма, а задолженность ООО фирмы «Санги Стиль» перед ФИО5 -140 300 000 руб. на основании Решения единственного участника ООО фирмы «СангиСтиль» № 18 от «01» октября 2018 г.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 17.08.2021 по делу №  А32-3988/2019-27/5-Б-10-С признано недействительным решение единственного участника (ФИО5) ООО фирма «Санги Стиль» №           /18 от 01.10.2018 г. о распределении чистой прибыли ООО фирма «Санги Стиль», признано недействительным Соглашение о зачете от 01.10.2018 г., заключенное между ООО фирма «Санги Стиль» и ФИО5 на сумму 122 053 155,75 рублей.

Применены последствия недействительности сделок в виде восстановления задолженности ФИО5 перед ООО фирма «Санги Стиль» в размере 122 053 155,75 рублей.

Вышеизложенное послужило основанием для обращения кредитора в арбитражный суд, с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 122 053 155,75 руб. основного долга и 3 204 544,30 руб. процентов.

В соответствии с абзацем 4 пункта 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63), если по признанной недействительной сделке кредитор получил от должника имущество, то в силу пункта 3 статьи 61.6 Закона о банкротстве предъявить восстановленное требование к должнику кредитор может только после возврата в конкурсную массу (должнику) этого имущества или его стоимости. В связи с этим к требованию кредитора должны прилагаться доказательства возврата им соответствующего имущества или его стоимости; при их непредставлении такое требование подлежит оставлению судом без движения, а при непредставлении их после этого в установленный срок - возвращению. В случае возврата части имущества или денег кредитор может предъявить восстановленное требование в соответствующей части.

С учетом того обстоятельства, что заявитель также находится в процедуре банкротства пополнение конкурсной массы осуществляется посредством взыскания данной задолженности путем включения в реестр требований кредиторов, а не возврата заявителем имущества (его стоимости) должнику без учета норм Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве кредиторы и иные лица, которым передано имущество или перед которыми должник исполнял обязательства или обязанности по сделке, признанной недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 и пункта 3 статьи 61.3 настоящего Федерального закона, в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества приобретают право требования к должнику, которое подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве), после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр требований кредиторов.

При этом, из пункта 3 статьи 61.6 Закона о банкротстве следует, что кредиторы и иные лица, которым передано имущество или перед которыми должник исполнял обязательства или обязанности по сделке, признанной недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2, пункта 2 статьи 61.3 настоящего Федерального закона и Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества приобретают право требования к должнику, которое подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве), то есть восстановленное требование подлежит включению в реестр требований кредиторов и удовлетворению в составе требований третьей очереди; такое требование может быть предъявлено должнику в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве, в ходе внешнего управления или конкурсного производства (абзац 1 пункта 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в случае признания на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства (путем зачета встречного однородного требования, предоставления отступного или иным способом), обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора по этому обязательству к должнику (далее - восстановленное требование) считается существовавшим независимо от совершения этой сделки (абзац 1 пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве).

Если сделка была признана недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 или пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, восстановленное требование подлежит включению в реестр требований кредиторов, но удовлетворяется за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр, то есть в очередности, предусмотренной пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве (пункт 2 статьи 61.6); такое требование может быть предъявлено к должнику в порядке, предусмотренном статьей 100 названного Закона, в любое время в ходе внешнего управления или конкурсного производства. Указанное требование не предоставляет права голоса на собрании кредиторов (пункт 26 постановления Пленума N 63).

Учитывая тот факт, что восстановленные реституционные права требования ООО фирма «Санги Стиль» вытекают из сделок, признанных недействительными судом, поступили с соблюдении срока на предъявление требования к должнику (30.08.2021), задолженность в заявленном размере подтверждается представленными документами, суд первой инстанции признал требования общества с ограниченной ответственностью фирма «Санги Стиль»в заявленной сумме обоснованными, что, явилось основанием для  выключения требований в третью очередь реестра требований кредитором должника.

Общество с ограниченной ответственностью ВТБ Факторинг в апелляционной жалобе приводит доводы об аффилированности  ООО фирма «Санги Стиль» и ФИО5

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 17.08.2021 по делу № А32-3988/2019 установлена недобросовестность должника и кредитора в совершении сделок по принятию решения единственного участника ООО фирмы «Санги Стиль» от 01.10.2018 и заключении соглашения о зачете от 01.10.2018 г., что в силу абзаца 5 пункта 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление № 63) является основанием для понижения очередности восстановленного требования на основании пункта 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции, исследовав указанные доводы, признает их обоснованными на основании следующего.

Суд апелляционной инстанции учитывает позицию, выраженную в определении Верховного Суда РФ от 27.01.2022 г. № 308-ЭС18-3917 (2) по делу № А20-3223/2017, согласно которой сам по себе тот факт, что контролирующее (аффилированное) лицо, предоставившее компенсационное финансирование, находится в процедуре конкурсного производства и операции по выдаче такого финансирования оспорены в деле о несостоятельности плательщика, не является основанием для отказа в субординации реституционного требования о возврате компенсационного финансирования.

В Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (далее - Обзор), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве, при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации). Поэтому его требования не могут конкурировать с требованиями независимых кредиторов - они подлежат удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты) (пункты 3.1, 6.1 Обзора).

В соответствии с пунктом 3.3 Обзора, разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На аффилированном с должником обществе, обладающим по сравнению с независимым кредитором значительно большим объемом информации о деятельности должника, состоянии его расчетов с дебиторами и кредиторами, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно компенсационной природы финансирования. При этом не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора).

В том же положении, что и контролирующее лицо, находится кредитор, не обладающий контролем над должником, аффилированный с последним, предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица. При этом в ситуации, когда аффилированные должник и кредитор имеют одного конечного бенефициара, предполагается, что, финансирование предоставлено по указанию контролирующего лица, пока не доказано иное (пункт 4 обзора судебной практики).

При этом, согласно разъяснениям пункту 3.1 Обзора судебной практики сам по себе факт корпоративного контроля кредитора над должником не является основанием для понижения очередности удовлетворения заемного требования такого кредитора.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений об автоматическом понижении очередности удовлетворения требования лица, контролирующего должника.

Вместе с тем внутреннее финансирование должно осуществляться добросовестно и не нарушать права и законные интересы иных лиц.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056 (6) по делу N А12-45751/2015, наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов (кредиторов, должника, арбитражного управляющего и иных участвующих в банкротстве лиц) имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий названных лиц. Суды обязаны соответствующие отношения устанавливать и оценивать.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать:

- поведение лиц в хозяйственном обороте,

- заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с арбитражным управляющим, кредиторами) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы поведения в процессе своей деятельности.

В рассматриваемой ситуации вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Краснодарского края от 17.08.2021 по делу № А32-3988/2019 установлен факт взаимной заинтересованности и аффилированности ФИО5 и ООО фирмы «Санги Стиль».

Согласно из ЕГРЮЛ ФИО5 является единственным участником ООО фирмы «Санги Стиль», номинальная стоимость доли 139 000 руб., размер доли 100 %, дата внесения в ЕГРЮЛ записи, содержащей указанные сведения 29.03.2018.

Также наличие заинтересованности подтверждается приказом № 32 от 17.04.2014 о вступлении ФИО5 в должность генерального директора ООО фирмы «Санги Стиль» и листом записи ЕГРЮЛ от 10.04.2018 г., в соответствии  с которым по состоянию на 10.04.2018 ФИО5 являлся руководителем постоянно действующего исполнительного органа ООО фирмы «Санги Стиль».

Таким образом, положенные в основание заявленных требований сделки (договор займа, соглашение о зачете и решение от 01.10.2018 г.) относятся к категории сделок, совершенных с заинтересованным по отношению к должнику лицом по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве.

В определении арбитражного суда от 17.08.2021 по делу № А32-3988/2019 установлено, что заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением суда от 01.02.2019, решение единственного участника должника №          /18  от 01.10.2018  вынесено,  а соглашение о зачете от 01.10.2018 заключено между ООО фирма «Санги Стиль» и ФИО5 в период подозрительности - то есть в период, не превышающий шести месяцев до даты вынесения арбитражным судом определения о принятии заявления о признании ООО фирма «Санги Стиль» банкротом (01 февраля 2019 года). Также в соглашение о зачете от 01.10.2018 осуществлено с целью предпочтительного удовлетворения требований ФИО5 перед другими кредиторами должника.

Определением арбитражного суда от 17.08.2021 по делу № А32-3988/2019 установлено, что в период с 01.01.2018г. по 01.01.2019г. испытывало острую потребность в оборотных средствах, отсутствовала возможность одномоментного расчета по своим краткосрочным обязательствам, источники пополнения собственных средств для нормального ведения хозяйственной деятельности отсутствовали, имелась зависимость от заемных источников, степень платежеспособности по текущим обязательствам превышала рекомендуемое значение, то есть ООО фирма «Санги Стиль» имело признаки неплатежеспособности. Выплата дивидендов единственному участнику в размере 122 053 155,75 руб. (с учетом начисленных процентов) привела к еще большему ухудшению финансового состоянию должника.

На момент заключения оспариваемых сделок (решения единственного участника ООО фирмы «Санги Стиль» от 01.10.2018, соглашение о зачете от 01.10.2018) должник уже обладал признаками неплатежеспособности, поскольку у него имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, в том числе, включенными в реестр требований кредиторов.

Проведенный вне рамок дела о банкротстве зачет нарушает очередность удовлетворения требований кредиторов и привел к преимущественному удовлетворению требований ФИО5 перед другими кредиторами. В отсутствие спорной сделки требование ФИО5 (при обоснованности требования) подлежали бы удовлетворению после завершения расчетов с его кредиторами (оставшееся имущество).

Как было указано выше, на момент совершения вышеперечисленных сделок, ФИО5 был единственным участником ООО Фирма «Санги Стиль» и, соответственно, владельцем 100% доли в уставном капитале названного юридического лица; руководителем ООО Фирма «Санги Стиль» в период с 02.02.2018 г. по 04.02.2019 г. являлся ФИО6.

Вместе с тем, сделки по заключению договора займа, принятию решения о выплате дивидендов и заключению соглашения о зачете в каждом случае были совершены с участием ФИО5, что подтверждается собственноручной подписью последнего на каждой из вышеперечисленных сделок, где ФИО5 одновременно являлся и заместителем директора ООО фирмы «Санги Стиль», и единственным участником ООО фирмы «Санги Стиль» и просто физическим лицом, в пользу которого были перечислены денежные средства по договору займа и совершен зачет встречных однородных требований.

Исходя из представленных заявителем документов, договор займа №1 от 01.07.2018 г., решение единственного участника ООО фирмы «Санги Стиль» от 01.10.2018 и соглашение о зачете от 01.10.2018 г. подписывал ФИО5, который одновременно выступал от имени ФИО5, от имени ООО фирма «Санги Стиль» и от имени единственного участника ООО фирмы «Санги Стиль», то есть в каждом конкретном случае вышеперечисленные сделки фактически заключались должником с самим собой.

Фактически денежные средства должнику перечислялись с целью докапитализации в рамках распределения денежных средств, где решение о перечислении таких средств фактически принималось одним лицом – ФИО5

Суд апелляционной инстанции считает, что последствия недействительности сделок (требование кредитора), хотя и носят реституционный характер, но, по сути, направлены на уменьшение конкурсной массы должника за счет включения в реестр внутригруппового требования, и не должны конкурировать с требованиями независимых кредиторов.

В соответствии с разъяснением пункта 16 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, обязательства должника перед своими учредителями, вытекающие из такого участия (корпоративные обязательства), носят внутренний характер и не могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами должника как участника имущественного оборота перед другими участниками оборота.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 N 305-ЭС17-17208 по делу N А40-10067/2016.

В силу п. 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 декабря 2010 г. №63 "О некоторых вопросах, связанных с применением   главы Федерального   закона    "О   несостоятельности (банкротстве)" (далее Постановление Пленума №63) в случае, когда упомянутая в предыдущем пункте сделка была признана недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 или пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, восстановленное требование подлежит включению в реестр требований кредиторов, но удовлетворяется за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр, то есть в очередности, предусмотренной пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве (пункт 2 статьи 61.6); такое требование может быть предъявлено к должнику в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве, в любое время в ходе внешнего управления или конкурсного производства. Указанное требование не предоставляет права голоса на собрании кредиторов.

Кроме того, если в таком случае по признанной недействительной сделке кредитор получил от должника имущество, то в силу пункта 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве предъявить восстановленное требование к должнику кредитор может только после возврата в конкурсную массу (должнику) этого имущества или его стоимости. В связи      с этим к требованию кредитора должны прилагаться доказательства возврата им соответствующего имущества или его стоимости; при их непредставлении такое требование подлежит оставлению судом без движения, а при непредставлении их после этого в установленный срок - возвращению. В случае возврата части имущества или денег кредитор может предъявить восстановленное требование в соответствующей части.

Указанные правила применяются также в случае признания недействительной сделки по предоставлению отступного, стоимость которого существенно превышает размер прекращавшегося требования, независимо от того, на основании статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве она была признана недействительной.

Положенные в основание заявленных требований сделки были оспорены на основании пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, при этом, как уже было установлено ранее в совершении сделок по принятию решения единственного участника ООО фирма «Санги Стиль» от 01.10.2018 и заключению соглашения о зачете от 01.10.2018 г. установлена недобросовестность, как со стороны должника, так и со стороны кредитора, что в силу п. 26 Постановления является основанием для понижения очередности восстановленного требования на основании пункта 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, включая требования ООО фирма «Санги Стиль» в состав третьей очереди удовлетворения реестра требований кредиторов ФИО5, указал, что предусмотренный п. 26 Постановления Пленума №63 подход, обуславливающий необходимость понижения очередности удовлетворения требований ООО фирма «Санги Стиль»  в рассматриваемом случае не применим, поскольку обе стороны оспоренной сделки находятся в процедуре банкротства, что фактически нивелирует сам институт оспаривания сделок должника и приводит к утрате целесообразности его применения, так как в результате оспаривания сделки будет отсутствовать какой-либо положительный эффект.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 01.11.2019 № 307-ЭС19-10177(2,3) и абзаце девятом пункта 3.1 Обзора от 29.01.2020, подтверждение в судебном порядке существования долга банкрота перед заявителем, хотя и предоставляет последнему право на принудительное исполнение, само по себе правовую природу (существо и основание возникновения) задолженности не меняет и, как следствие, не освобождает арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, от обязанности определить очередность удовлетворения данного требования.

В соответствии с позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2020 № 30 9-ЭС2 0-615 8, установленная достоверность, реальность договорных отношений и наличие задолженности между обществом и аффилированным с ним должником в случае банкротства последнего не всегда влечет погашение данного долга наравне с требованиями независимых кредиторов.

При рассмотрении требований аффилированных с должником лиц, предъявляемых в делах о банкротстве, не может быть применен ординарный стандарт доказывания. Более строгий стандарт доказывания означает, что аффилированным кредиторам следует не только представлять ясные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности, но и опровергнуть корпоративную природу обязательств, из которых она возникла. Цель судебной проверки таких требований состоит в исключении как у суда, так и у других участников дела о банкротстве любых разумных сомнений в наличии и размере долга, а также в его гражданско-правовой характеристике.

Вступившим в законную силу судебным актом установлены обстоятельства аффилированности ФИО5 и ООО фирма «Санги Стиль».  Должник является и генеральным директором, и участником кредитора, который (участник и руководитель) в период имущественного кризиса ООО фирма «Санги Стиль», воспользовавшись своим статусом (руководитель и бенефициар Кредитора), на основании договора денежного займа № 1 от «01» июля 2018 г. получил у ООО фирма «Санги Стиль»  денежные средства в размере 121 200 000 (сто двадцать один миллион двести тысяч) рублей 00 коп.

01.10.2018., датой окончания срока возврата займа по Договору займа, между ООО фирма «Санги Стиль» и ФИО5 было заключено соглашение о зачете, в соответствии с которым прекращаются встречные однородные требования сторон Соглашения путем зачета.

Положенная в основание заявленных требований сделка была оспорена на основании п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, следовательно, в рассматриваемом случае подлежат применению положения п. 26 Постановления Пленума №63, при этом в указанном Пленуме понижение очередности осуществляется вне зависимости от того, является ли кредитор по оспоренной сделке банкротом или нет.

Очередность удовлетворения требования контролирующего лица понижается вследствие того, что оно, отклоняясь от стандарта поведения, предусмотренного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, принимает решение о предоставлении компенсационного финансирования на свой риск, относя на себя в том числе риск утраты данного финансирования на случай объективного банкротства. По общему правилу, в соответствии с пунктом 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации этот риск не может перекладываться на других кредиторов.

Более того, как было указано выше, суд апелляционной инстанции учитывает изменения, сложившиеся в судебной практике по настоящему вопросу, сформированную в определении Верховного Суда РФ от 27.01.2022 г. № 308-ЭС18-3917 (2) по делу № А20-3223/2017.

Отменяя судебные акты апелляционной и кассационной инстанций Верховный Суд Российской Федерации сослался на то, что сам по себе тот факт, что контролирующее (аффилированное) лицо, предоставившее компенсационное финансирование, находится в процедуре конкурсного производства и операции по выдаче такого финансирования оспорены в деле о несостоятельности плательщика, не является основанием для отказа в субординации реституционного требования о возврате компенсационного финансирования.

Кроме того, в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 27.01.2022 №№ 308-ЭС18-3917 (2), 308-ЭС18-3917 (3, 4) по делу №А20-3223/2017 содержится ссылка на определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2020 N 3 05-ЭС19-152 4 0(2) по делу N А40-174896/2017 со ссылкой на то, что данное определение принято при иных фактических обстоятельствах: в названном деле не рассматривался спор об очередности возврата компенсационного финансирования, разрешался иной вопрос - об очередности возврата несостоятельным контролирующим лицом того, что оно само получило с предпочтением от подконтрольного хозяйственного общества, ставшего впоследствии банкротом, то есть об общих правилах погашения реституционного требования, закрепленных в статье 61.6 Закона о банкротстве.

Из текста определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2020 N 305-ЭС19-15240(2) по делу N А40-174896/2017 следует, что приведенные в Постановлении N 63 разъяснения о понижении очередности о применении ответственности особой природы на основании пункта 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве) относятся к удовлетворению восстановленного требования самого Ответчика по оспоренной сделке, которое он мог бы заявить в рамках дела о банкротстве Кредитора после исполнения определения Арбитражного суда об оспаривании сделки и не применяется к Кредитору, заявившему реституционное требование. Иное, по сути, означало бы переложение ответственности на кредиторов общества, пострадавших от недействительных расчетных операций  и не совершавших каких-либо противоправных действий,  что недопустимо.

С учетом вышеизложенного, принимая во внимание тот факт, что реституционные требования ООО фирма «Санги Стиль» подтверждены судебным актом и не могут конкурировать с требованиями независимых кредиторов - они подлежат удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве.

При этом не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 обзора судебной практики).

Учитывая изложенное, подлежат изменению требования ООО фирма «Санги Стиль» в размере 125 257 700,05 руб., их следует признать обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр требований кредиторов, то есть в очередности, предусмотренной пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве.

Понижение очередности удовлетворения требований кредитора по отношению к независимым кредиторам является в настоящем случае справедливым и соразмерным ответом при рассмотрении требований аффилированного кредитора в деле о банкротстве.

При этом в данном случае то обстоятельство, что должник является не юридическим, а физическим лицом, не влияет на возможность признания требования кредитора подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр требований кредиторов, то есть в очередности, предусмотренной пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве, поскольку оспариваемая сделка признана судом недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в то время как в силу пункта 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве кредиторы и иные лица, которым передано имущество или перед которыми должник исполнял обязательства или обязанности по сделке, признанной недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 и пункта 3 статьи 61.3 настоящего Федерального закона, в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества приобретают право требования к должнику, которое подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве), после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр требований кредиторов.

С учетом изложенного, определение Арбитражного суда Краснодарского края от 02.02.2022 по делу № А32-5092/2019 следует изменить ввиду неправильного применения норм материального права.

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 02.02.2022 по делу № А32-5092/2019 изменить. Изложить абзац 2 резолютивной части судебного акта в следующей редакции:

«Признать обоснованным требование ООО фирма «Санги Стиль» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к ФИО5 (ИНН 

<

***>, дата рождения: 02.01.1964, место рождения: с. Атирка Тарского р-на, Омской обл.) в размере 125 257 700,05 руб. и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр требований кредиторов, то есть в очередности, предусмотренной пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве».

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                                                    Д.В. Николаев

 

Судьи                                                                                                                   Я.А. Демина

 

Д.В. Емельянов