900/2022-80344(1) 

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000 http://fasszo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

24 ноября 2022 года Дело № А42-2435/2021  

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе  председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Бычковой Е.Н.,  Чернышевой А.А.,  

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Норд-Рост»  ФИО1 (доверенность от 29.07.2022), от ФИО2 - ФИО3  (доверенность от 18.02.2022), от ФИО4 - ФИО5 (доверенность  от 12.09.2022) и ФИО6 (доверенность от 23.09.2021), от  ФИО7 - ФИО8 (доверенность от 07.02.2022), ФИО9  (паспорт),  

рассмотрев 17.11.2022 в открытом судебном заседании кассационные  жалобы общества с ограниченной ответственностью «Норд-Рост» и ФИО2 на определение Арбитражного суда Мурманской области  от 20.04.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного  суда от 12.08.2022 по делу № А42-2435/2021-16,  

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Мурманской области от 02.04.2021 по  заявлению кредитора ФИО2 возбуждено производство  по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «Фактор плюс», адрес: 183038, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество).  

Решением суда от 04.06.2021, оставленным без изменения постановлением  Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2021, требования  ФИО2 признаны обоснованными, Общество признано банкротом, в  отношении его открыта процедура конкурсного производства ликвидируемого  должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО10.  

Кредитор ФИО2 21.12.2011 обратился в  арбитражный суд с заявлением, в котором просил признать недействительной  сделкой соглашение от 09.11.2018 о совместном приобретении объектов  недвижимого имущества (далее – Соглашение от 09.11.2018), заключенное  между должником и ФИО4.  

Конкурсный управляющий ФИО10 23.12.2021 также обратился в  арбитражный суд с заявлениями о признании недействительным Соглашения от  09.11.2018.  

Определением от 24.12.2021 заявления ФИО2 и конкурсного  управляющего ФИО10 объединены для совместного рассмотрения.  

Определением суда от 16.02.2022 к участию в обособленном споре в  качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований  относительно предмета спора, привлечены ФИО11 и  ФИО7.  

Определением суда первой инстанции от 20.04.2022 в удовлетворении  

заявлений ФИО2 и конкурсного управляющего ФИО10 отказано.  

Постановлением суда апелляционной инстанции от 12.08.2022  определение от 20.04.2022 оставлено без изменения.  

В кассационной жалобе кредитор общество с ограниченной  ответственностью «Норд-Рост» (далее – ООО «Норд-Рост»), ссылаясь на  несоответствие выводов судов первой и апелляционной инстанций фактическим  обстоятельствам дела, а также на неправильное применение судами норм  материального и процессуального права, просит отменить указанные  определение и постановление, принять новый судебный акт – об  удовлетворении заявлений.  

По мнению подателя жалобы, суды обеих инстанций неверно  квалифицировали возникшие между сторонами отношения. Исходя из предмета  Соглашения от 09.11.2018, выводов, содержащихся в решении Шалинского  городского суда Чеченской Республики от 26.05.2021, судам следовало  применить к оспариваемому соглашению положения Федерального закона от  28.11.2011 № 335-ФЗ «Об инвестиционном товариществе» (далее - Закон   № 335-ФЗ). В силу положений пункта 3 статьи 3 Закон № 335-ФЗ сторонами  договора инвестиционного товарищества могут быть коммерческие  организации, а также в случаях, установленных федеральным законом,  некоммерческие организации постольку, поскольку осуществление  инвестиционной деятельности служит достижению целей, ради которых они  созданы, и соответствует этим целям. Физические лица могут быть сторонами  договора инвестиционного товарищества в случае, если они являются  индивидуальными предпринимателями, зарегистрированными в установленном  порядке и осуществляющими предпринимательскую деятельность без  образования юридического лица. Значит, ФИО4 не могла являться  стороной договора инвестиционного товарищества в силу прямого  законодательного запрета.  

ООО «Норд-Рост» указывает, что суды оставили без внимания его довод о  том, что Соглашение от 09.11.2018 подписано от имени ФИО4  гражданином ФИО9, действующим от ее имени  на основании доверенности (без реквизитов). Впервые доверенность на  ФИО9 была выдана ФИО4 только 12.01.2019, после этого, а  именно 15.07.2019 ФИО9 направил от имени ФИО4  предложение (требование) о заключении договора купли-продажи долей в праве  собственности на объекты недвижимого имущества между Обществом и  ФИО4 (далее - Договор от 15.07.2019). До 15.07.2019 ФИО4  не совершала каких-либо действий, направленных на исполнение Соглашения  от 09.11.2018 либо свидетельствующих об одобрении ею Соглашения от  09.11.2018.  

Податель жалобы просит учесть, что, как установлено Шалинским  городским судом Чеченской Республики в решении от 26.05.2021, условием  Соглашения от 09.11.2018 являлось внесение второй стороной вклада в виде  профессиональных навыков и деловых связей, связанных с участием в  электронных торгах. ФИО4 данное условие не исполнено.  

 ООО «Норд-Рост» настаивает на том, что Соглашение от 09.11.2018  являлось заведомо невыгодной сделкой для должника и было заключено с  целью причинить вред его кредиторам. Общество самостоятельно, не прибегая  к услугам ФИО4, участвовало в торгах и оплатило приобретенное  имущество. Обстоятельства настоящего обособленного спора свидетельствуют  о том, что стороны спорной сделки заведомо не намеревались ее исполнять и  заключили Соглашение от 09.11.2018 исключительно с целью искусственного  

формирования у Общества кредиторской задолженности перед ФИО4   Так, ФИО9, направляя 15.07.2019 требование о заключении  Договора от 15.07.2019, квалифицировал оспариваемое соглашение как  предварительный договор купли-продажи, что позволило обойти вопрос об  отсутствии какого-либо встречного предоставления со стороны ФИО4  Данное предложение было оставлено Обществом без ответа, несмотря на это,  ФИО4 в пределах годичного срока не принимала никаких мер, дабы  понудить должника к заключению Договора от 15.07.2019, в том числе путем  обращения в суд. Все эти обстоятельства подтверждают, что стороны  Соглашения от 09.11.2018 не намеривались исполнять его условия, поскольку  это означало бы обязанность ФИО4 внести в конкурсную массу  должника 60 000 000 руб.  

Податель жалобы просит учесть, что сделка заключена на условиях,  недоступных обычным участникам гражданского оборота, поскольку ФИО4 получила право требования к должнику на сумму свыше 124 000 000 руб.  без какого-либо встречного предоставления.  

В кассационной жалобе кредитор ФИО2, ссылаясь на  несоответствие выводов судов первой и апелляционной инстанций фактическим  обстоятельствам дела, а также на неправильное применение норм  материального и процессуального права, просит отменить указанные  определение и постановление, принять новый судебный акт – признать  Соглашение от 09.11.2018 недействительной (ничтожной) сделкой.  

ФИО2 указывает, что суды уклонились от установления существа  правоотношений сторон (должника и ФИО4), указали на наличие  преюдициального судебного акта - решения Шалинского городского суда  Чеченской Республики от 26.05.2021, которым Соглашение от 09.11.2018  признано договором простого товарищества с элементами договора  инвестиционного товарищества. Кроме того, в материалах дела имеется и  решение Кольского районного суда г. Мурманска от 15.07.2020, и  апелляционное определение Мурманского областного суда от 15.10.2020 по  делу № 2-759/2020, которыми Соглашение от 09.11.2018 признано  предварительным договором купли-продажи. В связи с этим ФИО2  полагает, что судам необходимо было определить, какие нормы материального  права к какой части Соглашения от 09.11.2018 подлежат применению. В  судебных актах отсутствуют выводы о соблюдении сторонами оспариваемой  сделки требований действующего законодательства (о простом товариществе,  об инвестиционном товариществе и о предварительном договоре).  

Податель жалобы обращает внимание, что в оспариваемых судебных актах  нет сведений о проверке судами состава и размера вклада ФИО4 в  товарищество с должником; не устанавливались обстоятельства исполнения  сторонами Соглашения от 09.11.2018 в части предварительного договора. В  решении Шалинского городского суда Чеченской Республики от 26.05.2021 и  решении Кольского районного суда г. Мурманска от 15.07.2020 указанные  обстоятельства также не устанавливались, иски рассмотрены по иным  основаниям.  

ФИО2 отмечает, что целью оспаривания Соглашения от 09.11.2018  является исключение необоснованного требования ФИО4  

Определением от 20.10.2022 (резолютивная часть оглашена 13.10.2022)  судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы ООО «Норд-Рост»  отложено на 17.11.2022 ввиду того, что к производству не была принята  кассационная жалоба ФИО2, поступившая на те же судебные акты по  настоящему обособленному спору в рамках дела № А42-2435/2021-16.  

В судебном заседании 17.11.2022 представители ООО «Норд-Рост»,  ФИО2 и ФИО7 поддержали доводы жалоб, представители  ФИО4 и ФИО9 просили в удовлетворении жалоб отказать.  

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени  и месте судебного разбирательства, однако своих представителей в заседание  кассационной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи  284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –  АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.  

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном  порядке.  

Как следует из материалов дела, между Обществом и ФИО4, в  лице представителя ФИО9 подписано Соглашение от 09.11.2018, по  которому стороны договорились о совместном приобретении объектов  недвижимого имущества на открытых торгах посредством публичного  предложения имущества открытого акционерного общества «НТФ  «Комплексные системы» (собственник предмета торгов, должник, признанный  несостоятельным (банкротом) Арбитражным судом Мурманской области, дело   № А42-7533/2014; далее - ОАО «НТФ «Комплексные системы»), организованных  арбитражным управляющим должника ФИО12 на электронной площадке  общества с ограниченной ответственностью «Межрегиональная электронная  торговая система» (далее - ООО «МЭТС»; том дела 1, лист 15).  

Согласно пункту 1 Соглашения от 09.11.2018 стороны посредством  агентского договора на условиях комиссии с ФИО13 (субагент - ФИО14) участвуют в вышеуказанных торгах  по лоту № 1, в состав которого включены объекты недвижимости:  

- 1) нежилое помещение цокольного этажа площадью 220,2 кв.м,  кадастровый номер 51:01:0207006:192, расположенное по адресу: 

<

...>;  

- 2) здание энергосбыта площадью 1198,6 кв.м, кадастровый номер  51:01:0207007:21, расположенное по адресу: 

<

...>;  

- 3) здание технического склада площадью 247,4 кв.м, кадастровый номер  51:01:0207007:36, расположенное по адресу: 

<

...>;  

- 4) нежилое помещение площадью 1554,6 кв.м, кадастровый номер  51:20:0002074:428, расположенное по адресу: 

<

...>;  

- 5) нежилое помещение площадью 84,4 кв.м, кадастровый   № 51:20:0003052:1332, расположенное по адресу: 

<

...>;  

- 6) нежилое помещение площадью 197,9 кв.м, кадастровый номер  51:20:0003052:1331, расположенное по адресу: 

<

...>; 18  

- 7) административно-производственное здание площадью 6204,8 кв.м,  кадастровый номер 51:20:0002074:30, расположенное по адресу: 

<

...>;  

- 8) земельный участок площадью 3254,89 кв.м, кадастровый номер  51:20:0002074:2, расположенный по адресу: 

<

...>.  

Объекты недвижимости стороны приобретают в равных долях, за  исключением части объекта № 7 - помещений, арендованных акционерным  обществом «Тандер», площадью 520 кв.м (магазин «Магнит»), которые  

выделяются в отдельный объект недвижимости и оформляются в собственность  Общества (пункт 2 Соглашения от 09.11.2018).  

Агентский договор с ФИО13, договор купли-продажи с ОАО «НТФ  «Комплексные системы» заключаются Обществом в интересах обеих сторон -  Общества и ФИО4 Уплата задатка на торгах и возмещение расходов  по агентскому договору осуществляются Обществом за счет собственных  средств с учетом пункта 2 (пункт 3 Соглашения от 09.11.2018).  

После приобретения и оформления перехода права собственности на  объекты недвижимости к Обществу последнее обязуется переоформить 50%  площади объектов на ФИО4 В целях выполнения данного  обязательства после снятия арестов и обременений на вышеуказанные объекты  недвижимости и оформления перехода права собственности на Общество  последнее заключает договор купли-продажи с ФИО4  пропорционально площади объектов из расчета 120 000 000 руб. за все объекты  недвижимости за исключением 520 кв.м по пункту 2 соглашения (пункт 4  Соглашения от 09.11.2018).  

Стороны договорились осуществить продажу третьему лицу по выбору  ФИО4 административных офисных площадей: всего объекта № 4  (площадью 1554,6 кв.м) и части объекта 7 (площадью 4200 кв.м.) по цене 35 000  руб./1 кв.м, для чего Общество после приобретения права собственности на  объекты должно подписать с ФИО4 агентский договор (пункт 5  Соглашения от 09.11.2018).  

Соглашение от 09.11.2018 от имени ФИО4 подписано ее  представителем ФИО9 по доверенности, в которой отсутствуют  номер и дата.  

Между Обществом (принципалом) и ФИО13 (агентом) 09.11.2018  заключен агентский договор № 1 (на условиях комиссии): агент с привлечением  специалиста ФИО14 принимает обязательства за вознаграждение  совершить от своего имени, но за счет принципала комплекс юридических и  фактических действий, направленных на приобретение для принципала  недвижимого имущества от открытых торгах проводимых путем публичного  предложения, конкурсным управляющим ОАО «НТФ «Комплексные системы»,  по цене не более 133 600 000 руб. При этом агент самостоятельно вносит  задаток 13 154 000 руб., который после предоставления отчета возмещается  принципалом вместе с агентским вознаграждением (том дела 2, листы 67-70).  

ФИО13 привлек ФИО14 в качестве агента по договору от  09.11.2018 № 1 (том дела 2, лист 74).  

На электронной торговой площадке ООО «МЭТС» 12.11.2018 состоялись  торги по продаже имущества, принадлежащего ОАО «НТФ «Комплексные  системы».  

По результатам проведенных торгов между ОАО «НТФ «Комплексные  системы» и Обществом заключен договор купли-продажи имущества от  15.12.2018 № 31078-ОТПП/1 (том дела 1, лист 62).  

Общая стоимость имущества составила 133 600 000 руб., в том числе  задаток 13 154 000 руб., который был внесен ФИО13 платежным  поручением от 09.11.2018 № 585969.  

Имущество передано покупателю по акту от 01.05.2019. 

Оплата имущества и выплата суммы задатка произведены Обществом в  полном объеме.  

Далее, 10.01.2019, между ФИО9 (поручителем) и  ФИО4 (покупателем) заключен договор поручительства, по условиям  которого поручитель принял на себя обязательство отвечать перед покупателем  

за исполнение Обществом обязательств по Соглашению от 09.11.2018.  

Этим же лицом впоследствии был подписан и направлен в адрес Общества  Договор от 15.07.2019 (том дела 1, листы 20-22).  

В сопроводительном письме к Договору от 15.07.2019 ФИО9,  действующий от ФИО4 по доверенности от 12.01.2019 77 АВ 9278847  (том дела 1, лист 12), указал, что между Обществом и ФИО4  заключено и действует Соглашение от 09.11.2018, обозначив его как  предварительный договор, в отношении 7 объектов недвижимости и земельного  участка (том дела 1, листы 17-19).  

В этом письме ФИО9 указал на предусмотренную пунктом 4  Соглашения от 09.11.2018 обязанность Общества заключить с ФИО4  договор купли-продажи 50% площади объектов после приобретения права  собственности и осуществления государственной регистрации права  собственности Общества на объекты 15.04.2019.  

Кроме того, отметил ФИО9, предварительным договором, то есть  Соглашением от 09.11.2018, установлена цена основного договора:  пропорционально площади объектов из расчета 120 000 000 руб. за все объекты  недвижимости, за исключением 520 кв.м; сторонами в предварительном  договоре согласована цена 1 кв.м. - 9644 руб. 14 коп.  

При этом, напомнил ФИО9 срок оплаты, со стороны ФИО4, предусмотренный статьей 314 Гражданского кодекса Российской  Федерации (далее - ГК РФ), в предварительном договоре (Соглашении от  09.11.2018), не определен.  

Как установлено судом, Договор от 15.07.2019 Обществом подписан не  был.  

Посчитав, что Общество не выполнило принятые на себя по Соглашению  от 09.11.2018 обязательства, ФИО4 обратилась в суд с иском о  взыскании с Общества и ФИО9 убытков.  

Решением Шалинского городского суда Чеченской Республики от  26.05.2021 с учетом определения от 26.05.2021 об исправлении ошибки,  допущенной в решении, в пользу ФИО4 солидарно с ФИО9 и  Общества взыскано 124 958 118 руб. убытков, а также 30 000 руб. судебных  расходов на уплату государственной пошлины и 60 000 руб. судебных расходов  на уплату судебной экспертизы.  

Решение вступило в законную силу 29.06.2021. 

На основании данного решения требования ФИО4 включены в  третью очередь реестра требований кредиторов должника (определение  Арбитражного суда Мурманской области по обособленному спору   № А42-2435-5/2021 от 13.10.2021, оставлено без изменения постановлениями  Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2021 и Арбитражного  суда Северо-Западного округа от 03.03.2022).  

ФИО9 как поручитель по обязательствам перед ФИО4  06.09.2021 перечислил на ее счет 252 000 руб. со ссылкой на решение  Шалинского городского суда Чеченской Республики от 26.05.2021.  

Вступившим в силу определением Арбитражного суда Мурманской области  по обособленному спору № А42-2435-10/2021 от 15.12.2021 требование  ФИО9 в сумме 252 000 руб. основного долга признано установленным  и подлежащим удовлетворению за счет имущества Общества, оставшегося  после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр  требований кредиторов должника.  

Суд первой инстанции пришел к выводу, что в случае надлежащего  исполнения Обществом обязательств по Соглашению от 09.11.2018  

ФИО4 не понесла бы убытки, взысканные в ее пользу решением  Шалинского городского суда Чеченской Республики, и обязательство по  возмещению убытков в сумме, превышающей 120 000 000 руб., у должника бы  не возникло; имущественные требования у ФИО4 к Обществу  возникли не в результате заключения Соглашения от 09.11.2018, а на основании  положений пункта 1 статьи 393.1 ГК РФ - в связи с ненадлежащим исполнением  должником условий спорного соглашения, признанного судом прекращенным, на  что прямо указано в упомянутом решении Шалинского городского суда  Чеченской Республики. При этом часть денежных средств, затраченных на  приобретение имущества (около 60 000 000 руб.), могла быть получена от  ФИО4 при отчуждении ей указанного в Соглашении от 09.11.2018  имущества (долей), с учетом того, что рыночная стоимость имущества в  последующем существенно возросла по сравнению с ценой приобретения;  остававшегося по условиям Соглашения от 09.11.2018 в собственности  Общества имущества было достаточно для получения положительного  экономического эффекта от сделки (имущество или его часть можно было  реализовать по цене выше цены приобретения или использовать в  хозяйственной деятельности).  

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что суть и содержание  приведенных заявителями доводов, касающихся обстоятельств заключения и  исполнения Соглашения от 09.11.2018, поведения сторон, в том числе их  добросовестности, аналогичны возражениям, заявлявшимся Обществом при  рассмотрении иска ФИО4 в Шалинском городском суде Чеченской  Республики; из содержания решения от 26.05.2021 усматривается, что  указанные обстоятельства были установлены и исследованы Шалинским  городским судом Чеченской Республики, признаков недобросовестности в  поведении ФИО4 не установлено, а поведение Общества признано  недобросовестным. В связи с этим суд посчитал, что доводы направлены на  пересмотр вступившего в законную силу судебного акта в обход установленного  законодательством Российской Федерации порядка, а это недопустимо.  

 Кроме того, установив, что на дату заключения оспариваемого соглашения у  должника не имелось просроченных обязательств перед кредиторами, суд  пришел к выводам об отсутствии у Общества по состоянию на 09.11.2018  признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, о  недоказанности заявителями умысла сторон на совершение оспариваемой  сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, не  усмотрел в нем заведомой убыточности для должника.  

 В связи с этим суд признал отсутствие совокупности обстоятельств для  признания оспариваемой сделки недействительной в соответствии с  положениями пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10 и 168 ГК  РФ.  

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции,  дополнительно указав, что целью обращения и конкурсного кредитора, и  конкурсного управляющего должником должно являться пополнение конкурсной  массы за счет оспариваемой сделки; заявляя о ничтожности Соглашения от  09.11.2018, ни кредитор, ни конкурсный управляющий не конкретизировали,  какие последствия надлежит применить в связи с ничтожностью сделки.  Следовательно, означенные требования не имеют своей целью пополнить  конкурсную массу должника.  

 По мнению кассационного суда, судебные инстанции, принимая  обжалуемые судебные акты, не учли все обстоятельства настоящего  обособленного спора, которые имеют существенное значение для выводов о  

действительности или недействительности (ничтожности) оспариваемого  соглашения.  

 Как следует из материалов дела и установлено судами, по результатам  состоявшихся публичных торгов в рамках дела № А42-7533/2014 о банкротстве  ОАО «НТФ «Комплексные системы» Общество приобрело в свою собственность  указанное в пункте 1 Соглашения от 09.11.2018 недвижимое имущество и  земельный участок; 15.12.2018 заключило договор купли-продажи № 31078- ОТПП/1 и уплатило продавцу, предусмотренную этим договором сумму  133 600 000 руб.  

 Документы, касающиеся заключения указанной сделки между ОАО «НТФ  «Комплексные системы» и Обществом, а также регистрационные материалы не  содержали и не содержат сведений о том, что на стороне Общества как  покупателя, выступал кто-либо еще (заинтересованное в итоге сделки лицо).  

 Между тем ФИО4 инициировала исковое производство в  Шалинском городском суде Чеченской Республики.  

 ФИО4 обратилась с иском о взыскании солидарно с Общества и  ФИО9 убытков в сумме 161 639 409 руб., которые возникли у нее в  результате неисполнения Обществом условий Соглашения от 09.11.2018, а  именно уклонения от передачи 50% площадей в соответствии с пунктом 4  указанного соглашения.  

 ФИО4 полагала, что если бы в рамках спорного соглашения  Общество передало ей часть имущества, приобретенного у ОАО «НТФ  «Комплексные системы» на торгах, то в ее распоряжении оказалось бы  имущество рыночной стоимостью 443 278 818 руб., что составляет 50% ее доли,  то есть 161 639 409 руб.  

 Как следует из содержания решения Шалинского городского суда  Чеченской Республики от 26.05.2021, суд квалифицировал данное соглашение  как договор простого товарищества (договор о совместной деятельности),  подпадающий под правовое регулирование главы 55 ГК РФ, с отдельными  элементами договора инвестиционного товарищества, регулируемого  специальным Законом № 335-ФЗ: предмет - соединение вкладов для  осуществления совместной инвестиционной деятельности (статья 3 Закона   № 335-ФЗ).  

 Суд пришел к такому выводу, так как принял во внимание совершение  сторонами Соглашения от 09.11.2018 совместных действий, направленных на  его реализацию, а именно: ФИО4 был внесен вклад в форме  профессиональных навыков и деловых связей, связанных с участием в  электронных торгах по приобретению имущества ОАО «НТФ «Комплексные  системы»; вклад Общества - обеспечение в необходимом объеме  финансирования приобретения объектов недвижимости у ОАО «НТФ  «Комплексные системы» на торгах, организованных его конкурсным  управляющим в рамках дела о банкротстве № А42-7533/2014.  

 В решении от 21.05.2021 суд установил факт уплаты Обществом денежных  средств за имущество в полном объеме.  

 Между тем суд пришел к выводу, что в действиях Общества имеются  признаки недобросовестного поведения, заключающиеся в уклонении от  принятых на себя обязательств по Соглашению от 09.11.2018, а также  злоупотребления правом, выразившегося в намеренном уклонении от  государственной регистрации прекращения числящихся в Едином  государственном реестре недвижимости ограничений в отношении объектов  недвижимости.  

 Учитывая факты направления ФИО4 в адрес Общества  

требования о заключении в соответствии с Соглашением от 09.11.2018  Договора от 15.07.2019, а также претензии от 31.01.2020, в которой имело место  уже не требование о передаче ей 50% площади объектов недвижимого  имущества в соответствии с пунктом 4 Соглашения от 09.11.2018, а требование  об оплате убытков, Шалинский городской суд Чеченской Республики  констатировал факт отказа ФИО4 от принятия исполнения  обязательств по указанному соглашению в натуре и признал за ней право на  взыскание убытков в виде разницы между ценой объектов недвижимости,  установленной в Соглашении от 09.11.2018, и текущей ценой объектов в  порядке, предусмотренном пунктом 2 статьи 393.1 ГК РФ.  

 Исковые требования ФИО4 были удовлетворены, суд взыскал с  Общества и ФИО9 солидарно 124 958 118 руб.  

 Указанный судебный акт был положен в основание заявления  ФИО4, поданного в арбитражный суд в рамках дела о банкротстве  Общества, о включении ее требования в реестр требований кредиторов  должника.  

 На основании определения от 13.10.2021, оставленного без изменения  постановлениями апелляционного суда от 25.11.2021 и суда кассационной  инстанции от 03.03.2022, требования ФИО4 включены в третью  очередь реестра требований кредиторов Общества в сумме 124 706 118 руб.  

 Суды трех инстанций по настоящему делу учли решение Шалинского  городского суда Чеченской Республики суда от 26.05.2021.  

 Далее, после того как ФИО9 от лица ФИО4 направил  Договор от 15.07.2019 и в сопроводительном письме к Договору от 15.07.2019  указал, что между Обществом и ФИО4 заключено и действует  Соглашение от 09.11.2018, обозначив его как предварительный договор,  Общество обратилось в Кольский районный суд Мурманской области с иском к  ФИО4 о признании Соглашения от 09.11.2018 незаключенным,  ссылаясь на положения статей 429, 432 и 554 ГК РФ (дело № 2-759/2020).  

 Итак, ФИО4, направляя в адрес Общества Договор от 15.07.2019 и  требование о его заключении, в обоснование сослалась на Соглашение от  09.11.2018, как на предварительный договор.  

 Кольский районный суд Мурманской области (решение от 15.07.2020; том  дела 2, листы 25-30), с которым согласилась судебная коллегия по гражданским  делам Мурманского областного суда (апелляционное определение от  15.10.2020; том дела 2, листы 103-108), квалифицировал Соглашение от  09.11.2018 как предварительный договор о передаче имущества и пришел к  выводу, что сделка является заключенной. Кольский районный суд Мурманской  области, рассматривая иск Общества на предмет заключенности Соглашения от  09.11.2018, проверял действия сторон по его заключению, при этом применял  нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, относящиеся к договорам  купли-продажи недвижимости. Руководствуясь положениями статей 421  (свобода договора) и 431 ГК РФ, суд осуществил толкование условий  Соглашения от 09.11.2018 и счел его соответствующим требованиям статьи 554  ГК РФ.  

 В решении от 15.07.2020 по делу № 2-759/2020 суд указал, что стороны не  лишены возможности достигнуть договоренности и изменить либо  конкретизировать условия Соглашения от 09.11.2018, а также достигнуть  договоренности на выгодных для них условиях при заключении договора купли-продажи объектов недвижимого имущества.  

 Оспаривая Соглашение от 09.11.2018 на предмет недействительности  (ничтожности) в рамках настоящего обособленного спора (дело № А42- 

2435/2021) для целей процессуального пересмотра судебных актов, касающихся  требований ФИО4, конкурсный управляющий Общества и кредитор в  своих заявлениях сослались на обстоятельства, которые, по их мнению,  указывают на то, что никаких юридически значимых действий ФИО4 по  Соглашению от 09.11.2018 не совершила, однако условия этой сделки  противопоставила имущественным интересам Общества и его кредиторов.  

Согласно части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные  вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее  рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным  судом другого дела, в котором участвуют те же лица.  

По смыслу приведенной процессуальной нормы преюдициальное значение  приобретают лишь те фактические обстоятельства, установление которых  судом ранее (по другому делу) основано на оценке спорных правоотношений в  определенном объеме. Преюдициальное значение судебного акта следует  воспринимать с учетом тех или иных особенностей ранее рассмотренного дела:  предмета и основания заявленных требований, предмета доказывания, доводов  участников спора, выводов суда по существу спора в связи с конкретными  доказательствами, представленными лицами, участвующими в деле, и  исследованными и оцененными судом. При этом одна лишь оценка конкретного  доказательства (в той или иной части) не может рассматриваться как основание,  необходимое и достаточное для окончательного вывода о преюдиции.  

Данная норма освобождает от доказывания фактических обстоятельств  дела, но не исключает их различной правовой оценки, которая зависит от  характера конкретного спора.  

Оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в  рассмотренном ранее судебном деле, подлежит учету в последующем деле.  Однако при этом суд не связан предшествующей оценкой и, придя к иным  выводам, должен указать соответствующие мотивы (пункт 2 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009   № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел,  связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных  обязательств», пункт 4 совместного постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в  судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права  собственности и других вещных прав»).  

 Таким образом, нельзя признать правильным вывод суда первой инстанции  о злоупотреблении заявителями процессуальными правами; по мнению суда, их  действия направлены на оспаривание Соглашения от 09.11.2018 с целью  преодоления другого судебного акта о взыскании убытков. Как раз в  полномочиях заявителей ставить под сомнение действительность той сделки,  которая положена судом в подтверждение гражданско-правовых обязательств  должника перед конкретным лицом. В этой связи для признания сделки  недействительной не всегда имеют преюдициальное значение факты,  проверенные судом в другом споре. В рассматриваемом случае основания  недействительности Соглашения от 09.11.2018 заявлены иные, в рамках других  споров в предмет разногласий они не входили и судами не проверялись.  

 Соглашение от 09.11.2018 подписано от имени ФИО4  ФИО9, действующим по доверенности (без номера и даты), которой  нет ни в одном из перечисленных дел, что ставит под сомнение наступление  правовых последствий для Общества и ФИО4  

 По условиям Соглашения от 09.11.2018 на ФИО4 возлагались  

финансовые обязательства в пользу Общества для целей приобретения  вышеупомянутого имущества; однако выполнение этих обязательств, а также  сама финансовая возможность ФИО4 в рамках указанных гражданских  дел (исходя из содержания судебных актов) не проверялись.  

 Согласно статье 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и  юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение  гражданских прав и обязанностей.  

 В пункте 1 статьи 307 ГК РФ сказано, что в силу обязательства одно лицо  (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное  действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести  вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от  определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника  исполнения его обязанностей.  

 При установлении, исполнении обязательства и после его прекращения  стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные  интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для  достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую  информацию (пункт 3 статьи 307 Кодекса).  

 В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель  ФИО4 пояснил, что Соглашение от 09.11.2018 представляет собой  комплексный договор с элементами договора купли-продажи (как средство  распределения доходов) и элементами инвестиционного товарищества  (объединение усилий).  

В соответствии со статьей 1041 ГК РФ по договору простого товарищества  двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить свои вклады и  совместно действовать без образования юридического лица для извлечения  прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели.  

Причем в силу статьи 1042 ГК РФ вкладом товарища признается все то, что  он вносит в общее дело, в том числе деньги, иное имущество,  профессиональные и иные знания, навыки и умения, а также деловая репутация  и деловые связи.  

Согласно пункту 2 статьи 1041 ГК РФ сторонами договора простого  товарищества, заключаемого для осуществления предпринимательской  деятельности, могут быть только индивидуальные предприниматели и (или)  коммерческие организации.  

Вместе с тем пунктом 3 указанной статьи установлено, что особенности  договора простого товарищества, заключаемого для осуществления совместной  инвестиционной деятельности (инвестиционного товарищества),  устанавливаются Законом № 335-ФЗ.  

Из названных норм следует, что по договору простого товарищества у  сторон имеется обязанность соединить усилия и вклады и действовать  совместно. Обязательства по передаче чего-либо одним товарищем другому в  собственность отсутствуют. Внесенный товарищем в совместную деятельность  вклад (деньги, иное имущество и другое) становится общей долевой  собственностью товарищей.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 3 Закона № 335-ФЗ по договору  инвестиционного товарищества двое или несколько лиц (товарищей) обязуются  соединить свои вклады и осуществлять совместную инвестиционную  деятельность без образования юридического лица для извлечения прибыли.  

Сторонами договора инвестиционного товарищества могут быть  коммерческие организации, а также в случаях, установленных федеральным  законом, некоммерческие организации постольку, поскольку осуществление  

инвестиционной деятельности служит достижению целей, ради которых они  созданы, и соответствует этим целям. Физические лица могут быть сторонами  договора инвестиционного товарищества в случае, если они являются  индивидуальными предпринимателями, зарегистрированными в установленном  порядке и осуществляющими предпринимательскую деятельность без  образования юридического лица (пункт 3 статьи 3 названного Закона).  

Под совместной инвестиционной деятельностью понимается  осуществляемая товарищами совместно на основании договора  инвестиционного товарищества деятельность по приобретению и (или)  отчуждению не обращающихся на организованном рынке акций (долей),  облигаций хозяйственных обществ, товариществ, финансовых инструментов  срочных сделок, а также долей в складочном капитале хозяйственных  партнерств (статья 2 Закона № 335-ФЗ).  

В соответствии с частью 1 статьи 4 Закона № 335-ФЗ каждый товарищ  обязан внести вклад в общее дело.  

В силу пункта 1 статьи 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого  имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в  собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру  или другое недвижимое имущество (статья 130 ГК РФ).  

Покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после  передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено Гражданским  кодексом Российской Федерации, другим законом, иными правовыми актами или  договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства (пункт 1  статьи 486 ГК РФ).  

По правилам пункта 1 статьи 554 ГК РФ в договоре продажи недвижимости  должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить  недвижимое имущество, подлежащее передаче покупателю по договору, в том  числе данные, определяющие расположение недвижимости на  соответствующем земельном участке либо в составе другого недвижимого  имущества.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 и статьей 421 ГК РФ граждане и  юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на  основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству  условий договора. Стороны вправе заключить договор, не предусмотренный  законом и иными правовыми актами (непоименованный договор).  

Согласно пункту 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по  усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего  условия предписано обязательными для сторон правилами, установленными  законом или иными правовыми актами (императивными нормами),  действующими в момент его заключения (статья 422 ГК РФ).  

В пунктах 43 и 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих  положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и  толковании договора» разъяснено, что условия договора подлежат толкованию  таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать  преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4  статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию  условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.  Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и  существа законодательного регулирования соответствующего вида  обязательств.  

По смыслу абзаца второго статьи 431 ГК РФ, при неясности условий  

договора и невозможности установить действительную общую волю сторон  иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу  контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила  формулировку соответствующего условия. Пока не доказано иное,  предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально  осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей  специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по  договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.).  

 В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из  своего незаконного или недобросовестного поседения.  

 Исходя из указанных правовых положений, судам требовалось в силу  статьи 71, 168 и 268 АПК РФ на основании доводов, приведенных в заявлениях  и в апелляционной жалобе, и с учетом возражений ФИО4 вновь  проверить спорное Соглашение от 09.11.2018 на предмет квалификации сделки,  поскольку названные выше суды общей юрисдикции в рамках гражданских дел  применили различные положения Гражданского кодекса Российской Федерации  и дали разную правовую квалификацию одной и той же сделке, а также дать  толкование всем условиям оспариваемого соглашения, как в отдельности, так и  в их совокупности.  

 По мнению суда кассационной инстанции, суды не проверили и не дали  правовой оценки следующим обстоятельствам: по какой причине  ФИО4, сама, лично не заключала Соглашение от 09.11.2018 и не  принимала мер к понуждению Общества заключить договор купли-продажи  объектов недвижимости; из чего исходила ФИО4, когда направляла в  адрес Общества Договор от 15.07.2019, обозначая Соглашение от 09.11.2018  как предварительный договор купли-продажи, за последствия неподписания  которого с Общества судом взысканы убытки в порядке, предусмотренном  пунктом 2 статьи 393.1 ГК РФ.  

 Из пункта 2 статьи 393.1 ГК РФ следует, что в случае, если неисполнение  или ненадлежащее исполнение должником договора повлекло его досрочное  прекращение, при этом кредитор не заключил аналогичный договор взамен  прекращенного договора, но в отношении предусмотренного прекращенным  договором исполнения имеется текущая цена на сопоставимые товары, работы  или услуги, кредитор вправе потребовать от должника возмещения убытков в  виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и  текущей ценой. Текущей ценой признается цена, взимаемая в момент  прекращения договора за сопоставимые товары, работы или услуги в месте, где  должен был быть исполнен договор, а при отсутствии текущей цены в указанном  месте - цена, которая применялась в другом месте и может служить разумной  заменой с учетом транспортных и иных дополнительных расходов.  

 Шалинский городской суд Чеченской Республики в решении от 26.05.2021  констатировал отказ ФИО4 от принятия исполнения обязательств по  Соглашению от 09.11.2018 в натуре, приняв за отказ претензию от 31.01.2020, в  которой ФИО4 требовала возместить ей убытки в виде разницы между  ценой объектов недвижимости, установленной в Соглашении от 09.11.2018, и  текущей ценой объектов.  

Суд кассационной инстанции отмечает, что на дату претензии (31.01.2020),  в Кольском районном суде Мурманском области рассматривался иск Общества  к ФИО4 о признании Соглашения от 09.11.2018 незаключенным.  Решением от 15.07.2020 в удовлетворении иска отказано, то есть Соглашение  признано заключенным.  

Рассматривая иски Общества (2020) и ФИО4 (2021), суды общей  

юрисдикции дали им различную квалификацию.  

Так и Общество, получив от ФИО4 Договор от 15.07.2019 приняло  Соглашение от 09.11.2018 как именно договор купли-продажи долей в  собственности на объекты недвижимости, за которые именно Общество  произвело оплату, а ФИО4 никакого вклада не внесла. В связи с тем  что к указанному соглашению не были заключены дополнительные соглашения,  конкретизирующие как права и обязанности сторон, так и действия, которые  должны были совершить стороны, Общество обратилось в суд о признании  Соглашения от 09.11.2018 незаключенным на основании статьи 554 ГК РФ.  

 Иными словами, исходя из тех документов, которые были подготовлены  самой ФИО4, следует, что и у Общества, и у ФИО4 не было  четкого понимания того, на исполнение какого договора была направлена воля  сторон.  

 Не было это оценено и судами первой и апелляционной инстанций. 

 Учитывая дату судебного разбирательства по иску Общества к  ФИО4 (июль 2020 года), нельзя считать, что на 30.01.2020 - исходя из  поведения Общества - действие Соглашения от 09.11.2018 было досрочно  прекращено.  

  Как следует из условий Соглашения от 09.11.2018 (их буквального  толкования), в силу возмездности сделки предполагается, что ФИО4  приняла на себя определенные финансовые обязательства перед Обществом,  а именно обязательство уплатить денежные средства или совершить иные  действия (оцениваемые сторонами каким-либо образом), чтобы указанное  имущество перешло как в собственность Общества, так и в ее собственность, в  том числе для участия этого имущества в совместной инвестиционной  деятельности.  

 Следовательно, чтобы Соглашение от 09.11.2018 было исполнено,  ФИО4 должна быть финансово состоятельной, хотя бы в пределах  сумм, достаточных для достижения целей данной сделки, то есть указанное  соглашение должно быть исполнимо со стороны ФИО4; при ином  положении все расходы и издержки несет Общество.  

 Из материалов дела не следует, что ФИО4 передавала Обществу  какие-либо суммы на момент, когда последнее участвовало в торгах по  приобретению объектов недвижимого имущества на торгах у ОАО «НТФ  «Комплексные системы», чтобы затем претендовать на часть по оспариваемому  соглашению. Не подтверждается и то, какая все-таки действительная воля была  у сторон Соглашения от 09.11.2018, какая цель преследовалась каждой  стороной сделки, какой положительный эффект должен получить каждый  участник сделки (при квалификации судами общей юрисдикции указанного  соглашения приведенные обстоятельства не проверялись и не  устанавливались).  

 С учетом принципа свободы договора, который имели ввиду суды общей  юрисдикции при квалификации Соглашения от 09.11.2018, помимо соблюдения  принципа добросовестности в поведении сторон, необходимо принимать во  внимание и действительную волю сторон, цель, которую желает достичь этой  сделкой для себя каждая из сторон.  

 В силу прямого коммерческого интереса сделки – получения прибыли (в  спорном случае речь идет о приобретении недвижимого имущества) можно  предположить, что ФИО4, так же как и Общество, действовала с целью  использования этого имущества в предпринимательских целях. В этом случае  ФИО4 должна была обладать статусом индивидуального  предпринимателя (пункт 2 статьи 1041 ГК РФ).  

 Кроме того, исходя из существа обязательств, возникающих из участия  сторон в простом товариществе (глава 55 ГК РФ) или в иной инвестиционной  деятельности, ФИО4 должна была совершить платежи либо иные  юридически значимые действия (оцененные сторонами) как вклады в такую  деятельность, направленную на достижение определенной сторонами цели, не  противоречащей закону.  

 Отказывая заявителю в требовании, суды двух инстанций не  мотивировали, в каком качестве Соглашение от 09.11.2018 – как договор  простого товарищества (о совместной деятельности) в порядке главы 55 ГК РФ  или как предварительный договор (статья 429 ГК РФ) - является действительной  сделкой для обеих сторон и не нарушает прав и законных интересов третьих  лиц.  

 Наличие двух судебных квалификаций при разрешении данного спора не  препятствовало суду первой инстанции по своему усмотрению согласиться с  какой-либо позицией или дать иную квалификацию обязательствам сторон по  Соглашению от 09.11.2018, в силу которых установить, является ли эта сделка  убыточной для Общества и его кредиторов.  

 В спорном случае, как указывает податель жалобы, необходимо было  проверить, кто именно нес расходы по приобретению имущества в специальном  публичном порядке, какая конкретная роль отводилась ФИО4 при этом.   Из материалов дела и содержания приведенных судебных актов по  гражданским делам не следует, что эти обстоятельства исследовались.  

 Между тем, из существа Соглашения от 09.11.2018 и проверенных судом  обстоятельств, усматривается, что ФИО4 к торгам отношения не имела,  расходов на приобретение имущества не несла, при этом претендовала на  конкретное имущество, давая указание Обществу продать его третьим лицам до  передачи (оформления) его в собственность ФИО4 с последующей  передачей ей выручки от купли-продажи.  

 В рассматриваемом случае Общество, участвуя в торгах посредством  привлечения агента, стало победителем, уплатило в полном объеме цену  имущества, стоимость которого после покупки существенно возросла. При этом  какие действия совершила ФИО4 для достижения такого результата,  суды не установили, сославшись лишь на иные судебные акты, в которых дана  различная квалификация Соглашения от 09.11.2018, оценены иные доводы,  приводимые лицами участвующими в этих спорах.  

 В этой правовой конструкции (если считать Соглашение от 09.11.2018  сделкой о совместной инвестиционной деятельности) отсутствует принцип  платности в очевидно возмездной сделке. Однако неблагоприятные  последствия возложены только на Общество путем взыскания с него убытков в  пользу ФИО4, лица, которое не понесло никаких расходов на  приобретение имущества. Вклад ФИО4 в виде профессиональных и  иные знаний, навыков и умения также не подтверждается материалами дела.  

Сами по себе пояснения, что агент, выступавший от имени Общества в  торгах по покупке имущества, был привлечен ФИО4 и они совместно  принимали меры к тому, чтобы Общество приобрело объекты недвижимости, не  подтверждены документами.  

 Как было указано выше, все документы, оформленные как для участия в  торгах, так и после их проведения, составлены со стороны Общества, оно же и  полностью произвело оплату приобретенного имущества.  

 Кроме того, отдельно следовало проверить, почему все правовые  документы были изготовлены не лично ФИО4, являющейся по ее  словам лицом, обладающим специальными познаниями в приобретении  

имущества с торгов, а ее представителями, причем в отсутствие доверенностей,  и какие задачи выполняли эти представители.  

 Если квалификация Соглашения от 09.11.2018 в данном споре  проводилась как предварительный договор, то суды не дали правовой оценки  всем условиям указанного соглашения и поведению сторон на предмет того, на  заключение какого основного договора была направлена воля сторон, при каких  обстоятельствах и на каких условиях такой договор должен быть заключен, а  также последствиям, которые наступили или не наступили бы для сторон в  случае неисполнения кем-либо из них условий соглашения.  

 Принятые судебные акты при невыясненных обстоятельствах, имеющих  существенное значение для правильного разрешения спора, не могут считаться  правильными и подлежат отмене на основании части 1 статьи 288 АПК РФ, а  обособленный спор - направлению в арбитражный суд первой инстанции на  новое рассмотрение.  

 При новом рассмотрении необходимо учесть изложенное; дать  однозначную квалификацию спорному соглашению с точки зрения правового  регулирования; с учетом заявленных требований проверить основания  недействительности Соглашения от 09.11.2018 как сделки, в силу которой для  Общества наступили определенные денежные обязательства как встречные в  пользу ФИО4; установить насколько указанное соглашение для  Общества является обычной, коммерчески-оправданной и экономически  выгодной сделкой; выяснить, насколько ФИО4 была осведомлена о  существенных моментах сделки, коль скоро действовала через представителей,  и определить, причиняется ли ущерб Обществу или его кредиторам такой  сделкой.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа   

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Мурманской области от 20.04.2022 и  постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.08.2022 по  делу № А42-2435/2021 отменить.  

Дело направить в Арбитражный суд Мурманской области на новое  рассмотрение.  

Председательствующий Н.Ю. Богаткина Судьи Е.Н. Бычкова 

А.А. Чернышева