АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАЛУЖСКОЙ ОБЛАСТИ

248600, г. Калуга, ул. Ленина, 90; тел: (4842) 505-902, 8-800-100-23-53; факс: (4842) 505-957, 599-457; 

http://kaluga.arbitr.ru; е-mail: kaluga.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

 

Дело № А23-2415/2017

25 декабря 2017 года

г. Калуга

Резолютивная часть решения объявлена 20 декабря 2017 года. 

Полный текст решения изготовлен 25 декабря 2017 года.

Арбитражный суд Калужской области в составе судьи Ивановой Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1 и при осуществлении видеоконференц-связи с Десятым арбитражным апелляционным судом,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Цей», (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>), 249038, 

<

...>

к ФИО2, 117447, 

<

...>

ФИО3, 249034, 

<

...>,

при участии в деле в качестве третьего  лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО4,

о признании действия ФИО2 по отчуждению недвижимого имущества неправомерным,

о признании договора купли-продажи земельного участка и нежилого помещения от 15.03.2016 недействительным,

при участии в судебном заседании:

от  ответчика - представителя  ФИО5  по доверенности   от 31.05.2017,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Цей» обратилось в Арбитражный суд Калужской области с исковым заявлением к ФИО2, ФИО3 в котором просило:

- признать действия ФИО2 по отчуждению недвижимого имущества, принадлежащего ООО «Цей» в период исполнения им обязанностей генерального директора ООО «Цей», неправомерными; 

 - признать договор купли-продажи земельного участка и нежилого помещения от 15.03.2016, заключенный между ООО «ЦЕЙ» в лице генерального директора ФИО2 и ФИО3 недействительным;

- истребовать у ФИО3 земельный участок общей площадью 2 634 кв.м., расположенный по адресу: Калужская область, Жуковский район, в районе 

<

...> (кадастровый номер 40:07:103605:169) и нежилое помещение № 4 (1-й этаж) общей площадью 1 018,7 кв.М4 расположенное по тому же адресу (кадастровый номер 40:07:103605:163);

- признать за ООО «ЦЕЙ» право собственности на земельный участок общей площадью 2 634 кв.м., расположенный по адресу: Калужская область, Жуковский район, в районе 

<

...> (кадастровый номер 40:07:103605:169) и нежилое помещение № 4 (1-й этаж) общей площадью 1 018,7 кв.м., расположенное по тому же адресу (кадастровый номер 40:07:103605:163);

- аннулировать запись от 30.06.2016 в ЕГРП о регистрации перехода права собственности на земельный участок общей площадью 2 634 кв.м., расположенный по адресу: Калужская область, Жуковский район, в районе 

<

...> (кадастровый номер 40:07:103605:169) и нежилое помещение № 4 (1-й этаж) общей площадью 1 018,7 кв.м., расположенное по тому же адресу (кадастровый номер 40:07:103605:163).

Определением суда от 04.10.2017 к участию в деле в качестве третьего  лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО4.

Второй ответчик в отзыве от 16.06.2017 (т.2, л.д. 1-10), возражениях от 20.09.2017 (т. 3, л.д. 1-5) и дополнении к отзыву от 14.11.2017 (т. 3, л.д. 35-37) возражал против удовлетворения заявленных требований, указал на отсутствие доказательств подпадания оспариваемой сделки под понятие крупной сделки в смысле ст. 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», требующей обязательного одобрения общего собрания участников общества, кроме того, отметил, что такое решение было принято на внеочередном собрании участников общества и оформлено протоколом № 1/16 от 11.03.2016, пояснил, что оспариваемый договор был заключен в результате исполнения истцом и вторым ответчиком условий предварительного договора от 10.04.2014 купли-продажи имущества, приобретенного впоследствии по оспариваемому договору, оплата этого имущества была произведена после заключения предварительного договора и была зачтена в счет оплаты имущества по спорному договору, указал на отсутствие причинения обществу значительного ущерба обществу оспариваемой сделкой, поскольку стоимость имущества определялась сторонами до установления кадастровой стоимости участка, на которую ориентируется истец в доводе о ее значительном превышении над стоимостью договора, указал на пропуск истцом срока исковой давности, который следует исчислять с даты заключения договора (15.03.2016), а также на отсутствие в рассматриваемом споре корпоративного характера, что делает обязательным для него претензионный порядок, предусмотренный ст. 4 АПК РФ, несоблюдение которого влечет оставление заявления без рассмотрения.

В ходатайстве, представленном в суд 27.04.2017 (т. 1, л.д. 110), возражениях на отзыв от 30.06.2017 (т. 2, л.д. 29-30), письменных пояснениях, представленных 31.08.2017 (т. 2, л.д. 86-88) истец отказался от заявленных требований в части признания действий ФИО2 по отчуждению недвижимого имущества, принадлежащего ООО «Цей» в период исполнения им обязанностей генерального директора ООО «Цей», неправомерными, подчеркнул значительное превышение фактической стоимости переданного по спорному договору имущества над ценой, определенной сторонами при его заключении, возражал против довода второго ответчика о пропуске срока исковой давности, поскольку последний подлежит исчислению с момента регистрации права собственности на приобретенное вторым ответчиком (с 30.06.2016), который, кроме того, был прерван предъявлением иска в суд общей юрисдикции, указал, что факт наличия одобрения участниками общества сделки не препятствует ее оспариванию, отметил наличие у второго ответчика сведений о значительном занижении цены приобретаемого имущества, которые были отражены в техническом паспорте, а также являются общедоступными сведениями Фонда данных государственной кадастровой оценки.

Представитель ответчика в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований по основаниям, изложенным в отзыве и дополнениях к нему.

Представители иных лиц в судебное заседание не явились, о месте, дате и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Согласно ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие представителей неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, выслушав пояснения участвующих в судебном заседании лиц, исследовав представленные доказательства, суд пришел к следующим выводам.

Согласно ч. 2 ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

Истцом заявлено об отказе от требования признать действия ФИО2 по отчуждению недвижимого имущества, принадлежащего ООО «Цей» в период исполнения им обязанностей генерального директора ООО «Цей», неправомерными.

Заявление о частичном отказе от исковых требований подписано представителем истца ФИО6, действующей по доверенности от 16.11.2016, предусматривающей право полного или частичного отказа от иска.

В соответствии с ч. 5 ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, уменьшение им размера исковых требований, признание ответчиком иска, не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права других лиц.

Суд не усматривает в отказе от заявленных требований в указанной части противоречия закону или нарушения прав других лиц, в связи с чем, отказ истца от иска в указанной части принимается арбитражным судом. 

В силу п. 4 ч. 1 ст. 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что истец отказался от иска и отказ принят арбитражным судом.

С учетом изложенного, производство по делу в части требования о признании действий ФИО2 по отчуждению недвижимого имущества, принадлежащего ООО «Цей» в период исполнения им обязанностей генерального директора ООО «Цей», неправомерными,  подлежит прекращению.

Из материалов дела следует, что между ООО «ЦЕЙ» (Продавец) и ФИО3 (Покупатель) был заключен предварительный договор купли-продажи земельного участка и нежилого помещения от 10.04.2014, по условиям которого Продавец обязался в срок не позднее 10.07.2016 заключить договор купли-продажи и передать в собственность покупателя земельный участок общей площадью 2 634 кв. м, расположенный по адресу: Калужская область, г. Обнинск, в районе 

<

...>, кадастровый номер 40:07:103605:169 и нежилое помещение № 4 общей площадью 1 018,7 кв.м, расположенном в нежилом помещении общей площадью 6 090,8 кв.м по адресу: Калужская область, г. Обнинск, в районе 

<

...>, кадастровый номер 10:07:103605:163, этаж № 1, а Покупатель - принять эти объекты и уплатить за них денежную сумму, определенную договором.

Стоимость указанного имущества составила по условиям раздела 2 предварительного договора 3 000 000 руб., которую Покупатель обязался оплатить не позднее одной недели со дня подписания данного договора. При заключении сторонами основного договора уплаченная сумма засчитывается в счет полной оплаты стоимости объектов.

В соответствии с ч. 1 ст. 429 Гражданского кодекса Российской Федерации по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором.

Исполняя принятые на себя обязательства по предварительному договору от 10.04.2014, ООО «ЦЕЙ» (Продавец) и ФИО3 (Покупатель) заключили договор купли-продажи земельного участка и нежилого помещения от 15.03.2016, по которому Продавец обязался передать, а покупатель - принять в собственность земельный участок общей площадью 2 634 кв. м, расположенный по адресу: Калужская область, г. Обнинск, в районе 

<

...>, кадастровый номер 40:07:103605:169 и нежилое помещение № 4 общей площадью 1 018,7 кв.м, расположенном в нежилом помещении общей площадью 6 090,8 кв.м по адресу: Калужская область, г. Обнинск, в районе 

<

...>, кадастровый номер 10:07:103605:163, этаж № 1.

Стоимость имущества определена на условиях предварительного договора от 10.04.2014 в размере 3 000 000 руб.

В соответствии со сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости, с 30.06.2016 собственником земельного участка с кадастровым номером 40:07:103605:169 и нежилого помещения с кадастровым номером 10:07:103605:163, этаж № 1 является ФИО3.

Ссылаясь на отсутствие одобрения собранием участников общества решения о заключении договора купли-продажи земельного участка и нежилого помещения от 15.03.2016, являющегося для общества крупной сделкой, причинение обществу данной сделкой явного и значительного ущерба, истец обратился в суд с данным иском, в котором просит признать указанный договор недействительным; истребовать у ФИО3 земельный участок общей площадью 2 634 кв.м., расположенный по адресу: Калужская область, Жуковский район, в районе 

<

...> (кадастровый номер 40:07:103605:169) и нежилое помещение № 4 (1-й этаж) общей площадью 1 018,7 кв.м., расположенное по тому же адресу (кадастровый номер 40:07:103605:163); признать за ООО «ЦЕЙ» право собственности на указанное имущество; аннулировать запись от 30.06.2016 в ЕГРП о регистрации перехода права собственности на переданное по спорному договору имущество.

Вторым ответчиком по настоящему делу заявлено о пропуске срока исковой давности.

Согласно п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии со ст. 196 и 197 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 указанного кодекса. Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (ч. 1 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу разъяснений, данных в п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» иски о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности могут предъявляться в течение срока, установленного п. 2 ст. 181 ГК РФ для оспоримых сделок.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 4 ст. 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» срок исковой давности по требованию о признании крупной сделки недействительной в случае его пропуска восстановлению не подлежит.

Заявленные требования основаны на суждении истца о нарушении ответчиками его прав заключением сделки (договора от 15.03.2016), одной из сторон которых является сам истец.

При этом несогласие с законностью данной сделки выражено в нарушении самим же истцом порядка одобрения крупной сделки и несоответствия цены имущества, указанной в договоре, фактической его стоимости.

Указанные обстоятельства истцу как стороне сделки были известны на момент заключения договора, то есть 15.03.2016.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что в указанную дату истцу стало известно об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной, и которые заявлены истцом в обоснование рассматриваемых требований, в связи с чем, срок исковой давности по оспариванию сделок на день обращения с данным иском в суд (06.04.2017) истек.

Позиция истца о необходимости исчисления срока исковой давности с даты регистрации вторым ответчиком права собственности на спорные объекты недвижимости (с 30.06.2016) представляется суду ошибочной.

Вопрос времени перехода права собственности на спорное имущество не влияет на те негативные обстоятельства, которыми, как считает истец, нарушены его права: ни факт отсутствия одобрения крупной сделки, ни факт занижения цены имущества связи с моментом перехода права собственности не имеют. 

Обязательство истца передать имущество по договору купли-продажи в силу консенсуального характера такого договора возникла в момент его заключения, то есть достижения согласия по всем существенным условиям, а значит и осведомленность истца о нарушении его права возникла тогда же.

Кроме того, истец ссылается на имевший место факт приостановления течения срока исковой давности обращением к ответчикам с исковым заявлением в Жуковский районный суд Калужской области о признании недействительным договора от 15.03.2016 и применении последствий его недействительности.

Согласно разъяснениям, данным в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск. В соответствии со ст. 205 Гражданского кодекса Российской Федерации в исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца - физического лица, если последним заявлено такое ходатайство и им представлены необходимые доказательства.

На основании ч. 1 ст. 204 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.

Под установленным порядком понимается соблюдение правил подведомственности и подсудности, требований, предъявляемых к форме и содержанию искового заявления, а также иных требований, предусмотренных процессуальным законодательством для лиц, обращающихся за защитой прав в суд.

Вместе с тем, из определения Жуковского районного суда Калужской области от 23.03.2017 по делу № 2-1-211/2017 (т. 2, л.д. 123-125) усматривается, что производство по делу по иску ООО «ЦЕЙ» к ФИО2 и ФИО3 о признании недействительным договора от 15.03.2016 и применении последствий его недействительности, было прекращено в связи с нарушением истцом при обращении в суд с данным иском правил подведомственности.

Таким образом, в связи с несоблюдением истцом установленного порядка обращения за судебной защитой при обращении в Жуковский районный суд Калужской области, суд не может признать наличия факта приостановления срока исковой давности для оспаривания договора от 15.03.2016.

На основании п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абз. 2 п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Кроме того, суд считает необходимым отметить, что заявление о пропуске срока исковой давности сделано только вторым ответчиком.

При этом в силу разъяснений, данных в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» суд вправе отказать в удовлетворении иска при наличии заявления о применении исковой давности только от одного из соответчиков при условии, что в силу закона или договора либо исходя из характера спорного правоотношения требования истца не могут быть удовлетворены за счет других соответчиков (например, в случае предъявления иска об истребовании неделимой вещи).

Так, поскольку все заявленные требования связаны с оспариванием договора от 15.03.2016 и применением последствий его недействительности, а контрагентом истца по сделке выступал только второй ответчик, первый же ответчик заявлен истцом в качестве лица, с корпоративной точки зрения исполнявшего обязанности генерального директора и непосредственно не участвующего в сделке, требования истца за счет первого ответчика удовлетворены быть не могут, в связи с чем несмотря на отсутствие со стороны первого ответчика заявления о пропуске срока исковой давности, суд считает допустимым в данном случае воспользоваться правом, предусмотренным п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», и отказать в удовлетворении иска к обоим ответчикам.

Вторым ответчиком также заявлено об оставлении искового заявления без рассмотрения по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с несоблюдением истцом досудебного порядка урегулирования спора, поскольку рассматриваемый спор не является корпоративным по смыслу ст. 225.1. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу подпункта 3 ст. 225.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражные суды рассматривают дела по корпоративным спорам, в том числе, споры по искам учредителей, участников, членов юридического лица о признании недействительными сделок, совершенных юридическим лицом, и (или) применении последствий недействительности таких сделок.

Ранее неоднократно отмечалось, что правовым основанием для заявления рассматриваемого иска истец указывает отсутствие одобрения собранием участников общества решения о заключении договора договор купли-продажи, являющегося для общества крупной сделкой (ст. 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», ст. 173.1. Гражданского кодекса Российской Федерации) и причинение обществу данной сделкой явного и значительного ущерба (ст. 174 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поскольку, как следует из содержания искового заявления, требования истца основаны на положениях Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» и возникли лишь постольку, поскольку бывший участник и директор общества совершил от его имени сделку с нарушением обязанности действовать в интересах общества добросовестно и разумно, суд считает, что рассматриваемый спор вытекает из корпоративных отношений, соблюдение претензионного порядка для которого ст. 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не предусмотрено, в связи с чем, не находит позицию второго ответчика о необходимости оставления искового заявления без рассмотрения обоснованной.

Доводы истца о недействительности оспариваемой сделки по существу данного вопроса, кроме того, также не нашли подтверждения в представленных доказательствах.

В соответствии с ч. 1 ст. 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» крупной сделкой считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности и при этом связанная с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества (в том числе заем, кредит, залог, поручительство, приобретение такого количества акций (иных эмиссионных ценных бумаг, конвертируемых в акции) публичного общества, в результате которых у общества возникает обязанность направить обязательное предложение в соответствии с главой XI.1 Федерального закона от 26 декабря 1995 года N 208-ФЗ «Об акционерных обществах»), цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.

В материалах дела отсутствуют сведения о балансовой стоимости активов общества на последнюю отчетную дату, предшествующую дате заключения спорного договора.

Предложения суда представить такие доказательства оставлены истцом без внимания, в связи с чем, у суда отсутствует возможность оценки данного довода применительно к фактическим обстоятельствам, имевшим место при заключении договора.

Кроме того, в материалы дела представлен протокол внеочередного общего собрания участником общества № 1/16 от 11.03.2016, по второму вопросу повестки дня которого было принято решение заключить с ФИО3 договор купли-продажи имущества: земельный участок общей площадью 2 634 кв. м, расположенный по адресу: Калужская область, г. Обнинск, в районе 

<

...>, кадастровый номер 40:07:103605:169 и нежилое помещение № 4 общей площадью 1 018,7 кв.м, расположенном в нежилом помещении общей площадью 6 090,8 кв.м по адресу: Калужская область, г. Обнинск, в районе 

<

...>, кадастровый номер 10:07:103605:163, этаж № 1.

Наличие явного и значительного ущерба истец доказывает стоимостью спорного имущества, указанной в техническом паспорте и кадастровой стоимостью по состоянию на 01.01.2015, указанной на портале услуг Росреестра, более чем в два раза превышающих стоимость имущества, указанного в оспариваемом договоре.

При этом, указанный довод заявлен истцом без учета формирования сторонами цены договора и оценки его стоимости не в настоящее время и даже не в момент заключения договора 15.03.2016. 

Заключение между ООО «ЦЕЙ» и ФИО3 договора от 15.03.2016 стало следствием исполнения принятых на себя указанными сторонами обязательства по предварительному договору, заключенному двумя годами ранее (10.04.2014).

Предварительный договор должен содержать условия, позволяющие установить предмет, а также условия основного договора, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение при заключении предварительного договора (ч. 3 ст. 429 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Стоимость имущества, проданного по договору от 15.03.2016 была определена в предварительном договоре.

При заключении предварительного договора сторонам не могло быть в 2014 году известно о кадастровой стоимости имущества, утвержденной в 2015 году.

Суду также не известно оснований, по которым стороны, определяя рыночную стоимость имущества, обязаны ориентироваться на кадастровую или инвентаризационную, имеющие в своей основе иные принцип и цель формирования и расчета.

Факт известности сторонам договора на момент его заключения кадастровой стоимости имущества не может иметь по мнению суда правового значения для рассматриваемых правоотношений, поскольку последние сформированы не в текущих на тот момент условиях рынка. 

Период, прошедший с момента принятия сторонами на себя обязательств заключить в будущем договор и до его фактического заключения (два года), значителен для динамично развивающегося рынка недвижимости. Вместе с тем, сведений о рыночной стоимости имущества ни при заключении предварительного договора, ни при заключении оспариваемого договора, истцом не представлено. 

С учетом изложенного, суд считает требования истца необоснованными и отказывает в их удовлетворении.

На основании ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы истца по уплате государственной пошлины с учетом отказа в удовлетворении заявленных требований относятся на истца.

Государственная пошлина за рассмотрение требования, производство по которому прекращено, и подлежащая в силу п. 1 ст. 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации возврату из федерального бюджета, уплачена не была, в связи с чем вопрос о ее возвращении не разрешается.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

производство по делу №А23-2415/2017 в части признания действий ФИО2, г. Москва, по отчуждению недвижимого имущества, принадлежащего обществу с ограниченной ответственностью «Цей», в период исполнения им обязанностей генерального директора общества с ограниченной ответственностью «Цей» неправомерными прекратить.

В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после принятия в Двадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи жалобы через Арбитражный суд Калужской области.

Судья                                                                                                     Е.В. Иванова