ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула                                                                                                        Дело № А62-7141/2017

                                                                      20АП-1325/2022

Резолютивная часть постановления объявлена    18.04.2022 

Постановление изготовлено в полном объеме     22.04.2022 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего  судьи Тучковой О.Г., судей Афанасьевой Е.И., Волошиной Н.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, при участии от  ФИО2 – представителя ФИО3 (доверенность от 02.08.2021), от ФИО9 - представителя ФИО3 (доверенность от 24.07.2021), от ФИО4 – представителя ФИО5 (доверенность от 10.01.2021), в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 на определение Арбитражного суда Смоленской области от 02.02.2022 по делу № А62-7141/2017 (судья Ковалев А.В.),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Смоленской области от 26.02.2018  в отношении должника общества с ограниченной ответственностью «Паркотель» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим должника утвержден ФИО6.

Сообщение опубликовано в официальном издании, определенном Правительством Российской Федерации (газета «Коммерсантъ») в соответствии с ч. 1 ст. 28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» 22.02.2018, номер сообщения 77032531116, включено в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве 21.02.2018 года, сообщение номер 2476982.

Решением Арбитражного суда Смоленской области от 24.09.2019 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Паркотель» открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден член саморегулируемой организации - ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий» ФИО7.

Сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ», сообщение № 77033146654, включено в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве 01.10.2019, сообщение № 4223360.

Конкурсный кредитор ФИО4 07.07.2021 обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц: ФИО9, ФИО2, по основаниям статьи 61.11 Закона о банкротстве, ссылаясь на ненадлежащее ведение бухгалтерского учёта по договорам займа с ООО «Рестотель»; неисполнение обязанности по внесению в кассу денежных средств, полученных по договорам купли-продажи, заключенным с               ФИО8; отсутствие первичных документов, подтверждающих затраты; необеспечение сохранности имущества и документации.

Определением суда от 02.02.2022 в удовлетворении заявления отказано. 

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО4 обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда от 02.02.2022, принять по делу новый судебный акт.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав пояснения представителей лиц, участвовавших в деле, явившихся в судебное заседание, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям. 

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц общество с ограниченной ответственностью «Паркотель» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 03.08.20212, в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись. Основной вид деятельности организации: деятельность гостиниц и прочих мест для временного проживания.

Директором общества с 03.08.2012 по 20.12.2013 являлась ФИО9, а с 29.07.2019 по 24.09.2019 (до момента введения конкурсного производства) являлась ФИО2. При этом ФИО9 являлась участником общества в период с 03.08.2012 по 06.08.2019 с долей участия 50%, а с 07.08.2019 - с долей участия 100%.

Правом на подачу заявления о привлечении к ответственности в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Закона, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона от 29.07.2017                      № 266-ФЗ).

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ                «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), положения Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Исходя из вышеизложенных норм права и соответствующих разъяснений, принимая во внимание, что заявление подано в арбитражный суд 07.07.2021, обстоятельства, с которыми связано привлечение ФИО9 к субсидиарной ответственности, имели место до вступления в законную силу Закона от 29.07.2017                      № 266-ФЗ (в период с 03.08.2012 по 20.12.2013), ввиду периода времени, к которому относятся обстоятельства, с которыми кредитор связывает ответственность ответчика, настоящий спор подлежит разрешению с применением пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ (в части применения норм процессуального и материального права).

В части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 подлежат применению положения Закона о банкротстве в новой редакции.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в частности, следующего обстоятельства: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Федерального закона.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Таким образом, ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с этим возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2016 (раздел, связанный с практикой применения положений законодательства о банкротстве), при наличии доказательств, свидетельствующих о существовании причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством подконтрольной организации, контролирующее лицо несет бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий и их совершения без цели причинения вреда кредиторам подконтрольной организации.

Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

В пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашении требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53, закрепленная в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Пунктом 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8                  «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (абзац второй пункта 3 статьи 56 ГК РФ), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Таким образом, из смысла указанных правовых норм и приведенных разъяснений следует, что необходимыми условиями для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, являются наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении должника и наступлением неблагоприятных последствий (доведение юридического лица до состояния, в котором расчеты с кредиторами и дальнейшая безубыточная деятельность невозможны, появление убытков, возникновение дополнительных обязательств).

Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на лице, заявившем о привлечении к ответственности. Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Смоленской области от 01.02.2018 по делу №А62-7543/2017 удовлетворены требования ООО «Рестотель» о взыскании с ООО «ПаркОтель» задолженности по договору процентного займа от 01.09.2012 №1 в сумме 25 000 000 руб., процентов за пользование займом за период с 04.09.2012 по 25.01.2018 в сумме 16 156 299 руб. 13 коп., неустойки за период с 11.01.2016 по 25.01.2018 в сумме 15 250 000 руб., а также начислением на сумму основного долга процентов и неустойки начиная с 26.01.2018 по день фактической уплаты задолженности.

По мнению конкурсного кредитора, фактически перечисление денежных средств осуществлено не по договору процентного займа от 01.09.2012 № 1, а по договору беспроцентного займа от 31.08.2012 № 1 при этом, свои доводы заявитель обосновывает тем, что в платёжных поручениях от 03.09.2012 №834 и от 14.09.2012 №884, которыми на расчётный счёт ООО «Паркотель» было перечислено 25 000 000 руб., в графе «назначения платежа» указано: «предоставление беспроцентного займа по договору от 31.08.2012 №1».

Заявитель в обоснование отсутствия фактической передачи денежных средств по договору процентного займа от 01.09.2012 сослался на отсутствие указанного договора в бухгалтерской документации ООО «ПаркОтель» и на имеющийся акт сверки взаимных расчётов за 2014 год между ООО «ПаркОтель» и ООО «Рестотель» по договору беспроцентного займа от 31.08.2012.

ФИО4 указал, что в ходе судебного разбирательства по делу №А62-7543/2017 был представлен не учтенный в бухгалтерском учете и не одобренный участниками ООО «Паркотель» договор процентного займа от 01.09.2012 №1 между ООО «Рестотель» (займодавец) и ООО «ПаркОтель», по условиям которого займодавец передает заемщику займ в сумме 25 000 000 руб. безналичными деньгами под 12 % годовых, а заемщик обязуется возвратить полученную сумму в сроки и в порядке, указанные в названном договоре (пункт 1.1 договора), а также письмо от 17.09.2012 с подписью ФИО9, в котором займодавец уточнил назначение платежа в платежных поручениях от 03.09.2012 №834 и от 14.09.2012 №884, указав, что верным следует читать следующее назначение платежа «Предоставление займа по договору № 1 займа (процентного) от 01.09.2012».

В результате заключения ФИО9 договора процентного займа №1 от 01.09.2012, подписания письма от 17.09.2012 об изменении назначение платежа в платежных поручениях в реестр кредиторов ООО «Паркотель» включены требования ООО «Рестотель» в сумме 16 337 121 руб.05 коп.  - проценты за пользование займом,                 15 251 506 руб. 85 коп. - неустойка.

По мнению заявителя, вследствие неверного отражения суммы задолженности в бухгалтерском учёте другие участники ООО «ПаркОтель» и последующие руководители были лишены возможности рефинансировать данную задолженность на более выгодных условиях.

Однако изложенные заявителем обстоятельства являлись предметом рассмотрения по делу №А62-7543/2017 по иску ООО «Рестотель» к ООО «ПаркОтель», а также по делу №А62-7141/2017 в рамках обособленного спора о включении в реестр требований кредиторов должника ООО «ПаркОтель» требований ООО «Рестотель».

Доводы заявителя о возможности иной правовой оценки обстоятельств передачи должнику денежных средств ООО «Рестотель» обоснованно отклонены судом области, поскольку направлены на переоценку уже установленных судами фактических обстоятельств, являются попыткой изменить правовую квалификацию, данную судами и изложенную в судебных актах, вступивших в законную силу, то есть направлены по сути на пересмотр вступивших в законную силу судебных решений.

Так судами установлено, что между ООО «ПаркОтель» и ООО «Рестотель» заключены следующие договоры:

1. от 01.09.2012 №1, предметом которого является предоставление займа в размере 25 000 000 руб., сроком до 01.09.2013 при условии уплаты процентов за пользование займом в размере 12 % годовых и уплаты неустойки в случае нарушения сроков возврата займа исходя из ставки в размере 1 % за каждый день просрочки. Дополнительным соглашением от 01.09.2013 условия договора займа от 01.09.2012 № 1 в части срока возврата займа изменены, а срок возврата займа продлён до 31.12.2015.

2. от 31.08.2012 №1, предметом которого является предоставление займа без указания суммы, но с указанием лимита задолженности в размере 11 000 000 руб., сроком возврата до 31.12.2015, и предоставлением, займа в виде траншей в пределах лимитированной суммы сроком по 31.12.2014.

ООО «Рестотель» платёжными поручениями от 03.09.2012 №834 и от 14.09.2012 №884 перечислило расчётный счёт ООО «ПаркОтель» денежные средства на общую сумму 25 000 000 руб., указав в графе «назначения платежа» платёжных поручений: «предоставление беспроцентного займа по договору от 31.08.2012 № 1».

ООО «Рестотель» 19.09.2012 письмом, которое было получено лично директором ООО «ПаркОтель», уточнило назначение платежа, указав, что предоставление займа осуществлено именно по договору процентного займа от 01.09.2012 №1.

Кроме вышеуказанных обстоятельств, подтверждающих фактическое перечисление денежных средств по договору процентного займа №1 от 01.09.2012, платёжных поручений, письма с уточнением назначения платежа, заключения дополнительного соглашения о продлении договора процентного займа от 01.09.2013, получение ответчиком денежных средств именно по указанному процентному договору займа подтверждается также фактическими обстоятельствами перечисления денежных средств.

Так, сумма денежных средств, передаваемых по договору процентного займа, в соответствии с его условиями составляла 25 000 000 руб., и при этом фактически платёжными поручениями была перечислена соответствующая сумма, в то же время, предельная сумма по договор беспроцентного займа ограничена 11 000 000 руб.,                           а фактическая передача денежных средств истцом по исполнения своих обязательств именном по договору беспроцентного займа №1 от 31.08.2012 подтверждается перечислением на расчётный счёт ответчика денежных средств в общей сумме                               10 441 698 руб. 42 коп.

В ходе судебного разбирательства по делу №А62-7543/2017 ООО «Рестотель» в материалы дела представлен протокол осмотра писем, поступивших от ООО «ПаркОтель» по электронной почте 13.11.2015, среди которых содержится и договор процентного займа №1 от 01.09.2012, что подтверждает осведомлённость ООО «ПаркОтель» о заключении указанного договора, и противоречит доводам ФИО4 о неосведомлённости ООО «ПаркОтель» о заключении процентного договора займа.

Заключение договора процентного займа от 01.09.2012 №1 и дополнительного соглашения к нему от 01.08.2013 ООО «ПаркОтель» в ходе судебных разбирательств участниками дела о несостоятельности не оспаривалось.

Заявитель сослался на то, что ФИО9 не исполнила обязанность по внесению в кассу денежных средств, якобы полученных ею лично по двум договорам купли-продажи, заключенным 30.07.2013 между ООО «ПаркОтель» и ФИО8, в соответствии с которыми ООО «ПаркОтель» продало, а ФИО8 приняла в собственность: земельный участок с кадастровым номером № 67:18:0020201:1669, по цене 214 330 руб. с расположенным на нем 2-х этажным жилым домом, общей площадью                159 кв.м., инв. №66:244:002:000072390, с условным №67:01:2004:80:145, находящийся по адресу: Смоленская область, Смоленский район, д. Покорное по цене 348 040 руб. 51 коп.; земельный участок с кадастровым номером № 67:18:0020201:1670, по цене                             368 373 руб., с расположенным на нем 18 квартирным 3-х этажным жилым домом, общей площадью 975 кв.м., инв. №66:244:002:000072390, с условным №67:01:2004:80:36, находящийся по адресу: Смоленская область, Смоленский район, д. Покорное, по цене                2 464 936 руб. 44 коп.

Кредитор ФИО4 указал, что согласно пункту 2 вышеуказанных договоров расчет произведен полностью. Стороны взаимных претензий, включая финансовые, друг к другу не имеют.

Вместе с тем, денежные средства по обоим договорам в общей сумме                                      3 395 669 руб. 95 коп. ни в кассу, ни на расчетный счет должника внесены, не были, в связи с этим в бухгалтерском учете числится дебиторская задолженность ФИО9 на указанную сумму.

Однако указанные доводы судом области обоснованно отклонены ввиду следующего.

Утверждение заявителя, что задолженность ФИО9 за реализованные объекты недвижимости числится в бухгалтерском учёте должника только на том основании, что денежные средства от указанной сделки ни в кассу, ни на расчётный счёт ООО «ПаркОтель» не поступали.

С учетом этого суд области пришел к верному выводу, что данное обстоятельство означает только то, что покупатель по договору купли-продажи объектов недвижимости ФИО8 не произвела оплату надлежащим образом, и не свидетельствует о возникновении задолженности у ФИО9 перед ООО «ПаркОтель».

В своём заявлении ФИО4 указал, что согласно оборотно-сальдовой ведомости по счёту № 62 «Покупатели и заказчики» ООО «ПаркОтель», переданной 27.01.2021 конкурсному управляющему бывшем директором должника ФИО10, перед ООО «ПаркОтель» числится задолженность ФИО9 в размере                                        3 395 669 руб. 95 коп., что соответствует цене договоров купли - продажи недвижимости, заключенных с ФИО8

В соответствии с Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 31.10.2000 №94н «Об утверждении Плана счетов бухгалтерского учёта финансово - хозяйственной деятельности организаций» счёт №62 предназначен для обобщения информации только о покупателях и заказчиках, а так как ФИО9 никогда не являлась ни покупателем, ни заказчиком в отношениях с ООО «ПаркОтель», то информация о наличии у неё задолженности перед ООО «ПаркОтель» в указанном счёте не соответствует правилам ведения бухгалтерского учёта и отражает притворный объект бухгалтерского учёта.

Более того, по указанному счёту бухгалтерского учёта в случае отсутствия оплаты подлежит отражению именно задолженность ФИО8 по договорам купли-продажи, что и имело место быть в оборотно-сальдовой ведомости по счёту №62, из базы данных бухгалтерского учёта за 2012 - 2016 года, переданной ФИО9 в январе 2017 года ФИО10

В соответствии со статьями 9 и 10 Федерального закона от 06.12.2011                                «О бухгалтерском учёте» каждый факт хозяйственный жизни подлежит оформлению первичными учётными документами, которые составляются при совершении факта хозяйственной жизни или непосредственно после него, при этом на основании данных содержащихся в первичных учётных документах, формируются регистры бухгалтерского учёта.

Не допускаются пропуски или изъятия при регистрации объектов бухгалтерского учета в регистрах бухгалтерского учета, регистрация мнимых и притворных объектов бухгалтерского учета в регистрах бухгалтерского учета.

Для целей названного Федерального закона под мнимым объектом бухгалтерского учета понимается несуществующий объект, отраженный в бухгалтерском, учете лишь для вида (в том числе неосуществленные расходы, несуществующие обязательства, не имевшие места факты хозяйственной жизни), под притворным объектом бухгалтерского учета понимается объект, отраженный в бухгалтерском учете вместо другого объекта с целью прикрыть его (в том числе притворные сделки).

Первичными документами, отражающими кассовые операции - поступление и расходование денежных средств, в соответствии с пунктами 3.1, 4.1 «Положения о порядке ведения кассовых операций с банкнотами и монетой Банка России на территории Российской Федерации», утверждённого Банком России 12.10.2011 №373-П, действовавшего в период заключения договоров, являются приходные кассовые ордера, расходные кассовые ордера, расчётно-платёжные и платёжные ведомости.

Согласно пункту 5.1 Положения для учёта поступающих в кассу наличных денежных средств и выдаваемых из кассы ведётся кассовая книга.

В соответствии с пунктом 5.2 Положения записи в кассовой книге осуществляются по каждому приходному и расходному кассовому ордеру.

Таким образом, в случае оплаты ФИО8 приобретённых объектов недвижимости путём внесения наличных денежных средств в кассу ООО «ПаркОтель» лицо, исполнявшее обязанности кассира, должно было оформить приходный кассовый ордер в подтверждении получения от ФИО8 денежных средств, после чего отразить данную операцию по внесению в кассу наличных денежных средств, в кассовой книге.

Однако среди бухгалтерских документов, переданных конкурсному управляющему бывшим директором должника ФИО10, кассовые книги и приходные кассовые ордера отсутствовали, данное обстоятельство не даёт оснований утверждать не только о получении денежных средств от ФИО8 за реализованные объекты недвижимости ФИО9, но и каким-либо иным работником или представителем ООО «ПаркОтель».

Более того, наличие в бухгалтерском учёте сведений о задолженности ФИО9 перед ООО «ПаркОтель» в случае поступления денежных средств в кассу организации от ФИО8, могло иметь место только в случае выдачи их из кассы в подотчёт                   ФИО9, и как следствие этого, отражение данного факт хозяйственной жизни в соответствии с Планом счетов бухгалтерского учёта по счёту №71 «Расчёт с подотчётными лицами».

Первичные документы бухгалтерского учёта о выдаче ФИО9 из кассы ООО «ПаркОтель» денежных средств, полученных от реализации объектов недвижимости ФИО8, а также соответствующие регистры бухгалтерского учёта, отражающие данный факт конкурсному управляющему ФИО10 не переданы.

С учётом изложенного, при отсутствии каких-либо первичных учётных документов запись в регистре бухгалтерского учёта ООО «ПаркОтель» в оборотно-сальдовой ведомости по счёту №62 «Расчёты с покупателями и заказчиками», переданной            ФИО10, о наличии дебиторской задолженности ФИО9 не может сама по себе подтверждать существование указанного факта хозяйственной жизни и представляет собой отражение притворного объекта бухгалтерского учёта.

Доводы кредитора о непередаче ФИО9 ФИО10 первичных документов, подтверждающих затраты в размере 6 137 8969 руб. 55 коп., которые связаны с оказанием коммунальных услуг жильцам вышеуказанных домов, также не подтверждены надлежащими доказательствами.

Как указал заявитель, в соответствии с приказом от 05.06.2019 №4 ФИО11 указанная задолженность списана на убытки в связи с истечением сроков исковой давности, а также отсутствием подтверждающих документов. При этом каких-либо действий по надлежащему оформлению данной дебиторской задолженности ФИО10 не предпринимала, к ФИО9 с такими требованиями не обращалась.

Таким образом, суд области обоснованно оценил реальность наличия такой задолженности критически.

Как указал кредитор, что назначенным 29.06.2019 директором ООО «ПаркОтель» ФИО2 не предпринято мер по инвентаризации имущества ООО «ПаркОтель» после вступления в должность. При этом письменные требования, направленные ФИО2 ценными письмами с описью вложения бывшему директору                   ФИО10 30.07.2019 и 08.08.2019 с предложением произвести приём-передачу имущества общества и всех его документов, являются лишь видимостью осуществления ФИО2 действий, направленных на передачу документации и товарно - материальных ценностей, с учётом того, что она с момента назначения имела доступ к имуществу и находящемся в ООО «ПаркОтель» документам.

Однако указанные доводы заявителя не подтверждены материалами дела и не соответствуют требованиям действующего законодательства.

Согласно сведениям Почты России требование ФИО2 о необходимости произвести приёмку - сдачу имущества общества и документов получено ФИО10 29.08.2019.

Утверждая, что ФИО2. О.В. имела доступ к имуществу и документам организации с момента назначения, то есть с 29.07.2019, и одновременно при этом указывая, что о назначении ФИО2 на должность директора и её требовании произвести приемку-сдачу документов и имущества общества ФИО10 стало известно только 29.08.2019, то есть только в момент получения указанного письменного требования, заявитель тем самым подтвердил, что фактически ФИО10 на рабочем месте на территории ООО «ПаркОтель» с 29.07.2019 не появлялась, так как в ином случае ФИО10 стало бы известно о назначении директором ФИО2 и о требовании о приёмки - сдачи имущества и документов уже 29.07.2019.

Утверждение заявителя о том, что документы, которые ФИО2 требовала ФИО10 передать ей, в том числе бухгалтерские, финансовые, управленческие документы, хранились по месту нахождения общества, в нарушение статьи 65 АПК РФ не подтверждено имеющимися в материалах дела доказательствами.

Судом учтено, что представитель заявителя ФИО5, являвшийся также представителем ФИО10 в обособленном споре, в рамках настоящего дела о банкротстве, по заявлению конкурсного управляющего к ФИО10 об истребовании указанных документов, лично передавал представителю конкурсного управляющего документы бухгалтерского учёта ООО «ПаркОтель» (постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.02.2021 по делу № А62-7141/2017).

При указанных обстоятельствах суд области пришел к верному выводу об отсутствии документов бухгалтерского учёта по месту нахождения ООО «ПаркОтель» и непередаче их ФИО10 в распоряжение ФИО2

В соответствии со статьей 1.1 Федерального закона от 06 декабря 2011г. №402-ФЗ «О бухгалтерском учёте» при инвентаризации выявляется фактическое наличие соответствующих объектов, которое сопоставляется с данными бухгалтерского учёта.

Учитывая, что документы бухгалтерского учёта на территории ООО «ПаркОтель» отсутствовали и находились в распоряжении ФИО10, учитывая право бывшего директора участвовать в проведении инвентаризации, а также то, что требование о сдачи документов и имущества общества было получено ФИО10 только 29.08.2019, ФИО2, являясь добросовестным участником гражданского оборота, с целью соблюдения прав бывшего директора общества ФИО10, предоставила ей достаточное время для уведомления о готовности осуществить передачу имущества и документов общества и определить их дату и время.

При этом в связи отсутствием у ФИО2 документов бухгалтерского учёта, проведение ею инвентаризации имущества должника в соответствии с требованиями закона было невозможно.

В силу пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с этим возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Таких доказательств конкурсным кредитором в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах суд области пришел к верному выводу об отсутствии правовых оснований для привлечения контролировавших должника лиц: ФИО2 и ФИО9 к субсидиарной ответственности.

Выводы суда в полной мере соответствуют разъяснениям, изложенным в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53              «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Кроме того, представителем лиц, контролировавших должника, заявлено ходатайство о пропуске заявителем срока исковой давности привлечения к субсидиарной ответственности.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 21 раздела «Практика применения законодательства о банкротстве» Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств:о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами. При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (применительно к настоящему делу - не ранее введения процедуры конкурсного производства).

В силу абзаца пятого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей в рассматриваемый период) заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 названной статьи, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника несостоятельным (банкротом).                         В случае пропуска срока исковой давности по уважительной причине таковой может быть восстановлен судом.

Безотносительно к дате совершения правонарушения контролирующими лицами срок исковой давности по требованиям о привлечении к субсидиарной ответственности должен исчисляться с момента, когда конкурсному управляющему и кредиторам, стало известно или должно было стать известно о наличии у них реальной возможности для предъявления иска (как правило, этот момент не может быть много позже даты открытия конкурсного производства). При этом начиная с даты вступления в силу Закона № 134-ФЗ (30.06.2013) конкурсные управляющие и кредиторы в делах о банкротстве имели возможность заявлять требования к контролирующим лицам без указания точного размера (он подлежал определению в дальнейшем), установление точного размера ответственности перестало быть обязательным условием для обращения в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности. Это правило имело процессуальный характер и поэтому распространялось на все процессуальные действия, совершаемые после данного правила, в том числе по возникшим ранее материальным основаниям.

В силу приведенных норм и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, в рассматриваемом случае срок исковой давности для обращения с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности составляет 3 года, исчисляемые со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для его восстановления для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Как указал заявитель и следует из материалов дела, сведения о наличии неучтённого в бухгалтерском учёте и не одобренного участниками ООО «Паркотель» договора займа (процентного) от 01.09.2012 №1, заключенного между должником и ООО «Рестотель», стали известны заявителю в ходе рассмотрения судом дела № А62-7543/2017.

Решение Арбитражного суда Смоленской области вынесено 01.02.2018 (резолютивная часть оглашена 25.01.2018).

Учитывая, что процедура наблюдения введена в отношении должника определением суда от 26.02.2018, этим же определением требование ФИО4 (заявитель по делу) в общем размере 827 845 руб. 70 коп. признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника, конкурсное производство в отношении ООО «Паркотель» открыто 24.09.2019, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО9 и ФИО2 подано кредитором 07.07.2021, суд области пришел к обоснованному выводу о пропуске кредитором трехлетнего срока исковой давности, а также об отсутствии оснований для его восстановления в связи с не обозначением им причины, объективно препятствовавшей обращению с соответствующим заявлением в установленный срок. Ходатайство о восстановлении срока исковой давности или о наличии обстоятельств, указывающих на его прерывание, заявителем не подавалось.

При таких обстоятельствах суд области правомерно отказал в привлечении         ФИО9 к субсидиарной ответственности по причине пропуска срока исковой давности, в части обстоятельств, связанных с неправильным отражением в бухгалтерском учёте договоров займа, заключенных между должником и ООО «Рестотель».

Апелляционная жалоба мотивирована несогласием с выводами суда первой инстанции. По мнению апеллянта, суд первой инстанции не полностью выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, неправильно применил нормы материального и процессуального права. Указывает, что вследствие неправильного отражения суммы задолженности в бухгалтерском учете другие участники ООО «Паркотель» и последующие руководители не имели возможности внести денежные средства в погашение данной задолженности, поскольку не знали о начислении процентов, о наступлении срока возврата займа и начале начисления неустойки. Утверждает, что ФИО9 не исполнены обязанности по внесению в кассу денежных средств по договорам купли-продажи от 30.07.2013. ФИО2 не обеспечена сохранность имущества и документации.

Доводы жалобы апелляционной коллегией рассмотрены и отклонены, поскольку они основаны на ошибочной оценке фактических обстоятельств дела и неверном толковании действующего законодательства, регулирующего спорные вопросы применительно к установленным судом обстоятельствам.

Доводы жалобы о неправильном отражении суммы задолженности в бухгалтерском учёте судом во внимание не принимаются, поскольку ведением бухгалтерского учёта в период, когда должность директора занимала ФИО9 занималась ФИО12 Данное обстоятельство подтверждается копией протокола судебного заседания Заднепровского районного суда г. Смоленска от 27.11.2018, 28.11.2018 по гражданскому делу   №2-1636/2018, представленной нашей стороной.

При этом ФИО12 одновременно занимала должность директора ООО «ПрофПлюс» - организации, через которую ФИО13 осуществлял корпоративное финансирование должника (определение Арбитражного суда Смоленской области от 20.01.2021 по делу №А62-7141/2017).

Учитывая, что определениями Арбитражного суда Смоленской области от 21.06.2019, 02.08.2019 и 20.01.2021 по делу №А62-7141/2017 установлено, что участник общества ФИО13 осуществлял корпоративный контроль за деятельность должника, как в период того, когда он являлся вторым участником должника, так и после выхода из участников общества через ФИО10, являвшуюся участником должника с 10.09.2014 по 29.06.2017 и директором с 08.09.2014 по 28.06.2019, ему, а также               ФИО10 не могло не быть известно о заключении процентного договора займа.

С учётом изложенного, доводы апеллянта о том, что другие участники ООО «ПаркОтель» и последующие руководители не располагали сведениями о заключении процентного договора займа, не находят подтверждения в материалах дела.

Доводы жалобы о том, что ФИО9 получила от покупателя денежные средства по вышеуказанным договорам купли-продажи, не подтверждаются каким-либо доказательствами. Ссылка апеллянта на запись в договоре купли-продажи, как на доказательство проведённого между сторонами сделки расчёта, в соответствии с Положением ЦБ РФ не может быть признана надлежащим доказательством осуществления кассовой операции по передаче денежных средств от покупателя продавцу и не свидетельствует об исполнении покупателем своего обязательства по оплате.

В соответствии со статьями 9 и 10 Федерального закона от 06.12.2011 «О бухгалтерском учёте» каждый факт хозяйственный жизни подлежит оформлению первичными учётными документами, которые составляются при совершении факта хозяйственной жизни или непосредственно после него, при этом на основании данных содержащихся в первичных учётных документах, формируются регистры бухгалтерского учёта.

В отсутствии каких-либо первичных учётных документов запись в регистре бухгалтерского учёта ООО «ПаркОтель»: оборотно-сальдовой ведомости по счёту № 62 «Расчёты с покупателями и заказчиками», не может сама по себе подтверждать существование указанного факта хозяйственной деятельности.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, установлены судом на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, им дана надлежащая правовая оценка. Оснований для их переоценки у апелляционной коллегии не имеется.

Доводы жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, не подтверждают неправильное применение судом норм материального и процессуального права, в связи с этим не могут служить основанием для отмены судебного акта.

Руководствуясь статьями  269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Смоленской области от 02.02.2022 по делу № А62-7141/2017 оставить без изменения, а апелляционную  жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа  в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. 

В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                                 О.Г. Тучкова

Судьи                                                                                                                Е.И. Афанасьева

                                                                                                                           Н.А. Волошина