АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

22 февраля 2022 года

Дело №

А56-102997/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 февраля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 февраля 2022 года.

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Мирошниченко В.В., судей Богаткиной Н.Ю., Колесниковой С.Г.,

при участии от финансового управляющего  ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 19.05.2021),

рассмотрев 15.02.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего ФИО3 – ФИО1 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.03.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.09.2021 по делу                  № А56- 102997/2019/сд.1,  

 

у с т а н о в и л :

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 финансовый  управляющий ФИО1 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  с заявлением, в котором просил признать недействительными сделками цепочку сделок по отчуждению квартиры, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, Дибуновская ул., д. 50, лит. А, кв. 360.

Определением от 16.03.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.09.2021, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе финансовый  управляющий ФИО1 просит отменить определение от 16.03.2021 и постановление от 20.09.2021, заявление удовлетворить.

Податель жалобы полагает, что им доказана совокупность обстоятельств, необходимых для признания  оспариваемых договоров недействительными сделками на основании пункта 2 статьи 61.2 и статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

По мнению финансового управляющего,  должник по состоянию на дату заключения договора купли-продажи от 04.06.2018 с ФИО4  обладал признаками неплатежеспособности, поскольку у него имелись неисполненные обязательства перед ФИО5 в размере 16 749 900 руб. возникшие из договора купли-продажи, заключенного  в 2016 году.

Кроме того, финансовый управляющий считает, что оспариваемые договор купли-продажи и последующий договор дарения от 30.01.2020, по условиям которого ФИО6 подарила ФИО7, ФИО8 и  ФИО9 по 1/6 долей  в праве собственности на спорную квартиру являются цепочкой сделок  направленной  на безвозмездное отчуждение должником рассматриваемой квартиры и могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ. 

Также податель жалобы полагает, что сделки по отчуждению 30.01.2020 в пользу  ФИО7, ФИО8 и  ФИО9 по 1/6 долей  в праве собственности спорной квартиры также могут быть признаны недействительными на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве, поскольку заключены после возбуждения дела о банкротстве. 

В судебном заседании представитель финансового управляющего поддержал доводы жалобы.

Остальные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в силу статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами, между должником и его невесткой ФИО6  04.06.2018 был заключен договор купли-продажи, по условиям которого должник продал  ФИО6 квартиру № 360, расположенную по адресу:                       Санкт-Петербург, Дибуновская ул., д.50. 

Стоимость квартиры определена сторонами в размере 10 000 000 руб.

В соответствии с пунктом 4 договора купли-продажи покупатель выплачивает названную сумму продавцу в течение одного дня после подписания договора.

Впоследствии, 31.12.2019, между ФИО6 и ФИО7, ФИО8, ФИО9 (несовершеннолетние сыновья) заключен договор дарения в соответствии с которым ФИО6 подарила каждому из них по доле в размере 1/6 в праве собственности на указанную квартиру. 

Решением от 15.12.2019 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина.

Финансовый управляющий, полагая, что названные сделки по отчуждению должником квартиры совершены с целью причинения вреда кредиторам ФИО3 и вывода ликвидного актива из состава имущества должника, который  на момент их совершения имел признаки неплатежеспособности, обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

В силу положений статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как разъяснено в абзаце первом пункта 88  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. Цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю. Наличие доверительных отношений позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок. 

Само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170  ГК РФ.

В таком случае к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка); при этом предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В данном случае суды установили, что  договор купли-продажи квартиры между должником и ФИО6 заключен в июне 2018 года, а договор дарения трех долей в размере по 1/6 в спорной квартире оформлен ФИО6 в пользу сыновей 31.12.2019. 

При этом  суды отклонили довод финансового управляющего о наличии у должника в 2018 году признаков  неплатежеспособности.

Как указал суд апелляционной инстанции, постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2021 по настоящему делу установлено, что неплатежеспособность должника возникла только 05.12.2019 в связи с оглашением резолютивной части решения о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом).

Вместе с тем, в пункте 6 Постановления N 63 разъяснено, что при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. 

В статье 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества определена как превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Возникновение у должника признаков неплатежеспособности не связывается Законом о банкротстве с датой  вынесения судом решения о признании последнего несостоятельным (банкротом).

Кроме того, ссылка на  постановление от 18.01.2021 по иному обособленному в рамках настоящего дела о банкротстве, в данном случае некорректна, поскольку суд апелляционной инстанции в названном споре ориентировался на дату принятия решения о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом)  в целях определения момента с которого                АО АКБ «Газбанк» (вторая сторона по другой сделке должника) могло стать известно о неплатежеспособности должника.

В тоже время при рассмотрении настоящего спора судами не установлено, что на дату заключения оспариваемых сделок у  должника имелось иное имущество, достаточное для удовлетворения требований кредиторов.

При этом требование  ФИО5 в размере 16 749 900 руб., существовавшее на момент заключения оспариваемых договоров удовлетворено не было  и включено в реестр требований кредиторов должника.

Также суды пришли к выводу, что сделка с ФИО6  является возмездной, поскольку условия договора предполагали передачу должнику денежных средств в сумме 10 000 000 руб., в связи с чем отсутствуют основания признания ее заключенной с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. 

Вместе с тем, судами не дана оценка тому, что ФИО6, как и   ФИО7, ФИО8,  ФИО9, является заинтересованными по отношению к должнику лицами; ФИО6 зарегистрирована в спорной квартире с 02.06.2011,  ФИО7 с 02.12.2019, ФИО8 с 17.04.2015, ФИО9 с 03.05.2012, при этом доказательств наличия экономической целесообразности в заключении оспариваемого договора купли-продажи и в последующем договора дарения долей, сторонами сделки не представлено.

Кроме того судами не учтено, что должник, возражая против удовлетворения заявления, уклонился от пояснений относительно оплаты спорной квартиры, доказательства такой оплаты или принятия мер по взысканию задолженности не представил, на какие цели была им израсходована  названная сумма, в случае  ее получения, не указал.

ФИО6 доказательства оплаты спорной квартиры также не представила, при этом судами не проверено, имелась ли у нее финансовая возможность выплатить названную сумму.

Названные обстоятельства в совокупности могут свидетельствовать при определенных условиях о заключении  должником  и ФИО6 оспариваемых сделок с целью безвозмездного отчуждения принадлежащего должнику имущества заинтересованному лицу для избежания обращения на него взыскания.

Ввиду изложенного суд кассационной инстанции полагает, что обжалуемые судебные акты приняты при  неполном выяснении фактических обстоятельств имеющих  существенное значение для рассмотрения спора,  а выводы судов об отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными, преждевременны.

С учетом названного обжалуемые судебные акты  в силу статьи 288 АПК подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду необходимо учесть изложенное, установить и исследовать все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, дать правовую оценку всем доводам и возражениям лиц, участвующих в деле,  в том числе проверить имеются ли у должника иные  жилые помещения пригодные для проживания с учетом признания за ним решением Приморского районного суда г. Санкт-Петербурга от 08.06.2020 по делу № 2-275/20 права собственности на доли в размере 1/2 в квартире, расположенной по адресу:  Санкт-Петербург, Дибуновская 

<

...>, а также   в жилом доме, расположенном по адресу: Ленинградская обл., Выборгский р-н, муниципальное образование «Полянское сельское поселение», ДНП «Коттеджный поселок «Золотые пески», Миллионная ул., д. 27/3, с целью определения может ли спорная квартира быть отнесена к единственному пригодному для проживания должника помещению.

В силу абзаца второго части 3 статьи 289 АПК РФ при отмене судебного акта с передачей дела на новое рассмотрение вопрос о распределении судебных расходов разрешается судом, вновь рассматривающим дело. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.03.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.09.2021 по делу № А56-102997/2019 отменить.

Дело направить в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение.

 

 

Председательствующий

В.В. Мирошниченко

Судьи

 

Н.Ю. Богаткина

С.Г. Колесникова