ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-16363/2023

Дело № А41-34781/21

23 октября 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 октября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  23 октября 2023 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи   Терешина А.В.,

судей: Епифанцевой С.Ю., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании: 

от ФИО2 - ФИО3, представитель по доверенности от 19.07.2022,

от ФИО4 - ФИО5, представитель по доверенности от 07.04.2022,

от конкурсного управляющего ООО «Семеновское» - ФИО6, представитель по доверенности от 20.08.2023,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2  на определение Арбитражного суда Московской области от 14.07.2023 по делу  № А41-34781/21,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 17.01.2022 должник ООО «Семеновское» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) признан несостоятельным (банкротом) и в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на 6 (шесть) месяцев, до 17.07.2022.

Конкурсным управляющим ООО «Семеновское» утверждена ФИО7, член САУ СРО «Дело». 

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о привлечении бывших руководителей должника ФИО8, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Семеновское». В части определения размера ответственности просил приостановить до окончания расчетов с кредиторами. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 23.05.2022 привлечен к участию в обособленном споре в качестве соответчика ФИО2.

Определением от 14.07.2023 Арбитражный суд Московской области признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО8 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Семеновское». 

В части размера ответственности производство по заявлению приостановил до окончания расчётов с кредиторами. 

В привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права.

До начала судебного разбирательства 16.10.2023 от представителя ФИО2 поступило ходатайство об истребовании у ФКУ «Исправительная колония №6» УФСИН России по Московской области доказательств – сведения о том, был ли освобожден ФИО2 от отбытия наказания.

Положениями статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлен порядок представления, а также истребования доказательств у участников судебного разбирательства и у иных лиц, которые могут обладать необходимыми суду доказательствами.

Частью 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено право лица, участвующего в деле и не имеющего возможности самостоятельно получить необходимое доказательства от лица, у которого оно находится, обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. 

В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения. При удовлетворении ходатайства суд истребует соответствующее доказательство от лица, у которого оно находится.

Между тем, заявитель не доказал факт необходимости истребования запрашиваемых сведений, в связи с чем ходатайство подлежит отклонению.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 АПК РФ.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Из выписки из Единого государственного реестра юридических (ЕГРЮЛ) ООО «Семеновское» зарегистрировано 21.01.2004 г. 

С 25.01.2015 г. по 19.12.2018 г. единоличным исполнительным органом ООО «Семеновское» являлась ФИО4. 

С 19.12.2018 г. по 17.01.2022 г. единоличным исполнительным органом должника являлся ФИО8. 

ФИО2 (ИНН 

<

***>) с 25.01.2015 г. является учредителем должника. 

Также он занимал руководящую должность в банке КБ «РТБК» (ООО), перед которым общество-должник имеет основные неисполненные обязательства.

Суд первой инстанции пришел к выводу о наличии основания для привлечения к ответственности ФИО8 и ФИО2 за совершение сделок, а также ФИО8 за непередачу документации конкурсному управляющему.

Конкурсный управляющий также указал на неисполнение ответчиками  обязанности по обращению в суд с заявлением о признании общества банкротом.

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в частности в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Заявление должника должно быть направлено в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закон о банкротстве).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 8, 9 Постановления N 53 руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве, если он не исполнил обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзаце 7 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

При этом необходимо учитывать, что субсидиарная ответственность является видом гражданско-правовой ответственности, т.е. наступает при наличии вины. В связи с этим по смыслу абзаца шестого пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность руководителя обратиться с заявлением должника возникает в момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный менеджер в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника, в том числе по причине просрочки в исполнении обязанности по уплате обязательных платежей (пункт 26 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

Таким образом, в силу указанных норм права и разъяснений их применения, при установлении оснований для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности в связи с нарушением обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом значимыми являются следующие обстоятельства:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия исходя из стандартной управленческой практики;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

С учетом изложенного, при установлении обязанности у руководителя по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, оснований для привлечения к ответственности в связи с ее нарушением, надлежит исследовать не только финансовые показатели юридического лица, но и осуществляемую обществом в спорный период хозяйственную деятельность; те обстоятельства, в которых принимались руководителем должника соответствующие решения.

Конкурсным управляющим была указана дата возникновения признаков банкротства и необходимости подачи заявления в суд – 18.12.2016 г. 

Вместе с тем, не указан соответствующий ей объем ответственности по возникшим после этого обязательствам. 

При этом конкурсным управляющим не учтено, что само по себе наличие судебных споров не является безусловным основанием для вывода о том, что у должника имелись признаки объективного банкротства и (или) недостаточности имущества. 

Указанный подход соответствует позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 18.07.2003 N 14-П, согласно которой формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. 

Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве. 

Таким образом, конкурсный управляющий не доказал, что датой объективного банкротства должника является 18.12.2016 г. 

Кроме того, дополнительные обязательства, которые должник принимал не себя злонамерено с целью причинения кредиторам вреда, конкурсным управляющим также не приведены. 

Кроме того, конкурсный управляющий просил привлечь к ответственности ответчиков за непередачу документов.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Подпунктом 2 пункта 2 указанной статьи закреплено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу требований абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование Закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему получить полную и достоверную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках, исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с чем, невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона N 402-ФЗ от 06.12.11 "О бухгалтерском учете" ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

Установленная статьей 61.11 Закона о банкротстве ответственность контролирующих должника лиц соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (ст. 6, ст. 29 Федерального закона N 402-ФЗ от 06.12.11 "О бухгалтерском учете") и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве).

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием Закона. Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражения в бухгалтерской отчетности достоверной информации.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

Таким образом, законодатель презюмирует возникновение несостоятельности (банкротства) должника вследствие такого действия его руководителя как отсутствие обязательных документов бухгалтерского учета и (или) отчетности. Обязанность опровержения указанной презумпции лежит на привлекаемом к ответственности лице.

Исходя из смысла указанной нормы, арбитражный суд устанавливает обстоятельства наличия или отсутствия бухгалтерской документации для цели привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности на основе исследования представленных доказательств в подтверждение имущественного состояния должника, которое отражается в бухгалтерском балансе. В данном случае имеют существенное значение для дела обстоятельства наличия имущества должника, ведение им хозяйственной деятельности за отчетный период, предшествующий процедуре банкротства.

Таким образом, именно на  ответчиках в силу статей 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и вышеуказанных разъяснений возложено бремя опровержения данной презумпции (при ее доказанности), в частности, что документы переданы конкурсному управляющему либо их отсутствие не привело к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Данный вывод суда согласуется с позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 16 октября 2017 года по делу N А33-17721/2013.

Между тем, судом установлено, что решением суда от 17.01.2022 года суд обязал руководителя должника в трехдневный срок передать конкурсному управляющему печати и штампы, материальные ценности, бухгалтерскую и иную документацию.

Кроме того, определением суда от 22.08.2022 г. суд обязал ФИО8 передать конкурсному управляющему ООО "Семеновское" оригиналы документов и материальные ценности должника за период с 2017 г. по настоящее время согласно списку. 

В материалах дела отсутствуют сведения о надлежащем исполнении бывшим руководителем должника своих обязанностей по передаче бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей.

В связи с тем, что ФИО8 не переданы документы конкурсному управляющему, кредиторам должника был причинен ущерб, поскольку невозможно удовлетворить их требования в полном объеме, затруднительно выявить все имущество должника и дебиторскую задолженность, которая не может быть истребована в судебном порядке. 

Неисполнение ФИО8 требований абз. 2 п. 2 ст. 126 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и решения Арбитражного суда Московской области от 22.11.2021 г. по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации, а также материальных и иных ценностей должника привело к следующим последствиям: невозможности определения активов должника и их идентификации, что повлекло за собой невозможность реализации данных активов для пополнения конкурсной массы должника; невозможности выявления дебиторской задолженности должника и ее взыскания в конкурсную массу; невозможности выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, невозможности проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы. 

Таким образом, неисполнение бывшим руководителем должника обязанности обеспечить передачу конкурсному управляющему бухгалтерской документации должника и иной информации, касающейся финансово-хозяйственной деятельности должника существенно затруднило выполнение управляющим предусмотренных законом мероприятий в рамках конкурсного производства, направленных на установление и пополнение конкурсной массы должника. 

Отсутствие у конкурсного управляющего сведений о финансово-хозяйственной деятельности ООО «Семеновское» не позволило ему выявить каких-либо активов, подлежащих включению в конкурсную массу должника, равно как найти убедительные доказательства для признания недействительными сделок, совершенных с имуществом должника, и для предъявления от имени должника виндикационных требований к третьим лицам. 

Указанные последствия являются существенными и непосредственно влекут за собой нарушение имущественных прав кредиторов должника, обоснованно рассчитывавших на полное или частичное удовлетворение своих требований в процедуре конкурсного производства. 

Данные обстоятельства свидетельствуют о наличии причинно-следственной связи между бездействием ФИО8, выразившемся в непередаче документации и имущества должника конкурсному управляющему, и наступившими последствиями в виде невозможности наиболее полного удовлетворения требований кредиторов должника вследствие невозможности формирования конкурсной массы должника в полном объеме.

Таким образом, формирование конкурсной массы невозможно ввиду непередачи руководителем должника документации и имущества должника. 

Требования кредиторов не погашены. Вследствие нарушения бывшим руководителем должника п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве и неисполнения своей обязанности по передаче документов конкурсному управляющему, были нарушены интересы кредиторов должника. 

Непередача документации исключила возможность установления и реализации активов должника, а также выявления конкретного имущества общества, за счет которых могли быть удовлетворены требования кредиторов и текущие расходы конкурсного управляющего. 

Таким образом, суд апелляционной инстанции также признает ФИО8 подлежащим привлечению к субсидиарной ответственности по указанному основанию.

Определением суда от 22.08.2022 г. установлено, что ФИО4 не является руководителем должника с 19.12.2018 г., доказательства о наличии испрашиваемой документации в ее распоряжении в материалах дела отсутствуют. 

Также не представлено доказательств нахождения у ФИО2 истребуемой документации. 

Таким образом, судом первой инстанции в истребовании документации у ФИО4 и ФИО2 отказано правомерно.

В настоящем обособленном споре конкурсным управляющим также не представлено доказательств того, что ФИО4 и ФИО2 являются субъектом субсидиарной ответственности по рассматриваемому основанию.

Тем не менее, при анализе расчетного счета должника № 4070281000000001490, открытого в КБ «РТБК» (ООО), конкурсным управляющим выявлен ряд сделок, которые причинили существенный вред должнику, а именно за период с 30.11.2016 г. с расчетного счета ООО «Семеновское» в пользу третьих лиц перечислено 18 683 857,19 руб. 

Кроме того, должником заключены два договора купли-продажи недвижимого имущества от 09.08.2018 г. на приобретение двух земельных участков, с кадастровыми № 69:29:0000018:332 и № 60:09:0074101:412. 

В результате заключения указанных договоров, должник приобрел земельные участки с назначением для сельскохозяйственного использования по стоимости в         96 000 000 руб., при том, что кадастровая стоимость объектов составляет 141 506,30 руб. и 862 611,96 руб. 

Фактически, указанные участки были приобретены по стоимости, превышающей их более чем в 100 раз. 

Вред был выражен в возникновении необоснованной задолженности в размере 96 000 000 руб. в пользу ООО «СХП «Семеновские газоны» (требование включено в реестр требований кредиторов должника на основании определения Арбитражного суда Московской области от 24.11.2021 г. по делу № А41-34781/2021). 

Также, в 2017 г. должником совершены сделки, направленные на отчуждение ликвидных земельных участков, так: 

- 21.09.2017 г. заключен договор между ООО «Семеновское» и ФИО9 купли-продажи недвижимого имущества (здание магазина, здание магазина промтоварного, здание магазина хозяйственного). 

Оплата по договору в размере 7 714 953 руб. на счета должника не поступала;

- 06.04.2017 г. заключен договор между ООО «Семеновское» и ООО «Газонагро Сити» об отчуждении недвижимого имущества – 23 объекта недвижимого имущества.

Оплата по указанному договору в размере 86 400 000 руб. на счета должника не поступала. 

В рамках процедур банкротства конкурсным управляющим оспорены указанные сделки. 

Так, определением суда от 08.07.2022 г. признан недействительным договор купли-продажи недвижимости от 06.04.2017 г., государственная регистрация права 17.08.2018 г., между ООО «Семеновское» и ООО «Газонсити Агро». 

Суд обязал ООО «Газонсити Агро» вернуть ООО «Семеновское» имущество, переданное по договору. 

Определением суда от 31.03.2023 г. признаны недействительными договор купли-продажи недвижимого имущества от 21.09.2017 г., заключенный между ООО «Семеновское» и ФИО9; договор купли-продажи недвижимого имущества от 22.10.2017 г., заключенный между ФИО9 и ФИО10; договор купли-продажи недвижимого имущества от 17.10.2017 г., заключенный между ФИО9 и ФИО11; договор купли-продажи недвижимого имущества от 25.11.2017 г., заключенный между ФИО11 и ФИО12; договор купли-продажи недвижимого имущества от 29.12.2017 г., заключенный между ФИО10 и ФИО13; договор купли-продажи недвижимого имущества от 28.05.2018 г., заключенный между ФИО13 и ФИО14. 

Суд обязал ФИО12 вернуть в конкурсную массу ООО «Семеновское» здание магазина хозяйственного, назначение нежилое здание, общая площадь 304,30 кв. м, инв. №134:041-13188-29, кадастровый номер 50:18:0000000:5573, адрес объекта: Московская область, Можайский район, с. Семеновское. 

Также суд обязал ФИО14 вернуть в конкурсную массу ООО «Семеновское» здание магазина, назначение нежилое здание, общая площадь 296,10 кв. м, количество этажей 1, инв. №134:041-13189-13, кадастровый номер 50:18:0060305:152, адрес объекта: Московская область, Можайский район, дер. Кусково, а также здание магазина промтоварного, назначение нежилое здание, общая площадь 288,50 кв. м, количество этажей 1, инв. № 134:041 -13188-28, кадастровый номер 50:18:0000000:5650, адрес объекта: Московская область, Можайский район, с. Семеновское. 

При этом суд пришел к выводу о безвозмездном характере сделок при отсутствии какого-либо встречного предоставления в адрес должника.

В соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В ранее действовавшей норме статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона N 134-ФЗ) содержалось аналогичное основание привлечения к субсидиарной ответственности: "пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона".

Таким образом, порядок реализации ответчиками принадлежащих им субъективных прав в статусе контролирующих должника лиц подчинялся тем же правилам и ограничениям, которые действовали в соответствующие периоды совершения им вредоносных сделок.

В этой связи рассмотрение основанного на абзаце втором пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве требования конкурсного управляющего является правомерным и не противоречит частно-правовому принципу недопустимости придания обратной силы закону, поскольку не ухудшает положение ответчиков по сравнению с ранее действовавшим регулированием.

При таких обстоятельствах в настоящем споре подлежат применению разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53), в той их части, которая не противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве в приведенных выше редакциях.

Ответственность контролирующих лиц должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на этих лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда (статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Кодекса), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

В силу норм пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Таким образом, бремя доказывания добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда должнику и его кредиторам презюмируется.

Конкурсный управляющий, либо кредиторы не обязаны доказывать их вину как в силу общих принципов гражданско-правовой ответственности (пункту 2 статьи 401, пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и специальных положений законодательства о банкротстве.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 16 Постановления N 53, следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Судом установлено, что с 25.01.2015 г. по 19.12.2018 г. единоличным исполнительным органом ООО «Семеновское» являлась ФИО4. 

Участниками общества «Семеновское» с 21.01.2016 г. являлись: 

- ООО «ПАРАНГОН-2000» в размере 99,80% уставного капитала; 

- ФИО2 в размере 0,20% уставного капитала. 

ООО «ПАРАНГОН-2000» ликвидировано вследствие процедуры банкротства - 06.12.2019 г. 

При этом с 06.10.2014 г. учредителем ООО «ПАРАНГОН-2000» являлся ФИО2 с долей в уставном капитале 100%. Он же являлся его руководителем до 18.09.2017 г. 

Таким образом, суд признает фактическим бенефициаром ООО «Семеновское» ФИО2. 

Суд отклоняет довод ФИО2 об утрате контроля над должником ввиду открытия в отношении ООО «ПАРАНГОН-2000» с 18.09.2017 г. конкурсного производства.

Действительно, согласно п. 2 ст. 126, п. 3 ст. 129 Закона о банкротстве после введения конкурсного производства полномочия руководителя должника прекращаются, общие собрания участников не проводятся, а имуществом должника, в том числе правами из участия в юридически лицах, распоряжается конкурсный управляющий должника. 

Вместе с тем, само по себе введение процедуры в отношении участника должника, не лишает возможности контроля над обществом, поскольку конкурсный управляющий становится руководителем должника, а не его участником. 

Кроме того, оспоренная сделка с ООО «Газонсити Агро» на сумму 86 400 000 руб. подписана должником 06.04.2017 г. При этом участник должника, а именно ФИО2, являясь руководителей и участником ООО «ПАРАНГОН-2000», не мог не знать о ее совершении. 

Доказательств обратного не представлено. 

Из материалов дела следует, что в период до 31 января 2015 г. ООО «Газонагро Сити» являлось участником должника с долей в уставном капитале 100%. С 21 января 2016 г. участниками должника являлись ООО «ПАРАНГОН-2000» и ФИО2. ООО «Семеновское» и ООО «Газонагро Сити» расположены по одному адресу: 143273, Московской области, г. Можайск, с. Семеновское. 

При этом на дату совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные требования кредиторов, впоследствии включенные в реестр требований кредиторов должника, в частности возникшее в 2016 г. требование ООО "КБ "Русский Торговый Банк", подтвержденное постановлением суда от 06.10.2020 г., требование ООО "СК "Двина", просрочка перед которым допущена с августа 2017 г. 

Задолженность перед ООО «КБ «Русский Торговый банк» возникла в 2014 году, т.е. в период, когда участником должника было ООО «Газонсити Агро». 

В начале 2015 г. ООО «Газонсити Агро» продало свою долю в пользу третьего лица, и вышло из состава участников должника. 

Довод  ФИО2 о недоказанности аффилированности отклоняются судом на основании следующего. 

Вступившими в законную силу судебными актами в рамках процедуры банкротства ООО "КБ "Русский Торговый банк" по делу № А40-107704/2018 подтверждено, что ФИО2 в период с 2010 по 2017 гг. являлся генеральным директором ООО "Парангон-2000", а с 2014 г. также являлся единственным участником данного юридического лица. 

Как установлено в определении Арбитражного суда города Москвы от 27.10.2020 по делу N А40-107704/2018-174-140, оставленным без изменений постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2021 г. и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 28.06.2021 г., ФИО2 занимал должность начальника управления недвижимости ООО "КБ "Русский Торговый банк". Также в период с 01.06.2017 г. по 31.05.2018 г. ФИО2 работал в АО «Русская факторинговая компания» в должности заместителя генерального директора. 

Аффилированность АО «РФК» по отношению к КБ «РТБК» (ООО) подтверждена принятыми в рамках дела №А40-107704/2018 о несостоятельности (банкротстве) КБ «РТБК» (ООО) судебными актами по иным обособленным спорам (определение Арбитражного суда г. Москвы от 26.06.2020 г. и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.09.2020 г.). 

Судами также установлено, что ООО «СК Двина» имеет экономические отношения с ООО «Ист Бридж Напта», ООО «Семеновское» и АО «Геоинвест» по предоставлению займов. 

Адрес одного из участников ООО «Ист Бридж Напта» – ФК «Долина» совпадает с бывшим адресом участника банка ООО «Родонт» и совпадает в части здания с действующим участником банка АО «Русинвестактив». 

Единственный участник общества ФК «Долина» ФИО2 ранее являлся генеральным директором ООО "Центр столицы" (участник Банка с долей 7,81%), занимал должность Начальника управления недвижимости Банка. ООО «ГазонСити Агро», являющийся участником Банка с долей 19,32%, являлся ранее также владельцем ООО «Семеновское» (доля 100%.). 

ФИО15 являлся сотрудником ООО «ГазонСитиАгро» - участника КБ «РТБК» (ООО) с долей 19,32%. При этом генеральным директором и лицом, владеющим 100% уставного капитала ООО «ГазонСитиАгро» является ФИО16, который также являлся членом коллегиального исполнительного органа - Совета Банка (Наблюдательного совета). Действия Банка, ООО «Электро-Эксперт», ФИО15, ФИО17 и ФИО18 по перечислению денежных средств на счета физических лиц в размере, не превышающем 6 811 156,93 руб., с их последующим снятием частями судами оценены с намерением избежать формального нарушения предписания Банка России. 

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов кредитора и должника допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. 

Второй из названных механизмов по смыслу абз. 26 ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. 

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. 

При представлении доказательств фактической аффилированности должника с участником процесса (например, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной), на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. 

При таких условиях суд признает доказанным факт заинтересованности ФИО2 и ООО «Газонагро Сити». 

Кроме того, суд учитывает, что основной объем обязательств должника сформировался в связи с принятием на себя обязательств по кредитным договорам перед ООО «КБ «РТБК» (мажоритарный кредитор в деле о банкротстве). 

При этом должник последовательно принимал на себя обязательства по непогашенным кредитам: 

- по договору №КЮ-КЛВ-15/14/44 от 01.04.2014 г. на сумму 3 000 000 руб., 

- по договору №КЮ-КЛВ-24/14/73 от 26.05.2014 г. на сумму 4 350 000 руб. - по договору №КЮ-КЛВ-33/14/87 от 23.06.2014 г. па сумму 9 425 000 руб.

- по договору №КЮ-КЛВ-48/13/230 от 19.11.2013 г. на сумму 60 000 000 руб. 

- по договору №КЮ-КЛВ-49/13/238 от 27.11.2013 г. на сумму 22 000 000 руб. 

- по договору №КЮ-КЛВ-51/13/241 от 02.12.2013 г. на сумму 35 000 000 руб. 

- по договору №КЮ-КЛВ- 76/14/165 от 25.11.2014 г. на сумму 5 350 000 руб.

 - по договору №КЮ-КЛВ-82/14/182 от 18.12.2014 г. на сумму 3 000 000 руб. 

- по договору №КЮ-КЛВ-13/16/32 от 26.02.2016 г. на сумму 9 984 740 руб. 

- по договору №КЮ-КЛВ-81/16/221 от 29.08.2016 г. на сумму 10 000 000 руб. 

- по договору №КЮ-Ю1В-117/16/323 от 09.12.2016 г. на сумму 2 011 835,62 руб. 

- по договору №КЮ-КЛВ-04/17/13 от 24.01.2017 г. на сумму 21 572 410,36 руб.

Получение кредитных денежных средств носило последовательный характер на протяжении длительного периода: с 2014 по 2017 год. 

При этом полученные кредитные средства сразу же перечислялись в адрес третьих лиц.

Фактически сложились обстоятельства, что в день получения ссуды по кредиту, должник сразу же переводил все или почти все денежные средства в адрес фирм-однодневок.

 Согласно выписке по расчетному счету прослеживаются следующие организации: ООО «СтройАльянс» (ИНН 

<

***>, компания ликвидирована 12.01.2017 г.), ООО «Газонагро Сити» (ИНН 

<

***>), ООО «СпецМетПрофиль» (ИНН 

<

***>, компания ликвидирована в 12.09.2019 г.), ООО «СХП «Семеновские газоны» (ИНН 

<

***>, находится в процедуре банкротства). 

Суду не раскрыты мотивы ведения бизнеса, когда денежные средства, получаемые в качестве ссуды по кредиту, направлялись в адрес третьих лиц, либо аффилированных лиц. 

При этом суд также учитывает, что определением Арбитражного суда Московской области по делу № А41-34781/21 от 13.12.2021 г. в реестр требований кредиторов должника включены требования ООО "КБ "Русский Торговый банк" в размере 202 693 985, 98 руб. основного долга. 

Требование кредитора основано на указанных выше договорах №КЮ-КЛВ-06/15/17 от 25.02.2015 г., № КЮ-КЛВ-15 14/44 от 01.04.2014 г., № КЮ-КЛВ-24/14/73 от 26.05.2014 г., № КЮ-КЛВ-33/14/87 от 23.06.2014 г., № КЮ-КЛВ-48/13/230 от 19.11.2013 г., № КЮКЛВ-49/13/238 от 27.11.2013 г., № КЮ-КЛВ-51/13/241 от 02.12.2013 г., № КЮ-КЛВ76/14/165 от 25.11.2014 г., № КЮ-КЛВ-82/14/182 от 18.12.2014 г., № КЮ-КЛВ-13/16/32 от 26.02.2016 г., № КЮ-КЛВ-81/16/221 от 29.08.2016 г., № КЮ-ЮIB-117/16/323 от 09.12.2016 г., № КЮ-КЛВ-04/17/13 от 24.01.2017 г. 

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.10.2020 г. по делу № А40-107704/2018 признано недействительным, в том числе соглашение об уступке права требования № 2 от 18.04.2018 г., заключенное между ООО "КБ "Русский Торговый банк" и ФИО19; применены последствия недействительности сделки в виде восстановления прав требования ООО "КБ "Русский Торговый банк" к ООО «Семеновское» по кредитным договорам. 

Определением Арбитражного суда Московской области по делу № А41-34781/21 от 30.06.2021 г. в реестр требований кредиторов ООО «Семеновское» включено требование ООО «СК «Двина» на общую сумму 2 064 985, 45 руб., из них 788 991,76 руб. основного долга, 501 203, 78 руб. процентов и 774 789,91 руб. пени. 

Требование кредитора основано на договоре займа от 27.08.2015 г. № 2708-2015 в размере 2 615 000 руб. со сроком возврата 22.08.2017 г., задолженность взыскана решением Арбитражного суда города Москвы от 09.07.2020 г. по делу № А40-80652/20-137-626. 

Таким образом, судом установлено, что ФИО2 является контролирующим лицом, а, следовательно, является субъектом субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Семеновское». 

При этом опровергающие доказательства представителем ФИО2 в материалы дела не представлены, а пояснения по поводу установленной модели ведения бизнеса и совершения убыточной для должника сделки не даны. 

В отношении ФИО4 материалами дела подтверждается номинальный характер ее руководства должником с 25.01.2015 г. по 19.12.2018 г. 

Фактически ФИО4 в период с 01.08.2007 г. по 20.02.2019 г. работала в должности агронома в ООО "Риком" и ООО "СПХ "Семеновские газоны", получала заработную плату. 

Доказательств осуществления руководства должником материалы дела не содержат, равно как и документов, которые подписывались лично ФИО4 или содержали ее распоряжения по имуществу должника. 

В условиях отсутствия у нее фактического контроля над обществом отсутствуют основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Семеновское». 

Отказывая в привлечении ФИО4 к ответственности, арбитражный суд также учитывает ее активное поведение в судебном разбирательстве по делу о банкротстве, сотрудничество с конкурсным управляющим, содействие в сборе документации о деятельности общества и его активах. 

Доводы заявителя о пропуске заявителем срока исковой давности отклоняется судом, поскольку в силу действующего законодательства заявление о привлечении к ответственности может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (п. 5 ст. 61.14 Закона о банкротстве). 

Согласно п. 7 ст. 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному ст. 61.11 Закона о банкротстве, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Согласно п. 41 постановления Пленума N 53 по смыслу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве приостановление производства по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, осуществляется судом при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности.

В этом случае суд, в том числе суд апелляционной инстанции (при установлении оснований для привлечения контролирующего должника лица к ответственности при рассмотрении апелляционной жалобы на определение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении соответствующего требования), выносит определение (постановление) о приостановлении производства по обособленному спору, в резолютивной части которого должны содержаться указание на приостановление производства по спору и вывод о наличии оснований привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, а в мотивировочной части приводит обоснование соответствующего вывода. Такой судебный акт как в части вывода о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, так и в части приостановления производства по спору может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Поскольку на момент рассмотрения настоящего заявления не сформирована конкурсная масса, конкурсным управляющим не произведены расчеты с кредиторами, суд приостанавливает  производство по обособленному спору.

Доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку норм материального права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого определения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 14.07.2023 по делу  №А41-34781/21 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Московского округа в месячный срок со дня его принятия. Подача жалобы осуществляется через Арбитражный суд Московской области.

 

Председательствующий cудья 

 

А.В. Терешин

Судьи 

 

С.Ю. ЕпифанцеваН.В. Шальнева