АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-10893/21 

Екатеринбург

28 февраля 2022 г.

Дело № А60-53820/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 21 февраля 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 февраля 2022 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Столяренко Г.М.,

судей Павловой Е.А., Новиковой О.Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 16.09.2021 по делу № А60-53820/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2021 по тому же делу.

Определением суда округа от 08.02.2022 судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы отложено на основании части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на 21.02.2022.

В судебном заседании 21.02.2022 приняли участие:

представитель финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 24.06.2021);

ФИО3, ее представитель – ФИО4 (доверенность от 16.04.2021).

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились, явку своих представителей не обеспечили.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 02.11.2020 по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО6 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО5 (далее – должник).

Определением суда от 22.12.2020 должник признан несостоятельным (банкротом) с введением процедуры реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО1, требование ФИО6 в размере 4 459 001 руб. включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 21.04.2021  умерший гражданин-должник ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, применены правила параграфа 4 главы Х Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве) о банкротстве гражданина в случае его смерти. 

Финансовый управляющий ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным соглашения об уступке прав требований (цессии) от 06.11.2019, заключенного ФИО3 и должником, применении последствий недействительности сделки в виде возврата права требования к ФИО6 в размере 1 000 000 руб. в конкурсную массу должника

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.09.2021  в удовлетворении требований финансового управляющего отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда                от 25.11.2021 определение суда первой инстанции оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе финансовый управляющий ФИО1  просит отменить определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления, ссылается при этом на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.  Заявитель кассационной жалобы не согласен с выводом судов о заключении между должником и ФИО3 договора об отступном, указывает на то, что фактически суды установили факт заключения договора вопреки требованиям статьи 162 Гражданского кодекса Российской Федерации лишь на основании свидетельских показаний самой ФИО3, при этом проигнорировав факт заинтересованности сторон и не предложив ответчику преодолеть повышенный стандарт доказывания его процессуальной позиции; судами не проанализирована финансовая возможность указанного лица передать должнику 30.03.2017 денежные средства в размере 1 000 000 руб., неверно распределено бремя доказывания, достоверность передачи денег не подтверждается материалами дела, не установлено, какой доход имела ФИО3, последняя не подтвердила документально, какую часть средств дохода она расходует на обеспечение своей жизнедеятельности; судами первой и апелляционной инстанций не установлен источник происхождения наличных денежных средств, переданных по расписке.

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судами, согласно расписке от 07.04.2017 ФИО6 получила от ФИО5 в долг денежные средства в размере 1 000 000 руб. сроком до 31.12.2017.

По соглашению от 06.11.2019 ФИО5 (цедент) уступил ФИО3 (цессионарий) право (требование) к ФИО6 в отношении задолженности по договору займа от 07.04.2017, а также права требования, обеспечивающие исполнение обязательств, и другие права, связанные с правом требования по договору займа.

ФИО6 уведомлена об уступке права требования 06.11.2019.

ФИО3 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО6 о взыскании суммы займа, процентов и пени на основании вышеуказанного соглашения.

Заочным решением Кузьминского районного суда города Москвы от 07.10.2020 исковые требования удовлетворены: с ФИО6 в пользу ФИО3 взысканы сумма основного долга в размере 1 000 000 руб., проценты по договору за период с 08.04.2017 по 31.12.2017 в размере 312 666 руб., а также проценты в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с 01.01.2018 по 31.12.2019 в размере 193 744 руб., почтовые расходы в размере 210 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 15 735 руб.

Ссылаясь на вышеуказанные обстоятельства, полагая, что сделка по уступке права требования совершена должником безвозмездно в пользу заинтересованного лица в период подозрительности, установленный статьей 61.2 Закона о банкротстве, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, поскольку на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности, в результате чего был причинен вред имущественным правам кредиторов, о чем ФИО3 должна была знать, финансовый управляющий ФИО1 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о признании недействительным соглашения об уступке права требования от 06.11.2019.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63), в силу указанной выше нормы права для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как усматривается из материалов дела, оспариваемая сделка совершена в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (дело возбуждено 02.11.2020, соглашение заключено 06.11.2019).

Финансовый управляющий в обоснование заявленного требования ссылался на безвозмездность оспариваемой сделки, заключение соглашения в отсутствие встречного предоставления со стороны ФИО3, на наличие у ФИО5 признаков неплатежеспособности на момент  совершения сделки. 

При рассмотрении обособленного спора судами установлено, что ФИО6, право требования к которой являлось предметом оспариваемого соглашения, является заявителем по настоящему делу о банкротстве, ее требование к должнику признано обоснованным определением суда от 22.12.2020, включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 4 459 001 руб. 

Требование кредитора подтверждено определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.09.2018 по делу № А60-5637/2017, в рамках которого ФИО5 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам закрытого акционерного общества «Вега» (далее – общество «Вега»).

23.10.2019 общество «Вега» (цедент) уступило ФИО6 (цессионарий) право требования указанного долга; определением Арбитражного суда Свердловской области от 30.06.2020 по указанному делу произведена замена  общества «Вега» на ФИО6 

Оспариваемая сделка между должником и ФИО3 совершена 06.11.2019. 

Проанализировав материалы дела, суды признали, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись признаки неплатежеспособности – в спорный период в отношении ФИО5 было возбуждено несколько неоконченных исполнительных производств на общую сумму взыскания в размере более 9,5 млн руб., наложены обеспечительные меры; при этом одно из самых ранних исполнительных производств возбуждено 06.07.2017, то есть более чем три года назад.

По мнению финансового управляющего, совершением оспариваемой сделки был выведен ликвидный актив должника – денежное право требование к ФИО6

ФИО3, возражая против заявленных требований, пояснила, что фактически денежные средства, которые должник передал ФИО6, были ранее получены им от ФИО3 по договору займа, оформленному распиской от 30.03.2017, именно поэтому в последующем ФИО5 уступил ФИО3 право требования к ФИО6; из содержания соглашения об уступке права требования (цессии) не усматривается намерения сторон на безвозмездную передачу прав займодавца по договору займа; фактически между сторонами было заключено соглашение об отступном. 

В подтверждение указанных доводов ответчик представил в материалы дела копию расписки от 30.03.2017, подписанной ФИО5 и ФИО3, из текста которой следует, что должник взял заем в размере 1 000 000 руб. у ответчика на срок до 12 месяцев; получил денежный заем под 3,5% в месяц сроком до 31.12.2017.

Рассмотрев заявленные финансовым управляющим доводы и возражения ответчика, исследовав и оценив представленные сторонами доказательства, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что оспариваемая сделка не причинила вред кредиторам. Суды исходили из того, что договор займа от 30.03.2017 между должником и ФИО3 является реальной сделкой, ФИО3 подтвердила наличие у нее финансовой возможности предоставить должнику заем в размере 1 000 000 руб., доказательств, свидетельствующих о наличии у должника иных источников получения денежных средств для передачи их ФИО6 в качестве займа по расписке от 07.04.2017, в материалы дела не представлено. При этом суды соотнесли предлагаемую ответчиком версию развития событий по передаче права требований к ФИО6 в счет погашения долга самого должника перед ФИО3 в качестве отступного и признали ее правдоподобной, заключив, что следствием реализации данной сделки стало прекращение денежного обязательства должника перед ФИО3 при получении последней права требования к лицу, которому должник за счет ее средств (при недоказанности иного) предоставил заем – уменьшение активов должника компенсировано прекращением его обязательств. Тот факт, что условие об отступном прямо не указано в соглашении от 06.11.2019, правового значения не имеет, с учетом указанных установленных судами обстоятельств и положений закона о толковании договора.

В силу того, что гражданское законодательство основывается на презюмируемой разумности и добросовестности действий участников гражданских правоотношений (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), а иное в данном деле не доказано, суды первой и апелляционной инстанции сделали правильный вывод об отсутствии оснований считать, что стороны сделки преследовали цель причинения вреда кредиторам и вред фактически причинен, соответствующие обстоятельства финансовым управляющим в порядке части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации документально не подтверждены. 

При этом довод финансового управляющего о том, что судами неправильно распределено бремя доказывания, отклоняется как несостоятельный. Первичное бремя доказывания наличия у оспариваемой сделки признаков подозрительности правомерно возложено на финансового управляющего, это соответствует части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункту 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63; ответчик, в свою очередь, от доказывания своих возражений не уклонялся, напротив, следуя принципам доказывания, закрепленным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», подтвердил наличие у него финансовой возможности предоставить заем должнику, обосновал цель выдачи займа. Вопреки доводам кассатора соответствующий вопрос ставился на обсуждение сторон и был исследован судами. 

Иные доводы финансового управляющего связаны с оценкой доказательств.

Вместе с тем, как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не допускается.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов на основании части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом кассационной инстанции не установлено.

Таким образом, обжалуемые определение и постановление являются законными, отмене не подлежат. Основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

При принятии кассационной жалобы к производству финансовому управляющему ФИО1 определением от 30.12.2021 была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины. В связи с окончанием кассационного производства за счет конкурсной массы должника подлежит взысканию в доход федерального бюджета государственная пошлина в сумме 3000 руб. за рассмотрение кассационной жалобы.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 16.09.2021 по делу № А60-53820/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего ФИО1 – без удовлетворения.

Взыскать с конкурсной массы ФИО5 в доход федерального бюджета государственную пошлину по кассационной жалобе в сумме 3000 руб. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                         Г.М. Столяренко 

Судьи                         Е.А. Павлова 

                                                                                                           О.Н. Новикова