АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

Хохрякова д.77, г.Тюмень, 625052,тел (3452) 25-81-13, ф.(3452) 45-02-07, http://tumen.arbitr.ru, E-mail: info@tumen.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело №

А70-13527/2019

г. Тюмень

24 декабря 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 17 декабря 2019 года. Полный текст решения изготовлен 24 декабря 2019 года.

Арбитражный суд Тюменской области в составе судьи Безикова О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению

Общества с ограниченной ответственностью «Артех»

к Инспекции Федеральной налоговой службы по г.Тюмени № 3

об оспаривании решения № 13-2-60/1 от 21.01.2019,

к Управлению Федеральной налоговой службы по Тюменской области 

об оспаривании решения № 227 от 06.05.2019,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, - ФИО2,

при участии 

от заявителя – ФИО3 на основании доверенности от 25.07.2019 №40, ФИО4 на основании доверенности от 29.11.2018 №50/2, ФИО5 на основании доверенности от 29.11.2018 №50/1, 

от ответчика - ФИО6 на основании доверенности от 15.08.2019 № 92,  ФИО7 на основании доверенности от 20.05.2019 №81,

от второго ответчика  - ФИО7 на основании доверенности от 09.01.2019 №04-14/00006,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Артех» (далее – заявитель, Общество, налогоплательщик) обратилось в арбитражный суд с заявлением к Инспекции Федеральной налоговой службы по г.Тюмени № 3 (далее - ответчик, Инспекция, налоговый орган) об оспаривании решения № 13-2-60/1 от 21.01.2019 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Определением от 22.08.2019 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО2 (далее – третье лицо, ФИО2).

Третье лицо о времени и месте судебного заседания извещено надлежащим образом в соответствии с требованиями статей 122 и 123 Арбитражного процессуального кодекса РФ, своего представителя для участия в судебное заседание не направило.

Дело рассматривается в отсутствие третьего лица.

В судебном заседании 24.10.2019 представители заявителя заявили ходатайства об уточнении размера заявленных требований, о привлечении к участию в деле в качестве соответчика УФНС России по Тюменской области и о признании недействительным его решения № 227 от 06.05.2019, которым утверждено оспариваемое решение Инспекции.

Заслушав пояснения представителей сторон, суд в соответствии со статьями 46 и 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ, удовлетворил заявленные ходатайства.

Определением от 24.10.2019 суд принял уточнение заявителем заявленных требований, а также привлек к участию в деле в качестве соответчика Управление Федеральной налоговой службы по Тюменской области.

В судебном заседании 17.12.2019 представители заявителя указали на наличие  оснований для отложения судебного разбирательства для решения вопроса о возможности назначения судебной экспертизы по вопросу экономической целесообразности и обоснованности выплаты спорных премий, а также для исполнения определений арбитражного суда третьим лицом в части представления отзыва.

Заслушав пояснения представителей сторон, с учетом статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса РФ и имеющихся в материалах дела доказательств, суд не нашел оснований для отложения судебного разбирательства.

Представители заявителя поддержали заявленные требования по основаниям, изложенным в заявлении и письменных объяснениях, возражениях. 

Представители ответчиков возражают против заявленных требований по основаниям, изложенным в отзывах и дополнениях к отзыву. 

Как следует из материалов дела, Инспекцией проведена выездная налоговая проверка  Общества по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов, по результатам которой составлен акт выездной налоговой проверки от  26.11.2018  №13-2-54/25.

По итогам рассмотрения акта выездной проверки, материалов налоговой проверки и письменных возражений налогоплательщика Инспекцией было вынесено оспариваемое решение. 

Решением Инспекции заявитель привлечен к налоговой ответственности в общей сумме налоговых санкций в размере  5 469 691,50 руб., заявителю предложено уплатить недоимку по налогам в общей сумме 51 847 994 руб., а также пени за несвоевременную уплату налогов в сумме 6 757 110,80 руб. 

Кроме того, заявителю также предложено уменьшить убытки, исчисленные налогоплательщиком по налогу на прибыль за 2015 год в сумме 153 рубля, за 2016 год на сумму               1 189 208 рублей в части не перенесенного убытка 2014 года в размере 836 786 рублей и 2015 года в размере 352 422 рубля.

Не согласившись с принятым решением, заявитель обжаловал его в УФНС России по Тюменской области (далее – Управление, вышестоящий налоговый орган).

По результатам рассмотрения жалобы, вышестоящим налоговым органом было вынесено решение от 06.05.2019 №227, которым жалоба Общества оставлена без удовлетворения.

Кроме того, решения Инспекции и Управления были обжалованы заявителем в Федеральную налоговую службу России.

По результатам рассмотрения жалобы, Федеральной налоговой службой было вынесено решение от 06.09.2019 №СА-4-9/18000@, которым жалоба Общества оставлена без удовлетворения. 

Полагая, что решение Инспекции не соответствует закону, нарушает его права и законные интересы, Общество обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.  

В заявлении Общества сделан вывод о том, что принимая спорные премии, выплаченные работникам, в состав расходов, налогоплательщик действовал в рамках законодательства о налогах и сборах Российской Федерации. Налоговым органом не доказан факт необоснованности расходов в указанной части. Общество производило уплату налога на доходы физических лиц (далее – НДФЛ) и страховых взносов на обязательное пенсионное страхование с сумм премий, выплаченных ФИО8 и ФИО9 По мнению заявителя, исключая из доходов суммы выплат в виде премии, налоговый орган должен был произвести перерасчет НДФЛ и страховых взносов, уплаченных с премий по итогам сезона.

В части амортизационных отчислений Общество в заявлении не оспаривает вывод Инспекции о необоснованном отнесении ряда основных средств ко второй амортизационной группе, однако, выразило несогласие с периодом использования основных средств. Согласно учетной политике Общества, срок полезного использования основных средств принимается равным минимальному значению сроков использования. Вместе с тем, при перерасчете сумм амортизационных отчислений, налоговым органом принимается максимальное значение интервала срока.

В письменных возражениях Обществом также приведены доводы о том, что судебные акты по делу №А70-17067/2017 не имеют преюдициального значения для настоящего спора. Оспариваемое решение Инспекции содержит недостоверные данные. Исходя из сравнительных данных, налоговый орган как при камеральной, так и при выездной налоговых проверках располагал одинаковым набором доказательств, за исключением решения суда по делу №А70-17067/2017, выводы которого и легли в основу оспариваемого решения. По мнению Общества, привлечение к ответственности за совершение налогового правонарушения по итогам выездной налоговой проверки за неправомерное включение в состав расходов по налогу на прибыль суммы премий, компенсаций и страховых взносов является недобросовестным и непоследовательным поведением Инспекции. Ранее, признав правомерность включения в состав расходов спорных сумм, в дальнейшем ответчик поменял свою позицию. Заявитель ссылается на полученные им разъяснения Государственной инспекции труда в Тюменской области, согласно которым следует, что трудовым законодательством не определены минимальные и максимальные размеры премий. Также не существует единого порядка начислений премий. Если условие о выплате премии, либо иных стимулирующих выплатах включено в трудовой договор, то работодатель обязан выплатить ее по итогам определенного периода.

Также Общество полагает, что налоговым органом нарушен пункт 6 статьи 89 Налогового кодекса РФ и срок выездной налоговой проверки фактически составил значительно более двух месяцев. В связи с чем, заявитель полагает, что документы и информация, истребованные и полученные налоговым органом после 26.06.2018 не могли быть учтены при рассмотрении материалов налоговой проверки, поскольку не допускается использование доказательств совершения налоговых правонарушений, полученных с нарушением Налогового кодекса РФ.

Кроме того, Общество ссылается на наличие неучтенных налоговым органом платежей по НДФЛ в отношении премии за 2016 год, что привело к неправомерному отражению суммы неуплаты НДФЛ и начисленного штрафа. При принятии уточненных платежей, размер несвоевременно уплаченного в 2017 году НДФЛ по головной организации составит 13 530 руб. Соответствующий расчет приведен заявителем в таблице письменных объяснений. Заявитель сообщил, что налоговый орган должен исполнить обязанность, предусмотренную пунктом 7 статьи 45 Налогового кодекса РФ. 

Возражая против заявленных требований, Инспекция указывает на то, что размер премий, выплаченных ФИО9 и ФИО8, не соответствует экономическим результатам деятельности Общества в 2016 году и среднерыночным условиям, сложившимся в экономике Российской Федерации в целом, и в золотодобывающей отрасли в частности. Инспекция ссылается на результаты рассмотрения дела №А70-17067/2017, судебные акты по которому имеют преюдициальное значение для рассмотрения настоящего дела, как полагает ответчик. Судами установлено, что действия ФИО9 и Jlyкияновой К.О. были направлены на выведение денежных средств и причинение вреда Обществу.

Из отзыва Инспекции также следует, что выплаченные денежные средства ФИО9 и Jlyкияновой К.О. неправомерно включены в состав косвенных расходов. По вопросу правомерности исчисления и уплаты, осуществления перерасчета и возврата страховых взносов с начисленных оспариваемых премий необходимо обратиться в соответствующие органы ПФР, ФСС РФ. Инспекция также указала, что в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие возврат спорных сумм премий Обществу. В нарушение требований трудового законодательства, Общество не ознакомило всех сотрудников с Положением об оплате труда и Положением о премировании. Налоговый орган не отрицает, что спорные премии не являются доходами физических лиц, в связи с чем, с данных выплат должен быть удержан НДФЛ и исчислены страховые взносы. Премии, выплаченные за счет нераспределенной прибыли, облагаются НДФЛ, взносами на страхование от несчастных случаев на производстве и профзаболеваний и страховыми взносами во внебюджетные фонды в общеустановленном порядке.

Инспекция также пояснила, что при анализе налоговых регистров, регистра расчета амортизации основных средств, карточки бухгалтерского счета 01 «Основные средства» установлено, что при исчислении амортизации, налогоплательщиком неверно определена амортизационная группа, искажен срок полезного использования в отношении  имущества, указанного в оспариваемом решении. Доводы заявителя в рассматриваемой части Инспекция находит необоснованными.

В представленном отзыве Управлением в полном объеме поддержана изложенная выше позиция Инспекции.

В дополнении к отзыву Управлением приведены доводы о необоснованности позиции заявителя, изложенной в письменных объяснениях. По мнению вышестоящего налогового органа, отсутствие претензий при проведении камеральных налоговых проверках не свидетельствует о недействительности результатов выездной проверки. Оспариваемое решение Инспекции является законным и обоснованным.

В соответствии со статьей 162 Арбитражного процессуального кодекса РФ  доказательства, представленные налогоплательщиком и налоговым органом, подлежат исследованию в судебном заседании и оценке судом в совокупности и взаимосвязи с учетом статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Исследовав материалы дела, оценив в совокупности имеющиеся в деле доказательства, заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, суд считает, что заявленные требования  удовлетворения не подлежат по нижеследующим основаниям.

В части требования заявителя относительно оспаривания решения Управления № 227 от 06.05.2019, которым решение Инспекции оставлено без изменения, суд исходит из нижеследующего.

Мотивированных доводов о нарушении каких-либо требований налогового законодательства, процедуры рассмотрения апелляционной жалобы и принятия решения от 06.05.2019 № 227 должностным лицом Управления, регламентированной главой 20 Налогового кодекса РФ, заявителем в ходе рассмотрения настоящего дела не приведено.

Согласно правовой позиции Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в абзаце 4 пункта 75 Постановления № 57 от 30.07.2013 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса РФ», решение вышестоящего налогового органа, принятое по жалобе налогоплательщика (как и его действия, выразившиеся в принятии решения), может являться самостоятельным предметом оспаривания в суде, только если оно представляет собой новое решение, а также по мотиву нарушения процедуры его принятия либо по мотиву выхода вышестоящего налогового органа за пределы своих полномочий.

В рассматриваемом случае решение вышестоящего налогового органа не представляет собой новое решение и не дополняет решение Инспекции, процедура его принятия не нарушена и решение принято в пределах полномочий Управления.

При указанных обстоятельствах, требование заявителя в данной части удовлетворению не подлежит.

По вопросу доначисления налога на прибыль.

Согласно пункту 1 статьи 252 Налогового кодекса РФ расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных статьей 265 Налогового кодекса РФ, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком. 

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме. 

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией, приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в соответствии с договором). Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода. 

В силу положений статьи 255 Налогового кодекса РФ в расходы налогоплательщика на оплату труда включаются любые начисления работникам в денежной и (или) натуральной формах, стимулирующие начисления и надбавки, компенсационные начисления, связанные с режимом работы или условиями труда, премии и единовременные поощрительные начисления, расходы, связанные с содержанием этих работников, предусмотренные нормами законодательства Российской Федерации, трудовыми договорами (контрактами) и (или) коллективными договорами.

К расходам на оплату труда при исчислении налога на прибыль относятся начисления стимулирующего характера, в том числе, премии за производственные результаты, надбавки к тарифным ставкам и окладам за профессиональное мастерство, высокие достижения в труде и иные подобные показатели (пункта 2 статьи 255 Налогового кодекса РФ).

Согласно  пунктам 21 и 49 статьи 270 Налогового кодекса РФ  в целях налогообложения прибыли не учитываются расходы на любые виды вознаграждений, предоставляемых руководству или работникам помимо вознаграждений, выплачиваемых на основании трудовых договоров (контрактов), а также иные расходы, не соответствующие критериям, указанным в пункте 1 статьи 252 Налогового кодекса РФ.

Пунктом 1 статьи 105.1 Налогового кодекса РФ установлено, что если особенности отношений между лицами могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых этими лицами, и (или) экономические результаты деятельности этих лиц или деятельности представляемых ими лиц, указанные в пункте 1 статьи 105.1 Налогового кодекса РФ лица признаются взаимозависимыми для целей налогообложения.

Для признания взаимной зависимости лиц учитывается влияние, которое может оказываться в силу участия одного лица в капитале других лиц, в соответствии с заключенным между ними соглашением либо при наличии иной возможности одного лица определять решения, принимаемые другими лицами. При этом такое влияние учитывается независимо от того, может ли оно оказываться одним лицом непосредственно и самостоятельно или совместно с его взаимозависимыми лицами, признаваемыми таковыми в соответствии со статьей 105.1 Налогового кодекса РФ.

Взаимозависимыми лицами признаются физическое лицо, его супруг (супруга), родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры, опекун (попечитель) и подопечный (подпункт 11 пункта 2 статьи 105.1 Налогового кодекса РФ).

Согласно материалам выездной налоговой проверки следует, что на основании протокола собрания учредителей от 09.06.2014 № 1 и трудового договора от 20.06.2014 директором Общества с 20.06.2014 являлся ФИО9, а в период с 08.12.2014 по 02.02.2017 являлся единственным участником Общества.

Решением единственного участника Общества - ФИО9 от 15.06.2015 на должность директора  организации с 15.06.2015 назначена Лейком К.О.; на основании приказа от 15.06.2015 № 2 ФИО9 назначен на должность исполнительного директора.

Судом установлено, что в проверяемом периоде Общество применяло общепринятую систему налогообложения, занималось добычей руд и песков драгоценных металлов (золота, серебра и прочее).

15.06.2016 между Обществом в лице единственного участника ФИО9 и                  Лейком К.О. заключено дополнительное соглашение № 1 к трудовому договору Лейком К.О., в соответствии с которым Лейком К.О. по итогам сезонных добычных работ на месторождении россыпного золота «Сурья Казанская» в Красновишерском муниципальном районе Пермского края в конце года выплачивается единовременная  премия из расчета 400 рублей  за один  грамм добытого аффинированного золота.

25.06.2016 стороны (директор Общества Лейком К.О. и ФИО9) заключили дополнительное соглашение № 1 к трудовому договору ФИО9, в соответствии с которым ФИО9 по итогам сезонных добычных работ на месторождении россыпного золота «Сурья Казанская» в Красновишерском муниципальном районе Пермского края в конце года выплачивается единовременная премия из расчета 730 рублей за один грамм добытого аффинированного золота.

Вышеназванными дополнительными соглашениями к трудовым договорам предусмотрено, что данные премии выплачиваются при соблюдении следующих условий: 

- работник на 31.12.2016 является действующим работником Общества и с ним не расторгнут трудовой договор по его инициативе;

-  отсутствие виновных действий (бездействий) работника; 

- получение Обществом прибыли по итогам сезонных добычных работ 2016 года; 

- отсутствие у Общества задолженности по обязательным платежам и перед контрагентами.

Аналогичные условия по выплате единовременной премии по итогам сезонных добычных работ отражены в разделе 5 Положения о премировании «Основания для начисления единовременной премии сотрудникам руководящего состава и выплаты компенсационного характера».

Инспекцией в ходе проверки установлено, что согласно информации, представленной Управлением записи актов гражданского состояния Тюменской области, между ФИО9 и Лейком К.О. 16.11.2016 зарегистрирован брак. Лейком К.О. присвоена фамилия ФИО10.

На основании приказа директора Общества Лейком К.О. (ФИО8) от 31.12.2016  №2 о поощрении работников, по итогам сезонных добычных работ за сезон 2016 года на месторождении россыпного золота «Сурья Казанская», исполнительному директору                 ФИО9 подлежит выплате премия в размере 107 630 397 рублей, а директору Лейком К.О. (ФИО8) -  премия в размере 58 975 636 рублей.

С учетом начисления районного коэффициента, сумма начисленной премии за 2016 год ФИО9 составила 123 774 956,55 рублей, ФИО8 - 67 821 981 рубль.

Анализ показателей финансово - хозяйственной деятельности Общества за 2016 год, в том числе отчета о финансовых результатах за 2016 год, показал, что  Обществом получены доходы в размере 383 097 тыс. рублей, тогда как себестоимость продаж составила 142 731 тыс. рублей, а управленческие расходы составили 235 954 тыс. рублей, прибыль от продаж составила                              4 412 тыс. рублей. 

При этом размер премии, выплаченной по итогам работы за 2016 год ФИО9 и ФИО8, составил 50% от всех поступивших в Общество денежных средств, более 80% от прибыли организации (без учета управленческих расходов), в 44 раза превышает размер чистой прибыли Общества.

ФИО9 и ФИО8 не осуществляющие непосредственную добычу золота, в качестве премий получили 94,95% от фонда заработной платы Общества, в то время как остальные 47 сотрудников Общества - только 5,05%.

Кроме того, в бухгалтерском балансе Общества по состоянию на 31.12.2016 значится кредиторская задолженность в размере 241 066 тыс. рублей, что противоречит условиям выплаты единовременной премии по итогам сезонных добычных работ, установленных дополнительными соглашениями к трудовым договорам, заключенным с ФИО9 и Лейком К.О. (ФИО8), а также разделом 5 Положения о премировании.

Учитывая вышеизложенное, Инспекция пришла к выводу, что Обществом в состав расходов по налогу на прибыль организаций неправомерно включены суммы начисленной единовременной премии руководящему составу Общества в общем размере 191 596 938 рублей, а также страховых взносов, исчисленных с суммы данной премии - 35 550 454 рублей. Всего                     227 147 391 рубль. 

Указанные премии, выплаченные директору и исполнительному директору Общества, не являются выплатами производственного характера и не удовлетворяют критериям признания расходов, установленным пунктом 1 статьи 252 Налогового кодекса РФ.

Кроме того,  Инспекцией отказано в принятии заявленных Обществом в качестве расходов по налогу на прибыль организаций за 2017 год, выплаченных 10.03.2017 ФИО8 на основании решения единственного участника Общества от 20.01.2017 № 2 компенсации за неиспользованный отпуск и выходного пособия при ее увольнении в общем размере                           32 744 248 рублей, поскольку при их расчете Обществом учитывалась, в том числе, сумма спорной премии, начисленной ФИО8 в 2016 году.

В ходе выездной налоговой проверки Инспекцией было установлено наличие корпоративного спора между ФИО8, ФИО9 и участником Общества ФИО2, владеющей  с 03.02.2017 долей уставного капитала Общества в размере 42,5%.

Так, ФИО2 в интересах Общества обратилась в Арбитражный суд Тюменской области с иском, в том числе, к ФИО9, ФИО8 о взыскании убытков в размере 348 581 000 рублей.

По мнению ФИО2, спорные премии экономически не обоснованы, не соответствуют среднему по отрасли, в результате чего Обществу причинены убытки, как в части фактически выплаченной премии, так и в части невыплаченной премии. 

Решением Арбитражного  суда Тюменской области от 07.06.2018 по делу №А70-17067/2017 исковые требования удовлетворены частично. Суд взыскал с ФИО9 в пользу Общества убытки в размере 112 428 771,55 руб.; с ФИО8 в пользу Общества убытки в размере 67 821 981 рубль.

В рамках рассмотрения дела №А70-17067/2017 суд установил, что размер премии, выплаченной ФИО9 и ФИО8, несоразмерен экономическим результатам деятельности Общества в 2016 году и не соответствует среднерыночным условиям, сложившимся в экономике Российской Федерации в целом, и в золотодобывающей отрасли в частности.

Суд отметил, что в материалах дела отсутствуют доказательства соразмерности премии трудовым вложениям ФИО9 и ФИО8

Судом также сделан вывод о том, что Положение о премировании сотрудников, в части премирования директора и исполнительного директора, носит формальный характер, поскольку не учитывает текущую рыночную стоимость золота и не зависит от размера прибыли Общества, устанавливая в качестве условия выплаты премии лишь сам факт наличия прибыли, то есть является экономически не обоснованным и принятым не в целях поощрения работников, а в целях перераспределения денежных средств Общества определенным лицам. 

Ввиду отсутствия доказательств экономической целесообразности и обоснованности выплат премий ФИО9 и ФИО8, судом был сделан вывод о том, что  фактически выплаченные им премии, а также связанные с этим выплаты в бюджет НДФЛ, являются убытками для Общества, поскольку изъятие этих денежных средств препятствует дальнейшему развитию Общества.

Решение Арбитражного суда Тюменской области от 07.06.2018 оставлено без изменения Постановлениями Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.08.2018 по делу №А70-17067/2017 и Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 14.01.2019.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 22.04.2019 № 304-ЭС19-3819 отказано в передаче дела № А70-17061/2017 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации для пересмотра в порядке кассационного производства.

Принимая во внимание установленные по делу №А70-17061/2017 фактические обстоятельства, суд не усматривает правовых оснований для переоценки выводов судов, содержащихся в судебных актах, вступивших в законную силу.

Отказывая в удовлетворении требований заявителя в рассматриваемой части, суд считает необходимым учесть позицию судов по делу №А70-17061/2017 при рассмотрении настоящего спора.

Учитывая изложенное, суд находит правомерным вывод Инспекции о необоснованном включении Обществом в состав расходов по налогу на прибыль организаций в 2016 году сумм премий руководящему составу Общества и страховых взносов, начисленных на данные премии, а также доначислении соответствующих сумм налогов, пени и штрафа.

При таких обстоятельствах не имеет правового значения довод заявителя о том, что принимая спорные премии, выплаченные работникам, в состав расходов, налогоплательщик действовал в рамках законодательства о налогах и сборах РФ. 

В данном случае суд учитывает, что спорные выплаченные суммы признаны судами как выплаты, не связанные с осуществлением реальных, экономически оправданных выплат стимулирующего характера. Указанные средства фактически были неправомерно выведены из Общества, соответственно, признаны прямыми убытками в рамках рассмотрения корпоративного спора.

Заявителем не оспорены установленные материалами дела обстоятельства того, что премии  выплачены не в целях поощрения работников, а для перераспределения значительной многомилионной суммы денежных средств Общества определенным липам, не связанным с производственной деятельностью.

Процентное соотношение выплат премий в 2016 году между работниками организации и руководящими лицами Общества составило 2% и 98% соответственно.

По убеждению суда, налоговым органом обоснованно не приняты спорные премии в качестве производственных расходов. Выводы Инспекции соответствуют статье 252 Налогового кодекса РФ, предусматривающей возможность отнесения в состав расходов экономически оправданных затрат.

Выплата в конце года руководящим лицам в количестве двух человек премии в столь значительном размере, при отсутствии убедительных данных о том, что размер премии соответствует их конкретному трудовому вкладу в деятельность организации по извлечению прибыли, не может являться основанием для уменьшения налогооблагаемой базы по налогу на прибыль.

Налоговый орган обоснованно установил, что премии руководящему составу не являются выплатой производственного характера, а относятся к иным выплатам за счет чистой прибыли, оставшейся после уплаты всех налогов. Следовательно, указанные денежные средства (премии ФИО9 и ФИО8) неправомерно включены в состав косвенных расходов.

При этом суд не принимает во внимание доводы заявителя о значительных экономических результатах деятельности Общества, а также ссылки на представленные в материалы дела отчеты об оценке от 20.10.2017.

В данном случае суд исходит из того, что из проведенной оценки не усматривается эффективности деятельности конкретно руководящего состава Общества.

По аналогичным основаниям суд полагает, что не имеют правового значения также аудиторские заключения с рекомендациями.

Критические доводы заявителя относительно свидетельских показаний бывшего сотрудника Общества ФИО11 не опровергают позиции и выводов налогового органа.

При этом суд отмечает, что отраженные Инспекцией в оспариваемом решении показания свидетеля ФИО11 не являются отдельным доказательством недобросовестности Общества, а рассматриваются в совокупности фактов, свидетельствующих о неправомерности принятия в расходы при исчислении налога на прибыль спорных сумм премий.

Суд также разделяет выводы налогового органа относительно неправомерности включения выходного пособия ФИО8 при увольнении в размере 26 247 661 руб.

Кроме того, учитывая обстоятельства, установленные в рамках судебного дела А70-17067/2017, следует признать, что выходное пособие в спорном размере выплачивалось ФИО8 исключительно с целью личного обогащения увольняемого работника и не может быть экономически оправданным.

Материалами дела также подтверждено, что на необоснованно отнесенные к косвенным расходам оспариваемые премии в размере 191 596 938 руб., налогоплательщиком были исчислены страховые взносы в размере 35 550 454 руб., что подтверждается первичными документами.

При этом Управлением в оспариваемом решении правомерно указано на отсутствие оснований для проверки исчисления, уплаты страховых взносов, перерасчета, возврата, зачета за спорный период (2016 год), исходя из нижеследующего.

В соответствии со статьей 20 Федерального закона от 03.07.2016 № 250-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса Российской Федерации в связи с передачей налоговым органам полномочий по администрированию страховых взносов на обязательное пенсионное, социальное и медицинское страхование» контроль за правильностью исчисления, полнотой и своевременностью уплаты (перечисления) страховых взносов в государственные внебюджетные фонды, подлежащих уплате за отчетные (расчетные) периоды, истекшие до 1 января 2017 года, осуществляется соответствующими органами Пенсионного фонда Российской Федерации, Фонда социального страхования Российской Федерации в порядке, действовавшем до дня вступления в силу настоящего Федерального закона.

Суд также обращает внимание заявителя на то, что правильность начисления Обществом страховых взносов на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование за 2016 год не являлась предметом выездной налоговой проверки, проведенной Инспекцией.

Таким образом, правомерность исчисления и уплаты, осуществления перерасчета и возврата страховых взносов с начисленных оспариваемых премий за 2016 год отнесена к компетенции органов ПФР, ФСС РФ.

Общество также полагает, что налоговым органом нарушен пункт 6 статьи 89 Налогового кодекса РФ и срок выездной налоговой проверки фактически составил значительно более двух месяцев. В связи с чем, заявитель указывает на то, что документы и информация, истребованные и полученные налоговым органом после 26.06.2018 не могли быть учтены при рассмотрении материалов налоговой проверки, поскольку не допускается использование доказательств совершения налоговых правонарушений, полученных с нарушением Налогового кодекса РФ.

Данное обстоятельство заявитель квалифицирует как иное нарушение процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки, которое является основанием для отмены решения налогового органа вышестоящим налоговым органом или судом.

В соответствии с абзацем 3 пункта 14 статьи 101 Налогового кодекса  РФ основаниями для отмены решения налогового органа вышестоящим налоговым органом или судом могут являться иные нарушения процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки, если только такие нарушения привели или могли привести к принятию руководителем (заместителем руководителя) налогового органа неправомерного решения.

Таким образом, в силу изложенной выше нормы, не любое нарушение процедуры может быть основанием для отмены решения налогового органа, а лишь то, которое привело или могло привести к принятию неправильного решения.

При этом в материалах дела отсутствуют доказательства того, что решение налогового органа не соответствует требованиям статьи 101 Налогового кодекса РФ.

Кроме того, суд также отмечает, что в пункте 68 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если в поданном в суд заявлении о признании недействительным решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения налогоплательщик ссылается на нарушение налоговым органом существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки (пункт 14 статьи 101 Налогового кодекса РФ), судам надлежит исходить из того, что такого рода доводы могут быть приняты ими во внимание только при условии заявления их в жалобе, направлявшейся в вышестоящий налоговый орган.

Из апелляционной жалобы Общества на решение Инспекции усматривается, что жалоба не содержит ссылок на нарушение налоговым органом существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки, а также на нарушение срока проведения выездной налоговой проверки (л.д.111-115 том 1).

В жалобе Общества, адресованной Федеральной налоговой службе России, также не упоминается о наличии нарушений существенных условий процедуры проведения проверки.

При таких обстоятельствах, доводы заявителя, касающиеся процедуры проведения налоговой проверки, не подлежат судебному исследованию.

Суд также отклоняет доводы заявителя о том, что ранее, признав правомерность включения в состав расходов спорных сумм, в дальнейшем Инспекция поменяла свою позицию.

Суд отмечает, что в отношении каждого из видов проверки (камеральные и выездные) Налоговым кодексом РФ определен различный объем прав и обязанностей налогового органа.

Из содержания статей 88 - 98 Налогового кодекса РФ следует, что выездная налоговая проверка, в отличие от камеральной проверки, предусматривает более широкие полномочия налогового органа по контролю, выраженные в порядке проведения, условиях, а также объеме подлежащих проверке документов.

Системное толкование положений статей 87 - 89 Налогового кодекса РФ позволяет сделать вывод о том, что выездная и камеральная проверки представляют собой самостоятельные и независимые формы налогового контроля.

Соответственно, не выявление налоговым органом в рамках проведения камеральных налоговых проверок неправомерных действий налогоплательщика не исключает возможности установления и доказывания данных фактов в рамках проведения выездной налоговой проверки, являющейся иной формой налогового контроля.

Таким образом, отсутствие со стороны Инспекции претензий при проведении камерального контроля, безусловно, не свидетельствует о невозможности корректировки налоговых обязательств Общества при проведении в отношении него выездной налоговой проверки.

По вопросу доначисления налога на прибыль в связи с завышением расходов в результате неправильного определения амортизационной группы основных средств и суммы начисленной амортизации. 

В ходе выездной проверки Инспекцией установлены обстоятельства завышения расходов по налогу на прибыль в результате неправильного определения амортизационной группы основных средств и суммы начисленной амортизации, что привело к неправомерному включению в состав косвенных расходов суммы амортизационных отчислений в размере 477 343 руб., в том числе, 2015 год - 153 руб., 2016 года - 174 120 руб., 2017 год - 303 070 руб.

Порядок включения амортизируемого имущества в состав амортизационных групп регламентируется Классификацией основных средств, включаемых в амортизационные группы, утв. Постановлением Правительства РФ от 01.01.2002 №1 (с изменениями и дополнениями).

В соответствии со статьей 247 Налогового кодекса РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль признается прибыль, полученная налогоплательщиком.

Прибылью для российских организаций признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 Налогового кодекса РФ.

Расходы, уменьшающие налогооблагаемую прибыль, должны быть экономически обоснованы, документально подтверждены и связаны с деятельностью, направленной на получение доходов (пункт 1 статьи 252 Налогового кодекса РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 252 Налогового кодекса РФ расходы в зависимости от их характера, а также условий осуществления и направлений деятельности налогоплательщика подразделяются на расходы, связанные с производством и реализацией, и внереализационные расходы.

Пунктом 1 статьи 256 Налогового кодекса РФ предусмотрено, что амортизируемым имуществом признаются имущество, результаты интеллектуальной деятельности и иные объекты интеллектуальной собственности, которые находятся у налогоплательщика на праве собственности (если иное не предусмотрено главой 25 Налогового кодекса РФ), используются им для извлечения дохода и стоимость которых погашается путем начисления амортизации. Амортизируемым имуществом признается имущество со сроком полезного использования более 12 месяцев и первоначальной стоимостью более 40 000 руб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 258 Налогового кодекса РФ амортизируемое имущество распределяется по амортизационным группам в соответствии со сроками его полезного использования. Сроком полезного использования признается период, в течение которого объект основных средств или объект нематериальных активов служит дли выполнения целей деятельности налогоплательщика. Срок полезного использования определяется налогоплательщиком самостоятельно на дату ввода в эксплуатацию данного объекта амортизируемого имущества в соответствии с положениями статьи 258 Налогового кодекса РФ и с учетом классификации основных средств, утверждаемой Правительством Российской Федерации. 

Согласно Учетной политике налогоплательщика в целях бухгалтерского и налогового учета, амортизируемое имущество, приобретенное Обществом, амортизируется линейным способом; срок полезного использования основных средств определяется по минимальному значению интервала сроков, установленных для амортизационной группы, в которую включено основное средство в соответствии с Классификацией, установленной Правительством Российской Федерации.

Амортизационная группа основного средства определяется согласно «Классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы» с учетом содержания структуры Общероссийского классификатора основных фондов ОК 013-94, утв. Постановлением Государственного комитета Российской Федерации по стандартизации и метрологии от 26 декабря 1994 года № 359.

Анализ налоговых регистров информации об объектах - основные средства (регистра расчета амортизации основных средств, карточки бухгалтерского счета 01 «Основные средства») показал, что при исчислении амортизации налогоплательщиком неверно определена амортизационная группа, искажен срок полезного использования по следующему имуществу: Электростанция дизельная KIPOR КDE3500E, Бульдозер Д 355А-3, Бульдозер Т170МО1, САК, Строительный вагон (бытовка) 5x2,4, Строительный вагон (бытовка) 5x2,4, Дизельная электростанция АД-100-Т400, Дизельная электростанция АД-100-Т400, Баня (6,0x8,0 м2), Жилой дом (летний) (6,0x3,0 м2) № 1, Жилой дом (летний) (6,0x3,0 м2) №2, Жилой дом (летний) (6,0x3,0 м2) № 3, Жилой дом (летний) (6,0x3,0 м2) № 4, Жилой дом (летний) (6,0x3,0 м2) № 5, Жилой дом (летний) (6,0x3,0 м2) № 6, Жилой дом летний) (6,0x3,0 м2) № 7, Жилой дом (летний) (6,0x3,0 м2) № 8, Жилой дом (летний) (6,0x3,0 м2) № 9, Жилой дом (летний) (6,0x3,0 м2) № 10, Золото приемная касса.

Как следует из доводов заявителя в рассматриваемой части, Общество в заявлении не оспаривает вывод Инспекции о необоснованном отнесении ряда основных средств ко второй амортизационной группе, однако, выражает несогласие с периодом использования основных средств. 

Так, заявитель пояснил, что согласно учетной политике Общества, срок полезного использования основных средств принимается равным минимальному значению сроков использования. Вместе с тем, заявитель указал, что при перерасчете сумм амортизационных отчислений, налоговым органом принимается максимальное значение интервала срока.

Оценив указанные выше доводы заявителя, суд не усматривает правовых оснований для их удовлетворения, поскольку материалами дела подтверждено, что в оспариваемом решении Инспекцией приняты во внимание письменные возражения Общества и произведен перерасчет налоговых обязательств, с учетом доводов и перерасчета налогоплательщика амортизационных отчислений, минимального значения срока использования основных средств.

Соответствующие корректирующие изменения внесены в расчетные таблицы с №31-36 оспариваемого решения, итоговые расчеты приведены на страницах 86-98 оспариваемого решения.

Каких-либо дополнительных доводов, относительно внесенных Инспекцией корректировок, Обществом не приведено.

Учитывая изложенное, требования Общества в рассматриваемой части удовлетворению не подлежат.

По вопросу привлечения к налоговой ответственности по статье 123 Налогового                 кодекса РФ.

Как следует из оспариваемого решения, Инспекцией в ходе проверки установлено, что в проверяемый период Обществом в установленный срок не уплачена в бюджет сумма НДФЛ в размере 2 704 369 рублей, в том числе:

- в 2015 году в размере 123 352 руб.;

- в 2016 году в размере 776 649 руб.;

- в 2017 году в размере 1 804 368 руб.

В связи с чем, Общество привлечено к налоговой ответственности по статье 123 Налогового кодекса РФ в виде штрафа в сумме 283 142,10 руб., а также заявителю начислены пени в сумме 144,41 руб.

В заявлении Общество ссылается на наличие неучтенных налоговым органом платежей по НДФЛ в отношении премии за 2016 год, что привело к неправомерному отражению суммы неуплаты НДФЛ и начисленного штрафа. Кроме того, при принятии уточненных платежей, размер несвоевременно уплаченного в 2017 году НДФЛ по головной организации составит 13 530 руб. Соответствующий расчет приведен заявителем в таблице письменных объяснений. Заявитель сообщил, что налоговый орган должен исполнить обязанность, предусмотренную пунктом 7 статьи 45 Налогового кодекса РФ. 

Вместе с тем, оценив позицию заявителя в рассматриваемой части, суд не усматривает оснований для удовлетворения доводов Общества, поскольку Инспекцией подтверждено, что в целом по организации собраны и проанализированы все выплаченные доходы всем физическим лицам, удержанный и перечисленный НДФЛ. В результате установлено несвоевременное перечисление НДФЛ, в том числе, как с выплаченных премий руководящему составу, так и со всех доходов, выплаченных физическим лицам за проверяемый период.

При этом суд отмечает, что реализация налогоплательщиком права на предоставление заявления об уточнении платежа в порядке пункта 7 статьи 45 Налогового кодекса РФ, в данном случае не поставлена в зависимость от результатов выездной налоговой проверки, содержащихся в оспариваемом решении, а равно принятия налоговым органом решения об уточнении платежа.

Оспариваемым решением Общество также привлечено к налоговой ответственности по статье 126.1 Налогового кодекса РФ за предоставление недостоверных сведений в справках 2-НДФЛ в общей сумме налоговых санкций в размере 1 750 рублей (с учетом смягчающих обстоятельств).

В представленном заявлении  Общество просит отменить решение  Инспекции в полном объеме, однако не приводит каких-либо доводов в части привлечения к налоговой ответственности по статье 126.1 Налогового кодекса РФ, в связи с чем, суд также полагает необходимым  отказать в удовлетворении заявленных требований в указанной части. 

Оценивая иные доводы Общества применительно к изложенным выше обстоятельствам, с учетом перечисленных положений норм права, содержания оспариваемых решений и других доказательств, представленных в материалы настоящего дела, суд также приходит к выводу об отсутствии оснований для признания таких доводов  обоснованными.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии со статьями 65 и 200 Арбитражного процессуального кодекса РФ обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо. Однако данное положение не освобождает  налогоплательщика от обязанности доказывания тех обстоятельств, на которые он ссылается как на основание своих требований и возражений.

Проанализировав доводы Общества, оценив все имеющиеся доказательства по делу, как того требуют положения статьи 71  Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд считает, что  вопреки позиции заявителя, доказательства, имеющиеся в материалах дела, в полной мере подтверждают правомерность выводов налогового органа при вынесении оспариваемых решений.

С учетом  изложенного, а также совокупности всех установленных судом обстоятельств и представленных в материалы дела доказательств, суд полагает необходимым отказать Обществу в удовлетворении заявленных требований.

В связи с отказом в удовлетворении заявленных требований, судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение настоящего дела, относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями  102, 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд 

Р  Е  Ш  И  Л:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его принятия в Восьмой арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Тюменской области.

 Судья

Безиков О.А.