АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4989/24 

Екатеринбург

11 сентября 2024 г.

 

Дело № А76-18011/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 04 сентября 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 сентября 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О.Э.,

судей Тихоновского Ф.И., Савицкой К.А.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 05.02.2024 по делу № А76-18011/2022 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети Интернет.

В судебном заседании в суде округа принял личное участие ФИО1, а также его представитель – ФИО2 (доверенность от 26.04.2023 № 74АА6316821).

 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 11.10.2022 общество с ограниченной ответственностью Частная охранная организация «Альянс» (далее – общество ЧОО «Альянс», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО3 (далее – конкурсный управляющий, управляющий).

Конкурсный управляющий 27.02.2023 обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о взыскании с ФИО1 (далее также – ответчик) убытков в сумме 8 238 698 руб. 81 коп. 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 05.02.2024, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2024, установлено наличие основанийдля привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Производство в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. 

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 05.02.2024 и постановление апелляционного суда от 14.06.2024 отменить и направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь на нарушение судами норм права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела.

В кассационной жалобе заявитель возражает против выводов судов относительно наличия оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности, указывая, что конкурсным управляющим изначально таких требований не заявлялось, в связи с чем у ответчика отсутствовала возможность представить свои возражения по существу таких требований, ссылается на то, что суд первой инстанции в нарушение процессуального законодательства не привлек к рассмотрению спора в качестве соответчика ФИО4, являющегося учредителем должника, суд апелляционной инстанции, в свою очередь, необоснованно отклонил ходатайство ФИО1 о привлечении ФИО4 к рассмотрению данного спора. Заявитель жалобы приводит доводы о том, что судами при вынесении обжалуемых судебных актов не исследована степень вовлеченности ФИО1 в процесс управления обществом ЧОО «Альянс», акцентирует внимание на недоказанности наличия у него возможности контролировать деятельность должника, указывает, что являлся номинальным руководителем, не принимал существенных для должника решений и не имел какого-либо доступа к его финансовой документации и распределению денежных средств, отмечая, что о создании должником формального документооборота ему стало известно лишь после проведения налоговой проверки. Податель жалобы также ссылается на то, что фактически деятельность общества ЧОО «Альянс» контролировалась Холдингом «Варяг», что, по мнению ответчика, подтверждено решением налогового органа о привлечении должника к налоговой ответственности. Кроме того, ответчик полагает, что материалами дела не доказано наличие причинно-следственной связи между его действиями и банкротством должника, невозможностью погашения требований кредиторов, настаивая, что причиной банкротства явились действия единственного учредителя ФИО4  

ФИО1 и его представитель в судебном заседании суда округа доводы кассационной жалобы поддержали, настаивали на ее удовлетворении.

Конкурсным управляющим представлен отзыв на кассационную жалобу, в котором он против доводов жалобы возражает, просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество ЧОО «Альянс» зарегистрировано в качестве юридического лица 15.05.2009. Единственным участником общества с долей участия в уставном капитале 100  % является ФИО4

Функции единоличного исполнительного органа должника в период с 23.08.2016 по дату открытия конкурсного производства (11.10.2022) исполнял ФИО1

В отношении должника Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 23 по Челябинской области (далее – уполномоченный орган) проведена выездная налоговая проверка по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налогов должником за период с 01.01.2017 по 31.12.2019, по результатам которой составлен акт выездной налоговой проверки от 25.08.2021 № 13 и принято решение от 15.11.2021№ 401 о привлечении должника в лице директора ФИО1 к ответственности за совершение налогового правонарушения в виде доначисления налога, страховых взносов и штрафа на общуюсумму 10 541 640 руб. 50 коп.  Должнику также предложено удержать и перечислить НДФЛ за 2017-2019 годы в сумме 4 633 315 руб.

В ходе налоговой проверки уполномоченным органом установлен противоправный характер деятельности должника и осуществление им действий, направленных на умышленное создание схемы с противоправной целью получения необоснованной налоговой выгоды и выразившихся в неполной уплате налога, подлежащего уплате в связи с применением должником упрощенной системы налогообложения в результате занижения суммы доходов, полученных от реализации охранных услуг, а также неполной уплате страховых взносов за 2017–2019 годы в сумме 8 238 698 руб. 81 коп.

Уполномоченным органом выявлены факты осуществления должником расчетов по оплате труда под видом выплат подотчетных сумм, тем самым искажены реальные факты осуществления хозяйственной деятельности, применения им «серой схемы» оплаты труда, направленной на незаконное уменьшение налоговых обязательств, в частности, в виде неправомерного освобождения от обложения страховыми взносами, налогом на доходы физических лиц спорных выплат в целях уклонения от уплаты налогов. 

Налогоплательщик, не согласившись с вынесенным решением налогового органа, оспорил его в апелляционном порядке в вышестоящий налоговый орган.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области от 24.02.2022 № 16-07/00117 решение от 15.11.2021 № 401 оставлено без изменения. 

Затем 24.05.2022 должник обратился в Арбитражный суд Челябинской области с иском о признании решения уполномоченного органа от 15.11.2021 № 401 в части доначисления налога и страховых взносов, наложения штрафов, а также возложения обязанности по удержанию и перечислению налога на доходы физических лиц, недействительным, возбуждено дело № А76-16721/2022. 

В тот же период определением суда от 07.06.2022 на основании заявления должника возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве общества ЧОО «Альянс»; определением от 05.07.2022 в отношении него введена процедура наблюдение, решением от 11.10.2022 общество ЧОО «Альянс» признано несостоятельным (банкротом) с открытием в отношении него процедуры конкурсного производства

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 24.01.2023по делу № А76-16721/2022, оставленным без изменения постановлениями Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.05.2023 и Арбитражного суда Уральского округа от 10.08.2023, требования должника удовлетворены частично: решение инспекции признано недействительным в части начисления штрафов в сумме 716 688 руб. 75 коп. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано. 

Ссылаясь на вышеизложенные обстоятельства, полагая, что в результате неправомерных и недобросовестных действий ответчика обществу ЧОО «Альянс», установленных в ходе выездной налоговой проверки, причинены убытки, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Признавая доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника суды исходили из следующего. 

В пункте 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Общими условиями ответственности за причиненный вред являются наличие вреда, неправомерные действия (бездействие) лица, причинившего вред, и причинная связь между такими действиями и наступившим вредом (статья 1064 названного Кодекса). Недоказанность хотя бы одного из элементов состава данного гражданско-правового правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении убытков.

Необходимость определения объема и предмета доказывания при взыскании убытков с контролирующего должника лица по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена также в абзаце третьем пункта 20 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53). 

Как разъяснено в пункте 20 постановления Пленума № 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению – общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), – суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В данном случае, проанализировав существо заявленных управляющим требований, положенные в их обоснование доводы и представленные доказательства, заключив, что вменяемые ответчику в вину нарушения  явились причиной банкротства должника, суды применительно к вышеуказанным разъяснениям, изложенным в пункте 20 постановления Пленума № 53, пришли к выводу, что к настоящему спору подлежат применению нормы о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве,если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Процесс доказывания обозначенного основания привлечения к субсидиарной ответственности упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Согласно одной из таких презумпций предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в ситуации, когда требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов (подпункт 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Предполагается, что в условиях нормальной хозяйственной деятельности и в отсутствие злоупотребления со стороны контролирующих лиц не может сложиться ситуация, при которой состав задолженности перед бюджетом вследствие совершения обществом налогового правонарушения будет составлять более половины всех его обязательств по основной сумме долга.

В рассматриваемом случае, в реестр требований кредиторов должника включены требований двух кредиторов на общую сумму 11 007 678 руб. 26 коп., в том числе требования уполномоченного органа на сумму 10 343 930 руб. 94 коп. (93,83 % от общего реестра требований кредиторов должника), основанные на решении от 15.11.2021 № 401 о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения. 

Разрешая вопрос о наличии (отсутствии) оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона о банкротстве, суды приняли во внимание результаты проведенной в отношении должника выездной налоговой проверки и установленные судебными актами по делу № А76-16721/2022 об оспаривании указанного решения уполномоченного органа обстоятельства использования должником «серой схемы» оплаты труда, направленной на незаконное уменьшение  налоговой базы и, как следствие, налоговых обязательств, в том числе в виде неправомерного освобождения от обложения страховыми взносами, налогом на доходы физических лиц спорных выплат в целях уклонения от уплаты налогов и получения необоснованной налоговой выгоды (статья 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

При этом суд первой инстанции по результатам исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств заключил, что реализация должником схемы по получению необоснованной налоговой выгоды путем умышленного искажения параметров осуществления деятельности в части не отражения (неполного отражения) размера заработной платы, выплачиваемой сотрудникам, имела место в период непосредственного руководства обществом ЧОО «Альянс» ФИО1, который, будучи лицом, исполняющим функции единоличного исполнительного органа общества, не мог не понимать, что полученная последним налоговая выгода является необоснованной, отметив, что ненадлежащее исполнение обществом ЧОО «Альянс» публично-правовой обязанности по перечислению удержанного налога на доходы физических лиц и страховых взносов, возлагаемые на юридическое лицо действующим законодательством, получение необоснованной налоговой выгоды в итоге привело к привлечению должника к налоговой ответственности и доначислению ему налогов и страховых взносов.

С учетом изложенного, исследовав обстоятельства возникновения у должника признаков объективного банкротства, установив, что согласно данным декларации общества ЧОО «Альянс» по упрощенной системе налогообложения за 2018 год сумма полученных обществом доходов составляла 14 394 000 руб., за 2019 год – 24 047 000 руб., за 2020 год – 25 733 000 руб., из решения уполномоченного органа от 15.11.2021также следует отсутствие у должника на момент проведения мероприятий налогового контроля тяжелого финансового положения, суд первой инстанции констатировал, что необходимой и основной причиной возникновения у общество ЧОО «Альянс» признаков объективного банкротства явились именно действия контролирующего его лица, выразившиеся в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе в создании и поддержании такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение необоснованной налоговой выгоды во вред кредиторам должника, в результате которых должник утратил возможность продолжать свою деятельность и стал неспособен надлежащим образом исполнять принятые на себя обязательства. 

При установленных обстоятельствах, исходя из отсутствия в материалах дела доказательств, свидетельствующих о том, что причиной банкротства должника явились обстоятельства, находящиеся вне сфере контроля ответчика (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), принимая во внимание, что доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога составили более 93 % совокупного размера основной задолженности реестра требований кредиторов должника, суд первой инстанции признал доказанным наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) контролирующего должника лица и возникшим ухудшением финансового состояния должника, на основании чего пришел к выводу о наличии совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества ЧОО «Альянс» за совершение действий, приведших к его банкротству.

В части установления размера субсидиарной ответственности производство приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Суд апелляционной инстанции, поддержал вышеуказанные выводы суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, вместе с тем признал заслуживающими внимание доводы ответчика о том, что все ключевые решения принимались учредителем должника – ФИО4, указав, что данные обстоятельства подтверждаются представленными в материалы дела доказательствами, в том числе материалами налоговой проверки, в ходе которой был установлен факт реализации ФИО1 совместно с ФИО4 «серой схемы» оплаты труда, служебными записками, адресованными ФИО1 ФИО4, об утверждении часовых ставок охранникам, оказании помощи в приобретении одежды для работников, повышении ставки оплаты труда, соответствующими приказами ФИО4 об установлении часовых тарифных ставок, поощрении ФИО1, о порядке осуществления расчетов по заработной плате и т.п. В то же время суд апелляционной инстанции обратил внимание на отсутствие в материалах дела доказательств, безусловно свидетельствующих о том, что ФИО1 являлся номинальным руководителем и был полностью подконтролен ФИО4

Принимая во внимание, что в рамках настоящего обособленного спора были установлены лишь основания для привлечения к субсидиарной ответственности, производство в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами, суд апелляционной инстанции заключил, что вышеизложенные обстоятельства и доводы ответчика с учетом разъяснений, приведенных в пункте 6 постановления Пленума № 53, могут быть учтены при определении судом размера субсидиарной ответственности.

Суд округа считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Суждения подателя жалобы об отсутствии правовых оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности, в том числе ввиду номинального характера его деятельности в качестве директора должника, несостоятельны, поскольку законодательством о банкротстве предусмотрена возможность привлечения к ответственности как фактических (теневых), так и номинальных контролирующих лиц (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве), при этом номинальный характер полномочий директора сам по себе не может являться обстоятельством, исключающим применение в отношении такого директора норм о привлечении к субсидиарной ответственности, при том, что такие руководители не утрачивают статус контролирующих лиц и несут субсидиарную ответственность солидарно с фактическим (пункт 6 постановления Пленума № 53). 

В данном случае судами первой и апелляционной инстанции по результатам исследования всех представленных доказательств сделаны обоснованные выводы о том, что банкротство общества ЧОО «Альянс» и невозможность погашения требований его кредиторов находятся в прямой причинно-следственной связи с неправомерными действиями контролирующих общество лиц, повлекшими привлечение должника к налоговой ответственности и доначисление ему налогов и взносов. Вопреки доводам кассационной жалобы обстоятельства, позволяющие сделать иной вывод, перед судами не раскрыты; аргументы о том, что причиной банкротства послужили объективные факторы, находящиеся вне сферы контроля контролирующих должника лиц, не приведены и не обоснованы. Соответственно, оснований для вывода о том, что должник прекратил свою деятельность и не смог рассчитаться по своим обязательствам по причинам объективного характера, на которые руководитель не имел возможности оказать влияния, у судов первой и апелляционной инстанций не имелось. 

При этом судом апелляционной инстанции верно отмечено, что  конкретный размер ответственности подлежит установлению с учетом всех фактических обстоятельств дела при рассмотрении соответствующего обособленного спора, в связи с чем приведенные ФИО1 доводы могут быть учтены при определении судом размера субсидиарной ответственности.

Доводы подателя жалобы о неправомерности переквалификации судом первой инстанции заявленных требований о взыскании убытков на требования о привлечении к субсидиарной ответственности также отклоняются. Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование (пункт 20 постановления Пленума № 53). Установив, что вменяемые бывшему руководителю должника действия (бездействие) явились необходимой причиной банкротства, суды заключили о наличии в рассматриваемом случае оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности. При этом материалами дела, в том числе аудиопротоколами судебных заседаний подтверждено, что суд первой инстанции вынес на обсуждение сторон вопрос о переквалификации заявленного требования (с требования о взыскании убытков на требование о привлечении к субсидиарной ответственности), в связи с чем ФИО1 не был лишен возможности высказать свою позицию относительно переквалификации требований. Нарушений норм процессуального права судами не допущено.

Содержащиеся в кассационной жалобе доводы о непривлечении к рассмотрению спора в качестве соответчика ФИО4, являющегося учредителем должника, судом округа не принимаются с учетом того, что определение состава ответчиков в конкретном споре является исключительным правом истца (статья 44 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), суд по собственной инициативе не вправе самостоятельно определять надлежащий круг ответчиков, за исключением случаев, предусмотренных частью 6 статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При этом суд округа отмечает, что согласно информации, размещенной в общем доступе в системе «Картотека арбитражных дел», конкурсным управляющим в настоящее время подано самостоятельное заявление о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, которое принято к производству суда. 

Иные приведенные заявителем в кассационной жалобе доводы являлись предметом детальной проверки судов, получили исчерпывающую оценку, отклонены как несостоятельные с подробным изложением мотивов отклонения, ее обоснованности не опровергают и не свидетельствуют о нарушении ими норм права при принятии обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено. 

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Определением суда округа от 29.07.2024 о принятии кассационной жалобы ФИО1 к производству заявителю было предложено представить суду доказательства уплаты государственной пошлины по кассационной жалобе в сумме 3 000 руб. 

Во исполнение требований суда ФИО1 заявлено ходатайство о зачете ранее уплаченной и возвращенной постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2024 по настоящему делу государственной пошлины в сумме 3 000 руб., уплаченной по чеку-ордеру от 14.02.2024 № 373, в счет уплаты государственной пошлины за подачу кассационной жалобы. В обоснование ходатайства представлены оригинал чек-ордера от 14.02.2024 № 373, надлежащим образом заверенная копия постановления апелляционного суда от 14.06.2024 и оригинал справки о возврате государственной пошлины, выданной судом апелляционной инстанции. 

Проверив представленные в обоснование заявленного ходатайства документы, суд на основании пункта 6 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации считает возможным произвести зачет государственной пошлины в общей сумме 3 000 руб., возвращенной постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2024, в счет государственной пошлины, подлежащей уплате за рассмотрение настоящей кассационной жалобы.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 05.02.2024 по делу № А76-18011/2022 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Произвести зачет государственной пошлины в размере 3 000 (три тысячи) рублей, излишне уплаченной по чеку-ордеру от 14.02.2024 № 373 при подаче апелляционной жалобы, в счет уплаты государственной пошлины по настоящей кассационной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       О.Э. Шавейникова 

 

Судьи                                                                                    Ф.И. Тихоновский 

 

                                                                                              К.А. Савицкая