АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-57996/2020

Дело № А65-7784/2019

г. Казань

01 декабря 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 ноября 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 01 декабря 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Минеевой А.А., 

судей Гильмутдинова В.Р., Богдановой Е.В., 

при участии до и после перерыва представителей:

общества с ограниченной ответственностью «НерудСервис-Казань» - ФИО1, доверенность от 10.01.2022,

ФИО2 – ФИО3, доверенность от 25.01.2022,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО2 

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.06.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2022,

общества с ограниченной ответственностью «НерудСервис-Казань», общества с ограниченной ответственностью «Бункер-Трейд»

на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2022

по делу № А65-7784/2019

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «НерудСервис -Казань» о включении требований в реестр требований кредиторов должника, предъявленному в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Волжская Топливная Компания»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.10.2019 общество с ограниченной ответственностью «Волжская Топливная Компания» (далее - ООО «Волжская Топливная Компания», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4 (далее – конкурный управляющий ФИО4). 

Общество с ограниченной ответственностью «НерудСервис-Казань» (далее - ООО «НерудСервис-Казань», кредитор) обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 60 949 423,59 руб., в том числе: 42 950 295,37 руб. основного долга, 17 999 128,22 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено  общество с ограниченной ответственностью КБЭР «Банк Казани (далее - ООО КБЭР «Банк Казани», Банк).  

Определением Арбитражный суд Республики Татарстан от 11.09.2019, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2019, требование ООО «НерудСервис-Казань» в размере 60 949 423,59 руб. признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 26.02.2020  принятые по спору судебные акты отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в  суд первой  инстанции.

При новом рассмотрении к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: общество с ограниченной ответственностью «Бетон» в лице конкурсного управляющего ФИО5 (далее – ООО «Бетон»), общество с ограниченной ответственностью «Бункер-Трейд» (далее – ООО «Бункер-Трейд»), общество с ограниченной ответственностью «Камское речное предприятие» (далее – ООО «Камское речное предприятие»), общество с ограниченной ответственностью «Поволжская нерудная компания» в лице конкурсного управляющего ФИО6 (далее – ООО «Поволжская нерудная компания»), общество с ограниченной ответственностью «Сириус» (далее – ООО «Сириус»), ФИО7, финансовый управляющий ФИО7 ФИО8, ФИО9.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.06.2020 требование ООО «НерудСервис-Казань» признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требования кредиторов должника в размере  42 876 518, 41 руб. основного долга, 4 000 000 руб. неустойки. В остальной части требование оставлено без удовлетворения.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2022 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.06.2020 изменено. Заявление удовлетворено частично. Признано требование ООО «НерудСервис-Казань» в размере 42 876 518,41 руб. долга, 4 000 000 руб. неустойки обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника ООО «Волжская Топливная Компания», оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. В остальной части заявление ООО «НерудСервис-Казань» о включении в реестр требований кредиторов должника  оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с принятыми по обособленному спору судебными актами, в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационными жалобами обратились ФИО2 (далее – ФИО2), ООО «НерудСервис-Казань» и  ООО «Бункер-Трейд».

ФИО2 просит в своей кассационной жалобе принятые по спору судебные акты отменить, заявление ООО «НерудСервис-Казань» о включении в реестр требований кредиторов должника оставить без удовлетворения.

ООО «НерудСервис-Казань» и ООО «Бункер-Трейд» в своих кассационных жалобах просят постановление апелляционного суда от 05.09.2022 отменить, определение суда первой инстанции от 23.06.2020 оставить в  силе.

В обоснование кассационных жалоб заявители указывают на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам, неполное исследование и установление подлежащих установлению обстоятельств, необоснованное приобщение апелляционным судом дополнительных доказательств по делу.

В судебном заседании представитель ООО «НерудСервис-Казань» и представитель ФИО2 доводы кассационных жалоб поддержали, дали пояснения по доводам кассационных жалобы, просили их удовлетворить. Представитель ООО «НерудСервис-Казань» заявил ходатайство об отложении судебного разбирательства в связи с ненаправлением ФИО2 письменного отзыва в его адрес, представитель ФИО2, в свою очередь, заявил ходатайство о неприобщении письменных пояснений ООО «НерудСервис-Казань» к жалобе, которые также не были направлены участникам процесса. 

От арбитражного управляющего ФИО4 в суд округа поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства, мотивированное занятостью в другом судебном процессе.

Ходатайства об отложении рассмотрены судебной коллегией и отклонены в связи с отсутствием оснований, предусмотренных статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –АПК РФ).

Поступивший в суд округа отзыв представителя ФИО2 на кассационную жалобу и письменные пояснения ООО «НерудСервис-Казань» к кассационной жалобе судом во внимание не принимаются, поскольку в нарушение статьи 279 АПК РФ данные документы лицам, участвующим в споре, не были направлены заблаговременно. К материалам дела отзыв и пояснения не приобщаются, однако, фактическому возврату они не подлежат, поскольку представлены в электронном виде.

Определением Арбитражного суда Поволжского округа от 18.11.2022 произведена замена судьи Баширова Э.Г. на судью Минееву А.А. в порядке, установленном в статье 18 АПК РФ. После замены судьи рассмотрение кассационной жалобы начато с начала.

Законность судебных актов проверена Арбитражным судом Поволжского округа в порядке, предусмотренном статьями 274, 284 и 286 АПК РФ.

Изучив материалы дела и оценив доводы жалоб, суд кассационной инстанции считает, что оставлению без изменения подлежит постановление апелляционного суда в силу следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между ООО КБЭР «Банк Казани» и ООО «Волжская Топливная Компания» был заключен договор на открытие кредитной линии под лимит выдачи от 31.03.2016 №50/16-лв-юл, согласно которому должнику был выдан Банком кредит в сумме 71 266 668 руб., по ставке 17,5%  годовых, сроком до 10.05.2017 с целью рефинансирования задолженности ООО «Камское речное предприятие» и ФИО7

По состоянию на дату совершения сделки ФИО7 являлся участником ООО «Волжская Топливная Компания» с размером доли в уставном капитале -100%.

ФИО10 (Кахаберидзе А.С.) являлась участником ООО «НерудСервис-Казань» (ранее ООО «Бункер-Сервис») с размером доли в уставном капитале-34% и ООО «Камское речное предприятие» с размером доли в уставном капитале -100%.

Согласно пункту 5 договора на открытие кредитной линии от 31.03.2016 № 50/16-лв-юл в обеспечение исполнения обязательств должника по кредитному договору было предоставлено не только его имущество, но также и имущество, находящееся в собственности ООО «Сириус», ООО «АВ Консалтинг групп», ООО «Камское речное предприятие», ООО «Поволжская нерудная компания», ООО «Бункер Трейд», ФИО11 и ФИО10

Как следует из подпунктов 5.1-5.1.8 договора на открытие кредитной линии на дату его заключения часть заложенного имущества уже являлась предметом залога в обеспечение исполнения обязательств ООО «Камское речное предприятие» по договорам на открытие кредитной линии под лимит выдачи от 29.04.2015 № 56/15-ЛФ-ЮЛ, от 05.06.2015 № 74/15-ЛВ-ЮЛ, а также в обеспечение исполнения обязательств ФИО11 по договору потребительского кредита от 30.09.2015 №1072/15-К-ФЛ-20. 

В соответствии с выпиской по расчетному счету ООО «Волжская Топливная Компания» № 40702810411010002450, открытому в ООО «КБЭР «Банк Казани», сумма займа в размере 71 200 002 руб. была предоставлена должнику 04.04.2016. 

В тот же день с этого же расчетного счета было произведено списание 69 400 000 руб. с указанием в назначении платежа на погашение основного долга по кредиту согласно договору № 74/15-лв-юл от 05/06/15, заключенному с ООО «Камское речное предприятие», а также произведено списание 1 800 002 руб. с указанием в назначении платежа на погашение основного долга по кредиту согласно договору № 1072/15-К-ФЛ-20 от 30/09/15, заключенному с ФИО7

В своих объяснениях кредитор ООО «НерудСервис-Казань» (прежнее наименование - ООО «Бункеръ-Сервис») указал, что в 2016 году с целью приобретения комплекса недвижимого имущества у ООО «Волжская Топливная Компания», находящихся в залоге у ООО «КБЭР «Банк Казани» (цедент, первоначальный кредитор), обратился к первоначальному кредитору (цедент) ООО «КБЭР «Банк Казани» с намерением приобрести имущественный комплекс в составе следующих объектов: здание причала, назначение: нежилое, 1-этажное, общей площадью 4080 кв.м; бытовой корпус, назначение: нежилое, 1-этажный, общая площадь 76 кв.м; здание трансформаторной подстанции, назначение: нежилое, 1-этажное, общей площадью 53,4 кв.м; сооружение (подъездной железнодорожный путь), назначение: сооружения транспорта, протяженностью 1162 м; вагон-диспетчерская, назначение: нежилое, 1-этажный, общей площадью 48,60 кв.м; право аренды земельного участка общей площадью 95 228 кв.м.

По требованию банка между ООО «НерудСервис-Казань» и ООО «КБЭР «Банк Казани» был заключен договор поручительства от 11.10.2016 № 50/16-П7-ЮЛ, в соответствии с пунктом 1.1 которого ООО «НерудСервис-Казань» приняло на себя обязательство отвечать перед кредитором в полном объеме за исполнение обязательств ООО «Волжская Топливная Компания» по договору на открытие кредитной линии под лимит выдачи № 50/16-ЛВ-ЮЛ от 31.03.2016.

Согласно пункту 1.6 договора поручительства срок поручительства определен сторонами до 10.05.2020.

17 октября 2016 между ООО «НерудСервис-Казань» и должником был заключен договор купли-продажи имущества на сумму 35 120 029 руб. со сроком оплаты до 31.12.2016.

В период с 31.12.2016 по 31.08.2017 ООО «НерудСервис-Казань» по договору поручительства от 11.10.2016 № 50/16-П7-ЮЛ за ООО «Волжская Топливная Компания» произвело в адрес Банка оплату в размере 15 619 325,82 руб., в том числе  10 000 000 руб.  в погашение основного долга, 5 619 325,82 руб.  в погашение процентов.

Между ООО «КБЭР «Банк Казани» и ООО «НерудСервис-Казань» 28.09.2017  был заключен договор уступки прав требования (цессии), согласно пункту 1.4 которого общая стоимость уступаемого права требования на дату заключения договора составляет 62 450 998,73 руб. 

Платежными поручениями от 29.09.2017 № 467, от 29.09.2017 № 468 ООО «НерудСервис-Казань» произвело оплату в адрес ООО «КБЭР «Банк Казани» в размере 62 450 998,73 руб. по договору  уступки права требования (цессии) от 28.09.2017.

28 сентября 2017 года между ООО «Волжская Топливная Компания» и ООО «НерудСервис-Казань» также было подписано соглашение о зачете взаимных обязательств, согласно которому задолженность ООО «Волжская Топливная Компания» перед ООО «НерудСервис-Казань», возникшая на основании договора уступки права требования (цессии) от 28.09.2017 в размере 62 450 998,73 руб., была частично зачета в счет задолженности ООО «НерудСервис-Казань» перед ООО «Волжская Топливная Компания» по договору купли-продажи недвижимости от 17.10.2017. 

Таким образом, сторонами зачтена взаимная задолженность в размере 35 120 029,18 руб. Соглашением также предусмотрено, что расчет по договору купли-продажи недвижимости от 17.10.2017 произведен между сторонами в полном объеме.

Требование кредитора в рамках настоящего обособленного спора о включении в реестр требований кредиторов должника представляет собой  задолженность ООО «Волжская Топливная Компания» по договору на открытие кредитной линии с лимитом выдачи от 31.03.2016 № 50/16-ЛВ-ЮЛ, в части не прекращенной соглашением о зачете взаимных обязательств от 28.09.2017; начисленные на указанную сумму проценты за пользование чужими денежными средствами в соответствии с пунктом  6.2 договора на открытие кредитной линии, а также сумму погашения, произведенного кредитором в качестве поручителя за ООО «Волжская Топливная Компания» Банку по договору на открытие кредитной линии с лимитом выдачи от 31.03.2016 № 50/16-ЛВ-ЮЛ.

Удовлетворяя требование ООО «НерудСервис-Казань» частично, суд первой инстанции, исходя из обстоятельств  дела  и учитывая положения  статей 334, 346 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ),  пришел к выводу о том, что  экономическая целесообразность заключения кредитором договора уступки права требования (цессии) от 28.09.2017 состоит в намерении кредитора освободить из-под залога приобретенный по договору купли-продажи от 17.10.2016 комплекс объектов недвижимости; что доказательств наличия у сторон противоправной цели либо причинения ущерба иным лицам при заключении данных сделок  в материалы дела не представлено. 

Суд  первой  инстанции также пришел к выводу о том, что договоры поручительства, заключенные 31.03.2016 с ООО «Бункер Трейд», ООО «Камское речное предприятие», ООО «Поволжская нерудная компания», ООО «Сириус», ФИО7, ФИО10, отвечают признакам совместного поручительства, поскольку заключены в один день, условия договоров поручительства идентичны и направлены на обеспечение общего обязательства, что свидетельствует о воле сторон на заключение договора совместного поручительства. Тогда как, договор поручительства от 11.10.2016 № 50/16-П7-ЮЛ, заключенный между ООО «КБЭР «Банк Казани» и ООО «НерудСервис-Казань», не может быть квалифицирован как совместное поручительство, поскольку усматривается заключение договора с целью получения согласия залогодержателя на отчуждение предмета залога, а не с целью совместного обеспечения обязательств должника по кредитному договору.

Суд также отметил, что  ни ООО «Поволжская нерудная компания», ни ФИО9, ни финансовый управляющий ФИО7 конкурирующими кредиторами должника не являются, а ФИО9, являясь дочерью контролирующего должника лица ФИО7, действует в его интересах, имеющих конечной целью уменьшение размера имущественной ответственности контролирующего лица.

Кроме того, полагая, что возражения лиц, участвующих в деле, направлены не на обеспечение эффективного формирования конкурсной массы ООО «Волжская Топливная Компания» и проведения процедуры, а на уменьшение размера своей имущественной ответственности, как солидарных должников по соответствующему обязательству, а также, принимая во внимание, что данные лица также являлись участниками спорного правоотношения,  суд пришел к выводу, что   применение  к ним  пониженного стандарта доказывания не соответствует принципу состязательности сторон арбитражного процесса и разъяснениям высших инстанций.

Доводы возражающих лиц о том, что наличие корпоративной связи являлось основанием для заключения кредитором соответствующей сделки, а также оказывало влияние на ее условия и последующее исполнение, арбитражным судом  отклонены как необоснованные.

Установив соотношение размера долей в обществе на даты совершения соответствующих сделок, а именно: ФИО7 являлся участником ООО «Волжская Топливная Компания» с размером доли в уставном капитале общества - 100%; ФИО9 является участником ООО «НерудСервис-Казань» (ранее - ООО «Бункеръ-Сервис») с размером доли в уставном капитале - 34% и является участником ООО «Камское речное предприятие» с размером доли в уставном капитале - 100%; вторым участником ООО «НерудСервис-Казань» являлся ФИО12 с размером доли в уставном капитале - 50%, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что возможность у контролирующих должника лиц прямо либо опосредованно давать обязательные для исполнения ФИО12 указания, либо оказывать влияние на принятие им решений в предпринимательской деятельности, не доказаны.

При этом ссылки возражающих лиц на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.07.2017 и постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 26.12.2018 по делу №А65-28716/2017, как устанавливающие факт отнесения ООО «НерудСервис-Казань» в группу компаний хозяйствующих субъектов, контролируемую ФИО7, судом отклонены с указанием на то, что подобные корпоративные связи не свидетельствуют об осведомленности ООО «НерудСервис-Казань» о наличии у ООО «Волжская Топливная Компания» обязательств перед иными кредиторами и как следствие, о наличии противоправной цели при совершении соответствующей сделки в виде создания контролируемой кредиторской задолженности для целей последующего банкротства должника.

В этой  связи суд первой инстанции пришел к выводу о том, что  при заключении соответствующей сделки ООО «НерудСервис-Казань» действовало в собственном обособленном экономическом интересе, направленном на приобретение недвижимого имущества, что  допустимых и относимых доказательств наличия между кредитором и должником, либо их участниками, внутригрупповых переговоров, в материалы дела не представлено. 

Оценив представленные в ходе нового рассмотрения ООО «НерудСервис-Казань» в материалы дела выписки по расчетным счетам, открытым в ПАО «Акибанк» и ООО «КБЭР «Банк Казани», за 2016 год, универсальные передаточные документы, подтверждающие осуществление в 2016 году хозяйственной деятельности по поставке судового топлива; налоговую декларацию по НДС за 2016 год с приложением книги продаж; сведения о застрахованных лицах по форме СЗВ-М по состоянию на 2016 год, штатное расписание общества по состоянию на 2016 год, суд пришел к выводу о реальности заявленных кредитором требований.

Учитывая обстоятельства дела, последствия нарушения обязательства и с учетом признания должника несостоятельным (банкротом), суд первой инстанции пришел к выводу о том, что  предъявленная кредитором к взысканию неустойка несоразмерна, в связи с чем подлежит уменьшению в порядке статьи 333 ГК РФ до суммы в 4 000 000 руб. Также суд признал необоснованным включение в размер основного долга пеней за просроченные проценты в размере 32 793, 35 руб. и процентов по статье  395 ГК РФ в размере 40 983, 61 руб.

Суд апелляционной  инстанции согласился с выводами суда первой инстанции о наличии задолженности  в заявленном размере, вместе  с тем, пришел к выводу о необходимости субординирования заявленного требования, исходя из следующего.

ООО «Волжская Топливная Компания» и ООО «НерудСервис-Казань» являются аффилированными лицами и входят в одну группу компаний, поскольку как указано выше на дату совершения  вышеуказанных сделок ФИО7 являлся участником ООО «Волжская Топливная Компания»  с размером доли в уставном капитале общества - 100%. ФИО10 (дочь ФИО7) является участником ООО «НерудСервис-Казань» с размером доли в уставном капитале - 34% и ООО «Камское речное предприятие» с размером доли в уставном капитале - 100%. ООО «НерудСервис-Казань» выступило поручителем ООО «Волжская Топливная Компания» по кредитному договору с ООО «КБЭР «Банк Казани». В период с 01.08.2016 по 05.08.2021 ФИО12 входил в состав учредителей ООО «НерудСервис-Казань»,  ФИО10 являлась учредителем ООО «НерудСервис-Казань» в период с 05.03.2015  по 30.09.2020.  То есть указанные лица являлись юридически и фактически аффилированными лицами.

На момент заключения договора цессии ООО «Волжская Топливная Компания» отвечало признакам неплатежеспособности, поскольку имело неисполненные обязательства перед; АО «Казанское межотраслевое предприятие промышленного железнодорожного транспорта»,  размер долга составлял 529 885,10 руб. (решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.06.2014); ЗАО «Страховая компания «Железнодорожный страховой фонд», размер долга составлял 300 000 руб. (решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.02.2015 по делу № А65-28717/2014); МКУ «Комитет земельных и имущественных отношений исполнительного комитета муниципального образования города Казани», задолженность по арендной плате составляла 1 751 814,30 руб. и пени  163 502,68 руб. (решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.05.2015 по делу № А65-5029/2015); ОАО «Казанское межотраслевое предприятие промышленного железнодорожного транспорта», размер долга составлял 191 237 руб. (решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.09.2015 по делу №А65-15698/2015); ОАО «Казанское межотраслевое предприятие промышленного железнодорожного транспорта», размер долга составлял 399 767, 27 руб. (решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.09.2015 по делу № А65-15701/2015); ИП ФИО13, размер долга составлял 352 000 руб. (определение Арбитражного суда Республики Татарстан о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения Международного третейского суда Civitas Solis 1АС при некоммерческом партнерстве медиаторов «Службы досудебного урегулирования споров» от 23.11.2016, определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 28.12.2016 по делу№А65-28506/2016); МКУ «Комитет земельных и имущественных отношений исполнительного комитета муниципального образования города Казани», задолженность по арендной плате составляла 11 465 465,34 руб., пени  5 554 224,69 руб. (решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.01.2018  по делу № А65-36533/2017).

В последующем, определением Арбитражного суда РТ от 17.02.2020  требование МКУ «Комитет земельных и имущественных отношений исполнительного комитета муниципального образования города Казани» включено в реестр требований должника  в размере 17 019 689,43 руб., в том числе: 11 465 465,34 руб. долга, 5 554 224,09 руб. неустойки.

Требования правопреемника ООО «Бетон» - ФИО14 в размере долга 2 347 230,94 руб., возникшего  в результате реституции по оспоренной сделке, 99 628,70 руб. - проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 18.08.2017 по 21.02.2018 (решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 05.04.2018 по делу № А65-6070/2018) включены в реестр требования кредиторов (заявитель по делу о банкротстве) на основании определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.06.2019.

Требования МКУ «Комитет земельных и имущественных  отношений  исполнительного  комитета муниципального образования города Казани», ООО «Бетон», ООО «НерудСервис-Казань», ОАО  «Сетевая компания» были также включены в реестр требований кредиторов ООО «Волжская Топливная Компания».

Задолженность ОАО «Сетевая компания» в размере 432 413,05 руб. (постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.11.2020 по делу № А65-7784/2019), возникла в период 01.07.2015 по 30.11.2015, что следует из определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.06.2020  по настоящему делу.

Кроме того, из бухгалтерских балансов, представленных  ФИО2, апелляционным судом установлено, что по итогам 2016 - 2017 годов ООО «Волжская Топливная Компания» не имело  чистой прибыли и финансовое состояние ООО «Волжская Топливная Компания» не позволяло погасить задолженность перед ООО «НерудСервис-Казань».

ООО «НерудСервис-Казань» не требовало от ООО «Волжская Топливная Компания»  погашение задолженности  на протяжении 2 лет и только 15.07.2019  обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ООО  «Волжская Топливная Компания» после возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) в отношении должника независимым кредитором.

Кроме того, ООО «НерудСервис-Казань» не обосновало  наличие собственных разумных экономических причин предоставления ООО «Волжская Топливная Компания» финансирования, отличного от мотивов предоставления компенсационного финансирования.

Так, в договоре купли-продажи от 17.10.2016  установлено, что конечный срок оплаты по договору сторонами согласован - 31.12.2016, однако, оплата по договору произведена лишь 28.09.2017 (дата заключения соглашения о зачете). Следовательно, ООО «НерудСервис-Казань», в нарушение условий договора, пользовалось имуществом более 9 месяцев безвозмездно и ООО «Волжская Топливная Компания» не предъявляло к нему никаких требований.

ООО «Волжская Топливная Компания» не заключало обеспечительных сделок и не начисляло  пени по договору купли - продажи недвижимости, размер которых должен был составлять 9 517 527,86 руб. (пункт 5.1. договора) за период просрочки с 01.01.2017 - 28.09.2017.

В момент заключения кредитного договора было заключено 6  договоров  поручительства со следующими лицами: ООО «Бункер Трейд» - 04.04.2016, ООО «Камское речное предприятие» - 31.03.2016, ООО «Поволжская нерудная компания» 01.04.2016,  ООО «Сириус» - 31.03.2016, ФИО7 - 31.03.2016, ФИО10 - 31.03.2016. Договор поручительства с ООО «НерудСервис-Казань» заключен 11.10.2016, то есть спустя 6-7 месяцев после заключения кредитного договора и остальных договоров поручительства. В последующем ООО «НерудСервис-Казань» не требовало от ООО «Волжская Топливная Компания» погашения задолженности. 

Кроме того, апелляционным судом установлено, что незадолго  (за 7 дней) до заключения договора купли-продажи объектов недвижимости, ООО «НерудСервис-Казань» заключило предварительный договор с ФИО7, по условиям которого обязался продать в последующем учредителю ООО «Волжская Топливная Компания» - ФИО7 приобретенное у ООО «Волжская Топливная Компания» имущество. Данный договор не оспорен и не признан недействительным.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции признал обоснованным довод ФИО2 о том, что единственным разумным  объяснением заключения договора поручительства с ООО «НерудСервис-Казань» и договора цессии  является  неспособность  должника (ООО «Волжская Топливная Компания») и его поручителей исполнить обязательство по кредитному договору, что подтверждает финансовый кризис ООО «Волжская Топливная Компания», а действия ООО «НерудСервис-Казань» являются компенсационным финансированием  должника. 

Довод ООО «НерудСервис-Казань» о необходимости прекращения  производства по апелляционной жалобе со ссылкой на пункт 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», с учетом разъяснений, изложенных в Постановлении Конституционного Суда  Российской Федерации от 16.11.2021 № 49-П, отклонен судом второй инстанции как необоснованный.

С учетом установленных обстоятельств апелляционный суд пришел к выводу о необходимости изменения определения суда первой инстанции в части определения очередности  на основании пункта 3 части 1  статьи 270  АПК РФ. 

Судебная коллегия окружного суда соглашается с выводами апелляционного суда и оснований для удовлетворения кассационной жалобы не усматривает.

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: - лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; - лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В соответствии со статьей 4 Закон РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» аффилированные лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

В силу указанной нормы аффилированными лицами юридического лица являются: - лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица; - юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица.

Согласно пункту 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (далее - Обзор судебной практики), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве. Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа и других договорных конструкций, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. В том же положении, что и контролирующее лицо, находится кредитор, не обладающий контролем над должником, аффилированный с последним, предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица.

При этом в ситуации, когда аффилированные должник и кредитор имеют одного конечного бенефициара, предполагается, что финансирование предоставлено по указанию контролирующего лица, пока не доказано иное (пункт 4 Обзора судебной практики).

Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поэтому при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты) (пункт 3.1 Обзора судебной практики).

Согласно пункту 3.1 Обзора судебной практики, под компенсационным финансированием понимается финансирование, предоставляемое лицу, находящемуся в состоянии имущественного кризиса.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенном статьи 71 и 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

Из толкования пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве, разъяснений, изложенных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», следует, что проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником, а также оценка сделки на предмет ее заключенности и ничтожности.

При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно.

Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность. Критерии достаточности доказательств (стандарт доказывания), позволяющие признать требования обоснованными, устанавливаются судебной практикой.

В делах о банкротстве к кредиторам, заявляющим свои требования, предъявляется, как правило, повышенный стандарт доказывания. В то же время предъявление высокого стандарта доказывания к конкурирующим кредиторам считается недопустимым и влекущим их неравенство ввиду их ограниченной возможности в деле о банкротстве доказать необоснованность требования заявляющегося кредитора.

При рассмотрении подобных споров конкурирующему кредитору и (или) арбитражному управляющему должника достаточно заявить убедительные доводы и (или) представить доказательства, подтверждающие существенность сомнений в наличии долга.

При этом заявляющемуся кредитору не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

На это неоднократно указывалось как в утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации обзорах судебной практики Верховного Суда Российской Федерации (обзоры № 1(2017), № 3(2017), № 5(2017), № 2(2018) со ссылками на определения № 305-ЭС16-12960, №305-ЭС16-19572, №301-ЭС17-4784 и №305-ЭС17-14948, соответственно), так и в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, рассматривавшей подобные судебные споры (определения № 308-ЭС18-2197,  № 305-ЭС18-413,  № 305-ЭС16-20992(3),  № 301-ЭС17-22652(1), №305-ЭС18-3533,  № 305-ЭС18-3009,  № 305-ЭС16-10852(4,5,6),  № 305-ЭС16-2411,  № 309-ЭС17-344 и другие). Аналогичная правовая позиция изложена также в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 по делу № А41-36402/2012.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической; второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. 

Апелляционным судом установлено, что должник и кредитор являются аффилированными по отношению друг к другу лицами и признаки неплатежеспособности были у должника на дату возникших правоотношений.

Заключение подобных сделок между должником и кредитором значительно отличается от того, что можно было бы ожидать от любого независимого кредитора, который должен был бы незамедлительно принять меры по защите своих прав. Указанное лицо в силу аффилированности не могло не знать о том, что должник находится в ситуации имущественного кризиса, т.е. существует реальная угроза неполучения денежного исполнения договора.

В такой ситуации вполне ожидаемым поведением любого не связанного с должником разумного участника гражданского оборота явился бы отказ от заключения договора. Это предопределено сущностью конструкции коммерческой организации, предполагающей имущественную обособленность названного субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации), извлечение им прибыли в качестве основной цели деятельности (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поэтому как правильно установил апелляционный суд, требование кредитора по сути, является требованием о возврате компенсационного финансирования, и к нему применим соответствующий режим удовлетворения.

При банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям добросовестных кредиторов - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Понижение очередности погашения требования лица, контролирующего должника, вызвано исключительно отнесением на него риска предоставления компенсационного финансирования. 

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197 по делу № А32-43610/2015 указано, что если стороны настоящего дела действительно являются аффилированными, к требованию истца должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве.

При таких обстоятельствах требования кредитора ООО «НерудСервис-Казань» о включении в реестр требований кредиторов должника в удовлетворенной части апелляционным судом обоснованно признаны установленными и подлежащими удовлетворению после погашения требований кредиторов должника, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, в очередности предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Доводы кассационных жалоб свидетельствуют о несогласии заявителей с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судами доказательств.

Вместе с тем переоценка доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Предусмотренных статьей 288 АПК РФ оснований для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов по делу судом округа не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2022 по делу № А65-7784/2019 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судьяА.А. Минеева 

 

СудьиВ.Р. Гильмутдинов 

 

Е.В. Богданова