АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА 

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121 http://fasszo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

19 февраля 2025 года Дело № А56-54257/2017  

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Зарочинцевой Е.В., судей Колесниковой С.Г., Кравченко Т.В.,  

при участии от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Строй-Терминал» ФИО1 представителей ФИО2, ФИО3 (доверенности от 28.01.2025), от ФИО4 представителя ФИО5 (доверенность от 24.03.2023), от ФИО6 представителя ФИО7 (доверенность от 14.10.2024), от индивидуального предпринимателя ФИО8 представителя ФИО9 (доверенность от 14.10.2024), от Санкт-Петербургского государственного казенного учреждения «Фонд капитального строительства и реконструкции» представителя ФИО10 (доверенность от 09.01.2025), от Комитета по строительству Правительства Санкт-Петербурга представителя ФИО11 (доверенность от 25.12.2024),  

рассмотрев 29.01.2025 в открытом судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Строй-Терминал» ФИО1 и ФИО4 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.06.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2024 по делу № А56-54257/2017/суб.1,  

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.08.2017 возбуждено производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Строй-Терминал», адрес: 195213, Санкт-Петербург, ул. Латышских Стрелков, д. 29, корп. 3, лит. А, офис 13 ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество).  

Определением суда первой инстанции от 03.08.2018 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО12; определением от 21.11.2018 ФИО12 освобождена от исполнения обязанностей временного управляющего, временным управляющим утвержден ФИО13; решением от 14.02.2019 в отношении должника открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО13; определением от 15.03.2019 ФИО13 освобожден от исполнения обязанностей, конкурсным управляющим утвержден ФИО14; определением от 20.12.2019 ФИО14 освобожден от исполнения обязанностей, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.  

В поступившем в суд первой инстанции заявлении конкурсный управляющий должника с учетом уточнения требований просил привлечь ФИО4, ФИО6 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.  

Обособленному спору присвоен номер«суб.1». 

В поступившем в суд первой инстанции заявлении конкурсный кредитор государственное унитарное предприятие «Топливно-энергетический комплекс Санкт-Петербурга», адрес: 190031, Санкт-Петербург, ФИО15 ул., д. 12, лит. А, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, с учетом уточнения требований просило привлечь ФИО4, ФИО6 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 113 180 818,44 руб.  

Обособленному спору присвоен номер «суб.2». 

Определением суда первой инстанции от 09.06.2020 обособленные споры «суб.1»и «суб.2» объединены для совместного рассмотрения, обособленному спору присвоен номер«суб.1».  

Определением суда первой инстанции от 30.10.2020, оставленным без изменения постановлениями Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2021 и Арбитражного суда Северо-Западного округа от 23.07.2021, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества; производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами; в удовлетворении заявления в остальной части отказано.  

ФИО1 обратился в суд первой инстанции с заявлением о возобновлении производства по обособленному спору и определении размера субсидиарной ответственности ответчиков.  

Определением суда первой инстанции от 27.06.2024, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 18.10.2024, с ФИО4 и ФИО6 в конкурсную массу Общества взыскано 299 598 руб. в солидарном порядке, отдельно с ФИО4 – 53 344 385,99 руб.  

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения дела, просит отменить определение от 27.06.2024 и постановление от 18.10.2024, направить дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение.  

По мнению ФИО1, суды первой и апелляционной инстанций необоснованно освободили ФИО6 от субсидиарной ответственности по обязательствам должника, хотя именно ФИО6 являлся бенефициаром Общества и давал ФИО4 указания по распоряжению активами должника.  

Конкурсный управляющий должника отметил, что в постановлении от 23.07.2021 по обособленному спору «суб.1» суд кассационной инстанции указал на совершение должником убыточных сделок под руководством ФИО4 при активном участии ФИО6, следовательно, противоположные выводы судов первой и апелляционной инстанций, приведенные в обжалуемых судебных актах, не соответствуют обстоятельствам дела; являются ошибочными выводы судов о том, что ответчики не имели возможности участвовать в обособленных спорах о признании недействительными сделок должника, совершенных под их руководством, и о  

том, что стоимость утраченных должником активов в результате совершения названных сделок более чем в четыре раза меньше требований, включенных в реестр требований кредиторов должника (далее – Реестр).  

Податель жалобы утверждает, что недействительные сделки Общества, послужившие основанием для привлечения ФИО4 и ФИО6 к субсидиарной ответственности, привели к неправомерному отчуждению активов должника в пользу ФИО6 и аффилированных с ним лиц; суды не оценили совершенные сделки в совокупности, определили размер субсидиарной ответственности исходя из суммы ущерба, причиненного каждой сделкой в отдельности; правовых оснований для уменьшения размера субсидиарной ответственности не имелось, в том числе в связи с возвратом отчужденных по недействительным сделкам активов и продажей права требования от ответчика по сделке возвратить неправомерно полученное от должника имущество; заключение эксперта от 24.11.2023 № 32-2023 содержит выводы по вопросам права и не соответствует обстоятельствам дела.  

В кассационной жалобе ФИО4, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения дела, просит отменить определение от 27.06.2024 и постановление от 18.10.2024 в части определения размера его субсидиарной ответственности в сумме 53 344 385,99 руб. и взыскания с него указанной суммы, направить обособленный спор в этой части в суд первой инстанции на новое рассмотрение.  

ФИО4 указал, что размер его субсидиарной ответственности должен быть уменьшен, поскольку он не принимал управленческих решений в отношении Общества, а только исполнял указания ФИО6, что подтверждено их перепиской; контроль ФИО6 над Обществом мог быть подтвержден свидетелем ФИО16, работавшим в Обществе, но суд первой инстанции отказал в его вызове; ФИО4 не был привлечен к участию в обособленных спорах «сд.2» и «сд.41», поэтому возмещение вреда, причиненного Обществу в результате заключения этих сделок, не может быть возложено на ФИО4; с учетом показателей бухгалтерского баланса Общества и наличия заключенных с ним государственных контрактов на сумму более 3 млрд руб. сделки на 53 344 385,99 руб., совершенные должником под руководством ФИО4, не могли привести к неплатежеспособности Общества; суд первой инстанции неправомерно оценил сделки на указанную сумму в сравнении с иными сделками должника, а не с его финансовыми показателями, а также не принял во внимание, что объективное банкротство Общества наступило в связи с расторжением государственных контрактов.  

ФИО1 в отзыве на кассационную жалобу ФИО4 просит отказать в ее удовлетворении; в отзывах на кассационную жалобу ФИО1 конкурсные кредиторы Санкт-Петербургское государственное казенное учреждение «Фонд капитального строительства и реконструкции», адрес: 190000, Санкт-Петербург, наб. р. Мойки, д. 76, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Фонд), и Комитет по строительству Правительства Санкт-Петербурга, адрес: 190000, Санкт-Петербург, наб. р. Мойки, д. 76, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Комитет), просят ее удовлетворить, ФИО6 просит отказать в ее удовлетворении.  

В судебном заседании представители ФИО1 поддержали кассационную жалобу доверителя и кассационную жалобу ФИО4 в части доводов о неправомерном освобождении ФИО6 от субсидиарной  

ответственности; представитель ФИО4 поддержал кассационную жалобу доверителя, просил отказать в удовлетворении кассационной жалобы ФИО1; представители ФИО6 и ФИО8 возражали против удовлетворения кассационных жалоб ФИО1 и ФИО4; представители Фонда и Комитета просили удовлетворить кассационную жалобу ФИО1 и отказать в удовлетворении кассационной жалобы ФИО4  

Иные участвующие в деле лица, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.  

Проверив законность обжалуемых судебных актов и обоснованность доводов, приведенных в кассационных жалобах, Арбитражный суд Северо-Западного округа пришел к следующим выводам.  

Как следует из материалов обособленного спора, ФИО6 с 12.02.2016 по 27.02.2017 являлся генеральным директором должника, с 27.04.2015 по 28.03.2017 – его единственным участником, ФИО4 с 25.01.2010 по 11.02.2016, с 28.02.2017 по 05.03.2019 являлся генеральным директором должника.  

Определением от 30.10.2020 суд первой инстанции установил наличие оснований для привлечения ФИО4 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за совершение ими сделок, приведших к уменьшению активов должника, кроме того, ФИО4 привлечен к такой ответственности за неисполнение обязанности по передаче документации должника конкурсному управляющему (обособленный спор «истр.3»).  

В поступившем в суд первой инстанции заявлении ФИО1 

просил взыскать солидарно с ФИО4 и ФИО6 в конкурсную массу должника 409 896 251 руб. непогашенной задолженности перед кредиторами.  

В ходе рассмотрения судом первой инстанции заявления ФИО1 по ходатайству финансового управляющего ФИО6 назначена комплексная судебная бухгалтерская экспертиза по делу, проведение которой поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Атлас Эксперт» ФИО17; перед экспертом поставлены следующие вопросы:  

1) каков размер совершенных Обществом под руководством ФИО6 и ФИО18 сделок, оспоренных в рамках обособленных споров «сд.1», «сд.2», «сд.4», «сд.5», «сд.6», «сд.7», «сд.8», «сд.9», «сд.13», «сд.16», «сд.18», «сд.20», «сд.21», «сд.26», «сд.27», «сд.28», «сд.39», «сд.41», «сд.42», «сд.45»?;  

2) какое экономическое влияние на Общество оказали указанные выше сделки?  

В материалы дела поступило заключение эксперта от 24.11.2023 № 32-2023.  

Установив, что ФИО4 и ФИО6 имели контроль над должником в различные периоды времени, степень влияния их действий на деятельность должника не являлась равной с учетом периодов контроля, объема совершенных сделок и их последствий, а также, что действия указанных лиц в отдельности не могли привести к банкротству должника, однако в совокупности привели к объективному банкротству, исследовав доводы ответчиков о возможности применения в их отношении долевой  

ответственности и уменьшения ее размера с учетом влияния ответчиков на финансовое состояние должника, проанализировав заключение эксперта и данные бухгалтерского баланса должника за 2014 – 2016 годы, суд первой инстанции определил размер субсидиарной ответственности ФИО4 как стоимость активов, отчужденных должником под его руководством по сделкам, которые привели к банкротству Общества, без учета активов, возвращенных в конкурсную массу, размер субсидиарной ответственности ФИО6 как стоимость активов должника, отчужденных по недействительной сделке (обособленный спор «сд.20») в пользу общества с ограниченной ответственностью «Система +», бенефициаром которого является ФИО6  

При этом суд первой инстанции отказал в удовлетворении 

заявления в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО4 за неисполнение обязанности по передаче документации должника конкурсному управляющему как равного сумме всех требований кредиторов, поскольку не установил причинно-следственной связи между бездействием ответчика и невозможностью (затруднительностью) проведения процедуры банкротства с учетом выполненных конкурсным управляющим мероприятий по пополнению конкурсной массы (оспорены 45 сделок  

должника, истребована дебиторская задолженность, реализованы права требования).  

Суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции. 

Суд округа не может согласиться с данными выводами судов в силу следующего.  

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дополнен главой III.2, содержащей нормы, регулирующие ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.  

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ названный Закон вступает в силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых данной статьей установлен иной срок вступления их в силу.  

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.  

Исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки),  

имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ. 

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.  

 При разрешении спора об установлении оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности судами было установлено, что утрата возможности удовлетворения требований кредиторов явилась следствием недобросовестных действий ответчиков.  

ФИО4 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документов Общества, что подтверждено определением суда первой инстанции от 18.06.2020 по обособленному спору «истр.3» с учетом изменений, внесенных постановлением суда апелляционной инстанции от 26.01.2021, которыми у ФИО4 истребован перечень сведений и документов, в том числе база данных 1С Бухгалтерия, сведения об имуществе и дебиторской задолженности.  

 Судами также сделан вывод, что совершение должником сделок на сумму более 114 млн руб. впоследствии признанных недействительными наряду с непередачей документации должника конкурсному управляющему привело к невозможности формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами.  

В ходе рассмотрения обособленных споров по оспариванию сделок установлено, что сделки, оказавшие существенное влияние на финансово-экономическое состояние должника, были совершены как самим  

ФИО6, так и под его влиянием. 

При этом доводы ответчиков о несущественности размера оспариваемых сделок по отношению к размеру активов должника и о том, что указанные сделки не повлекли за собой банкротство должника, отклонены судом округа, поскольку оценочное понятие «существенности» введено в Закон о банкротстве Законом № 266-ФЗ, тогда как к спорным правоотношениям применяется Закон о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ.  

В отношении ответчика ФИО6 судами также отмечено, что и после 29.03.2017 он продолжал являться одним из бенефициаров должника и лицом с высокой степенью вовлеченности в процесс управления должником, с возможностью изменения экономической и(или) юридической судьбы должника, определения существенных условий сделок и извлечения выгоды из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника.  

Приведенные обстоятельства послужили основанием для принятия решения о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

При рассмотрении вопроса об определении размера субсидиарной ответственности суд первой инстанции, руководствуясь абзацем вторым  

пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве и правовой позицией, 

приведенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 07.07.2022 № 308-ЭС16-6482(24,25), провел ревизию ранее установленных судом оснований субсидиарной ответственности ответчиков и снизил ее размер, с чем согласился суд апелляционной инстанции.  

Между тем судами не учтено следующее. 

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), изложенный в резолютивной части определения о приостановлении производства по делу вывод суда о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности является общеобязательным (статья 16  

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), что исключает повторную проверку этого вывода после возобновления производства по обособленному спору на основании абзаца 1 пункта 9 статьи 61.16 Закона о банкротстве.  

Данное обстоятельство исключает возможность повторной проверки судами выводов о наличии оснований для привлечения названных лиц к субсидиарной ответственности после возобновления производства по обособленному спору, так же как исключает и возможность переквалификации требований о привлечении к субсидиарной ответственности на иной вид имущественной ответственности - возмещение убытков (пункт 29 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденный Президиумом ВС РФ 26.04.2023).  

В постановлении от 23.07.2021 по настоящему спору суд кассационной инстанции отметил, что в течение 2017 года активы должника существенным образом уменьшились и конкурсному управляющему для осуществления процедуры банкротства была необходима документация, раскрывающая движение активов должника, поэтому отсутствие у конкурсного управляющего бухгалтерской документации Общества привело к невозможности и (или) затруднениям при формировании конкурсной массы и, как следствие, неудовлетворению требований кредиторов.  

Вопреки приведенным в определении от 27.06.2024 выводам суд  

первой инстанции указал на несущественность совершенных ответчиками сделок, установил наличие оснований для долевой ответственности  

ФИО4 и ФИО6, а также сделал вывод об отсутствии оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества на всю сумму требований за неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документации  

должника без достаточных правовых оснований, то есть пересмотрел 

выводы судов по настоящему обособленному спору в нарушение положений статьи 16 АПК РФ и пункта 43 Постановления № 53.  

Выводы о возможности уменьшения размера субсидиарной ответственности и возмещения ответчиками вреда в долевом порядке суд первой инстанции мотивировал ссылками на заключение эксперта от 24.11.2023 № 32-2023, в котором, кроме прочего, указано на незначительность сделок должника, признанных недействительными в рамках обособленных споров «сд.1»,«сд.4», «сд.5», «сд.6», «сд.8», «сд.9», «сд.13», «сд.16», «сд.18», «сд.20», «сд.21», «сд.26», «сд.27», «сд.28», «сд.39», «сд.41», «сд.42», «сд.45», с учетом имущественного состояния должника и валюты баланса, поскольку они совершены вне периода неплатежеспособности, во исполнение контракта с действующей организацией и не повлекли негативных последствий.  

Между тем неплатежеспособность, с точки зрения законодательства о банкротстве, является юридической категорией, определение наличия которой относится к исключительной компетенции судов, равно как и категории добросовестности, разумности, злоупотребления, вины и проч. По смыслу положений арбитражного процессуального законодательства перед экспертом может быть поставлен только вопрос факта, в то время как установление признаков неплатежеспособности относится к вопросам права (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2020 № 310-ЭС20-7837).  

Аналогичным образом к вопросам права относится вопрос о том,  

являлось ли совершение убыточных сделок причиной банкротства, поэтому уменьшение размера субсидиарной ответственности ФИО4 и  

ФИО6 на основании вывода эксперта о том, что совершенные ими сделки являлись незначительными, следует признать неправомерным.  

Суд первой инстанции со ссылкой на определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.11.2023 № 307-ЭС20-22591(3,4) указал, что Общество, получившее выручку за счет продажи права требования на торгах, не вправе рассчитывать на взыскание причиненного недействительной сделкой ущерба в порядке привлечения к субсидиарной ответственности.  

Между тем в названном определении Верховный Суд Российской Федерации отметил, что контролирующие должника лица не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности за совершение сделки, признанной недействительной, если право требования от таких лиц уплаты полученной по сделке денежной суммы (возмещение ущерба) было уступлено должником иному лицу, поскольку ответчики в этой ситуации обязаны передать полученные от должника денежные средства лицу, приобретшему права требования.  

В деле о банкротстве Общества были реализованы права требования уплаты денежных средств по обособленным спорам о признании сделок недействительными, ответчиками по которым являлись общества с ограниченной ответственностью «Глобал – Строй», «Строй-Терминал Эксплуатация», «Петербургский центр недвижимости»«Строй-Терминал Охрана», «Система +», «Строй-Терминал Проект», «ГлавИнвест» и «Стройэнергоинвест», то есть отличные от ФИО4 и ФИО6 лица.  

При таких обстоятельствах основания для уменьшения размера субсидиарной ответственности контролирующих Общество лиц на сумму требований по недействительным сделкам, отчужденных в процедуре банкротства иным лицам, отсутствовали.  

Стоит отметить, что сделки, признанные недействительными в рамках обособленных споров «сд.2», «сд.5», «сд.7», «сд.8», «сд.9», «сд.20», «сд.21», «сд.26», «сд.27» и «сд.41», причинили должнику ущерб в размере 126 764 936,31 руб., указанная сумма взыскана с ответчиков по сделкам в конкурсную массу Общества. При этом права требования к ответчикам по названным сделкам реализованы в деле о банкротстве в общей сложности за 131 401,20 руб.  

Ввиду изложенного суд кассационной инстанции не может согласиться с выводом суда первой инстанции о том, что продажа прав требований на торгах нивелировала причиненный должнику ущерб от совершения недействительных сделок.  

Из отчета конкурсного управляющего следует, что в процедуре конкурсного производства в конкурсную массу не поступило каких-либо активов Общества, кроме дебиторской задолженности в размере 136 795 620 руб., хотя согласно бухгалтерскому балансу на 31.12.2016 должник располагал запасами в размере 147 950 тыс. руб., дебиторской задолженностью в размере 113 605 тыс. руб., финансовыми вложениями в размере 106 192 тыс. руб. и прочими оборотными активами в размере 34 810 тыс. руб.  

Утрата Обществом в преддверие банкротства высоколиквидных активов, включая денежные средства, отчужденные по недействительным сделкам, явилась причиной несостоятельности должника.  

Размер субсидиарной ответственности определяется по правилам пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве (ранее по правилам пунктам 4 статьи 10 Закона) и равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в  

реестр требований кредиторов должника, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.  

Отступлением от общего правила определения размера субсидиарной ответственности может являться уменьшение данного размера по правилам абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.  

Исходя из общего принципа соразмерности применяемой гражданско-правовой ответственности, существенным условием, определяющим ее размер, является степень вины привлекаемого лица в совершенном правонарушении.  

При рассмотрении вопроса о размере ответственности, суды вправе исследовать степень вины и основания для снижения размера ответственности с учетом норм с пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.  

Соответственно, существенное значение для разрешения заявления о размере подлежащей применению субсидиарной ответственности имеет оценка степени вины контролирующего лица применительно к наступившим последствиям в виде несостоятельности, а затем банкротства должника и невозможности осуществить расчеты с кредиторами.  

Таким образом, суды отступили от общего правила определения  

размера субсидиарной ответственности ответчиков с нарушением приведенных требований закона.  

В связи с изложенным, суд округа полагает, что выводы судов в части установления размера субсидиарной ответственности ответчиков постановлены при неправильном применении норм материального права, являются недостаточно обоснованными, сделаны преждевременно, без исследования и оценки всех обстоятельств дела, всех имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, что в силу части 1 статьи 288 АПК РФ является основанием для отмены судебных актов.  

Так как для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение  

иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции  

в силу его полномочий, обособленный спор на основании пункта 3 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежит передаче на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

При новом рассмотрении дела арбитражному суду, с учетом изложенного в мотивировочной части постановления, надлежит устранить отмеченные недостатки, исследовать и оценить в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, дать оценку доводам, приведенным  

лицами, участвующими в деле, установить все фактические обстоятельства дела, имеющие значение для разрешения данного спора по существу,  

в том числе установить стоимость активов должника, невозможность возвращения которых в конкурсную массу обусловлена действиями  

ответчиков, определить размер субсидиарной ответственности с учетом степени вины каждого из лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности и принять решение в соответствии с установленными обстоятельствами и действующим законодательством.  

Руководствуясь статьями 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного  

округа 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.06.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2024 по делу № А56-54257/2017/суб.1 отменить.  

Дело направить в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение.  

Председательствующий Е.В. Зарочинцева  

Судьи С.Г. Колесникова Т.В. Кравченко