СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Томск Дело № А27-19276/2021  

Резолютивная часть постановления объявлена 21 июня 2023 года. Полный текст постановления изготовлен 28 июня 2023 года. 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего Иващенко А.П., судей Зайцевой О.О., 

ФИО1 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  ФИО2 с использованием средств аудиозаписи рассмотрел в судебном заседании  апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО3 ( № 07АП- 903/2022(3)) на определение от 28.04.2023 Арбитражного суда Кемеровской области по делу №  А27-19276/2021 (судья Дорофеева Ю.В.) о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН 

<

***>), принятое по  заявлению финансового управляющего к ФИО5 о признании  недействительной сделкой заключенный договор купли – продажи автомобиля от 01.08.2020, и  применении последствий его недействительности,  

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора:  индивидуальный предприниматель ФИО8, ФИО6.  В судебном заседании приняли участие:  

от финансового управляющего ФИО3: ФИО7 доверенность от 16.12.2022 паспорт.   

УСТАНОВИЛ:

решением от 23.05.2022 Арбитражного суда Кемеровской области индивидуальный  предприниматель ФИО4 (далее – ФИО4, должник) признан  несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества  гражданина, финансовым управляющим имущества должника утвержден ФИО3 (далее – ФИО3, финансовый управляющий).  

14.11.2022 финансовый управляющий обратился с заявлением, уточненным 21.02.2023 в  порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –  АПК РФ), о признании недействительной сделки по отчуждению имущества должника,  оформленной договором купли-продажи автомобиля (номерного агрегата) № С20-006 от  01.08.2020, заключенного между ИП ФИО8 (далее – ФИО8),  действующей на основании договора комиссии № С20-006 от 01.08.2020, и ФИО5 (далее – ФИО5, ответчик).  

Определением от 28.04.2023 суд отказал в удовлетворении заявления финансового  управляющего к ФИО5 о признании недействительной сделкой  действия по отчуждению имущества ФИО4, оформленные  договором купли-продажи автомобиля от 01.08.2020. Отнесены на должника судебные расходы.  С ФИО4 в доход федерального бюджета взыскано 9 000 рублей государственной  пошлины.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, финансовый управляющий  ФИО3 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от  28.04.2023 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований  финансового управляющего.  

В обоснование к отмене судебного акта указано, что вывод суда  о неосведомленности ответчика о наличии у должника неисполненных обязательств перед  иными кредиторами на момент совершения сделки, является ошибочным. На официальном  сайте ФССП России, сайте Заводского районного суда и областного суда Кемеровской области  имелись соответствующие сведения. Добросовестный покупатель, действуя разумно и  осмотрительно, предпринимает меры по поиску информации о наличии (отсутствии)  задолженности продавца. В настоящем случае ФИО5 такие меры не были  предприняты.  

Факт передачи ФИО5 денежных средств по сделке надлежащими  доказательствами по делу не подтвержден. Более того, решением Юргинского районного суда  Кемеровской области от 23.11.2020 установлено, что ФИО5 приобрел спорный  автомобиль по цене 100 000 руб., а не за 470 000 руб., на что ссылается ответчик. Финансовая  возможность ответчика по оплате цены сделки также не доказана. Раскрытая перед судом схема  займа денежных средств не имеет экономического смысла. Подробнее доводы изложены в  апелляционной жалобе.  

ФИО5 представил возражения на апелляционную жалобу, в которых просит  обжалуемый судебный акт оставить без изменений. Сделка совершена на рыночных условиях.  Финансовым управляющим не доказана осведомленность ФИО5 о наличии у должника  

признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки. Подробнее доводы изложены  в письменном виде.  

В судебном заседании представитель финансового управляющего поддержал доводы и  требования апелляционной жалобы в полном объеме.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте  судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.  

Арбитражный апелляционный суд с учетом мнения сторон считает возможным на  основании 156 АПК РФ рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся лиц.  

Заслушав участника процесса, исследовав материалы дела, доводы апелляционной  жалобы, возражений на нее, проверив в соответствии со статьей 268 АПК РФ законность и  обоснованность обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции считает его  подлежащим отмене, в силу следующего.  

Как следует из материалов дела, за должником с 02.06.2012 зарегистрирован автомобиль  (ответ ГИБДД в приложении № 4 к заявлению финансового управляющего, поступившего в  электронном виде 11.11.2022 в 12:55мск).  

01.08.2020 между должником и ИП ФИО8 заключен договор № С20-006  комиссии транспортного средства (номерного агрегата), по условиям которого должник  (продавец) поручает ИП ФИО8 (комиссионер) за вознаграждение продать от своего  имени принадлежащее ему транспортное средство по цене 100 000 рублей.  

В эту же дату (01.08.2020) между ИП ФИО8 и ФИО5 заключен договор   № С20-006 купли-продажи транспортного средства, по условиям которого ИП ФИО8,  действующая на основании договора-комиссии № С20-006 от 01.08.2020, передала ФИО5 автомобиль по цене 100 000 рублей.  

Из ответа МОТН и РАМТС ГИБДД ГУ МВД России по Кемеровской области  финансовым управляющим установлена регистрация в период с 02.06.2012 по 04.03.2021 за  должником автомобиля HYUNDAI SOLARIS, 2012 года выпуска, VIN 

<

***>,  государственный регистрационный знак 

<

***> (далее – автомобиль), который выбыл из  собственности должника на основании договора купли-продажи от 01.08.2020 по цене 100 000  руб.  

Ссылаясь на то, что сделка по отчуждению транспортного средства совершена по  существенно заниженной цене, доказательств фактической передачи денежных средств по  договору ответчиком не представлено, в результате совершения сделки кредиторам должника  был причинен вред, о чем ответчик был осведомлен, финансовый управляющий обратился в  арбитражный суд с заявлением о признании сделки должника недействительной по пункту 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований финансового  

управляющего, исходил из недоказанности финансовым управляющим факта осведомленности  ответчика о наличии у должника на момент совершения сделки признаков  неплатежеспособности, а также из доказанности ФИО5 факта передачи денежных  средств по сделке и финансовой возможности ответчика осуществить оплату стоимости  транспортного средства в размере 475 000 руб.  

Апелляционный суд не может согласиться с выводами суда первой инстанции. 

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными  законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в  соответствии с Гражданским кодексом, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в  Законе о банкротстве.  

Оспариваемая в рамках настоящего обособленного спора сделка от 01.08.2020 совершена  более чем за один год, но в пределах трех лет до возбуждения дела о банкротстве должника  (28.09.2021), то есть может быть оспорена по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в  целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана  арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до  принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного  заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов  и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки  (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана  заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов  кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества  должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в  частности, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно  или в отношении заинтересованного лица.  

Согласно пункту 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) для  признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  необходима совокупность следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к  моменту совершения сделки.  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в  силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение  стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных  требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или  юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной  утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам  должника за счет его имущества.  

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения  вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два  следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или  недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым -  пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в том числе совершение сделки безвозмездно  или в отношении заинтересованного лица.  

Проверяя доводы сторон относительно наличия признака вреда оспариваемой сделкой  имущественным правам кредиторов, апелляционный суд принимает во внимание следующее.  

Материалами дела подтверждается, что по состоянию на 01.08.2020 должник уже имел  просроченную кредиторскую задолженность перед ФИО9, (определения  от 22.12.2021, от 27.01.2022), перед КУГИ Кузбасса г. Кемерово (определения от 17.03.2022, от  14.07.2022) и Федеральной налоговой службой (определение от 04.05.2022).  

В договоре купли-продажи от 01.08.2020 отражена цена автомобиля в 100 000 руб. 

Вместе с тем, ФИО5 в суде первой инстанции указал, что действительная  стоимость сделки составила сумму 470 000 руб., что подтверждается распечатками с интернет  сайта, согласно которым, автомобиль по спорной сделке находился на продаже с 17.11.2019 по  цене 500 000 руб., с 07.03.2020 по цене 519 000 руб., и с 21.07.2020 по цене 489 000 руб.  

В силу статьи 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть  подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде  иными доказательствами.  

По убеждению апелляционного суда, распечатки с Интернет-сайта об истории  объявлений о продаже спорного автомобиля не могут быть признаны надлежащими  доказательствами того, что оспариваемая сделка заключена сторонами по цене именно 470 000  руб.  

Составляя договор купли-продажи транспортного средства с указанием в нем цены,  которая якобы не соответствует размеру денежных средств, действительно подлежащих уплате  по сделке, стороны сделки принимают на себя риски по возложению на них в будущем  обязанности доказывания несоответствия представленных документов действительности.  

Факт передачи ответчиком в пользу должника денежных средств в размере 470 000 руб.  надлежащими доказательствами по делу не подтвержден.  

В суде первой инстанции ответчик пояснил, что денежную сумму в указанном размере в  наличной форме он передал ИП ФИО8, с которой должником ФИО4 был  заключен договор комиссии.  

Пунктом 1 статьи 990 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что по договору  комиссии одна сторона (комиссионер) обязуется по поручению другой стороны (комитента) за  вознаграждение совершить одну или несколько сделок от своего имени, но за счет комитента.  

По сделке, совершенной комиссионером с третьим лицом, приобретает права и  становится обязанным комиссионер, хотя бы комитент и был назван в сделке или вступил с  третьим лицом в непосредственные отношения по исполнению сделки.  

Вещи, поступившие к комиссионеру от комитента либо приобретенные комиссионером  за счет комитента, являются собственностью последнего (пункт 1 статьи 996 Гражданского  кодекса РФ).  

Действующее законодательство не запрещает по договорам между физическими лицами  совершать платежи в наличной денежной форме. Однако, при такой форме оплаты  единственным документом, подтверждающим факт передачи денежных средств, является  расписка, оформляемая, в данном случае, продавцом.  

В подтверждение факта оплаты по договору ответчик ссылается на содержание текста  договора от 01.08.2020, согласно которого покупатель уплатил стоимость транспортного  средства в сумме 100 000 руб.  

Согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации,  данным в пункте 26 постановления от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных  вопросах, связанных с рассмотрением дела о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и  пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований  кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих  требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие  возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При  установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что  

установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены  достаточные доказательства наличия и размера задолженности.  

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче  должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией  к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие  обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов)  предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле  удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником,  отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.  Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может  назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50  Закона о банкротстве).  

Тем более это важно, так как процедура банкротства нередко сопровождается  предъявлением лицами, близкими к должнику (его исполнительному органу, участникам),  искусственно созданных требований в целях возможности контроля за процедурами  банкротства, а также в целях выведения части имущества в ущерб реальным кредиторам.  

Изложенные разъяснения высшей судебной инстанции применимы не только при  проверке обоснованности требований кредиторов, но по аналогии распространяются и на иные  ситуации, в частности, при проверке поступления оплаты по сделке с должником в кассу  последнего в целях разрешения спора по заявлению об оспаривании сделок с его участием  (определение Верховного Суда РФ от 15.08.2019 № 307-ЭС17-12832 (5), определение  Верховного Суда РФ от 07.11.2019 № 309-ЭС19-19537 (3)).  

В подтверждение фактического наличия по состоянию на 01.08.2020 суммы, равной цене  сделки, ФИО5 представил доказательства получения кредита 29.07.2020 в ПАО  Сбербанк на сумму 400 000 руб., которые им перечислены на счет ФИО6 двумя  платежами: 01.08.2020 в размере 100 000 руб., 150 000 руб.  

Оставшиеся от кредита 150 000 руб. сняты ФИО5 в банкомате, что следует из  истории операций по дебетовой карте.  

В подтверждение наличия 70 000 руб. ФИО5 представлена копия договора  купли-продажи транспортного средства от 30.07.2020.  

ФИО6, привлеченная в процесс, пояснила, что ФИО5 является ее  племянником. Ей было известно о его намерении приобрести автомобиль. Поскольку  ФИО6 сама планировала летом 2020 года приобрести дачу, ею со счета были сняты  денежные средства, часть из которых 01.08.2020 в размере 400 000 руб. была передана  ФИО5, который в последующем, 250 000 руб. перевел на ее счет со своего счета и 150  000 руб. передал наличными 03.08.2020.  

Поясняя избранную схему расчета, ФИО5 и ФИО6 пояснили, что  

решение о приобретении автомобиля ФИО5 принято было 01.08.2020 после его  осмотра на территории авторынка. Учитывая требование продавца о расчете наличными  средствами, ФИО5, проживающий в г. Юрге, обратился к тете (ФИО6),  проживающей в г. Кемерово, которая при наличии свободных средств предоставила  необходимую сумму наличными в займ.  

Между тем, из выписки по счету ответчика в ПАО «Сбербанк» от 13.01.2023 не следует,  что ответчиком в преддверие совершение сделки осуществлялось снятие денежных средств в  размере 100 000 руб. или 470 000 руб.  

Денежные средства в сумме 150 000 рублей были сняты ответчиком со своего счета  лишь 03.08.2020, то есть после совершения оспариваемой сделки, что не может  свидетельствовать о наличии у должника по состоянию на 01.08.2020 финансовой возможности  передать денежные средства в указанном размере в наличной форме.  

Переводы денежных средств в размере 100 000 и 150 000 рублей в пользу  ФИО6 01.08.2020 не могут являться бесспорными доказательствами наличия между  указанными лицами отношений по договору займа.  

Данные доказательства являются лишь косвенными и не могут быть положены в основу  судебного акта.  

Согласно пункта 1 статьи 808 Гражданского кодекса РФ договор займа между  гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять  тысяч рублей, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от  суммы.  

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка  заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной  денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского  кодекса РФ).  

Доказательств заключения между ФИО6 и ФИО5 договора займа  на сумму 400 000 руб. материалы дела не содержат.  

Доводы ответчика в данной части основаны на предположении, надлежащих  доказательств передачи ФИО6 денежных средств в указанном размере  ФИО5 ответчиком в материалы дела не представлено.  

Учитывая заинтересованность ФИО5 и ФИО6 ввиду наличия  родственных связей (племянник и тетя), к доводам указанных лиц о наличии между ними  заемных отношений подлежал применению повышенный стандарт доказывания, который судом  первой инстанции применен не был.  

Апелляционный суд не усматривает наличия экономической целесообразности создания  ФИО5 и ФИО6 заемных правоотношений.  

Так, указывая на факт получения 29.07.2020 кредитных денежных средств от ПАО  

«Сбербанк» в размере 400 000 рублей, ФИО5 вместо снятия денежных средств для  приобретения автотранспорта, берет якобы взаймы у ФИО6 01.08.2020 денежные  средства в сумме 400 000 рублей и впоследствии перечисляет их (рассчитывается ими)  ФИО6 01.08.2020 двумя платежами в размере 100 000 и 150 000, а 03.08.2020  снимает наличными в размере 150 000 рублей и передает их наличными.  

Перед судом не раскрыты причины невозможности использования кредитных денежных  средств непосредственно для покупки автомобиля, без их перечисления в пользу  ФИО6  

Более того, согласно предоставленной выписки ПАО «Банк ВТБ» от 06.04.2023 (за  период с 01.05.2020 по 07.05.2020) ФИО6 06.05.2020 со счета №  40817810138074004544 осуществлено снятие денежных средств в размере 876 942 рубля, при  этом, по тому же счету (период выписки с 13.05.2020 по 14.05.2020) 13.05.2020 поступает  сумма в размере 720 679 рублей, а 14.05.2020 снимается в этой же сумме.  

Утверждение о том, что выписки предоставлены по двум счетам ФИО6  является ошибочным, поскольку в материалы дела представлена выписка по одному и тому же  счету 40817810138074004544, но за разные периоды.  

По предоставленному договору купли продажи от 10.06.2020 установлено, что  ФИО6 продавцам оплатила 650 000 рублей (300 000 + 350 000).  

Кроме этого, из предоставленной выписки от 22.03.2023 ПАО «Сбербанк» (за период с  01.11.2020 по 30.11.2020) 17.11.2020 усматривается внесение денежных средств в сумме 700  000 рублей.  

Из чего следует предположить что сумма в размере 700 000 рублей была передана в займ  иному третьему лицу, снятой ФИО6 14.05.2020 в размере 720 679 рублей.  

Следовательно приведенная судом формула расчета 1 597 482,39 (876 942 + 720 679)650 000 не логична и не может служить бесспорным доказательством наличия у ФИО6 свободных денежных средств для передачи их в займ ФИО5 в размере 400 000  рублей.  

Таким образом, из представленных ответчиком в материалы дела доказательств  надлежащим и допустимым доказательством наличия у ФИО5 финансовой  возможности по оплате цены сделки является лишь договор от 30.07.2020 купли-продажи  транспортного средства за 70 000 рублей, который подтверждает факт приобретения  автомобиля ответчиком за 100 000 рублей, но не за 450 000 руб., на что ссылается ответчик.  

Учитывая изложенное, апелляционный суд приходит к выводу, что ответчиком не  доказана финансовая возможность оплаты цены сделки в размере 450 000 руб., а также сам  факт покупки транспортного средства за 450 000 руб., а не за 100 000 руб., что указано в  договоре от 01.08.2020.  

Финансовый управляющий со ссылкой на анализ рынка цен на реализацию аналогичных  

моделей автомобиля, указал, что рыночная цена автомобиля на момент реализации составляла  485 000 руб.  

Определенный финансовым управляющим размер рыночной стоимости транспортного  средства ответчиком не опровергнут.  

Ни в суде первой, ни в суде апелляционной инстанций ФИО5 не заявлял  ходатайства о назначении по делу судебной оценочной экспертизы для определения рыночной  стоимости спорного имущества.  

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ, лица, участвующие в деле, несут риск наступления  последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.  

При таких обстоятельствах, апелляционный суд приходит к выводу о том, что на момент  совершения оспариваемой сделки рыночная стоимость автомобиля составляла 485 000 руб.  

Сделка совершена по цене 100 000 руб. (иное не доказано), то есть цена оспариваемой  сделкой занижена в 4,5 раза.  

В абзаце третьем пункта 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части  первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если полученное одним  лицом по сделке предоставление в несколько раз ниже стоимости предоставления,  совершённого в пользу другого, то это свидетельствует о наличии явного ущерба для первого и  о совершении представителем юридического лица сделки на заведомо и значительно  невыгодных условиях.  

По смыслу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской  Федерации от 23.12.2021 № 305-ЭС21-19707, применение критерия кратности является явным и  очевидным для любого участника оборота; возможность применения более низкого критерия  должны быть обоснована.  

При таких обстоятельствах, учитывая доказанность наличия признака кратности  существенного занижения цены сделки (в 4,5 раза), апелляционный суд приходит к выводу о  том, что покупателю на момент приобретения транспортного средства должно было быть  очевидно совершение сделки по условиям, существенно отличающимся от обычных условий  сделок по купле-продаже транспортных средств.  

Указанные обстоятельства свидетельствуют об осведомленности ФИО5 о  наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.  

Более того, апелляционный суд принимает во внимание, что на момент совершения  оспариваемой сделки в общедоступных источниках информации были опубликованы сведения  о возбуждении в отношении ФИО4 (предыдущего владельца транспортного средства)  исполнительного производства № 131883/20/42005-СД от 31.07.2020, возбужденного на  основании исполнительного листа от 29.07.2020 № 025245966, выданного Заводским районным  судом г. Кемерово о наложении ареста на имущество должника (ОСП по Заводскому району г.  

Кемерово - судебный пристав-исполнитель ФИО10).  

Таким образом, учитывая заключение сделки на условиях, существенно отличающихся  от обычных условий рынка, добросовестный покупатель, действуя разумно и  предусмотрительно, должен принимать меры по получению информации о наличии  (отсутствии) у должника признаков неплатежеспособности/неисполненных обязательств  должника перед иными кредиторами, что ФИО5 в настоящем случае сделано не было.  

После получения сведений о возбуждении в отношении продавца исполнительного  производства добросовестный покупатель, по убеждению апелляционного суда, вправе и имеет  объективную возможность получения сведений о наличии (отсутствии) ограничений (ареста),  наложенных на имущество должника, которое выставлено на продажу.  

Непринятие ответчиком указанных мер в условии заключения сделки по существенно  заниженной цене является его индивидуальным риском и не может служить основанием для  освобождения его от бремени опровержения факта своей неосведомленности о наличии у  должника цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника.  

Повторно исследовав материалы дела и оценив представленные сторонами  доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, апелляционный суд приходит к выводу о том, что  сделка совершена по цене 100 000 руб. (иное не доказано), что в 4,5 раза ниже рыночной  стоимости транспортного средства; в результате совершения оспариваемой сделки должник  лишился ликвидного актива, не получив равноценного встречного предоставления; ответчик  был осведомлен о наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов  должника, учитывая размещение в сети Интернет сведений о возбуждении в отношении  должника исполнительного производства и принятие им мер по отчуждению транспортного  средства по цене 100 000 руб.  

В совокупности данные обстоятельства свидетельствуют о доказанности наличия  оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве.  

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ и в силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве  при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по  сделке, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет  исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной  недействительной в соответствии с главой 111.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в  конкурсную массу.  

Учитывая, что в настоящее время спорное транспортное средство зарегистрировано за  ФИО5, в качестве последствий недействительности сделки подлежит применению  возложение на ответчика обязанности по возврату спорного имущества в конкурсную массу  должника.  

Обжалуемый судебный акт принят при неправильном применении норм материального  

права, в связи с чем подлежит отмене на основании пункта 4 части 1 статьи 270 АПК РФ.  

 Руководствуясь статьей 156, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 28.04.2023 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А2719276/2021 отменить. Принять по делу новый судебный акт.  

 Заявление финансового управляющего о признании недействительной сделкой договора  купли – продажи автомобиля от 01.08.2020 и применении последствий его недействительности  удовлетворить.  

Признать недействительной сделку по отчуждению имущества ФИО4,  оформленную договором купли-продажи автомобиля (номерного агрегата) № С20-006 от  01.08.2020, заключенным между ИП ФИО8, действующей на основании  договора комиссии № С20-006от 01.08.2020 и ФИО5.  

Применить последствия недействительности сделки – обязать ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) возвратить в конкурсную массу ФИО4 автомобиль HYUNDAI SOLARIS, 2012 года выпуска, VIN 

<

***>.  

Взыскать с ФИО5 в доход федерального бюджета 12 000  (двенадцать тысяч) рублей государственной пошлины по первой и апелляционной инстанции.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в  Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня  вступления его законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд  Кемеровской области.  

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного  усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется  лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети  «Интернет».  

Председательствующий А.П. Иващенко 

Судьи О.О. Зайцева 

 ФИО1