Дело № А43-27224/2020

20 сентября 2021 года

г. Владимир

Резолютивная часть постановления объявлена  13.09.2021.

Полный текст постановления изготовлен 20.09.2021.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Насоновой Н.А., 

судей Назаровой Н.А., Новиковой Л.П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

от истца (заявителя) - общества с ограниченной ответственностью «Люксон» - директора  ФИО2 (выписка из ЕГРЮЛ от 30.01.2020), адвоката Мухамедзянова В.В. по доверенности  от 20.01.2020 сроком действия  3 года;

от ответчиков:

ФИО3 -  адвоката Бадъян В.И. по доверенности  от 09.09.2021 сроком действия  5 лет;

ФИО4, ФИО5 - представитель не явился, извещен о времени и месте судебного заседания надлежащим образом;

от третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований -  ИФНС России №9 по г.Москве, - представитель не явился, извещен о времени и месте судебного заседания надлежащим образом,,

рассмотрел в открытом судебном заседании  апелляционную жалобу         общества с ограниченной ответственностью «Люксон» на решение Арбитражного суда  Нижегородской области от  17.03.2021 по делу № А43-27224/2020, по иску общества с ограниченной ответственностью «Люксон» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к  ФИО3, ФИО4, ФИО5 о взыскании  17 961 453  руб. 50 коп.,

                                              У С Т А Н О В И Л:

   общество с ограниченной ответственностью «Люксон» (далее ООО «Люксон») обратилось в Арбитражный суд  Нижегородской области с иском к  ФИО3, ФИО4 и ФИО5 (далее  ФИО3 и др.) о взыскании  в порядке субсидиарной ответственности  17 961 453  руб. 50 коп.   убытков.

   Исковые требования основаны на статьях  10, 12, 15,  53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью». В обоснование иска указано, что у ООО «Стройинжениринг»  имелась задолженность перед истцом  по договору подряда от 19.12.2016 № 01/А-2016 в  общей сумме 17 961 453 руб. 08 коп., в том числе 1 012 455 руб. 34 коп. -  за выполненные работы, 11 030 359 руб. 28 коп. - пени за просрочку оплаты выполненных работ за период с 26.01.2017 по 17.07.2018, 5 918 638 руб. 46 коп. - дополнительной премии в соответствии с пунктом 5 договора подряда от 19.12.2016 № 01/А-2016 из расчета 5% от стоимости работ, выполненных на момент расторжения договора подряда за отчетный период, начиная с 19.12.2016 по 25.05.2018. При этом  ответчики мер для  погашения указанной задолженности намеренно не предприняли, создали условия для ликвидации ООО «Стройинжениринг». Указанные действия (бездействие), допущенные ответчиками, являются основанием для привлечения их к субсидиарной ответственности.     

   Ответчики иск не признали.

   Решением Арбитражного суда  Нижегородской области от 17.03.2021 по делу № А43-27224/2020 в удовлетворении иска ООО «Люксон» к ФИО3 и др. отказано. 

   Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Люксон»  обратилось в Первый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить на основании пункта 3 части 1, 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

   Доводы апелляционной жалобы сводятся к изложению обстоятельств, послуживших основанием для обращения с иском в суд, которые, по мнению заявителя, судом оценены неправильно.

   Нарушение норм материального права заявитель усматривает в  в неприменении статей  10, 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» во взаимосвязи с  позицией Верховного Суда Российской Федерации в определении №307-ЭС20-180 от 25.08.2020 и  Конституционного Суда Российской Федерации в  Постановлении от 21.05.2021 N 20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в связи с жалобой гражданки ФИО6".

   Представители заявителя  в судебном заседании доводы жалобы поддержали.

   Представитель ответчика ФИО3  в судебном заседании указал, что с жалобой не согласен, считает решение законным и обоснованным.

   Представители иных ответчиков (ФИО4, ФИО5) и третьего лица в судебное заседание не явились, о времени и месте слушания дела извещены надлежащим образом. Согласно письма от  02.08.2021 ИФНС России №9 по г.Москве просила рассмотреть дело в отсутствие своего  представителя. В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие указанных лиц.

   Законность и обоснованность принятого по делу решения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

   Повторно рассмотрев дело, Первый арбитражный апелляционный суд приходит к  выводу о том, что оснований для отмены  судебного акта не имеется.

   Из материалов дела следует, что 26.07.2010 в качестве юридического лица  зарегистрировано ООО «Стройинжениринг». В соответствии со сведениями о юридическом лице в ЕГРЮЛ до  26.03.2018  единственным учатником данного общества и его единоличным органом являлся ФИО5, после указанной даты – ФИО4   

   19.12.2016 между ООО «Люксон»(подрядчиком) и ООО «Стройинжениринг» (генеральным подрядчиком)  был заключен договор подряда №01/А-2016, а также дополнительные соглашения к нему, на выполнение строительно-монтажных работ по строительству многоэтажного жилого дома с нежилыми помещениями и встроенными ДДУ на 100 мест по адресу: Московская область, г.Одинцово, мкр.7-7а, корпус А, по условиям которого подрядчик обязался выполнить работы своими силами и средствами, а также силами и средствами привлеченных им организаций в установленные договором сроки осуществить комплекс работ по устройству железо-бетонного монолитного каркаса объекта в осях А-Е/18-38, а генеральный подрядчик - принять и оплатить работы, выполненные подрядчиком. 

   В связи с выполнением работ ООО «Люксон» в адрес ООО «Стройинжениринг» были направлены соответствующие акты о выполнении работ. Однако ООО «Стройинжениринг» акты выполненных работ не подписало, обязательства по оплате не исполнило.

   26.12.2018 истец направил в адрес претензию, в которой указал, что в связи с расторжением договора подряда от 19.12.2016 №01/А-2016  ООО «Люксон»  в одностороннем порядке с 17.07.2018, за  ООО «Стройинжениринг» числится задолженность в размере 1 012 455 руб. 34 коп. за выполненные работы, 5 845 738 руб. 90 коп. пени от несвоевременную оплату  выполненных работ и 5 918 638 руб. 46 коп. дополнительной премии по пункту 5 договора №01/А-2016 19.12.2016 в размере 5% от стоимости монолитных работ, выполненных на момент расторжения договора по причине не зависящей от истца. В связи с чем потребовал от должника погашения задолженности в общей сумме 12 776 832 руб. 70 коп. не позднее 15 дней с даты ее получения.

   Однако 26.12.2019 в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении деятельности и исключении из реестра ООО «Стройинжениринг» как  недействующего  юридического лица. При этом задолженность по договору подряда №01/А-2016 19.12.2016 ООО «Стройинжениринг» не погашена.

   Ссылаясь на указанные обстоятельства, ООО «Люксон» обратилось  в  арбитражный суд  с иском  к ответчикам на основании пункта  3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», статей 10, 53.1 (пункты 1 и 3), 399 Гражданского кодекса Российской Федерации.  Истец полагает, что в целях уклонения от оплаты задолженности ответчики ФИО3 и ФИО5 предприняли ряд последовательных и согласованных между собой действий, причинивших в итоге материальный ущерб истцу. ФИО5. будучи руководителем ООО «Стройинжениринг» без каких-либо правовых оснований не подписал акты выполненных работ и не произвел оплату задолженности, после чего, в ЕГРЮЛ внесены сведения о том, что единственным участником общества и его руководителем является ответчик - ФИО4, которая также  не имела намерений и возможности осуществлять предпринимательскую деятельность ООО «Стройинжениринг», а ее участие и принятие должности руководителя организации было осуществлено с целью сокрытия документации о хозяйственной деятельности ООО «Стройинжениринг». Таким образом, в связи с отказом должника от исполнения обязательств по договору подряда №01 А-2016 19.12.2016 ответственность должна быть возложена на лиц, контролировавших его деятельность, а именно на ответчиков.

   В качестве правового основания иска истцом указаны статьи 10, 15, 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. Однако  указанные нормы не предоставляют кредитору общества с ограниченной ответственностью, прекратившего свою деятельность, права на взыскание в порядке субсидиарной ответственности убытков, причиненных учредителями такого юридического лица.

   Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

   Таким образом, правом на иск в силу названной нормы обладают только само юридическое лицо и его участники, но не его кредиторы.    

   Аналогичное правило содержится в пункте 5 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, который допускает обращение в суд с иском о возмещении убытков, причиненных обществу единоличным исполнительным органом общества, только самому обществу или его участнику.

   При таких обстоятельствах, применительно к указанным нормам гражданского и корпоративного законодательства  ООО «Люксон» является ненадлежащим истцом.

   В соответствии со  статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не  допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу. В части 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации законодатель закрепил презумпцию добросовестности и разумности действий участников гражданских правоотношений; это означает, что для установления в действиях граждан и юридических лиц злоупотребления правом необходимо установить их намерения при реализации принадлежащих им гражданских прав, которые направлены на нарушение прав и законных интересов иных участников гражданского оборота или создают такую возможность их нарушения, при этом выявить действительную волю лица, злоупотребившего правом, возможно при характеристике последствий реализации гражданских прав таким лицом.

   Доказывать недобросовестность или неразумность действий должен тот, кто с таким поведением связывает правовые последствия. 

   Согласно пункту 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

   Вместе с тем, ООО «Люксон» не представило в материалы дела  каких-либо доказательств, свидетельствующих о совершении  ФИО3 и др. действий (бездействия) по целенаправленной, умышленной ликвидации общества либо влияния на процедуру исключения общества из ЕГРЮЛ со стороны регистрирующего органа. Непредставление в налоговый орган отчетности, что явилось основанием для исключения общества из Единого государственного реестра юридических лиц, не свидетельствует о совершении контролирующими должника лицами действий по намеренному сокрытию имущества, или созданию условий для невозможности произвести расчеты с кредиторами общества, введению последних в заблуждение.

   Наличие задолженности, не погашенной обществом, также не может являться бесспорным доказательством вины ответчиков, как учредителей и руководителей общества, в усугублении финансового положения организации, и безусловным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности. В рассматриваемом случае  акт сдачи-приемки выполненных работ от  25.05.2018 и счет на оплату 8 913 889 руб. 70 коп. был направлен  в адрес ООО «Стройинжениринг» 01.06.2018 (л.д.84-87,т.1, л.д.6-7, т.3), а исключение ООО «Стройинжениринг» из ЕГРЮЛ произошло только лишь  29.12.2019 (спустя 1,6 года). Таким образом, именно истец,  действуя с должной степенью осмотрительности, мог (не был лишен возможности) своевременно обратиться как в суд за истребуемой суммой, так и в регистрирующий орган с заявлением против исключения ООО «Стройинжениринг» из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица, что истцом  сделано не было.

   Пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» предусмотрено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

   То есть  ответственность устанавливается в качестве санкции за противоправное (виновное) поведение должника или лиц, имеющих право в силу закона определять условия ведения хозяйственной деятельности должника или же влиять на исполнение должником своих обязательств.

   Вина ответчиков в данном случае рассматривается как непринятие объективно возможных мер по устранению или недопущению отрицательных результатов своих действий, диктуемых обстоятельствами конкретной ситуации. Вина как элемент состава правонарушения при оценке действий (бездействий) органов юридического лица отдельно не доказывается, поскольку подразумевается при доказанности недобросовестности или неразумности действий (бездействия) органов юридического лица. Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на органы юридического лиц обязанностей заключаются в принятии ими необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

   Противоправность в корпоративных правоотношениях состоит в нарушении лицом обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. 

   Из содержания вышеприведенных норм следует, что взыскание убытков возможно лишь с определенных лиц и при наличии условий, необходимых для наступления ответственности.

   Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 1

постановления от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», разъяснил, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической  заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

   Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в

частности, когда директор: 

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; 

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; 

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

   Вместе с тем, каких-либо доказательств недобросовестности либо неразумности в действиях руководителей и учредителей ООО «Стройинжениринг» ФИО3 и др., повлекших неисполнение обязательств общества в части уплаты долга, неустойки и др., истцом, в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в материалы дела не представлено.

   Как следует из выписки ЕГРЮЛ, общество исключено из реестра по решению налогового органа 29.12.2019. При этом доказательства, свидетельствующие о совершении  ответчиками действий (бездействий) по целенаправленной, умышленной ликвидации общества либо влияния на процедуру исключения общества из ЕГРЮЛ со стороны регистрирующего органа  в материалах дела отсутствуют. 

   Довод истца, о том что ФИО3 являлся единоличным исполнительным

органом ООО «Стройинжениринг», что по мнению истца влечет его субсидиарную ответственность  правомерно признан судом ошибочным.

   Как следует из материалов дела в период с 01.12.2016 по 30.06.2018 ФИО3 состоял в должности исполнительного директора ООО «Стройинжениринг» на основании трудового договора от 01.12.2016. В соответствии с должностной инструкцией ФИО3 осуществлял технический контроль за ходом производимых работ, а также ведение технической документации относительной строительно-производственных работ. Данных, подтверждающих довод истца о том, что ФИО3 являлся бенефициаром или фактически исполнял функции генерального

директора, в материалы дела не представлено.

   Подписание соглашения о передаче прав и обязанностей по договору подряда от 28.04.2017 между ООО «Стройинжениринг» (первоначальный генеральный подрядчик), ООО «Люксон» (подрядчик), ООО «МЕТС-Центр» (новый генеральный подрядчик), в котором ФИО3 занимал должность генерального директора, в рамках которого произведена замена генерального подрядчика на ООО «МЕТС-Центр», и в последующем подписание между теми же юридическими лицами соглашения о передаче прав и обязанностей по договору подряда от 01.11.2017, согласно которому произведена замена

на изначального генерального подрядчика - ООО «Стройинжениринг», совершены в рамках обычной хозяйственной деятельности и не может являться основанием для привлечения ответчика ФИО3 к ответственности по обязательствам общества в качестве контролирующего лица. Кроме того как указывает истец в рамках вышеназванного соглашения совершено четыре платежа, что не свидетельствует об умышленном намерении причинить вред имущественным интересам истца.

   В своих доводах истец указывает, что именно ФИО3 осуществлял

согласование условий договора подряда № 01/А-2016 от 19.12.2016 между ООО «Люксон» и ООО «Стройинжениринг», а также осуществлял согласование стоимости работ. При этом подписантом в договоре подряда № 01/А-2016 от 19.12.2016, а также отчетной бухгалтерской документации, относящейся к договору подряда № Ol/A-2016 от 19.12.2016 являлся ФИО5 - генеральный директор ООО «Стройинжениринг».

   Ведение переговоров, поиск поставщиков и встречи с сотрудниками на объекте строительства не свидетельствуют о наличии у ФИО3 функций

единоличного исполнительного органа или признаков бенефициара, поскольку данные трудовые функции выполнялись ФИО3 согласно должностным обязанностям.

   Доверенность от 15.03.2018, на которую ссылается истец, содержит полномочия, которые предназначены для обычной хозяйственной деятельности по строительству объектов, в частности подписывать и получать акты приемки строительно-монтажных работ, ГСМ (горюче-смазочные материалы) и прочие полномочия, связанные с уставной деятельностью ООО «Стройинжениринг», что не свидетельствует о передаче полномочий, выходящих за рамки обычных полномочий. Таким образом, доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями ФИО3 и образовавшейся задолженностью ООО «Стройинжениринг» перед ООО «Люксон» истцом не представлено.

   Обосновывая заявленные требования к ответчикам, истец также сослался на доводы ФИО4, изложенные в отзыве на иск. Однако в ходе судебного заседания 11.02.2021 ответчик ФИО4 пояснила, что с ФИО3 и ФИО5 лично не встречалась, не указала лицо (ФИО), которое по ее мнению выступало представителем ответчиков, факты осуществления руководства обществом ФИО3 не подтвердила, сославшись на отсутствие сведений относительно данных обстоятельств, также пояснила, что личных распоряжений от ФИО3 не поступало, указав, что доверенность на ФИО3 ею не подписывалась, при этом ходатайств о фальсификации доказательств со стороны ФИО4 суду не заявлялось.

   При таких обстоятельствах  позиция  истца, основанная на  отзыве ФИО4,  который впоследствии  в ходе  судебного заседания был  опровергнут  ее иными объяснениями,  не может быть признана бесспорной.  

   На основании изложенного, арбитражный суд обоснованно счел, что основания, предусмотренные статьей 399 Гражданского кодекса Российской Федерации для привлечения  ФИО3 и др. к субсидиарной ответственности отсутствовали, в  связи с чем в удовлетворении иска  ООО «Люксон» правомерно отказал. 

   Доводы, изложенные в апелляционной жалобе ООО «Люксон», аналогичны обоснованию иска, были предметом проверки судом первой инстанции, им дана надлежащая правовая оценка, и они обоснованно отклонены.  Каких-либо новых обстоятельств, влияющих на законность и обоснованность судебного акта,  в апелляционной инстанции не установлено. Судебный акт соответствует фактическим обстоятельствам, исследованным доказательствам. Судом правильно применены нормы материального права. Ссылка заявителя на 

Постановление

 Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в связи с жалобой гражданки ФИО6" не влияет на законность и обоснованность обжалуемого решения суда, поскольку как указано выше  недобросовестность действий ответчиков, повлекших неисполнение обязательств перед кредитором, и являющихся достаточным основанием для привлечения к ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", в ходе рассмотрения спора не подтверждена.

   Оснований для отмены решения Арбитражного суда  Нижегородской  области от 17.03.2021  не имеется.

   Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для безусловной отмены судебного акта, также не допущено. 

   Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд 

                                 П О С Т А Н О В И Л :

   решение Арбитражного суда Нижегородской области от 17.03.2021 по делу № А43-27224/2020  оставить без изменения,   апелляционную жалобу  общества с ограниченной ответственностью «Люксон» - без удовлетворения.

   Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

   Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в двухмесячный срок.

Председательствующий                                                           Н.А. Насонова

Судьи                                                                                            Л.П. Новикова

                                                                                                       Н.А. Назарова