АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 

http://fasuo.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

 № Ф09-698/23  

Екатеринбург 

12 июля 2024 г. Дело № А47-13083/2021  

Резолютивная часть постановления объявлена 09 июля 2024 г.  Постановление изготовлено в полном объеме 12 июля 2024 г.  

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Оденцовой Ю.А., судей Савицкой К.А., Соловцова С.Н. 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи  Черкасской Н.О. рассмотрел в судебном заседании с использованием систем  веб-конференции кассационные жалобы ФИО1 и финансового управляющего имуществом ФИО2 – ФИО3 на определение Арбитражного  суда Оренбургской области от 01.10.2023 по делу № А47-13083/2021  и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 02.05.2024 по тому же делу.  

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени  и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения  данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского  округа в сети «Интернет».  

В судебном заседании в суде округа приняли участие представители:  финансового управляющего ФИО3 – ФИО4 (доверенность  от 15.04.2024); ФИО1 – ФИО5 (доверенность от 06.05.2022  56АА № 2830926); в судебном заседании с использованием систем  веб-конференции приняли участие представители: ФИО6 - ФИО7 (доверенность от 09.11.2023 77АД № 4865563);  ФИО8 - ФИО9 (доверенность от  05.04.2023 23АВ № 3570884).  

Финансовый управляющий ФИО3, которому обеспечен доступ к  участию в судебном заседании с использованием систем веб-конференции, к  каналу связи не подключился, что свидетельствует о его неявке.  

Установив, что средства связи суда воспроизводят видео- и аудиосигнал  надлежащим образом, технические неполадки отсутствуют, финансовому  управляющему ФИО3 обеспечена возможность дистанционного участия  в процессе, которая не в полной мере реализована по причинам, находящимся  в сфере его контроля, суд округа не усмотрел предусмотренных статьей 158  

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований  для отложения судебного заседания.  

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 21.10.2021  возбуждено производство по делу о признании ФИО2 (далее – должник)  несостоятельным (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 17.02.2022 в  отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации его долгов,  финансовым управляющим утвержден ФИО4  

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 20.07.2022  ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его  имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим  имуществом должника утвержден ФИО4  

Определением Арбитражного суда Оренбургской области суда от  17.01.2023 финансовым управляющим имуществом должника утвержден  ФИО10, после освобождения которого от исполнения  обязанностей финансового управляющего определением суда от 20.03.2023  финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО4  

Финансовый управляющий 30.08.2022 подал заявление о признании  недействительными договора купли-продажи недвижимого имущества от  10.04.2019, заключенного должником с ФИО8, и договора  купли-продажи недвижимого имущества от 16.10.2020, заключенного  ФИО8 с ФИО6, а также о применении последствий  недействительности сделок в виде взыскания с ФИО8 денежных  средств в сумме 14 404 700 руб.  

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 01.10.2024,  оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 02.05.2024, в удовлетворении требований финансового  управляющего о признании сделок недействительными отказано.  

В кассационной жалобе финансовый управляющий ФИО3 просит  определение от 01.10.2024 и постановление от 02.05.2024 отменить, требования  управляющего о признании сделок недействительными удовлетворить,  ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. Заявитель  сомневается, что ФИО6 стало известно о продаже дома из объявлений  о продаже, размещенных на сайтах avito.ru и cian.ru, поскольку публикации на  данных сайтах опубликованы супругой должника и сроки этих публикаций не  соответствуют датам заключения спорных сделок, а протокол осмотра  нотариусом доказательств датирован 30.09.2022, то есть от той даты, когда  ФИО6 обратился к нотариусу для осмотра этих публикаций, и поэтому,  по мнению заявителя, является ненадлежащим доказательством. Заявитель  полагает, что, исходя из заключения эксперта от 27.06.2023 № 342/23Э,  рыночная стоимость спорного недвижимого имущества (10 240 000 руб.)  существенно (более чем на 43%) превышает стоимость встречного исполнения  (5 900 000 руб.), а доказательства иного не представлены, и к пояснениям  ответчиков о том, что они осуществили доплату (2 335 000 руб.) по сделке,  расчет по которой произведен полностью (передаточный акт от 10.04.2019), за  

недвижимость, которая на дату платежа (03.11.2020) выбыла из собственности  ФИО8, заявитель относится критически, при том, что в  представленных в их подтверждение платежных поручениях нет назначения  платежа, а переписка супругов ФИО11 изготовлена перед судебным  заседанием. Заявитель полагает, что отсутствуют доказательств фактической  передачи должнику денежных средств, из анализа банковских счетов должника  поступление такой суммы не следует, приобретение должником и его супругой  какого-либо имущества на вырученные средства или направление их на  погашение имеющегося долга не усматривается. По мнению заявителя,  нецелесообразно приобретение спорной недвижимости, в частности, для сына  ФИО12, поскольку указанный дом находится в значительном  удалении от места его обучения (30 км.), а открытый на спорный дом лицевой  счет для расчетов по коммунальным услугам, оформленный в 2011 году на мать  должника, переоформлен в ноябре 2020 года на ФИО6 Заявитель  считает, что стоимость, по которой ФИО6 приобрел спорное имущество  (5 900 000 руб.), ниже рыночной более чем на 43%, и в стоимость реализации  имущества не может быть включена стоимость неотделимых улучшений  (3 000 000 руб.), не являющихся самостоятельными объектами гражданских  прав и самостоятельным предметом договора купли-продажи. В связи с  изложенным управляющий считает, что спорная сделка совершена с целью  причинения вреда кредиторам должника, о чем, несмотря на отсутствие  доказательств аффилированности, не мог не знать ответчик, так как отчуждение  не имеющего недостатков имущества по явно заниженной цене говорит об  отсутствии цели получения эквивалентной стоимости отчуждаемого имущества  и порождает сомнения относительно правомерности такого отчуждения.  

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение от  01.10.2024 и постановление от 02.05.2024 отменить, направить спор на новое  рассмотрение, ссылается на несоответствие обстоятельствам дела выводов  судов об отсутствии оснований для признания недействительным договора от  10.04.2019 с ФИО8, считает ФИО6 добросовестным  приобретателем имущества. Заявитель поддерживает доводы управляющего о  существенном занижении стоимости спорного имущества, рыночная стоимость  которого 10 240 000 руб., считает, что материалами дела, в частности  сведениями о размещении объявлений на сайтах и согласовании последующей  продажи ФИО6 супругой должника ФИО13, оформлением  лицевых счетов на спорное домовладение в 2011 году на ФИО14, а в  ноябре 2020 года - на ФИО6, и тем, что ФИО8,  зарегистрированная и проживавшая на момент совершения сделки в г.  Оренбурге, не осуществляла правомочия собственника в отношении спорного  имущества, которым фактически владел должник, а также  нецелесообразностью приобретения недвижимости для сына  ФИО8 подтверждается наличие фактической аффилированности  между должником и ФИО8 и мнимость заключенного ими  договора от 10.04.2019. Заявитель отмечает, что суды необоснованно отказали в  истребовании доказательств передачи денежных средств от ФИО8  

должнику, при этом два ходатайства управляющего об истребовании  документов не рассмотрены судом первой инстанции, а также суды  немотивированно приняли доказательства оплаты на счет супруги должника,  хотя спорное имущество было личной собственностью должника (наследство),  и при этом, что вывод судов об отсутствии у должника просроченного долга  перед кредиторами опровергается определением суда от 10.04.2023 по данному  делу, установившим наличие долга у должника перед ФИО15  

В судебном заседании финансовый управляющий и представитель  ФИО1 пояснили, что считают ФИО6 добросовестным  приобретателем спорного имущества.  

ФИО8 и ФИО6 в отзывах по доводам кассационных  жалоб возражают, просят в их удовлетворении отказать.  

Финансовый управляющий ФИО3 представил возражения на отзыв  ФИО8  

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа  в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационных жалоб.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО2  (продавец) и ФИО8 (покупатель) заключен договор купли-продажи  недвижимого имущества от 10.04.2019, по условиям которого покупателю  переданы земельный участок с кадастровым номером 50:20:0040702:1187 общей  площадью 1000 кв.м. и находящийся на нем жилой дом общей площадью 73,9  кв.м. с кадастровым номером 50:20:0040636:2199, расположенные по адресу:  Московская обл., Одинцовский р-н, п. ФИО16, тер. Знаменское поле, д. 167 (далее  – спорное недвижимое имущество) по цене 5 900 000 руб.  

Впоследствии, на основании договора купли-продажи от 16.10.2020  ФИО8 произвела отчуждение указанных объектов недвижимости  ФИО6 по цене 8 900 000 руб.  

Ссылаясь на то, что имущество отчуждено должником в период его  неплатежеспособности по заниженной цене, лишь для видимости, без  реального экономического смысла для ФИО8, в целях причинения  вреда кредиторам должника, финансовый управляющий обратился в суд с  рассматриваемыми требованиями.  

Отказывая в удовлетворении требований, суды исходили из следующего. 

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника,  могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским  кодексом Российской Федерации и по основаниям и в порядке, указанным в  Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве), а в абзаце 4  пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63) разъяснено, что наличие  в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок по статьям  61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при  

совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную  (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Статьей 61.2 Закона о банкротстве раскрыты условия недействительности  сделок, как совершенных при неравноценном встречном предоставлении  (пункт 1) или с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2), а, по пункту 9  постановления Пленума № 63 при определении соотношения пунктов 1 и 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.  Если подозрительная сделка совершена в течение 1 года до принятия заявления  о признании банкротом или после его принятия, то для признания ее  недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2  Закона о банкротстве, и наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2  данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.  Если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением  совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия  заявления о банкротстве, то она может быть признана недействительной лишь  по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им  обстоятельств (с учетом пункта 6 постановления Пленума № 63).  

Для признания сделки недействительной по вышеуказанному основанию  необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности  всех следующих обстоятельств: а) сделка совершена с целью причинить вред  имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки  причинен такой вред; в) другая сторона сделки знала (должна была знать) об  указанной цели должника к моменту совершения сделки, а при недоказанности  хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки  недействительной по этому основанию (пункт 5 постановления Пленума № 63).  

При определении вреда кредиторам следует иметь в виду, что, в силу  абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, под ним понимается уменьшение  стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера  имущественных требований к должнику, иные последствия сделок или  юридически значимых действий должника, приведшие (могущие привести) к  полной (частичной) утрате возможности кредиторов получить удовлетворение  своих требований по обязательствам должника за счет его имущества; а цель  причинения вреда кредиторам предполагается, если на момент совершения  сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать  признаку неплатежеспособности (недостаточности имущества), сделка  совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо при  наличии условий, указанных в абзацах 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве, установленные в которых презумпции являются опровержимыми  и применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.  

Согласно пункту 7 постановления Пленума № 63, в силу абзаца 1 пункта  2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что другая сторона сделки  знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала  или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об  указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла,  действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота  осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами  (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и защиты при  банкротстве прав и законных интересов кредиторов должника по требованию  управляющего может быть признана недействительной совершенная до (после)  возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение  прав и законных интересов кредиторов должника (пункт 10 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009   № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по  основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности  банкротстве)»).  

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью,  подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых  она совершена, так, сделка может быть признана недействительной по статье 10  и пунктам 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а  при наличии в законе специального основания недействительности сделка  признается недействительной по этому основанию (по статье 170 Гражданского  кодекса Российской Федерации) (пункт 8 постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами  некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса  Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25)).  

Обязательным признаком сделки для целей квалификации сделки как  ничтожной по пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации  является направленность сделки на причинение вреда кредиторам должника,  под чем, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, понимается  уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение  размера имущественных требований к должнику, иные последствия  совершенных должником сделок или юридически значимых действий,  приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его  имущества. При этом для квалификации сделки как недействительной,  совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо  установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о  злоупотреблении правом контрагентом, выразившимся в заключении спорной  сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127  «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского  кодекса Российской Федерации»), при этом для квалификации сделки как  ничтожной по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации  требуется выявление нарушений, выходящих за пределы диспозиции  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда  Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1)).  

Как установлено судами и следует из материалов дела, спорные договоры  купли-продажи недвижимости от 10.04.2019 и от 16.10.2020 заключены в  течение трех лет до принятия судом заявления о банкротстве должника  (21.10.2021), то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве, при этом судами установлено и материалами  дела подтверждается, что на дату совершения сделки 10.04.2019 ФИО2  не обладал признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества, а  доказательства иного не представлены, и никакой информации о судебных  процессах о взыскании задолженности с ФИО2 на момент как первой,  так и второй из оспариваемых сделок, в публичном доступе не имелось, первая  претензия ФИО1 к ФИО2 предъявлена лишь 16.09.2020, то  есть спустя почти полтора года с даты заключения первой спорной сделки от  10.04.2019 (заочное решение Ленинского районного суда г. Оренбурга от  08.02.2021 по делу № 2-1092/2021), а ФИО15 предъявил свои требования  к должнику только в процедуре банкротства в ноябре 2022 года.  

Учитывая изложенное, исследовав и оценив по правилам статьи 71  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все  представленные в материалы дела доказательства, исходя из конкретных  обстоятельств дела, проверив факт оплаты ФИО8 приобретенного у  должника недвижимого имущества, установив, что, как следует из условий  договора от 10.04.2019 и подтверждено сторонами, ФИО8 оплатила  наличными деньгами 5 900 000 руб. еще до подписания договора, и, как  следует из материалов дела, ФИО8 занимается  предпринимательской деятельностью, от которой имеет ежегодный доход в  значительных суммах, наличие которого позволило аккумулировать  соответствующие денежные средства, а также то, что для целей расчетов по  спорной сделке частично использованы денежные средства, полученные по  договору купли-продажи от 28.12.2015, по которому ФИО8  продала объекты недвижимости общей стоимостью 20 700 000 руб., а также,  исходя из того, что при таких обстоятельствах материалами дела подтверждено  наличие у ФИО8 достаточной финансовой возможности для  оплаты спорного недвижимого имущества на сумму 5 900 000 руб., и, в  отсутствие доказательств иного, руководствуясь стандартом доказывания,  установленным пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных  вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», суды признали  доказанным материалами дела полном объеме и надлежащим образом факт  оплаты по оспариваемому договору от 10.04.2019 в размере 5 900 000 руб.  

Кроме того, по результатам исследования и оценки всех материалов дела  и представленных доказательств, с учетом конкретных обстоятельств дела,  суды также установили, что, как следует из пояснений ответчиков, полагая, что  рыночная стоимость дома выше договорной, должник после совершения сделки  просил ФИО8 и ее супруга увеличить цену имущества и совершить  доплату, осуществление которой стороны согласовали после продажи  недвижимости семьей ФИО11, утративших интерес к данному имуществу  

(ответчик с супругом переехали из г. Оренбурга в г. Сочи, а сыну,  обучающемуся в г. Москве, купили там другую квартиру 08.08.2019), кроме  того, судами установлено, что названные пояснения соотносятся с  фактическими обстоятельствами продажи ФИО8 спорного  недвижимого имущества ФИО6 по договору от 16.10.2020 по цене  8 900 000 руб. и последующей доплаты супругом ответчика должнику  денежных средств в сумме 2 335 000 руб., что подтверждается  соответствующими платежными поручениями от 03.11.2020 № 000786 и от  03.11.2020 № 000786, при том, что в данном случае отсутствуют объективные  основания расценивать данные перечисления как произведенные в рамках  иных, кроме договора от 10.04.2019, взаимоотношений между данными лицами,  тогда как иное не доказано и из материалов дела не следует, а пояснения  должника о том, что спорное недвижимое имущество имело назначение  обеспечить возврат займа на сумму 4 000 000 руб., полученного от супруга  ответчика, никакими объективными доказательствами не подтверждены.  

Учитывая вышеизложенное, исследовав и оценив по правилам статьи 71  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все материалы  дела и все доказательства, с учетом конкретных обстоятельств дела, проверив  обоснованность доводов управляющего о совершении спорных сделок по  заниженной стоимости, с учетом представленного в материалы дела  заключения судебной экспертизы, согласно которому, рыночная стоимость  спорного недвижимого имущества на дату заключения первой сделки  составляла 10 240 000 руб., а на дату заключения второй – 10 190 000 руб.,  суды пришли к выводу, что общая стоимость приобретенного имущества,  которая, как следует из материалов дела и установлено судами, уплачена  ФИО8 должнику в общей сумме 8 450 000 руб., не меньше  рыночной стоимости имущества, определенной в экспертном заключении (на  21%), и меньше стоимости объектов недвижимости по договору купли-продажи  от 16.10.2020, заключенному ФИО8 с ФИО6 (на 12,6%),  при том, что как таковое названное несущественное превышение рыночной  стоимости отчужденного имущества над договорной ценой само по себе не  свидетельствует о наличии цели совершения сделки при неравноценном  встречном исполнении и об осведомленности контрагента должника-банкрота о  противоправной цели сделки для ее оспаривания на основании пункта 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве.  

Кроме того, по результатам исследования и оценки материалов дела и  всех доказательств, исходя из конкретных установленных в данном деле  обстоятельств, из которых не следует, что ответчики являлись  заинтересованными лицами по отношению к должнику применительно к  положениям статьи 19 Закона о банкротстве, и иное не доказано, а также, не  усмотрев в данном случае обстоятельств, свидетельствующих о фактической  заинтересованности должника и ответчиков, которая могла быть скрыта, а  доказательства иного не представлены, учитывая пояснения ФИО8,  обосновавшей приобретение недвижимости поступлением ее сына  ФИО12 в ВУЗ в г. Москве и последующую утрату  

интереса в данной недвижимости в связи с переездом ФИО8 и ее  супруга из г. Оренбурга в г. Сочи и приобретением ФИО12 другой  квартиры, по причине чего супруги ФИО11 приняли решение о продаже  спорного недвижимого имущества с последующей доплатой должнику его  стоимости, с чем ФИО8, находящейся в декретном отпуске,  помогла супруга должника, а также, приняв во внимание, что приобретший у  ФИО8 имущество по итогам ознакомления с публично  размещенными объявлениями о продаже ФИО6 владеет объектами  недвижимости практически три года, исполняя все обязанности собственника, в  том числе по уплате налогов и внесению коммунальных платежей, и, исходя из  недоказанности при таких обстоятельствах номинального владения  имуществом ФИО6, создания видимости отчуждения имущества  последнему посредством заключения цепочки фактически мнимых сделок, в  отсутствие намерения создать соответствующие их природе правовые  последствия, суды, в отсутствие доказательств иного, пришли к выводу о  недоказанности наличия у спорных сделок единой противоправной цели и  осведомленности ответчиков о ней.  

Помимо изложенного, по результатам исследования и оценки материалов  дела, установив, что, как указано выше, на момент совершения сделки от  10.04.2019 ФИО2 не обладал признаками неплатежеспособности и  недостаточности имущества, требование ФИО1 предъявлено к нему  только 16.09.2020, а требование ФИО15 – лишь в ноябре 2022 года, при  этом обязательства должника пред ФИО1 обеспечены залогом  принадлежащего должнику недвижимого имущества (квартиры) стоимостью,  превышавшей размер задолженности, и, как указано выше, должник на момент  заключения спорных сделок имел достаточные доходы для исполнения  названных обязательств, а по спорным сделкам должник получил надлежащее  встречное исполнение, при том, что иное не доказано, суды пришли к выводу о  недоказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом  факта причинения в результате совершения спорных сделок вреда  имущественным правам кредиторов должника, о котором было бы известно  ответчикам, в то время как иное не доказано.  

Таким образом, исследовав и оценив все представленные доказательства,  проверив наличие оснований для признания оспариваемых сделок  недействительными как совершенных с целью причинения вреда кредиторам,  учитывая все вышеизложенные установленные судами обстоятельства  возмездности спорных сделок и их фактического исполнения при наличии  встречного предоставления, установив, что представленные в подтверждение  факта реальности отношений между должником и ответчиками доказательства  не содержат каких-либо противоречий либо несоответствий, а материалами  дела не доказан факт совершения спорных сделок при неравноценном  встречном исполнении обязательств другой стороной вследствие отчуждения  имущества по заниженной цене, с целью причинения вреда кредиторам  должника посредством вывода его ликвидных активов и уменьшения  конкурсной массы, и при этом также отсутствуют доказательства наличия  

причиненного кредиторам должника вреда, совершения должником и не  заинтересованными ответчиками умышленных действий исключительно с  целью причинения вреда кредиторам, суды пришли к выводу о недоказанности  материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном  случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для  признания оспариваемых сделок недействительными по основаниям статьи 61.2  Закона о банкротстве.  

Ссылка финансового управляющего на то, что семья ФИО11 на  протяжении нескольких лет до заключения спорной сделки совершала иные  сделки по приобретению дорогостоящих объектов недвижимости и  транспортного средства, являлась предметом оценки апелляционного суда и по  результатам исследования и оценки доказательств отклонена как  несостоятельная, в том числе, исходя из того, что данные обстоятельства  совершения названными лицами периодических действий по купле-продажи  недвижимости свидетельствуют в пользу того, что оспариваемый договор от  10.04.2019 не являлся нетипичным для ответчика и ее супруга, обладающих  достаточными финансовыми ресурсами для совершения соответствующих  сделок.  

Довод ФИО1 о необоснованном отказе в истребовании  доказательств и о том, что судом первой инстанции не рассмотрены два  ходатайства управляющего об истребовании документов, судом округа  отклоняются, как противоречащие материалам дела, поскольку названные  ходатайства от 12.08.2023 и от 20.09.2023 рассмотрены судом первой  инстанции в установленном порядке и в их удовлетворении отказано  протокольным определением от 18.09.2023 и определением от 01.10.2023, при  этом суд, в порядке статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, в пределах предоставленных ему полномочий с учетом  всех материалов дела, пришел к выводу, что в деле имеется достаточного  доказательств для разрешения по существу настоящего спора, который  рассматривался судом первой инстанции в период с 31.08.2022 по 21.09.2023.  

Таким образом, отказывая в удовлетворении требований финансового  управляющего, суды исходили из совокупности установленных по делу  обстоятельств и недоказанности материалами дела наличия в данном случае  совокупности всех необходимых и достаточных оснований для признания  спорных сделок недействительными по заявленным основаниям, а также из  отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации).  

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие  значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены  нормы материального права, регулирующие спорные отношения.  

Доводы кассационных жалоб судом округа отклоняются, поскольку не  свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к  переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявители  фактически ссылаются не на незаконность обжалуемых судебных актов, а  выражают несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просят  

еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить доказательства  по делу. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное  значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и  оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки  доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется  (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Судом округа не установлено нарушений норм материального или  процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов  (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты отмене не подлежат,  оснований для удовлетворения кассационных жалоб не имеется.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 01.10.2023  по делу № А47-13083/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 02.05.2024 по тому же делу оставить без изменения,  кассационные жалобы финансового управляющего имуществом ФИО2 – ФИО3 и ФИО1 – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию  Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух  месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Ю.А. Оденцова  

Судьи К.А. Савицкая 

 С.Н. Соловцов