ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-16058/2018

21 апреля 2021 года

город Омск

Резолютивная часть постановления объявлена 14 апреля 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 21 апреля 2021 года.

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Зюкова В.А.

судей  Брежневой О.Ю., Котлярова Н.Е.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-14998/2020) конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 03.12.2020 по делу                         № А70-16058/2018 (судья Поляков В.В.), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о признании сделки, совершенной с обществом с ограниченной ответственностью «ТЭК Премиум» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), недействительной и применении последствий ее недействительности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Нефтетрейд+» (ИНН 

<

***>,                                  ОГРН 

<

***>), в отсутствие лиц, участвующих в деле,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного     суда     Тюменской     области от 21.12.2018 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Нефтетрейд+» (далее – ООО «Нефтетрейд+», должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.

Решением Арбитражного     суда     Тюменской     области от 29.04.2019 ООО «Нефтетрейд+» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, его конкурсным управляющим утвержден также ФИО2 (далее – ФИО2, конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий 19.02.2020 обратился в Арбитражный суд     Тюменской области с заявлением об оспаривании платежей, совершенных в период с 11.08.2015 по 07.07.2017 на сумму 4 061 330 руб. в пользу общества с ограниченной ответственностью «ТЭК Премиум» (далее – ООО «ТЭК Премиум», ответчик).

В порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсным управляющим представлены уточнения в части размера взыскиваемой суммы, в соответствии с которыми конкурсный управляющий увеличил сумму до 5 250 000 рублей (без изменения периода и количества спорных платежей).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 03.12.2020 (резолютивная часть от 26.11.2020) (далее - обжалуемое определение) в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просил обжалуемое определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование жалобы ФИО2 указывает на мнимость оспариваемых сделок, ссылаясь на то, что у сторон, заключивших договор аренды, волеизъявление было направлено на создание иных правовых последствий, а именно, систематическое выведение активов должника в пользу подконтрольного ответчика. Помимо указанного, ФИО2 в апелляционной жалобе поясняет, что, по его мнению, договор аренды является ничтожной сделкой, совершенной лишь для вида и без намерения создать какие-либо правовые последствия, поскольку фактически прикрывает собой ничтожный договор дарения между двумя юридическими лицами. 

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2021 указанная апелляционная жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению в судебном заседании на 15.03.2021.

ООО «ТЭК Премиум» в отзыве на апелляционную жалобу опровергает изложенные в ней доводы, просит оставить принятый судебный акт без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2021 (резолютивная часть оглашена в судебном заседании 15.03.2021) судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы отложено с целью предоставления лицами участвующими в деле письменных пояснений.

07 апреля 2021 года от конкурсного управляющего ФИО2 поступили письменные пояснения, согласно которым конкурсный управляющий указывает, что он оспаривал именно денежные перечисления (с 12.10.2015 по 07.07.2017), а не сам договор аренды; именно проведение оплат по договору аренды является недействительным (ничтожным), поскольку указанные оплаты совершались между аффилированными лицами и целью этих платежей было выведение активов в ущерб незаинтересованных кредиторов; также в представленных пояснениях выражена позиция относительно наличия у должника на момент совершения сделок признаков неплатежеспособности.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2021 в связи с нахождением судьи Зориной О.В. в очередном оплачиваемом отпуске, произведена замена судьи Зориной О.В. на судью Котлярова Н.Е.

В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 08.04.2021, в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) был объявлен перерыв до 14.04.2021. Информация о перерыве в судебном заседании размещена в информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 13.04.2021 в связи с нахождением судьи Дубок О.В. в очередном оплачиваемом отпуске, произведена замена судьи Дубок О.В. на судью Брежневу О.Ю.

В судебное заседание апелляционного суда, продолженное после перерыва 14.04.2021, лица, участвующие в деле о банкротстве, надлежащим образом извещенные о времени и месте заседания суда апелляционной инстанции, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечили. В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена судом апелляционной инстанции в отсутствие указанных лиц.

Изучив материалы дела, апелляционную жалобу, отзывы на нее, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда Тюменской области от 03.12.2020.

Как верно установлено судом первой инстанции и  усматривается из материалов дела, с 19.11.2005 по 29.12.2017 ФИО3 и ФИО4 (до замужества ФИО5) Ольга Анатольевна (далее – ФИО6) состояли в браке.

На основании протокола общего собрания учредителей – ФИО6 и ФИО7 (сын ФИО3) от 14.12.2007 № 1 учреждено общество с ограниченной ответственностью «Нефтетрейд» (далее – ООО «Нефтетрейд») (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), просуществовавшее по 24.07.2017, основным видом деятельности которого являлась деятельность агентов по оптовой торговле твердым, жидким и газообразным топливом и связанными продуктами.

Кроме того, 29.10.2009 регистрирующим органом в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) внесена запись о создании ООО «Нефтетрейд+». Единственным участником данной организации по настоящее время является ФИО3, основным видом деятельности данного хозяйствующего субъекта также является деятельность агентов по оптовой торговле твердым, жидким и газообразным топливом и связанными продуктами.

Наряду с этим, в соответствии с решением учредителя (ФИО3) от 25.03.2010 № 1 создано ООО «ТЭК Премиум» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), запись о чем внесена в ЕГРЮЛ 21.04.2010, основная деятельность которого сопряжена с деятельностью агентов по оптовой торговле твердым, жидким и газообразным топливом и связанными продуктами. С 10.04.2018 единственным участником и единоличным исполнительным органом данной организации является ФИО6

Более того, по состоянию на 2010 год ФИО3 возглавлял ООО НПЗ «Нефтетрейд» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), учрежденное 17.04.2008 и действовавшее по 23.12.2015, специализировавшееся на производстве нефтепродуктов.

04 мая 2010 года между ООО «Нефтетрейд» (продавец) и ООО «ТЭК Премиум» (покупатель) заключен договор купли-продажи нефтебазы, расположенной по адресу: 

<

...>. Конкретный перечень имущества, входящего в указанный имущественный комплекс, поименован в приложении № 1 к этому договору и составленном сторонами акте приема-передачи.

На основании договора безвозмездного пользования от 04.05.2010 ООО НПЗ «Нефтетрейд» (ссудодатель) передало в безвозмездное пользование ООО «ТЭК Премиум» (ссудополучатель) следующие транспортные средства и прицепы к ним: РЕНО, государственный     регистрационный     знак     С766ЕС/45;     прицеп,     государственный регистрационный знак 

<

***>; КАМАЗ, государственный регистрационный знак 

<

***>; прицеп, государственный регистрационный знак 

<

***>; КАМАЗ, государственный регистрационный знак 

<

***>; прицеп,     государственный регистрационный знак 

<

***>; КАМАЗ, государственный регистрационный знак 

<

***>.

По данным, представленным ГИБДД УМВД России по Тюменской области, переход права собственности на перечисленные транспортные средства от ООО НПЗ «Нефтетрейд» к ООО «ТЭК Премиум» состоялся 20.08.2011.

Между ООО «ТЭК Премиум» (арендодатель) и ООО «Нефтетрейд+» (арендатор) 04.05.2010 заключен договор аренды движимого и недвижимого имущества, перечень которого содержится в акте приема-передачи от 04.05.2010 и включает в себя нефтебазу, автомобили с экипажем РЕНО, государственный регистрационный знак С766ЕС/45; прицеп, государственный регистрационный знак 

<

***>; КАМАЗ, государственный регистрационный знак 

<

***>; прицеп,     государственный     регистрационный     знак 

<

***>; КАМАЗ, государственный регистрационный знак 

<

***>; прицеп, государственный регистрационный        знак     

<

***>; КАМАЗ, государственный регистрационный знак 

<

***>.

Согласно пункту 2.2 договора арендатор в течение всего срока его действия производит техническое обслуживание и ремонт имущества, являющегося предметом договора.

В силу пункта 3.1 договора арендная плата подлежала согласованию сторонами в дополнительном соглашении.

В последующем должником и ответчиком подписаны следующие дополнительные соглашения, устанавливающие/изменяющие размер платы по указанному договору:

- дополнительное соглашение от 04.05.2010 – 60 000 руб. в месяц (с 04.06.2010);

- дополнительное соглашение от 13.05.2012 – 100 000 руб. в месяц (с 01.06.2012);

- дополнительное соглашение от 10.02.2013 – 200 000 руб. в месяц (с 01.03.2013);

- дополнительное соглашение от 04.09.2015 – 300 000 рублей в месяц (с 01.10.2015);

- дополнительное соглашение от 20.06.2016 – 200 000 руб. в месяц (с 01.07.2016);

- дополнительное соглашение от 10.09.2016 – 40 000 руб. в месяц (с 01.10.2016). Площадка указанной нефтебазы по хранению и перевалке нефти и нефтепродуктов, а также участок по транспортированию опасных веществ зарегистрированы в государственном реестре опасных производственных объектов 02.07.2012 под № А57-20250-0001 и № А57-20250-0002 соответственно.

05 марта 2013 года ООО «Нефтетрейд+» Федеральной службой по экологическому, технологическому и атомному надзору предоставлена лицензия № ВП-57-015062 на эксплуатацию взрывопожароопасных производственных объектов.

Кроме того, на основании договора лизинга от 22.04.2010 № 033ТМ-НЕТ/02/2010 (в редакции дополнительных соглашений от 11.05.2012), заключенного между ООО «РЕСО-Лизинг» и ООО «Нефтетрейд+», последнее приобрело в собственность автомобиль МАН, государственный регистрационный знак 

<

***> и прицеп, государственный регистрационный знак 

<

***> которые по договору купли-продажи от 18.05.2012 реализовало в пользу ООО «ТЭК Премиум».

В дальнейшем 01.06.2012 ООО «ТЭК Премиум» передало в аренду ООО «Нефтетрейд+» указанные транспортное средство и прицеп к нему за 10 000 руб. в месяц.

В период с 11.08.2015 по 07.07.2017 ООО «Нефтетрейд+» перечислило в пользу ООО «ТЭК Премиум» 4 061 330 руб. в качестве оплаты по договору аренды от 04.05.2010.

Указывая что, данные платежи совершены в целях причинения вреда кредиторам должника, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, суд первой инстанции исходил из следующего:

- действия по исключению обращения взыскания на фактически принадлежащие ФИО3 основные средства по долгам ООО «Нефтетрейд+» признаны не нарушающими законодательство, так как  подобная модель ведения бизнеса носит распространенный характер, действующему законодательству не противоречит;

- задолженность, включенная в реестр требований кредиторов должника, возникла гораздо позже, чем был заключен договор;

- предоставление ФИО3 на систематической и постоянной основе займов в пользу ООО «Нефтетрейд+» с момента его учреждения сопряжено с необходимостью устранения кассовых разрывов в деятельности должника с тем, чтобы иметь возможность закупить нефтепродукты с целью их дальнейшей перепродажи, оправдано единственной целью – перераспределение риска утраты крупного вклада на случай неуспешности коммерческого проекта, повлекшей банкротство подконтрольной организации;

- по состоянию на 2010 год должник даже в силу рискового характера предпринимательской деятельности, не мог предвидеть формирование у себя спустя 6 лет кредиторской задолженности, что подвигло бы его к вступлению со своим аффилированным лицом в мнимые отношения с целью причинения вреда таким кредиторам;

- договор аренды между ООО «Нефтетрейд+» и «ТЭК Премиум» заключен 04.05.2010, то есть задолго до возникновения независимой кредиторской задолженности, приведшей к неплатежеспособности должника;

- наличие договора послужило основанием для вывода лицензирующего органа в 2013 году о соответствии лицензиата лицензионным требованиям и, как следствие, для предоставления ООО «Нефтетрейд+» лицензии на эксплуатацию взрывопожароопасных производственных объектов;

- структурирование бизнеса и сосредоточение всех активов на стороне ООО «ТЭК Премиум» носило открытый для контрагентов должника характер;

- размер встречного предоставления со стороны ООО «Нефтетрейд+» в пользу ООО «ТЭК Премиум» по договору от 04.05.2010 охватывает лишь те расходы, которые бы нес должник в случае оставления в его собственности спорного имущества, что не может быть расценено в качестве злоупотребления, отвечает критерию добросовестности;

- ссылка конкурсного управляющего на то, что два работника одновременно числились в штате должника и ответчика не свидетельствует о невозможности их работы на условиях совместительства (статья 60.1 Трудового кодекса Российской Федерации) при том, что размер их заработной платы граничит с минимальным, установленным в Российской Федерации.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции.

Фактические обстоятельства дела установлены судом первой инстанции в соответствии с представленными в дело доказательствами, основания для установления иных фактических обстоятельств у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал и установил фактические обстоятельства дела, дал развернутую оценку доводам участвующих в деле лиц и представленным доказательствам, правильно применил нормы материального и процессуального права.

Все содержащиеся в обжалуемом судебном акте выводы основаны на представленных в материалы дела доказательствах и соответствуют им.

Суд первой инстанции, полно и всесторонне исследовав материалы дела, правильно установил отсутствие оснований для признания сделок недействительными.

В обоснование жалобы ФИО2 указывает на мнимость оспариваемых сделок, ссылаясь на то, что у сторон, заключивших договор аренды волеизъявление было направлено на создание иных правовых последствий, а именно, систематическое выведение активов должника в пользу подконтрольного ответчика. Помимо указанного, ФИО2 в апелляционной жалобе поясняет, что, по его мнению, договор аренды является ничтожной сделкой, совершенной лишь для вида и без намерения создать какие-либо правовые последствия, поскольку фактически прикрывает собой ничтожный договор дарения между двумя юридическими лицами.

В абзаце четвертом пункта 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст. ст. 10 и 168  ГК  РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Требования статьи 10 ГК РФ применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

В силу абзаца первого части 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25) разъяснено, что положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК  РФ.

Добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей. При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

По общему правилу добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Для установления недействительности договоров на основании статей 10, 168  ГК РФ необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) обеих сторон оспариваемой сделки, а также то обстоятельство, что стороны договора действовали исключительно с намерением причинить вред кредиторам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. 

Положения данной нормы права подлежат применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения. В подтверждение мнимости сделки заинтересованной стороне необходимо представить суду доказательства, которые бы подтверждали отсутствие направленности подлинной воли сторон при совершении оспариваемой сделки на создание правовых последствий, присущих данному виду сделки.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.05.2011 № 17020/10 указано, что данная норма (статья 170 ГК РФ) применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения. В обоснование мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Следовательно, в целях признания сделки недействительной на основании статьи 170 ГК РФ истец должен представить доказательства, свидетельствующие, что при совершении сделки подлинная воля сторон сделки не была направлена на создание тех гражданско-правовых последствий, которые наступают в ходе исполнения сделки.

Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25) отмечено, что стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Договор аренды между ООО «Нефтетрейд+» и «ТЭК Премиум» заключен 04.05.2010, то есть до возникновения независимой кредиторской задолженности, приведшей к неплатежеспособности должника.

Согласно реестру требований кредиторов ООО «Нефтетрейд+», требование ООО «Дорожник», основано на предварительной оплате товара, совершенной 19.12.2016; требование публичного акционерного общества «Российские железные дороги» возникло с 20.07.2017; требование публичного акционерного общества «Акционерная нефтяная компания «Башнефть» основано на договорах от 03.02.2016, 31.03.2016, 07.04.2016; недоимка по обязательным платежам перед бюджетами всех уровней, сформирована не ранее начала 2016 года.

Проведенный конкурсным управляющим анализ документации, находящейся в его распоряжении, полученной из иных источников, позволил ему прийти к выводу о том, что с начала 2015 года финансовая деятельность ООО «Нефтетрейд+» характеризовалась отрицательными показателями, в том числе относительно обеспеченности собственными средствами.

Само же по себе негативное финансовое состояние ООО «Нефтетрейд+» (анализ которого представлен суду конкурсным управляющим на основании анализа экономических показателей) на протяжении всего периода деятельности должника в данном конкретном случае связано со следующим.

Как следует из вступившего в законную силу определения Арбитражного суда Тюменской области от 09.07.2020 по настоящему делу, предоставление ФИО3 на систематической и постоянной основе займов в пользу ООО «Нефтетрейд+» с момента его учреждения сопряжено с необходимостью устранения кассовых разрывов в деятельности должника с тем, чтобы иметь возможность закупить нефтепродукты с целью их дальнейшей перепродажи, оправдано единственной целью – перераспределение риска утраты крупного вклада на случай неуспешности коммерческого проекта, повлекшей банкротство подконтрольной организации, что согласно правовому подходу, изложенному в пункте 9 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор), квалифицировано судом в качестве компенсационного финансирования.

При этом по состоянию на 2010 год должник даже в силу рискового характера предпринимательской деятельности, по убеждению суда, не мог предвидеть формирование у себя спустя 6 лет кредиторской задолженности, что подвигло бы его к вступлению со своим аффилированным лицом в мнимые отношения с целью причинения вреда таким кредиторам.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Конкурсным управляющим не представлено достаточных доказательств о стремлении конечного бенефициара извлечь необоснованную налоговую выгоду от подобного структурирования своей деятельности бездоказателен.

Структурирование бизнеса и сосредоточение всех активов на стороне ООО «ТЭК Премиум» носило открытый для контрагентов должника характер, что подтверждено представленными суду договорами поручительства от 15.04.2016, от 16.04.2016, заключенными между ответчиком и публичным акционерным обществом «Акционерная нефтяная компания «Башнефть» в целях обеспечения исполнения обязательств ООО «Нефтетрейд+».

Помимо указанного, наличие договора послужило основанием для вывода лицензирующего органа в 2013 году о соответствии лицензиата лицензионным требованиям и, как следствие, для предоставления ООО «Нефтетрейд+» лицензии на эксплуатацию взрывопожароопасных производственных объектов.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что размер встречного предоставления со стороны ООО «Нефтетрейд+» в пользу ООО «ТЭК Премиум» по договору от 04.05.2010 охватывал лишь те расходы, которые нес бы должник в случае оставления в его собственности спорного имущества, что не может быть расценено в качестве злоупотребления, отвечает критерию добросовестности.

Материалами дела не подтверждается, что воля сторон сделки была направлена на создание несоответствующих ей правовых последствий, основания для признания ее мнимой отсутствуют. 

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся по сути к мнимости договора аренды, необоснованности данных перечислений, причинении вреда кредиторам,   суд апелляционной инстанции отклоняет. 

Как верно установил суд  первой инстанции, объем денежного предоставления со стороны должника в пользу ООО «ТЭК Премиум» со ссылкой на договор от 04.05.2010 за период с 01.01.2016 по 07.07.2017 составил 3 032 130 рублей.

Из представленных суду оригиналов платежных ведомостей, в полном объеме согласующихся с представленными аналитическими документами, следует, что в 2016-2017 годах объем заработной платы, выплаченной ООО «ТЭК Премиум» своим работникам, составил 1 442 173 руб., что с учетом необходимости перечисления налоговым агентом налога на доходы физических лиц и страховых взносов составляет 1 657 670 руб. 11 коп. (1442173х100/87).

Кроме того, размер средств, перечисленных ООО «ТЭК Премиум» в пользу энергосбытовой организации за это время, равен 991 007 руб. 52 коп.

Принимая во внимание договорные условия о том, что уплата обязательных платежей за имущество, а равно его содержание в обязанности арендатора не вменены, суд признает оставшиеся 383 452 руб. 37 коп. разумными и достаточными для несения ООО «ТЭК Премиум» перечисленных расходов, что подтверждено выписками с расчетного счета ответчика.

Таким образом, размер встречного предоставления со стороны ООО «Нефтетрейд+» в пользу ООО «ТЭК Премиум» по договору от 04.05.2010 охватывает лишь те расходы, которые бы нес должник в случае оставления в его собственности спорного имущества, что не может быть расценено в качестве злоупотребления, отвечает критерию добросовестности.

Ссылка конкурсного управляющего на то, что два работника одновременно числились в штате должника и ответчика не свидетельствует о невозможности их работы на условиях совместительства (статья 60.1 Трудового кодекса Российской Федерации) при том, что размер их заработной платы граничит с минимальным, установленным в Российской Федерации.

Суд первой инстанции верно отклонил довод конкурсного управляющего мнимости договора и указанных перечислений, поскольку фактически как следует из материалов дела договор аренды исполнялся, должник осуществлял на указанном объекте хозяйственную деятельность, имущество имелось в наличии, доказательств обратного в материалы дела не представлено. 

Действия ответчика и должника можно квалифицировать как предоставляемого ООО «ТЭК Премиум» финансирования (путем предоставления имущества в аренду) в рамках дела как компенсационного.

То есть, возможно  требования ООО «ТЭК Премиум», вытекающие из договора аренды, подлежали  бы удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Положения  статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего. Квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, умаление конкурсной массы в той или иной форме.

В целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота. Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности (расточительности для имущественной массы), то наиболее вероятно, что сделка является подозрительной. И напротив, если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условий для ее аннулирования не имеется.

Необходимо также учитывать, что помимо стоимостных величин при квалификации сделки во внимание должны приниматься и все обстоятельства ее совершения, указывающие на возможность получения взаимной выгоды сторонами, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 № 305-ЭС18-8671(2), от 23.08.2019 № 304-ЭС15-2412(19)).

Принимая во внимание, что договор аренды фактически исполнялся, платежи носили систематический характер, имущество имелось и использовалось должником в хозяйственной деятельности, суд правомерно не установил оснований для признания указанных перечислений недействительными на основании статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», поскольку должник получал равноценное встречное исполнение, нес расходы. 

 Как верно установил суд  первой инстанции, объем денежного предоставления со стороны должника в пользу ООО «ТЭК Премиум» со ссылкой на договор от 04.05.2010 за период с 01.01.2016 по 07.07.2017 составил 3 032 130 рублей.

Из представленных суду оригиналов платежных ведомостей, в полном объеме согласующихся с представленными аналитическими документами, следует, что в 2016-2017 годах объем заработной платы, выплаченной ООО «ТЭК Премиум» своим работникам, составил 1 442 173 руб., что с учетом необходимости перечисления налоговым агентом налога на доходы физических лиц и страховых взносов составляет 1 657 670 руб. 11 коп. (1442173х100/87).

Кроме того, размер средств, перечисленных ООО «ТЭК Премиум» в пользу энергосбытовой организации за это время, равен 991 007 руб. 52 коп.

Принимая во внимание договорные условия о том, что уплата обязательных платежей за имущество, а равно его содержание в обязанности арендатора не вменены, суд признает оставшиеся 383 452 руб. 37 коп. разумными и достаточными для несения ООО «ТЭК Премиум» перечисленных расходов, что подтверждено выписками с расчетного счета ответчика.

Таким образом, размер встречного предоставления со стороны ООО «Нефтетрейд+» в пользу ООО «ТЭК Премиум» по договору от 04.05.2010 охватывает лишь те расходы, которые бы нес должник в случае оставления в его собственности спорного имущества.

Оспариваемые платежи совершены должником в период с 11.08.2015 по 07.07.2017, то есть за пределами максимального ретроспективного временного отрезка подозрительности, установленного статьей 61.3 Закона о банкротстве (дело о несостоятельности возбуждено 09.10.2018).

Кроме того, суд первой инстанции верно отметил, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Курганской области от 28.02.2020 по делу № А34-14517/2019 отказано в удовлетворении искового заявления конкурсного управляющего о взыскании с ООО «ТЭК Премиум» 4 061 330 рублей в качестве неосновательного обогащения по спорному договору аренды.

Указанные обстоятельства в совокупности с иными доказательствами по делу не позволяют суду установить наличие в действиях ответчика злоупотребления правом либо сделать выводы о совершении оспариваемой сделки для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Конкурсным управляющим также не доказано, что должник не получил от ответчика равноценное встречное предоставление, а имущественное положение должника в результате сделки ухудшилось, в связи с чем суд апелляционной инстанции отклоняет доводы жалобы о наличии оснований для признания сделки ничтожной.

Суд отклоняет доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, поскольку договор аренды движимого и недвижимого имущества, перечень которого содержится в акте приема-передачи от 04.05.2010 и включает в себя нефтебазу, автомобили с экипажем РЕНО, государственный регистрационный знак С766ЕС/45; прицеп, государственный регистрационный знак 

<

***>; КАМАЗ, государственный регистрационный знак 

<

***>; прицеп,     государственный     регистрационный     знак 

<

***>; КАМАЗ, государственный регистрационный знак 

<

***>; прицеп, государственный регистрационный        знак     

<

***>; КАМАЗ, государственный регистрационный знак 

<

***> реально исполнялся, имущество использовалось в хозяйственной деятельности, осуществлялись расходы, данное имущество было не обходимо и для получения лицензии. 

Так, площадка указанной нефтебазы по хранению и перевалке нефти и нефтепродуктов, а также участок по транспортированию опасных веществ зарегистрированы в государственном реестре опасных производственных объектов 02.07.2012 под № А57-20250-0001 и № А57-20250-0002 соответственно.

05 марта 2013 года ООО «Нефтетрейд+» Федеральной службой по экологическому, технологическому и атомному надзору предоставлена лицензия № ВП-57-015062 на эксплуатацию взрывопожароопасных производственных объектов.

Кроме того, на основании договора лизинга от 22.04.2010 № 033ТМ-НЕТ/02/2010 (в редакции дополнительных соглашений от 11.05.2012), заключенного между ООО «РЕСО-Лизинг» и ООО «Нефтетрейд+», последнее приобрело в собственность автомобиль МАН, государственный регистрационный знак 

<

***> и прицеп, государственный регистрационный знак 

<

***> которые по договору купли-продажи от 18.05.2012 реализовало в пользу ООО «ТЭК Премиум».

В период с 11.08.2015 по 07.07.2017 ООО «Нефтетрейд+» перечислило в пользу ООО «ТЭК Премиум» 4 061 330 руб. в качестве оплаты по договору аренды от 04.05.2010.

Доказательств того, что арендная плата выше, тех расходов, которые бы нес должник используя данное имущество в материалы дела не представлено, учитывая, что данное имущество непосредственно использовалось в хозяйственной деятельности должника. 

Заключение договоров между аффилированными лицам не запрещено, если хозяйственные операции реальны, как в рассматриваемом деле. 

Суд апелляционной инстанции принимает довод ответчика о том, что по состоянию на 2010 год должник даже в силу рискового характера предпринимательской деятельности, не мог предвидеть формирование у себя спустя 6 лет кредиторской задолженности, что подвигло бы его к вступлению со своим аффилированным лицом в мнимые отношения с целью причинения вреда таким кредиторам;

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Исходя из изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены определения суда первой инстанции, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установлено.

Апелляционная жалобы удовлетворению не подлежит. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тюменской области от 03.12.2020 по делу               № А70-16058/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

 

                    В.А. Зюков

Судьи

 

О.Ю. Брежнева

 

              Н.Е. Котляров