АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ  ОБЛАСТИ

Красная ул., д.8, г.Кемерово, 650000

E-mail: info@kemerovo.arbitr.ru,  www.kemerovo.arbitr.ru

тел. (384-2) 45-10-16

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А27-7404/2021

город Кемерово

29 августа 2022 года

Резолютивная часть решения оглашена 22 августа 2022 года

Решение в полном объеме изготовлено 29 августа 2022 года

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи  Останиной В.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием веб-конференции дело по иску Общества с ограниченной ответственностью «Международный аэропорт Кемерово имени Алексея Архиповича Леонова», город Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к Федеральному государственному унитарному предприятию «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)», город Москва (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Кемеровской и Томской областях, город Кемерово (ОГРН

1104205007840, ИНН 

<

***>),

о взыскании неосновательного обогащения, процентов,

при участии: 

представителя истца ФИО2, доверенность №51 от 01.07.2021, диплом, паспорт, представителя ответчика ФИО3, доверенность №407-д от 03.09..2021, диплом, паспорт, ФИО4, доверенность №549-Д от 11.11.2021, диплом, паспорт,

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью «Международный аэропорт Кемерово имени Алексея Архиповича Леонова» обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к Федеральному государственному унитарному предприятию «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)» о взыскании 14 659 832 руб. 33 коп., в том числе 12 888 224 руб. 70 коп. неосновательного обогащения, 1 771 607 руб. 63 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами 

Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 11.08.2021, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 03.12.2021, в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 01.04.2022 решение Арбитражного суда Кемеровской области от 11.08.2021 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 03.12.2021 по делу № А27-7404/2021 отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области.

Отменяя решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции, направляя дело на новое рассмотрение, суд округа указал на то, что при новом рассмотрении дела суду необходимо верно распределить бремя доказывания, дать оценку всем заявленным доводам сторон, в порядке статьи 431 ГК РФ дать толкование согласованным дополнительным соглашением N 06 от 14.02.2012 к договору аренды от 26.09.2005 с учетом протокола разногласий условиям о механизме изменения арендных платежей с учетом разъяснений пункта 16 постановления Пленума N 73, разрешить вопрос о возможности применения к правоотношениям сторон с 05.01.2018 регулируемой арендной платы, установленной Постановлением N 1666, оценить предоставленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 АПК РФ, при необходимости проверить предоставленные истцом расчеты сумм неосновательного обогащения и процентов по статье 395 ГК РФ, проверить обоснованность периодов для расчетов, принять законный и обоснованный судебный акт, решить вопрос о распределении судебных расходов, в том числе по апелляционной и кассационной жалобам.

Суд округа отметил, что судами не было учтено, что по согласованным дополнительным соглашением N06 от 14.02.2012 к договору аренды от 26.09.2005 с учетом протокола разногласий условиям, арендодателю договором было предоставлено право на изменение размера арендной платы в одностороннем порядке и указанное условие не оценивалась судами с учетом разъяснений абзаца 3 пункта 16 постановления Пленума N73 от 17.11.2011 о том, что регулируемая арендная плата подлежит применению к договорам, заключенным до вступления в силу соответствующего федерального закона, и в том случае, если арендодателю договором предоставлено право на изменение размера арендной платы в одностороннем порядке.

Кроме того, судами не дана оценка доводам истца о том, что последующее заключение дополнительного соглашения от 01.10.2019 к договору аренды от 01.03.2015, в котором стороны согласовали размер арендных платежей за использование федерального имущества в соответствии с Постановлением N 1666, может быть квалифицировано в качестве волеизъявления арендодателя на применение к договору аренды регулируемой арендной платы (пункт 16 постановления Пленума N73 от 17.11.2011).

Таким образом, поскольку дополнительным соглашением N06 от 14.02.2012 в редакции протокола разногласий к договору аренды от 26.09.2005 стороны согласовали право арендодателя на изменение размера арендной платы в одностороннем порядке, при этом в последующем стороны заключили дополнительное соглашение от 01.10.2019 к договору аренды от 01.03.2015, соответственно выводы судов о том, что к договорам аренды 2005 и 2015 годов, заключенным до вступления в силу Федерального закона от 26.04.2016 N111-ФЗ, предусматривающего необходимость государственного регулирования арендной платы гражданских аэропортов (аэродромов), не подлежит применению Постановление N1666, которым определен порядок, условия и сроки внесения арендной платы по установленной формуле расчета (регулируемая арендная плата), являются преждевременными, сделанными без оценки соответствующих разъяснений постановления Пленума N73 от 17.11.2011.

При новом рассмотрении дела стороны представили дополнительное обоснование своих позиций с подробным изложением обстоятельств их взаимодействия как до, так и после принятия Постановления Правительства №1666.

     Истец настаивает на том, что заключив дополнительное соглашение от 01.10.2019 к договору аренды от 01.03.2015, в котором арендная плата была определена по Постановлению Правительства №1666, ответчик тем самым выразил свою волю на определение арендной платы по Постановлению Правительства №1666 в отношении всего аэродромного имущества, арендуемого истцом (в том числе в отношении имущества, ранее арендуемого по договору аренды от 26.09.2005, а затем включенного в договор аренды от 01.03.2015). 

По договору аренды от 26.09.2005 арендовалось главное аэродромное имущество - искусственная взлетно-посадочная полоса, без которой никакая деятельность аэропорта не возможна. И с момента вступления в силу Постановления Правительства №1666 арендная плата за искусственную взлетно-посадочную полосу могла определяться только по Постановлению Правительства №1666.

Истец считает, что Ответчик понимает, что арендная плата в отношении аэродромного имущества подлежит определению по Постановлению №1666 с 05.01.18; Ответчик возражает против удовлетворения иска по настоящему делу только из-за того, что именно по данному делу ему это не выгодно. Но  по другим судебным делам (там где ФГУП «АГА(а)» понимал, что может получить больше денег, если арендная плата с 05.01.18 будет определяться по Постановлению №1666, а не в порядке, определенном договором аренды) ФГУП «АГА(а)» обратился с исками к другим аэропортам РФ и потребовал взыскать с них арендную плату с 05.01.18 по Постановлению №1666 до момента подписания сторонами соглашений или направления ФГУП «АГА(а)» в адрес аэропортов уведомлений об изменении арендной платы в соответствии с Постановлением №1666.

Ответчик поддержал ранее изложенные им возражения, дополнительно указал на то, что пункт 3.3. Договора аренды от 26.09.2005 №52-09-ф/05/440/05 (в редакции Дополнительного соглашения от 14.02.2012 №06 с учетом протокола разногласий) содержит, во-первых, право Ответчика, но не его обязанность на одностороннее изменение размера арендной платы, а, во-вторых, лишь в случае изменения рыночной стоимости арендной платы, а не в связи с установлением регулируемой арендной платы; указанный пункт не содержит права Ответчика на одностороннее изменение размера арендной платы в случае установления регулируемой арендной платы, в связи с чем разъяснения абзаца 5 пункта 16 постановления Пленума №73 от 17.11.2011 не подлежат применению. 

Кроме того, как разъяснено в абзаце 5 пункта 16 постановления Пленума №73 от 17.11.2011, равным образом к договору аренды, заключенному до вступления в силу федерального закона, предусматривающего необходимость государственного регулирования арендной платы, подлежит применению данное регулирование, если арендодателю договором предоставлено право на изменение размера арендной платы в одностороннем порядке и соответствующее волеизъявление о применении к договору регулируемой арендной платы было сделано арендодателем и получено арендатором.

Волеизъявление Ответчика, направленное в адрес Истца, об одностороннем изменении размера арендной платы, в материалах дела отсутствует и Ответчиком в адрес Истца не направлялось.  

По мнению ответчика, не может быть квалифицировано в качестве волеизъявления арендодателя на применение к договору аренды от 26.09.2005 №52-09-ф/05/440/05 регулируемой арендной платы последующее заключение дополнительного соглашения от 01.10.2019 к договору аренды от 01.03.2015, в котором стороны согласовали размер арендных платежей за использование федерального имущества в соответствии с Постановлением № 1666, поскольку, во-первых, воля сторон была направлена на изменение условий договора аренды от 01.03.2015, а не договора аренды от 26.09.2005 №52-09-ф/05/440/05, а, во-вторых, заключенное дополнительное соглашение от 01.10.2019 к договору аренды от 01.03.2015 является двусторонней сделкой (соглашением), т. е. сделкой для совершения которой необходимо выражение воли двух сторон и, следовательно, не может быть приравнена к односторонней сделке об изменении размера арендной платы в одностороннем порядке.

Поскольку договор аренды от 26.09.2005 №52-09-ф/05/440/05 заключен до вступления в силу Закона №111-ФЗ и Постановления Правительства РФ от 27.12.2017 №1666 и стороны не установили обязанность по изменению размера арендной платы в случае изменения нормативных актов, подлежащих применению к их отношениям, а также не предусмотрели  право на изменение размера арендной платы в одностороннем порядке (в любом случае такое волеизъявление Ответчика в материалах дела отсутствует), основания применения к указанному договору Постановления Правительства РФ от 27.12.2017 № 1666 отсутствуют в силу ст. 422 ГК РФ, абз. 5 пункта 16 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.11.2011 №73.

Учитывая, что методика расчета арендной платы, предусмотренная Постановлением Правительства от 27.12.2017 № 1666 позволяет определить арендную плату за все объекты, отсутствие оснований применения к договору аренды от 26.09.2005 № 52-09-ф/05/440/05, по которому передано часть объектов, предназначенных для взлета, посадки, руления и стоянки воздушных судов, Постановления Правительства от 27.12.2017 №1666, в заявленный Истцом период отсутствуют основания для применения Постановления Правительства №1666 к отношениям сторон. Данное обстоятельство исключает правомерность перерасчета Истцом арендной платы и по договору аренды от 01.03.2015 № 3842/1. 

В силу положений о свободе договора (ст. 421 ГК РФ), вступление в силу Постановления Правительства от 27.12.2017 №1666 не может изменить волеизъявление сторон относительно передачи объектов именно по двум самостоятельным договорам аренды, а потому невозможность определения арендной платы за часть объектов не свидетельствует об автоматическом расторжении с 05.01.2018 договора аренды от 26.09.2005 № 52-09-ф/05/440/05 и включении объектов в состав имущества, переданного по договору аренды от 01.03.2015 № 3842/1. Все объекты, предназначенные для взлета, посадки, руления и стоянки воздушных судов, согласно волеизъявлению сторон, были переданы по договору аренды от 01.03.2015 № 3842/1 лишь с 02.08.2019. 

По мнению ответчика, до 02.08.2019 отсутствуют основания для применения Постановления Правительства от 27.12.2017 №1666 к отношениям сторон, в связи с чем исковые требования в любом случае удовлетворению не подлежат.  

Также стороны привели пояснения относительно хронологии взаимоотношений после принятия Постановления №1666.

Истец пояснил, что 03.10.2018 состоялось совещание ответчика с ООО «Новапорт Холдинг», которому принадлежит ряд аэропортов РФ, в том числе аэропорт г. Кемерово.

По результатам данного совещания ООО «Новапорт Холдинг» и ФГУП «АГА(а)» был подписан Протокол №187-В11 от 03.10.18 в соответствии с которым: было заслушано предложение ООО «Новапорт Холдинг» о приведении договоров аренды в соответствие с Постановлением № 1666 и об объединении действующих договоров аренды недвижимого и движимого имущества в целях реализации взимания единой ставки арендной платы в рамках единого договора аренды в соответствие с Постановлением №1666.

В соответствии с Протоколом ООО «Новопорт Холдинг» и ФГУП «АГА(а)» принято решение, в частности, привести условия договоров аренды федерального недвижимого имущества аэропортов Астрахань, Владикавказ, Калининград, Кемерово, Минеральные Воды, Новосибирск, Пермь, Ставрополь, Томск, Чита в соответствие с Постановлением №1666 путем заключения дополнительных соглашений, предусматривающих: заключение единого договора аренды недвижимого и движимого имущества, что представляется соответствующим требованиям Постановления № 1666; определение размера арендной платы в соответствии с Постановлением №1666;  внесение изменений в Договоры с 31.12.2018 в целях определения единого подхода к установлению даты приведения условий Договоров в соответствие с Постановлением №1666.

Данное решение, отраженное в Протоколе, подписано заместителем генерального директора ФГУП «АГА(а)» ФИО5

Истец считает, что после вступления в силу Постановления №1666 воля сторон (в том числе воля ФГУП «АГ’А(а)») была направлена на то, чтобы арендная плата за всё аэродромное имущество определялась по Постановлению №1666 с 05.01.18 на основании одного (единого) договора аренды для каждого из аэропортов. И стороны реализовали эту волю путем заключения к одному из договоров аренды дополнительного соглашения об определении арендной платы по Постановлению №1666, другие договоры аренды сторонами были расторгнуты (имущество из этих расторгнутых договоров аренды было передано в оставшийся договор аренды, к которому было заключено дополнительное соглашение).

Несмотря па то, что в вышеуказанных дополнительных соглашениях к договору аренды ФГУП «АГА(а)» и аэропорты договорились об определении арендной платы по Постановлению №1666 с более поздней даты, чем 05.01.2018, все суды по данной категории дел о взыскании неосновательного обогащения за период с 05.01.18. до момента заключения дополнительного соглашения к договору аренды по Постановлению №1666 пришли к выводу о том, что арендная плата подлежала уплате в размере, предусмотренном Постановлением №1666, именно с 05.01.18, а не с даты, предусмотренной в дополнительных соглашениях к договору аренды.

В целях объединения всего аэродромного имущества в единый договор аренды (как это предусмотрено п. 1.3 Протокола) истец направил в адрес ответчика письмо исх. №1276/1 от 30.11.18, в котором уведомил ответчика о расторжении договора аренды от 26.09.2005. Истец предложил расторгнуть этот договор аренды от 26.09.2005 для того, чтобы имущество из этого договора аренды затем включить в договор аренды от 01.03.2015. В ответ на вышеуказанное письмо истца, ответчиком было направлено письмо исх. №01353 от 12.02.19, согласно которому: Ответчик указал, что в связи с длительными сроками издания Распоряжения Правительства РФ и соответственно в целях недопущения использования истцом объектов без правовых оснований (без договора), ответчик предлагает расторгнуть договор от 26.09.2005 по соглашению сторон с даты издания указанного Распоряжения Правительства РФ. 

04.10.19 ответчик направил истцу письмо исх. №10715, в котором сообщил, что в связи с изданием Распоряжения Правительства РФ от 02.08.2019. о передаче объектов в аренду истцу без проведения торгов, ответчик направляет истцу на подписание соглашение о расторжении договора аренды от 26.09.2005. и дополнительное соглашение об определении арендной платы по Постановлению №1666. В ответ на это письмо истец направил ответчику письмо исх. №8035 от 18.10.19, в котором указал, что возвращает ответчику соглашение о расторжении и дополнительное соглашение с протоколом разногласий. 31.10.2019 стороны подписали соглашение о расторжении договора аренды от 26.09.2005 с 02.08.19 (даты принятия Распоряжения Правительства РФ), а также дополнительное соглашение об определении арендной платы по Постановлению №1666 с 02.08.19 (даты принятия Распоряжения Правительства РФ).

Истец отмечает, что вышеуказанной перепиской подтверждается, что с учетом письма Минтранса России №01-01/16659-ИС от 31.07.2018 стороны настоящего спора приступили к исполнению решений, принятых на совещании 03.10.18 и отраженных в Протоколе: приведение условий договоров аренды в соответствие с Постановлением №1666 путем заключения дополнительных соглашений, заключение единого договора аренды недвижимого и движимого имущества, определение размера арендной платы в соответствии с Постановлением №1666.

Согласно Приложению № 1 к Протоколу «Сравнительный анализ доходов ФГУП «АГА(а)» от передачи в аренду операторам аэродромов ООО «Новапорт Холдинг» федерального имущества» до принятия Постановления №1666 размер уплачиваемой истцом в адрес ответчика арендной платы по состоянию на 03.10.18. = 11 780 668 руб., при расчете арендной платы по Постановлению № 1666 за 2018г. размер арендной платы = 4 637 884 руб. Из изложенного следует, что при расчете арендной платы по Постановлению №1666 ответчик получит от истца на 7 млн. руб. меньше (по некоторым другим аэропортам, наоборот, при расчете арендной платы по Постановлению №1666 ответчик станет получать арендную плату в большем размере).

Ответчик пояснил, что Письмом от 30.11.2018 №1276/1 Истец уведомил Ответчика о намерении расторгнуть договор аренды от 26.09.2005 №52-09-ф/05/440/05 в одностороннем порядке с 30.12.2018. Указанное уведомление было получено Ответчиком только 24.01.2019, о чем свидетельствует входящий штамп Ответчика на письме Истца.

По итогам рассмотрения указанного уведомления, письмом от 12.02.2019 №01353, Ответчик сообщил Истцу о нарушении порядка расторжения договора в одностороннем порядке, установленного п. 2.2.20., п. 5.6. Договора, абз. 2 ч. 2 ст. 610 ГК РФ (в части необходимости уведомления о расторжении за 30 дней). 

Кроме того, Ответчик указал, что указанные обстоятельства в условиях фактического использования Истцом объектов в отсутствие подписанного сторонами акта возврата имущества от арендатора к арендодателю по договору свидетельствует о намерении Истца расторгнуть договор в целях последующего принятия объектов по договору аренды от 01.03.2015. Учитывая длительные сроки издания Распоряжения Правительства РФ, в целях недопущения ситуации использования объектов без правовых оснований, Ответчик предложил расторгнуть договор по соглашению сторон с даты издания Распоряжения Правительства РФ.  

Письмом от 07.03.2019 №210 Истец выразил согласие и подтвердил свое намерение расторгнуть договор аренды от 26.09.2005 №52-09-ф/05/440/05 по соглашению сторон с даты издания Распоряжения Правительства РФ.

Указанными письмами, по мнению ответчика, подтверждается, что воля сторон была направлена исключительно на прекращение действия договора аренды от 26.09.2005 №52-09-ф/05/440/05 по соглашению сторон с даты издания Распоряжения Правительства РФ без изменения порядка расчета арендой платы по указанному договору.

В письме от 12.02.2019 №01353 Ответчик не сообщал Истцу об изменении размера арендной платы в одностороннем порядке в связи с установлением регулируемой арендной платы, а лишь выразил волю на расторжение договора по соглашению сторон, что еще раз подтверждает позицию Ответчика о том, что волеизъявление Ответчика, направленное в адрес Истца, об одностороннем изменении размера арендной платы, отсутствует и Ответчиком в адрес Истца не направлялось в связи с отсутствием у Ответчика такого права.

В связи с изданием Распоряжения Правительства, позволяющего передать объекты Истцу без проведения торгов, письмом от 04.10.2019 № 10715 Ответчик направил в адрес Истца проект соглашения о расторжении договора аренды от 26.09.2005 №52-09-ф/05/440/05, а также проект дополнительного соглашения от 01.10.2019 №3 к договору аренды от 01.03.2015, который предусматривал передачу объектов, ранее переданных по договору от 26.09.2005, в аренду по договору от 01.03.2015 с 02.08.2019.

Письмом от 18.10.2019 №1035 Истец возвратил указанные документы Ответчику с протоколом разногласий к дополнительному соглашению от 01.10.2019 №3 к договору аренды от 01.03.2015.

Согласно протоколу разногласий Истец предложил изменить условия Дополнительного соглашения от 01.10.2019 №3 лишь в части наименования подписанта со стороны Истца, в части момента применения указанного соглашения к отношениям сторон Истец возражений не выразил, в связи с чем в п. 4. Дополнительного соглашения от 01.10.2019 №3 стороны согласовали, что условия заключенного дополнительного соглашения применяются к отношениям сторон с 02.08.2019.

Дополнительным соглашением от 01.10.2019 №3 к договору аренды от 01.03.2015 №3842/1 с учетом протокола разногласий, объекты федерального имущества, ранее используемые Истцом по договору аренды от 26.09.2005 №52-09-ф/05/440/05, были переданы в аренду Истцу с 02.08.2019 (дата издания распоряжения Правительства) по договору от 01.03.2015 № 3842/1, что в конечном итоге и позволило сторонам согласовать применение Постановления Правительства № 1666 к отношениям сторон. 

Ответчик отмечает, что если даже если и исходить из позиции Истца о том, что дополнительное соглашение от 01.10.2019 к договору аренды от 01.03.2015 «якобы» может быть квалифицировано в качестве волеизъявления арендодателя на применение к договору аренды от 26.09.2005 №52-09-ф/05/440/05 регулируемой арендной платы, датой такого  волеизъявления в любом случае является 02.08.2019 с учетом п. 4. Дополнительного соглашения от 01.10.2019 №3, следовательно, в заявленный Истцом период отсутствуют основания для применения Постановления Правительства №1666 к отношениям сторон.

Ответчик настаивает на том, что не может быть квалифицировано в качестве волеизъявления арендодателя на применение к договору аренды от 26.09.2005 № 52-09-ф/05/440/05 регулируемой арендной платы последующее заключение дополнительного соглашения от 01.10.2019 к договору аренды от 01.03.2015, которым Истцу в аренду были переданы объекты, ранее переданных по договору от 26.09.2005, поскольку воля сторон была направлена исключительно на изменение условий договора аренды от 01.03.2015, а не договора аренды от 26.09.2005 № 52-09-ф/05/440/05. Кроме того, исходя из содержания пункта 3.3. Договора аренды от 26.09.2005 № 52-09-ф/05/440/05 (в редакции Дополнительного соглашения от 14.02.2012 № 06), указанный пункт вовсе не содержит права Ответчика на одностороннее изменение размера арендной платы в случае установления регулируемой арендной платы. 

В отношении договора аренды от 26.09.2005 №52-09-ф/05/440/05 воля сторон была направлена исключительно на его расторжение, о чем свидетельствуют письма сторон от 30.11.2018 № 1276/1, от 12.02.2019 №01353, а также соглашение о расторжении. 

В связи с этим, до 02.08.2019 отсутствуют основания для применения Постановления Правительства от 27.12.2017 № 1666 к отношениям сторон, в связи с чем исковые требования в любом случае удовлетворению не подлежат.  

По мнению ответчика, Протокол совещания от 03.10.2018 зафиксировал лишь общие намерения сторон относительно порядка определения размера арендной платы по аэропорту Кемерово, а именно определение размера арендной платы в соответствии с Постановлением Правительства №1666 без оценки условий договора аренды от 26.09.2005 №52-09-ф/05/440/05 и договора аренды от 01.03.2015, наличия правовых условий, а также без конкретизации механизма создания правовых условий, которые бы позволили применить Постановление Правительства № 1666 к отношениям сторон. Сам механизм был выработан сторонами в ходе переписки после совещания.

Вопреки доводам Истца, воля Истца и Ответчика не была направлена на применение Постановления №1666 к отношениям сторон именно с 05.01.2018, в том числе в связи с отсутствием правовых оснований для такого применения, что подтверждается представленными Ответчиком в материалы деда доказательствами, в частности перепиской между Истцом и Ответчиком. Кроме того, сам Истец (Холдинг, в который и входит ООО «Международный Аэропорт Кемерово имени Алексея Архиповича Леонова») игнорировал договоренности, зафиксированные в протоколе совещания от 03.10.2018, а по сути считает их «ничтожными», инициировав судебные разбирательства практически по всем аэропорта Холдинга, которые фигурировали в протоколе, например дело № А40-287775/2019 (Калининград), дело №А78-2347/2021 (Чита), Дело № А40-244656/2020 (Владикавказ), дело № А27-7404/2021 (Кемерово), дело № А63-13992/2020 (Минеральные воды).

В процессе рассмотрения настоящего дела истец настаивал на том, что ответчиком допущено злоупотребление правом (статья 10 ГК РФ).

Ответчик поддержал заявление о пропуске истцом срока исковой давности.

Стороны представили пояснения по расчету исковых требований, истец уточнял расчет, ответчик представил контррасчет, для чего проведение судебных заседаний откладывалось, объявлялись перерывы.

15.08.2022 в соответствии с частью 5 статьи 156 АПК РФ судебное заседание проведено без участия представителя третьего лица, в целях уточнения расчетов в соответствии со статьей 163 АПК РФ по ходатайству сторон в судебном заседании объявлялся перерыв до 22.08.2022; судебное заседание продолжено без участия представителя третьего лица.

В соответствии со статьей 49 АПК РФ судом принято заявление истца об уточнении суммы иска: 11 238 320 руб. 50 коп. в качестве неосновательного обогащения; 2 200 139 руб. 61 коп. в качестве процентов за пользование чужими денежными средствами; процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму неосновательного обогащения начиная с 02.10.2022 по дату фактического исполнения обязательства.

В судебном заседании представитель истца поддержал заявленные требования.

Представитель ответчика в судебном заседании поддержал возражения на иск, считая его необоснованным, указал на необоснованность расчета в части с учетом пропуска срока исковой давности; поддержал доводы относительно возможного начала начисления процентов за пользование чужими денежными средствами.

Выслушав в процессе рассмотрения дела представителей сторон, оценив представленные в дело доказательства в их совокупности и во взаимосвязи, суд установил следующее.

26.09.2005 между ООО «МАК им. А.А. Леонова» (Арендатор) и ФГУП «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)» (Арендодатель) заключен Договор аренды государственного имущества № 52-09-ф/05/440/05 (с учетом перехода прав и обязанностей к ответчику в соответствии со статьей. 617 ГК РФ с 19.07.2016 года). 

По договору № 52-09-ф/05/440/05 от 26.09.2005 года на 05.01.2018 ООО «МАК им. А.А. Леонова» арендовало следующее имущество: здание трансформаторной подстанции ТП-1, назначение: нежилое здание; склад (металлические конструкции), назначение: нежилое здание; пожарный водоем, назначение: нежилое; здание ТП-2, назначение: нежилое здание; здание пожарной охраны (депо), назначение: нежилое здание; пожарный водоем, назначение: нежилое; здание РП-11, назначение: нежилое здание; светосистема, назначение: нежилое (2 объекта);  искусственная взлетно-посадочная полоса, назначение 7.6. Сооружения воздушного транспорта.

Также между истцом (Арендатор) и ответчиком (Арендодатель) 01.03.2015 заключен договор аренды федерального недвижимого имущества аэропорта Кемерово №3842/1.

По договору №3842/1 от 01.03.2015 на 05.01.2018 ООО «МАК им. А.А. Леонова» арендовало следующее имущество: магистральная рулежная дорожка, назначение: нежилое; перрон и рулежная дорожка, назначение: нежилое; аванперрон, назначение: сооружение воздушного транспорта; водосточно-дренажная система перрона и МРД, назначение: сооружение канализации.

            31.10.2019 между ООО «МАК им. А.А. Леонова» и ФГУП «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)» заключено Соглашение о расторжении Договора аренды государственного имущества №52-09-ф/05/440/05 от 26.09.2005 с 02.08.2019.

            К Договору аренды №3842/1 от 01.03.2015 01.10.2019 заключено дополнительное соглашение №3, согласно условиям которого в Договор аренды №3842/1 от 01.03.2015 включено имущество, ранее арендуемое по Договору аренды государственного имущества №52-09-ф/05/440/05 от 26.09.2005. Стороны согласовали распространение действия этого соглашения с 02.08.2019.

            Таким образом, в результате достигнутых сторонами соглашений по ранее действовавшим между ними договорам аренды, с 02.08.2019 между сторонами действует и исполняется один договор аренды, регулирующий взаимоотношения по аренде 14 объектов имущества.

До 02.08.2019 оплата по договорам аренды истцом осуществлялась в соответствии с условиями соответствующих договоров с учетом заключенных дополнительных соглашений.

Считая, что Постановление Правительства №1666 должно распространяться на правоотношения сторон с 05.01.2018, на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение в результате переплаты истцом арендной платы по договорам, истец обратился к ответчику с претензией №1428 от 20.12.2020, содержащей требование возврата неосновательно полученной от истца суммы денежных средств и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Не получив удовлетворения своих требований, изложенных в претензии, истец обратился в арбитражный суд с иском.

Оценив имеющиеся материалы дела в их совокупности и во взаимосвязи, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьями 1102, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

Правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

 Особенность предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения и распределение бремени доказывания предполагает, что на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение (неосновательно получено либо сбережено имущество); обогащение произошло за счет истца; размер неосновательного обогащения; невозможность возврата неосновательно полученного или сбереженного в натуре. Недоказанность хотя бы одного из названных условий влечет за собой отказ в удовлетворении исковых требований.

В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

Статья 13.2 Федерального закона от 08.01.1998 №10-ФЗ "О государственном регулировании развития авиации" (далее - Закон №10-ФЗ), введенная в действие Федеральным законом от 26.04.2016 №111-ФЗ, определяет, что существенные условия договоров аренды аэродромов, находящихся в федеральной собственности, порядок определения размера арендной платы и порядок, условия и сроки ее внесения устанавливаются Правительством Российской Федерации.

В соответствии со статьей 13.2 Закона №10-ФЗ Правительством Российской Федерации издано постановление от 27.12.2017 №1666 (вступило в силу 05.01.2018), которым утверждено Положение о существенных условиях договоров аренды аэродромов гражданской авиации, находящихся в федеральной собственности, порядке определения размера арендной платы по таким договорам, а также о порядке, об условиях и о сроках ее внесения.

В силу статьи 422 Гражданского кодекса договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения. Если после заключения договора принят закон, устанавливающий обязательные для сторон правила иные, чем те, которые действовали при заключении договора, условия заключенного договора сохраняют силу, кроме случаев, когда в законе установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров.

По смыслу приведенной нормы, если закон, предусматривающий необходимость применения регулируемой цены, вступил в силу после заключения договора аренды, то согласно пункту 2 статьи 422 Гражданского кодекса условия этого договора об арендной плате сохраняют силу, поскольку в законе не установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров.

При этом стороны могут установить, что регулируемая арендная плата может применяться к договору, заключенному до вступления в силу такого закона, только в том случае, если стороны такого договора связали изменение размера арендной платы с изменением нормативных актов, подлежащих применению к их отношениям.

По смыслу приведенных норм применение Постановления №1666 не осуществляется автоматически, а напрямую зависит от содержания договоров аренды между сторонами.

Пунктом 2 Положения, утвержденного Постановлением №1666 предусмотрено, что договоры аренды аэродромов гражданской авиации, находящихся в федеральной собственности, предусматривают передачу арендодателем зданий, сооружений и оборудования, расположенных на земельных участках, предназначенных для взлета, посадки, руления и стоянки воздушных судов (далее - объект аренды), а также земельных участков, на которых расположены объекты аренды, за плату во временное владение и пользование.

 

Оценивая спорные отношения, суд приходит к выводу о том, что в отношении имущества (всего 14 позицией), ранее включенного сторонами в договоры №52-09-ф/05/440/05 и №3842/1, применяется Постановление Правительства №1666, поскольку все позиции имущества отвечают необходимым критериям, предусмотренным в приведенной норме.

В процессе рассмотрения дела стороны указали на то, что Постановление Правительства №1666 не может распространяться только на часть имущества, обладающего предусмотренными в пункте 2 Положения критериями. 

Суд указанные пояснения считает обоснованными.

Суд приходит к выводу о том, что в ситуации регулирования правоотношений между сторонами на 05.01.2018 двумя договорами аренды, предметами которых является имущество, отвечающее критериям, предусмотренным пунктом 2 Положения, утвержденного Постановлением Правительства №1666, вопрос применения установленного порядка определения размера арендной платы  зависит, в первую очередь, от условий таких договоров.

Так пунктом 2 статьи 422 ГК РФ предусмотрено, что если после заключения договора принят закон, устанавливающий обязательные для сторон правила иные, чем те, которые действовали при заключении договора, условия заключенного договора сохраняют силу, кроме случаев, когда в законе установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров.

В пункте 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 №16 «О свободе договора и ее пределах» разъяснено, что судам надлежит иметь в виду, что согласно пункту 2 статьи 422 ГК РФ закон, принятый после заключения договора и устанавливающий обязательные для сторон правила иные, чем те, которые действовали при заключении договора, распространяет свое действие на отношения сторон по такому договору лишь в случае, когда в законе прямо установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров.

В рассматриваемом случае Федеральный закон от 26.04.2016 №111—ФЗ, предусматривающий необходимость государственного регулирования размера арендной платы по договорам аренды аэродромов, вступил в силу 07.05.2016.

Постановление Правительства №1666, устанавливающее государственное регулирование размера арендной платы по договорам аренды аэродромов, вступило в силу 05.01.2018.

Ни ФЗ №111-ФЗ, ни Постановление Правительства №1666 не содержат норм о том, что их действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров.

В пункте 16 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.11.2011 №73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды» указано, что регулируемая арендная плата может применяться к договору, заключенному до вступления в силу федерального закона, предусматривающего необходимость государственного регулирования размера арендной платы, только в том случае, если стороны такого договора связали изменение размера арендной платы с изменением нормативных актов, подлежащих применению к их отношениям.

Как следует из содержания договора №3842/1 от 01.03.2015, заключенного до вступления в силу ФЗ №111-ФЗ и Постановления Правительства №1666, в случае, если законодательством будет установлен иной порядок расчета и перечисления арендной платы, Арендодатель обязан известить о таком порядке Арендатора, а Арендатор обязан с момента получения данного уведомления принять новый порядок к исполнению без оформления дополнительного соглашения к Договору (пункт 4.12. договора).

Новый порядок расчета  размера арендной платы сторонами установлен в дополнительном соглашении №2 от 01.03.2019 к договору.

Договор аренды №52-09-ф/05/440/05 от 26.09.2005 также заключен до вступления в силу ФЗ №111-ФЗ и Постановления Правительства №1666.

Дополнительным соглашением №06 от 14.02.2012 с учетом протокола разногласий согласована редакция пункта 3.3. договора следующим образом: Размер арендной платы может быть изменен Арендодателем в одностороннем порядке без согласия Арендатора в сторону увеличения в случае изменения рыночной стоимости арендной платы. Размер арендной платы может быть пересмотрен не чаще одного раза в год. При наличии объективных обстоятельств (изменения количества арендуемых объектов, ухудшения или улучшения состояния объектов и др.) цена договора может быть пересмотрена сторонами как в сторону увеличения, так и в сторону уменьшения. При этом Арендодатель обязан уведомить Арендатора об изменении величины арендной ставки путем письменного уведомления. Величина арендной ставки считается измененной с даты получения Арендатором уведомления о таком изменении. При изменении арендной платы дополнительное соглашение не заключается, а уведомление считается неотъемлемой частью настоящего договора.

По мнению истца, содержание указанного пункта свидетельствует о том, что в случае принятия нормативно-правого акта, регулирующего порядок расчета арендной платы или законодательного изменения такого порядка, меняется размер арендной платы по договору.

Ответчик с указанным подходом не согласен.

Согласно статье 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.

Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если указанные правила не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон.

Изложенные в указанной норме правила толкования договора подлежат последовательному применению при соблюдении предусмотренных в ней условий (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 10.07.2018 N 4-КГ18-33).

Следовательно, в случае толкования условий договора путем их сопоставления с другими условиями договора и смыслом договора в целом судам следует указывать, на каком основании они пришли к выводу о неясности толкуемых условий, исходя из буквального значения содержащихся в нем слов и выражений, а в случае толкования условий договора путем выяснения действительной воли сторон с учетом цели договора судам надлежит отражать в решении то, в связи с чем они пришли к выводу о невозможности определить содержание договора с использованием других правил его толкования.

В силу пункта 43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 №49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

В данном случае суд, осуществляя толкование условий договора №52-09-ф/05/440/05  от 26.09.2005, в частности, предусмотренное в пункте 3.3., исходит из того, что протокол разногласий с соответствующим содержанием составлен истцом, следовательно, истец, как и ответчик, реализовал свое право на формирование условия договора с конкретным содержанием.

Суд учитывает, что предыдущая редакция пункта 3.3. договора, согласованная в дополнительном соглашении №2 от 29.12.2006,  предусматривала, что размер арендной платы может быть изменен Арендодателем в одностороннем порядке в случае законодательного или нормативного изменения ставки арендной платы, в случае определения рыночной стоимости размера арендной платы объекта аренды, а также цен, тарифов и индексов.

Таким образом, стороны, решив изменить в 2012 году условия об изменении размера арендной платы, действуя своей волей и в своем интересе, фактически отказались от такого условия в договоре, которое предусматривает возможность пересмотра арендной платы в случае законодательного или нормативного изменения ставки арендной платы.

Как следует из  пункта 3.3. договора №52-09-ф/05/440/05  от 26.09.2005 (в редакции дополнительного соглашения от 14.02.2012 №06), в одностороннем порядке Арендодателем в сторону увеличения размер арендной платы может меняться только в случае изменения рыночной стоимости арендной платы. Указанное условие согласуется в целом с нормами гражданского законодательства, регулирующими арендные отношения, имеет целью защиты арендатора от необоснованного увеличения размера арендной платы арендодателем в одностороннем порядке. 

Иные основания для пересмотра арендной платы (в том числе, в сторону уменьшения) связаны исключительно с характеристиками предмета аренды: «изменение количества арендуемых объектов», «ухудшение или улучшение состояния объектов». Указание в условии договора после перечисленных обстоятельств и «др.», по своему смысловому назначению, может относиться исключительно к «изменение количества арендуемых объектов», «ухудшение или улучшение состояния объектов».

То есть, указание в пункте 3.3. «др.» может пониматься исключительно как другие (иные) объективные обстоятельства (помимо «изменение количества арендуемых объектов», «ухудшение или улучшение состояния объектов»), относящиеся к предмету аренды.

Кроме того, в пункте 3.3. указано также, что при наличии названных «объективных обстоятельств» «цена договора может быть пересмотрена сторонами…».

В абзаце 3 пункта 16 постановления Пленума №73 от 17.11.2011 указано  следующее «Если федеральный закон, предусматривающий необходимость такого регулирования (пункт 3 статьи 65 ЗК РФ, статья 73 Лесного кодекса Российской Федерации), вступил в силу после заключения договора аренды, то согласно пункту 2 статьи 422 ГК РФ условия этого договора об арендной плате сохраняют силу, поскольку в законе не установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров.».

При новом рассмотрении дела, выслушав дополнительные подробные пояснения сторон, исследовав материалы дела, выполняя указания суда округа, суд пришел к выводу о том, что условие договора аренды №52-09-ф/05/440/05  от 26.09.2005, предусмотренное в пункте 3.3. соглашением №06 от 14.12.2012, не предусматривает ни права, ни обязанности Арендодателя на одностороннее изменение арендной платы в случае установления государством регулируемой арендной платы.

Ответчик верно отметил, что, как разъяснено в абзаце 5 пункта 16 постановления Пленума №73 от 17.11.2011, равным образом к договору аренды, заключенному до вступления в силу федерального закона, предусматривающего необходимость государственного регулирования арендной платы, подлежит применению данное регулирование, если арендодателю договором предоставлено право на изменение размера арендной платы в одностороннем порядке и соответствующее волеизъявление о применении к договору регулируемой арендной платы было сделано арендодателем и получено арендатором.

Однако в данном случае, ответчик не направлял соответствующих уведомлений в адрес истца.

Относительно совещания от 03.10.2018 и принятых по его результатам решений, отраженных в протоколе №187-В11, дальнейшей переписки сторон, суд отмечает следующее.

Содержание протокола №187-В11 от 03.10.2018 отражает намерение сторон настоящего спора урегулировать взаимоотношения после принятия Постановления Правительства №1666.

Суд считает, что принятые решения, отраженные в Протоколе №187-В11, свидетельствуют о волеизъявлении сторон действовать определенным образом.

Суд не может согласиться с мнением истца о том, что 03.12.2018 стороны выразили волю на применение Постановления Правительства №1666  к спорным отношениям именно с 05.01.2018. Из содержания Протокола, включая его Приложение, указанное истцом, не следует.

Из дальнейшей переписки сторон (№1276/1 от 30.11.2018, №01353 от 12.02.2019, №10715 от 04.10.2019) следует их воля на расторжение договора аренды №52-09-ф/05/440/05 от 26.09.2005 в целях включения соответствующих объектов в единый договор аренды.

            Указанное намерение сторон, инициатором которого был истец, направивший в адрес ответчика письмо №1276/1 от 30.11.2018, было реализовано после издания Правительством Российской Федерации Распоряжения от 02.08.2019 о передаче объектов в аренду истцу без проведения торгов, путем заключения 31.10.2019 соглашения о расторжении договора аренды №52-09-ф/05/440/05 от 26.09.2005 с 02.08.2019, а также дополнительного соглашения  №3 к договору аренды №3842/1 от 01.03.2015, согласно условиям которого в Договор аренды №3842/1 от 01.03.2015 включено имущество, ранее арендуемое по Договору аренды государственного имущества №52-09-ф/05/440/05 от 26.09.2005. Стороны согласовали распространение действия этого соглашения с 02.08.2019.

            Настаивая на том, что стороны выразили намерение именно с 05.01.2018 применять расчет арендной платы в соответствии с Постановлением Правительства №1666, истец не смог объяснить, почему в дополнительном соглашении №3 от 01.10.2019 стороны согласовали дату, с которой оно начинает действовать, - 02.08.2019.

            Учитывая правила толкования договора, иначе как указано в тексте дополнительного соглашения №03 от 01.10.2019 (вступает в силу с момента его государственной регистрации и распространяет свое действие на отношения сторон с 02.08.2019 – пункт 4 дополнительного соглашения), понимать его условия объективно невозможно – оно распространяется на отношения сторон только с 02.08.2019. 

            С учетом изложенного суд пришел к выводу о том, что стороны настоящего спора, действуя своей волей и в своем интересе, достигли обоюдное соглашение о том, что изменения в ранее заключенные ими договоры аренды, в том числе по размеру арендной платы, действуют с 02.08.2019.

            Повторно рассмотрев настоящее дело, исследовав все представленные в дело доказательства в их совокупности и во взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, суд пришел к выводу о невозможности иного толкования условий заключенных сторонами договоров и дополнительных соглашений к ним.

            Однако указанные обстоятельства сами по себе не исключают применения Постановления Правительства №1666 к спорным правоотношениям, сложившимся между сторонами спора.

Системное толкование норм Постановления Правительства №1666 свидетельствует о том, что порядок расчета арендной платы по договору аренды аэродрома может быть применен только в отношении аэродрома (всех объектов, расположенных на земельном участке) и не может применяться при определении арендной платы за использование одного или нескольких отдельных объектов аэропортовой инфраструктуры.

Согласно пункту 4 Постановления Правительства №1666 предусмотрен порядок (формула) определения годового размера арендной платы по договору аренды аэродрома (всех объектов), который рассчитывается от среднегодовой суммы отправленных, принятых аэропортом пассажиров, грузов и почты за предыдущие три календарных года.

В постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 01.04.2022 указано, что тот факт, что использование всего комплекса аэродрома осуществлялось истцом изначально на основании двух договоров аренды, сведенных в один с момента подписания 01.10.2019 дополнительного соглашения к договору аренды от 01.03.2015, не означает, что в настоящем случае методика определения арендных платежей, предусмотренная Постановлением №1666, не подлежала применению начиная с 05.01.2018.

Возможность применения указанной методики при условии использования всего комплекса аэродрома гражданской авиации на основании нескольких договоров аренды изложена также в Определении Верховного Суда Российской Федерации N 305-ЭС21-29196 от 17.02.2022.

С учетом изложенного, учитывая, что сторонами спора договорное применение размера арендной платы, рассчитанного в соответствии с Постановлением Правительства №1666, согласовано с 02.08.2019 (что отражено в дополнительном соглашении №03 от 01.10.2019 к договору аренды №3842/1 от 01.03.2015), применение соответствующего размера арендной платы на все переданного в аренду имущество по двум договорам, в период с 05.01.2018 до 02.08.2019 следует осуществлять с учетом фактически существовавших между сторонами отношений.

Доводы ответчика о том, что в соглашении от 31.10.2019 о расторжении договора аренды государственного имущества от 26.09.2005 №52-09-ф/05/440/05 решен вопрос о возврате произведенных арендатором платежи по договору по арендной плате за период с 02.08.2019 до момента подписания сторонами настоящего соглашения (пункт 6 соглашения), об ином периоде возврата истец при заключении соглашения от 31.10.2019 не заявлял, не препятствуют предъявлению истцом требования о возврате неосновательного обогащения за иной период времени.

В процессе рассмотрения дела  истец пояснил, что размер неосновательного обогащения, предъявленный ко взысканию, является исключительно разницей между размером фактически уплаченной арендной платы и размером арендной платы, которую, по мнению истца, следовало уплатить с учетом применения Постановления №1666.

Ответчик с указанным арифметическим расчетом согласился, возражений в указанной части не заявлял.

Судом в процессе рассмотрения дела установлено, что истцом производилась оплата арендной платы по двум договорам платежными поручения с конкретным назначением платежа, позволяющим идентифицировать конкретный период, за который произведена оплата. Об указанном обстоятельстве свидетельствует содержание платежных поручений, представленных истцом и ответчиком в дело, а также подтвердили стороны в процессе рассмотрения дела.

На дату рассмотрения дела истцом произведен расчет неосновательного обогащения, начиная с 16.03.2018 по 01.08.2019.

Относительно определения периода образования неосновательного обогащения истец пояснил, что период им определен с учетом даты подачи иска (исковое заявление поступило через систему «Мой арбитр» 16.04.2021), соблюдения обязательного претензионного порядка урегулирования спора, заявления ответчика о пропуске истцом срока исковой давности.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Статьей 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Определяя период образования неосновательного обогащения с 16.03.2018, истец учитывает излишне уплаченные им суммы по платежному поручению №6066 от 07.03.2018 и №6065 от 07.03.2018.

В судебном заседании представитель истца указал на то, что неосновательное обогащение на стороне ответчика возникло с момента поступления ему суммы переплаты по договорам.

Указанное суд считает обоснованным, следовательно, срок исковой давности начинает течь с 08.03.2018, при этом размер неосновательного обогащения не может быть определен пропорционально отдельным дням в месяце (как это указано в расчете истца относительно платежей от 07.03.2018).

Суд отмечает, что в соответствии с частью 5 статьи 4 АПК РФ в данном случае соблюдение претензионного порядка урегулирования спора является обязательным.

Также следует учесть, что если стороны прибегли к предусмотренному законом или договором досудебному порядку урегулирования спора (например, претензионному порядку, медиации), то течение срока исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом или договором для проведения соответствующей процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня ее начала (пункт 3 статьи 202 ГК РФ).

В случае соблюдения сторонами досудебного порядка урегулирования спора ранее указанного срока течение срока исковой давности приостанавливается на срок фактического соблюдения такого порядка. Например, течение срока исковой давности будет приостановлено с момента направления претензии до момента получения отказа в ее удовлетворении.

После соблюдения сторонами досудебного порядка урегулирования спора течение срока исковой давности продолжается (пункт 4 статьи 202 ГК РФ). Правило об увеличении срока исковой давности до шести месяцев в этом случае не применяется (пункт 16 Постановления Пленума ВС РФ от 22.06.2021 №18 «О некоторых вопросах досудебного урегулирования споров, рассматриваемых в порядке гражданского и арбитражного судопроизводства»).

В пункте 14 Обзора практики применения арбитражными судами положений процессуального законодательства об обязательном досудебном порядке урегулирования спора, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 22.07.2020, отражено, что из системного толкования п. 3 ст. 202 ГК РФ и ч. 5 ст. 4 АПК РФ следует правило, в соответствии с которым течение срока исковой давности приостанавливается на срок фактического соблюдения претензионного порядка (с момента направления претензии до момента получения отказа в ее удовлетворении), непоступление ответа на претензию в течение 30 дней либо срока, установленного договором, приравнивается к отказу в удовлетворении претензии, поступившему на 30 день либо в последний день срока, установленного договором. Таким образом, если ответ на претензию не поступил в течение 30 дней или срока, установленного договором, или поступил за их пределами, течение срока исковой давности приостанавливается на 30 дней либо на срок, установленный договором для ответа на претензию.

Правило п. 4 ст. 202 ГК РФ о продлении срока исковой давности до шести месяцев касается тех обстоятельств, которые перечислены в п. 1 ст. 202 ГК РФ и характеризуются неопределенностью момента их прекращения. Применительно к соблюдению процедуры досудебного урегулирования спора начало и окончание этой процедуры, влияющей на приостановление течения срока, установлены законом. Иной подход приведет к продлению срока исковой давности на полгода по всем спорам, указанным в ч. 5 ст. 4 АПК РФ, что противоречит сути института исковой давности, направленного на защиту правовой определенности в положении ответчика.

В рассматриваемом случае 30.12.2020 истцом в адрес ответчика направлялась претензия №1428 с требованием возврата неосновательного обогащения и оплаты процентов за пользование чужими денежными средствами, претензия оставлена ответчиком без ответа и удовлетворения.

Статья 13 договора аренды №3842/1 от 01.03.2015, как и остальные его условия, не предусматривает конкретного порядка урегулирования спора.

Представители сторон в процессе рассмотрения дела подтвердили указанное обстоятельство, изменение статьи 13 договора аренды №3842/1 от 01.03.2015 и (или) ее дополнение отрицают.

Таким образом, в данном случае действует общий порядок досудебного урегулирования спора: гражданско-правовые споры о взыскании денежных средств по требованиям, возникшим из договоров, других сделок, вследствие неосновательного обогащения, могут быть переданы на разрешение арбитражного суда после принятия сторонами мер по досудебному урегулированию по истечении тридцати календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом или договором (часть 5 статьи 4 АПК РФ).

С учетом изложенного, даты подачи иска (16.04.2021), приостановление течения срока исковой давности на 30 дней, срок исковой давности истцом не пропущен по требованию о взыскании неосновательного обогащения с 07.04.2018 по 01.08.2019 (начиная с поступления ответчику денежных средств по платежным поручениям от 06.04.2018); по требованию о взыскании неосновательного обогащения в размере 361 622 рублей 84 копеек (сумма переплаты по платежным поручениям от 07.03.2018 №6066, №6065) срок исковой давности на дату подачи настоящего иска пропущен.

Ответчиком арифметический расчет суммы неосновательного обогащения не оспорен, ответчик указал на отсутствие замечаний.

При таких обстоятельствах требование о взыскании неосновательного обогащения подлежит удовлетворению частично в размере 10 876 697 руб. 66 коп. за период с 07.04.2018 по 01.08.2019.

Пунктом 2 статьи 1107 ГК РФ предусмотрено, что на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

В случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок (пункты 1, 3 статьи 395 ГК РФ).

Истцом произведено начисление процентов за пользование чужими денежными средствами на всю сумму неосновательного обогащения, которую он определил (в том числе на 361 622 руб. 84 коп. – переплата по платежным поручениям от 07.03.2018), начиная с 16.03.2018. С учетом возражений ответчика истцом исключены из расчета процентов периоды, с 06.04.2020 по 06.10.2020 (период действия моратория, введенного Постановлением Правительства РФ от 03.04.2020 №428 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении отдельных должников»), с 01.04.2022 до 01.10.2022 (период действия моратория, введенного Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 №497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами»).

В пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки (статья 330 ГК РФ) или процентов, подлежащих уплате по правилам статьи 395 ГК РФ, исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу, определяемому применительно к каждому дню просрочки.

Предъявление в суд главного требования не влияет на течение срока исковой давности по дополнительным требованиям (статья 207 ГК РФ). Например, в случае предъявления иска о взыскании лишь суммы основного долга срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки продолжает течь.

Согласно пункту 1 статьи 207 ГК РФ с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство, требование о возмещении неполученных доходов при истечении срока исковой давности по требованию о возвращении неосновательного обогащения и т.п.), в том числе возникшим после начала течения срока исковой давности по главному требованию (пункт 26 Постановления Пленума №43).

Поскольку срок исковой давности по требованию о взыскании неосновательного обогащения по платежам от 07.03.2018 истек, срок исковой давности по требованию о начислении процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 87 827 руб. 29 коп.  (начислены с 16.03.2018 по 31.03.2022) также истек.

В остальной части суд признает расчет процентов арифметически верным, соответствующим фактическим обстоятельствам дела, положениям законодательства.

Доводы ответчика о том, что он узнал или должен был узнать о «якобы» неосновательном обогащении и необходимости его возврата, только с момента получения претензии истца (13.01.2021) являются необоснованными, противоречащими содержанию норм о неосновательном обогащении.

При таких обстоятельствах требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами суд признает обоснованным частично: в размере 2 112 312 руб. 32 коп. (начислены с 07.04.2018 по 31.03.2022), дальнейшее начисление процентов на сумму неосновательного обогащения (10 876 697 руб. 66 коп.) следует производить в размере ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, начиная с даты отмены моратория, введенного Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 №497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами», по день фактического исполнения обязательства.

В процессе рассмотрения дела стороны указали на недобросовестное поведение противоположной стороны.

Учитывая положения, предусмотренные в статье 10 ГК РФ, установленные в процессе рассмотрения дела фактические обстоятельства, суд не находит оснований для вывода о том, что какой-либо стороной спора осуществляется недобросовестное поведение.

В рассматриваемом случае при повторном рассмотрении дела судом установлено, что настоящий спор, поведение каждой из сторон обусловлено различным пониманием механизма применения Постановления №1666 с учетом содержания условий ранее заключенных договоров аренды и фактического содержания отношений. Реализация прав, в том числе на предъявление претензии, иска, изложение пояснений в иных делах, рассматриваемых арбитражными судами с участием ответчика по делу, не может расцениваться в качестве злоупотребления правом.

Судом не установлено, что истец, ответчик допускают осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действуют в обход закона с противоправной целью, или же проявляют заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав.

С учетом изложенных обстоятельств исковые требования подлежат удовлетворению частично в общем размере 12 989 009 руб. 98 коп.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины при частичном удовлетворении исковых требований относятся на стороны пропорционально сумме удовлетворенных требований.

При цене иска в размере 13 438 460 руб. 11 коп. государственная пошлина составляет 90 162 руб.

Истцом при подаче иска уплачено 96 299 руб. государственной пошлины, согласно справке от 27.12.2021 истцу возвращено 6 536 руб., фактически на дату рассмотрения дела в бюджете – 89 763 руб. государственной пошлины.

Кроме того, при подаче апелляционной и кассационной жалобы истцом уплачено по 3000 руб. государственной пошлины (всего 6000 руб.).

По результатам рассмотрения дела на ответчика суд относит 92 974 руб. 85 коп. судебных расходов по уплате государственной пошлины (87 175 руб. 52 коп. по иску, 5 799 руб. 33 коп. – по апелляционной и кассационным жалобам), которые подлежат взысканию в пользу истца; на истца – 3 217 руб. 15 коп (3 016 руб. 48 коп. по иску, 200 руб. 67 коп. – по апелляционной и кассационной жалобам); 429 руб. государственной пошлины подлежит взысканию с истца в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, частью 2 статьи 176, статьями 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Исковые требования удовлетворить частично.

            Взыскать с Федерального государственного унитарного предприятия «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)» в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Международный аэропорт Кемерово имени Алексея Архиповича Леонова» 12 989 009 руб. 98 коп., в том числе 10 876 697 руб. 66 коп. неосновательного обогащения, 2 112 312 руб. 32 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами  (начислены на 31.03.2022) с дальнейшим начислением процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму неосновательного обогащения  в размере ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, начиная с даты отмены моратория, введенного Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 №497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами», по день фактического исполнения обязательства, а также 92 974 руб. 85 коп. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

            В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Международный аэропорт Кемерово имени Алексея Архиповича Леонова» в доход федерального бюджета 429 руб. государственной пошлины.

            Решение может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение 1 месяца путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

                        Судья                                                                        В.В. Останина