№ 09АП-4456/2019

Дело № А40-135510/17

г. Москва

20 октября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 октября 2020 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 20 октября 2020 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи С.А. Назаровой,

судей Ю.Л. Головачевой, А.А. Комарова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ПАО АКБ «Финпромбанк», ПАО НБ «ТРАСТ», финансового управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 27.06.2019 по делу № А40-135510/17,

принятое судьей Ю.В. Текиевой 

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего должника-гражданина ФИО2 о признании недействительной сделки с ФИО3,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника-гражданина ФИО2 (ИНН 

<

***>),

при участии в судебном заседании:

от ФИО3: Яковлев М.В., по дов. от 20.06.2019,

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28.08.2017 принято к производству заявление публичного акционерного общества «Финансово-Промышленный Банк» (публичное акционерное общество) о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 31.10.2017 в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО4

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.04.2018  (резолютивная часть)  ФИО4 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего должника.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 20.04.2018 в отношении должника-гражданина ФИО2 (ИНН 

<

***>) введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.02.2019 (резолютивная часть от 26.02.2019) ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должника, финансовым управляющим должника утвержден ФИО6 

Финансовый управляющий ФИО6 13.05.2019 на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделки должника по перечислению 09.09.2016 денежных средств со счета № 40817810000000000078, открытого в АКБ «Финпромбанк» (ПАО), в размере 584 700 000 руб. на счет ФИО3 № 40817810000000002212, открытый в АКБ «Финпромбанк» (ПАО), и применении последствий недействительности сделки в виде  взыскания с ответчика денежных средств в размере 584 700 000 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы 27.06.2019 отказано в удовлетворении ходатайств финансового управляющего и Банка «ТРАСТ» (ПАО) об отложении судебного заседания;  отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего должника-гражданина ФИО2 о признании недействительной сделки с ФИО3; взыскана с ФИО2 в доход федерального бюджета госпошлина в размере 6 000 рублей.

Не согласившись с принятым судебным актом, ПАО АКБ «Финпромбанк», ПАО НБ «ТРАСТ», финансовый управляющий ФИО2 обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят отменить определение, указывая на нарушение судом норм процессуального и материального права.

ПАО АКБ «Финпромбанк» в обоснование  отмены  судебного акта  ссылается  только  на  положения  АПК РФ, без  изложения мотивов несогласия и ссылок  на подтверждающие доказательства. 

ПАО НБ «ТРАСТ»  в обоснование  отмены  судебного акта  ссылается  на  отсутствие доказательств финансовой возможности ответчика выдать займ должнику, не исследованность  судом обстоятельств  передачи  заемных  денежных средств, не  принятие решения  Лефортовского районного суда г.  Москвы  от 22.06.2017  в  качестве  доказательства неплатежеспособности должника, о которых было известно ответчику.  Также  заявитель в  жалобе указывает о том, что срок  исковой давности следует исчислять с  июня  2018  года, с момента получения  информации о сделке. 

Финансовый управляющий ФИО2 в обоснование  отмены  судебного акта  ссылается  на то, что судом  не  дана  надлежащая  оценка обоснованности совершения  оспариваемого платежа, которые совершены    целью вывода  активов, и необходимости исчисления срока  давности с  05.03.3029, с момента, когда  управляющим ФИО5 передана документация  по акту  от 05.03.2019. Кроме того, управляющий ссылается  на несогласие с выводом  об отсутствии доказательств неплатежеспособности должника, поскольку в  материалы дела  представлено решение от 22.06.2017, подтверждающее  задолженность  ПАО «АВТОВАЗБАНК».

Определением Девятого арбитражного апелляционного суда 12.11.2019 приостановлены апелляционные производства по настоящему делу до вступления в законную силу судебного акта по результатам рассмотрения обособленного спора об оспаривании в деле № А40-196703/16 о банкротстве АКБ «Финпромбанк» сделки по погашению кредитной задолженности ФИО3 на сумму 584 701 700,65 руб. и Банк «ТРАСТ» (ПАО).

Определением Девятого арбитражного апелляционного суда 08.09.2020 апелляционные  производства возобновлены.

В судебном заседании представитель ПАО НБ «ТРАСТ» доводы  апелляционной  жалобы  поддержал, настаивал на  удовлетворении.

Представитель ФИО3 в судебном заседании возражал против удовлетворения жалоб, в  материалы дела представлены письменные  объяснения в порядке ст. 81  АПК РФ.

Иные лица участвующие в  деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежаще. 

Выслушав явившихся лиц, изучив материалы дела, апелляционный суд приходит к следующему. 

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Из материалов дела  следует, что в  рамках настоящего обособленного спора заявлено о признании недействительной сделки должника по перечислению 09.09.2016 денежных средств со счета № 40817810000000000078, открытого в АКБ «Финпромбанк» (ПАО), в размере 584 700 000 руб. на счет ФИО3 № 40817810000000002212, открытый в АКБ «Финпромбанк» (ПАО), и применении последствий недействительности сделки путем взыскания с ответчика денежных средств в размере 584 700 000 руб.

Как следует из материалов дела, между ПАО «Финпромбанк» и ФИО3 заключен кредитный договор № 

<

***> от 26.03.2013, согласно которому банк предоставил ответчику денежные средства в сумме 16 300 000 долларов США под 11,5 % годовых сроком до 15.05.2014. В результате заключения дополнительных соглашений к указанному договору окончательный срок возврата кредита установлен до 09.09.2016.

30.03.2016 между ФИО2 и ФИО3 заключены договоры займа № 30-03-2016/ФЛ и № 30-03-2016/ФЛ-1 на общую сумму 584 701 700,65 руб.

08.09.2016 между банком и ФИО2 заключен кредитный договор на сумму 584 700 000 руб. на срок до 06.09.2019 под 13 % годовых с целью погашения ссудной задолженности третьих лиц. На следующий день (соответствующий дню возврата кредита ФИО3 - 09.09.2016) кредит получен ФИО2, далее денежные средства были направлены на счет ответчика, после чего банк списал их с названного счета в целях погашения кредита ФИО3 

Основанием платежа ФИО2 в пользу ФИО3 являлся возврат беспроцентных займов по договорам от 30.03.2016 № 30-03-2016/ФЛ и № 30-03-2016/ФЛ-1.

В рамках  дела № А40-196703/2016 конкурсный управляющий ПАО «Финнромбанк» оспорил сделку о признании недействительной банковской операции от 09.09.2016 по погашению кредитной задолженности ФИО3 перед банком на сумму 584 701 700,65 руб.

Верховный суд Российской Федерации Определением №305-ЭС 18-19945 (8) 11.07.2019 отменил определение Арбитражного суда города Москвы от 25.07.2018, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2018 и постановление Арбитражного суда Московского округа от 24.01.2019 по делу № А40-196703/2016, обособленный спор направил на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы. 

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 11 июля 2019 года № 305-ЭС18-19945 (8) по делу № А40-196703/2016 указано, что «ни судом округа, ни судами первой и апелляционной инстанций данное обстоятельство во внимание не принято, в связи с чем, ими ошибочно дана квалификация операции по списанию средств со счета ФИО3 обособленно от иных сделок, опосредовавших перевод долга на ФИО2 Сложившееся положение вещей, при котором была оценена только последняя сделка из всей цепочки, привело к тому, что по результатам судебных разбирательств задолженность фактически взыскана с двух лиц – с ФИО3 и ФИО2 (определением Арбитражного суда города Москвы от 23.10.2017 по делу № А40-135510/2017 о банкротстве ФИО2 задолженность по кредиту включена в третью очередь реестра требований кредиторов), при этом конкурсный управляющий не приводил доводов о том, что ФИО2 желал вступить в обязательство без выбытия ФИО3 либо выдать за последнего поручительство. При этом такой перевод долга был осуществлен с согласия кредитора, поскольку соглашение с ФИО2 (председателем совета директоров) от имени банка было подписано председателем правления ФИО7, в соглашении указана цель выдачи кредита – погашение ссудной задолженности третьих лиц. Следовательно, для всех заинтересованных лиц, участвующих в цепочке сделок, было очевидно, что ФИО3 выбывал из отношений с банком в качестве должника, его место в обязательстве занимал ФИО2 В то же время конкурсный управляющий оспаривал лишь последнюю операцию по перечислению денежных средств со счета ФИО3 Однако при изложенных выше обстоятельствах, установленных судами, оценка действительности данной сделки не могла производиться без учета всей совокупности отношений, так как спорное перечисление являлось одним из элементов реализации намерений сторон по переводу долга (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.03.2017 по делу №307-ЭС16-3765(4,5).В ситуации,когда отношения сторон являются сложноструктурированными, оспаривание одной из взаимосвязанных сделок (даже при наличии условий для признания ее недействительной) не может приводить к полноценному восстановлению положения, существовавшего до совершения всех сделок, в связи с чем, такой способ защиты нельзя признать надлежащим.».

При повторном рассмотрении спора, Постановлением Арбитражного суда  Московского круга   оставлены  без изменения   Определение Арбитражного суда г. Москвы от 07.02.2020 и Постановление  Девятого арбитражного апелляционного суда  от 22.06.2020 по делу № А40- 196703/16, которыми в  удовлетворении иска  отказано в  признании сделки от 09.09.2016 по погашению долга  пол кредиту  ФИО3 перед  ПАО «Финпромбанк» (АКБ) в размере 584 700 000 руб.

В настоящем судебном обособленном споре в  рамках данного дела подлежит оценке сделка по перечислению денежных средств со счета ПАО «Финпромбанк» (АКБ) в пользу ФИО3 в размере 584 700 000 руб., которая входит в цепочку сделок, и оспаривается в деле о банкротстве ПАО «Финпромбанк» №А40-196703/2016.

Финансовый управляющий ФИО6  на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве обратился 13.05.2019 в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделки должника по перечислению 09.09.2016 денежных средств со счета № 40817810000000000078, открытого в АКБ «Финпромбанк» (ПАО), в размере 584 700 000 руб. на счет ФИО3 № 40817810000000002212, открытый в АКБ «Финпромбанк» (ПАО), и применении последствий недействительности сделки путем взыскания с ответчика денежных средств в размере 584 700 000 руб.

Материалами дела подтверждается, что 09.09.2016 должником совершена операция по перечислению денежных средств со счета № 40817810000000000078, открытого в АКБ «Финпромбанк» (ПАО), в размере 584 700 000 руб. на счет ФИО3 № 40817810000000002212, открытого в АКБ «Финпромбанк» (ПАО), с назначением платежа: «возврат займа по договору беспроцентного займа № 30-03-2016/ФЛ-1 от 30.03.2016».

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу положений пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским законодательством.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъяснено, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершеннаядолжником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или послепринятия указанногозаявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Согласно пункту 8 Постановления № 63, пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Принимая  во внимание время совершения сделки (09.09.2016), суд  первой  инстанции верно отнес сделку к подозрительной (совершена в течение года до возбуждения банкротства), поскольку дело возбуждено 28.08.2017.

Как следует из содержания иска, финансовый управляющий должника, заявляя о неравноценности встречного исполнения со стороны ответчика, указывает на то, что спорный платеж был безвозмездным, и на отсутствие у него договоров займа, а также иных документов, подтверждающих основания перечисления денежных средств на счет ответчика, что не позволяет выявить существо обязательств, возникших между должником и ответчиком.

 Между тем, безвозмездность сделки, даже будучи доказанной, не свидетельствует о неравноценности встречного исполнения в целях признания сделки недействительной по основаниям, установленным положениями пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

 Суд первой инстанции установлена возмездность сделки, в связи с тем, что 30.03.2016 между должником и ответчиком  заключены договоры займа №30-03-2016/ФЛ и 30-03-2016/ФЛ-1 на общую сумму 584 701 700 руб. 65 коп., и фактическая передача денежных  средств  по  ним  осуществлена по актам об исполнении обязательств от 30.03.2016 на суммы 217 049 180 руб. 33 коп. и 367 625 520 руб. 32 коп. соответственно, на общую сумму 584 701 700 руб. 65 коп., из содержания которых  следует, что ответчик  ФИО3 свои обязательства по передаче денежных средств исполнил, а должник ФИО2 от ответчика указанные денежные средства получил.

 Материалами дела подтверждается, что 08.09.2016 между должником и АКБ «Финпромбанк» заключен кредитный договор 

<

***>, в соответствии с которым банком должнику предоставлен целевой кредит для погашения задолженности перед третьими лицами.

09.09.2016 денежные средства с лицевого счета должника перечислены банком на лицевой счет ответчика ФИО3, а затем в безакцептном порядке списаны банком в счет погашения задолженности ответчика.

Суд  первой  инстанции, установив  данные  обстоятельства, пришел к выводу о том, что из представленных ответчиком в материалы дела доказательств следует, что основаниями оспариваемой сделки являлись правоотношения по договорам займа - возврат денежных средств ответчику. При этом доказательств того, что правоотношения, указанные в качестве основания платежа, не являются такими основаниями, а денежные средства были перечислены ошибочно, финансовый управляющий должника не представил.

Давая  оценку представленной в материалы дела выписке по счету должника, суд  первой инстанции указал, что в ней содержатся сведения о договорах займа, во исполнение обязательств по которым совершена операция по счету. 

Признавая наличие у ответчика финансовой возможности выдачи займа, суд первой инстанции исследовал представленные ответчиком  сведения деклараций о доходах.

 Однако, представленные ответчиком  доказательства, финансовым управляющим, не опровергнуты. Не  представлено подобных  доказательств  управляющим и суду  апелляционной инстанции,  в  апелляционной жалобе  на такие доказательства также не указано.

Принимая во внимание возможность разрешения спора по заявленным основаниям и представленным доказательствам, заключение  договоров  на условиях безпроцентности, и отсутствие  доказательств наличия  условий, которые бы существенно в худшую для должника сторону отличались от обычных условия оборота, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии  правовых оснований для удовлетворения заявления применительно к пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 9 Постановления № 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из того, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления.

В соответствии с пунктом 5 Постановления № 63 пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а)сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б)в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в)другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника кмоменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления). В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно пункту 5 Постановления № 63, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Суд  первой инстанции, отказывая в  удовлетворении требований, указал на то, что сведений и доказательств наличия у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки, управляющим не представлено. В исковом  заявлении об указанном обстоятельстве, управляющим не  указано.  

Однако, как следует из материалов  дела, в судебном заседании в подтверждение факта неплатежеспособности должника и осведомленности ответчика о наличии признака неплатежеспособности должника, конкурсный кредитор Банк «ТРАСТ» (ПАО) должника сослался на наличие задолженности перед кредитором ПАО «АВТОВАЗБАНК» на основании решениия Лефортовского районного суда города Москвы от 22.06.2017.

Давая оценку данному доводу и представленному доказательству, суд  верно указал на то, что, такой судебный акт безусловно не свидетельствует о неплатежеспособности должника.

Кроме того, доказательств того, что на момент совершения сделки  имелись вступившие в законную силу судебные акты о взыскании с должника денежных средств, материалы дела  не содержат.

В пункте 6 Постановления № 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а)на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б)имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Пунктом 7 Постановления № 63 предусмотрено, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Однако доказательств того, что ответчик является заинтересованным лицом в силу  положений ст. 19  Закон  о банкротстве по отношению к должнику-гражданину, материалы  дела  содержат.

Отсутствуют в материалах дела и доказательства того, что ответчик знал или должен был знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, мог установить наличие этих обстоятельств.

Доказательства, свидетельствующие о том, чем в условиях конкуренции норм о действительности сделки обстоятельства выходят за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не представлены.

В связи с недоказанностью обстоятельств, свидетельствующих о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, а также обстоятельств, согласно которым ответчик признан заинтересованным лицом либо он знал или должен был знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, суд первой  инстанции правомерно  пришел к выводу об отсутствия  оснований для признания сделки недействительной, применительно к пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, отказывая  в иске  в  связи с истечением срока исковой давности в соответствии со ст. 199 ГК РФ, исходил из недоказанности того, что у финансового управляющего имелись объективные препятствия для оспаривания сделки в пределах установленного законом срока, при том, что ФИО6 утвержден финансовым управляющим в деле о банкротстве должника до истечения годичного срока исковой давности для оспаривания сделки, тогда как  отсутствуют доказательства того, что финансовый управляющий, действуя добросовестно и разумно, не имел возможности получить необходимую информацию и документы и обратиться с заявлением об оспаривании сделки в пределах годичного срока с момента его утверждения.

Согласно пункту 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве, право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

При этом, срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве оснований.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 32 Постановления N 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ). В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Таким образом, годичный срок исковой давности для оспаривания сделок должника, исчисляется с момента, когда финансовый управляющим знал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Из материалов дела  следует, что определением Арбитражного суда города Москвы от 31.10.2017 в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО4

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.04.2018  (резолютивная часть)  ФИО4 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего должника.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 20.04.2018 в отношении должника-гражданина ФИО2 (ИНН 

<

***>) введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.02.2019 (резолютивная часть от 26.02.2019) ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должника, финансовым управляющим должника утвержден ФИО6 

Финансовый управляющий ФИО6 13.05.2019 обратился в суд  с  настоящим иском. 

Материалами дела подтверждается, что финансовым управляющим ФИО5, в адрес ФИО3 (л.д. 99 т. 1) направлена  досудебная  претензия  от 28.04.2018 с просьбой предоставить оригиналы  документов, подтверждающих выдачу ФИО3 в пользу  должника  денежных  средств  по договору  беспроцентного займа  от 30.03.2016. 

В указанной  претензии,  управляющий  ссылается на  анализ банковских выписок  должника. 

В  ответ на указанную претензию, адвокатом Яковлевым М.В. в адрес финансового управляющего 01.06.2018 г. направлено электронное письмо по адресу (dao-67@mail.ru) с приложением Актов об исполнении обязательств от 30.03.2016г. к Договорам займа №30-03-2016/ФЛ и 30-03-2016/ФЛ-1 на общую сумму 584 701700,65 руб. и выражена готовность предоставить финансовому управляющему для осмотра оригиналы документов (письмо прилагается).

Финансовый управляющий ФИО5 04.06.2018 г. подтвердил получение указанного письма.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", в соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.

Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Принимая во внимание положения п. 2 ст. 213.32  Закона о банкротстве о праве на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, с даты введения реструктуризации долгов гражданина, содержание претензии от 28.04.2018, в которой указано на анализ управляющим банковских выписок, апелляционный суд  приходит к выводу  о том, что  проявляя требующуюся от него разумность управляющий должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Отсутствие ответа не претензию в данном случае не препятствовало управляющему  на  обращение  в суд с иском об  оспаривании перечислений денежных  средств, при наличии выписки  по счету должника. 

К тому же, 13.05.2019  управляющий  ФИО6 обратился  с иском в суд в  отсутствии у него договоров  займа, на которые имеется ссылка  в  назначении оспариваемого платежа.  

   Кроме того, каждый последующий арбитражный управляющий является процессуальным правопреемником предыдущего, и смена арбитражного управляющего не является основанием для прерывания либо восстановления срока исковой давности.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что  по состоянию на 13.05.2019  срок исковой давности  в соответствии со ст. 181  ГК РФ истек, поскольку финансовый управляющий  мог знать о наличии установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве оснований для оспаривания платежа от 09.09.2016 при наличии у него выписки, в отсутствии договоров, указанных в назначении платежа. 

С силу  изложенного, доводы  жалоб финансового управляющего и  ПАО НБ «ТРАСТ» об исчислении срока исковой давности с  05.03.2019, и с  июня  2018  года (с момента получения  информации о сделке), апелляционным судом  отклоняются.

Кроме того, ссылка управляющего в апелляционной жалобе на  акт приема передачи  от 05.03.2019 неправомерна, поскольку  суду  первой инстанции подобный акт не представлялся, как  и не приложен данный акт к апелляционной жалобе. 

Доводы жалобы ПАО АКБ «Финпромбанк», апелляционным судом отклоняются, поскольку в обоснование  отмены  судебного акта, приведены только   положения  АПК РФ, без изложения мотивов несогласия и без ссылок на подтверждающие доказательства. 

Доводы  жалоб об отсутствии доказательств финансовой возможности ответчика выдать займ должнику, и не исследованность  судом обстоятельств  передачи  заемных  денежных средств, апелляционным судом  признаются не обоснованными, в связи с тем, что судом  подробно исследован данный вопрос, и доказательств  в опровержение представленных  ответчиком  доказательств в материалы дела не представлено. Не указано и в апелляционных  жалобах  на  такие  опровергающие доказательства.

Доводы апеллянтов о неплатежеспособности должника в связи с наличием вступившего  в  законную силу решения  Лефортовского районного суда г.  Москвы  от 22.06.2017, не свидетельствуют о безусловной неплатежеспособности должника, поскольку не следует отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору (определение  Верховного суда Российской Федерации от 25.01.2016 N 307-ЭС15-20344). Таким образом, наличие судебных актов, на основании которых подлежит взысканию задолженность перед одним из кредиторов, не свидетельствует в данном случае о наличии на момент заключения оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности у должника.

Иных  доказательств неплатежеспособности должника на момент совершения  сделки, материалы дела  не  содержат. 

Отсутствуют в материалах дела и доказательства осведомленности ответчика об указанных  обстоятельствах.  

В силу изложенного, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении  требования финансового управляющего. 

В силу изложенного суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела и сделаны при правильном применении норм действующего законодательства. 

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 27.06.2019 по делу № А40- 135510/17 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ПАО АКБ «Финпромбанк», ПАО НБ «ТРАСТ», финансового управляющего ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:С.А. Назарова

Судьи:Ю.Л. Головачева

                                                                                                          А.А. Комаров