Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень                                                              Дело № А81-1430/2016

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 декабря 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 25 декабря 2018 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                     Доронина С.А.,

судей                                                    Кадниковой О.В.,

                                                             Мельника С.А.-

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего муниципальным унитарным предприятием «Уренгойгеолстрой» ФИО1 на определение от 08.06.2018 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа (судья Джалцанов А.В.) и постановление от 18.09.2018 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Шарова Н.А., Бодункова С.А., Брежнева О.Ю.) по делу № А81-1430/2016 о несостоятельности (банкротстве) муниципального унитарного предприятия «Уренгойгеолстрой» (629860, Ямало-Ненецкий автономный округ, Пуровский район, посёлок городского типа Уренгой, микрорайон 1-й, 1 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении бывшего директора должника ФИО2 и муниципального образования Пуровского района Ямало-Ненецкого автономного округа в лице департамента имущественных и земельных отношений Администрации Пуровского района к субсидиарной ответственности.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве муниципального унитарного предприятия «Уренгойгеолстрой» (далее – МУП «Уренгойгеолстрой», должник) конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом его бывшего директора ФИО2 и муниципального образования Пуровского района Ямало-Ненецкого автономного округа в лице департамента имущественных и земельных отношений Администрации Пуровского района (далее – муниципальное образование) в размере 97 742 072,09 руб.

Определением от 08.06.2018 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа, оставленным без изменения постановлением от 18.09.2018 Восьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с определением суда от 08.06.2018 и постановлением апелляционного суда от 18.09.2018, конкурсный управляющий обратился с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Податель кассационной жалобы настаивает на том, что у МУП «Уренгойгеолстрой» возникли признаки объективного банкротства в августе 2014 года - даты составления заключения аудиторской проверки от 28.08.2014 в отношении должника, в которой прямо указано на неудовлетворительное финансовое положение предприятия (получение отрицательного экономического эффекта), которое может привести к его банкротству.

Конкурсный управляющий считает неверными выводы судов о том, что значительное количество движимого и недвижимого имущества свидетельствует о платёжеспособности должника; принятые муниципальным образованием меры по санации деятельности должника улучшили его финансовые показатели, напротив, они, по его мнению, привели к невозможности МУП «Уренгойгеолстрой» рассчитать с заявителем по делу о банкротстве.

В отзыве муниципальное образование опровергает доводы, изложенные в кассационной жалобе, просит судебные акты оставить без изменения.

Лица, участвующие в обособленном споре, в заседание суда кассационной инстанции не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в обособленном споре лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Рассмотрев кассационную жалобу, изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность обжалуемых определения и постановления, суд кассационной инстанции пришёл к следующим выводам.

Поскольку конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением 22.02.2018, следовательно, при рассмотрении данного спора судами правильно применены процессуальные нормы Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в редакции Закона № 266-ФЗ, вступившего в силу со дня его опубликования на официальном интернет-портале правовой информации (www.pravo.gov.ru) 30.07.2017.

В то же время, основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершённых до 01.07.2017 в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее – ГК РФ), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы. 

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 73-ФЗ), согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ.

Учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности), то есть в рассматриваемом обособленном споре подлежат применению нормы материального права Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ.

Как усматривается из материалом обособленного спора, распоряжением губернатора Ямало-Ненецкого автономного округа от 17.01.2005 № 13-р государственное унитарное предприятие Ямало-Ненецкого автономного округа «Уренгойгеолстрой» (далее – ГУП «Уренгойгеолстрой») передано в собственность муниципального образования.

Распоряжением главы района муниципального образования от 18.02.2005 № 108-р ГУП «Уренгойгеолстрой» принято в собственность и преобразовано в МУП «Уренгойгеолстрой».

Учредителем МУП «Уренгойгеолстрой» выступает Комитет по управлению муниципальным имуществом Пуровского района (пункт 3.2 распоряжения), функции учредителя предприятия от имени муниципального образования осуществляет департамент имущественных и земельных отношений администрации Пуровского района (далее  - департамент).

На основании приказа муниципального образования от 25.08.2005 № 68-п «О переименовании ГУП «Уренгойгеолстрой» в МУП «Уренгойгеолстрой», директором МУП «Уренгойгеолстрой» назначен ФИО2

ФИО2 исполнял обязанности директора МУП «Уренгойгеолстрой» до конца 2016 года, его полномочия прекращены приказом департамента от 19.12.2016 № 21.

Обществом с ограниченной ответственностью «Профитек» (далее – ООО «Профитек») составлено  аудиторское заключение от 28.08.2014 по бухгалтерской (финансовой) отчётности МУП «Уренгойгеолстрой» за период с 01.01.2013 по 31.12.2013 (далее – отчёт от 28.08.2014), в котором аудитор обратил внимание собственника на то, что за данный период МУП «Уренгойгеолстрой» получен отрицательный финансовый результат (10 834 000 руб.) и это может привести к банкротству предприятия в ближайшее время если не принять срочных мер по оздоровлению финансово-хозяйственной деятельности предприятия.

Аналогичные выводы содержат аудиторские заключения, ООО «Профитек» от 30.06.2015, от 31.05.2016.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на указанные обстоятельства и полагая, что обязанность по подаче заявления о признании МУП «Уренгойгеолстрой» появилась у ФИО2 и муниципального образования после ознакомления с отчётом от 28.08.2014, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления, сославшись на положения пункта 3.1 статьи 9, статью 61.12 Закона о банкротстве, пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», указал на то, что муниципальное образование, как учредитель должника, не может быть привлечён к субсидиарной ответственности, так как положения пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве не подлежали применению; конкурсным управляющим не доказано наличие у МУП «Уренгойгеолстрой» признаков неплатёжеспособности по состоянию на 28.09.2014; у должника на балансе имелись чистые активы значительной стоимости, он вёл активную хозяйственную деятельность, рассчитался со всеми кредиторами, в связи с чем было прекращено производство по делу о его банкротстве № А81-2904/2014.

Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьёй 9 настоящего Федерального закона, влечёт за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

В абзаце втором пункта 3 статьи 56 ГК РФ содержится общая норма о субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица учредителей (участников), собственников имущества юридического лица или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия.

Пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве устанавливает самостоятельный вид субсидиарной ответственности по обязательствам должника при банкротстве последнего, отличный от состава, предусмотренного абзацем вторым пункта 3 статьи 56 ГК РФ. В связи с этим субсидиарная ответственность лица, названного в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, наступает независимо от того, привели ли его действия к несостоятельности (банкротству) должника по смыслу нормы, изложенной в абзаце втором пункта 3 статьи 56 ГК РФ.

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрена обязанность руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением должника, в частности, в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объёме перед другими кредиторами; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатёжеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

При определении наличия признаков неплатёжеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве. Под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатёжеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При этом необходимо учитывать, что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности юридического лица. 

Вместе с тем, дополнительное основание, предусмотренное пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, такое как неисполнение обязанности по созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения, не может быть вменено Муниципальному образованию для привлечения его к субсидиарной ответственности, поскольку до возбуждения настоящего дела о банкротстве МУП «Уренгойгеолстрой» указанное бездействие (несозыв заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или непринятие такого решения) не являлось незаконным. 

Исследовав представленные в материалы обособленного спора доказательства по правилам, предусмотренным в статье 71 АПК РФ, в их совокупности и взаимосвязи, суды установили, что по состоянию на 28.08.2014 у должника имелось большое количество недвижимого и движимого имущества значительной стоимостью, данные его бухгалтерского баланса свидетельствовали о положительных тенденциях роста чистых активов с 2013 года по октябрь 2014 года (увеличение с 5 132 000 руб. до 7 300 000 руб.), наличия основных средств (начало 2014 года - 29 738 000 руб.; октябрь 2014 года - 54 357 000 руб.), дебиторской задолженности (по состоянию на 28.08.2014 - 56 956 000 руб.).

Как верно указано судами, данные обстоятельства не соотносятся с изложенными выводами в отчёте от 28.08.2014.

Более того, о положительной динамики экономической деятельности и отсутствии у МУП «Уренгойгеолстрой» признаков банкротства свидетельствует обстоятельство исполнения 28.09.2014 должником всех денежных обязательств перед кредиторами и прекращение производства по делу о его банкротстве № А81-2904.2014.

По смыслу указанных ранее норм, неподача заявления при наличии обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечёт привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в случае, если: эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного банкротства должника; и эти обстоятельства как внешние признаки объективного банкротства воспринимаются любым добросовестным и разумным руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, именно как признаки объективного банкротства.

Под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объёме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

В связи с этим в процессе рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, помимо прочего, необходимо учитывать то, что финансовые трудности в определённый период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Поскольку на протяжении 2013-2014 годов у МУП «Уренгойгеолстрой» не имелось признаков объективного банкротства, оснований для возникновения у ФИО2 обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом, не было.

Довод кассатора о наличии признака неплатёжеспособности должника по состоянию на 28.08.2014, подлежит отклонению, поскольку структура активов и пассивов общества носит динамический характер, так как связана с осуществлением хозяйственной деятельности, поэтому даже при наличии вывода аудитора о неудовлетворительном балансе и отрицательных тенденциях экономических показателей деятельности общества, при отсутствии объективных признаков банкротства МУП «Уренгойгеолстрой», не свидетельствуют о совершении контролирующими лицами действий по намеренному созданию неплатёжеспособного состояния организации и не является безусловным основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В целом, доводы, изложенные в кассационной жалобе, выражают несогласие её заявителя с выводами судов об оценке фактических обстоятельств, не указывают на неправильное применение судами положений законодательства о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и подлежат отклонению.

Несмотря на то, что судами первой и апелляционной инстанций были неправильно применены положения главы III.2 Закона о банкротстве при рассмотрении настоящего обособленного спора, в конечном итоге он разрешён правильно, в связи с чем, принимая во внимание отсутствие нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебных актов, кассационная жалоба конкурсного управляющего удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 08.06.2018 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа и постановление от 18.09.2018 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А81-1430/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего муниципальным унитарным предприятием «Уренгойгеолстрой» ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                            С.А. Доронин

 

Судьи                                                                                        О.В. Кадникова

 

                                                                                                   ФИО3