1355/2024-41821(1) 

 

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А 

http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-36732/2023

15 марта 2024 года

г. Санкт-Петербург

  Резолютивная часть постановления объявлена 11 марта 2024 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 15 марта 2024 года  Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

в составе: председательствующего Масенковой И.В. 

судей Семиглазова В.А., Слобожаниной В.Б.  при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1  

при участии: от истца (заявителя): не явился, извещен 

от ответчика (должника): не явился, извещен  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  (регистрационный номер 13АП-43540/2023) Федерального государственного  казенного военного образовательного учреждения высшего образования «Военная  академия воздушно-космической обороны имени маршала Советского Союза ФИО2» Министерства обороны Российской Федерации на решение Арбитражного  суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.09.2023 по делу №  А56-36732/2023 (судья Салтыкова С.С.), принятое  

по иску Федерального государственного казенного военного образовательного  учреждения высшего образования «Военная академия воздушно-космической  обороны имени маршала Советского Союза ФИО2» Министерства обороны  Российской Федерации  

к ФИО3 о взыскании, 

установил:

Федеральное государственное казенное военное образовательное  учреждение высшего образования «Военная академия воздушно-космической  обороны имени маршала советского союза ФИО2» Министерства обороны  Российской Федерации (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города  Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к ФИО3 (далее – ответчик) о взыскании 344 008 руб. 54 коп. в порядке  привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КУПАВА»  (ИНН 

<

***>).  

Решением суда от 12.09.2023 в иске отказано. 

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, истец подал  апелляционную жалобу, в которой он просит обжалуемое решение отменить и  принять по делу новый судебный акт. В обоснование доводов апелляционной  жалобы ее податель указывает, что действия ответчика противоречили  коммерческой цели создания общества и повлекли невозможность для истца  взыскать с должника задолженность. Полагает, что руководитель, осведомленный о  наличии задолженности, не предпринял мер по ее погашению. Считает, что суд  первой инстанции необоснованно отказал в привлечении МИНФС № 10 по  Ленинградской области в качестве третьего лица. Также, по мнению подателя  жалобы, суд первой инстанции неправомерно возложил на него расходы по уплате  госпошлины.  

От истца к дате судебного заседания поступило ходатайство о рассмотрении  дела в его отсутствие.  

Стороны, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного  заседания по рассмотрению обоснованности апелляционной жалобы,  представителей в заседание не направили, в связи с чем дело рассмотрено в  порядке ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  (далее - АПК РФ) в их отсутствие.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в  апелляционном порядке.  

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью  «КУПАВА» зарегистрировано в ЕГРЮЛ 05.09.2002.  

В ЕГРЮЛ в качестве его единственного участника и генерального директора с  момента создания Общества значится ответчик.  

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 22.05.2019 по делу № А56-31580/2019 с ООО «КУПАВА» в пользу  Федерального государственного казенного военного образовательного учреждения  высшего образования «Военная академия воздушно-космической обороны имени  маршала Советского Союза ФИО2» Министерства обороны Российской  Федерации взыскана задолженность по арендной плате по договору аренды  федерального недвижимого имущества № 06/110 от 18.03.2005 за период  06.10.2017-12.07.2018 в размере 229 951, 80 руб., пени за просрочку платежа в  размере 96 235, 47 руб. за период 06.10.2017-12.07.2018, проценты за пользование  чужими денежными средствами в размере 17 821, 27 руб. по состоянию на  06.02.2019.  

05.12.2019 возбуждено исполнительное производство № 193434/19/47023-ИП.  25.08.2020 внесена запись в ЕГРЮЛ об исключении ООО «КУПАВА» как  недействующего юридического лица, в связи с чем, исполнительное производство   № 193434/19/47023-ИП прекращено.  

Ссылаясь на то, что в данном случае имеются правовые и фактические  основания для привлечения ответчика как единственного участника ООО «КУПАВА»  к субсидиарной ответственности по долгам ООО «КУПАВА», поскольку в результате  неразумных, недобросовестных действий ответчика, ООО «КУПАВА» было  исключено из ЕГРЮЛ, что привело к невозможности взыскания задолженности в  пользу Федерального государственного казенного военного образовательного  учреждения высшего образования «Военная академия воздушно-космической  обороны имени маршала Советского Союза ФИО2» Министерства обороны  Российской Федерации, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.  

Суд первой инстанции, признав заявленные требования необоснованными, в  иске отказал.  

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, выводы суда  первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для  изменения или отмены обжалуемого судебного акта.  

В силу п. 1 ст. 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК  РФ) юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя  гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с  законом, иными правовыми актами и учредительным документом.  

Пунктом 3 ст. 53 ГК РФ установлено, что лицо, которое в силу закона, иного  правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено  выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им  юридического лица добросовестно и разумно.  

Согласно п.1 ст.53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта  или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его  имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица  добросовестно и разумно, обязано возместить по требованию юридического лица,  его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица,  убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.  

В случае, если лица, указанные в п. 1 - 3 ст.53.1 ГК РФ, действовали  недобросовестно или неразумно неисполнение обязательств общества (в том числе  вследствие причинения вреда), по заявлению кредитора на таких лиц может быть  возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.  

В силу п. 2 ст. 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из  ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные ГК РФ и другими законами  применительно к ликвидированным юридическим лицам. Исключение  недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к  ответственности лиц, указанных в ст. 53.1 ГК РФ (п. 2 ст. 64.2 ГК РФ).  

Как установлено п. 1 ст. 399 ГК РФ, если основной должник отказался  удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный  срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено  лицу, несущему субсидиарную ответственность.  

Пунктом 3.1 ст. 3 Закона № 14-ФЗ установлено, что исключение общества из  ЕГРЮЛ в порядке, установленном Законом № 129-ФЗ для недействующих  юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа  основного должника от исполнения обязательства.  

В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе  вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в п.1 - 3 ст.  53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора  на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по  обязательствам этого общества.  

Возможность привлечения лиц, указанных в п. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ к  субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и  недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.  

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного  документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет  ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и  исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно,  в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным  условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.  

Таким образом, из изложенного следует, что само по себе исключение  юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые  

привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого  времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным  основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с  названной нормой.  

Требуется, чтобы неразумные и (или) недобросовестные действия  (бездействие) лиц, указанных в п. 1 - 3 ст.53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество  стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть  фактически за доведение до банкротства. Указанная правовая позиция также  изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 №  306-ЭС19-18285.  

По мнению истца, в результате недобросовестных или неразумных действий  (бездействия) ответчика обязательства перед истцом не были исполнены, поэтому  ответчик должен нести субсидиарную ответственность по обязательствам должника.  

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения участников  общества следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в п. 2, 3  постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в  состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) в отношении  действий (бездействия) директора.  

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности  является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав  кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность  конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность  этого субъекта (п.1 ст.58 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (ст.56 ГК  РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных  лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения  при принятии (согласовании) деловых решений (п. 1 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых  вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве»).  

Согласно разъяснениям, данным в п. 1 Постановления № 62 истец должен  доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или)  неразумности действий (бездействия) руководителя, повлекших неблагоприятные  последствия для юридического лица (п. 5 ст. 10 ГК РФ).  

Если истец утверждает, что руководитель действовал недобросовестно и  (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии  убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора,  такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и  указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная  конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или  представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии,  стихийные бедствия и иные события и тому подобное) и представить  соответствующие доказательства.  

Для вывода о возникновении у ответчика обязательств по возмещению  убытков по иску необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств:  совершения ответчиком виновных противоправных действий (бездействия), в том  числе недобросовестное и неразумное осуществление руководства Обществом,  возникновение у истца убытков и причинно-следственная связь между этими  обстоятельствами.  

В то же время в рассматриваемом случае истцом, вопреки своим доводам и ч.  1 ст. 65 АПК РФ, не представлено в материалы дела каких-либо доказательств  

недобросовестности либо неразумности действий ответчика, повлекших  неисполнение обязательств должника перед истцом.  

Само по себе исключение юридического лица из реестра в результате  действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие  отчетности, расчетов в течение долгого времени), не является достаточным  основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с  положениями, закрепленными в п.3.1 ст. 3 Закона об обществах.  

Кроме того, из принципов ограниченной ответственности и защиты делового  решения (п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»; далее -  постановление Пленума № 53) следует, что подобного рода ответственность не  может и презюмироваться, даже в случае исключения организации из ЕГРЮЛ по  решению регистрирующего органа на основании ст. 21.1 Закона о государственной  регистрации.  

При разрешении такого рода споров истец должен доказать, что  невозможность погашения долга перед ним возникла по вине ответчика в  результате его неразумных либо недобросовестных действий.  

Требуется, чтобы неразумные и (или) недобросовестные действия  (бездействие) лиц, указанных в п. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество  стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть  фактически за доведение до банкротства. Приведенная выше правовая позиция  неоднократно выражена Верховным Судом Российской Федерации в определениях  от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, 06.07.2020 № 307-ЭС20-180, от 17.07.2020 № 302- ЭС20-8980 и др.  

Физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не  только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность  управляющего перед своей корпорацией в лице участников корпорации), но и риску  привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им  юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).  

Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной  ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации  юридического прекращения деятельности общества (исключение из ЕГРЮЛ)  необходимо установление наличия убытков у потерпевшего лица, противоправности  действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи  между данными фактами.  

Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за  сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом  обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования  кредитора не вызвана рыночными и иными объективными факторами, а, в  частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний  (реализации воли) контролирующих лиц.  

Субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом  защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа  ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения  менеджеров, поэтому по названной категории дел не может быть применен общий  стандарт доказывания. Не любое, даже подтвержденное косвенными  доказательствами, сомнение в отсутствие контроля должно толковаться против  контролирующего должника лица, такие сомнения должны быть достаточно  серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой  

доказательств подтверждать факт возможности давать прямо либо опосредованно  обязательные для исполнения должником указания.  

Бремя доказывания наличия признаков недобросовестности или  неразумности в поведении контролирующих юридическое лицо лиц возлагается  законом, вопреки доводу апелляционной жалобы, на истца (п. 1, 2 ст. 53.1 ГК РФ).  

Наличие у Общества непогашенной задолженности перед истцом само по  себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчика как  контролирующего Общество лица в неуплате указанного долга, а также  свидетельствовать о его недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем  неуплату этого долга.  

При этом, как указано ранее, само по себе исключение юридического лица из  реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому  исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), не  является безусловным основанием для привлечения к субсидиарной  ответственности в соответствии с приведенной нормой.  

Доказательств, свидетельствующих о совершении именно ответчиком  действий (бездействия) по целенаправленной, умышленной ликвидации Общества  либо влияния на процедуру исключения Общества из ЕГРЮЛ со стороны  регистрирующего органа в материалы дела не представлено, в то время как  кредитору юридического лица ст.53.1 ГК РФ не предоставлено право требовать с  ответчика возмещения убытков как с контролирующего должника лица  (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда  Российской Федерации от 18.05.2021 № 4-КГ21-15-К1).  

Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий  органов юридического лица, к которым относятся его участники, возлагается на  лицо, требующее привлечения участников к ответственности, то есть в  рассматриваемом случае на истца.  

Какие-либо доказательства, подтверждающие, что Общество располагало  имуществом, достаточным для исполнения обязательств перед истцом, но такое  исполнение оказалось невозможным только в связи с исключением должника из  ЕГРЮЛ, в материалах дела отсутствуют.  

Истец не представил доказательств того, что при наличии достаточных  денежных средств ответчик уклонялся от погашения задолженности перед истцом,  скрывал имущество общества, выводил активы.  

Кроме того, при оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем  (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих  притязаний от самого общества) кредитор, не получивший должного от  юридического лица и требующий исполнения от физического лица-руководителя (с  которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать  наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности,  непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства  перед контрагентом.  

Между тем, наличие соответствующих обстоятельств истцом доказано не  было. Представленные же истцом доказательства и приведенные доводы, вопреки  его мнению, такие обстоятельства не подтверждают.  

Наличие непогашенной задолженности само по себе не является бесспорным  доказательством вины ответчика в неуплате долга.  

Таким образом, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении  исковых требований. Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции  у апелляционного суда не имеется.  

Довод апелляционной жалобы о неправомерном отказе суда первой  инстанции в привлечении в качестве третьего лица МИФНС № 10 по Ленинградской  области отклоняется судом апелляционной инстанции по следующим основаниям.  

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной  инстанции» (далее - постановление № 12) разъяснено, что судебный акт считается  принятым о правах и обязанностях лица, не привлеченного к участию в деле, если  он принят об их правах и обязанностях, то есть данным судебным актом  непосредственно затрагиваются их права и обязанности, в том числе создаются  препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения  обязанности по отношению к одной из сторон спора.  

В соответствии с ч.1 ст.51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие  самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело  на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается  рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт  может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они  могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по  инициативе суда.  

Следовательно, привлечение к участию в деле третьих лиц является не  обязанностью, а реализуемым по ходатайству стороны в арбитражном процессе или  по собственной инициативе правом суда. Необходимость привлечения третьего  лица к участию в деле оценивается судом первой инстанции исходя из фактических  обстоятельств каждого конкретного дела.  

Согласно ч.1 ст.51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных  требований относительно предмета спора, пользуются процессуальными правами и  несут процессуальные обязанности стороны, за исключением права на изменение  основания или предмета иска, увеличение или уменьшение размера исковых  требований, отказ от иска, признание иска или заключение мирового соглашения,  предъявление встречного иска, требование принудительного исполнения судебного  акта.  

Под третьими лицами, не заявляющими самостоятельных требований  относительно предмета спора, понимаются такие участвующие в деле лица,  которые вступают в дело на стороне истца или ответчика для охраны собственных  интересов, поскольку судебный акт по делу может повлиять на их права и  обязанности по отношению к одной из сторон.  

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно  предмета спора, пользуются процессуальными правами и несут процессуальные  обязанности стороны, за исключением права на изменение основания или предмета  иска, увеличение или уменьшение размера исковых требований, отказ от иска,  признание иска или заключение мирового соглашения, предъявление встречного  иска, требование принудительного исполнения судебного акта.  

Из анализа указанных положений процессуального закона следует, что третье  лицо без самостоятельных требований - это предполагаемый участник  материально-правового отношения, связанного по объекту и составу с тем  правоотношением, которое является предметом разбирательства в арбитражном  суде. Основанием для вступления (привлечения) в дело третьего лица является  возможность предъявления иска к третьему лицу или возникновения права на иск у  третьего лица, обусловленная взаимосвязанностью основного спорного  правоотношения между стороной и третьим лицом.  

Институт третьих лиц позволяет в едином судебном разбирательстве  осуществлять защиту прав и законных интересов участников разных, но, вместе с  тем, связанных между собой правоотношений.  

Целью участия третьих лиц без самостоятельных требований относительно  предмета спора является предотвращение неблагоприятных последствий для них в  будущем, а их интерес в деле носит как процессуальный, так и материально-правовой характер.  

После разрешения дела судом у третьих лиц, не заявляющих  самостоятельные требования, могут возникнуть, измениться или прекратиться  материально-правовые отношения с одной из сторон.  

При решении вопроса о привлечении к участию в деле такого лица  арбитражный суд должен дать оценку характеру спорного правоотношения и  определить юридический интерес нового участника процесса по отношению к  предмету по первоначально заявленному иску.  

Согласно п. 4 и 5 ч. 2 ст. 125, ч. 1 ст. 168 АПК РФ рассмотрение дела в  арбитражном суде происходит исходя из предмета и основания, заявленных в иске.  При этом под предметом иска понимается материально-правовое требование истца  к ответчику, в основание иска входят юридические факты, с которыми нормы  материального права связывают возникновение, изменение или прекращение прав  и обязанностей субъектов спорного материального правоотношения  (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  09.10.2012 № 5150/12).  

Лицо, чтобы быть привлеченным в процесс, должно иметь явно выраженный  материальный интерес на будущее. То есть, после разрешения дела судом у таких  лиц возникают, изменяются или прекращаются материально-правовые отношения с  одной из сторон. Иными словами, после разрешения дела между истцом и  ответчиком у третьего лица возникает право на иск или у сторон появляется  возможность предъявления иска к третьему лицу, обусловленная взаимосвязью  основного спорного правоотношения и правоотношения между стороной и третьим  лицом.  

При решении вопроса о допуске лица в процесс в качестве третьего лица, не  заявляющего самостоятельных требований, суд обязан исходить из того, какой  правовой интерес имеет данное лицо. Материальный интерес у третьих лиц  возникает в случае отсутствия защиты их субъективных прав и охраняемых законом  интересов в данном процессе, возникшем по заявлению истца к ответчику.  

Заинтересованность в благоприятном исходе судебного дела не может  отождествляться со статусом участника материально-правового отношения,  являющегося предметом судебного разбирательства.  

В рассматриваемом случае судом апелляционной инстанции не установлено  обстоятельств, свидетельствующих о наличии у регистрирующего органа  самостоятельного материального интереса в результатах рассматриваемого спора  о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности. Доказательств того, что  судебный акт по настоящему спору затрагивает права либо создает обязанности  для регистрирующего органа, подателем жалобы также не представлено.  

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции полагает отказ суда  первой инстанции в удовлетворении требования о привлечении МИФНС № 10 по  Ленинградской области к участию в деле в качестве третьего лица правомерным.  

Довод жалобы о неправомерном возложении на истца расходов по уплате  госпошлины на истца судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку в  резолютивной части судебного акта выводов суда относительно взыскания с истца в  

доход федерального бюджета госпошлины не имеется, в то время как при подаче  иска истец госпошлину не уплачивал.  

Иных доводов, ставящих под сомнение законность и обоснованность  обжалуемого судебного подателем жалобы не приведено.  

В силу изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о  необоснованности апелляционной жалобы и отсутствии оснований для ее  удовлетворения.  

Доводы апелляционной жалобы не опровергают правомерности выводов  суда, а лишь выражают несогласие с ними, не содержат фактов, которые не были  бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении иска и имели  бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу спора, влияли  на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда  первой инстанции.  

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 12.09.2023 по делу № А56-36732/2023 оставить без изменения,  апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.  

Председательствующий И.В. Масенкова  Судьи В.А. Семиглазов  

 В.Б. Слобожанина