ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-92829/2024

03 июня 2025 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     02 июня 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  03 июня 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Масенковой И.В.

судей  Семиглазова В.А., Слобожаниной В.Б.

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1

при участии:  

от истца: ФИО2 по доверенности от 16.03.2025

от ответчика: ФИО3 по доверенности от 09.10.2024

от 3-го лица: не явился, извещен

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-8259/2025) общества с ограниченной ответственностью «Группа компания Мега-Авто» на решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.02.2025 по делу № А56-92829/2024 (судья Евдошенко А.П.), принятое

по иску общества с ограниченной ответственностью «Группа компания Мега-Авто»

к  обществу с ограниченной ответственностью «Максимум Приморский»

3-е лицо:  общество с ограниченной ответственностью «Альянс-Плюс»

о взыскании,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Группа компаний Мега-Авто» (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Максимум Приморский» (далее - ответчик) о взыскании 4 000 000 руб. убытков.

Решением суда от 19.02.2025 в иске отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, истец подал апелляционную жалобу, в которой он просит обжалуемое решение отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указывает, что ответчик в период ремонта официальным дилерским центом Audi, и, приняв автомобиль на гарантийный ремонт, признал свой статус уполномоченной организации. При этом условия договорной гарантии не предусматривают необходимость получения согласия продавца на ремонт в организациях, не уполномоченных им, поскольку ответчик был уполномочен (авторизован) на проведение гарантийного ремонта дистрибьютером (поставщиком) автомобилей Audi, а потому, по мнению подателя жалобы, является уполномоченной организацией для устранения недостатков по смыслу Закона о защите прав потребителей. Срок гарантийного ремонта составил 107 дней, что, согласно позиции истца, является нарушением установленного Законом о защите прав потребителей срока для устранения недостатков товара, соглашение же об установлении нового срока устранения недостатков автомобиля заключено между ответчиком и потребителем не было. При таких обстоятельствах считает вывод суда первой инстанции о том, что срок ремонта составил 13 дней, не основанным на праве. Полагает, что неисполнение ответчиком обязательств перед потребителем породило у последнего право на отказ от договора, поскольку нарушение ответчиком срока выполнения ремонта позволяет покупателю обратиться к продавцу с требованием о расторжении договора купли-продажи автомобиля. Следовательно, ответственность ответчика перед потребителем основана на нарушении сроков проведения гарантийного ремонта, в силу чего ответчик обязан уплатить неустойку. При этом, поскольку нарушение сроков производства гарантийного ремонта произвел ответчик, у истца возникло право компенсировать убытки, понесенные в связи с исполнением законного требования потребителя, возникшего вследствие трансформации их из-за несвоевременного исполнения обязанности ответчиком. Вывод суда первой инстанции о том, что истец вправе был обратиться с соответствующим требованием к дистрибьютеру (поставщику) товара, считает ошибочным. По мнению истца, осуществляя выплату потребителю, истец на основании ст.313 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) осуществлял исполнение за ответчика, такое исполнение является законным, поскольку истец действовал в общеэкономическом интересе.

Ответчиком представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором он доводы жалобы оспаривает и просит обжалуемое решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель истца доводы апелляционной жалобы поддержал, на ее удовлетворении настаивал.

Представитель ответчика против удовлетворения апелляционной жалобы возражал по доводам отзыва.

Третье лицо, надлежащим образом извещенное о месте и времени судебного заседания по рассмотрению обоснованности апелляционной жалобы, представителя в заседание не направило, в связи с чем дело рассмотрено в порядке ст.156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в его отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, 22.06.2021 между истцом (продавец) и ФИО4 (покупатель) был заключен договор купли-продажи транспортного средства № 01077 (далее - договор). 

В период гарантийного обслуживания были установлены существенные недостатки двигателя автомобиля (замена ремня ГРМ) в связи с чем, транспортное средство поставлено истцом на гарантийный ремонт в стороннюю сервисную организацию - Аудио Центр Лахта ООО «Максимум Приморский» (ответчик). 

Поскольку ремонт транспортного средства превысил максимальный срок устранения недостатков, который составляет 45 дней, покупатель обратился в адрес истца с претензией о расторжении договора. 

24.06.2024 по соглашению сторон договор был расторгнут, истец возвратил покупателю 4 000 000 руб. (платежное поручение от 24.06.2024 № 9005). 

Полагая, что вследствие превышения ответчиком установленного Законом «О Защите прав потребителей» срока ремонта и несообщения об этом обстоятельстве у истца возникли убытки в виде возврата им покупной стоимости автомобиля, 28.06.2024 истец направил в адрес ответчика (сервисную организацию) претензию с требованием компенсировать убытки в размере 4 000 000 руб., понесенные им в связи с расторжением договора с потребителем. 

Требования истца, изложенные в претензии, были оставлены без удовлетворения, что послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции, признав заявленные требования необоснованными, в иске отказал.

Заслушав объяснения представителей сторон, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, выводы суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта.

Продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи (ст. 469 ГК РФ). 

В соответствии с п.2 ст.476 ГК РФ в отношении товара, на который продавцом предоставлена гарантия качества, продавец отвечает за недостатки товара, если не докажет, что недостатки товара возникли после его передачи покупателю вследствие нарушения покупателем правил пользования товаром или его хранения, либо действий третьих лиц, либо непреодолимой силы. 

Пунктом 1 ст.475 ГК РФ предусмотрено, что если недостатки товара не были оговорены продавцом, покупатель, которому передан товар ненадлежащего качества, вправе по своему выбору потребовать от продавца: соразмерного уменьшения покупной цены; безвозмездного устранения недостатков товара в разумный срок; возмещения своих расходов на устранение недостатков товара. 

На основании п.1 ст.18 Закона о защите прав потребителей потребитель в случае обнаружения в товаре недостатков, если они не были оговорены продавцом, по своему выбору вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар суммы. 

По требованию продавца и за его счет потребитель должен возвратить товар с недостатками. 

Право требования потребителя в части отказа от договора в отношении технически сложного товара (автотранспортного средства) возникает у потребителя в случае наличия в товаре существенных недостатков (ст.475 ГК РФ), а также в случае нарушения установленных Законом о защите прав потребителей сроков устранения недостатков. 

Так, в п.1 ст.20 Закона о защите прав потребителей указано, что срок устранения недостатков в товаре не может превышать 45 дней. 

При этом Закон о защите прав потребителей запрещает увеличивать этот срок даже путем заключения соглашения об изменении сроков с потребителем. 

Требование о расторжении договора купли-продажи потребитель вправе, по своему выбору, предъявить к продавцу товара, импортеру товара, заводу-изготовителю, уполномоченной организации. 

Закон о защите прав потребителей не содержит положений, исключающих ответственность продавца, в случаях если сроки ремонта были нарушены третьим лицом. 

В соответствии с п.7.11 договора купли-продажи продавец и потребитель пришли к соглашению, что гарантийный ремонт может превышать 45 календарных дней, если такая задержка срока связана с заказом и доставкой необходимых для такого ремонта запасных частей и иных комплектующих. 

При предъявлении покупателем транспортного средства для проведения диагностики, указанный срок применяется только после фактического установления наличия недостатка на оборудовании авторизированной станции сервисного и технического обслуживания марки Audi и предъявления требования покупателя о его устранении. 

02.03.2024 между ответчиком и потребителем был заключен предварительный заказ-наряд №ПР24001795 для проведения диагностики (контрольный осмотр), согласно которому потребитель подтвердил, что уведомлен и согласен с возможным увеличением срока ремонта автомобиля, в связи с обстоятельствами непреодолимой силы, не зависящими от исполнителя (временной невозможностью поставки запасных частей из-за рубежа, ввиду введения экономических санкций, принятых с 24.02.2022 по настоящее время рядом государств, в т.ч. Европейским союзом, США и т.д., а также в связи с ограничительными мерами, принятыми автопроизводителем и поставщиками комплектующих изделий). 

Таким образом, потребитель был проинформирован о возможном увеличении срока ремонта автомобиля ответчиком и продавцом (истцом). 

04.03.2024 ответчик направил дистрибьютеру запрос на согласование гарантийного ремонта спорного автомобиля. 

21.03.2024 ответчик получил согласование дистрибьютера на проведение гарантийного ремонта. 

Переписка между ответчиком и дистрибьютером в период с 04.03.2024 по 21.03.2024 подтверждается письмом (TА_1524_003170_WAUZZZF22MN094169_00), с приложенным к нему бланком технического запроса (TА_1524_003170_WAUZZZF22MN094169). 

05.04.2024 ответчик осуществил заказ необходимых запасных частей через дистрибьютера, что подтверждается заказом на портале дистрибьютера № АГР ГР00- 109932 от 05.04.2024. 

16.05.2024 ответчиком было направлено уведомление в адрес собственника автомобиля с ориентировочной датой поставки запасных частей – не позднее 31.07.2024, что подтверждается протоколом смс-информирования в карточке контрагента в 1С. 

От собственника в адрес ответчика не поступило каких-либо претензий о несогласии со сроками, о приостановке ремонта и т.д.

04.06.2024 запасные части поступили в адрес ответчика, что подтверждается УПД №0693452961/2 от 03.06.2024. 

17.06.2024 ремонт автомобиля был окончен, о чем собственник автомобиля был уведомлен телеграммой от 17.06.2024, что подтверждается телеграммой от 17.06.2024 и чеком об отправлении от 18.06.2024, однако за отремонтированным автомобилем не явился. 

Таким образом, фактически ремонт автомобиля длился 13 календарных дней, с момента получения ответчиком запасных частей от дистрибьютера (с 04.06.2024 по 17.06.2024). 

Потребитель неоднократно уведомлялся ответчиком о возможной задержке запасных частей, при этом не отказался от проведения ремонта автомобиля. 

Потребитель был уведомлен о том, что срок ремонта может превышать 45 дней, что подтверждается его подписью в договоре купли-продажи №01077 от 22.07.2021 и в заказ-наряде №ПР24001795 от 02.03.2024. 

Указанные обстоятельства не позволяют признать в действиях ответчика признаков недобросовестного поведения, который при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, а также с учетом внешних условий (введения экономических санкций и ограничительных мер), влияющих на конъюнктуру рынка автомобилей и запасных частей (деталей), принял все меры для надлежащего исполнения обязательства по качественному и своевременному ремонту автомобиля. 

Истец в апелляционной жалобе утверждает, что между ответчиком и потребителем не было заключено соглашение об увеличении срока ремонта.

Однако, согласно заказу-наряду №ПР24001795 от 02.03.2024, подписанному Потребителем без возражений и замечаний, последний подтвердил, что дает согласие на устранение недостатков в течение 45 рабочих дней, а также что уведомлен и согласен с увеличением срока ремонта Автомобиля превышающего 45 календарных дней, в связи с обстоятельствами непреодолимой силы, не зависящими от исполнителя (временной невозможностью поставки запасных частей из-за рубежа, ввиду введения экономических санкций, принятых с 24.02.2022 по настоящее время рядом государств, в т.ч. Европейским союзом, США и т.д., а также в связи с ограничительными мерами, принятыми автопроизводителем и поставщиками комплектующих изделий). 

 Кроме того, потребитель был проинформирован непосредственно самим истцом о том, что гарантийный ремонт может превышать 45 календарных дней.

Как уже указывалось ранее, в соответствии с п.7.11 Договора продавец и потребитель пришли к соглашению, что гарантийный ремонт может превышать 45 календарных дней, если такая задержка срока связана с заказом и доставкой необходимых для такого ремонта запасных частей и иных комплектующих. При предъявлении покупателем транспортного средства для проведения диагностики, указанный срок применяется только после фактического установления наличия недостатка на оборудовании авторизированной станции сервисного и технического обслуживания марки Audi и предъявления требования покупателя о его устранении.

Вывод суда первой инстанции о том, что гарантийный ремонт длился тринадцать дней, является верным, поскольку по условиям договора купли-продажи автомобиля, срок гарантийного ремонта увеличивается на срок заказа и доставки запасных частей.

Истец ссылается на то, что вывод суда первой инстанции о длительности ремонта 13 дней не основан на праве, поскольку установленный 45-дневный срок исчисляется с момента обращения потребителя с требованием, не может быть продлен или приостановлен в зависимости от наличия/отсутствия запасных частей для осуществления ремонта, однако в п.7.11 Договора продавец и потребитель пришли к соглашению, что гарантийный ремонт может превышать 45 календарных дней, если такая задержка срока связана с заказом и доставкой необходимых для такого ремонта запасных частей и иных комплектующих.  

Задержка запасных частей для спорного автомобиля произошла по независящим от ответчика обстоятельствам.  

Согласно  предварительному заказ-наряд №ПР24001795 от 02.03.2024, потребитель подтвердил, что уведомлен и согласен с возможным увеличением срока ремонта Автомобиля, в связи с обстоятельствами непреодолимой силы, не зависящими от исполнителя (временной невозможностью поставки запасных частей из-за рубежа, ввиду введения экономических санкций, принятых с 24.02.2022 по настоящее время рядом государств, в т.ч. Европейским союзом, США и т.д., а также в связи с ограничительными мерами, принятыми автопроизводителем и поставщиками комплектующих изделий). 

Потребитель подтвердил, что данное обстоятельство не ущемляет его права, как потребителя, что подтверждается его подписью в предварительном заказе-наряде ПР24001795 от 02.03.2024.

Заказ-наряд был подписан потребителем, что свидетельствует о достижении между сторонами соглашения по всем существенным условиям заказ-наряда, при этом доказательств того, что потребитель был лишен возможности отказаться от устранения недостатков до подписания заказа-наряда, материалами дела не подтверждаются. 

Таким образом, Сторонами был согласован срок гарантийного ремонта, превышающий 45-дневный срок. Потребитель своей подписью в предварительном заказе-наряде подтвердил свое согласие на указанный срок. 

В соответствии со ст.401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

Как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», в силу п.3 ст.401 ГК РФ для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный и непредотвратимый при данных условиях характер.

Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.

Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий.

Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей (п.8 постановления).

Наступление обстоятельств непреодолимой силы само по себе не прекращает обязательство должника, если исполнение остается возможным после того, как они отпали.

Кредитор не лишен права отказаться от договора, если вследствие просрочки, возникшей в связи с наступлением обстоятельств непреодолимой силы, он утратил интерес в исполнении. При этом должник не отвечает перед кредитором за убытки, причиненные просрочкой исполнения обязательств вследствие наступления обстоятельств непреодолимой силы (п.3 ст.401, п.2 ст.405 ГК РФ) (п.9 постановления).

Должник обязан принять все разумные меры для уменьшения ущерба, причиненного кредитору обстоятельством непреодолимой силы, в том числе уведомить кредитора о возникновении такого обстоятельства, а в случае неисполнения этой обязанности - возместить кредитору причиненные этим убытки (п.3 ст.307, п.1 ст.393 ГК РФ) (п. 10 постановления).

16.05.2024 отвозчиком было направлено уведомление потребителю о том, что по независящем от него обстоятельствам, поставка запасных частей, необходимых для ремонта Автомобиля, будет осуществлена не позднее 31.07.2024.    

С 26.02.2022 в отношении Российской Федерации, в связи с началом 24.02.2022 специальной военной операции, различными государствами вследствие принятия международных санкций были введены запретительные меры на торговые операции, которые, в частности, касаются поставок автомобилей и комплектующих к ним.

Вышеуказанные обстоятельства не нуждаются в доказывании и являются общеизвестными.

Следовательно, нарушение срока поставки запасных частей для осуществления гарантийного ремонта потребителя произошло вследствие обстоятельств, не зависящих от воли или действий ответчика, т.е. непреодолимой силы.

По смыслу положений ст.18 Закона о защите прав потребителей право потребителя на безвозмездное устранение недостатков товара или право отказаться от исполнения договора и потребовать возврата стоимости являются альтернативными требованиями, то есть, соответствующие способы защиты не могут применяться одновременно. А именно: потребитель вправе выбрать один из вышеперечисленных способов защиты права и не может одновременно ставить вопрос о защите своего нарушенного права путем безвозмездного устранения недостатков товара и отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за такой товар суммы (Определение Верховного Суда РФ от 06.03.2012 №-В11-112). Согласно заказу-наряду №ПР24001795 от 02.03.2024 потребитель выбрал способ удовлетворения нарушенного права – безвозмездное устранение недостатка. 

Таким образом, ответчиком не были нарушены сроки устранения недостатков Автомобиля, поскольку между Сторонами имеется соглашения о продлении срока ремонта, в случае если он будет превышать 45-дневный срок, вследствие отсутствия запасных частей и комплектующих у поставщиков. Сроки поставки запасных частей для спорного Автомобиля не зависели от воли и действий ответчика, т.е. произошли вследствие непреодолимой силы.

Отремонтировав Автомобиль, потребитель выбрал и реализовал свое право на бесплатное устранение недостатков товара, в соответствии со ст. 18 Закона «О защите прав потребителей».

Истец указывает, что за нарушение сроков устранения недостатков в товаре Потребитель вправе обратиться с требованием о взыскании неустойки именно к организации, осуществивший такой ремонт, поскольку полагает, что претензия потребителя от 22.05.2024 о выплате неустойки адресована не истцу, а ответчику, в связи с чем ответчик должен выплатить истцу неустойку в размере 6 187 600 рублей.

Данные выводы истца основаны на неверном толковании норм права.

Расходы, которые истец несет перед потребителями в силу их особого статуса, гарантированного законом, относятся к собственным рискам общества как продавца товара конечному потребителю (Определение Верховного Суда № 305-ЭС23-9211 от 02.10.2023 по делу № А40-111612/2022). 

Продавец является самостоятельным субъектом ответственности перед потребителем за реализацию последнему некачественного товара. 

Следовательно, в данном случае не могут быть применены положения п. 1 ст. 1081 ГК РФ о праве регресса, так как в правоотношениях с потребителем именно Истец является лицом, причинившим вред (Определение Высшего Арбитражного Суда РФ от 12.04.2011 № ВАС-3902/11).

Вопреки утверждениям истца, изложенным в апелляционной жалобе, ответчик не является сервисной организацией, уполномоченной истцом на проведение ремонта. Между Сторонами не имеется договора, содержащего условия об их взаимной ответственности перед конечным покупателем. 

Ответчик не является ни продавцом спорного Автомобиля, ни его производителем, а является уполномоченной дистрибьютером организацией на прием требований по проведению гарантийного обслуживания и ремонта автомобилей от любых лиц, которые приобрели продукцию у любого официального дилера Audi. Во исполнение этой обязанности Общество приняло Автомобиль в гарантийный ремонт и осуществило его. 

Между истцом, ответчиком и дистрибьютером отсутствует какой-либо договор, содержащий условия о взаимной ответственности дилеров перед конечными потребителями. 

При осуществлении специализированного сервисного и ремонтного обслуживания автомобилей дилер является исполнителем по отношению к обратившемуся к нему лицу. 

Соответственно, и ответчик, и истец являются самостоятельными субъектами предпринимательской деятельности и сторонами разных дилерских договоров, не имеют взаимных обязанностей в отношении конечных потребителей продукции Audi. 

Если бы имело место нарушение 45-дневного срока ремонта, собственник Автомобиля не был бы лишен права требовать от ответчика неустойку за нарушение срока проведения ремонта. Однако таких требований к ответчику от потребителя не поступало. 

Даже в случае удовлетворения исковых требований, у Потребителя останется право на предъявление к ответчику самостоятельных требований о взыскании неустойки за якобы имевшее место нарушение сроков гарантийного ремонта Автомобиля, что является фактически двойной ответственностью за одно нарушение. При этом, действующее законодательство не предусматривает применение двойной ответственности за одно и то же нарушение.

Как следует из пояснений ответчика, специального полномочия на удовлетворение требований других дилеров о возмещении убытков, связанных с расторжением договоров купли-продажи по претензиям, поступивших от лиц, которые прибрели продукцию другого дилера, дилерское соглашение, заключенное между ООО «Фольксваген Груп Рус» и ООО «Максимум Приморский» (далее – «Дилерское соглашение») не содержит. 

Также, Дилерское соглашение не содержит условий и о взаимной ответственности дилеров перед конечными потребителями. 

Поскольку по условиям дилерских соглашений дилер становится собственником поставленных изготовителем автомобилей, по отношению к конечному потребителю продавцом является именно дилер, но не изготовитель. Иное Соглашением не предусмотрено. 

При осуществлении специализированного сервисного и ремонтного обслуживания автомобилей дилер является исполнителем по отношению к обратившемуся к нему лицу. 

Соответственно, и ООО «Максимум Приморский», и ООО «Группа компаний Мега-Авто» являются самостоятельными субъектами предпринимательской деятельности и сторонами разных дилерских соглашений, не имеют взаимных обязанностей в отношении конечных потребителей продукции Audi. 

Дилерские соглашения условий о взаимной ответственности каждого дилера Audi перед конечными покупателями не содержат. 

Вместе с тем, каждый дилер (в том числе ООО «Группа компаний Мега-Авто» и ООО «Максимум Приморский») вправе самостоятельно осуществлять сервисное (ремонтное) обслуживание продукции Audi. Процедура и результаты такого обслуживания охватываются соответствующими самостоятельными договорами об оказании услуг и правовыми нормами Закона о защите прав потребителей. 

Поскольку между ООО «Фольксваген Груп Рус», ООО «Максимум Приморский» и ООО «Группа компаний Мега-Авто» отсутствует специальное соглашение о принятии и удовлетворении требований потребителей и/или других дилеров о возмещении денежных компенсаций, связанных с ненадлежащим качеством продукции, реализованной ООО «Группа компаний Мега-Авто», основания для признания ООО «Максимум Приморский» уполномоченной организацией продавца отсутствуют. Равно как отсутствует между Сторонами специальное соглашение о принятии и удовлетворении требований о возмещении убытков, связанных с отказом потребителей от договоров купли-продажи продукции Audi, приобретённой у других дилеров. ООО «Максимум Приморский» не является продавцом Автомобиля и не уполномочен продавцом ООО «Группа компаний Мега-Авто» на удовлетворение требований потребителей. 

При таких обстоятельствах не имеется правовых оснований для возмещения за счет ООО «Максимум Приморский» денежной компенсации потребителю. 

То обстоятельство, что ООО «Максимум Приморский» выполняло работы по ремонту приобретенного у истца Автомобиля, само по себе не может являться основанием для предъявления к ответчику требования о возмещении денежной компенсации, выплаченной в качестве удовлетворения претензии о расторжении договора купли-продажи по правилам ст. 18 Закона о защите прав потребителей, поскольку у ответчика отсутствуют соответствующие договорные обязательства с продавцом и производителем автомобиля, которые уполномочивали бы ответчика  на совершение таких действий. 

Таким образом, у истца не имеется правовых оснований требовать от ответчика убытки в размере 4 000 000 рублей, которые были выплачены истцом в пользу Потребителя добровольно. 

Ответчик не уполномочен дистрибьютером на удовлетворение требований других дилеров о возмещении убытков, связанных с расторжением договоров купли-продажи по претензиям, поступивших от лиц, которые прибрели продукцию другого дилера. Также дилерское соглашение не содержит условий о взаимной ответственности дилеров перед конечными потребителями.

В соответствии с п.1 ст.393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. 

Согласно ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (ст. 1064 ГК РФ). 

Требуя возмещения реального ущерба, лицо, право которого нарушено, обязано доказать размер причиненного ему ущерба (ст.393ГК РФ), прямую причинно-следственную связь между ущербом и действиями лица, нарушившего право, а также его вину. 

Из материалов дела следует, что ответчик не является сервисной организацией, уполномоченной истцом на проведение ремонта. 

Между сторонами не имеется договорных отношений о взаимной ответственности перед конечным покупателем транспортного средства. 

Недостатки автомобиля связаны не с действиями ответчика, а с продажей некачественного автомобиля со стороны истца. 

Истец в апелляционной жалобе указывает, что нарушение, допущенное ответчиком, привело к возникновению права у Потребителя на отказ от договора купли-продажи. 

Между тем, именно истец продал Потребителю товар ненадлежащего качества, и в нарушение требования дистрибьютера не уведомил потребителя о необходимости замены ремня ГРМ, что повлекло проведение гарантийного ремонта, который возник по причине разрыва ремня ГРМ.

Ответчик ссылается на то обстоятельство, что 17.01.2024 дистрибьютером в адрес всех уполномоченных дилеров была направлена директива о дополнительных работах по замене ремня ГРМ на автомобилях Audi (необходимость замены ремня ГРМ, в связи с тяжелыми условиями эксплуатации автомобилей в РФ), с обязательным информированием владельцев.

Однако истец не осуществил надлежащего информирования Потребителя о необходимой замене ремня ГРМ, вследствие чего произошел его разрыв, повлекший за собой ремонт ДВС. 

Продавец ненадлежащим образом исполнил свои обязательства перед потребителем по своевременному информированию о необходимости замены ремня ГРМ в Автомобиле.  

Следовательно, ответственность по продаже Автомобиля ненадлежащего качества и, как следствие, гарантийному ремонту несет перед потребителем продавец Автомобиля, но не сервисная организация. 

Отсутствует причинно-следственная связь между выплатой истцом потребителю спорной суммы и действиями ответчика по осуществлению гарантийного ремонта.   

Податель жалобы ссылается на то обстоятельство, что он исполнил за ответчика его обязанность перед потребителем по выплате неустойки на основании ст. 313 ГК РФ.

Согласно п.1 ст.313 ГК РФ, кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо.

В соответствии с п.2 ст.313 ГК РФ, если должник не возлагал исполнение обязательства на третье лицо, кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника таким третьим лицом, в следующих случаях: 

1) должником допущена просрочка исполнения денежного обязательства; 

2) такое третье лицо подвергается опасности утратить свое право на имущество должника вследствие обращения взыскания на это имущество.

Таким образом, исполнение обязательства за должника третьим лицом возможно либо в случае, если должник возложил исполнение обязательства на третье лицо, либо в случаях, предусмотренных в п.2 ст.313 ГК РФ. 

Однако ответчик не возлагал на истца каких-либо обязательств по компенсации убытков потребителю. 

Также у ответчика отсутствует просроченное денежное обязательство перед потребителем, поскольку потребитель никаких денежных требований ответчику не предъявлял. 

Кроме того, в рассматриваемом случае отсутствуют обстоятельства, свидетельствующие о том, что истец подвергался опасности утратить свое право на имущество ответчика вследствие обращения взыскания на это имущество.

Более того, истец исполнял обязательство за себя, а не за ответчика, поскольку потребитель обратился с претензией непосредственно к истцу. 

В силу изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для применения в рассматриваемом случае положений ст.313 ГК РФ.

Истец также полагает, что в рассматриваемом случае произошла перемена лиц в обязательстве в силу закона, а само обязательство не прекратилось – к истцу, исполнившему обязательство ответчика, переходят права кредитора в соответствии со ст. 387 ГК РФ. Объем прав, переходящих новому кредитору, определен ст. 384 ГК РФ.

Как следует из п.1. ст. 382 ГК РФ, право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

В силу п.1 ст. 387 ГК РФ, права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона при наступлении указанных в нем обстоятельств:

1) в результате универсального правопреемства в правах кредитора;

2) по решению суда о переводе прав кредитора на другое лицо, если возможность такого перевода предусмотрена законом;

3) вследствие исполнения обязательства поручителем должника или не являющимся должником по этому обязательству залогодателем;

4) при суброгации страховщику прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая;

5) в других случаях, предусмотренных законом.

Переход прав кредитора к другому лицу на основании закона возможен при наступлении обстоятельств, предусмотренных п.1 ст. 387 ГК РФ. 

Между тем, у ответчика перед потребителем не существует каких-либо обязательств, которые истец мог бы исполнить за ответчика ни в силу сделки (уступка требования), ни на основании закона.

Ответчик не нарушал права потребителя по срокам гарантийного ремонта, поскольку Договором и Заказом-нарядом о приеме автомобиля в гарантийный ремонт предусмотрена возможность увеличения сроков ремонта по причине задержки поставки запасных частей. 

В целях осведомленности потребителя о сроках выдачи Автомобиля из гарантийного ремонта ответчик направлял ему уведомления о сроках поставки запасных частей и об окончании гарантийного ремонта.

Кроме того, потребитель никаких претензий непосредственно к ответчику не предъявлял. У потребителя отсутствуют требования к ответчику, которые он передал бы или мог передать истцу. 

Потребитель обратился с претензией напрямую к продавцу товара ненадлежащего качества - истцу. 

Таким образом, истец именно за себя, а не за ответчика добровольно удовлетворил требование потребителя несмотря на то, что ответчик сроки гарантийного ремонта на нарушал.

В силу п.1 ст.19 Закона о защите прав потребителей, потребитель вправе предъявить предусмотренные ст.18 названного закона требования к продавцу (изготовителю, уполномоченной организации или уполномоченному индивидуальному предпринимателю, импортеру) в отношении недостатков товара, если они обнаружены в течение гарантийного срока или срока годности.

Таким образом, потребителю предоставляются альтернативные способы восстановления нарушенного права в части выбора заявленных требований к одному из названных субъектов.

Законом о защите прав потребителей солидарная ответственность продавца и уполномоченной организации, в случае продажи товара ненадлежащего качества, не предусмотрена. Договор, предусматривающий ответственность уполномоченной организации перед продавцом, отсутствует.

При таких обстоятельствах довод подателя жалобы о замене лица в обязательстве является несостоятельным.

Учитывая вышеприведенные факты суд первой инстанции пришел к верному и обоснованному выводу об отсутствии в данном споре прямой причинно-следственной связи между действиями ответчика и заявленными истцом расходами в виде выплаты денежных средств, а также о том, что истец не доказал существование обстоятельств, которые являются основанием для применения ответственности в виде взыскания убытков с ответчика в рамках данных обстоятельств, в связи с чем в иске отказал. Оснований для иных выводов судом апелляционной инстанции не установлено.

Кроме того, как правильно отметил суд первой инстанции, истец не лишен права обратиться к дистрибьютеру (поставщику) товара с требованием о возмещении убытков, поскольку именно дистрибьютер реализовал истцу некачественный товар. 

В рассматриваемом случае суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, доводы которой не опровергают обоснованность и правомерность выводов суда первой инстанции. 

При вынесении решения судом первой инстанции оценены представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам ст.71 АПК РФ, нормы материального права не нарушены, выводы суда о применении норм права соответствуют установленным по делу обстоятельствам и имеющимся доказательствам. 

Нарушений или неправильного применения норм процессуального права, в том числе являющихся в соответствии с ч.4 ст.270 АПК РФ безусловным основанием к отмене обжалуемого судебного акта, при вынесении решения судом не допущено. 

В порядке ст.110 АПК РФ расходы по уплаченной государственной пошлине по апелляционной жалобе относятся на ее подателя.

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 19.02.2025 по делу №  А56-92829/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Масенкова

Судьи

В.А. Семиглазов

 В.Б. Слобожанина