ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Москва

18.03.2021Дело № А40-275951/19

Резолютивная часть постановления оглашена 11 марта 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 18 марта 2021 года.

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Коротковой Е.Н., Перуновой В.Л.,

при участии в судебном заседании:

от финансового управляющего ФИО1 – ФИО2, по доверенности от 03.03.2021;

от ФИО4 – явился лично, предъявил паспорт;

от ФИО4 – ФИО3 по доверенности от 18.12.2019;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО4

на определение Арбитражного суда города Москвы от 16.10.2020,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.12.2020

об отказе во включении требований ФИО4 в реестр требований кредиторов должника

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО5,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 28.08.2020 индивидуальный предприниматель ФИО5 (далее - должник) был признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО6

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ФИО7 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в общем размере 226 813 долл. США, в удовлетворении которого обжалуемым определением Арбитражного суда города Москвы от 16.10.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.12.2020, было отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО7 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В судебном заседании ФИО7 и его представитель доводы кассационной жалобы поддержали, а представитель финансового управляющего гражданина – должника просил суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемых определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу статьи 100 Закона о банкротстве, проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При этом, необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Исходя из пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление от 22.06.2012 № 35), в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве, проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Заявленные требования мотивированы  ненадлежащим исполнением  должником своих обязательств по возврату денежных средств по расписке от 29.11.2018 на сумму 50 000 долл. США и договору займа от 04.02.2019 на сумму 150 000 долл. США.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из следующего.

В соответствии правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте абзаце 3 пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее постановления от 22.06.2012 № 35), при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства; имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником; отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Указанные разъяснения направлены, прежде всего, на недопустимость включения в реестр требований кредиторов, в ущерб интересам других кредиторов, требований, основанных исключительно на расписке или квитанции к приходному кассовому ордеру, которые могли быть изготовлены вследствие соглашения кредитора и должника, преследовавших цель создания документального подтверждения обоснованности таких требований.

По смыслу перечисленных норм права и указанных разъяснений, заявитель, позиционирующий себя в качестве кредитора, обязан подтвердить не только свою возможность предоставления денежных средств с учетом его финансового положения на момент, когда договор займа считается заключенным, но и фактическую передачу денежных средств, указанных в оправдательных документах.

При наличии сомнений в реальности договора займа, суд может потребовать представления документов, свидетельствующих об операциях с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета), в том числе об их расходовании.

Исходя из вышеизложенного, наличие расписки и признание долга должником в силу специфики дел о банкротстве не могут являться безусловным основанием для включения основанного на них требования в реестр и кредитор должен был представить доказательства его финансового положения, позволявшего предоставить денежные средства, а должнику - доказательства расходования полученных денег.

Вместе с тем, судами отмечено, что в материалы дела ФИО7 представил только расписку от 29.11.2018 на сумму 50 000 долл. США, а также договор займа на сумму 150 000 долл. США.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, привпденной в пункте 3 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.11.2002 № 70 «О применении арбитражными судами 3 статей 140 и 317 Гражданского кодекса Российской Федерации» в случае, когда в договоре денежное обязательство выражено в иностранной валюте без указания о его оплате в рублях, суду следует рассматривать такое договорное условие как предусмотренное пунктом 2 статьи 317 ГК РФ, если только при толковании договора в соответствии с правилами статьи 431 ГК РФ суд не придет к иному выводу.

Судами принято во внимание, что в силу пункта 3 статьи 14 Федерального закона от 10.12.2003 № 173-ФЗ (ред. от 31.07.2020) «О валютном регулировании и валютном контроле» (далее –  Закона о валютном регулировании, расчеты при осуществлении валютных операций производятся физическими лицами - резидентами через банковские счета в уполномоченных банках, порядок открытия и ведения которых устанавливается Банком России, за исключением следующих валютных операций, осуществляемых в соответствии с Законом о валютном регулировании: перевода физическим лицом – резидентом из Российской Федерации и получения в Российской Федерации физическим лицом - резидентом перевода без открытия банковских счетов, осуществляемых в установленном Банком России порядке, который может предусматривать только ограничение суммы перевода, а также почтового перевода.

В соответствии с указанием Банка России от 30.03.2004 № 1412-У «Об установлении суммы перевода физическим лицом - резидентом из Российской Федерации без открытия банковских счетов», при осуществлении валютных операций физическое лицо - резидент имеет право перевести из Российской Федерации без открытия банковского счета в уполномоченном банке иностранную валюту или валюту Российской Федерации в сумме, не превышающей в эквиваленте 5 000 долл. США, определяемой с использованием официальных курсов иностранных валют к рублю, установленных Банком России на дату поручения уполномоченному банку на осуществление указанного перевода.

Общая сумма переводов физического лица - резидента из Российской Федерации без открытия банковского счета, осуществляемых через уполномоченный банк (филиал уполномоченного банка) в течение одного операционного дня, не должна превышать сумму, установленную настоящим пунктом.

Таким образом, констатировали суды, заем денежных средств в иностранной валюте, превышающий 5 000 долл. США, для целей соблюдения законодательства об обороте иностранной валюты в Российской Федерации, должен осуществляться исключительно в безналичном порядке через банковские счета в уполномоченных банках.

Вместе с тем, суды отметили, что в данном случае ФИО7 не раскрыл мотивы и основания предоставления денежных средств должнику в иностранной валюте.

Судами также учтено, что статьей 15 Закона о валютном контроле предусматривается, что ввоз в Российскую Федерацию иностранной валюты и (или) валюты Российской Федерации осуществляется резидентами и нерезидентами без ограничений при соблюдении требований таможенного законодательства Российской Федерации; при единовременном ввозе в Российскую Федерацию физическими лицами - резидентами наличной иностранной валюты и (или) валюты Российской Федерации в сумме, превышающей в эквиваленте 10 000 долл. США, ввозимая наличная иностранная валюта и (или) валюта Российской Федерации подлежат декларированию таможенному органу путем подачи письменной таможенной декларации на всю сумму ввозимой наличной иностранной валюты.

При э том по информации, полученной судом от Федеральной таможенной службы, денежные средства в размере 50 000 долл. США не декларировались Новиком В.В. при ввозе на территорию Российской Федерации.

Кроме того, отметили суды, существенным при рассмотрении настоящего обособленного спора является исследование вопроса о том, поступили ли денежные средства на счет должника и каким образом он распорядился деньгами, однако, имеющиеся в деле доказательства свидетельствуют о том, что в указанную Новиком В.В. дату предоставления займа имущественное положение должника свидетельствовало об отсутствии необходимости привлечения заемных средств, что противоречит принципу делового оборота, в котором обычно сделки заключаются в интересах обеих сторон.

Доказательства расходования денежных средств в материалах обособленного спора отсутствуют; денежные средства в указанном размере не вносились должником на расчетный счет, сведения о приобретении какого-либо имущества не представлены, в связи с чем, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о невозможности установить реальность сделки.

Относительно договора займа от 04.02.2019 и задолженности в размере 150 000 долл. США, суд первой инстанции установил следующие обстоятельства.

В силу части 4 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, документы, представляемые в арбитражный суд и подтверждающие совершение юридически значимых действий, должны соответствовать требованиям, установленным для данного вида документов.

Письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии (часть 8 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 9 названной статьи, подлинные документы представляются в арбитражный суд в случае, если обстоятельства дела согласно Федеральному закону или иному нормативному правовому акту подлежат подтверждению только такими документами, а также по требованию арбитражного суда.

Вместе с тем, с учетом того, что финансовым управляющим оспаривается наличие задолженности перед ФИО8, при отсутствии подлинного договора займа, суд пришел к выводу о том, что предоставленная в дело копия договора не соответствуют требованиям статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В рассматриваемом случае, отметил суд первой инстанции,  договором займа не предусмотрена возможность подписания договора электронной цифровой подписью, при этом, в материалах дела также отсутствуют иные правоустанавливающие документы, указывающие на возможность сторон договора подписывать документы в том виде, в котором они представлены в материалы дела, а из представленной в материалы дела копии договора не следует, что он в принципе подписан электронной цифровой подписью.

Кроме того, по мнению суда первой инстанции, Новиком В.В. не обоснована необходимость составления договора займа от 04.02.2019 на английском языке, с условием о том, что его положения регулируются в соответствии с законодательством США, тогда как и должник (заемщик) и займодавец (ФИО7) являются гражданами Российской Федерации и зарегистрированы в городе Москве и в Московской области, соответственно.

Из условий договора займа следует, что денежные средства подлежат перечислению со счета заявителя, открытого в банке США, на счет должника, открытый в банке Швейцарии.

Вместе с тем, под международными расчетами понимается система регулирования платежей по денежным требованиям и обязательствам, возникающим между государствами, а также юридическими и физическими лицами, являющимися резидентами разных стран.

Международные расчеты включают, с одной стороны, условия и порядок осуществления платежей, выработанные практикой и закрепленные международными документами и обычаями, с другой - ежедневную практическую деятельность банков по их проведению.

Деятельность банков в сфере международных расчетов, с одной стороны, регулируется национальным законодательством, с другой - определяется сложившейся практикой, которая существует в виде установленных правил и обычаев либо закрепляется отдельными документами.

Исходя из пункта 1 статьи 1210 ГК РФ, стороны договора могут выбрать применимое право как при заключении договора, так и в последующем.

Пункт 2 статьи 1210 ГК РФ устанавливает, что соглашение сторон о выборе подлежащего применению права должно быть прямо выражено или должно определенно вытекать из условий договора либо совокупности обстоятельств дела.

В договоре займа его сторонами установлено, что применимым правом является право штата Калифорния (США).

В соответствии с правовой позицией высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 13 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел с участием иностранных лиц», утвержденного информационным письмом Президиума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 09.07.2013 № 158, «соглашение о применимом праве считается заключенным, если стороны спорного правоотношения при обосновании своих требований и возражений (например, в исковом заявлении и отзыве на него) ссылаются на одно и то же применимое право.

Между тем отметил суд первой инстанции, в заявлении о включении в реестр требований кредиторов должника ФИО7 мотивировал свое требование ссылками именно на нормы российского права.

При этом, иные лица, участвующие в деле, в обоснование своих позиций также ссылаются на положения ГК РФ.

В этой связи, при рассмотрении заявленных требований суд руководствуется положениями главы 42 ГК РФ о договоре займа и иными нормами российского права, регулирующими спорные правоотношения.

Согласно пункту 1 статьи 807 ГК РФ, по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Таким образом, предметом доказывания по настоящему требованию является установление факта предоставления заемщику денежных средств в соответствии с условиями заключенного договора.

В круг доказывания по спорам об установлении размера требований кредиторов в обязательном порядке входят обстоятельства возникновения долга.

Кредитор обязан доказать допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.

Между тем, судом первой инстанции отметил, что в качестве доказательств предоставления займа по договору займа от 04.02.2019 ФИО7 представил копии платежных документов о переводе денежных средств с расчетного счета 

<

***> в Bank of America на расчетный счет Union Bancaire privee № UBP 001-6297666.

Согласно пункту 1 статьи 862 ГК РФ, при осуществлении безналичных расчетов допускаются расчеты платежными поручениями, по аккредитиву, чеками, расчеты по инкассо, а также расчеты в иных формах, предусмотренных законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота.

В соответствии с пунктом 1 статьи 864 ГК РФ, содержание платежного поручения и представляемых вместе с ним расчетных документов и их форма должны соответствовать требованиям, предусмотренным законом и установленными в соответствии с ним банковскими правилами.

Пунктом 1.6 положения Банка России от 27.02.2017 № 579-П «О плане счетов бухгалтерского учета для кредитных организаций и порядке его применения» предусмотрено, что документы по операциям, связанным с переводом денежных средств, оформляются в соответствии с положением Банка России от 19.06.2012 № 383-П «О правилах осуществления перевода денежных средств» (далее - положение № 383-П).

На основании пункта 4.7 положения № 383-П, исполнение распоряжения на бумажном носителе в целях осуществления перевода денежных средств по банковскому счету подтверждается: банком плательщика посредством представления 10 плательщику экземпляра исполненного распоряжения на бумажном носителе с указанием даты исполнения, проставлением штампа банка и подписи уполномоченного лица банка.

При этом, штампом банка плательщика может одновременно подтверждаться прием к исполнению распоряжения на бумажном носителе и его исполнение; банком получателя средств посредством представления получателю средств экземпляра исполненного распоряжения на бумажном носителе с указанием даты исполнения, проставлением штампа банка и подписи уполномоченного лица банка.

Вместе с тем, констатировал суд первой инстанции, такие доказательства Новиком В.В.  в материалы дела не представлены.

Кроме того, лица, осуществляющие расчеты посредством иностранных банков, не лишены возможности получить аналогичные документальные доказательства совершения операций по переводу денежных средств, а также выписки по счетам, на которые производится перечисление денежных средств.

Такие доказательства, по мнению суда первой инстанции,  в материалы дела также не представлены.

Представленные ФИО7 в материалы дела документы банка Bank of America в качестве доказательств предоставления займа должнику без доказательств реального получения денежных средств банком Union Bancaire privee недостаточны для признания факта исполнения заявителем обязательств по договору процентного денежного займа, носящему реальный характер.

При этом, как указал суд первой инстанции, из представленных Новиком В.В.  документов не следует, что заявленные им суммы были перечислены именно во исполнение указанного договора займа, поскольку они не содержат ни сведений о заимодавце, ни оснований перечисления денежных средств должнику (отсутствуют ссылки на полную дату договора займа).

Кроме того, доказательства принадлежности счета № UBP 0016297666 в Union Bancaire privee должнику в материалах дела также отсутствуют.

В заявлении о включении в реестр требований кредиторов заявителем должны быть предоставлены бесспорные обоснованные, законные доказательства, в том числе и указаны обстоятельства, на которых основаны утверждения заявителя о наличии задолженности у должника перед ним, и подтверждающие их доказательства (пункт 5 части 2 статьи 125, пункт 3 части 1 статьи 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В случае же обращения в суд, именно кредитор, как инициатор спора, указывает сведения о правоотношениях с должником, формулирует свои требования со ссылкой на законы и иные нормативные правовые акты и приводит обстоятельства, на которых основаны данные требования, и подтверждающие эти обстоятельства доказательства (пункты 3, 4 и 5 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству.

В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника.

В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Кроме того, судом критически оценены противоречивые доводы самого ФИО7, поскольку он сам, с одной стороны,  указывает на то, что находился длительное время в близких дружественных отношениях с должником и одновременно с этим, с другой стороны, указывает, что не мог знать, что в отношении должника  будет возбуждена процедура банкротства.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к правомерному и обоснованному им выводу о том, что ФИО9 не представил надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование заявленного требования, а также не обосновал разумную деловую цель (наличие, наличие общих экономических интересов) предоставления значительной суммы денежных средств должника, в том числе наличными денежными средствами.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел правомерному и обоснованному им выводу об отсутствии оснований для включения требований кредитора в реестр требований кредиторов должника.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка.

Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационной жалобы аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что выводы судов об отсутствии в материалах доказательств наличия у ФИО7 имущественного положения, достаточного для выдачи займов в столь крупном размере, доводами кассационной жалобы не оспариваются.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 16.10.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.12.2020 по делу № А40-275951/19 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяН.Н. Тарасов

Судьи:Е.Н. Короткова

В.Л. Перунова