Д Е В Я Т Ы Й   А Р Б И Т Р А Ж Н Ы Й   А П Е Л Л Я Ц И О Н Н Ы Й   С У Д

127994, г. Москва, ГСП -4,  проезд Соломенной сторожки, д. 12

адрес электронной почты: info@mail.9aac.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 09АП-13097/2024

город Москва

21 июня 2024 года

Дело № А40-241013/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 июня 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 21 июня 2024 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

судьи О.Н. Лаптевой (единолично),

рассмотрев апелляционную жалобу 

ООО «Эйфорд»

на решение Арбитражного суда города Москвы от 12 февраля 2024 года

по делу № А40-241013/2023, принятое судьей А.С. Чадовым,

в порядке упрощенного производства,

по иску ООО «Эйфорд» (ОГРН 

<

***>)

к ООО «Профигуд» (ОГРН 

<

***>)

о защите исключительных прав на товарный знак,

 

при участии в судебном заседании:

от истца: не явился, извещен;

от ответчика: ФИО1 по доверенности от 06.12.2023. 

 

У С Т А Н О В И Л:

ООО «Эйфорд» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковыми требованиями к ООО «Профигуд» (далее – ответчик) прекращении незаконного использования товарного знака и взыскании компенсации в размере 800.000 руб.

Настоящее дело было рассмотрено судом первой инстанции в порядке упрощенного производства по правилам, установленным главой 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 12 февраля 2024 года в удовлетворении исковых требований отказано.

При этом суд исходил из того, что истцом не представлено достаточных и допустимых доказательств незаконного использования ответчиком спорных товарных знаков, в том числе, поскольку ответчик обладает исключительным правом на товарный знак «Карандаш, который растет» по патенту № 874963 с более ранней датой приоритета - 31.03.2021 г.

Не согласившись с принятым решением, истец обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции, принять по делу новый судебный акт, удовлетворить исковые требования в полном объеме.

В обоснование жалобы заявитель ссылается на нарушение или неправильное применение норм материального и процессуального права, на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Указывает, что истцом надлежащим образом подтвержден факт нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарный знак по международной регистрации № 652014. Также, истец указывает, что товарный знак ответчика, по свидетельству № 874963 «карандаш, который растет» зарегистрирован только в 20 классе МКТУ. В данный класс не входят ни карандаши, ни семена растений, ни карандаши, ни какие-либо канцелярские товары. В перечне имеются лишь: семена льняные кормовые; семена льняные пищевые, необработанные, при этом, ответчик использует свой товарный знак не для продажи семян льна, а для рекламы и продажи однородных товаров с товарами истца – карандашей с семенами. Таким образом, истец указывает, что суд необоснованно не признал наличие сходства до степени смешения товарного знака истца и обозначений, использованных ответчиком.

Ответчик представил отзыв на апелляционную жалобу.

Девятый арбитражный апелляционный суд, определением от 25 марта 2024 года, в порядке статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, назначил дело к судебному разбирательству с вызовом сторон.

Истцом, в порядке статьи 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представлены письменные пояснения.

В судебном заседании апелляционного суда представитель ответчика против доводов жалобы возражал.

Истец, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы (в том числе с учетом того, что жалоба подана с соблюдением установленного срока на апелляционное обжалование, стороны были извещены о начавшемся судебном процессе, апелляционным судом исполнена обязанность по размещению информации о времени и месте рассмотрения дела в Картотеке арбитражных дел в сети Интернет по веб-адресу: http://kad.arbitr.ru,), явку представителя в судебное заседание не обеспечил, дело рассмотрено в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  в отсутствие указанного лица.

Девятый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев дело в порядке статей 266, 268, 270, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, оценив объяснения лиц, участвующих в деле, считает, что решение суда подлежит изменению, исходя из следующего.

Как видно из материалов дела, истец является правообладателем товарного знака по международной регистрации № 652014 (зарегистрирован в классах МКТУ 16 и 31), товарного знака «карандаш, который растет» по международной регистрации № 949052 (зарегистрирован в классах МКТУ 16 и 35).

В обоснование иска, истец указывает, что ООО «Эйфорд» стало известно, что ответчик использует сходное с указанным товарным знаком до степени смешения обозначение путем размещения информации на следующих интернет-сайтах и их отдельных страницах:

-https://www.ozon.ru/

-https://www.wildberries.ru/ 

-https://ecopodarki.com/ 

-https://vk.com/ 

-https://www.instagram.com/ 

-http://web.archive.org/

Указанные обстоятельства подтверждаются заключением от 09.12.2022 г. № 05/1-12-22 по исследованию цифровой информации, выполненного АНО ЭПЦ «Судебный эксперт».

Истец не давал ответчику своего согласия на использование вышеуказанного средства индивидуализации.

Таким образом, в обоснование иска, истец указывает, что ответчик допустил неправомерное использование следующих информации и ключевых фраз, которые вводят покупателя в заблуждение относительно однородных товаров правообладателя (карандаш с семенами) товарного знака «растущий карандаш» и «карандаш, который растет»: «карандаш, который растет», «карандаши, которые растут», «возрастающий карандаш», «растущие карандаши», «Карандаши/открытки, которые растут», «растущего карандаша».

Размер компенсации рассчитан истцом на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации и определен в размере 800.000 руб.

Истцом, 30.12.2022 г., в адрес ответчика была направлена претензия с требованием прекратить незаконное использование товарного знака, которая оставлена ответчиком без удовлетворения.

17.02.2023 г., ответчик направил в адрес истца ответ на претензию, в котором выразил несогласие с предъявленными требованиями, указав, что ответчик реализует товары на маркетплейсах, используя принадлежащее ему на законных основаниях средство индивидуализации – товарный знак «Карандаш, который растет» (свидетельство о регистрации товарного знака № 874963 от 31.03.2021 г.).

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в Арбитражный суд города Москвы с иском по настоящему делу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Статьей 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним; о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в том числе в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права доказыванию подлежат: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем незаконного использования. При определении размера компенсации подлежат учету вышеназванные критерии.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела и от их установления зависит правильное разрешение спора, при этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции исходил из того, что истцом доказан факт обладания исключительными правами на товарные знаки по международной регистрации № 652014 (зарегистрирован в классах МКТУ 16 и 31), товарного знака «карандаш, который растет» по международной регистрации № 949052 (зарегистрирован в классах МКТУ 16 и 35). При этом, суд первой инстанции исходил из того, что истцом не представлено достаточных и допустимых доказательств незаконного использования ответчиком спорных товарных знаков, в том числе, поскольку ответчик обладает исключительным правом на товарный знак «Карандаш, который растет» по патенту № 874963 с более ранней датой приоритета - 31.03.2021 г., в связи с чем, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований. 

Апелляционный суд не может согласиться с выводом суда первой инстанции о недоказанности факта нарушения исключительных прав истца, на основании следующего.

В силу пункта 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 г. № 482 (далее - Правила), подлежащих применению к рассматриваемым правоотношениям по аналогии закона (статья 6 Гражданского кодекса Российской Федерации), обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Как следует из пунктов 41 - 44 Правил, сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, которые учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях. Комбинированные обозначения, в том числе представленные в виде трехмерных моделей в электронной форме, сравниваются с комбинированными обозначениями и с теми видами обозначений, которые входят в состав проверяемого комбинированного обозначения как элементы.

Согласно пункту 45 Правил при установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю.

При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства, функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей и другие признаки.

Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа перечисленных признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения (изготовителю).

В пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10) разъяснено, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе:

используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров;

длительность и объем использования товарного знака правообладателем;

степень известности, узнаваемости товарного знака;

степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены);

наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

В пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 г., вывод о сходстве до степени смешения обозначений делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления, которое производят это обозначение и товарный знак в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

Аналогичная правовая позиция выражена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.02.2017 г. № 309-ЭС16-15153.

Оценив сходство обозначения, используемого ответчиками и товарные знаки истца, руководствуясь пунктом 162 Постановления № 10, названными выше Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными Приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 г. № 482, суд апелляционной инстанции установил, что сравниваемые обозначения обладают высокой степенью сходства. Исследовав вопрос об однородности товаров, в отношении которых предоставлена правовая охрана товарным знакам истца, а также товаров/услуг для обозначения которых используется спорное обозначение, суд также пришел к выводу о том, что предлагаемые к реализации товары, содержащие обозначения сходные до степени смешения с товарными знаками истца обладают высокой степенью однородности.

Вопреки выводам суда первой инстанции, истцом представлены в материалы дела надлежащие доказательства, подтверждающие факт нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарные знаки по международной регистрации № 652014 (зарегистрирован в классах МКТУ 16 и 31), «карандаш, который растет» по международной регистрации № 949052 (зарегистрирован в классах МКТУ 16 и 35).

В материалы дела истцом представлен кассовый чек от 13.11.2022 г. № 2562 на общую сумму 3.340 руб., подтверждающий факт проведения закупки на www.ozon.ru у ответчика следующих товаров:

1.        Набор из 12 карандашей которые растут, набор в деревянном пенале с линейкой…;

2.        Карандаш простой, растущие карандаши 8 штук, подарок детям на день рождения и классу на 1 сентября…;

3.        Набор карандашей которые растут, карандаш в колбе со школьными наклейками, 5 шт.

В кассовом чеке продавцом указан ответчик.

Признавая недоказанным факт нарушения ответчиком исключительных прав истца, суд указал: «Ответчик обладает исключительным правом на товарный знак «Карандаш, который растет», что подтверждается патентом (так в тексте решения) № 874963 с более ранней датой приоритета - 31.03.2021 г.…».

Между тем, товарный знак ответчика, по свидетельству № 874963 «карандаш, который растет» зарегистрирован в только в 20 классе МКТУ. В данный класс не входят ни карандаши, ни семена растений (цветов, овощей и тп), ни карандаши, ни какие-либо канцелярские товары. В перечне имеются лишь: семена льняные кормовые; семена льняные пищевые, необработанные. При этом, ответчик использует свой товарный знак не для продажи семян льна, а для рекламы и продажи однородных товаров с товарами истца – карандашей с семенами.

Учитывая изложенное, апелляционный суд приходит к выводу о доказанности истцом факта нарушения исключительных прав ответчиком на товарный знак по международной регистрации № 652014 (зарегистрирован в классах МКТУ 16 и 31), товарный знак «карандаш, который растет» по международной регистрации № 949052 (зарегистрирован в классах МКТУ 16 и 35).

В части определения размера компенсации, апелляционным судом установлено следующее.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10), размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Размер компенсации рассчитан истцом на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации и определен в размере 800.000 руб.

Выбор способа защиты принадлежит истцу.

Согласно пункту 59 Постановления № 10, в силу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, правообладатель, в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Одновременное взыскание убытков и компенсации не допускается.

Апелляционный суд, с учетом обстоятельств, связанных с объектом нарушенных прав, характером допущенного нарушения, сроком незаконного использования результатов интеллектуальной деятельности, наличия и степени вины нарушителя, вероятных имущественных потерь правообладателя, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, приходит к выводу о том, что с ответчика следует взыскать компенсацию в размере 200.000 руб.

Суд апелляционной инстанции полагает, что указанный размер компенсации не влечет недобросовестного обогащения истца, а также избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, при этом, безусловно, лишает последнего стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности.

Также истцом заявлено требование о запрете ответчику при продаже однородных товаров карандашей и карандашей с семенами использовать словесное обозначение, сходное до степени смешения с товарными знаками по свидетельствам Роспатента № 652014, № 949052.

Апелляционный суд отмечает следующее.

Как указано выше, согласно пункту 1 статьи 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

В силу положений статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации защита исключительных прав осуществляется, в частности, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих права или создающих угрозу его нарушения.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 57 Постановление № 10, требование о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, может быть удовлетворено только в том случае, если противоправное поведение конкретного лица еще не завершено или имеется угроза нарушения права. Так, не подлежит удовлетворению требование о запрете предложения к продаже или о запрете продажи контрафактного товара, если такой принадлежавший ответчику товар им уже продан.

Требования об общем запрете конкретному лицу на будущее использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации также не подлежат удовлетворению. Такой запрет установлен непосредственно законом (абзац третий пункта 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В суд могут быть заявлены требования, направленные на пресечение конкретного правонарушения (например: об изъятии и уничтожении какой-либо четко и ясно определенной партии товара, о запрете реализации определенной партии товара и прочее).

Установление запрета по ввозу, хранению, перевозке, предложению к продаже и продаже контрафактных товаров, установлены законом и не требуют подтверждения в судебном акте.

Поэтому абстрактные требования об общем запрете конкретному лицу на будущее в любое время использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации в силу закона не подлежат удовлетворению.

Иными словами, данный способ защиты права предусмотрен для длящегося или незавершенного правонарушения.

При этом длящееся правонарушение характеризуется непрерывным осуществлением противоправного деяния, начинается с момента совершения правонарушения и завершается вследствие действия самого нарушителя, направленного к прекращению правонарушения, или иного действия или события, препятствующего совершению правонарушения.

Для вывода о наличии оснований для удовлетворения требований истца о запрете использования произведения судам необходимо было проанализировать характер правонарушения, вменяемого конкретному лицу, на предмет того, носит ли правонарушение систематический или длящийся характер, имеется ли на момент рассмотрения дела угроза нарушения исходя из тех или иных действий ответчика и имеющихся в материалах дела доказательств.

Суд апелляционной инстанции с участием представителя ответчика обозрел интернет-сайты, на которых размещался товар с использованием обозначения, сходного до степени смешения с товарными знаками истца (протокол и аудиозапись судебного заседания Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2024 г.).

О недостоверности представленных документов истцом не заявлено.

Суд апелляционной инстанции откладывал рассмотрение дела с целью проверки указанного довода ответчика.

Истец в судебное заседание не явился, указанные подателем жалобы сведения не опроверг.

Поскольку оспариваемые истцом действия ответчика на момент судебного разбирательства не совершаются, опасность их совершения в будущем не нашла документального подтверждения в материалах дела, что с учетом вышеприведенной правовой позиции высшей судебной инстанции, является самостоятельным основанием для отказа в соответствующей части иска - об обязании ответчика прекратить нарушение исключительного права на товарный знак по свидетельствам Роспатента № 652014, № 949052.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о несоответствии выводов суда обстоятельствам дела, в связи с чем, на основании пункта 3  части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение суда первой инстанции следует изменить, с принятием по делу нового судебного акта о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации в размере 200.000 руб., в удовлетворении остальной части иска следует отказать.

В части распределения судебных расходов, апелляционным судом установлено следующее.

Судебные расходы между сторонами распределяются в соответствии со статей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, главой 25.3 Налогового кодекса Российской Федерации.

Истцом заявлены требования о взыскании с ответчика следующих судебных издержек:

-19.000 руб. – расходы по оплате государственной пошлины по иску

-10.000 руб. – расходы по оплате услуг представителя.

-31.700 руб. – расходы по проведению компьютерно-технического исследования.

Несение данных расходов истцом документально подтверждено представленными в материалы дела доказательствами, в связи с чем, апелляционный суд приходит к выводу о том, что судебные издержки подлежат отнесению на ответчика, пропорционально удовлетворенным требованиям (иск удовлетворен на 25 % от цены иска):

На ответчика относятся судебные издержки в размере 10.425 руб., из них: 2.500 руб. – расходы на оплату услуг представителя, 7.925 руб. - расходы по проведению компьютерно-технического исследования. Кроме того, на ответчика относятся расходы по оплате государственной пошлины по иску и апелляционной жалобе в размере 5.500 руб.

Руководствуясь статьями 176, 266 - 268, пунктом 2 статьи 269, пунктом 3 части 1 статьи 270, статьями 271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 12 февраля 2024 года по делу                        № А40-241013/2023 изменить.

Взыскать с ООО «Профигуд» в пользу ООО «Эйфорд» компенсацию в размере 200.000 руб., судебные издержки в размере 10.425 руб., расходы по оплате государственной пошлины по иску и апелляционной жалобе в размере 5.500 руб. 

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Суд по интеллектуальным правам. 

 

Судья:                                                                                                О.Н. Лаптева