АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8884/22 

Екатеринбург

13 декабря 2022 г.

Дело № А71-2146/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 12 декабря 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 13 декабря 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Столярова А.А.,

судей Краснобаевой И.А., Суспициной Л.А.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Министерства природных ресурсов и охраны окружающей среды Удмуртской Республики (далее – Министерство) на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 14.06.2022 по делу № А71-2146/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.09.2022 по тому же делу. 

Представители лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

До начала судебного заседания Министерством в электронной форме подано ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в отсутствие заявителя, которое судом округа рассмотрено и удовлетворено. 

Министерство обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Экологический сервис» (далее – общество «Экологический сервис») о взыскании 1 719 346 руб. ущерба, образовавшегося в результате гибели и усыхания лесных насаждений в квартале 246 выдел 4 Шарканского лесничества ГКУ УР «Воткинское лесничество», обнаруженных 27.08.2020. 

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 14.06.2022 в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.09.2022 решение суда оставлено без изменения.

Не согласившись с указанными судебными актами, Министерство обратилось в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить и направить дело на новое рассмотрение. По мнению заявителя, факт порчи почв леса и гибели лесных насаждений в результате деятельности ответчика и причинение вреда лесному фонду подтверждается материалами дела, в том числе фототаблицами, справками выезда должностных лиц, осуществляющих лесную охрану, документами общества, экспертным заключением, ведомостью перечета погибших деревьев. Как полагает кассатор, сам по себе факт гибели объектов растительного мира является негативным изменением окружающей среды и свидетельствует о порче почвы, поскольку их гибель или деградация по естественным причинам невозможна. Кроме того, податель жалобы обратил внимание, что уничтожение растительности произошло точечно, только в местах попадания химической жидкости. Материалами дела также подтверждается факт уничтожения природных ресурсов – массовая гибель деревьев в месте сброса химической жидкости ответчиком, а также напочвенного травяного покрова и кустарниковой растительности. Указанные обстоятельства ответчиком не опровергнуты. Полагает доказанным факт причинения ответчиков вреда лесам сбросом пластовых вод. Факты сброса были установлены не менее 4-х раз за период 2020-2021 годов, в результате таких сбросов арбитражным судом и судом общей юрисдикции были приняты решения № А71-6281/2021, А71-6282/2021, 12-5/2021, 12-2/2021, 12-60/2022, 12-95/2021. Кроме того, как указало Министерство, материалами дела установлено, что общество установило выходную трубу из обваловки амбара для сбора и утилизации растворов буровой жидкости за пределы своей производственной площадки в сторону леса. При этом промышленный участок для сбора и утилизации растворов буровой жидкости, принадлежащий ответчику, непосредственно прилегает к загрязненному лесному участку. Как видно из фототаблиц № 5, 6 от 27.08.20200 и фототаблицы № 1 от 07.09.2020, труба, уходящая в обваловку и далее за пределы амбара, располагалась в амбаре для утилизации отходов бурения с остатками мутной белой жидкости в ней. Указал, что ответчиком в нарушение требований законодательства об охране окружающей среды осуществлялось откачивание жидкости из амбара для сбора и утилизации растворов буровой жидкости за пределами производственной территории ответчика на территории земель лесного фонда, что само по себе уже является недопустимым и незаконным. Наличие вреда подтверждается фиксацией гибели объектов растительного мира. Причинно-следственная связь между деятельностью ответчика и последствиями в виде негативного изменения состояния окружающей среды заключается в визуальной фиксации должностными лицами следов сброса химических веществ с территории промышленного участка ответчика в лесной фонд, повлекшая в местах сброса гибель напочвенного травяного покрова, кустарников и лесных насаждений. Истец считает, что обстоятельства, установленные в решении Верховного Суда Удмуртской Республики по административному делу № 7-334/2021, не имеют преюдициального значения для настоящего дела. Гибель деревьев предметом рассмотрения в административном деле не была, вина в этом ответчику не вменялась. Материалами дела подтверждается факт уничтожения природных ресурсов – массовая гибель деревьев в месте сбора химической жидкости обществом «Экологический сервис» в количестве 31 ели, 4 сосны, а также травянистой и кустарниковой растительности. Указанный факт представляет собой деградацию и разрушение естественных экологических систем в квартале 246, выдел 4 Шарканского лесничества. Полагает, что признание судами экспертного заключения и актов отбора проб недопустимыми доказательствами по делу не является основанием для отказа в иске с учетом иных доказательств, подтверждающих вредное воздействие деятельности ответчика на окружающую среду. Однако в нарушение статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судами не исследовались вопросы по факту сброса ответчиком из трубы химической жидкости в лес, порчи почвы и гибели деревьев.

В отзыве на кассационную жалобу общество «Экологический сервис» просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, считая их законными и обоснованными, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 27.08.2020 во время патрулирования лесов в квартале 246 выдел 4 Шарканского лесничества ГКУ УР «Воткинское лесничество» обнаружены погибшие и усыхающие лесные насаждения. В ходе осмотра данного лесного участка было установлено, что причиной усыхания деревьев могло послужить воздействие деятельности объекта сбора, обработки, утилизации нефтесодержащих и буровых отходов на площадке микробиологической ремедиации Шаркан общества с ограниченной ответственностью «Экологический сервис» (ответчик), расположенного в 10 метрах от лесного участка. От указанного объекта в сторону лесного фонда имеются признаки усыхания травянистой растительности в виде полосы шириной 3-5 метров, а также имеется труба в обваловке амбара, от которой идет след усыхания. 

Министерством 01.09.2020 вынесено определение о назначении экспертизы. 

Специалистами АУ «Управление Минприроды УР» 07.09.2020 произведен отбор проб (акт от 07.09.2020 № 955). 

Согласно результатам количественного химического анализа проб почв (протоколы количественного химического анализа проб почвы №№ 2562 П(х) – 2565 П(х)) выявлено загрязнение почвы лесного фонда в квартале 246, выдел 4 Шарканского лесничества ГКУ УР «Воткинское лесничество». 

По результатам проведенного анализа выявлено превышение загрязняющих веществ в сравнении с фоновыми показателями по следующим загрязняющим веществам: железо (III) оксид – в точке № 2 в 1,3 раза; калий в водной вытяжке – в точке № 2 в 1,63 раза; натрий в водной вытяжке в точке № 2 в 8,3 раза, в точке № 3 в 1,58 раз; нефтепродукты – в точке № 4 в 1,54 раза; хлорид-ион в водной вытяжке – в точке № 2 в 2650 раз, в точке № 3 в 1091 раз. Площадь загрязнения составила 486 кв.м. 

Постановлением Минприроды УР от 18.02.2021 № 297 по делу об административном правонарушении общество «Экологический сервис» признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 8.31 КоАП РФ, обществу назначено наказание в виде административного штрафа в размере 250 000 руб. 

Решением Воткинского районного суда Удмуртской Республики от 31.05.2021 по делу № 12-77/2021 постановление от 18.02.2021 № 297 по делу об административном правонарушении по части 3 статьи 8.31 КоАП РФ в отношении общества «Экологический сервис» отменено, дело возвращено на новое рассмотрение. 

Решением Верховного суда Удмуртской Республики от 28.07.2021 по делу № 7-334/2021 решение Воткинского районного суда Удмуртской Республики от 31.05.2021 по делу № 12-77/2021 отменено, производство по делу прекращено в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых вынесено постановление от 18.02.2021 № 297 и решение от 31.05.2021. 

Полагая, что непривлечение общества «Экологический сервис» к административной ответственности не освобождает последнего от обязанности возместить причиненный вред, руководствуясь Постановлением Правительства РФ от 29.12.2018 № 1730 «Об утверждении особенностей возмещения вреда, причиненного лесам и находящимся в них природным объектам вследствие нарушения лесного законодательства», Министерство произвело расчет размера вреда, причиненного почвам, сумма которого составила 1 338 513 руб., а также размер ущерба за повреждение лесных насаждений до степени прекращения роста на защитных лесах на сумму 380 833 руб. 

Ссылаясь на указанные обстоятельства, а также на то, что претензии Министерства о добровольном возмещении вреда от 18.02.2021 № 297, от 13.05.2021 № 297-1/3 были оставлены ответчиком без удовлетворения, истец обратился в арбитражный суд с иском о принудительном взыскании с ответчика 1 719 346 руб. (1 338 513 руб. + 380 833 руб.) ущерба, образовавшегося в результате причинения вреда окружающей среде. 

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суды исходили из недоказанности истцом совокупности оснований для возложения на ответчика обязанности по возмещению вреда, причиненного почвам и лесному фонду.         

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции находит кассационную жалобу обоснованной, а судебные акты подлежащими отмене на основании следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, при обращении с иском о взыскании убытков истец должен доказать факт причинения вреда и его размер, противоправное поведение причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между возникшим вредом и действиями указанного лица и вину причинителя вреда.

Согласно статье 4 Федерального закона от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (далее - Закон № 7-ФЗ) объектом охраны окружающей среды от загрязнения, истощения, деградации, порчи, уничтожения и иного негативного воздействия хозяйственной и иной деятельности являются, в том числе, земли, недра, почвы.

В соответствии со статьей 51 Закона № 7-ФЗ отходы производства и потребления подлежат сбору, использованию, условия и способы которых должны быть безопасными для окружающей среды и регулироваться законодательством.

В порядке пункта 1 статьи 77 Закона № 7-ФЗ юридические и физические лица, причинившие вред окружающей среде в результате ее загрязнения, истощения, порчи, уничтожения, нерационального использования природных ресурсов, деградации и разрушения естественных экологических систем, природных комплексов и природных ландшафтов и иного нарушения законодательства в области охраны окружающей среды, обязаны возместить его в полном объеме в соответствии с законодательством.

Вред окружающей среде, причиненный юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем, возмещается в соответствии с утвержденными в установленном порядке таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, а при их отсутствии исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды (пункт 3 статьи 77 Закона № 7-ФЗ).

В статье 42 Земельного кодекса Российской Федерации установлено, что собственники земельных участков и лица, не являющиеся собственниками земельных участков, обязаны использовать земельные участки в соответствии с их целевым назначением способами, которые не должны наносить вред окружающей среде, в том числе земле как природному объекту, и не допускать загрязнение, истощение, деградацию, порчу, уничтожение земель и почв и иное негативное воздействие на земли и почвы.

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» (далее - Постановление № 49) разъяснено, что нахождение земельного участка в собственности лица, деятельность которого привела к загрязнению или иной порче земельного участка, само по себе не может служить основанием для освобождения этого лица от обязанности привести земельный участок в первоначальное состояние и возместить вред, причиненный окружающей среде (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 77 Закона об охране окружающей среды).

Согласно пункту 6 Постановления № 49 основанием для привлечения лица к имущественной ответственности является причинение им вреда, выражающееся в негативном изменении состояния окружающей среды, в частности ее загрязнении, истощении, порче, уничтожении природных ресурсов, деградации и разрушении естественных экологических систем, гибели или повреждении объектов животного и растительного мира и иных неблагоприятных последствий. 

Как указано в пункте 7 Постановления № 49, по смыслу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 77 Закона об охране окружающей среды лицо, которое обращается с требованием о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, представляет доказательства, подтверждающие наличие вреда, обосновывающие с разумной степенью достоверности его размер и причинно-следственную связь между действиями (бездействием) ответчика и причиненным вредом. В случае превышения юридическими лицами, индивидуальными предпринимателями установленных нормативов допустимого воздействия на окружающую среду предполагается, что в результате их действий причиняется вред (статья 3, пункт 3 статьи 22, пункт 2 статьи 34 Закона об охране окружающей среды). Бремя доказывания обстоятельств, указывающих на возникновение негативных последствий в силу иных факторов и (или) их наступление вне зависимости от допущенного нарушения, возлагается на ответчика. 

Из правовой позиции пункта 8 Постановления № 49 следует, что по общему правилу в соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 77 Закона об охране окружающей среды лицо, причинившее вред окружающей среде, обязано его возместить при наличии вины. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. 

На основании части 1 статьи 78 Закона № 7-ФЗ возмещение вреда, причиненного окружающей среде, возможно как в денежной форме посредством взыскания суммы убытков, так и в виде выполнения мероприятий по восстановлению нарушенного состояния окружающей среды. По общему правилу, выбор способа возмещения причиненного вреда при обращении в суд осуществляет истец. 

По смыслу приведенных выше норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации правовое регулирование отношений, возникающих из причинения вреда окружающей среде, осуществляется на основе гражданско-правового института внедоговорных (деликтных) обязательств. Гражданская ответственность за экологический вред носит имущественный (правовосстановительный) характер и призвана обеспечить в хозяйственном обороте реализацию принципа «загрязнитель платит», создать экономические стимулы к недопущению причинения экологического ущерба при ведении своей деятельности хозяйствующими субъектами.

Сам факт негативного воздействия на земли и почвы, включая загрязнение, истощение, деградацию, порчу, уничтожение земель и почв, предполагает, что в результате таких действий (бездействия) происходит нарушение естественных плодородных и иных свойств почвы, то есть причинение вреда почве как объекту окружающей среды. Соответственно, при рассмотрении требования о возмещении вреда достаточно представления доказательств, которые с разумной степенью достоверности подтверждают негативный характер воздействия на земли и почвы хозяйствующим субъектом при ведении своей деятельности или иными лицами. Неблагоприятные экологические последствия могут проявляться спустя продолжительное время.

Нормы природоохранного законодательства о возмещении вреда окружающей среде применяются с соблюдением правил, установленных общими нормами гражданского законодательства, регулирующими возмещение ущерба, в том числе внедоговорного вреда. Доказывание таких убытков производится в общем порядке, установленном статьями 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Отказывая Министерству в удовлетворении его требований, суды пришли к выводу о недоказанности истцом совокупности оснований для возложения на ответчика обязанности по возмещению вреда, причиненного почвам и лесному фонду. 

При этом суды исходили из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судами, вывод о загрязнении почвы земельного участка и причинение вреда лесному фонду в квартале 246, выдел 4 Шарканского лесничества ГКУ УР «Воткинское лесничество» сделан истцом в связи с выявлением в почве концентрации следующих веществ: железо (III) оксид – в точке № 2 в 1,3 раза; калий в водной вытяжке – в точке № 2 в 1,63 раза; натрий в водной вытяжке в точке № 2 в 8,3 раза, в точке № 3 в 1,58 раз; нефтепродукты – в точке № 4 в 1,54 раза; хлорид-ион в водной вытяжке – в точке № 2 в 2650 раз, в точке № 3 в 1091 раз, что зафиксировано в протоколах результатов количественного химического анализа проб почвы от 24.09.2020 №№ 2562 П(х) – 2565 П(х). 

Вместе с тем, как указано выше, при рассмотрении дела об административном правонарушении решением Верховного суда Удмуртской Республики от 28.07.2021 по делу № 7-334/2021 решение Воткинского районного суда Удмуртской Республики от 31.05.2021 по делу № 12-77/2021 отменено, производство по делу прекращено в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых вынесено постановление от 18.02.2021                     № 297 и решение от 31.05.2021. 

В рамках указанного дела суд пришел к выводу о том, что получение почвенных образцов осуществлялось без соблюдения процедуры, предусмотренной Кодексом РФ об административных правонарушениях, а именно без участия понятых и без производства видеозаписи, поскольку исходя из положений статьи 27.10 КоАП РФ, взятие проб и образцов осуществляется уполномоченными на то должностными лицами в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи. 

При таких обстоятельствах суд признал экспертное заключение, составленное на основании анализа проб почвы по актам от 07.09.2020, недопустимым доказательством, поскольку оно получено с нарушением законодательства. 

Указанное решение признано судами имеющим преюдициальное значение для рассмотрения настоящего дела (часть 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Постановление от 21.12.2011 № 30-П, Определения от 21.11.2013 № 1785-О, от 25.09.2014 № 2200-О, от 29.09.2015 № 2060-О и др.). 

С учетом изложенного суды пришли к выводу о том, что акты отбора проб и экспертное заключение не могут быть признаны надлежащими доказательствами по делу. 

Обращаясь в суд с настоящим иском, Министерство в качестве доказательства причинения ответчиком ущерба сослалось также на письмо заведующего кафедры ботаники, зоологии и биоэкологии ФГБОУ ВО «Удмуртский государственный университет» ФИО1, от 10.03.2021 Б1 №03.21 (ответ на запрос Министерства от 03.03.2021 № 31-2021), согласно которому эксперт подтверждает, что указанная Министерством ситуация потенциально способна принчинить существенный вред окружающей среде на данном участке. 

Проанализировав указанное письмо, суды установили, что к таким выводам эксперт пришел, оценивая представленное Министерством письмо от 03.03.2021 № 31-2021 в качестве приложения заключения Центральной эко-аналитической лаборатории РЦ ГЭКМ по УР АУ «Управление Минприроды УР» от 24.09.2020, которое, в свою очередь составлено на основании анализа проб почвы по актам от 07.09.2020, признанным в рамках дела № 7-334/2021 недопустимым доказательством. 

При таких обстоятельствах указанный документ признан судами недопустимым доказательством по делу (статья 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суды указали, что материалы дела не содержат никаких иных доказательств противоправного поведения ответчика как причинителя вреда и причинно-следственной связи между противоправным поведением и наступившими вредными последствиями. 

При этом суды пришли к выводу о том, что само по себе обнаружение 27.08.2020 погибших и усыхающих лесных насаждений, а также наличие у ответчика выходной трубы, от которой визуально установлены следы стекания жидкости в лес по рельефу местности, не могут являться основанием для взыскания с ответчика суммы ущерба, поскольку не установлено превышение ответчиком установленных предельных нормативов выбросов вредных веществ, наличие аварийного сброса, факта загрязнения почвы, повлекших поражение растительности, то есть отсутствуют доказательства наличия причинно-следственной связи между деятельностью ответчика и наступлением вреда. 

Судами отмечено, что предположения о том, что перелив отходов происходил через вмонтированную в обваловке трубу с задвижкой ни результатами осмотра, ни иными доказательствами не подкреплено. При этом ответчик указанные обстоятельства отрицает. 

Судами указано, что из материалов дела видно, что сама по себе экспертиза лесных насаждений с изъятием соответствующих проб, в результате которой установлены причины усыхания растительности, истцом не проведена. 

Между тем судами не учтены разъяснения, содержащиеся в пункте 2 Постановления № 49, согласно которым непривлечение лица к административной, уголовной или дисциплинарной ответственности не исключает возможности возложения на него обязанности по возмещению вреда окружающей среде. Равным образом привлечение лица к административной, уголовной или дисциплинарной ответственности не является основанием для освобождения лица от обязанности устранить допущенное нарушение и возместить причиненный им вред. 

Вопреки выводам суда о том, что обстоятельства, установленные в решении Верховного Суда Удмуртской Республики по административному делу № 7-334/2021, имеют преюдициальное значения для настоящего дела, заявителем обоснованно отмечено, что гибель деревьев предметом рассмотрения в административном деле не была, вина в этом ответчику не вменялась. 

Признавая письмо заведующего кафедры ботаники, зоологии и биоэкологии ФГБОУ ВО «Удмуртский государственный университет» ФИО1, от 10.03.2021 Б1 № 03.21 (ответ на запрос Министерства от 03.03.2021 № 31-2021) недопустимым доказательством по делу, суды вместе с тем не приняли во внимание, что в доказательство факта порчи почв леса и гибели лесных насаждений в результате деятельности ответчика и причинение вреда лесному фонду истцом в материалы дела были представлены и иные доказательства, в том числе фототаблицы, справки выезда должностных лиц, осуществляющих лесную охрану, ведомость перечета погибших деревьев. 

При этом сам по себе факт гибели объектов растительного мира является негативным изменением окружающей среды и свидетельствует о порче почвы, поскольку их гибель или деградация по естественным причинам невозможна. 

Кроме того, судами не учтено, что уничтожение растительности произошло точечно, только в местах попадания химической жидкости. Материалами дела также подтверждается факт уничтожения природных ресурсов – массовая гибель деревьев в месте сброса химической жидкости ответчиком, а также напочвенного травяного покрова и кустарниковой растительности. Указанные обстоятельства ответчиком не опровергнуты. 

Судами не проверены доводы истца о том, что общество установило выходную трубу из обваловки амбара для сбора и утилизации растворов буровой жидкости за пределы своей производственной площадки в сторону леса. При этом промышленный участок для сбора и утилизации растворов буровой жидкости, принадлежащий ответчику, непосредственно прилегает к загрязненному лесному участку. При этом, как видно из фототаблиц № 5, 6 от 27.08.20200 и фототаблицы № 1 от 07.09.2020, труба, уходящая в обваловку и далее за пределы амбара, располагалась в амбаре для утилизации отходов бурения с остатками мутной белой жидкости в ней. Между тем ответчиком в нарушение требований законодательства об охране окружающей среды осуществлялось откачивание жидкости из амбара для сбора и утилизации растворов буровой жидкости за пределами производственной территории ответчика на территории земель лесного фонда, что само по себе уже является недопустимым и незаконным. 

Судами не учтено, что из материалов дела видно, что труба принадлежит ответчику, что последним и не оспаривается. Наличие вреда подтверждается фиксацией гибели объектов растительного мира. 

При этом материалами дела подтверждается факт уничтожения природных ресурсов – массовая гибель деревьев в месте сбора химической жидкости обществом «Экологический сервис» в количестве 31 ели, 4 сосны, а также травянистой и кустарниковой растительности. Указанный факт представляет собой деградацию и разрушение естественных экологических систем в квартале 246, выдел 4 Шарканского лесничества. Факты сброса были установлены не менее 4-х раз за период 2020-2021 годов, в результате таких сбросов арбитражным судом и судом общей юрисдикции были приняты решения № А71-6281/2021, А71-6282/2021, 12-5/2021, 12-2/2021, 12-60/2022, 12-95/2021 о взыскании в пользу Министерства ущерба, причиненного лесному фонду.

При таких обстоятельствах довод кассатора о том, что причинно-следственная связь между деятельностью ответчика и последствиями в виде негативного изменения состояния окружающей среды заключается в визуальной фиксации должностными лицами следов сброса химических веществ с территории промышленного участка ответчика в лесной фонд, повлекшая в местах сброса гибель напочвенного травяного покрова, кустарников и лесных насаждений, заслуживает внимания и подлежит проверке судами. 

Однако в нарушение статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судами не исследовались вопросы по факту сброса ответчиком из трубы химической жидкости в лес, порчи почвы и гибели деревьев.

Признание же судами экспертного заключения и актов отбора проб недопустимыми доказательствами по делу не является достаточным основанием для отказа в иске с учетом иных доказательств, подтверждающих вредное воздействие деятельности ответчика на окружающую среду. 

С учетом изложенного и принимая во внимание обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, судами не установлены, а для принятия обоснованного и законного решения требуется установить обстоятельства, имеющие значение для дела, при этом исследовать и оценить необходимые доказательства, что невозможно в арбитражном суде кассационной инстанции в силу его полномочий, решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда подлежат отмене в соответствии с частью 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а дело - передаче на новое рассмотрение в суд первой инстанции (пункт 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При новом рассмотрении дела суду следует устранить указанные недостатки, а также с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле, установить значимые для дела обстоятельства, в том числе в случае возникновения вопросов, требующих специальных познаний, рассмотреть необходимость назначения по делу судебной экспертизы по вопросу установления причинно-следственной связи между деятельностью ответчика и причиненным лесному фонду вредом, а также с целью определения размера вреда, исследовать и оценить все представленные в материалы дела доказательства в их взаимосвязи и совокупности, определить обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, и по результатам оценки всех доводов и возражений лиц, участвующих в деле, установления всех юридически значимых обстоятельств разрешить спор по существу с учетом заявленных требований и в соответствии с нормами материального и процессуального права.

Руководствуясь ст. 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 14.06.2022 по делу                      № А71-2146/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.09.2022 по тому же делу отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

ПредседательствующийА.А. Столяров 

СудьиИ.А. Краснобаева 

                                              Л.А. Суспицина