ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-18518/2023

Дело № А41-21962/15

16 ноября 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  13 ноября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  16 ноября 2023 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Муриной В.А.,

судей Досовой М.В., Мизяк В.П.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 24.02.2021;

от ФИО4 – ФИО5 по доверенности от 26.11.2019;

от ФИО6 – ФИО7  по доверенности от  24.04.2023;

от ООО «Оптима Консалт» - ФИО8 по доверенности от 21.04.2023,

от иных участвующих в деле лиц - не явились, извещены,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Оптима Консалт» на определение Арбитражного суда Московской области от 10 августа 2023 года по делу №А41-21962/15, 

УСТАНОВИЛ:

В производстве Арбитражного суда Московской области находится дело № А41- 21962/15 о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Элма-Профи». 

Решением Арбитражного суда Московской области от 30 августа 2017 г. ЗАО «Элма-Профи» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом) в отношении него открыта процедура банкротства – конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО9. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 01 апреля 2019 года ФИО9 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей, конкурсным управляющим должника утвержден член Ассоциации СРО «Эгида» ФИО10. 

Конкурсный управляющий ФИО10 и конкурсный кредитор ООО «Сити Инвест Консалт» (в настоящее время ООО «Оптима Консалт») обратились в Арбитражный суд Московской области с заявлениями о привлечении ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО6, ФИО2, ФИО4 и ФИО17 к субсидиарной ответственности. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 07 июля 2021 г. указанные заявления объединены в одно производство для их совместного дальнейшего рассмотрения. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 09 июня 2021 г. ФИО10 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей, конкурсным управляющим должника утвержден член Ассоциации ВАУ «Достояние» ФИО18. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 22 июля 2021 г., оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 20 января 2022 г. заявления конкурсного управляющего ЗАО «Элма-Профи» и ООО «Оптима Консалт» оставлены без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 12 апреля 2022 г. кассационная жалоба конкурсного управляющего удовлетворена, определение Арбитражного суда Московской области от 22 июля 2021 г. и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 20 января 2022 г. в части отказа в удовлетворении требований о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Элма-Профи» ФИО4, ФИО2, ФИО16, ФИО15 и ФИО6 отменены, обособленный спор в указанной части направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

В постановлении от 12 апреля 2022 г. Арбитражный суд Московского округа указал на необходимость проверки доводов конкурсного управляющего о транзитном перечислении кредитных денежных средств в пользу аффилированных с должником лиц, установить наличие (отсутствие) экономической обоснованности для должника сделок по такому перечислению денежных средств со ссылкой на конкретные исследованные судом материалы обособленного спора, установить, привели ли данные сделки к банкротству должника, насколько они являлись для должника крупными и убыточными в масштабах деятельности должника (оценив при этом показатели бухгалтерского баланса должника на дату их совершения, размер требований, включенных в реестр требований кредиторов должника), установить степень вовлеченность каждого из ответчиков в совершение данных сделок, после чего решить вопрос о наличии (отсутствии) оснований для привлечения данных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника либо о взыскании с них убытков. 

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2022 г. № 305-ЭС16-19456 (10-13) отказано в передаче кассационных жалоб на постановление Арбитражного суда Московского округа от 12 апреля 2022 г. для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. 

В определении № 305-ЭС16-19456 (10-13) судьей Верховного суда Российской Федерации указано, что суд округа не предрешил исход спора, а фактически указал лишь на то, что не в полной мере были установлены все обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, не оценены все доводы заявителей. 

Также в определении отмечено, что суд округа не признавал ошибочными выводы судов о применении однолетнего субъективного срока исковой давности, по этой причине ответчики не лишены возможности заявить о пропуске такого срока при новом рассмотрении дела.

При новом рассмотрении дела определением Арбитражного суда Московской области от 10 августа 2023 года в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Оптима Консалт» обратилось в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела.

В своей жалобе заявитель ссылается на доказанность совокупности обстоятельств, позволяющих привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности по долгам ЗАО «Элма-Профи».

В судебном заседании представитель ООО «Оптима Консалт» поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

Представители ФИО2, ФИО4 и ФИО6 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, просили обжалуемое определение оставить без изменения.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте "Электронное правосудие" www.kad.arbitr.ru.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителей участвующих в деле лиц, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Федеральным законом от 29 июля 2017 г. № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) ст. 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве». 

Согласно п. 3 ст. 4 Закон № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01 июля 2017 г., производится по правилам Закона о банкротстве в редакции настоящего Федерального закона. 

В то же время, основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01 июля 2017 г., в силу общего правила действия закона во времени (п. 1 ст. 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы. 

Аналогичные разъяснения даны в п. 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27 апреля 2010 г. № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28 апреля 2009 г. № 73- ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28 апреля 2009 г. № 73-ФЗ (в частности, ст. 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28 апреля 2009 г. № 73-ФЗ. 

Таким образом, применение той или иной редакции ст. 10 Закона о банкротстве (в настоящее время ст. 61.11 и ст. 61.12 Закона о банкротстве) в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. А нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности. 

Законодательство о несостоятельности в редакции как Федеральных законов от 28 апреля 2009 г. № 73-ФЗ и от 28 июня 2013 г. № 134-ФЗ, так и Федерального закона от 29 июля 2017 г. № 266-ФЗ предусматривало возможность привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности за доведение должника до банкротства (создание ситуации невозможности погашения требований кредиторов).

Несмотря на последовательное внесение законодателем изменений в положения, регулирующие рассматриваемые отношения, правовая природа данного вида ответственности сохранилась (определение Верховного Суда Российской Федерации от 31 августа 2020 г. № 305-ЭС19-24480). 

Положения п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28 июня 2013 г. № 134-ФЗ) содержали нормы права, аналогичные положениям п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ). 

При привлечении к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда. 

            Вынося оспариваемое определение об отказе в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из следующего.

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановления Пленума № 53) разъяснено, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта, его самостоятельную ответственность, наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица. 

В исключительных случаях участник (учредитель) и иные контролирующие лица могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, если их действия (бездействие) носили недобросовестный или неразумный характер по отношению к кредиторам юридического лица и повлекли невозможность исполнения обязательств перед ними. 

По смыслу разъяснений, содержащихся в п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июля 2013 г. № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», основаниями для взыскания убытков с лиц, входящих в органы управления юридического лица, также являются недобросовестные и (или) неразумные действия ответчиков, повлекшие для организации убытки. 

Таким образом, для привлечения как к субсидиарной ответственности, так и для привлечения к ответственности в виде взыскания убытков, необходимо установить, что применительно к вменяемым действиям, являющихся основанием для привлечения к ответственности, поведение ответчиков носило недобросовестный и (или) неразумный характер, последствием которых явилось или наступление объективного банкротства или причинения должнику убытков. 

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО6 являлся руководителем должника с 02 октября 2001 г. по 05 октября 2014 г., ФИО4, ФИО2, ФИО16 и ФИО15 являлись членами совета директоров должника. 

Должником с АО «Сити Инвест Банк» 29 апреля 2014 г. был заключен кредитный договор № 

<

***>. 

Конкурсный управляющий, как и ООО «Оптима Консалт» указывают, что ЗАО «Элма-Профи» и ОАО АКБ «ИнтрастБанк» образуют одну группу связанных лиц, с общими хозяйственными интересами, поэтому кредит, полученный должником в ОАО АКБ «ИнтрастБанк», независимо от его условий, был более выгоден должнику, чем кредит в ином банке, так как в случае неисполнения обязательств перед аффилированной (контролирующей) компанией, в данном случае перед ОАО АКБ «ИнтрастБанк», для должника не наступают негативные последствия в виде банкротства и утраты имущества, так как даже в случае продажи (или передачи) имущества для погашения долга перед аффилированной компанией в конечном счете общее финансовое положение группы не изменяется, так как происходит перераспределение активов внутри группы. 

Следовательно, по мнению заявителей, целью получения кредита в АО «Сити Инвест Банк» для ЗАО «ЭлмаПрофи» являлось не перекредитование и улучшение своего положения, а пополнение активов связанной группы лиц, во главе которой стояло ОАО АКБ «ИнтрастБанк». 

Фактически заявители указывают на то, что кредит, ранее выданный ОАО АКБ «ИнтрастБанк» должнику, кредитом не является, а является внутрикорпоративным (внутригрупповым) перераспределением денежных средств, формой внутрикорпоративного финансирования, так как денежные средства принадлежат одной группе лиц. По этой причине, не исполнение обязательств перед ОАО АКБ «ИнтрастБанк» не влекло бы банкротство должника.

Конкурсный управляющий указывает, что если бы перекредитование не произошло бы, то ситуация для должника бы не ухудшилась, так как должник был бы должен связанной с ним компании, а в случае не исполнения требований перед ОАО АКБ «ИнтрастБанк», указанное кредитное учреждение могло бы стать конкурсным кредитором и осуществлять контролируемое банкротство. 

Как установлено судом, ОАО АКБ «ИнтрастБанк» и ЗАО «Элма-Профи» действительно являются аффилированными лицами ввиду вхождения в органы управления должника лица, контролирующего кредитное учреждение (ФИО4). Данное обстоятельство не отрицается и иными ответчиками, которые пояснили, что вхождение в коллегиальные органы управления должником не является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности. 

В гражданском законодательстве понятием аффилированности охватываются отношения связанности лиц между собой, влияющие на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность (ст. 53.2 ГК РФ). Наличие аффилированности само собой не является противоправным. 

При этом заявители указывают не просто на наличие взаимосвязи между должником и ОАО АКБ «ИнтрастБанк», а считают, что эти лица составляют одну группу, с общими денежными средствами. 

Суд первой инстанции обоснованно счел, что для того, чтобы установить именно такой характер взаимоотношений между лицами, о котором заявляется, в том числе подтвердить нерыночный характер кредита, полученного должником в ОАО АКБ «ИнстарстБанк», недостаточно одного факта аффилированности. 

Данные обстоятельства, в частности, могут подтверждаться, фактами свободного перемещения денежных средств внутри данной группы (не только в рамках кредитных обязательств, но и по иным хозяйственным операциям), обстоятельствами нерыночных условий кредитования (например, более льготных условий кредитования должника от кредитования иных заемщиков ОАО АКБ «ИнтрастБанк»), нарушения должником условий погашения кредита перед ОАО АКБ «ИнтрастБанк» и не принятия кредитным учреждением разумных мер по востребованию кредита, выплата должником дивидендов в адрес ФИО4 и т.д.  Также материалами дела не подтверждается, что в адрес ОАО АКБ «ИнтрастБанк» должником осуществлялись иные платежи кроме как по погашению задолженности по кредиту. 

Однако, конкурсный управляющий, обладающий всей полнотой информации и документации о должнике, таких доказательств не представил, фактов прямого вывода активов в адрес ОАО АКБ «ИнтрастБанк» не установлено. При этом суд отмечает, что согласно имеющимся в деле судебным актам бывший руководитель должника передал все документы общества.

Сама по себе аффилированность должника и кредитора, а также отнесение кредитора к числу контролирующих должника лиц, не являются основанием для понижения очередности удовлетворения требования (п. 2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29 января 2020 г.). 

Как указано в п. 3 указанного Обзора, при оценке требований контролирующих должника лиц на предмет их очередности по отношению с независимыми кредиторами следует исходить из того, при каких обстоятельствах возникла задолженность. Если требование основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса, то такое требование подлежит понижению в очередности по сравнению с требованиями независимых кредиторов. Соответственно, при отсутствии таких доказательств, требования даже контролирующих должника лиц соответствует очередности иных кредиторов. 

Действующее правовое регулирование с учетом сложившейся судебной практики признает возможность включения требований аффилированных и контролирующих должника лиц в реестр требований кредиторов должника, в том числе основанных на заемных (кредитных) обязательствах, в одной очередности с независимыми кредиторами, если не установлено обстоятельств имущественного кризиса в момент совершения сделок. 

Судебной практикой также выработан подход, согласно которому контролирующее лицо, предоставляя должнику, находящему в условиях имущественного кризиса компенсационное финансирование, берет соответствующий риск непреодоления кризиса на себя и не вправе перекладывать его на других кредиторов, что обеспечивается понижением очередности удовлетворения такого требования (п. п. 3.1 и 3.2 вышеназванного Обзора). 

Таким образом, при определении добросовестности и разумности действий должника и контролирующих его лиц при получении нового кредита с целью погасить уже имевшийся кредит перед аффилированным с должником кредитным учреждением, необходимо установить обстоятельства, при которых осуществлялось такое перекредитование. 

Суд указал на отсутствие в материалах дела доказательств того, что на момент выдачи кредита ОАО АКБ «ИнтрастБанк», или на момент перекредитования должника в АО «Сити Инвест Банк», должник находился в условиях имущественного кризиса. Таких доводов конкурсным управляющим, либо ООО «Оптима Консалт» не заявлялось.

В заявлениях о привлечении к субсидиарной ответственности и последующих пояснениях указано, что состояние неплатежеспособности, когда руководитель должника был обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании банкротом, возникло на дату подачи первого искового заявления ООО «Сити Инвест Банк» к ЗАО «Элма Профи» в Арбитражный суд г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области, которое было подано 13 апреля 2015 г. (дело № А56-24655/15). 

При этом выводы судов первой и апелляционной инстанций о том, что материалами настоящего обособленного спора не подтверждается наличие признаков неплатёжеспособности должника даже на дату подачи первого искового заявления ООО «Сити Инвест Банк» к ЗАО «Элма Профи» в Арбитражный суд г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области в суде кассационной инстанции не оспаривались и судом округа необоснованными не признавались. 

Также суд при повторном рассмотрении обособленного спора принимает во внимание то, что в материалы дела представлен отчет об оценке № 400- 12/2022, составленный ООО ЦПО «Актив» от 16 января 2023 г., согласно которому рыночная стоимость только объектов недвижимости, принадлежащих ООО «ЭлмаПрофи» по состоянию на 29 апреля 2014 г., т. е. на дату заключения кредитного договора с АО «Сити Инвест Банк», составляет с учетом НДС (18 %) 811 022 236 руб.

Также в материалах дела имеется отчет № 52/2013 от 24 июля 2013 г. об оценке рыночной стоимости акций, составляющих 100 % уставного капитала ЗАО «ЭлмаПрофи». Данный отчет был составлен ООО «ФБК» и был адресован ОАО «Газпромбанк». Как пояснили ответчики, данный отчет составлялся при обращении в ОАО «Газпромбанк» за выдачей кредита для целей более выгодного перекредетования. Согласно указанному отчету стоимость зданий, сооружений, земельного участка, а также движимого имущества, составляет на 24 июля 2013 г. 1 063 774 935 руб. 

Согласно данных бухгалтерской отчетности на начало 2014 г., т. е. ближайшую отчетную дату перед заключением кредитного договора с АО «Сити Инвест Банк», общий размер кредиторской задолженности ЗАО «Элма Профи» составлял 663 164 тыс. руб. (сумма долгосрочных и краткосрочных обязательств). В размер 663 164 тыс. руб. входила задолженность перед ОАО АКБ «ИнтрастБанк» в размере 201 532 428,03 руб., которая впоследствии была погашена после получения кредита в АО «Сити Инвест Банк» (выписки по счету т. 7 с. 78-82). 

Суд первой инстанции отметил, что общий размер полученного от АО «Сити Инвест Банк» кредита в рублевом эквиваленте составлял 214 320 000 руб. (6 000 000 долларов США по официальному курсу ЦБ РФ на 29 апреля 2014 г.), что практически соответствует общему размеру задолженности ЗАО «Элма Профи» перед ОАО АКБ «ИнтрастБанк». То есть на момент заключения кредитного договора с АО «Сити Инвест Банк» общий размер обязательств должника практически не изменился. 

Соответственно, на момент заключения кредитного договора с АО «Сити Инвест Банк» стоимость только недвижимого имущества должника превышала совокупный размер его обязательств более чем на 150 миллионов рублей. При этом свои кредитные обязательства должник исполнял надлежащим образом, сначала перед ОАО АКБ «ИнтрастБанк», а потом и перед АО «Сити Инвест Банк» вплоть до декабря 2014 г. 

Также согласно данных бухгалтерской отчетности должника, выручка ЗАО «Элма Профи» за 2013 г. увеличилась с 82 до 132 млн. руб. (на 60 %), а прибыль – с 16 до 43 млн. руб. (в 2,6 раза), что также является признаком хорошего финансового положения должника и подтверждает возможность ежемесячных выплат по кредиту за счет оперативной хозяйственной деятельности. 

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что на момент заключения кредитного договора с АО «Сити Инвест Банк» у должника отсутствовал как признак объективного банкротства, так и признак неплатежеспособности, то есть должник не находился в состоянии имущественного кризиса. 

Сам факт выдачи должнику кредита АО «Сити Инвест Банк», которому должна предшествовать проверка заемщика (должника), в том числе на предмет удовлетворительности финансового положения, подтверждает вышеуказанные доводы.

Также суд первой инстанции пришел к выводу, что с учетом стоимости имущества должника, соотношения стоимости имущества к размеру обязательств (в том числе с учетом нового кредита) и размера выручки и прибыли должника, заключение кредитного договора с АО «Сити Инвест Банк» и направление полученных от АО «Сити Инвест Банк» денежных средств на погашение ранее полученного кредита в ОАО АКБ «ИнтрастБанк» не могло рассматриваться ответчиками как обстоятельство, которое при той степени осмотрительности и заботы, которая требовалась от них, могла явиться причиной объективного банкротства ЗАО «Элма Профи», или как действие, совершаемое против интересов кредиторов. 

Исходя из обстоятельств дела и представленных доказательств, суд первой инстанции обоснованно счел, что банкротство должника явилось следствием одновременно нескольких факторов: резкого увеличения стоимости валюты кредита, которому одновременно сопутствовало значительное падение выручки должника по его основной деятельности. Эти факторы не находятся в причинно-следственной связи с деятельностью ответчиков, а являются проявлением кризисных явлений в экономике Российской Федерации.

Данный вывод, в частности, подтверждается заключением специалиста № 03/220321-Ре от 16 апреля 2021 г., представленным в материалы дела (т. 7 с. 1-49), которое заявителями не оспорено и не признано недостоверным. В заключении специалист пришел к выводу, что основной причиной ухудшения финансового состояния ЗАО «Элма-Профи» явилось изменение курса иностранной валюты (доллара США), в связи с чем кредитное обязательство, выраженное в иностранной валюте, стало «непосильно» для ЗАО «Элма-Профи». Погашение задолженности по кредиту из прибыли по оперативной деятельности стало невозможным. (Раздел 6. Итоговый вывод.). 

При этом АО «Сити Инвест Банк» отказалось от проведения реструктуризации кредита и самостоятельно избрало способом защиты своего права обращение в арбитражный суд. 

При таких обстоятельствах, с учетом правовых позиций, сформулированных в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, у суда отсутствуют основания для оценки возврата кредита в ОАО АКБ «ИнтрастБанк» (после получения кредита в АО «Сити Инвест Банк») как неправомерно изъятого компенсационного финансирования, совершенного в условиях финансового кризиса должника. 

При отсутствии финансового кризиса и целей причинения вреда, выбор способа финансирования деятельности избирается бенефициарами общества самостоятельно. 

Как указал суд первой инстанции, такой вывод соответствует и разъяснениям, данным в п. 1 постановления Пленума № 53, которыми указано на наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, которому не которые не должны причинять вред независимым участникам оборота. 

Доказательств тому, что условия кредитования в АО «Сити Инвест Банк» были хуже, чем в ОАО АКБ «ИнтрастБанк», и тем самым должнику был причинен вред, не представлено. Апелляционному суду такие доказательства также не представлены.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно не усмотрел  оснований для оценки действий должника и ответчиков как недобросовестных и неразумных и нарушающих права и интересы кредиторов. 

Также суд первой инстанции принял во внимание, что ни конкурсный управляющий, ни кредиторы не обращались в арбитражный суд с заявлениями об оспаривании сделок по погашению задолженности перед ОАО АКБ «ИнтрастБанк». 

В отношении ФИО15, ФИО6 и ФИО2 суд первой инстанции отдельно отметил следующее. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 01 ноября 2019 г. по настоящему делу, вынесенному по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего о взыскании убытков в размере 77 419 353,83 руб., а также постановлениями Десятого арбитражного апелляционного суда от 03 марта 2020 г. и Арбитражного суда Московского округа от 21 июля 2020 г., было установлено, что ни Федеральный закон от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», ни Устав должника, ни Положение о совете директоров ЗАО «Элма-Профи» не предполагают наличие у членов совета директоров, ревизора и главного бухгалтера должника полномочий на определение приоритетных направлений деятельности общества путем указания исполнительному органу на заключение конкретных договоров. Более того реальная (фактическая) возможность давать подобные указания у членов совета директоров отсутствовала. 

В отношении ФИО2 арбитражный суд отмечает, что протоколом заседания совета директоров от 17 марта 2014 г. (участвовали ФИО4, ФИО16, ФИО15, ФИО6) была лишь утверждена повестка собрания акционеров должника от 29 апреля 2014 г. Совет директоров должника не принимал решения о заключении сделки (кредитного договора с АО «Сити Инвест Банк») и не одобрял ее заключение. Данные обстоятельства также подтверждает в своем судебном акте суд кассационной инстанции. 

ФИО2 не участвовал (не присутствовал) на собрании совета директоров 17 марта 2014 г. и никаких решений об одобрении кредитного договора или об установлении повестки не принимал. 

При разрешении вопросов, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания, либо иным образом имеют возможность определять его действия, необходимо учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к ответственности лишь в тех случаях, когда убытки юридического лица вызваны их указаниями или иными действиями. 

При этом необходимым условием отнесения лица к числу контролирующего должника является наличие у него фактической (реальной) возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. При рассмотрении вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности обязательному установлению подлежит степень вовлеченности лица в процесс управления должником, то есть насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности Должника, в том числе о заключении убыточных договоров аренды. 

Ни Федеральный закон от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», ни Устав должника, ни Положение о совете директоров ЗАО «Элма-Профи» не указывают на наличие у ФИО2 и иных членов совета директоров полномочий на определение приоритетных направлений деятельности общества путем указания исполнительному органу на заключение кредитного договора. 

Кроме того, протоколом годового общего собрания акционеров ЗАО «Элма-Профи» № 06/14 от 23 июня 2014 г. ФИО2 был избран в состав Совета директоров общества. В соответствии с разделом 3 Положения о Совете директоров ЗАО «ЭлмаПрофи» члены Совета директоров избираются сроком до следующего годового собрания акционеров общества. В соответствии с п. 1 раздела 3 Положения о Совете директоров Общества в случае, если годовое общее собрание акционеров не было проведено в установленные Федеральным законом от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» сроки, полномочия Совета директоров прекращаются, за исключением полномочий по подготовке, созыву и проведению общего собрания акционеров Общества. Полномочия Совета директоров должника истекли 23 июня 2015 г. 

При оценке довода о нарушении прав кредиторов и должника перекредетованием, с учетом позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в определении от 29 сентября 2022 г., суд первой инстанции исходил из необходимости раздельной оценки данного обстоятельства применительно к ООО «Оптима Консалт» и в отношении иных кредиторов. 

В отношении ООО «Оптима Консалт» суд первой инстанции отметил, что, исходя из имеющихся в материалах дела доказательств, правопредшественник кредитора (АО «Сити Инвест Банк») не только знал о том, что после получения кредита в АО «Сити Инвест Банк» должник направит его на погашение задолженности перед ОАО АКБ «ИнтрастБанк», но и принимал участие в формулировании его отдельных условий (п. 1.6 договора о кредитной линии с лимитом выдачи № 525КЛ/2014 от 29 апреля 2014 г.), из которых усматривается прямая заинтересованность АО «Сити Инвест Банк» в погашении ЗАО «Элма-Профи» задолженности перед ОАО АКБ «Интраст Банк», поскольку оно могло рассчитывать, что в дальнейшем ОАО АКБ «ИнтрастБанк» направит полученные от должника средства на погашение обязательств ОАО АКБ «ИнтрастБанк» перед ООО «Веста». 

При этом ООО «Веста», согласно информации, размещенной на официальном сайте ЦБ РФ, является аффилированным лицом банковской организации (правопредшественника кредитора), и в соответствии с имеющимся в материалах дела протоколом внеочередного общего собрания участников ООО «Сити Инвест Консалт» ООО «Веста» является и являлось участником ООО «Сити Инвест Консалт» с долей в размере 98 % уставного капитала. 

Суд первой инстанции отметил, что конкурсный кредитор при первоначальном рассмотрении дела отказывался в суде первой инстанции, а затем и в суде апелляционной инстанции предоставить кредитное досье по указанному кредитному договору, из которого стало бы понятно, проверялась ли кредитоспособность должника, степень обеспеченности будущего кредита и т.д. 

Более того, при повторном рассмотрении дела (определениями Арбитражного суда Московской области от 12 октября 2022 г. и от 15 марта 2023 г.) у АО «Сити Инвест Банк» и ООО «Веста» были истребованы информация и документы, связанные с договором займа и его исполнением, заключенным между ОАО АКБ «ИнтрастБанк» и ООО «Веста». Ни банк, ни ООО «Веста», являющиеся аффилированными лицами, данную информацию не предоставили. 

Таким образом, кредитор, правопредшественник которого знал о реальных целях получения кредита, участвовал в формулировании условий получения и распоряжения кредитом, а в последующем уклоняющийся от представления истребованных судом документов и информации, которые могут подтвердить данные обстоятельства, не может ссылаться на кредитный договор как сделку, нарушающую его права и интересы как кредитора должника. 

Соответствующий подход отражен и в определении Верховного суда Российской Федерации от 29 сентября 2022 г. по настоящему делу, в котором указано, что такой кредитор не может ссылаться на незаконность подобного поведения контролирующих лиц и противопоставлять им свои требования. 

Непредставление указанных документов также делает невозможным проверить в полном объеме доводы заявителя об отсутствии у сделок экономической целесообразности. 

Суд первой инстанции обоснованно указал, что по сути, доводы заявителей в отношении ФИО4 связаны с его деятельностью как лица, контролирующего ОАО АКБ «ИнтрастБанк», что не входит в предмет рассматриваемого спора. 

При оценке нарушений прав и интересов иных кредиторов ЗАО «Элма Профи» (не связанных с АО «Сити Инвест Банк») от заключения кредитного договора с АО «Сити Инвест Банк», суд таких нарушений не усмотрел, исходя из того, что размер активов должника даже после перекредитования значительно превышал размер кредиторской задолженности. 

Более того, в материалы настоящего обособленного спора не представлен реестр требований кредиторов, документы по текущим обязательствам должника, которые неоднократно запрашивались судом у конкурсного управляющего (определения от 20 августа 2020 г., от 21 октября 2020 г.), что не позволяет суду установить ни основание, ни период возникновения задолженности перед иными кредиторами. 

В материалах дела не имеется доказательств того, что на момент действий, вменяемых ответчикам, имелись иные кредиторы, впоследствии вошедшие в реестр требований и каков размер указанных требований.  Такие доказательства суду апелляционной инстанции также не представлены.

Таким образом, судом первой инстанции не установлено обстоятельств нахождения должника в состоянии имущественного кризиса как в момент заключения кредитного договора с АО «Сити Инвест Банк», так и в момент погашения задолженности по кредиту перед ОАО АКБ «Интраст Банк», что могло влиять на понижение очередности потенциально требования связанного с должником кредитора ОАО АКБ «ИнтрастБанк» или могло быть квалифицировано как недобросовестное изъятие компенсационного финансирования; напротив, судом установлено, что в указанный период стоимость активов должника значительно превышала общий размер его обязательств, т. е. в результате сделки требования кредиторов не остались необеспеченными. Также судом установлено, что кризис неплатежеспособности должника связан с общеэкономическими причинами, происходящими в РФ и существенно повлиявшими на сферу деятельности должника. 

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции не усмотрел правовых оснований для квалификации действий ответчиков как недобросовестных и неразумных, которые нарушают права и интересы кредиторов, без чего невозможно привлечение ответчиков к субсидиарной ответственности или взыскания с них убытков. 

В отношении довода о заключении должником с АО «Сити Инвест Банк» договора поручительства от 22 мая 2014 г. за ОАО АКБ «ИнтрастБанк» (по договору займа от 12 декабря 2012 г.) судом было отмечено, что в материалы дела представлен отчет о стоимости предмета залога, переданного ОАО АКБ «ИнтрастБанк» в обеспечение исполнение обязательств по кредиту перед АО «Сити Инвест Банк». 

Согласно данному отчету рыночная стоимость предмета ипотеки составляла 605 млн. рублей при размере займа в 6 млн. долларов США, что в рублевом эквиваленте на дату заключения договора поручительства составляло примерно 207 млн. рублей, что значительно меньше суммы займа. 

Как пояснили ответчики в судебном заседании, они исходили из того, что такое обеспечение, по сути, не имело для должника рисков, при этом заключение такого договора поручительства являлось одним из негласных условий получения кредита, и денежные средства по кредиту были перечислены только после подписания данного договора (23 мая 2014 г.), что не опровергнуто ни кредитором, ни конкурсным управляющим, подтверждается банковской выпиской по счету должника. В этой связи арбитражным судом также не усматривается, что указанный довод может быть основанием для привлечения к ответственности. 

Дополнительно рассмотрев заявление о пропуске срока исковой давности, арбитражный суд пришел к выводу об обоснованности данного заявления ответчиков, в силу следующего.

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. 

Согласно п. п. 1, 2 ст. 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. 

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

Согласно ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

Арбитражный суд Московского округа и Верховный Суд Российской Федерации подтвердили правильность применения к настоящему обособленному спору нормы ст. 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28 июня 2013 г. № 134-ФЗ, которая содержала указание на применение двух сроков исковой давности: однолетнего субъективного (исчисляется с момента, когда лицо, имеющее право обратиться с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, узнало или должно было узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для привлечения указанных лиц к такой ответственности), а также трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом. 

Как указано в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 12 апреля 2022 г., право на подачу заявления возникло у конкурсного управляющего не ранее открытия конкурсного производства, а, соответственно, и момент начала течения срока исковой давности не может иметь место ранее указанной даты. Также суд округа указал, что при определении момента начала течения срока исковой давности по заявлению конкурсного управляющего следует исходить из того, что, по общему правилу, такой срок начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, а именно: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами.

Конкурсный управляющий с учетом позиции округа не представил каких-либо дополнительных пояснений относительно того, когда конкурсному управляющему стало известно обо всех обстоятельствах, которые ему были необходимы для подачи заявления, в том числе не указал, что данные обстоятельства стали известны заявителю после открытия конкурсного производства. 

Также конкурсный управляющий ФИО18 не указывал, что ранее утвержденные конкурсные управляющие не обладали такой информацией или умышленно действовали недобросовестно. 

Суд первой инстанции отметил, что данная информация не является скрытой и труднодоступной. При этом какой-либо иной даты получения данных сведений, необходимых для подачи заявления, конкурсный управляющий не указал. Поэтому арбитражный суд пришел к правильному выводу, что обо всех обстоятельствах, которые являются основанием для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, связанному с получением кредита в АО «Сити Инвест Банк» и дальнейшему перечислению денежных средств, конкурсный управляющий знал на момент открытия конкурсного производства. 

Поэтому суд не усмотрел оснований для иного момента начала течения субъективного срока исковой давности, чем дата признания должника банкротом, т. е. дата, когда у конкурсного управляющего возникло право на подачу соответствующего заявления. ЗАО «Элма-Профи» признано несостоятельным (банкротом) 11 мая 2017 г., заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано 30 апреля 2020 г., т. е. с пропуском годичного субъективного срока исковой давности. 

Также суд указал, что в материалы дела представлены акты приема-передачи документов от бывшего руководителя должника конкурсному управляющему, последний из которых датирован 19 декабря 2017 г. 

Даже если исходить из указанных дат передачи документов и их фактического получения конкурсным управляющим, в любом случае годичный субъективный срок исковой давности истекает не позднее 19 декабря 2018 г., т. е. является пропущенным с учетом подачи заявления в апреле 2020 г. 

Также и ООО «Оптима Консалт», как правопредшественник АО «Сити Инвест Банк» также должно было узнать о праве на подачу соответствующего заявления с даты признания должника банкротом. 

Применительно к доводу о заключении договора поручительства от 22 мая 2014 г. арбитражный суд отметил, что указанный довод при первом рассмотрении дела не заявлялся, про заключение договора поручительства впервые было заявлено в суде апелляционной инстанции в 2021 г. 

Таким образом, суд первой инстанции указал, что данный довод был заявлен даже с пропуском трехлетнего объективного срока исковой давности. 

В своих возражениях на пропуск срока исковой давности заявители фактически ссылаются только на то обстоятельство, что ими не пропущен трехлетний объективный срок исковой давности. Между тем, трехлетний объективный срок исковой давности подлежит применению при установлении обстоятельств, свидетельствующих о наличии препятствий (объективной невозможности) для обращения с заявлением в течение годичного субъективного срока исковой давности (постановления Арбитражного суда Московского округа от 23 марта 2022 г. по делу № А41-7680/17, от 01 февраля 2023 г. по делу № А41-7680/17). 

Сведений о наличии каких-либо обстоятельств, препятствовавших в пределах годичного срока подать соответствующее заявление о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в материалы обособленного спора не представлено. 

Таким образом, срок исковой давности пропущен, что является самостоятельным и достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований. 

При таких обстоятельствах, исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, выслушав доводы лиц, участвующих в деле и учитывая вышеизложенное, суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции апелляционная коллегия не усматривает.

Установив конкретные обстоятельства дела, оценив представленные в материалы дела доказательства и применив нормы Закона о банкротстве в их истолковании высшей судебной инстанцией, суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявлений, в том числе, ввиду пропуска заявителями срока исковой давности, с которым судебная коллегия суда апелляционной инстанции соглашается.

Доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства, в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Каких-либо новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, в апелляционной жалобе не приведено.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого определения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции считает, что оснований для отмены судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 10 августа 2023 года по делу № А41-21962/15 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

В.А. Мурина

Судьи:

 

М.В. Досова

В.П. Мизяк