ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

24.08.2022 года                                                                         дело № А08-5339/2021

г. Воронеж                                                                                                         

Резолютивная часть постановления объявлена 18.08.2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 24.08.2022 года.

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи                                                            Пороника А.А.

судей                                                                                              Капишниковой Т.И.

                                                                                                                ФИО1

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2,

при участии:

от общества с ограниченной ответственностью «Трансстроймеханизация»: ФИО3, представитель по доверенности № 665-С/21 от 27.12.2021, паспорт гражданина РФ;

от общества с ограниченной ответственностью «Зенит»: ФИО4, представитель по доверенности № 22 от 22.06.2022, паспорт гражданина РФ;

от ФИО5, акционерного общества «АльфаСтрахование»: не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Трансстроймеханизация» 

на решение Арбитражного суда Белгородской области от 04.03.2022 по делу № А08-5339/2021 

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Трансстроймеханизация» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

к обществу с ограниченной ответственностью «Зенит» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

о взыскании ущерба в размере 2 114 880 руб., 

третьи лица: ФИО5, АО «АльфаСтрахование»,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Трансстроймеханизация» (далее – ООО «ТСМ», истец) обратилось в Арбитражный суд Белгородской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Зенит» (далее – ООО «Зенит», ответчик) о взыскании ущерба в размере 2 114 880 руб., расходов на оплату государственной пошлины в размере 33 574 руб.  

Определениями от 05.08.2021, от 09.09.2021 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены водитель ФИО5 (далее – ФИО5) и акционерное общество «АльфаСтрахование» (далее – АО «АльфаСтрахование»).

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 04.03.2022 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым решением, ООО «ТСМ» обратилось в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просило решение арбитражного суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.    

В обоснование жалобы ООО «ТСМ» отразило, что суд пришел к неверному выводу об отсутствии в действиях водителя ФИО5 виновности и противоправности. В действиях ФИО5 сотрудниками ГИБДД не установлены нарушения ПДД, но это не исключает грубое нарушение СНиП 12-03-2001 «Безопасность труда в строительстве». Вывод суда о том, что работы на участке дороги, где произошло ДТП, не проводились и не планировались, не соответствует обстоятельствам дела. Судом не в полном объеме выяснены обстоятельства дела в части приобретения прибора и срока его полезного использования. Вывод суда о недоказанности размера убытков является неверным. Ряду доказательств судом не была дана оценка.

18.04.2022 посредством почтовой связи от ООО «Зенит» поступил отзыв на апелляционную жалобу с приложениями, в котором ответчик просил обжалуемое решение оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

В отзыве ООО «Зенит» указало, что истец не доказал в действиях водителя ФИО5 состава правонарушения, так как наезд на тахеометр, установленный и брошенный без присмотра на проезжей части дороги ООО «ТСМ» в нарушение ряда инструкций по технике безопасности, не является виновным для водителя и не может рассматриваться как совершение водителем незаконных действий. Истец не доказал также размер причиненных ему убытков. Кроме того, истец не учел, что гражданская ответственность ответчика как владельца транспортного средства на момент ДТП была застрахована.

15.07.2022 посредством сервиса подачи документов «Мой арбитр» от ООО «ТСМ» поступили письменные пояснения с приложениями, согласно которым, в связи с тем, что действия сотрудника ответчика повлекли полную утрату прибора, для восстановления нарушенного права истцу необходимо будет приобрести прибор, аналогичный по своим характеристикам утраченному. При этом ответчиком не доказано, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления повреждений подобного имущества, не требующий затрат на приобретение нового прибора.

20.07.2022 посредством почтовой связи от ООО «Зенит» поступило дополнение к отзыву на апелляционную жалобу с приложениями, в соответствии с которым водитель не мог и не должен был предвидеть, что геодезисты в нарушение всех норм и правил установят на проезжей части и оставят без присмотра и без ограждений геодезической прибор, уйдут с места установки прибора, проявляя крайнюю неосмотрительность, халатность. Именно недобросовестные противоправные действия геодезистов послужили причиной наезда водителя на тахеометр, повлекли причинение материального ущерба.

В судебное заседание явились представители истца и ответчика, третьи лица явку представителей не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. 

На основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие не явившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.

Поступившие документы были приобщены судом к материалам дела.

Исходя из обстоятельств дела, правовой позиции явившихся лиц, суд в порядке ст.ст. 163, 184 – 188, 266 АПК РФ объявил технический перерыв в судебном заседании до 16 час. 30 мин. 18.08.2022.  

Информация о перерыве в судебном заседании размещена на официальном сайте Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда (http://19aas.arbitr.ru/) и в картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru).

После перерыва в 17 час. 18 мин. в продолженное судебное заседание явились те же лица.

Представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы, считал обжалуемое решение незаконным и необоснованным, принятым с нарушением норм материального и процессуального права, просил его отменить, принять по делу новый судебный акт. 

Представитель ответчика с доводами апелляционной жалобы не согласился по основаниям, указанным в отзыве, считал обжалуемое решение законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Выслушав представителей истца и ответчика, изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, дополнений к нему и письменных пояснений, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены судебного акта. При этом суд апелляционной инстанции исходит из следующего. 

Как следует из материалов дела, 01.07.2020 между ООО «ТСМ» (заказчик) и ООО «Зенит» (исполнитель) был заключен договор возмездного оказания услуг дорожно-строительной техники и автотранспорта № ДСТ/АТ-5 (т. 1 л.д. 26 – 36), по условиям п. 1.1 которого исполнитель по заявке заказчика оказывает заказчику услуги по предоставлению дорожно-строительной техники и автотранспорта с экипажем на объект заказчика «Автомобильная дорога М-4 Дон Москва – Воронеж – Ростов-на-Дону – Краснодар – Новороссийск на участке км 354+500 – км 401+000, Липецкая область» во исполнение условий договора № ДЭиБДД-2019-906 от 09.07.2019.

Согласно п. 6.4 договора в случае причинения материального ущерба заказчику в результате оказания услуг техникой исполнитель возмещает материальный ущерб в полном объеме в течение 30 дней со дня выставления счета. Сумму причиненного материального ущерба определяет независимая экспертиза. Расходы по оплате экспертизы возлагаются на исполнителя.

В период оказания услуг, выполняя завоз асфальта гранулята для укрепления обочины на участке «Дон» ПК 423+50-428+50, управляя автомобилем КАМАЗ, принадлежащим ООО «Зенит», совершая движение до места выгрузки задним ходом, водитель ФИО5 наехал на стоявший на дороге прибор Leica ICR52 № 243754 – роботизированный тахеометр, принадлежащий ООО «ТСМ», причинив указанному прибору механические повреждения. 

11.10.2020 ООО «ТСМ» был составлен акт осмотра геодезического прибора (т. 1 л.д. 12), согласно которому прибор получил следующие дефекты: множественные трещины корпуса прибора, повреждение антенны радио-ручки CCD6 s.№ 3145255, повреждение трегера прибора, повреждения оптики и внутренних микросхем. 

В соответствии с заключением общества с ограниченной ответственностью «Стронис» (далее – ООО «Стронис») прибор имеет сильные повреждения и восстановлению не подлежит (т. 1 л.д. 11).

Из правовой позиции ООО «ТСМ» следует, что прибор был приобретен истцом по договору № 72 от 01.04.2013 у ООО «Стронис», его стоимость составляет 1 287 500 руб., в том числе НДС (т. 1 л.д. 37 – 39). В свою очередь, на момент обращения с иском стоимость нового прибора составляет 2 114 880 руб., в том числе НДС 352 480 руб. Данное обстоятельство подтверждено счетом № 520/30 от 17.12.2020, выставленным ООО «Стронис» (т. 1 л.д. 40).

Полагая, что имуществу заказчика был причинен ущерб, ООО «ТСМ» обратилось с претензией от 21.12.2020 № ТСМ-И/4075/ДПУ4-20 о возмещении вреда, причиненного работником ООО «Зенит», в размере 2 114 880 руб., в связи с утратой тахеометра Leica ICR52 № 243754 (т. 1 л.д. 43 – 46).

Поскольку претензионные требования оставлены ООО «Зенит» без удовлетворения, ООО «ТСМ» обратилось в арбитражный суд с настоящим иском. 

Принимая обжалуемый судебный акт, арбитражный суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.  

В силу пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в частности, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 307 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

Согласно статье 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В соответствии с п. 1 ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Как следует из п. 1 ст. 779 ГК РФ, по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг (п. 1 ст. 781 ГК РФ).

Факт того, что транспортное средство, принадлежащее ответчику, осуществляло работы в рамках заключенного с истцом договора № ДСТ/АТ-5, участниками спора не опровергается.

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

Исходя из п. 1 ст. 1068 ГК РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В силу п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

В свою очередь, в силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (п. 1 ст. 393 ГК РФ).

Реализация такого способа защиты как возмещение убытков предполагает применение к правонарушителю имущественных санкций, а потому возможна лишь при наличии общих условий гражданско-правовой ответственности. Для взыскания убытков истец должен доказать совокупность обстоятельств: наличие убытков и их размер, вину причинителя вреда, противоправность поведения причинителя вреда и причинно-следственную связь между действием (бездействием) причинителя вреда и возникшими убытками. При этом причинная связь между фактом причинения вреда (убытков) и действием (бездействием) причинителя вреда должна быть прямой (непосредственной). 

Согласно п. 1 ст. 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

Исходя из п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности, например, обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401 ГК РФ).

В соответствии с п. 3 ст. 401 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

Как следует из пунктов 1.2, 8.12 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090, опасность для движения – ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия. Движение транспортного средства задним ходом разрешается при условии, что этот маневр будет безопасен и не создаст помех другим участникам движения. При необходимости водитель должен прибегнуть к помощи других лиц.

Исходя из п. 8.5.9 строительных норм и правил Российской Федерации СНиП 12-03-2001 «Безопасность труда в строительстве. Часть 1. Общие требования», утвержденных постановлением Госстроя РФ от 23.07.2001 № 80, подача автомобиля задним ходом в зоне, где выполняются какие-либо работы, должна производиться водителем только по команде одного из работников, занятых на этих работах.

В соответствии с пунктами 11.2.3, 11.2.4 Инструкции по разбивочным работам при строительстве, реконструкции и капитальном ремонте автомобильных дорог и искусственных сооружений (ВСН 5-81), утвержденной протоколом Минавтодора РСФСР от 08.10.1981 (действовала в спорный период, далее – Инструкция), при выполнении разбивочных работ на дорогах с автомобильным движением места производства работ должны быть ограждены конусами или заборчиками с соответствующей окраской, устанавливаемыми за 15 – 20 метров до места работы, и установкой за 50 метров предупреждающего знака «Место производства работ на проезжей части». Рабочие, выполняющие разбивочные работы в условиях движения автомобилей на дороге, должны быть одеты в специальные, видимые издалека оранжевые куртки.

В руководстве по эксплуатации указанного тахеометра в разделе 6 «Техника безопасности» отражено, что к запрещенным действиям относится неадекватное обеспечение безопасности на месте проведения работ, например, при измерениях на дорогах, поскольку это ведет к травмам и материальному ущербу (т. 2 л.д. 84 – 104).

Из пояснений водителя ФИО5 (т. 1 л.д. 157 – 158) следует, что 11.10.2020 он выполнял завоз асфальта (гранулята) под руководством мастера СМР истца ФИО6, который указал на необходимость выгрузки асфальта, избрав при этом способ подъезда к месту выгрузки – задний ход. Водитель выполнил распоряжение, поскольку ему не было необходимости создавать самому себе трудности, совершая движение задним ходом. При этом, перед началом движения задним ходом, понимая всю ответственность, вышел из автомобиля, посмотрел и убедился, что никаких помех своим движением никому не создавал, так как на дороге не было ни машин, ни людей и никаких препятствий. Мастер ФИО6 также не предупреждал о том, что на проезжей части дороги ведутся какие-либо работы. 

По факту наезда на тахеометр 11.10.2020 на место были вызваны сотрудники ГИБДД для составления протокола. Согласно определению об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении серия 48ВЕ № 039233 от 11.10.2020 в действиях ФИО5 сотрудниками ГИБДД не установлены нарушения ПДД (т. 1 л.д. 19). Каких-либо неисправностей в автомобиле сотрудниками ГИБДД зафиксировано не было, также не было указано о том, что водитель отклонился от маршрута.

Суды полагают, что с учетом обстоятельств спора и представленных материалов (в частности фотографий) ФИО5 подачу автомобиля задним ходом производил по команде мастера ФИО6, при движении задним ходом не создавал помех другим участникам движения, двигался по дороге с двусторонним движением, его никто не объезжал, сзади не было людей, никаких работ на этой дороге не планировалось, а тахеометр был установлен на дороге стихийно и без присмотра, так как не удалось установить тахеометр на обочине, что следует из объяснительной инженера-геодезиста ФИО7 и других геодезистов.

При этом суд принимает во внимание и то обстоятельство, что указанный тахеометр не мог и не должен был находиться на проезжей части в принципе, поскольку точка установки прибора должна была быть на обочине. Об указанном прямо свидетельствует объяснительная работника (геодезиста) истца ФИО7 от 11.10.2020 (т. 1 л.д. 22), согласно которой «установить прибор на обочине не представлялось возможным из-за отсутствия видимости временных пунктов». Между тем, в материалы дела не представлено доказательств и пояснений, указывающих на невозможность установки прибора на обочине как одной стороны дороги (перенос прибора вдоль обочины по вертикали), так и на другой обочине (относительно дорожного полотна). Данные действия, совершенные работниками истца в нарушение положений пунктов 11.2.3, 11.2.4 Инструкции, а также руководства по эксплуатации тахеометра следует квалифицировать как умышленные. 

Суд апелляционной инстанции также считает необходимым принять во внимание следующее. Представитель ООО «ТСМ» в ходе судебного заседания при рассмотрении его жалобы подтвердил то, что измерения данным прибором осуществляли три работника истца, давшие впоследствии объяснения (т. 1 л.д. 22, 24, 25). Принимая во внимание то, что груженное асфальтом транспортное средство КАМАЗ двигалось задним ходом – т.е. очевидно медленно, истец не представил достаточных и достоверных объяснений правомерности отсутствия этих работников (один - «отошел для разбивочных работ», второй - «придавливал стойки», третий – «устанавливал стойку под струну») в непосредственной близости от тахеометра (стоимостью более двух миллионов рублей), к которому приближался автомобиль ответчика. По мнению суда, исполняя надлежащим образом требования руководства по эксплуатации и находясь рядом с тахеометром, установленным на штативе (суммарный вес которых составляет ~ 10 кг.), любой из работников истца не был лишен возможности предотвратить повреждение имущества тем или иным способом.

В силу п. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094).

Как уже указывалось ранее, ФИО5 не предупреждался мастером, что на автомобильной дороге, на проезжей части ведут работу геодезисты, никаких дорожных знаков, указывающих на выполнение работ на проезжей части автомобильной дороги, не было, никаких ограждений места ведения работ геодезистами на проезжей части дороги не установлено, людей, которые бы руководили движением автомобилей, в этом месте не было.

Работники истца, выполняя работы на дороге, не приняли адекватных мер по обеспечению безопасности на месте проведения работ и создали аварийную ситуацию для движущихся транспортных средств.

Водитель ответчика не предвидел, не мог и не должен был предвидеть, что геодезисты в нарушение утвержденных норм и правил установят на проезжей части и оставят без присмотра и без ограждений дорогостоящий прибор и фактически покинут место установки прибора.

Наезд на тахеометр, установленный на проезжей части дороги не по правилам и нормам и оставленный без присмотра, не является для водителя виновным и противоправным. 

Таким образом, умышленными действиями работников истца фактически была создана на дороге аварийная ситуация (установлен без каких-либо ограничений и обозначений на проезжей части дороги тахеометр). Именно между этими действиями работников истца и наступившими последствиями и имеется причинно-следственная связь.

В свою очередь, оценивая заявленный размер убытков, суд области правильно руководствовался следующим.

По смыслу разъяснений, приведенных в Постановлении № 25, при взыскании убытков в порядке ст. 15 ГК РФ истец вправе требовать восстановления положения, которое существовало на момент правонарушения, то есть требовать возмещения реального ущерба возмещения рыночной стоимости утраченного тахеометра на момент ДТП, то есть на 11.10.2020, а не требовать денежные средства на приобретение нового тахеометра, так как такие требования истца направлены на неосновательное обогащение (ст. 1102 ГК РФ) и противоречат закону.

В свою очередь, договором от 01.07.2020, в частности его статьей 6 «Ответственность сторон» регламентирован порядок, способ, сроки возмещения материального ущерба.

В нарушение п. 6.4 договора ООО «ТСМ» не организовало проведение независимой экспертизы для определения суммы причиненного материального ущерба.

Более того, ни в ходе рассмотрения дела в суде области, ни в суде апелляционной инстанции истец, как лицо, которое должно обосновать размер убытков, не заявило ходатайство о назначении экспертизы.

Истцом представлена справка без даты об остаточной стоимости тахеометра на сумму 1 287 500 руб. по данным бухгалтерского учета, определенную расчетным методом по состоянию на 11.10.2020 (т. 2 л.д. 77), и справку от 12.08.2021 о рыночной стоимости на сумму 1 287 500 руб. тахеометра Leica ICR52 инвентарный номер 000013413 (т. 1 л.д. 146), где метод и расчет определения рыночной стоимости не предоставлены.

Между тем, указанные справки не могут быть приняты как допустимые и относимые доказательства рыночной стоимости утраченного тахеометра на момент ДТП, то есть на 11.10.2020.

Фактически указанный тахеометр 2014 г.в. приобретен по цене 1 287 500 руб. в 2015 году (т. 1 л.д. 39) и находился в эксплуатации до 11.10.2020, то есть примерно 5 лет. Максимальный срок полезного использования электронных тахеометров составляет от 5 до 7 лет.

Кроме того, ООО «Зенит» застраховало свою гражданскую ответственность как владелец транспортного средства согласно страховому полису № ААС 5064269034 сроком страхования с 03.04.2020 по 02.04.2021, о чем было известно истцу.

Пунктом 35 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснено, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страхового возмещения недостаточно для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072 и пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

В этой связи, законодательство в сфере обязательного страхования ответственности владельцев транспортных средств фактически устанавливают приоритет предъявления требования к страховщику и субсидиарный характер ответственности причинителя вреда.

При этом сторонами, в том числе третьим лицом АО «АльфаСтрахование» не оспаривается, что истец не обращался в страховую компанию для установления обстоятельств страхового случая и страхового возмещения при наличии страховой ответственности ответчика.

При таких обстоятельствах факты наличия вины ответчика в причинении истцу убытков, причинно-следственной связи между наступившим ущербом и действиями ответчика не могут быть признаны доказанными.

Материалы дела свидетельствуют о недоказанности факта наличия состава правонарушения, влекущего возможность привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных ООО «ТСМ» требований.

Доводы заявителя жалобы не могут быть признаны состоятельными по указанным ранее основаниям, а также в силу следующего.

Согласно ч. 1 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Указанная норма Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации закрепляет общее правило о бремени доказывания. Содержание данного правила определяется действием принципа состязательности в арбитражном процессе.

Последствием неисполнения этой юридической обязанности (непредставление доказательств) может стать принятие судебного акта, который не будет соответствовать интересам стороны, не представившей доказательства в полном объеме.

Ссылка истца на то, что тахеометр не стоял на дороге (проезжей части), опровергается фотоматериалами, имеющимися в деле, а также пояснениями работников ООО «ТСМ» (т. 1 л.д. 14 – 17, 22).

Заявителем жалобы не представлено достаточных и достоверных доказательств, опровергающих выводы суда первой инстанции по существу спора. 

Ссылки заявителя жалобы на договор лизинга № 5010 от 28.12.2015, договор купли-продажи № 5009 от 28.12.2015, акт приема-передачи от 29.01.2016, свидетельство о поверке прибора АПМ № 0327582 от 16.12.2019, снимки экрана, подтверждающие рыночную стоимость прибора, акт о приеме-передаче групп объектов основных средств от 25.01.2019 сами по себе правового значения не имеют, поскольку относятся лишь к одному элементу состава правонарушения (размер убытков) и не опровергают невиновность и непротивоправность в действиях ответчика.

Оценивая вышеуказанные документы, суд апелляционной инстанции также указывает на следующее.

Из документов, представленных истцом, следует, что спорный тахеометр ООО «ТСМ» по договору № 5009 от 28.12.2015 (т. 2 л.д. 13 – 28) продало в ООО «РБ Лизинг», а впоследствии – приобрело по договору финансовой аренды № 5010 от той же даты (т. 2 л.д. 30 – 51). Общая сумма договора лизинга – 120 520 437 руб. 86 коп. (т. 2 л.д. 50). По договору лизинга его срок был установлен в 36 месяцев с даты подписания акта приема-передачи. Из приложений №№ 1 – 3 к договору лизинга следует, что выкупная цена всех предметов лизинга – 30 единиц составляет 3 600 руб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 28 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» под лизинговыми платежами понимается общая сумма платежей по договору лизинга за весь срок действия договора лизинга, в которую входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя. В общую сумму договора лизинга может включаться выкупная цена предмета лизинга, если договором лизинга предусмотрен переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю.

Подпунктом 1 пункта 2 статьи 259.3 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) установлено, что налогоплательщики вправе применять к основной норме амортизации специальный коэффициент, но не выше 3, в отношении амортизируемых основных средств, являющихся предметом договора финансовой аренды (договора лизинга), налогоплательщиков, у которых данные основные средства должны учитываться в соответствии с условиями договора финансовой аренды (договора лизинга).

По смыслу приведенных норм в их совокупности, в том числе пункта 1 статьи 258 НК РФ, экономические преимущества заключения договора финансового лизинга для лизингополучателя состоят в следующем: срок действия договора лизинга приравнивается к сроку полной амортизации приобретаемого на условиях лизинга оборудования и может варьироваться, позволяя лизингополучателю оформить право собственности на предмет лизинга по остаточной, приближенной к нулевой стоимости; лизинговый платеж в полном объеме относится на себестоимость, уменьшая налогооблагаемую базу по налогу на прибыль, а при применении к основной норме амортизации специального коэффициента в отношении амортизируемых основных средств возникает экономия на налоге на имущество.

Данная правовая позиция нашла свое отражение в постановлении Конституционного суда РФ № 20-П от 20.07.2011.

О полной амортизации свидетельствует и выкупная стоимость предметов лизинга, размер которой – 3 600 руб. не сопоставим с их общей стоимостью, определенной на момент заключения договора как 120 520 437 руб. 86 коп.

Убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Доводы заявителя жалобы фактически сводятся к несогласию с оценкой судом первой инстанции обстоятельств спора и не могут быть признаны состоятельными по вышеуказанным основаниям.

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены решения суда не имеется.

Нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ основанием для отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции в любом случае, судом первой инстанции не нарушены.

Расходы за рассмотрение апелляционной жалобы в виде государственной пошлины в сумме 3 000 руб. относятся на заявителя и возврату из федерального бюджета не подлежат.

Руководствуясь п. 1 ст. 269, ст. 271 АПК РФ, 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Белгородской области от 04.03.2022 по делу № А08-5339/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья                                                               А.А. Пороник

Судьи                                                                                               Т.И. Капишникова        

 

          ФИО1