ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-28977/2021

 

Дело № А40-64586/20

г. Москва

09 июля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 07 июля 2021 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 09 июля 2021 года                                                         

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  В.В. Лапшиной, 

судей Р.Г. Нагаева, И.М. Клеандрова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ИП ФИО2 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 13 апреля 2021, вынесенное судьей Кондрат Е.Н., об отказе во включении требования ИП ФИО2 в реестр требований кредиторов ООО «ФРЕШ МАРКЕТ» по делу № А40-64586/20 о признании ООО «ФРЕШ МАРКЕТ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом)

при участии в судебном заседании:

от  ООО «Эстейт Сервис» - ФИО3 дов от 01.09.2020

от ООО «Три Райп» - ФИО4 дов от 26.02.2020

от к/у ООО «ФРЕШ МАРКЕТ» - ФИО5 дов от 26.05.21

Иные лица не явились, извещены. 

 

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 13.08.2020 г. в отношении должника - ООО «ФРЕШ МАРКЕТ» введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО6, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа». Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в Газете «Коммерсантъ» №151(6872) от 22.08.2020, стр. 109.

 21.09.2020г. в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ИП ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в сумме 359 315 402, 10 руб. и 12 352 939, 98 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 13 апреля 2021 года в удовлетворении заявленных требований отказано. 

Не согласившись с вынесенным определением, заявитель обратилась в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой ссылается на неправильное применение судом первой инстанции норм материального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит определение арбитражного суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

От ООО «Три Райп», ООО «Эстейт Сервис», конкурсного управляющего должника поступили письменные отзывы, в котором просят обжалуемый судебный акт оставить без изменения, ссылаясь на его законность и обоснованность, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании представители ООО «Три Райп», ООО «Эстейт Сервис», конкурсного управляющего должника возражали на доводы жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность принятого определения проверены в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, считает, что оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта не имеется в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, требование кредитора основано на задолженности ООО «ФРЕШ МАРКЕТ», возникшей в результате ненадлежащего исполнения обязательств должником как заемщика по договорам целевого займа от 06.09.2017 и от 06.06.2019.

 В подтверждение факта наличия задолженности заявителем были представлены копии договоров целевого займа от 06.09.2017, 06.06.2019; выписки по операциям на счете ИП ФИО2, подтверждающие перечисление им денежных средств по договорам займа; расчеты задолженности по договорам займа.

Заявитель просил включить в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования, вытекающие из Договора целевого займа от 06.09.2017 г., в сумме 359 315 402, 10 руб., которая включает в себя сумму основного долга в размере 300 000 000 рублей; проценты за пользование суммой займа в размере 49 730 941 04 рублей; пени за ненадлежащее исполнение обязательств по оплате процентов за пользование займом - в размере 9 584 461,06 рублей; из Договора целевого займа от 06.06.2019 г., в сумме 12 352 939, 98 руб., которая включает в себя: сумму основного долга в размере 10 000 000 рублей; проценты за пользование суммой займа в размере 1 428 720, 20 рублей; лени за ненадлежащее исполнение обязательств по возврату суммы займа и обязательств по оплате процентов за пользование займом - в размере 924 219, 78 рублей. 

На основании п. 6 ст. 16 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

Согласно разъяснениям п. 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

На основании части 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. 

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. 

Суд первой инстанции установил, что представленные в материалы дела выписки по счетам свидетельствуют о реальности заключенных между ИП ФИО2 (Займодавец) и ООО «Фреш Маркет» (Заемщик) Договоров займа.

Отказывая во включении требований в реестр требований должника, суд первой инстанции, установив, что заявитель ИП ФИО2 является аффилированным лицом по отношению к должнику, пришел к выводу о том, предоставление контролирующим лицом должнику заемных денежных средств имело своей целью пополнение оборотных средств с целью наращивания контролируемой задолженности, в связи с чем переквалифицировал заемные отношения между должником и кредитором в отношения по поводу увеличения уставного капитала, поскольку оформленное договорами займа требование ИП ФИО2 в действительности имеет статус корпоративного и прикрывает увеличение уставного капитала (скрытую капитализацию).

Апеллянт ИП ФИО2 в свою очередь полагает, что поскольку суд первой инстанции пришел к выводу о корпоративном характере отношений между Должником и Кредитором, заявленное требование подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

В соответствии с частью 1 статьи 268 АПК РФ при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело.

Ходатайств о принятии новых доказательств лицами, участвующими в деле, заявлено не было.

Повторно оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в деле доказательства и доводы сторон спора, арбитражный суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены оспариваемого определения в силу следующего. 

Реальность перечисления денежных средств в заявленном размере ИП ФИО2 в пользу должника подтверждается представленными в материалы дела выписками с расчетного счета и участниками обособленного спора не оспаривается. 

Вывод суда первой инстанции о том, что договор заключен между аффилированными лицами подтверждается материалами дела. 

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Фрэш Маркет», участниками должника являются ФИО7 (доля – 24, 5 %), ФИО8 (доля – 51 %), ФИО9 (доля – 24, 5 %). 

В то же время, из указанной выписки из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Фрэш Маркет» следует, что доля ФИО7 была передана в залог ИП ФИО2 (Договор № 1-4-3723 от 06.09.2017г.), доля ФИО9 была передана в залог ИП ФИО2 (Договор № 1-4-3724 от 06.09.2017г.). 

ИП ФИО2 также является супругой ФИО10. 

Согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованным лицом по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В силу части 2 вышеуказанной статьи заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Таким образом, поскольку доли в уставном капитале Должника, принадлежащие ФИО7 и ФИО9, были переданы в залог заявителю ИП ФИО2, а мажоритарный участник ООО «ФРЕШ МАРКЕТ» Грегори Беренштейн является супругом заявителя ИП ФИО11, аффилированность ИП ФИО2 с Должником подтверждается как родством, так и способностью оказывать влияние на деятельность Должника, как правомерно указал суд первой инстанции.

Таким образом, ИП ФИО2 является аффилированным по отношению к ООО «ФРЕШ МАРКЕТ» лицом.

Из текста апелляционной жалобы следует, что заявитель не оспаривает факт аффилированности с Должником, однако указывает на отсутствие у него возможности контролировать деятельность должника.

Указанный довод является несостоятельным. Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 358.15 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено договором залога, доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, до момента прекращения залога права участника общества, осуществляются залогодержателем.

Из материалов дела следует, что займы не были своевременно истребованы кредитором, а также не установлен источник происхождения заемных денежных средств.

Из условий Договоров целевого займа от 06.09.2017 года и от 06.06.2019 года (пункты 1.2, 3.1, 3.2, 3.3, 3.4 и 4.1) следует, что: 

Согласно п. 1.2 договоров предоставляемые займы имеют целевой характер и могут использоваться исключительно для целей пополнения оборотных средств заемщика.

Должник обязан не менее чем за 10 рабочих дней до дня совершения сделки письменно согласовывать с Кредитором планируемые заимствования денежных средств от третьих лиц и продажи, принадлежащих Должнику основных средств, сумма реализации которых превышает 1 000 000 рублей (пункты 3.3 и 3.4 Договоров).

Должник обязан предоставлять Кредитору любые отчетно-финансовые документы, сведения о текущей предпринимательской деятельности Должника, об изменения в учредительных документах Должника и о персональном составе исполнительных органов управления Должника (пункт 3.1 Договоров).

Кроме того, за неисполнение Должником указанных пунктов предусмотрена гражданско-правовая ответственность (неустойка в размере 1 000 000 рублей за каждое нарушение).

Из материалов дела также следует, что должник изначально с момента возникновения заемных отношений с Кредитором в рамках Договора займа от 06.09.2017 года ненадлежащим образом исполнял свои обязанности и допускал как просрочку оплаты процентов, так и уплату их в меньшем размере, чем предусмотрено Договором, однако, заявитель продолжал действовать в ущерб своим экономическим интересам, что повлекло необоснованное увеличение кредиторской задолженности (49 730 941, 04 рублей - задолженность но оплате процентов за пользование суммой займа и 9 584 461, 06 – задолженность но оплате пени за ненадлежащее исполнение обязательств по оплате процентов за пользование займом).

Позднее, заявитель передала в собственность Должнику еще 10 000 000 рублей по Договору целевого займа от 06.06.2019 года. 

Необходимо отметить, что в указанный период Должником уже было допущено ненадлежащее исполнение условий Договора займа от 06.09.2017 года, в связи с чем, указанные действия Кредитора также невозможно оценить, как экономически обоснованные и соответствующие рыночным условиям.

Согласно разъяснениям пункта 3.2 «Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц», (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020), невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пунктом 2 статьи 811, статьи 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

Данные действия следует расценивать как финансирование, осуществляемое путем отказа от принятия мер к истребованию задолженности. Таким образом, совокупность вышеуказанных обстоятельств определено свидетельствует о том, что должник и кредитор являются фактически аффилированными лицами.

В пункте 3.4 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020, указаны обстоятельства, которые подлежат исследованию для установления факта дополнительного финансирования участником своего общества.

В связи с чем при рассмотрении настоящего обособленного спора подлежат установлению обстоятельства выдачи займов с целью компенсации негативных результатов его воздействия на хозяйственную деятельность должника либо сокрытия кризисной ситуации от кредиторов, транзитного характера перечислений с целью создания искусственной задолженности.

В соответствии с позицией Верховного Суда Российской Федерации, сформированной в Определении N 306-ЭС16-20056 от 26.05.2017 при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Таким образом, к требованиям аффилированных лиц подлежит применению повышенный стандарт доказывания.

В соответствии с Определением Верховного Суда Российской Федерации N 305-ЭС18-3009 от 23.07.2018 во избежание необоснованных требований к должнику и нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой, по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора. Исследованию подлежит сама возможность по исполнению сделки. При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, установленным законом формальным требованиям.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 N 305-ЭС16-2411 сформулирован аналогичный правовой подход в отношении мнимой сделки применительно к отношениям, регулируемым Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)». Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований ответчика в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.06.2018 N 305-ЭС16-20992(3) указано, что заключение сделки между заинтересованными лицами не может служить самостоятельным признаком злоупотребления правом в их поведении. Равным образом отсутствуют основания полагать, что данный факт безусловно указывает на необходимость отказа во включении в реестр заявленного требования или понижения очередности при его удовлетворении. Однако, если степень аффилированности между кредитором, заявляющим требование, и должником является существенной, такой кредитор обязан опровергнуть обоснованные доводы заинтересованных лиц о признаках недобросовестности в их действиях по отношению, в первую очередь, к независимым кредиторам должника. Проверка таких требований осуществляется судом более тщательно. В силу положений абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556 (1), к обязательствам, вытекающим из факта участия, относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника). При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.). Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 ГК РФ) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. 

К тому же изъятие вложенного названным участником (акционером) не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами и в силу недобросовестности такого поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны участника (акционера) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 N 305-ЭС17-17208 и 21.02.2018 N 310-ЭС17-17994(1,2), при этом закон не лишает их права на удовлетворение своих требований, однако это право реализуется после расчетов с другими кредиторами за счет оставшегося имущества должника (пункт 1 статьи 148 Закона о банкротстве, пункт 8 статьи 63 ГК РФ).

Таким образом, суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что обязательства ООО «Фрэш Маркет» по договорам займа, заключенным с ИП ФИО2, только формально имеют гражданско-правовую природу. 

Их возникновение и существование было бы невозможно, если бы ИП ФИО2 и супруг ФИО8 не являлись контролирующими лицами по отношению к должнику.

Такое поведение заявителя расценено судом первой инстанции как фактическое осуществление дофинансирования уставного капитала должника для того, чтобы общество продолжало свою деятельность.

На основании чего суд первой инстанции, руководствуясь вышеприведенными нормами права с учетом правовых подходов, сформированных Верховным Судом Российской Федерации, исходя из того, что заявитель являлся аффилированным лицом по отношению к должнику, при этом, доли в уставном капитале Должника, принадлежащие ФИО7 и ФИО9, были переданы в залог заявителю ИП ФИО2, а мажоритарный участник ООО «ФРЕШ МАРКЕТ» Грегори Беренштейн является супругом заявителя ИП ФИО11, заем предоставлялся для пополнения оборотных средств общества, поведение сторон не являлось типичным для стандартных рыночных операций, с учетом конкретных обстоятельств дела переквалифицировал заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ, в связи с чем, пришел к верному выводу, что спорное требование вытекает из факта участия заявителя в деятельности должника и является корпоративным. 

Кроме того, сформировав ранее вышеуказанную практику при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса, высшая судебная инстанция при рассмотрении подобной категории дел в каждом конкретном случае рекомендовала судам исследовать правовую природу отношений между участником (аффилированным лицом) и должником, цели и источники предоставления денежных средств, экономическую целесообразность и необходимость их привлечения путем выдачи займа, дальнейшее движение полученных заемщиком средств и т.п.

Исходя из выработанных высшей судебной инстанцией подходов по рассмотрению данной категории обособленных споров в делах о банкротстве, судам, установившим в данном деле факт передачи денежных средств должнику путем безналичного перечисления, необходимо было проверить источник их предоставления  и последующее расходование (проверив, не было ли безналичное перечисление заемных средств транзитным или они реально расходовались должником).

Из анализа выписки с расчетного счета ИП ФИО2 в АО ЮниКредитБанк за период с 01.01.2017г. по 31.03.2018г. следует, что остаток по счету на начало периода составлял 3263 руб., сумма по дебету счета 91.681.650 руб., сумма по кредиту – 95.983.561, 64 руб. При этом перечислению  в пользу ООО «ФРЕШ МАРКЕТ» заемных денежных средств предшествовало поступление денежных средств на расчетный счет ИП ФИО2 с назначением платежа «перевод денежных средств» (п.31, п.35, п. 47, п.52, п. 61, п. 64, п. 74, п. 75 выписки). 

Аналогичная ситуация следует из выписок по счету в АО ЮниКредитБанк за период с 04.04.2018г. по 07.112019г. (л.д. 35-68, том 1) с той разницей, что источником пополнения счета ИП ФИО2 помимо перевода денежных средств был частичный возврат по договорам займа от ООО «ФРЕШ МАРКЕТ». Указанные денежные средства впоследствии направлялись на выдачу ООО «ФРЕШ МАРКЕТ» следующего займа.

В ситуации, когда не связанный с должником кредитор представил косвенные доказательства, поставившие под сомнение факт существования долга, аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального комплекта документов в подтверждение реальности правоотношений. Он должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения сделки, оснований дальнейшего внутригруппового перераспределения денежных средств, подтвердив, что оно соотносится с реальными хозяйственными отношениями и последующие операции обусловлены разумными экономическими причинами.

Поскольку при рассмотрении обоснованности требования Заявителя иные кредиторы (ООО «ТРИ РАЙП» и ООО «Эстейт Сервис») выразили возражения, связанные с необходимостью применения к требованию аффилированного кредитора ФИО2 повышенного стандарта доказывания, суд первой инстанции обязал Заявителя представить справки 2-НДФЛ и налоговую отчетность за период с 2015 года по настоящее время, что подтверждается определением Арбитражного суда города Москвы от 19.01.2021 года по настоящему делу.

Вместе с тем, ФИО2 не исполнила указанное требование суда и не представила каких-либо доказательств, раскрывающих наличие у нее финансовой возможности предоставить Должнику заемные денежные средства, действительный источник происхождения поступающих на ее расчетный счет денежных средств не раскрыт, в связи с чем, материалами настоящего дела не подтверждается обоснованность заявленного требования с учетом повышенного стандарта доказывания в рамках дела о несостоятельности (банкротстве).

Доказательств, что операция по предоставлению займа должнику не носила транзитный характер, учитывая оборотность заемных денежных средств на счетах кредитора, в материалах дела не имеется.

Таким образом, оснований для включения требований в реестр требований кредиторов должника не имелось.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 13 апреля 2021 по делу № А40-64586/20 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ИП ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                                 В.В. Лапшина 

 

Судьи:                                                                                                                      Р.Г. Нагаев 

 

И.М. Клеандров