ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-12336/2023, 18АП-12377/2023

Дело № А76-48239/2019

21 декабря 2023 года

г. Челябинск

Резолютивная часть постановления объявлена 14 декабря 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 21 декабря 2023 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ковалевой М.В.,

судей Журавлева Ю.А., Калиной И.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы  ФИО2, ФИО3  на определение Арбитражного суда Челябинской области от 03.08.2023 по делу № А76-48239/2019 о привлечении к субсидиарной ответственности.

В судебном заседании приняли участие:

представитель ФИО3, ФИО2 - ФИО4 (паспорт, доверенность от 14.10.2023, 10.08.2023),

конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Уралгазстроймонтаж» ФИО5 (паспорт),

ФИО2 (паспорт),

ФИО6 (паспорт),

представитель общества с ограниченной ответственностью «ГрандКран» - ФИО7 (паспорт, доверенность от 03.04.2023).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 02.12.2019 принято к производству заявление ООО «ГрандКран» о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Уралгазстроймонтаж».

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 08.06.2020 (резолютивная часть от 03.06.2020) заявление ООО «ГрандКран» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Уралгазстроймонтаж» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве – наблюдение; временным управляющим должника утвержден ФИО5, член Ассоциации арбитражных управляющих «Евразия».

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 28.09.2020 (резолютивная часть от 21.09.2020) ООО «Уралгазстроймонтаж» признано банкротом, в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве – конкурсное производство; и.о. конкурсного управляющего должника утвержден ФИО5.

В процессе рассмотрения дела о банкротстве конкурсный управляющий ФИО5 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО6, ФИО2, ФИО3, ФИО8.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 03.08.2023 заявление конкурсного управляющего ООО «Уралгазстроймонтаж» ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц удовлетворено частично. Наличие оснований для привлечения ФИО6, ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника - общества с ограниченной ответственностью «Уралгазстроймонтаж» признано доказанным. ФИО6  привлечен к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о признании ООО »Уралгазстроймонтаж» банкротом. С  ФИО6 в пользу ООО «Уралгазстроймонтаж» в порядке привлечения к субсидиарной ответственности взысканы денежные средства в размере 45 676 583 рублей 35 копеек. ФИО3 привлечена к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о признании ООО »Уралгазстроймонтаж» (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) банкротом. С ФИО3 в пользу ООО «Уралгазстроймонтаж» в порядке привлечения к субсидиарной ответственности взысканы денежные средства в размере 30 036 467 рублей 52 копеек. Субсидиарная ответственность ФИО6 и ФИО3 в части взыскания денежных средств в размере 30 036 467 рублей 52 копеек признана солидарной. Производство по заявлению конкурсного управляющего ООО «Уралгазстроймонтаж» ФИО5 в части привлечения ФИО6, ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пп.1 п.2 ст.61.11, п.2 ст.61.11 Закона о банкротстве, - приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении требования конкурсного управляющего ООО «Уралгазстроймонтаж» ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8, - отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО3, ФИО2 обратились в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с самостоятельными апелляционными жалобами.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ФИО2 указывает, что в спорный период не является контролирующим должника лицом. Фактическим руководителем общества являлся ФИО6 Конкурсным управляющим не доказана причинно-следственная связь между действиями/ бездействиями ФИО2 и доведением должника до банкротства. 

В обоснование доводов апелляционной жалобы ФИО3 указывает, что судом первой инстанции неверно определена дата, по состоянию на которую должник стал отвечать признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, не определены причины несостоятельности должника. Конкурсный управляющий не обосновал, в чем заключается неправомерные действия ФИО2, ФИО3 и какова причинная связь с последствиями, приведшими к банкротству общества. Сделки, приведшие к банкротству общества и ухудшившие финансовое положение должника, не были оспорены учредителями и совершались с фактического их одобрения, а смена состава участников должника была вынужденной формальной мерой. Доказательств того, что ФИО3 и ФИО2 принимали какие-либо решения, одобряли и заключали сделки, которые привели к банкротству должника, а равно причинили убытки обществу, в материалы дела не представлены. 

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2023, 26.09.2023 апелляционные жалобы приняты к производству суда. Судебное заседание назначено на 26.10.2023.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.10.2023 судебное разбирательство отложено на 14.12.2023 в целях представления лицам, участвующим в деле, дополнительных пояснений и доказательств. 

До начала судебного заседания от ФИО2 поступили письменные пояснения с приложением дополнительных доказательств, которые приобщены к материалам дела в порядке ст. 260, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). В своих пояснениях апеллянт указывает, что 31.12.2017 не является моментом возникновения неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

От конкурсного управляющего поступили письменные пояснения с приложением дополнительных доказательств, которые приобщены к материалам дела в порядке ст. 262, 268 АПК РФ. В своих письменных пояснениях конкурсный управляющий отметил, что полное погашение требований кредиторов на сумму 48 022 305,22 руб. невозможности вследствие не передачи конкурсному управляющему документов в подтверждении актива на сумму 54 552 000 руб. Единственный дебитор, который выявлен конкурсным управляющим – ООО «ФортДиалог» на сумму 1 189 729 руб., информация об иных дебиторах на сумму 12 622 271 руб. и о запасах на сумму 40 739 000 руб. раскрыта перед управляющим не была. Руководители общества утверждая, что должник был экономически стабилен, не указывают на истинные причины банкротства должника, не предоставляют план выхода должника из кризисного состояния, даты наступления признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества. При этом, при ведении надлежащим образом хозяйственной деятельности общества можно было бы избежать банкротство должника.

От ООО «Грандкран» поступил отзыв на апелляционную жалобу с доказательством направления в адрес лиц, участвующих в деле, который приобщен к материалам дела в порядке ст. 262 АПК РФ. В своем отзыве общество сообщило, что должник уклонялся от погашения кредиторской задолженности, наличие договорных отношений между ООО «УГСМ», ООО «Башмедь», ООО «ФордДиалог» и ООО «СУМЗ» не повлияло на погашение требований кредиторов, способствовало образованию новой кредиторской задолженности. 

В судебном заседании заслушаны пояснения лиц, участвующих в деле.

Иные лица, участвующие в деле о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб уведомлены посредством почтового отправления, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ апелляционные жалобы рассмотрены в отсутствие неявившихся участников процесса.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционных жалоб, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) (далее - Закона о банкротстве), дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ), ООО »Уралгазстроймонтаж» (ОГРН 

<

***>) зарегистрировано 20.09.2016, учредителем Общества с момента его регистрации являлись ФИО6 (50% доли) и ФИО2 (50% доли), директором должника с момента создания ООО «Уралгазстроймонтаж» и по дату открытия конкурсного производства являлся ФИО6.

03.05.2018 участник ФИО2 вышел из состава учредителей и передал свою часть доли в уставном капитале общества (50% доли) ФИО3.

Ссылаясь на неисполнение контролировавшими должника лицами обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, совершение ответчиками действий (бездействий), повлекших невозможность погашения требований кредиторов общества, а также неисполнением надлежащим образом обязанности по передаче бывшими руководителями необходимой документации и имущества, заключением сделок должника, причинивших существенный вред имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Федеральным законом от 29 июля 2017 года № 266 «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266) статья 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве». Закон № 266-ФЗ вступил в силу 30.07.2017.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Закона о банкротстве рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ.

Между тем, в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» изложена правовая позиция, в соответствии с которой положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу обновленного закона. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления такого закона в силу, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу обновленного закона, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

При этом, как указано в абзаце третьем названного пункта Информационного письма, предусмотренные обновленным законом процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после вступления его в силу независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Кроме того, исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) основания для привлечения к субсидиарной ответственности определяются на основании закона, действовавшего в момент совершения противоправного действия (бездействия) привлекаемого к ответственности лица. В то время как процессуальные правила применяются судом в той редакции закона, которая действует на момент рассмотрения дела арбитражным судом.

Таким образом, в ситуации, когда контролирующее должника лицо совершило действия (бездействие) до 01.07.2017, а заявление о привлечении этого лица к субсидиарной ответственности подано в суд после указанной даты, подлежат применению процессуальные нормы главы III.2 Закона о банкротстве и материально-правовые правила, закрепленные в статье 10 Закона о банкротстве в редакции, применимой к спорным правоотношениям с учетом разъяснений, данных в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

В рассматриваемом случае заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано конкурсным управляющим должника 14.04.2021, то есть после 01.07.2017, должник признан несостоятельным банкротом 28.09.2020, обстоятельства конкурсный управляющий связывает с причинением имущественного вреда кредиторам, вызванного действиями заинтересованных лиц.

Конкурсный управляющий считает, что имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности ответчиков за неисполнение ими обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании общества несостоятельным банкротом.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 3 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), в абзаце втором пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Лицо, не являющееся руководителем должника, может быть привлечено к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве при наличии совокупности следующих условий: это лицо являлось контролирующим, в том числе исходя из не опровергнутых им презумпций о контроле мажоритарного участника корпорации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), о контроле выгодоприобретателя по незаконной сделке (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве) и т.д.; оно не могло не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими данной обязанности; данное лицо обладало полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, к компетенции которого отнесено принятие корпоративного решения о ликвидации, или обладало полномочиями по самостоятельному принятию соответствующего решения; оно не совершило надлежащим образом действия, направленные на созыв собрания коллегиального органа управления для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве или на принятие такого решения.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предполагается, что участник корпорации, учредитель унитарной организации является контролирующим лицом, если он и аффилированные с ним лица (в частности, статья 53.2 ГК РФ, статья 9 Федерального закона от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции», статья 4 Закона РСФСР от 22 марта 1991 г. № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках») вправе распоряжаться 50 и более процентами голосующих акций (долей, паев) должника, либо имеют в совокупности 50 и более процентов голосов при принятии решений общим собранием, либо если их голосов достаточно для назначения (избрания) руководителя должника. Презюмируется, что лицо, отвечающее одному из указанных критериев, признается контролирующим наряду с аффилированными с ним лицами.

Из приведенных выше норм следует, что возможность привлечения лиц, перечисленных в пункте 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности возникает при наличии одновременно следующих указанных в законе условий: возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств, влекущих обязанность руководителя должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, и установление даты возникновения этого обстоятельства; неподача руководителем должника в арбитражный суд заявления должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение у должника обязательств после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 указанного федерального закона.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

При этом, согласно разъяснениям, изложенным в пункте 9 Постановление № 53, наличие кредиторской задолженности в определенный момент само по себе не свидетельствует о неплатежеспособности последнего, либо о недостаточности у него имущества и не порождает у руководителя обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

При установлении обязанности руководителя по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника и наличии оснований для привлечения бывшего руководителя или участника юридического лица к субсидиарной ответственности в связи с нарушением указанной обязанности необходимо исследовать: финансовые показатели юридического лица (отсутствие доходности, неспособность исполнять свои обязательства перед кредиторами и обязанности по уплате обязательных платежей, анализ наличия денежных средств на счетах должника и ведение им финансовых операций); осуществляемую должником в спорный период хозяйственную деятельность; установить когда возникли признаки неплатежеспособности должника и, в зависимости от этого, когда руководитель должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника.

Само по себе наличие у должника формальных признаков банкротства не является достаточным основанием для вывода о возложении на руководителя должника и его участников ответственности за исполнение обязанности по обращению в суд с заявлением в порядке статьи 9 Закона о банкротстве, показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Согласно правовой позиции Верховного Суда, изложенной в Определении № 309-ЭС17-1801 от 20.07.2017 по делу № А50-5458/15 одного лишь наличия неисполненных денежных обязательств на сумму превышающую 300 000 рублей и сроком более трех месяцев недостаточно для возникновения на стороне должника обязанности по подаче генеральным директором должника заявления о признании общества банкротом, поскольку указанные обстоятельства могут иметь лишь временный характер. Наличие такой задолженности лишь позволяет внешним кредиторам инициировать дело о банкротстве общества-должника.

В соответствии с позицией, изложенной в Постановлении Пленума Верховного суда от 21.12.2017 г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», а именно п. 16 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В обоснование требований управляющий указал на то, что 31.12.2017 должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, а дальнейшая предпринимательская деятельность ухудшала финансовое состояние предприятия, не позволяя рассчитаться с кредиторами. 

Так, на период декабря 2017 года у должника имелась задолженность перед кредиторами на общую сумму 6089864 рубля, а именно перед АО »Саратовский завод энергетического машиностроения» в размере 699148 рублей, возникшая 07.12.2017 (решение Арбитражного суда Саратовской области по делу № А57-23369/2019), перед ООО »ГрандКран» в размере 2910793 рублей, возникшая 11.12.2017 (решение Арбитражного суда Челябинской области по делу № А76-11731/2019), перед ИП ФИО9 в размере 580322 рублей, возникшая 15.12.2017 (решение Арбитражного суда Свердловской области по делу № А60-12521/2018).

Согласно бухгалтерскому балансу ООО «Уралгазстроймонтаж» за 2017 год, активы должника на отчетную дату составляли 3346000 рублей, чистая прибыль составила 31000 рублей. С учетом образовавшейся на декабрь 2017 года задолженности перед кредиторами на сумму 6089864 рубля, превышающей активы должника, и невозможностью ее удовлетворения, суд также приходит к выводу о том, что должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

Дополнительный анализ всех рассмотренных требований кредиторов установил, что обязательства должника перед кредиторами, образовывались следующим образом: 

№ 

Наименование кредитора 

Основной долг 

(неосновательное обогащение) 

Неустойка, проценты, санкции 

Государственная пошлина и суд. расходы 

Сумма (руб.) 

Дата образования 

Сумма (руб.) 

Дата образования 

Сумма 

(руб.) 

Дата образования 

1 

ООО «Стройресурс» 

 

1087488 

31.05.2017 

67922,67 

29.04.2017 

90500 

19.11.2017 

 

285634,06 

31.05.2017 

 

100000 

19.11.2017 

31679 

19.11.2017 

2 

АО «Сарэнергомаш» 

389998,38 

27.12.2017 

292499,76 

27.12.2017 

 

3 

ООО «ИнтерБазис» 

6659662,5 

14.02.2018 

 

4 

ООО «ГРАНДКРАН» 

2282650,00 

25.07.2018 

598292,00 

с 11.12.2017 

29851,00 

03.07.2020 

5 

ООО «ЗАВОД 

«СТРОЙКЕРАМИКА» 

567990,29 

15.09.2018 

19770,73 

15.09.2018 

14755,22 

17.10.2019 

6 

ООО «ПАРТНЁР-СТК» 

16111,40 

22.11.2018 

9004,11 

23.08.2019 

2000,00 

20.06.2019 

7 

ООО «Стальантикор-ЕК» 

457950 

06.12.2018 

246510,25 

06.12.2018 

13359 

04.08.2019 

8 

ООО «Спецлайн» 

2141000 

20.12.2018 

449415 

06.05.2019 

46770 

06.05.2019 

9 

ООО «Спецлайн» 

 

673131 

06.05.2019 

78712 

06.05.2019 

10 

ФИО10 

620000 

04.02.2019 

13263,01 

06.12.2018 

 

11 

ФИО10 

 

284134,39 

04.02.2019 

 

12 

ООО «ТД Электротехмонтаж» 

 

1601,20 

26.03.2019 

 

13 

ИФНС 

98186,21 

1 кв. 2019 

25998,13 

1 кв. 2019 

 

14 

ИФНС 

23905,26 

3 кв. 2019 

 

15 

ИФНС 

22000,00 

3 кв. 2019 

 

16 

ИФНС 

430410,01 

3 кв. 2019 

40704,81 

3 кв. 2019 

 

17 

АО «СУМЗ» 

29550593,77 

16.12.2019 

207912,26 

12.10.2022 

 

18 

ИФНС 

9558,48 

1 кв. 2020 

676,51 

1 кв. 2020 

 

Таким образом, в течение 1 месяца с 31.12.2017 руководитель должника должен был обратиться в суд с заявлением о банкротстве общества.

Являющийся на тот момент директором Общества ФИО6 в суд с заявлением о банкротстве ООО «Уралгазстроймонтаж» не обратился.

Доказательств принятия мер по погашению возникшей перед кредиторами задолженности суду не представлено.  

Также, ответчиком не представлено доказательств тому, что возникновение признаков неплатежеспособности не свидетельствовало об объективном банкротстве, при этом, ответчик приложил необходимые усилия для преодоления финансовых затруднений.

Вместе с тем, применительно к гражданским обязательственным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие; заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее, она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Исходя из этого в статье 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае объем обязательств, возникших после истечения месячного срока с момента, когда добросовестный руководитель должен был обнаружить признаки неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества организации, то есть после 31.01.2018, составляет 45 676 583 рублей 35 копеек (требования ООО «ИнтерБазис», ООО «ГрандКран», ООО «Завод Стройкерамика», ООО «Партнер-СТК», ООО «Стальантикор-ЕК», ООО «Спецлайн», ФИО10, ООО ТД «Электротехмонтаж», АО  «Среднеуральский медеплавильный завод», Федеральной налоговой службы).

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно привлек ФИО6 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника в размере 45 676 583 рублей 35 копеек.

ФИО3 и ФИО2 утверждают, что при наличии действующего контракта с АО «Среднеуральский медеплавильный завод» №07/25-2017 на выполнение строительно-монтажных работ на сумму 101 млн. руб. и сроком выполнения его до 31.10.2018 Должник не мог отвечать признакам банкротства.

 Действительно, 20.10.2017 года между должником (подрядчик) и кредитором (заказчик) заключен договор подряда № 07/25-2017 на выполнение строительно-монтажных работ на объекте «Цех серной кислоты. Отделение очистки промышленных стоков. Приемные баки. Техническое перевооружение». Срок начала выполнения работ 01.11.2017. Срок окончания работ 31.10.2018. 

16.12.2019 ОАО «СУМЗ» в соответствии с условиями договора и п. 3 ст. 715 ГК РФ заявило подрядчику об отказе от договора и потребовало от подрядчика выплатить заказчику сумму задолженности.

 Задолженность ООО «УГСМ» по договору составляет 29 813 396, 85 руб. (разница между суммой оплаты, штрафов, стоимостью материалов и стоимостью выполненных работ), а именно: - общий размер авансовых платежей и оплат за выполненные работы по договору подряда № 07/25-2017 от 20.10.2017 года составляет 77 613 193, 97 руб.; - общий размер прекращения обязательств Кредитора по оплате выполненных работ по договору подряда № 07/25-2017 от 20.10.2017 года путем проведения сторонами зачета встречных требований составляет 213 174, 22 руб. - 207 912,26 руб. (сумма предъявленных штрафов за нарушение требований охраны труда, промышленной и пожарной безопасности, пропускного режима на основании актов, составленных в соответствии с условиями договора подряда); - 192 196,06 руб. с НДС (стоимость давальческих материалов, переданных подрядчику); - общий размер выполненных работ составляет 48 413 079, 66 руб. 

 Согласно представленному расчету ОАО «СУМЗ» к своему требованию, сумма задолженности в размере 29 813 396, 85 руб. – в виде не отработанного аванса, оплаченного на основании выставляемых счетов на предоплату без подписанных актов КС сформировалась по платежным поручениям с 20172018 годов, т.е. в те периоды, когда заключались сделки по выводу актива. 

Заинтересованные лица, не представили доказательств, подтверждающих, что получая авансовые платежи от своего заказчика,  направляли их на оплату оказанных услуг. 

Соответственно утверждения ФИО3 и ФИО2, что при наличии действующего контракта, заключенного с АО «Среднеуральский медеплавильный завод» №07/25-2017, общество было экономически стабильно, не соответствует действительности, поскольку в деле ответчиками не представлено доказательств, подтверждающих выполнение своих обязательств за счет авансовых платежей перед контрагентами. Вместе с тем у должника образовалась задолженность  за 2017 года. Должник не предпринимал мер по погашению своих обязательств, возникших с 2017 года на протяжении двух лет, долг по которым впоследствии был включен в реестр требований кредиторов. 

Должник не имел на праве собственности или на ином вещном праве активы. Получаемые авансы не погашали требования кредиторов. 

Ссылка о том, что за счет контрагентов возможно было погашение требований кредиторов не находит своего документального подтверждения материалами дела. 

Также, пунктом 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрена обязанность лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иных контролирующих должника лиц потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом в случае неисполнения руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом (введена Законом № 266-ФЗ, вступившим в законную силу 30.07.2017).

При этом, в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что при неисполнении руководителем должника, ликвидационной комиссией в установленный срок обязанности по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве решение об обращении в суд с таким заявлением должно быть принято органом управления, к компетенции которого отнесено разрешение вопроса о ликвидации должника (пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве).

По смыслу пункта 3.1 статьи 9, статьи 61.10, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, лицо, не являющееся руководителем должника, ликвидатором, членом ликвидационной комиссии, может быть привлечено к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве при наличии совокупности следующих условий:

это лицо являлось контролирующим, в том числе исходя из не опровергнутых им презумпций о контроле мажоритарного участника корпорации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), о контроле выгодоприобретателя по незаконной сделке (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве) и т.д.;

оно не могло не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими данной обязанности;

данное лицо обладало полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, к компетенции которого отнесено принятие корпоративного решения о ликвидации, или обладало полномочиями по самостоятельному принятию соответствующего решения;

оно не совершило надлежащим образом действия, направленные на созыв собрания коллегиального органа управления для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве или на принятие такого решения.

Соответствующее приведенным условиям контролирующее лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности по обязательствам, возникшим после истечения совокупности предельных сроков, отведенных на созыв, подготовку и проведение заседания коллегиального органа, принятие решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве, разумных сроков на подготовку и подачу соответствующего заявления. При этом, названная совокупность сроков начинает течь через 10 дней со дня, когда привлекаемое лицо узнало или должно было узнать о неисполнении руководителем, ликвидационной комиссией должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве (абзац первый пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве).

Указанное в настоящем пункте лицо несет субсидиарную ответственность солидарно с руководителем должника (членами ликвидационной комиссии) по обязательствам, возникшим после истечения упомянутой совокупности предельных сроков (абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве. 

Согласно общим положениям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве. 

Расходы, необходимые для проведения процедур банкротства, не учитываются при определении размера субсидиарной ответственности руководителя. Вместе с тем, если будет доказано, что при надлежащем исполнении руководителем обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве размер таких расходов был бы меньше, эти расходы в части превышения, вызванного бездействием руководителя, принимаются во внимание при определении размера его субсидиарной ответственности (статья 1064 ГК РФ). 

В реестр требований кредиторов должника и за реестром требований кредиторов должника числится кредиторская задолженность в размере 48 022 305,22 руб. 

Обязательства должника перед кредиторами должника, которые возникли после 31.01.2018 являются субсидиарной ответственностью бывшего руководителя. В сумму субсидиарной ответственности по данному основанию не могут войти требования кредиторов на общую сумму 2 345 721,87 руб. 

Согласно п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством. 

Согласно п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве, заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.  

В период с 03.05.2018 участником  должника совместно с ФИО6 является ФИО3 с размером доли в уставном капитале Общества 50%.

Согласно п.19.3 Устава ООО «Уралгазстроймонтаж», общее собрание участников проводится не ранее 2 месяцев и не позднее 4 месяцев с даты окончания финансового года. Таким образом, добросовестный участник общества должен был узнать о наличии признаков неплатежеспособности должника и о неисполнении руководителем обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве не позднее окончания первого квартала 2019 года, в котором должно проводиться собрание, то есть не позднее 30.04.2019.  

Периода в течение 1 года достаточно для ознакомления нового участника с финансовыми делами общества и проведения анализа его хозяйственной деятельности.  

Судом первой инстанции установлено, что с учетом совокупности сроков, установленных абз.7 п.13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», истечение срока на обращение в суд с заявлением о признании должника банкротом для учредителя ФИО3 приходится на дату не позднее 15.05.2019 (10 дней + 1 месяц с 30.04.2019), что ею сделано не было. 

ФИО2 утратил статус учредителя 03.05.2018 соответственно, на него не может быть возложена субсидиарная ответственность за неподачу заявления о признании должника банкротом, т.к. срок для подачи такого заявления для него не наступил. 

03.05.2018 учредитель ФИО2 уступил свою долю ФИО3, которая обязана была инициировать процедуру банкротства не позднее 15.05.2019, т.е. после очередного общего собрания участников в 2019 году, что ей сделано не было. 

В рассматриваемом случае объем обязательств, возникших после наступления даты, когда учредитель ФИО3 была обязана инициировать процедуру банкротства, то есть после 15.05.2019, составляет 30 036 467 рублей 52 копейки (требования АО  «Среднеуральский медеплавильный завод» и Федеральной налоговой службы).

 Таким образом, суд апелляционной инстанции считает обоснованным выводы суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника в размере 30 036 467 рублей 52 копейки.

Согласно абзацу 2 пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, субсидиарную ответственность в указанном размере ФИО3 и ФИО6 несут солидарно.

Ссылки апеллянтов на фиктивную смену участников должника не соответствует действительности и направлена на избежание ответственности за совершенные действия. 

В обоснование привлечения ответчика ФИО6 к субсидиарной ответственности по п.п.2, п.п.4 п.2 ст.61.11 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий ссылается на то, что руководитель ООО «Уралгазстроймонтаж» ФИО6, не передал конкурсному управляющему в полном объеме документы бухгалтерского учета и отчетности, что не позволило установить активы должника, сформировать и реализовать конкурсную массу.

В соответствии со ст.61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (п.1).

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии, в том числе, одного из следующих обстоятельств:

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (п.п.2 п.2 ст.61.11),

документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены (п.п.4 п.2 ст.61.11).

Подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяется в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (пункт 4).

Положения подпункта 4 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами (пункт 5).

Обязанность руководителя юридического лица по организации бухгалтерского учета, хранению учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности предприятия (организации) установлена статьей 6 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете».

В силу п.24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Исходя из положений указанных норм, в предмет доказывания при привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности по указанным основаниям входят следующие обстоятельства:

- специальный статус контролирующего должника лица,

- факт уклонения руководителя должника от передачи конкурсному управляющему документов, обязанность по ведению и хранению которых установлена законом, либо искажение содержания указанных документов,

- негативные последствия в виде затруднения проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирования и реализации конкурсной массы,

- причинно-следственная связь между фактом уклонения от передачи или искажения документов и наступившими негативными последствиями.

С момента создания ООО «Уралгазстроймонтаж» 09.09.2016 и по дату открытия конкурсного производства руководителем должника являлся ФИО6, он же являлся участником Общества с размером доли в уставном капитале 50%.

Согласно п.2 ст.126 Закона о банкротстве, руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Директор ООО «Уралгазстроймонтаж» ФИО6 бухгалтерскую, иную документацию должника, материальные и иные ценности конкурсному управляющему передал не в полном объеме.

Определением арбитражного суда от 02.11.2020 удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего об обязании ФИО6 передать все имущество и документы должника конкурсному управляющему. До настоящего времени судебный акт не исполнен. Исполнительное производство № 9334/21/74028-ИП от 08.02.2021, возбужденное в Тракторозаводском РОСП г.Челябинска в соответствии с исполнительным листом, выданным на основании определения от 02.11.2020 об истребовании документов, - не окончено.

Так, конкурсному управляющему не переданы документы предприятия до 2019 года (касса Общества с 2017 по 2019 годы, расшифровка расчетов с дебиторами, авансовые отчеты, ОСВ по всем счетам на 2019 год, акты инвентаризации, список основных средств и их продажа).

Иные документы, которые могли бы раскрыть актив должника на сумму 54 552 тыс. руб. переданы не были. 

В частности, к данным документам раскрывающим активы должника относятся (из текста определения от 02.11.2020 и исполнительного листа ФС 033353041): 

- база программы 1С или ее аналога на электронных носителях (жесткие диски; компьютеры и т.п.); 

- расшифровка авансов, выданных поставщикам и подрядчикам, обоснованность авансов; 

- расшифровка финансовых вложений; 

- оборотно-сальдовые ведомости по всем счетам бухгалтерского учета, в т.ч. по 01, 02, 04, 08, 10, 19, 20, 26, 41, 44, 50, 51, 58, 60, 62, 63, 66, 67, 68, 69, 70, 71, 76, 90, 91; 

- список дебиторов с указанием размера дебиторской задолженности по каждому дебитору на текущую дату, а также соответствующие подтверждающие первичные бухгалтерские документы; 

- акты инвентаризации имущества и финансовых обязательств, инвентаризационные ведомости (в том числе акций, облигаций, ценных бумаг) по установленным формам; 

- сведения о материально ответственных лицах и лицах, ответственных за технику безопасности, пожарную безопасность с предоставлением соответствующих приказов; 

- полный перечень имущества должника, в том числе имущественных прав на текущую дату; 

- сведения о наличии обременений имущества должника; 

- сведения о наличии и степени готовности незавершенного производства, о времени и величине средств, необходимых до доведения его до готовой продукции; о размере запаса сырья и материалов, который может быть реализован без ущерба для производственного процесса; 

- сведения о наличии и степени готовности объектов незавершенного строительства, размера средств, необходимого для завершения строительных работ; 

- сведения о лицах, осуществляющих охрану принадлежащего должнику имущества с приложением копий договоров, заключенных с указанными лицами.

В обоснование не передачи указанных документов, ФИО6 ссылался на то, что они находятся в уголовном деле №11902750008000167, которое было возбуждено в отношении ФИО6 за невыплату заработной платы бывшим работникам ООО «УГСМ». 

Стоит отметить, что ФИО6, в подтверждение изъятия перечисленных выше документов следственным комитетом не представил описи и актов по изъятию документов. 

Также, база программы 1С или ее аналог на электронных носителях (жесткие диски; компьютеры и т.п.) в случае изъятия вместе с персональным компьютером в последствии должны были быть возвращены ООО «УГСМ».

07.07.2021 Управляющий ООО «УГСМ» в Следственном отделе по Тракторозаводскому району г. Челябинска получил ранее изъятые документы у директора ООО «УГСМ» ФИО6, среди которых не было документов, раскрывающих активы должника. 

Дело о банкротстве должника возбуждено судом 02.12.2019. Конкурсное производство в отношении должника введено 21.09.2020. 

Согласно бухгалтерскому балансу должника за 2018 год, т.е. на 31.12.2018, должник обладал активами на сумму 54 552 тыс. руб.: 40 739 тыс.руб. запасы; 13 812 тыс.руб. – дебиторская задолженность. Отчетность Должником за 2019 не сдавалась. 

В рамках процедуры конкурсного производства, конкурсному управляющему не были переданы документы о наличии запасов на сумму 40 739 000 руб. (перечень запасов) о наличии дебиторской задолженности на сумму 13 812 руб. (перечень дебиторов), в т.ч. документы, на основании которых можно было бы раскрыть данные суммы и осуществить взыскание, реализацию и т.д. 

В связи с не передачей документов, актив должника на сумму 54 552 тыс. руб. не смог быть включен в конкурсную массу должника и за счет него не возможно было осуществить расчеты с кредиторами должника. 

Соответственно имеются основания полагать, что полное погашение требований кредиторов на сумму 48 022 305,22 руб. невозможно вследствие не передачи конкурсному управляющему документов в подтверждение актива на сумму 54 552 000 руб. и суд в обжалуемом определении сделал правильный вывод, что не передача документов является основанием для привлечения КДЛ к субсидиарной ответственности.

Ответственность, предусмотренная п.1 ст.61.11 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением вреда, причинённого имущественным правам кредиторов необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения возложенных на него обязательств по ведению предпринимательском деятельности, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (п.1 ст.401 Гражданского кодекса РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности (п.2 ст.401, п.2 ст.1064 Гражданского кодекса РФ). Поскольку ответственность руководителя должника (контролирующих должника лиц) является гражданско-правовой, возложение на это лицо обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам ст.15 Гражданского кодекса РФ.

В силу п.10 ст.61.11 Закона о банкротстве, контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Обязанностью заявителя является доказывание наличия неправомерных действий контролирующего лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности на основании п.2 ст.61.11 Закона о банкротстве, и причинная связь с дальнейшими негативными последствиями, приведшими к несостоятельности (банкротству) должника, а лица, привлекаемое к ответственности, - то обстоятельство, что оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника, и отсутствие своей вины.

Доказательств отсутствия своей вины в не передаче документов и имущества ООО «Уралгазстроймонтаж» руководителем ФИО6 не представлено.

На основании п.4 ст.61.16 Закона о банкротстве, в случае непредставления лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности, отзыва, указанного в пункте 2 статьи 61.15 настоящего Федерального закона, по причинам, признанным арбитражным судом неуважительными, или явной неполноты возражений относительно предъявленных к нему требований по доводам, содержащимся в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности, бремя доказывания отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности может быть возложено арбитражным судом на лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности.

Вместе с тем, не исполнение обязанности по передаче документов делает невозможным формирование конкурсной массы. Так, согласно представленному ООО «Уралгазстроймонтаж» в налоговую инспекцию бухгалтерскому отчету за 2018 год, у должника имеются активы на сумму 54 552 000 рублей, а именно: запасы на сумму 40 739 000 рублей, дебиторская задолженность на сумму 13 812 000 рублей. Сведения о запасах, дебиторской задолженности, информация о сделках конкурсному управляющему не переданы.

Невыполнение ответчиками требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника и его активах свидетельствует о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов. 

При таких обстоятельствах причинно-следственную связь между бездействием руководителя должника и возникшими негативными последствиями в виде невозможности формирования конкурсной массы должника и удовлетворения требований кредиторов суд считает установленной.

Таким образом, суд считает обоснованным привлечение ФИО6 к субсидиарной ответственности за не передачу конкурсному управляющему в полном объеме документов бухгалтерского учета и отчетности, документов, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об обществах с ограниченной ответственностью.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что непередача документов повлекла существенное затруднение проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирования и реализации конкурсной массы.

В обоснование привлечения руководителя должника ФИО6, учредителей ФИО2, ФИО3, а также их сына ФИО8 к субсидиарной ответственности по п.п.1 п.2 ст.61.11 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий ссылается на то, что руководитель ООО «Уралгазстроймонтаж» ФИО6, при одобрении учредителей ФИО2 и ФИО3, совершил ряд сделок, направленных на вывод денежных средств должника, что привело к объективному банкротству предприятия и сделало невозможным восстановление его платежеспособности. Одна из сделок на сумму 650000 рублей совершена в интересах аффилированного лица - ФИО8, который явился выгодоприобретателем по сделке, в связи с чем, должен быть признан лицом, контролирующим должника и нести ответственность солидарно.

В пункте 19 Постановления № 53 разъяснено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В соответствии с пунктом 16 названного Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В пункте 17 Постановления Пленума № 53 разъяснено, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Контролирующее лицо, которое несет субсидиарную ответственность на основании подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, и контролирующее лицо, несущее субсидиарную ответственность за доведение до объективного банкротства, отвечают солидарно.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 23 Постановления Пленума № 53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закон об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

В обоснование данного требования конкурсный управляющий указывает на совершение руководителем должника ряда сделок, которые привели к объективному банкротству предприятия и утрате восстановления его платежеспособности.  

Как установлено судом, должником на расчетный счет К(Ф)Х «Овен» по платёжному поручению № 6 от 16.06.2017 перечислены денежные средства в сумме 34320 рублей

Определением суда от 14.12.2021 указанное перечисление признано недействительной сделкой, по причине отсутствия равноценного встречного предоставления, применены последствия недействительности  сделок в виде взыскания с К(Ф)Х «Овен» в конкурсную массу должника 34320 рублей.

Должником на расчетный счет ООО «Торгпром СДВ» по платёжному поручению № 168 от 27.07.2017 перечислены денежные средства в сумме 144000 рублей, по платёжному поручению № 3649 от 16.08.2019 перечислены денежные средства в сумме 1700000 рублей.

Определением суда от 25.10.2021 указанные перечисления признаны недействительными сделками, по причине отсутствия равноценного встречного предоставления, применены последствия недействительности  сделок в виде взыскания с ООО «Торгпром СДВ» в конкурсную массу должника 1844000 рублей.

Должником на расчетный счет ООО «Яромир Авто» по платёжному поручению № 252 от 27.10.2017 перечислены денежные средства в сумме 225000 рублей по обязательствам ФИО11.

Определением суда от 25.06.2021 указанное перечисление признано недействительной сделкой, по причине отсутствия равноценного встречного предоставления, применены последствия недействительности  сделок в виде взыскания с ФИО11 в конкурсную массу должника 225000 рублей.

Должником на расчетный счет ООО «Аргумент» по платёжным поручениям в период с 23.11.2017 по 04.12.2018 перечислены денежные средства в сумме 3506654 рублей 30 копеек.

Определением суда от 24.06.2022 указанные перечисления признаны недействительными сделками, по причине отсутствия равноценного встречного предоставления, применены последствия недействительности  сделок в виде взыскания с ООО «Аргумент» в конкурсную массу должника 3506654 рублей 30 копеек.

Должником на расчетный счет ООО «Ферроснаб» по платёжному поручению № 486 от 26.12.2017 перечислены денежные средства в сумме 500000 рублей, по платёжному поручению № 53 от 16.01.2018 перечислены денежные средства в сумме 55000 рублей.

Определением суда от 14.12.2021 указанные перечисления признаны недействительными сделками, по причине отсутствия равноценного встречного предоставления, применены последствия недействительности  сделок в виде взыскания с ООО «Ферроснаб» в конкурсную массу должника 555000 рублей.

Должником на расчетный счет ООО «Уральский технический центр» по платежному поручению № 81 от 26.01.2018 по обязательствам ФИО8 по договору займа № 2/IV 2017 от 27.12.2017 перечислены денежные средства в сумме 650000 рублей.

Определением суда от 01.03.2023 указанное перечисление признано недействительной сделкой, по причине отсутствия равноценного встречного предоставления, применены последствия недействительности  сделок в виде взыскания с ФИО8 в конкурсную массу должника 650000 рублей.

Должником на расчетный счет ООО «Калибри» по платёжному поручению № 147 от 21.02.2018 перечислены денежные средства в сумме 200000 рублей, по платёжному поручению № 225 от 12.03.2018 перечислены денежные средства в сумме 98850 рублей.

Определением суда от 12.08.2022 указанные перечисления признаны недействительными сделками, по причине отсутствия равноценного встречного предоставления, применены последствия недействительности  сделок в виде взыскания с ООО «Калибри» в конкурсную массу должника 298850 рублей 00 копеек.

Должником на расчетный счет ООО «Спецресурс» по платёжным поручениям в период с 21.02.2018 по 16.08.2019 перечислены денежные средства в сумме 144000 рублей, по платёжному поручению № 3649 от 16.08.2019 перечислены денежные средства в сумме 3107951 рубля 52 копеек.

Определением суда от 18.06.2021 указанные перечисления признаны недействительными сделками, по причине отсутствия равноценного встречного предоставления, применены последствия недействительности  сделок в виде взыскания с ООО «Спецресурс» в конкурсную массу должника 3107951 рубля 52 копеек.

Должником на расчетный счет ООО «Реалком» по платёжным поручениям в период с 27.04.2018 по 07.05.2018 перечислены денежные средства в сумме 499878 рублей.

Определением суда от 24.06.2022 указанные перечисления признаны недействительными сделками, по причине отсутствия равноценного встречного предоставления, применены последствия недействительности  сделок в виде взыскания с ООО «Реалком» в конкурсную массу должника 499878 рублей.

Должником на расчетный счет ООО «Гамма-С» по платёжному поручению № 594 от 19.06.2018 перечислены денежные средства в сумме 699800 рублей.

Определением суда от 09.09.2022 указанное перечисление признано недействительной сделкой, по причине отсутствия равноценного встречного предоставления, применены последствия недействительности  сделок в виде взыскания с ООО «Гамма-С» в конкурсную массу должника 699800 рублей.

Должником на расчетный счет ООО «Бизнеспром» по платёжному поручению № 883 от 13.09.2018 перечислены денежные средства в сумме 192270 рублей, по платёжному поручению № 968 от 24.10.2018 перечислены денежные средства в сумме 40000 рублей.

Определением суда от 08.09.2022 указанные перечисления признаны недействительными сделками, по причине отсутствия равноценного встречного предоставления, применены последствия недействительности  сделок в виде взыскания с ООО «Бизнеспром» в конкурсную массу должника 232270 рублей.

Перечисленные судебные акты вступили в законную силу и, в силу ст.69 АПК РФ, имеют преюдициальное значение для настоящего спора. Со стороны должника оспоренные сделки совершались руководителем должника ФИО6 и причинили существенный вред имущественным правам кредиторов, поскольку повлекли вывод денежных средств на общую сумму 11 653 723,82 рубля, невозможность расчета с кредиторами, и в конечном итоге банкротство должника.

В данном случае, сделки совершены при наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами, доказательств встречного предоставления по сделкам не представлено, значительную часть денежных средств возвратить в конкурсную массу в результате оспаривания сделок не удалось.

В период совершения указанных сделок учредителями ООО «Уралгазстроймонтаж» являлись ФИО6 (50% доли), он же директор должника и ФИО2 (50% доли), он же финансовый директор должника.

С 03.05.2018 учредителями ООО «Уралгазстроймонтаж» являлись ФИО6 (50% доли), он же директор должника и ФИО3 (50% доли), она же начальник по снабжению.

Согласно п.22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно (п.8 ст.61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ). В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

Материалами дела установлено, что контролирующие должника лица – учредители ФИО2 и ФИО3 аффилированны между собой, при этом, занимали управленческие должности и в силу административно-хозяйственных функций должны были знать о финансовом состоянии должника и его значимых хозяйственных операциях.

Сделки, приведшие к банкротству и существенно ухудшившие финансовое положение должника, не были оспорены учредителями и совершались с фактического их одобрения. Кроме того, сделка по выводу денежных средств на сумму 650000 рублей совершена в интересах сына учредителей должника - ФИО8

Как разъяснено в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Поскольку контролирующие должника лица действовали совместно, субсидиарная ответственность за совершение, одобрение указанными лицами сделок должника, причинивших существенный вред имущественным правам кредиторов, должна быть возложена на них солидарно.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что необходимая совокупность доказательств в обоснование совершения ответчиками сделок, направленных на вывод денежных средств должника и причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов, что в результате повлекло банкротство предприятия, в материалы дела представлена, а ответчики (ФИО6, ФИО2 и ФИО3) подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по данному основанию. 

Суд апелляционной инстанции отмечает, что указанные сделки повлекли неблагоприятные последствия для конкурсной массы, способствовали наступлению банкротства. Ссылки апеллянтов на то, что они не мели какого-либо отношения к оспоренным конкурсным управляющим сделкам не соответствует действительности и вышеуказанным обстоятельствам. 

Вместе с тем, суд не усматривает оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО8, являющегося выгодоприобретателем по сделке на сумму 650000 рублей.

Согласно пункту 7 Постановления Пленума ВС РФ № 53 от 21.12.2017, предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Как следует из сформированных Верховным Судом РФ правовых позиций (п.9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», п. 15.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», Определение Верховного Суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 по делу № А53-885/2014, Определение Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А1245751/2015), о наличии фактической аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка, в том числе и заключение договоров поручительства, вызванных наличием общих экономических интересов.

Однако, несмотря на аффилированность ФИО8 по отношению к учредителям должника, суд полагает, что сделка на сумму 650000 рублей, совершенная в пользу ФИО8 не являлась для должника значимой, и сама по себе не могла привести к объективному банкротству предприятия или существенно ухудшить финансовое положение должника, сделав невозможным реальное погашения всех долговых обязательств.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что ФИО8 не являлся лицом, контролирующим должника, а совершенная в его пользу сделка не является для должника существенно убыточной, в связи с чем, в его привлечении к субсидиарной ответственности должно быть отказано.

Согласно п. 7 ст. 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному ст. 61.11 Закона о банкротстве, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Таким образом, производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности подлежит приостановлению до окончания расчетов с кредиторами.

Судом первой инстанции обоснованно приостановлено рассмотрение заявления в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами (пункт 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве), поскольку конкурсным управляющим ведется взыскание дебиторской задолженности, а также торги по реализации имущества должника (дебиторской задолженности). Указанные обстоятельства позволяют прийти к выводу о возможности пополнения конкурсной массы должника в ходе конкурсного производства. На момент рассмотрения настоящего заявления не сформирована конкурсная масса, конкурсным управляющим не произведены расчеты с кредиторами.

Доводы апелляционных жалоб не опровергают выводы суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, что само по себе не является основанием для признания определения необоснованным, в связи с чем, апелляционный суд полагает, что доводы жалобы направлены исключительно на переоценку выводов суда первой инстанции, основанных на надлежащим образом проверенных и оцененных судом обстоятельствах и доказательствах по делу, и не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение и влияли на законность и обоснованность определения первой инстанции.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены определения суда первой инстанции и удовлетворения жалоб не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

При подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 176, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 03.08.2023 по делу № А76-48239/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы  ФИО2, ФИО3  - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции. 

Председательствующий судья       М.В. Ковалева

 

         Судьи    Ю.А. Журавлев

 

                                                                                                   И.В. Калина