﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2978/19 

Екатеринбург

18 июня 2019 г.

Дело № А60-34146/2014

Резолютивная часть постановления объявлена 11 июня 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 18 июня 2019 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Краснобаевой И.А.,

судей Шавейниковой О.Э., Сушковой С.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Крикливцева Андрея Петровича на определение Арбитражного суда Свердловской области от 27.09.2018 по делу № А60-34146/2014 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2019 по тому же делу о признании общества с ограниченной ответственностью «Среднеуральский завод металлических конструкций» (ОГРН 1126685005622, ИНН 6685005600; далее - общество «СУЗМК», должник) несостоятельным (банкротом).

Представители лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

Конкурсный управляющий должника Жукова Татьяна Владленовна представил в Арбитражный суд Уральского округа ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в отсутствие её представителя. Ходатайство судом удовлетворено. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 02.02.2015 общество «СУЗМК» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждён Медведев Владимир Александрович.

Определением суда от 02.06.2015 Медведев В.А. освобождён от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, конкурсным управляющим утверждена Жукова Т.В.

Конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника Дудина Дмитрия Александровича к субсидиарной ответственности в размере 107 731 972 руб. 68 коп. (с учетом уточнений в порядке, определенном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением суда от 15.12.2017 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечён Криклицев А.П. 

Определением суда от 27.03.2018 Крикливцев А.П. привлечён к участию в споре в качестве соответчика.

Определением суда от 27.09.2018 (судья Кириченко А.В.) солидарно с Дудина Д.А. и Крикливцева А.П. в пользу должника взыскано 95 791 896 руб. 53 коп., также с Крикливцева А.П. в пользу должника взыскано 11 940 076 руб. 15 коп.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2019 (судьи Мармазова С.И., Данилова И.П., Зарифуллина Л.М.) определение суда от 27.09.2018 изменено, Дудин  Д.А. и Крикливцев А.П. привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и с них солидарно в пользу общества «СУЗМК» взыскано 9 579 189 руб. 65 коп., также с Крикливцева А.П. в пользу общества «СУЗМК» взыскано 98 152 783 руб. 03 коп.

В кассационной жалобе Крикливцев А.П. просит обжалуемые судебные акты отменить, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника отказать, ссылая при этом на существенное нарушение судами норм процессуального права. Заявитель полагает, что выводы судов о признании Крикливцева А.П. контролирующим лицом деятельность должника противоречат положениям статьи 2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в редакции Федерального закона от 28.03.2013 № 134-ФЗ и статьи 61.10 Закона о банкротстве, положения главы III.2 Закона о банкротстве в отношении Крикливцева А.П. применению не подлежали. По мнению заявителя, выводы судов о признании Крикливцева А.П. контролирующим лицом деятельность должника основаны на неотносимых и недопустимых доказательствах (протоколы допроса свидетелей не имели отношения к настоящему спору, а подлинность писем общества с ограниченной ответственностью не подтверждена); показания Дудина Д.А. не подтверждены надлежащими доказательствами и направлены исключительно на уклонение от установленной законом ответственности. Кроме того, заявитель указывает на неизвещение его надлежащим образом о времени и месте рассмотрения настоящего обособленного спора, а также на необеспечение судом и конкурсным управляющим должника получение Крикливцевым А.П. процессуальных документов по данному спору (отзывов, ходатайств, жалоб и других документов). Заявитель отмечает, что находится под стражей в исправительном учреждении, вся поступающая на его имя корреспонденция регистрируется и вручается ему должностным лицом ФКУ ИК-25, следовательно, уклониться от получения соответствующих документов он не мог.

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела, согласно сведеньям из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ), общество «СУЗМК» зарегистрировано в качестве юридического лица 14.03.2012 Инспекцией Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга, с 03.05.2012 до введения в отношении должника конкурсного производства функции единоличного исполнительного органа осуществлял Дудин Д.А.

Должник 07.08.2014 обратился в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом)

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 02.02.2015 общество «СУЗМК» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждён Медведев В.А. 

Определением суда от 02.06.2015 Медведев В.А. освобождён от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, конкурсным управляющим утверждена Жукова Т.В. 

Ссылаясь на совершение должником сделок по перечислению денежных средств, по которым впоследствии были вынесены решения о взыскании с контрагентов неосновательного обогащения, несвоевременную подачу руководителем должника в арбитражный суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), конкурсный управляющий должника Жукова Т.В. обратилась в суд с заявлением о привлечении солидарно бывшего руководителя должника Дудина Д.А., Крикливцева А.П. к субсидиарной ответственности в размере 107 731 972 руб. 68 коп.

Удовлетворяя заявленные требования, взыскивая солидарно с Дудина Д.А. и Крикливцева А.П. в пользу должника 95 791 896 руб. 53 коп., взыскивая с Крикливцева А.П. в пользу должника 11 940 076 руб. 15 коп., суд первой инстанции исходил из того, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица (лиц), в конце 2012 года должник отвечал признакам неплатёжеспособности, в связи с чем, единоличный исполнительный орган обязан был обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, однако, такое заявление было подано в суд с существенным нарушением установленного законом срока, функции единоличного исполнительного органа осуществлял Дудин Д.А., который являлся «номинальным» директором, фактическое же руководство должником осуществлял Крикливцев А.П.

Изменяя определение суда первой инстанции и признавая обоснованным привлечение Дудина  Д.А. и Крикливцева А.П. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно в виде взыскания с них денежных средств в размере 9 579 189 руб. 65 коп., также с Крикливцева А.П. в размере 98 152 783 руб. 03 коп., суд апелляционной инстанции исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу обновленного закона. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления такого закона в силу, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу обновленного закона, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. Предусмотренные обновленным законом процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после вступления его в силу независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Из материалов дела следует, что заявление конкурсного управляющего должника о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника поступило в арбитражный суд 01.08.2017, обстоятельства, с которыми связано привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, имели место до вступления в законную силу Федерального закона № 266-ФЗ. 

Учитывая изложенное, суды правильно заключили, что ввиду периода времени, к которому относятся обстоятельства, с которыми конкурсный управляющий должника связывает ответственность контролирующих должника лиц, настоящий спор должен быть разрешён с применением пунктов 2, 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ (в части применения норм материального права).

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с учредительными документами должника на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; в иных предусмотренных названным Законом случаях.

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 указанного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых названным Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 данного Закона.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление № 53) обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (названное положение закона применяется в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника).

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника

Согласно правовым разъяснениям, содержащимся в пункте 16 постановления № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на это лицо обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя. При недоказанности любого из этих элементов в удовлетворении заявления должно быть отказано.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Согласно части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 3 постановления № 53, по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. 

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. 

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности. 

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

Из материалов дела следует и согласно сведениям ЕГРЮЛ должник зарегистрирован в качестве юридического лица 14.03.2012, с 03.05.2012 до введения в отношении должника конкурсного производства функции единоличного исполнительного органа осуществлял Дудин Д.А.

Суды приняли во внимание, что согласно протоколу допроса в качестве свидетеля генерального директора общества с ограниченной ответственностью  «Сибирские металлоконструкции» Богданова А.В., основным должником закрытого акционерного общества «ЗЕРО» (далее – общество «ЗЕРО») являлся должник, задолженность которого перед обществом «ЗЕРО» по состоянию на 31.03.2014 составляла 51,3 млн. руб. Должник являлся изготовителем продукции для общества «ЗЕРО». Юридически директором должника являлся Дудин Д.А. Однако, фактически деятельностью общества руководил Крикливцев А.П. 

Аналогичные показания содержатся в протоколе допроса свидетеля Зимина В.В., а также свидетеля Сандаковой С.Ю., бухгалтера общества «ЗЕРО», которыми указывалось на вывод денежных средств общества «ЗЕРО» в пользу фирм-однодневок общества с ограниченной ответственностью «ЮжУралСтрой» и «Строймонтажсервис». 

Согласно протоколу допроса свидетеля Каниной Т.И. в период с 02.07.2012 по 11.04.2014 она работала в обществе «СУЗМК» в должности главного специалиста по производственному учёту. Главного бухгалтера у должника не было. Формально организацией руководил Дудин Д.А. Однако фактически он только подписывал документы, доступа к денежным средствам он не имел и производством он не руководил. Письма, направленные обществам с ограниченной ответственностью «Ореон» в адрес должника, были адресованы руководству - Дудину Д.А. и Крикливцеву А.П.

Учитывая изложенные обстоятельства, установив, что Крикливцев А.П. имел возможность давать должнику обязательные для исполнения указания и иным образом определять его действия, суды пришли к верному выводу о том, что фактически руководство должником осуществлялось Крикливцевым А.П., в связи с чем правомерно признали Крикливцева А.П. контролирующим должника лицом.

Суды установили, что определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.01.2015 требования общества «ЗЕРО» в размере 61 602 894 руб. 76 коп., в том числе: 59 718 377 руб. 31 коп. - основной долг, 1 884 517 руб. 45 коп. - сумма пени и процентов за пользование чужими денежными средствами, включены в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди. 

Между обществом «ЗЕРО» (арендодатель) и должником (арендатор) 01.07.2012 заключён договор аренды № 19/306, в соответствии с условиями которого общество «ЗЕРО» передало, а должник принял во временное пользование (аренду) имущество (оборудование) в соответствии с приложением № 1 к договору аренды. 

Факт передачи обществу «ЗЕРО» оборудования должнику оформлен актом приёмки-передачи от 01.07.2012. 

Согласно пункту 3.2.4. договора аренды должник принял на себя обязательство своевременно, в соответствии с договором аренды вносить арендную плату за пользование оборудованием. 

В силу пункта 4.1., 4.2., 4.4. договора аренды арендная плата в месяц составляла 920 000 руб. (в том числе НДС - 18%). Оплата арендной платы производится путем перечисления денежных средств на расчётный счёт арендодателя или другими способами, не запрещенными действующим законодательством. Арендная плата оплачивается ежемесячно не позднее 5 числа месяца, следующего за отчётным.

В нарушение условий договора аренды от 01.07.2012 № 19/306 должник с октября 2012 года своевременно и в полном объёме не вносил плату за пользование оборудованием (арендную плату) по договору аренды. 

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции посчитал, что по состоянию на конец 2012 года у должника имелись признаки неплатёжеспособности, датой возникновения обязанности по подаче руководителем должника заявления в суд является ноябрь 2012 года.

Приняв во внимание пояснения конкурсного управляющего должника, согласно которым при анализе расчётов по договору аренды от 01.07.2012 № 19/306 с момента его заключения установлено, что до мая 2013 года общество «ЗЕРО» ежемесячно оставалось должным должнику, потом ситуация изменилась, по состоянию на 31.05.2013 задолженность должника в пользу общества «ЗЕРО» составила 1 357 974 руб. 05 коп., по состоянию на 31.07.2013 задолженность составила 41 172 710 руб. 98 коп., суд апелляционной инстанции заключил, что заявление о банкротстве должника должно было быть подано в арбитражный суд не позднее месяца от этой даты, то есть не позднее 31.08.2013, после указанной даты возникли обязательства перед обществом «ЗЕРО» в сумме 14 500 417 руб. 22 коп., по оплате заработной платы работников должника 3 885 069 руб. 20 коп., задолженность по налогам и сборам: по НДФЛ - 474 480 руб. 41 коп.; по НДС – 1 841 723 руб. 54 коп.; по страховым взносам – 1 816 097 руб. 84 коп. и пр.; всего в сумме 62 416 712 руб. 79 коп.(включая текущие, реестровые, зареестровые).

Таким образом, учитывая, что обстоятельства объективного банкротства должника возникли по состоянию на 31.07.2013, следовательно, датой возникновения обязанности по подаче руководителем заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом является 31.08.2013, установив, что с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в арбитражный суд должник обратился 07.08.2014, отметив, что доказательства, свидетельствующие о том, что у должника имелись денежные средства достаточные для погашения задолженности в полном объёме или возможность рассчитаться с кредиторами за счёт имущества, руководителем должника были предприняты меры по выходу из финансовых затруднений на основании экономически обоснованного плана, в материалы дела не представлены, суды пришли к правильным выводам о наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве в указанной сумме.

Кроме того, суды приняли во внимании обстоятельства, установленные следующими судебными актами:

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Челябинской области от 20.10.2015 по делу № А76-18753/2015 с общества с ограниченной ответственностью «ЮжУралСтрой» (далее - общество «ЮжУралСтрой») в пользу должника взыскано 20 325 205 руб. 25 коп. неосновательного обогащения, 3 302 422 руб. 41 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, всего - 23 627 627 руб. 66 коп.; в указанном решении установлено, что платёжными поручениями от 26.07.2013 № 516, от 26.07.2013 № 518, от 26.07.2013 № 519 и от 26.07.2013 № 517 истец перечислил на счёт ответчика денежные средства в размере 20 325 205 руб. 25 коп. в оплату по счёту от 18.07.2013 № 56 за материалы. При этом, ответчик не представил доказательств, подтверждающих наличие правомерности получения и удержания денежных средств. 

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Челябинской области от 27.01.2016 по делу № А76-18201/2015 с общества с ограниченной ответственностью «Строймонтажсервис» (далее – общество «Строймонтажсервис») в пользу должника взысканы денежные средства в размере 9 239 552 руб. 26 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 941 320 руб. 85 коп., судом установлено, что должник перечислил в адрес общества «Строймонтажсервис» денежные средства в общей сумме 9 239 552 руб. 26 коп. платёжными поручениями от 28.02.2014 № 137, от 03.03.2014 № 146, от 04.03.2014 № 156, в графе «назначение платежа» указано: «оплата по договору поставки от 20.01.2014 № 15 …». Однако договор от 20.01.2014 № 15 сторонами не заключался. Истец указал, что ссылка в графе «назначение платежа» платёжных поручений «оплата по договору поставки от 20.01.2014 №15 …» является технической ошибкой. Доказательств наличия какой-либо иной сделки между сторонами, во исполнение которой были перечислены спорные денежные средства, в материалы дела не представлено, в связи с чем суд признал, что у общества «Строймонтажсервис» не имелось правовых оснований для удержания денежных средств, перечисленных ему истцом. 

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Челябинской области от 22.01.2016 по делу № А76-18200/2015 с общества с ограниченной ответственностью «СтальЦентр» (далее - общество «СтальЦентр») взыскана в пользу должника сумма задолженности в размере 9 250 776 руб. 44 коп., сумма процентов за пользование чужими денежными средствами 1 019 705 руб. 38 коп.; установлено, что истец оплатил ответчику по договору поставки от 02.07.2013 № 64 сумму в размере 9 250 776 руб. 44 коп., а именно: 3 000 000 руб. по платёжному поручению от 03.03.2014 № 147, 3 000 000 руб. по платёжному поручению от 28.02.2014 № 136 и 3 250 776 руб. 44 коп. по платёжному поручению от 04.03.2014 № 157. Правовые основания для получения и удержания ответчиком денежных средств в указанной сумме отсутствуют. 

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Челябинской области от 27.04.2016 по делу № А76-32036/2015 взыскано с  общества с ограниченной ответственностью «МЕТАЛЛБизнес» (далее – общество «МЕТАЛЛБизнес») в пользу должника неосновательное обогащение в сумме 8 539 671 руб. 30 коп, проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 1 326 773 руб. 15 коп, всего 9 866 444 руб. 45 коп.; установлено, что платёжными поручениями от 28.02.2014 № 135, от 03.03.2014 № 148, от 04.03.2014 № 158 истец перечислил на расчётный счёт ответчика денежные средства в общей сумме 8 539 671 руб. 30 коп. с указанием в графе платежа: «оплата по договору поставки от 05.07.2013 № 27». Сведений о встречной поставке товара на перечисленную сумму истцу сторонами в материалы дела не представлено. Правовые основания для получения и удержания ответчиком денежных средств в указанной сумме отсутствуют.

Исследовав и оценив имеющиеся в материалах спора доказательства с учетом обстоятельств установленных указанными судебными актами, приняв во внимание пояснения конкурсного управляющего должника, согласно которым по бухгалтерским данным по состоянию на 31.07.2013 задолженность должника перед обществом «ЗЕРО» возросла почти в 8 раз, по состоянию на 31.08.2013 данная задолженность составляла 45 217 960 руб. 09 коп.; несмотря на наличие указанной задолженности, контролирующими должника лицами были перечислены денежные средства обществу «ЮжУралСтрой» и в дальнейшем не было предпринято каких-либо мер ко взысканию задолженности, также не были предприняты меры ко взысканию задолженности с обществ «Строймонтажсервис», «СтальЦентр», «МЕТАЛЛБизнес», данные действия и бездействия повлекли невозможность формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов должника; из активов у должника осталась только дебиторская задолженность общества «ЗЕРО», включённая в третью очередь реестра требований кредиторов в деле о банкротстве общества «ЗЕРО» (определение Арбитражного суда Тюменской области от 22.04.2015 № А70-14122/2014); в связи с большой суммой задолженности по текущим платежам и наличием непогашенных требований кредиторов второй очереди, погашение требований кредиторов третьей очереди маловероятно, что подтверждается письмом конкурсного управляющего общества «ЗЕРО», заключив, что контролирующими должника лицами были совершены сделки по перечислению денежных средств, по которым впоследствии были вынесены решения о взыскании с контрагентов неосновательного обогащения, в результате совершения данных сделок был причинён существенный вред имущественным правам кредиторов, суды пришли к правильному выводу о наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов обособленного спора, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении контролирующих лиц должника на основании пунктов 2, 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Размер субсидиарной ответственности в связи с нарушением обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом определяется исходя из объема обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

При этом, размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, привлекаемого по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве поглощает размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, привлекаемого по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, установив, что согласно реестру требований кредиторов, реестру текущих платежей и расчётам конкурсного управляющего сумма предъявленных требований составляла 107 731 972 руб. 68 коп., в том числе 12 539 519 руб. 15 коп. текущих требований, 86 773 085 руб. 22 коп. требований реестра кредиторов (в том числе требование Дудина Д.А. в размере 11 940 076 руб. 15 коп.), 8 419 368 руб. 31 коп., учтённых в качестве требований, подлежащих после удовлетворения требований кредиторов, включённых в реестр требований кредиторов, отметив, что доказательства погашения требований кредиторов за счёт имущества должника, источников формирования конкурсной массы и перспектив выявления имущества должника, отсутствуют, из материалов дела следует, что погашение реестровой задолженности невозможно в связи с отсутствием у должника активов, доказательства свидетельствующие об ином в материалы спора не представлены (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), пришёл к выводу о том, что с Крикливцева А.П. подлежит взысканию задолженность в полном объёме, а с Дудина Д.А, за вычетом суммы его требований в реестре требований кредиторов должника, в связи с чем, взыскал солидарно с Дудина Д.А. и Крикливцева А.П. в пользу должника 95 791 896 руб. 53 коп., взыскал с Крикливцева А.П. в пользу должника 11 940 076 руб. 15 коп.

Между тем, руководствуясь положениями пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, исследовав и оценив имеющиеся в материалах спора доказательства с учётом конкретных обстоятельств спора и раскрытой Дудиным Д.А. информации, согласно которой с 2012 года в течении двух лет он фактически выполнял работу менеджера по логистике должника, Крикливцев А.П. определял ценовую, кадровую и учётную политику предприятия, договаривался с контрагентами об условиях, в марте 2014 года, когда Крикливцева А.П. взяли под стражу, Дудин Д.А. обратился к аудитору, который сообщил, что у должника имеются долги, с которыми он не в состоянии рассчитаться, в связи с чем Дудин Д.А. подал заявление о признании должника банкротом, установив, что доступа к бухгалтерской документации должника Дудин Д.А. не имел, возможность подать ранее заявление о признании должника банкротом у Дудина Д.А., как номинального директора, отсутствовала, поскольку он не был знаком с бухгалтерской документацией, налоговой отчётностью, договорной работой, печать организации в распоряжении Дудина Д.А. отсутствовала, учитывая наличие у Дудина Д.А. на иждивении малолетнего ребенка, его доход за 2018 год (132 516 руб. 38 коп.), степень его вины, суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о наличии оснований для уменьшения размера его ответственности до 9 579 189 руб. 65 коп. (10% от непогашенных требований), в связи с чем взыскал солидарно с Дудина Д.А. и Крикливцева А.П. в пользу должника 9 579 189 руб. 65 коп., также с Крикливцева А.П. в пользу должника взыскал 98 152 783 руб. 03 коп.

При таких обстоятельствах, проанализировав представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суды пришли к верному выводу о наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц Дудина Д.А. и Крикливцева А.П. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Фактические обстоятельства дела судами установлены и исследованы в полном объёме, выводы судов соответствуют доказательствам, имеющимся в материалах дела, и нормам действующего законодательства.

Довод Крикливцева А.П. о том, что суд при разрешении спора применил недопустимые доказательства, нарушил правила оценки доказательств, правомерно отклонены апелляционным судом исходя из следующего.

Согласно части 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном названным Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. 

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио - и видеозаписи, иные документы и материалы (часть 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Доводы Крикливцева А.П. о ненадлежащем извещении его о времени и месте рассмотрения настоящего обособленного спора судом кассационной инстанции отклоняются как противоречащие имеющимся в материалах спора доказательствам.

Иные доводы, содержащиеся в кассационной жалобе, являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, им дана надлежащая оценка, основания для её непринятия у суда кассационной инстанции отсутствуют. Кроме того, указанные доводы направлены на переоценку установленных судами фактических обстоятельств дела и принятых доказательств, с целью установления иных обстоятельств, которые из этих доказательств не следуют. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, не выявлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты следует оставить без изменений, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 27.09.2018 по делу № А60-34146/2014 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2019 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу Крикливцева А.П. – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий					           	И.А. Краснобаева 

 

Судьи					           	О.Э. Шавейникова 

 

С.А. Сушкова