АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

Хохрякова д.77, г.Тюмень, 625052,тел (3452) 25-81-13, ф.(3452) 45-02-07, http://tumen.arbitr.ru, E-mail: info@tumen.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело №

А70-9844/2017

г.

Тюмень

08 ноября 2017 года

Резолютивная часть решения объявлена 02 ноября 2017 года. 

Полный текст решения изготовлен 08 ноября 2017 года.

Арбитражный суд Тюменской области в составе судьи Щанкиной А.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судьи Туз П.А. (до перерыва) и  помощником судьи Квиндт Е.И. (после перерыва), рассмотрев единолично в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью Тюменский завод мобильных зданий «ТОИР» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью  «Альянс плюс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании 2 286 238 руб. 68 коп., в том числе 2 085 984 руб. 60 коп. долга и 200 254 руб. 08 коп. пени, начисление которых производить за период с 22.07.2017 до фактического исполнения обязательств, и встречное исковое заявление ООО «Альянс плюс» к ООО Тюменский завод мобильных зданий «ТОИР» о взыскании 842 338 руб. 26 коп. убытков, пени и судебных расходов, третьи лица - ООО «Компания по ремонту скважин «Евразия» (627483, Ханты-Мансийский автономный округ-Югра, 

<

...>), 

при участии в судебном заседании представителей сторон:

от истца: 

от ООО Тюменский завод мобильных зданий «ТОИР» - ФИО1 по доверенности от 17.07.2017 (до и после перерыва), 

от ООО «Альянс плюс» - ФИО2 по доверенности от 18.08.2017 (до и после перерыва), ФИО3 коммерческий директор на основании Устава ООО «Альянс плюс» (до и после перерыва).

установил:

общество с ограниченной ответственностью Тюменский завод мобильных зданий «ТОИР» обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Альянс плюс» о взыскании 2 085 984 руб. 60 коп. основного долга по договору поставки емкостного оборудования от 27.12.2016 №07-40/16, 200 254 руб. 08 коп. неустойки за период с 17.04.2017 по 21.07.2017, и неустойку за каждый день просрочки, начисленную с 22.07.2017 из расчета 0,1% от суммы основного долга в размере 2 085 984 руб. 60 коп., по день фактической оплаты долга.

Исковые требования со ссылкой на статьи 309, 310, 506, 516 Гражданского кодекса Российской Федерации мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по оплате за поставленный товар в рамках договора поставки от 27.12.2016.      Определением от 27.07.2017 указанное исковое заявление принято судом к рассмотрению по общим правилам искового производства.      Определением суда от 02.10.2017 принят к производству встречный иск ООО «Альянс плюс» о взыскании с ООО Тюменский завод мобильных зданий «ТОИР» 7 449 руб. 99 коп. неустойки в твердой сумме по договору поставки емкостного оборудования от 27.12.2016 №07-40/16, начисленной в соответствии с пунктом 7.1 указанного договора, 834 888 руб. 27 коп. убытков в связи с нарушением сроков поставки по договору поставки емкостного оборудования от 27.12.2016 №07-40/16, а также 35 000 руб. судебных расходов на оплату услуг представителя.

Встречные исковые требования мотивированы ссылками на ст.ст. 15, 309, 702, 709 ГК РФ и тем обстоятельством, что в результате просрочки поставки спорного товара (резервуаров для хранения ГСМ), которая имела место быть по мнению покупателя (ответчика по иску и истца по встречному иску),  ООО «Альянс плюс», вынуждено было заключить договор займа и платить проценты по нему, а также недополучило доход за период просрочки в виде ежемесячных арендных платежей за аренду третьему лицу –КРС Евразия, в результате чего у ответчика возникли убытки в общей сумме 834 888 руб. 27 коп., а также ссылками на ст. 330 ГК РФ в той части, что в результате просрочки поставки продукции истец обязан оплатить неустойку, предусмотренную п. 7.1 договора поставки. 

27.09.2017 от ответчика в материалы дела поступило ходатайство о назначении судебной технической экспертизы, представлен круг вопросов, которые просит поставить на разрешение экспертов. Предложены экспертные организации: Союз «Торгово-промышленная палата Тюменской области» (625003, 

<

...>, 1 этаж), ООО «Арбитр» «Центр независимых экспертиз» (625048, 

<

...>), ООО «НПЦ «Сибнефтегаздиагностика» (625026, 

<

...>).

Представитель ООО Тюменский завод мобильных зданий «ТОИР» поддерживает требования по первоначальному иску, против удовлетворения встречного иска возражает по доводам отзыва, возражает против удовлетворения ходатайства о назначении судебной экспертизы по настоящему делу. Пояснил в судебном заседании, что емкостное оборудование, являющееся предметом спорного договора, и на дефекты которого указывает ООО «Альянс плюс», передано в аренду ООО «Компания по ремонту скважин «Евразия», и после гарантийного ремонта в июле 2017 года эксплуатируется последним в отсутствие возражений по качеству арендуемого оборудования.

Представитель ООО «Альянс плюс» против первоначального иска возражает по доводам отзыва, поддерживает встречный иск, поддерживает ходатайство о назначении судебной экспертизы на предмет определения характера дефектов оборудования, поставленного по спорному договору. Представил в материалы дела платежное поручение от 04.10.2017 №278 на сумму 240 000 руб. о внесении денежных средств на депозитный счет Арбитражного суда Тюменской области в счет оплаты судебной экспертизы по настоящему делу.  

Определением суда от 16.10.2017 к участию по деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Компания по ремонту скважин «Евразия» (627483, Ханты-Мансийский автономный округ-Югра, 

<

...>) – арендатор спорного имущества, поскольку в рамках настоящего иска стороной ответчика поставлен вопрос о качестве 2-ух резервуаров РГС-50 с заводскими номерами №№ 23 и 27,которые в настоящее время находятся в аренде и эксплуатируются третьим лицом.

Определением суда от 16.10.2017 третьему лицу предложено предоставить в материалы дела отзыв и ответить на следующие вопросы суда (поскольку в процессах судебных разбирательств истец утверждал о проведении гарантийного ремонта и принятия его результатов третьим лицом, а также на отсутствие претензий по качеству двух резервуаров, и, как следствие, на отсутствие необходимости в проведении судебной экспертизы,  а ответчик утверждал о не проведении гарантийного ремонта и о существовании претензий к качеству двух резервуаров в настоящее время): 

  - в связи с какими объективными обстоятельствами (по каким причинам) было заключено дополнительное соглашение к договору аренды имущества от 31.12.2016 № К49/17 от 21.03.2017 (пояснить суду, при наличии предоставить переписку сторон по данному вопросу, в том числе по электронной почте )? 

 - эксплуатируются ли Вами в настоящее время предоставленные по договору с ООО «Альянс плюс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) от 31.12.2016 № К49/17 резервуары РГС-50 с заводскими номерами № 23 и № 27? 

- существовали ли когда-либо у Вас какие-либо претензии по качеству указанных резервуаров (недостатки)? Если да, то в чем проявились недостатки указанных резервуаров (указать конкретно); 

-заявлялись ли Вами какие-либо претензии (требования) по качеству резервуаров в адрес арендодателя -  ООО «Альянс плюс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) и (или) в адрес завода-изготовителя ООО «ТОИР» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) (при наличии письменных документов предоставить их суду)?      - проводился ли ООО «ТОИР» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в июле 2017 года гарантийный ремонт резервуаров РГС-50 с заводскими номерами № 23 и № 27? Если да, то кратко изложить, в чем именно состоял ремонт и составлялись ли по его результатам какие-либо документы (акты)?      - имеются ли в настоящее время у Вас какие-либо замечания к резервуарам РГС-50 с заводскими номерами № 23 и № 27? Если да, указать какие именно.       -  ООО «Альянс плюс» в рамках настоящего дела заявлено о проведении по делу технической экспертизы на предмет установления недостатков, которые препятствуют эксплуатации по прямому назначению резервуаров РГС-50 с заводскими номерами № 23 и № 27, в связи с чем прошу высказать Ваше мнение по поводу назначения технической экспертизы с учетом того, что для определения дефектов сварных швов будет использоваться ультразвуковой метод, для которого необходимо будет предварительно произвести зачистку сварных швов и околошовной зоны владельцем объекта. 

В ответ на определение суда в материалы дела предоставлен отзыв ООО «Компания по ремонту скважин «Евразия», подписанный генеральным директором общества ФИО4 (исх. № КРС-1509-15/ШС-2017 от 27.10.2017), отзыв приобщен в материалы дела.  

В указанном отзыве третье лицо пояснило, что  в настоящее время предоставленные по договору аренды с ООО «Альянс плюс» от 31.12.2016 № К49/17 резервуары РГС-50 с заводскими номерами № 23 и № 27 (спорные резервуары) эксплуатируются, при этом с их стороны имели место претензии по качеству двух резервуаров -  часть наружных стенок емкостей запотевали, но истцом произведен гарантийный ремонт в июле 2017 года и в настоящее время арендатор претензий к качеству резервуаров не имеет. 

Таким образом, третье лицо однозначно ответило на вопросы, имеющее существенное значение для рассмотрения настоящего спора в части установления фактических обстоятельств по настоящему делу – после поставки имели место претензии по качеству двух резервуаров - № 23 и № 27, а именно часть наружных стенок емкостей запотевали, в июле 2017 года истцом произведен гарантийный ремонт и в настоящее время арендатор (третье лицо) претензий к качеству резервуаров не имеет. 

Кроме того,  арендатор указал, что он против проведения судебной экспертизы (пункт 4 отзыва исх. № КРС-1509-15/ШС-2017 от 27.10.2017), поскольку может понести убытки в связи со сливом топлива из резервуаров, при этом в любое время может обратиться к истцу как к заводу-изготовителю с требованием о проведении гарантийного ремонта.

В заседании, продолженном после перерыва 02.11.2017, ответчик заявил об отложении рассмотрения дела в порядке ст. 158 АПК РФ, мотивировав свое ходатайство тем, что он провел устные переговоры с заместителем генерального директора и в настоящее время (по устным согласованиям) третье лицо согласно на проведение экспертизы и подтверждение данного согласия должно в письменном виде поступить в суд. 

Истец возражает против заявленного ходатайства об отложении, указав на намеренное затягивание рассмотрения по существу спора, а также на отсутствие документальных обоснований согласия третьего лица на проведение экспертизы. 

Исходя из того, что в силу положений ст. 158 АПК РФ  отложение рассмотрения дела является правом суда, а не его обязанностью, при этом оценка необходимости отложения мотивирована именно получением согласия третьего лица на проведение экспертизы и очередным отложением рассмотрения процессуального ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы, при этом, по сути, разрешение данного ходатайства не зависит от согласия или несогласия третьего лица с проведением экспертизы, о чем будет изложено далее в решении, суд не находит оснований для отложения судебного заседания в порядке ст. 158 АПК РФ. 

Ответчик по первоначальному иску и истец по встречному иску поддержал ранее заявленное ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы. 

Истец по первоначальному и ответчик по встречному иску возражает по ранее изложенным доводам. 

По смыслу части 1 статьи 82 АПК РФ назначение экспертизы является правом суда, а не его обязанностью. Необходимость разъяснения вопросов, возникающих при рассмотрении дела и требующих специальных познаний, определяется судом, разрешающим данный вопрос. При этом вопросы, разрешаемые экспертом, должны касаться существенных для дела фактических обстоятельств. В связи с этим, определяя необходимость назначения той или иной экспертизы, суд исходит из предмета заявленных требований и обстоятельств, подлежащих доказыванию в рамках этих требований. 

Как разъяснил Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в своем постановлении от 09.03.2011 № 13765/10 по делу № А63-17407/2009 судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания. Если необходимость проведения экспертизы отсутствует, суд отказывает в ходатайстве о назначении судебной экспертизы. 

Как следует из материалов настоящего дела, предмет первоначального иска – взыскание недоплаченной стоимости поставленного товара, предмет встречного иска -  взыскание убытков, обусловленных, по мнению ответчика, несвоевременной поставкой товара (резервуары), при этом требование о снижении покупной стоимости товара ответчиком в порядке ст. 520 ГК РФ в рамках встречного иска  не заявлено.

Исходя из предмета первоначального и встречного исков, а также доводов и возражений сторон, заявленных в процессе рассмотрения настоящего дела, в том числе по вопросам, которые ответчик хотел поставить на судебную техническую экспертизу, необходимыми обстоятельствами, имеющими существенное значение для рассмотрения настоящего дела, являлись обстоятельства совершения или не совершения в июле 2017 года гарантийного ремонта истцом и наличие в настоящее время претензий к качеству резервуаров у конечного пользователя – арендатора (третьего лица). 

Кроме того, оценка всех предоставленных в материалы дела документов должна производиться судом в совокупности и взаимной связи по правилам ст. 71 АПК РФ. 

Оценивая имеющиеся в деле доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, в их совокупности и взаимной связи, учитывая пояснения третьего лица о совершении истцом в июле 2017 года гарантийного ремонта двух резервуаров (сварных швов) и отсутствие у третьего лица (арендатора спорного имущества) как пользователя спорных резервуаров в настоящее время претензий к качеству резервуаров, а также учитывая отсутствие согласия третьего лица как титульного владельца спорного оборудования на проведение технической экспертизы, суд отказывает в удовлетворении ходатайства о назначении по делу экспертизы по проверке качества двух спорных резервуаров (дефектов сварных швов), в том числе и по мотивам, которые будут изложены судом ниже в настоящем решении. 

В связи с отказом в назначении судебной экспертизы, обществу с ограниченной ответственностью  «Альянс плюс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) необходимо вернуть с депозитного счета Арбитражного суда Тюменской области денежные средства в размере 240 000 руб., уплаченные платежным поручением № 278 от 04.10.2017, о чем будет  вынесено отдельное определение.  

Также представитель ответчика просит суд рассматривать встречные исковые требования без учета требований о возмещении расходов на оплату услуг представителя в размере 35 000 руб. с учетом не предоставления в материалы дела документов, подтверждающих фактическое несение таких расходов. 

Заявление представителя ответчика занесено в протокол судебного заседания.  

Изучив материалы дела, всесторонне исследовав и оценив в совокупности доказательства по делу, заслушав пояснения представителей, суд считает, что первоначальные исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме, а встречные исковые требования подлежат удовлетворению частично по следующим основаниям.

В отношении первоначального иска. 

Фактические обстоятельства дела свидетельствуют о том, что 27 декабря 2016 года между истцом (поставщик, изготовитель) и ответчик (покупатель) заключен Договор Поставки емкостного оборудования №07-40/16 в редакции дополнительного соглашения от 10.01.2017, в соответствии с п. 1.1 которого Поставщик ТЗМЗ«ТОИР» обязалось поставить, а Покупатель ООО «Альянс плюс» оплатить и принятьПродукцию, согласованную в Спецификации №1 к договору поставки емкостногооборудования №07-40/16 от 27.12.2016г., а именно Резервуар 50 м3 на санях в количестве14 штук. 

В соответствии со спецификацией №1 к договору от 27.12.2016 общая стоимость товара составила 10 429 984,60 рублей с НДС (14 единиц резервуаров по 744 998 руб. за 1 единицу).

В пункте 2 спецификации №1 стороны согласовали следующие условия оплаты товара: предоплата в размере 40 % в размере 4 172 000 руб. осуществляется в течение 5 календарных дней с момента заключения договора и выставления счета  на оплату, оплата в размере 40 % от общей суммы спецификации в размере 4 172 000 руб. осуществляется в течение 5 календарных дней с момента уведомления о готовности продукции к отгрузке, окончательный расчет в размере 2 085 984 руб. 60 коп. от общей суммы спецификации осуществляется в течение 45 календарных дней с момента отгрузки продукции со склада продавца (т. 1, л.д. 15). 

В пункте 4 указанной спецификации стороны установили срок изготовления продукции - 30-45 календарных дней с момента зачисления предоплаты на расчетный счет поставщика.

В силу ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Таким образом, принимая во внимание положения ст. 431 ГК РФ о буквальном токовании условий договора поставки следует исходить из того, что стороны по условиям спецификации № 1 к договору поставки согласовали первый платеж – как предоплату – в размере 4 172 000 руб. в течение 5 календарных дней с момента заключения договора и выставления счета  на оплату, а срок поставки оборудования - 30-45 календарных дней с момента зачисления предоплаты на расчетный счет поставщика.

Как следует из предоставленных в материалы дела документов, ответчик платежными поручениями от 27.12.2016 перечислил истцу 1 500 000 руб., далее платежным поручением № 1 от 09.01.2017 перечислили 2 672 000 руб., что подтверждено в подписанном сторонами акте сверки и сторонами не оспаривалось, то есть по состоянию на 09.01.2017 ответчик перечисли истцу сумму в размере 4 172 000 руб., что составляет размер согласованной сторонами предоплаты (п. 2 спецификации № 1 к договору поставки). 

Таким образом, поскольку размер согласованной сторонами предоплаты в размере 4 172 000 руб. был перечислен ответчиком 09.01.2017, соответственно срок поставки продукции – до 24.02.2017 (09.01.2017 плюс 45 календарных, а не рабочих дней) включительно, с 25.02.2017 имеет место просрочка поставки. 

 Расхождение в позиции истца и ответчика по факту предварительной оплаты по договору сводится к тому, что истец и ответчик по - разному понимают и толкуют условия договора в части согласованной обязанности уплатить предоплату и в части сроков поставки продукции: 

- истец понимает, что предоплату, а именно сумму в размере 4 172 000 руб. ответчик перечислил истцу только 09.01.2017, поэтому именно от данной даты начинает исчисляться срок на изготовление и поставку продукции – 30-45 календарных дней, что составляет срок до 23.02.2017 и с учетом праздничного (нерабочего дня) переносится на 27.02.2017,   то есть просрочка в поставке 2 единиц продукции составляет срок с 27.02.2017 по 01.03.2017 и по 02.03.2017 г.; 

- ответчик понимает, что, оплатив истцу 27.12.2016 сумму в размере 1 500 000 руб., он исполнил свои обязательства по договору в части предварительной оплаты, и именно от 27.12.2016 начинает исчислять срок поставки оборудования, который с учетом 30-45 календарных дней заканчивается 10.02.2017, то есть, по мнению ответчика, со стороны истца имеет место просрочка поставки с 11.02.2017.

Между тем суд находит позицию ответчика в данной части не состоятельной как противоречащую согласованным сторонами условиям договора в части предварительной оплаты (сторонами согласована сумма предварительной оплаты в размере 4 172 000 руб.), так и в части положении ст. 431 ГК РФ.    

Доводы ответчика в данной части со ссылками на некие устные согласования с руководящими лицами истца суд не принимает как не доказанные документально (ст.ст. 9, 65 АПК РФ). 

Иного ответчиком не доказано. 

Далее, после указанных оплат, истец по УПД в период с 03.02.2017 по 02.03.2017 поставил  в адрес ответчика продукцию в согласованном размере (14 единиц резервуаров) и по согласованной цене на общую сумму 10 429 984 руб. 60 коп. (т. 1, л.д. 18-96), а ответчик принял поставленную продукцию без каких-либо возражений по качеству, комплектности товара и подписал УПД без замечаний, о чем свидетельствуют первичные документы, предоставленные в материалы дела. 

С учетом согласованных сторонами условий о предварительной оплате и сроков поставки до 24.02.2017 включительно, со стороны истца имела место просрочка в поставки двух единиц резервуаров – 01.03.2017 и 02.03.2017 на общую сумму 1 489 997 руб. 80 коп. 

Таким образом, со стороны истца имела место просрочка поставки 2 единиц продукции на общую сумму 1 489 997 руб. 80 коп. в период с 25.02.2017 по 02.03.2017 (5 дней).  

Как следует из условий договора поставки (п. 3.7), на поставляемую продукцию поставщик устанавливает гарантийный срок, который составляет 12 месяцев с даты ввода в эксплуатацию, но не более 18 месяцев с даты поставки. 

Как следует из предоставленной в материалы дела переписки сторон, резервуары № 23 и 27, изготовленные ООО ТЗМЗ «ТОИР» и переданные по договору поставки ООО «Альянс плюс», были переданы последним по договору аренды имущества от 31.12.2016 № к49/17 ООО «КРС Евразия» (арендатор, третье лицо) на территорию Находкинского лицензионного участка (как пояснили стороны, районы севера, доступ на территорию для посторонних лиц закрыт).

Письмом № 13/04/2017 от 21.04.2017 г. ответчик уведомил истца о выявленных неисправностях в емкостях с заводскими номерами 23 и 27. 

Далее письмом № 02-140/17от 25.04.2017 г. истец дал согласие ответчику на составление им акта в одностороннем порядке с последующим направлением акта.

Однако, как пояснил истец, акт с четким указанием неисправностей поставленной продукции в адрес истца направлен не был, а от ответчика поступали письма с требованием провести ремонт.

По версии ответчика, 31 апреля 2017 года представителями ООО «Альянс плюс, а также ООО «КРС Евразия» был составлен акт об установленном расхождении по качеству; акт был составлен в соответствии с требованиями Инструкции о порядке приемки продукций производственно-технического назначения и товаров народного потребления по качеству №П-7 и правилами приемки продукции; в результате комиссией были зафиксированы следующие недостатки: Резервуар РГС-50 заводской №23 (левый) год выпуска 2017 масса 7000кг. На переднем днище в месте установки уравнемера имеется течь(отпотевание). На переднем днище в месте сварного соединения патрубка(Б-Вход продукта/Задвижка) из под укрепляющегокольца имеется течь; Резервуар РГС-50 заводской №27 (левый) год выпуска 2017 масса 7000кг. В местесварного стыкового соединения на днище обнаружена течь (отпотевание). У резервуаров имеются производственные дефекты «Не соблюдение прочности й герметичности сосуда согласно п.7.2 ГОСТ Р 52630-2012 Сосуды и аппараты стальные сварные». Эксплуатация резервуаров невозможна в связи выявленными несоответствиями, а также с возможным возгоранием хранимых нефтепродуктов до полного устранения несоответствий.

26 мая 2017 года письмом исх.№16/05/2017 ответчик повторно уведомил ООО ТЗМЗ «ТОИР» о необходимости выполнения гарантийного ремонта, либо замены бракованных резервуаров с доставкой до Находкинского лицензионного участка силами и средствами ООО ТЗМЗ «ТОИР» в течение 10 рабочих дней с момента получения письма.

Однако, как указал ответчик в отзыве на первоначальный иск, и во встречном исковом заявлении,  до настоящего времени со стороны истца никаких реальных действий, направленных на устранение выявленных дефектов истец не предпринимал, также ответчик оспаривал факт проведения истцом гарантийного ремонта в июле 2017 года.

Истец указал, что поскольку  в п. 8 исходящего письма № 22/06/2017 от 19.06.2017 г. ООО «Альянс плюс» отказало ООО ТЗМЗ «ТОИР» в оказании содействия по допускусотрудников ООО ТЗМЗ «ТОИР» на территорию Находкинского лицензионного участка,а также получив устный отказ в допуске у Лукойл Западная Сибирь в виду отсутствиякаких-либо договорных отношений, истец согласовал проведение ремонтадвух емкостей от имени ООО ТЗМЗ «ТОИР» с сотрудником ООО «КРС Евразия» (арендатора, третье лицо) ФИО5 - ответственным за их эксплуатацию на территории Находкинского лицензионного участка.

Как пояснил истец, ремонт резервуаров проводился аппаратом ДИМЕТ путем наплавки металла на поверхность дефекта. Технология является безопасной, низкотемпературной, взрывобезопасной и пожаробезопасной. Ремонт проводился без опорожнения резервуаров № 23 и 27, так как вышеуказанный метод является низкотемпературным, а соответственно, пожаробезопасным.

По результатам проведения ремонта был составлен акт от «18» июля 2017 г. вприсутствии 3-х свидетелей, в том числе с участием представителя третьего лица – КРС Евразия.

«20» июля 2017 г. акт был направлен ответчику, однако по немотивированным причинам ответчик от подписания акта отказался.

Действительно, как установлено судом из предоставленной в материалы дела переписки сторон, по состоянию на 31.05.2017 (письмо истца исх. № 4 от 31.05.2017) истец просил ответчика направить в его адрес акт о выявленных недостатках двух резервуаров. Кроме того, истец не отказывался от проведения гарантийного ремонта и предлагал ответчику либо провести гарантийный ремонт, либо соразмерно уменьшить покупную стоимость резервуаров (т. 3, л.д. 14, т. 3, л.д.21-22).

Как следует из письма ответчика исх. № 16/05/2017 от 26.05.2017, обвинив истца в срыве сроков поставки оборудования, ответчик указал, что убытки ответчика в связи со срывом сроков поставки оборудования составили 3 900 842 руб. 40 коп., указав в содержании убытков действия, которые по своему содержанию полностью совпадают с действиями, согласованными ответчиком с третьим лицом – арендатором имущества КРС «Евразия» по протоколу совещания от 10.02.2017 с их полной компенсацией третьим лицом ответчику (т. 3, л.д. 12-13). 

Кроме того, изучив предоставленные в материалы дела отзыв третьего лица (ответ на вопрос суда № 1) и указанный протокол совещания от 10.02.2017 суд установил, что подписание дополнительного соглашения от 21.03.2017 по договору аренды имущества от  31.12.2016 с третьим лицом было вызвано производственной необходимостью третьего лица (первый вопрос повестки дня протокола), а не срывами сроков поставки оборудования, хотя доводы ответчика в отзыве и встречном иске построены именно на  утверждении о срыве сроков поставки оборудования по вине истца. 

   Таким образом, оценив и изучив все предоставленные  в материалы дела документы по их совокупности и взаимной связи по правилам ст. 71 АПК РФ, учитывая  предоставленный акт устранения недостатков от 18.07.2017, подписанный, в том числе, представителем третьего лица, что подтверждено в отзыве третьего лица и ответах на вопросы суда,  а также учитывая фотоматериалы и диск с видезаписью, а также позицию третьего лица в отзыве на иск, суд приходит к выводу о том, что истец фактически осуществил в июле 2017 гарантийный ремонт двух резервуаров № 23 и № 27 и в настоящее  время арендатор данных резервуаров – третье лицо – КРС Евразия не имеет каких-либо претензий по качеству указанных единиц.

Каких-либо доказательств обратного ответчик в материалы дела не предоставил (ст.ст. 9, 65 АПК РФ). 

Заявляя о проведении дорогостоящей экспертизы в районах Крайнего севера, ответчик не предоставил суду ни одного доказательства, действительно свидетельствующего о том, что в настоящее время существуют какие-либо дефекты (недостатки) в двух резервуарах № 23 и № 27, эксплуатируемых третьем лицом по договору аренды,  хотя суд неоднократно предлагал ответчику предоставить такие доказательства (фотоматериалы, видеозаписи и тд.).

Более того, напротив, третье лицо в своем отзыве за подписью генерального директора однозначно указало, что какие-либо неисправности (недостатки) в резервуарах в настоящее время отсутствуют, претензий  по качеству товара не имеется. 

Позиция ответчика, отказывающегося оплатить остатки стоимости поставленной продукции и настаивающего на проведении экспертизы в отношении двух резервуаров в разрез с позицией третьего лица, заявившего суду о факте гарантийного ремонта со стороны истца и отсутствии претензий в настоящее время, а более того – вообще о возражениях в проведении судебной экспертизы, ставят под сомнение обоснованность и необходимость в проведении технической экспертизы качества двух резервуаров. 

Иного суду стороной ответчика не доказано (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).

В силу п. 1 ст. 518 Гражданского кодекса РФ покупатель (получатель), которому поставлены товары ненадлежащего качества, вправе предъявить поставщику требования, предусмотренные ст. 475 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом, исходя из содержания ст. 475 Гражданского кодекса Российской Федерации, последствия передачи товара ненадлежащего качества зависят от характера недостатков.

Так, если недостатки не были оговорены продавцом и они носят устранимый характер, то покупатель вправе по своему выбору потребовать от продавца: соразмерного уменьшения покупной цены; безвозмездного устранения недостатков товара в разумный срок; возмещения своих расходов на устранение недостатков товара.

В случае существенного нарушения требований к качеству товара покупатель вправе по своему выбору отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы либо потребовать замены товара ненадлежащего качества товаром, соответствующим договору (п. 2 ст. 475 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом к существенным нарушениям требований к качеству товара указанная норма права относит такие нарушения, которые влекут за собой неустранимые недостатки, а также недостатки, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения, и другие подобные недостатки.

Учитывая предоставленную в материалы дела переписку сторон, поскольку первоначально ответчиком как покупателем по договору было завялено требование именно о безвозмездном устранении недостатков товара в разумный срок (первое письмо ответчика – от 21.04.2017), при этом ответчиком был предоставлен акт о выявленных недостатках в адрес истца только 19.06.2017 (т. 3, л.д. 37), последующие требования ответчика об уменьшении покупной стоимости на стоимость ремонта сторонних организаций в размере 1 367 538 руб. (претензия исх. № 22/06/2017 от 19.06.2017), что практически равняется стоимости самих резервуаров (1 489 997 руб. 80 коп.) суд не может признать разумным и обоснованным требованием в порядке ч. 1 ст. 475 ГК РФ.

 При этом, поскольку истцом в разумный срок – в июле 2017 года (после получения 22.06.2017 акта о выявленных недостатках, т. 3, л.д. 26-28) произведен гарантийный ремонт резервуаров, после которого арендатор (третье лицо) как конечный пользователь претензий по качеству продукции в течение 3 месяцев после ремонта не предъявлял (решение вынесено в ноябре 2017 года), соответственно суд признает, что истцом как поставщиком исполнены первоначальные требования ответчика в порядке ч. 1 ст. 475 ГК РФ о безвозмездном устранении недостатков товара в разумный срок, поэтому последующее поведение ответчика как покупателя путем заявления требований о снижении стоимости резервуаров, равной покупной стоимости, суд признает не разумным и не добросовестным.   

Доказательств того, что акт от 31.04.2017 был направлен в адрес истца ранее, чем в июне 2017 (т. 3, л.д. 26-28), ответчик в материалы дела не предоставил, как и не пояснил объективных причин, почему если акт о выявленных недостатках был составлен ответчиком 31.04.2017, при такой насыщенной переписке сторон он был направлен в адрес истца только 19.06.2017, как и на смену одного требования на другое и причины отказа от гарантийного ремонта истца (ст.ст. 9, 65 АПК РФ)

Кроме того, следует отметить, что и в настоящее время в отношении поставленной продукции также продолжает действовать гарантийный срок истца как завода-изготовителя (до 01.03.2018 и до 02.03.2018 соответственно).

Относимых и допустимых доказательств того, что выявленные недостатки в резервуарах (отпотевание швов) являются неустранимыми недостатками и (или) данные недостатки не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения (после ремонта в июле 2017 года, факт проведения которого подтвердил конечный пользователь товара – арендатор, третье лицо) ответчик суду не предоставил (ст.ст. 9, 65 АПК РФ). 

Более того, как следует из пояснений третьего лица, спорные резервуары эксплуатируются по их прямому назначению – для хранения ГСМ, ответчик получает арендные платежи за данные резервуары, каких-либо требований, связанных с ненадлежащим качеством оборудования, арендатором истцу и ответчику также не заявляется.

С учетом установленных по делу обстоятельств в их совокупности и положений п. 1 ст. 486, ст. 475 Гражданского кодекса Российской Федерации оснований полагать, что обязанность по оплате поставленного товара у ответчика в полном объеме не возникла, не имеется.

Ссылки ответчика в данной части на положения п. 2 ст. 520 ГК РФ подлежат отклонению, поскольку надлежащее исполнение истцом гарантийных обязательств и устранение выявленных недостатков в разумный срок, а также отсутствие доказательств существенности недостатков, эксплуатация в настоящее время спорного товара по его прямому назначению третьим лицом означает, что у ответчика не возникло право на соразмерное снижение стоимости поставленного истцом товара, поскольку им в порядке ч. 1 ст. 475 ГК РФ было реализовано право на устранение  недостатков истцом, и ответчик как покупатель по договору поставки обязан оплатить поставленный товар в полном объеме. 

Спорные правоотношения сторон, основанные на договоре поставки от 01.08.2014, суд квалифицирует как правоотношения по договору поставки, регулируемые положениями статей 506 - 524 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также общими нормами о купле-продаже, предусмотренными главой 30 названного Кодекса.

Согласно нормам ст. 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов.

В силу ст. 506 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Пунктом 5 ст. 454 ГК РФ установлено, что договор поставки товаров является разновидностью договора купли-продажи, в связи с чем к договорам поставки применяются нормы параграфа 1 гл. 30 данного Кодекса.

В силу ст. 516 ГК РФ покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. Если договором поставки предусмотрено, что оплата товаров осуществляется получателем (плательщиком) и последний неосновательно отказался от оплаты либо не оплатил товары в установленный договором срок, поставщик вправе потребовать оплаты поставленных товаров от покупателя.

Согласно позиции Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении № 18 от 22.10.1997 «О некоторых вопросах, связанных с применением положений Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре поставки» (пункт 16), покупатель обязан оплатить полученные товары в срок, предусмотренный договором поставки, либо установленный законом и иными правовыми актами, а при его отсутствии непосредственно до или после получения товаров (пункт 1 ст. 486 ГК РФ).

В соответствии с пункта 1 статьи 486 ГК РФ покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара. 

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд установил, что истцом доказан факт поставки ответчику товара, ответчиком данный факт не оспорен, доказательств оплаты суммы задолженности в полном объеме суду ответчиком в порядке ст. 9, 65 АПК РФ не представлено, в связи с чем, требование о взыскании оставшейся задолженности в размере 2 085 984 руб. 60 коп. заявлено законно и обоснованно.

К доводам ответчика о том, что истцом не предоставлен весь пакет документов, предусмотренный в договоре поставки, суд относится критически, поскольку предоставленными в материалы дела первичными документами и актами передачи подтверждается, что ответчику как покупателю были переданы всенеобходимые документы для эксплуатации товара (паспорта, руководства по эксплуатации и прочее) и на момент принятия продукции у ответчика претензий по документации не имелось, а возникли данные претензии только после выставления в адрес ответчика претензии о погашении долга за поставленный товар (ст.ст. 9, 65 АПК РФ). 

В силу общего принципа возмездности гражданских правоотношений установленный судом факт получения и принятия ответчиком товара от истца предопределяет обязанность ответчика произвести встречное предоставление истцу, выраженное в оплате товара, при этом само по себе отсутствие доказательств передачи ответчику какой-либо документации  не является основанием для освобождения ответчика от обязательств по оплате.

Ответчик должен был проверить наличие всех необходимых документов. Однако, товар принят ответчиком без каких-либо замечаний.

Ссылаясь в письменных возражениях на непредставление истцом полного комплекта документов, предусмотренных договором поставки, ответчик, полагающий себя добросовестным контрагентом, не доказал факта обращения к истцу с указанием на то, что отсутствие указанных документов препятствует ответчику осуществить оплату фактически полученной от истца продукции (ст.ст. 9, 65 АПК РФ) и которая фактически с момента поставки эксплуатируется третьим лицом в районах Крайнего Севера.

Таким образом, исходя из того, что по условиям договора поставки и дополнительном соглашении сторонами определен следующий срок и порядок оплаты - в течение 45 календарных дней с момента отгрузки, при этом последний резервуар поставлен в адрес ответчика 02.03.2017, соответственно в срок до 16.04.2017 включительно ответчик должен оплатить товар, при этом ответчик, полагающий себя добросовестным контрагентом, не доказал факта обращения к истцу с указанием на то, что отсутствие указанных документов препятствует ответчику осуществить оплату фактически полученной от истца продукции, суд не находит оснований для освобождения ответчика от предусмотренной законом и договором обязанности оплатить принятый от истца товар.

На основании изложенного, а также учитывая непредставление ответчиком доказательств оплаты суммы задолженности в заявленном размере (ст. 9, 65 АПК РФ) требование истца о взыскании с ответчика задолженности за поставленный товар в размере 2 085 984 руб. 60 коп. подлежит удовлетворению в силу ст. 309, 310, 486, 516 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Также истцом заявлено требование о взыскании с ответчика пени за нарушение сроков оплаты поставленного товара за период с 17.04.2017 по 21.07.2017 в порядке п. 7.2 договора поставки и ст. 330 ГК РФ.

В силу  п. 2 ст. 328 ГК РФ если предусмотренное договором исполнение обязательства произведено не в полном объеме, сторона, на которой лежит встречное исполнение, вправе приостановить исполнение своего обязательства или отказаться от исполнения в части, соответствующей непредоставленному исполнению.

Поскольку стоимость двух резервуаров, в отношении которых у ответчика возникли требования к качеству товара, составляют сумму 1 489 997 руб. 80 коп., ссылки ответчика на  положения данной статьи в части неоплаты остатка долга по поставленной продукции в размере 2 085 984 руб. 60 коп. безосновательны. 

Кроме того, судом установлено, что акт о выявленных недостатках был направлен ответчиком  в адрес истца только лишь 19.06.2017, при этом сами недостатки были устранены истцом в разумный срок – 18.07.2017 (учитывая трудно доступную местность нахождения спорных резервуаров – район Крайнего Севера). 

  Поэтому устранение истцом выявленных недостатков в июле 2017 года было обусловлено исключительно действиями самого ответчика (не предоставил суду разумных пояснений, почему акт о выявленных недостатках был составлен 31.04.2017, а направлен в адрес истца только 19.06.2017), в период до июля 2017 года ответчик не может быть освобожден от обязанности оплатить поставленный товар и не может быть признан удерживающим уплату денежных средств правомерно. 

Иного ответчиком не доказано (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о правомерности требований истца о взыскании с ответчика неустойки за период с 17.04.2017 по 21.07.2017 в размере 200 254 руб. 08 коп. на основании п. 8.3. договора поставки и ст. 330 ГК РФ .

Расчет пени проверен судом и признан правильным с учетом установленных в п. 2 спецификации  № 1 к договору сроков оплаты в течение 45 календарных дней с момента отгрузки.

Также правомерно истцом заявлено требование о взыскании неустойки, начисление которой просит продолжать производить начиная с 22.07.2017 до фактической оплаты суммы долга исходя из размера 0,1% в день и суммы долга в размере 2 085 984 руб. 60 коп. (ст. 330 ГК РФ). 

В отношении требований о взыскании неустойки с ответчика у суда отсутствуют основания для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом не заявления представителем ответчика о таком снижении. 

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ в связи с удовлетворением первоначального иска, расходы по оплате государственной пошлины в размере 34 431 руб. 19 коп. относятся на ответчика. 

По встречному иску. 

В качестве оснований для встречного иска заявлены следующие обстоятельства. 

По требованию о взыскании неустойки в размере 7 449 руб. 99 коп. ответчик полагает, что оплатив в декабре 2016 года сумму в размере 1 500 000 руб., он исполнил договорные условия по предварительной оплате товара, и именно от 27.12.2016 начинает исчислять  срок на изготовление истцом товара – 30-45 дней по спецификации № 1 к договору, поэтому считает, что вся партия товара (14 резервуаров) должна была быть поставлена  в срок до 10.02.2017, что является не обоснованным (указывалась ранее в описании по первоначальному иску).

Поскольку размер согласованной сторонами предоплаты в размере 4 172 000 руб. был перечислен ответчиком 09.01.2017, соответственно срок поставки продукции – до 24.02.2017 (09.01.2017 плюс 45 календарных, а не рабочих дней) включительно, с 25.02.2017 имеет место просрочка поставки. 

Как установлено судом, с учетом согласованных сторонами условий о предварительной оплате и сроков поставки до 24.02.2017 включительно, со стороны истца имела место просрочка в поставки двух единиц резервуаров – 01.03.2017 и 02.03.2017 на общую сумму 1 489 997 руб. 80 коп. 

Таким образом, со стороны истца имела место просрочка поставки 2 единиц продукции на общую сумму 1 489 997 руб. 80 коп. в период с 25.02.2017 по 02.03.2017 (5 дней).  

И в данном случае, расчет подлежащей взысканию с истца в пользу ответчика неустойки за просрочку поставки 2 резервуаров в порядке п. 7.1 договора поставки выглядит следующим образом: 1 489 997 руб. 80 коп. Х 0,1%/100= 1490 руб. 

Истец в судебном заседании признал, что имела место просрочка поставки товара в количестве  двух резервуаров (поставка за 01.03.2017 и за 02.03.2017) и данную сумму неустойки  в размере 1490 руб. признал, что зафиксировано в протоколе судебного заседания под подпись.

Таким образом, с истца в пользу ответчика подлежит взысканию неустойка за просрочку поставки 2 резервуаров в размере 1490 руб.  в порядке п. 7.1 договора поставки и  ст. 330 ГК РФ. 

В отношении требований о взыскании убытков. 

В качестве оснований для встречного иска в части требований о взыскании убытков ответчиком заявлены следующие обстоятельства: поскольку со стороны истца имела место просрочка поставки товара (должен был поставить в феврале 2017, а поставил в марте 2017), ответчик вынужден был переносить сроки поставки с третьим лицом и заключать дополнительное соглашение к договору аренды, потому что изменилось место поставки продукции и на период с 15.02.2017 по 15.05.2017 ответчик был вынужден заключить договор займа на сумму 3 600 000 руб. под 5 % в месяц и платить проценты по займу; за три месяца ответчик оплатил проценты по займу в размере 540 000 руб., что составило для него убытки, а также недополучил арендные платежи по договору аренды с третьим лицом в размере 294 888 руб. 27 коп. 

Между тем, как было установлено судом при рассмотрении настоящего дела, во-первых,   со стороны истца имела место просрочка поставки только двух единиц продукции на общую сумму 1 489 997 руб. 80 коп. в период с 25.02.2017 по 02.03.2017, то есть в общей сложности 5 дней, а не 20, как утверждал ответчик; во-вторых, исследовав содержание протокола совещания с третьим лицом от 10.02.2017 (который третье лицо представил в материалы дела по запросу суда), суд установил, что изменение базиса поставки (местонахождения) необходимо было «в связи с производственной необходимостью самого третьего лица», из содержания протокола не следует, что изменение места поставки вызвано задержкой поставки оборудования; в-третьих, все затраты (убытки) в связи с перебазировкой, о которых ответчик заявлял истцу в переписке и указывал суду в обоснование своей позиции о недобросовестности истца и вынужденности заключить договор займа, ему были компенсированы третьим лицом (п. 1 результатов указанного протокола). 

Кроме того, суд отмечает, что по состоянию на 09.02.2017, то есть на момент заключения договора займа, истец как поставщик по договору поставки свои обязательства по поставке продукции не нарушал, при этом ответчик так и не смог предоставить суду надлежащие доказательства того, что займ, который он заявил в качестве убытков, был целевым – для несения расходов по договору поставки и (или) для исполнения обязательств по договору аренды в связи с изменением сроков (ст.ст. 9, 65 АПК РФ). 

Таким образом, исследовав представленные в материалы дела доказательства, оценив доводы, изложенные во встречном исковом заявлении в части требований о взыскании убытков, суд приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). 

В силу п. 1 ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В соответствии с пунктом 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации» в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Реализация такого способа защиты права как возмещение убытков предполагает применение к правонарушителю имущественных санкций, а потому возможна лишь при наличии общих условий гражданско-правовой ответственности: совершение противоправного действия (бездействие), возникновение у потерпевшего убытков, прямая причинно-следственная связь между действиями и его последствиями и вина правонарушителя. Кроме того, истец должен доказать размер убытков, причиненных ответчиком.

В обоснование наличия убытков истец по встречному иску сослался на нарушение с 10.02.017 истцом сроков поставки товара и вынужденности нести дополнительные расходы в связи с перебазировкой резервуаров по договору аренды с третьим лицом.

Однако, как установлено судом, просрочка со стороны истца была только в отношении двух единиц товара общим сроком пять дней, а все расходы (затраты), связанные с перебазировкой по договору аренды с третьим лицом ответчику уже были  компенсированы третьим лицом.

Таким образом, требования ответчика о взыскании убытков в виде арендных платежей и уплате процентов по договору займа полностью безосновательны,  ответчик не доказал факт наличия на его стороне заявленных убытков (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).

В связи с изложенным, в указанной части встречное исковое заявление удовлетворению не подлежит.  

В связи с заявлением предстателя ответчика (протокол заседания) суд не рассматривает в рамках встречного иска заявление о взыскании расходов на представителя в размере 35 000 руб. в связи с не предоставлением в материалы дела документов о их фактическим несении. 

Исходя из частичного удовлетворения встречного иска, с истца в пользу ответчика подлежит взысканию госпошлина в размере 35 руб. 11 коп. пропорционально размеру удовлетворенных  встречных требований в порядке ст. 110 АПК РФ. 

В результате удовлетворения первоначального иска в полном объеме и частичного удовлетворения встречного иска суду необходимо произвести зачет встречных требований (неустойка – неустойка, госпошлина – госпошлина) в порядке ч. 5 ст. 170 АПК РФ.

В результате произведенного зачета необходимо взыскать с общества с ограниченной ответственностью  «Альянс плюс» в пользу общества с ограниченной ответственностью Тюменский завод мобильных зданий «ТОИР» 2 085 984 руб. 60 коп. долга по договору поставки № 07-40/16 от 27.12.2016, неустойку в размере 198 764 руб. 08 коп. (200 254 руб. 08 коп. – 1 490 руб. = 198764 руб. 08 коп.) за период с 17.04.2017 по 21.07.2017, начисление которой продолжать производить с 22.07.2017 до фактической оплаты суммы долга исходя из размера 0,1% в день и суммы долга в размере 2 085 984 руб. 60 коп., а также 34 396 руб. 08 коп. (34 431 руб. 19 коп. – 35 руб. 11 коп.=34 396 руб. 08 коп.) госпошлины. 

Руководствуясь  статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

Р Е Ш И Л:

Первоначальные исковые требования удовлетворить в полном объеме. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью  «Альянс плюс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью Тюменский завод мобильных зданий «ТОИР» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 2 085 984 руб. 60 коп. долга по договору поставки № 07-40/16 от 27.12.2016, неустойку в размере 200 254 руб. 08 коп. за период с 17.04.2017 по 21.07.2017, начисление которой продолжать производить с 22.07.2017 до фактической оплаты суммы долга исходя из размера 0,1% в день и суммы долга в размере 2 085 984 руб. 60 коп., а также 34 431 руб. 19 коп. госпошлины. 

Встречные исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Тюменский завод мобильных зданий «ТОИР» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью  «Альянс плюс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 1 490 руб. пени за просрочку поставки по договору поставки № 07-40/16 от 27.12.2016 за период с 25.02.2017 по 01.03.2017, а также 35 руб. 11 коп. госпошлины.

В удовлетворении остальной части встречных исковых требований о взыскании пени и требований в части взыскания убытков отказать. 

В результате удовлетворения первоначального иска в полном объеме и частичного удовлетворения встречного иска произвести зачет в порядке ч. 5 ст. 170 АПК РФ.

В результате произведенного зачета: 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью  «Альянс плюс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью Тюменский завод мобильных зданий «ТОИР» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 2 085 984 руб. 60 коп. долга по договору поставки № 07-40/16 от 27.12.2016, неустойку в размере 198 764 руб. 08 коп. за период с 17.04.2017 по 21.07.2017, начисление которой продолжать производить с 22.07.2017 до фактической оплаты суммы долга исходя из размера 0,1% в день и суммы долга в размере 2 085 984 руб. 60 коп., а также 34 396 руб. 08 коп. госпошлины. 

Вернуть обществу с ограниченной ответственностью  «Альянс плюс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) с депозитного счета Арбитражного суда Тюменской области денежные средства в размере 240 000 руб., уплаченные платежным поручением № 278 от 04.10.2017, в связи с отклонением ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы, о чем вынести отдельное определение.  

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Восьмой арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы в Арбитражный суд Тюменской области. 

  Судья

Щанкина А.В.