АРБИТРАЖНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

426011, г. Ижевск, ул. Ломоносова, 5

http://www.udmurtiya.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А71-6530/2018

г. Ижевск

18 декабря 2018 года

Резолютивная часть решения оглашена 11 декабря 2018 года. 

Полный текст решения изготовлен 18 декабря 2018 года.

Арбитражный суд Удмуртской Республики в составе судьи Ходырева А.М., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Авдеевой Е.В., рассмотрел в открытом судебном заседании дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО1, г.Глазов УР (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к Акционерному обществу «Российской Сельскохозяйственный банк» Удмуртский региональный филиал, с участием третьих лиц: 

1.Акционерное общество «Национальное бюро кредитных историй», г. Москва (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

2. «Газпромбанк» (Акционерное общество) в лице операционного офиса «Глазовский» г. Глазов

3. Общество с ограниченной ответственностью «Экфифакс Кредит Сервизис» г.Москва 

4. Закрытое акционерное общество «ОКБ» г.Москва

о взыскании 400000 руб. в возмещение упущенной выгоды, 140000 руб. убытков, 300000 руб. компенсации в возмещение морального вреда

При участии представителей:

от истца: ФИО1 – индивидуальный предприниматель (паспорт),

от ответчика: ФИО2 – представитель по доверенности № 028/05-2018 от 02.02.2018.

от третьих лиц: 

1. не явился (извещен о времени и месте судебного заседания посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в сети «Интернет»   (п. 16 постановления Пленума № 57), что подтверждается отчетом о публикации судебных актов).  

2. ФИО3 - представитель по доверенности от № Д-22/584 от 22.12.2016. 

3. не явился (уведомление). 

4. не явился (уведомление),

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1, г.Глазов УР (далее – истец, ИП ФИО1) обратился с иском в Арбитражный суд Удмуртской Республики к Акционерному обществу «Российской Сельскохозяйственный банк» Удмуртский региональный филиал (далее – ответчик, АО «Россельхозбанк») о взыскании 400000 руб. в возмещение упущенной выгоды, 140000 руб. убытков, 300000 руб. компенсации в возмещение морального вреда.

Определениями суда от 28.05.2018, 04.07.2018, 27.08.2018 привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Акционерное общество «Национальное бюро кредитных историй», г. Москва (далее – 1 третье лицо, АО «НБКИ»), «Газпромбанк» (Акционерное общество) в лице операционного офиса «Глазовский» г. Глазов (далее – 2 третье лицо, АО «Газпромбанк»), Общество с ограниченной ответственностью «Экфифакс Кредит Сервизис» г.Москва (далее – 3 третье лицо, ООО «Экфифакс Кредит Сервизис»), Закрытое акционерное общество «ОКБ» г.Москва (далее – 4 третье лицо, ЗАО «ОКБ»).

В обоснование исковых требований истец ссылается на обстоятельства, изложенные в иске, в возражениях на отзыв ответчика, в письменных пояснениях, приобщенных судом к материалам дела и на положения  ст.ст. 15, 151, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответчик требования  истца оспорил по основаниям, изложенным в отзыве на иск (л.д. 86-87 т. 1), дополнениях к отзыву (л.д. 119-120 т. 1).

Представители третьих лиц представили пояснениях, в которых изложили свою позицию по делу (л.д. 80-81 т. 1, л.д. 83-84 т. 2, л.д. 95-96 т. 2, л.д. 112-113 т. 2, письменные пояснения, приобщенные в судебном заседании 11.12.2018).

Судебное заседание проведено в отсутствие 1, 3, 4 третьих лиц, надлежащим образом извещенных о судебном разбирательстве.

Как следует из материалов дела, 20.08.2017 между истцом (продавец) и индивидуальным предпринимателем ФИО4 (покупатель) заключен договор на изготовление для нужд покупателя металлических двухъярусных кроватей  в количестве 100 штук общей стоимостью 1400000 руб.

Как указал истец в иске, в целях исполнения данного договора он обратился в АО «Газпромбанк» с заявлением о предоставлении кредита в размере 1000000 руб., которое оставлено последним без удовлетворения, решением банка от 29.08.2017 в выдаче кредитных средств истцу отказано, что подтверждается уведомлением АО «Газпромбанк» исх. №32-24-15/108 от 20.02.2018 (л.д. 18 т.1).

Как пояснил истец, причиной отказа в предоставлении банком денежных средств явилась задолженность по кредиту, взятому в АО «Россельхозбанк» 29.03.2013 в размере 1500000 руб. и наличие данных о задолженности в бюро кредитных историй.

30.08.2017 ИП ФИО1 обратился к ответчику с просьбой пояснить причины несвоевременного предоставления информации в бюро кредитных историй о закрытии кредита и направить в бюро кредитных историй достоверные данные об отсутствии задолженности (л.д. 13 т. 1).

Письмом исх. №028-15-21/7103 от 05.09.2017 ответчик сообщил истцу о том, что по кредитному договору 

<

***> от 29.03.2013 банком своевременно направлена информация в бюро кредитных историй о закрытии договора и отсутствии задолженности (л.д. 14 т. 1).

Письмом исх. №39474 от 01.12.2017 АО «НБКИ» сообщило, что на основании заявления истца, поступившего 02.11.2017, АО «НБКИ» провело дополнительную проверку кредитной истории ИП ФИО1 и внесло изменения об отсутствии задолженности.

Истец обратился с претензией от 20.02.2018 (л.д. 16 т. 1) в АО «Россельхозбанк» с требованием возместить убытки и моральный вред.

В претензии истец указал, что в связи с отказом кредитной организации в предоставлении заемных средств истец был вынужден отказаться от исполнения договора от 20.08.2017 на изготовление для нужд покупателя металлических двухярусных кроватей и заплатить покупателю предусмотренную п. 5.3 договора неустойку в размере 140000 руб. В подтверждение факта уплаты неустойки представлена копия квитанции к ПКО №10 от 21.09.2017 (л.д. 59). Кроме того, в связи с отказом в предоставлении кредита истец не получил доход от исполнения договора в размере 400000 руб., в связи с чем, просит ответчика возместить упущенную выгоду в размере 400000 руб., а также возместить моральный вред в размере 300000 руб.

В ответе на претензию исх. № 028-31-21/1983 от 07.03.2018 (л.д. 17 т. 1) ответчик указал, что считает претензию необоснованной, при рассмотрении заявки на выдачу кредита банки оценивают все возможные риски, которые могут повлиять на надлежащее исполнение заемщиком условий кредитного договора, проводят анализ полной кредитной истории заемщика. Решение об отказе принимается на основании имеющихся фактов, препятствующих выдаче кредита, банки не обязаны мотивировать причины отказа в предоставлении кредита.

Считая необоснованным отказ ответчика от возмещения истцу убытков и морального вреда, истец обратился с настоящим иском в суд.

Исследовав и оценив по правилам ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд пришел к следующим выводам.

В силу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

В соответствии с п. 2, 3, 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 (ред. от 07.02.2017) «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» согласно статьям 15, 393 ГК РФ в состав убытков входят реальный ущерб и упущенная выгода.

Под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества.

Упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

При определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК РФ).

В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

По смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Заявляя исковые требования, истец исходил из того, что вследствие несвоевременной подачи банком в бюро кредитных историй сведений о закрытии кредитного договора 

<

***> от 29.03.2013 и об отсутствии задолженности истец не получил от АО «Газпромбанк» заемные средства на финансирование договора от 20.08.2017 на изготовление для нужд покупателя металлических двухъярусных кроватей, что повлекло за собой отказ истца от исполнения договора, неполучение прибыли, на которую рассчитывал истец, а также уплату неустойки.

В качестве доказательств истец представил в материалы дела  заключенный договор от 20.08.2017 на изготовление для нужд покупателя металлических двухъярусных кроватей, копию квитанции к ПКО №10 от 21.09.2017 об уплате 140000 руб. неустойки, уведомление АО «Газпромбанк» исх. №32-24-15/108 от 20.02.2018 об отказе в выдаче кредита, письма АО «Россельхозбанк» и АО «НБКИ» исх. №028-15-21/7103 от 05.09.2017, исх. №39474 от 01.12.2017, кредитный отчет (л.д. 21-55 т. 1), коммерческое предложение ООО «ППФ «СОТ» (л.д. 60-62 т. 1), уведомление от 08.09.2017 об отказе от исполнения договора (л.д. 57 т. 1), требование от 14.09.2017 об уплате неустойки (л.д. 58 т. 1).

В подтверждение возражений, изложенных в отзыве на иск, ответчик представил в дело консолидированный отчет от 25.06.2018 (л.д. 88-98 т. 1), соглашение 

<

***> от 29.03.2013 (л.д. 121-132 т. 2), выписку по лицевому счету истца за период с 29.03.2013 по 22.08.2018, копии судебных актов, информацию банка данных исполнительных производств в отношении истца.

Заявляя требования о взыскании убытков, истец обязан представить доказательства наличия всех условий, необходимых для возникновения убытков.

Вместе с тем, изучив материалы дела, пояснения сторон и третьих лиц, суд пришел к выводу о том, что истцом не доказан факт возникновения у истца убытков в связи с неправомерными действиями ответчика. Обстоятельства дела свидетельствуют о том, что убытки возникли у истца по иным причинам, в том числе, в результате непродуманной хозяйственно-финансовой политики истца.

Как указано в иске, истец, имея намерение заключить договор с ИП ФИО4 на изготовление металлических двухъярусных кроватей, рассчитывал на получение от АО «Газпромбанк» заемных денежных средств, за счет которых исполнит договор. Вместе с тем, на момент заключения договора, истец не только не получил денежные средства, но даже не обратился в банк с заявкой на получение кредита. Истец, занимаясь предпринимательской деятельности в течение длительного времени, был обязан учесть, что в случае неполучения кредита, он не сможет исполнить обязательства по договора и будет вынужден уплатить неустойку. Однако данные обстоятельства не были учтены истцом при заключении договора с ИП ФИО4, что закономерно послужило причиной наступления неблагоприятных последствий для истца в виде уплаты неустойки. Таким образом, убытки возникли у истца не в связи с виновными действиями ответчика, а в результате собственной неосмотрительности истца. 

Кроме этого, истец не предпринял никаких действий для уменьшения размера возникших убытков.

Так, в случае разрешения судом спора между ИП ФИО1 и ИП ФИО4 по взысканию неустойки вследствие отказа истца от исполнения договора ИП ФИО1 был вправе просит суд применить ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снизить размер неустойки до разумного. Кроме того, условие п. 5.3 договора, устанавливающего размер неустойки 10% от суммы договора, не являлось обязательным для данного договора и могло быть изменено истцом в сторону снижения размера неустойки, вместе с тем, истец принял данное условие без возражений. Указанные действия истца привели к тому, что истец заплатил неустойку в большем размере, чем мог бы при обычных условиях гражданского оборота.

Как следует из материалов дела, в качестве причины отказа в предоставление заемных средств не указано наличие у бюро кредитных историй сведений о наличии задолженности у истца, в уведомлении АО «Газпромбанк» исх. №32-24-15/108 от 20.02.2018 причина отказа не определена.

В отзыве ответчик указал, что согласно представленному истцом отчету АО «НБКИ» от 12.09.2017 у истца имелось 3 активных кредита на общую сумму, превышающую 1400000 руб., автокредит на сумму 3291200 руб., 4 потребительских кредита, всего сумма кредитных средств составляет 6598152 руб., ежемесячный платеж по которым составляет 123449 руб. 06.06.2017 истцу одобрен потребительский кредит на сумму до 100000 руб. в АО «ОТП Банк». 

В письменных пояснениях АО «Газпромбанк» указывало в качестве причины отказа в предоставлении кредита несоответствие ФИО1 требованиям, предъявляемым банком к заемщикам, а также то, что при принятии членами кредитного комитета филиала решения о выдаче/отказе в предоставлении кредитных средств учитывалось следующее:

- основные параметры запрашиваемого кредита (сумма кредита, срок, вид кредита, целевое назначение кредита);

- информация о потенциальном заявщике (ФИО, дата рождения, место работы, должность, стаж работы, среднемесячный доход, наличие/отсутствие движимого/недвижимого имущества, семейное положение, наличие/отсутствие иждивенцев, наличие/отсутствие непогашенных кредитов, сумма кредитов (при наличии), наличие/отсутствие просроченной задолженности, информация, содержащаяся в бюро кредитных историй, наличие/отсутствие негативной информации (решений судов/судебных приказов/исполнительных производств);

- экспертное мнение кредитного подразделения о целесообразности предоставления кредитных средств/отказе в предоставлении кредитных средств.

В письменных пояснениях ООО «Эквифакс Кредит Сервисиз» (л.д. 112-113 т. 2) пояснило, что подтверждает позицию ответчика, изложенную в отзыве на иск, в том числе о том, что со стороны ответчика не предоставлялась информация о просрочках истца по заключенному им с ответчиком кредитному договору, по состоянию на 07.11.2017 значение статуса кредитного договора было «Кредит закрыт».

В письменных пояснениях ЗАО «ОКБ» указало, что не является национальным бюро кредитных историй, вместе с тем пояснило, что согласно  ФЗ «О кредитных историях» предусмотрен специальный способ защиты прав субъектов кредитной истории от ошибочной информации, содержащейся в бюро кредитных историй, в виде оспаривания указанной информации, либо путем подачи заявления о внесении изменений и (или) дополнений в эту кредитную историю. Истец не обращался в ЗАО «ОКБ» с указанными требованиями.

Оценив по правилам статьи 71  Арбитражного процессуального кодекса РФ представленные в дело документы, суд пришел к выводу о том, что истец не привел достаточных доказательств того, что причиной отказа в предоставлении ему кредита в АО «Газпромбанк» послужило информация о его задолженности перед АО «Россельхозбанк», в связи с чем, отсутствуют основания для привлечения банка к гражданско-правовой ответственности.

Причиной отказа в предоставлении кредитных средств послужила совокупность обстоятельств, позволившая сделать вывод о том, что потенциальный заемщик (ФИО1) не отвечает требованиям, установленным АО «Газпромбанк» для заемщиков. К указанным обстоятельствам относятся, в том числе, наличие активных кредитов, возбужденных судебных дел и исполнительных производств, наличие просрочек по уплате кредитов, что ИП ФИО1 не оспаривалось.

В дополнение к изложенному следует отметить, что истцом не доказано, что получение заемных средств в АО «Газпромбанк» связано с необходимостью исполнения договора, а также то, что именно отказ банка в выдаче кредита послужил основанием для отказа истца от договора.

Из заявки истца на получение кредита (л.д. 94 т. 2) следует, что истец просил предоставить кредит на потребительские цели, в заявке не указано, что кредит истребован на предпринимательские нужды, в том числе, для исполнения договора от 20.08.2017.

Доказательства того, что истец обращался в других банки для поучения кредита и получил отказ, в дело не представлено.

В связи с изложенным, у суда отсутствуют основания полагать, что причиной возникновения у истца убытков явились виновные действия ответчика, в связи с чем, в удовлетворении требований о взыскании 140000 руб. убытков следует отказать.

В части требований о взыскании упущенной выгоды суд пришел к следующим выводам.

По иску о взыскании упущенной выгоды истец должен доказать, что допущенное нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить неполученные доходы, и что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве его субъективного представления. Доказывая размер своей упущенной выгоды, он должен обосновать, в каком объеме он гарантированно получил бы соответствующие доходы, единственной причиной неполучения которых послужило противоправное поведение ответчика.

В обоснование своего расчета на 400000 руб. упущенной выгоды истец представил в материалы дела заключенный договор от 20.08.2017 на изготовление для нужд покупателя металлических двухъярусных кроватей, коммерческое предложение ООО «ППФ «СОТ».

Из указанных документов следует, что истец планировал получить в результате исполнения договора 1400000 руб., затратив на изготовление 100 единиц кроватей 850000 руб. (8500 руб. х 100 шт.). При этом, истец не учел свои фактические затраты, связанные с исполнением договора, в том числе, расходы на оплату транспортировки изготовленных кроватей, уплату процентов за пользование суммой займа по кредитному договору и другие возможные издержки.

Кроме того, представляя коммерческое предложение ООО «ППФ «СОТ» на изготовление кроватей, истец не подтвердил, что договор на изготовление кроватей действительно заключен с ООО «ППФ «СОТ» на указанную сумму (850000 руб.), и расходы истца на изготовление действительно могли составить 850000 руб.

Таким образом, суд, признавая, что истец не обязан представлять точный расчет упущенной выгоды, пришел к выводу, что истец должен был предпринять все меры к тому, чтобы представить расчет упущенной выгоды с достаточной степенью достоверности с учетом фактических расходов (ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»). Указанные требования истцом не выполнены.

Кроме того, истец не доказал, что действия ответчика явились единственным препятствием для получения истцом прибыли. Данные обстоятельства, в том числе вина ответчика, были проанализированы судом при рассмотрении требований о взыскании убытков.

В этой связи суд полагает необходимым отказать истцу в удовлетворении требований о взыскании упущенной выгоды в связи с недоказанностью.

Истцом заявлены требования о взыскании 300000 руб. в возмещение морального вреда.

В соответствии с абз. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные права, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 4 п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторых вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причинены действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В силу ч. 2 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежат компенсации только в случаях, предусмотренных законом.

Таким образом, из буквального содержания приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что компенсация морального вреда возможна в случаях причинения такого вреда гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

Моральный вред, причиненный нарушением имущественных прав, подлежит компенсации лишь в случаях, прямо указанных в законе (определения Верховного Суда Российской Федерации от 17.08.2015 по делу N 309-ЭС15-8331, от 25.11.2014 N 57-КГ14-8).

Таким образом, из буквального содержания вышеприведенных положений закона и разъяснений Пленума следует, что компенсация морального вреда возможна в случаях причинения такого вреда гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. В иных случаях компенсация морального вреда может иметь место лишь при наличии прямого указания об этом в законе.

По настоящему делу истцом в качестве основания для взыскания компенсации морального вреда указаны действия ответчика, нарушающие имущественные права истца – невозможность получения заемных средств в кредитных учреждениях.

Каких-либо действий ответчика, непосредственно направленных на нарушение личных неимущественных прав истца либо посягающих на принадлежащие истцу нематериальные блага, судом не установлено.

Истцом при предъявлении иска в качестве его основания указаны действия ответчика, связанные исключительно отношениями по заключению кредитных договоров.

Действующим гражданским законодательством возможность компенсации морального вреда, причиненного нарушением имущественных прав в сфере кредитования, не предусмотрена.

В связи с изложенным, требования истца о взыскании 300000 руб. морального вреда удовлетворению не подлежат.

С учетом принятого по делу решения и на соответствии  со ст. 110  Арбитражного процессуального кодекса РФ государственная пошлина относится на истца. 

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Удмуртской Республики

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска отказать. 

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

СудьяА.М. Ходырев