АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

 

«

Дело № А14-10595/2017

г. Калуга

11» июня 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 04 июня 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  11 июня 2024 года.

 

Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего

ФИО1,

судей

ФИО2,

ФИО3,

 

при участии в судебном заседании:

ответчика

 

ФИО4 на основании паспорта и представителя ФИО5 по доверенности от 04.04.2024,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО4 на определение Арбитражного суда Воронежской области от 19.05.2023 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2023 по делу № А14-10595/2017, 

 

УСТАНОВИЛ:

Конкурсный управляющий ФИО6 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Карат» (далее – должник, 394036, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) обратилась в Арбитражный суд Воронежской области с заявлениями о взыскании убытков с руководителя должника ФИО4 (далее - ответчик) в размере 32 062 204 руб. 50 коп. и о привлечении контролирующего должника лица ФИО7 к субсидиарной ответственности на сумму 168 399 044 руб. 

Также ФИО8 и ФИО9  обратились в Арбитражный суд Воронежской области с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц ФИО4, ФИО10, ФИО11 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на сумму 150 389 555 руб.

Определениями суда первой инстанции от 01.02.2021 и от 15.02.2021 объединены в одно производство для совместного рассмотрения вышеперечисленные заявления.

Также определением от 29.03.2021 прекращено производство в части привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности – ФИО4, ФИО11, ФИО10 в виде возмещения убытков в размере 168 399 044 руб. солидарно по заявлению ФИО8 и ФИО9 в связи с отказом заявителей от своих требований.

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 19.05.2023 (судья Мальцева С.В.), оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2023 (судьи Потапова Т.Б., Безбородов Е.А., Ботвинников В.В.), с бывшего руководителя должника ФИО4 в пользу ООО «Карат» взысканы убытки в размере 36 635 500 руб. Заявление конкурсного управляющего ООО «Карат» ФИО6 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Карат» оставлено без удовлетворения.

Не соглашаясь с названными судебными актами, ФИО4 обратился с кассационной жалобой, в которой просит их отменить в части взыскания с него убытков в размере 36 635 500 руб. в связи с незаконностью и нарушением норм материального права, направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. В жалобе заявитель ссылается на то, что при рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции не заявлял о том, что является номинальным руководителем должника, судом первой инстанции необоснованно отказано ответчику в проведении судебной почерковедческой экспертизы, поскольку ФИО4 не было известно об отчуждении активов юридического лица. Также заявитель кассационной жалобы указывает, что судами обеих инстанций не дана оценка факту продажи права требования должника к ФИО11 за 6 600 000 руб., судами не установлены обстоятельства возможного исполнения определения суда от 28.06.2022 о взыскании с ФИО11 денежных средств в размере 36 635 500 руб. Кроме того, заявитель кассационной жалобы указывает на то, что ФИО4 не подавал заявление на регистрацию сделки и на момент фактического отчуждения активов не являлся директором должника.

В отзыве от 04.03.2024 и в письменных от 22.05.2024 конкурсный управляющий просила оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения, указывает на продажу права требования ФИО11 на торгах по договору от 27.02.2023 за 6 600 000 руб.

ФИО4 и его представитель в дополнениях к кассационной жалобе от 30.05.2024 и в судебном заседании поддержали доводы кассационной жалобы, пояснили, что по факту возможной подделки подписей ФИО4 на спорном договоре обратились в правоохранительные органы в августе 2022 года, указали, что при выходе из состава участников ООО «Карат» ФИО4 в качестве оплаты своей доли получил около 10 млн.руб. без оформления соответствующих документов.

Иные участвующие в обособленном споре лица в судебное заседание не явились, о дате и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом (в том числе с учетом разъяснений, данных в п. 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации»), ходатайств об отложении рассмотрения дела в связи с невозможностью явиться в судебное заседание не заявили. Суд кассационной инстанции считает возможным рассмотреть жалобу на основании ч. 3 ст. 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив в порядке ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, заслушав пояснения ФИО4 и его представителя, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для изменения судебных актов первой и апелляционной инстанций в обжалуемой части, исходя из следующего.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и следует материалов дела, ФИО4 с сентября 2013 года по 01.06.2015 являлся директором ООО «Карат», а также единственным участником должника.

Решением от 01.06.2015 ФИО4 возложил исполнение обязанностей руководителя ООО «Карат» на ФИО10

Согласно протоколу от 25.06.2015 в состав участников ООО «Карат» было принято ООО «Стройнадзор» (доля участия 0,99 %), в связи с чем доля участия ФИО4 составила 99,01 %.

Впоследствии согласно решению от 06.07.2015 ФИО4 вышел из состава участников ООО «Карат».

В то же время, между ООО «Карат» (продавец) и ФИО11 (покупатель) были заключены договоры купли-продажи от 27.05.2015 нежилых помещений с кадастровыми номерами 36:34:0545001:363 и 36:34:0545001:362, площадью 333 кв.м. и 333,1 кв.м., расположенных по адресу: г. Воронеж, ул. Острогожская, д. 168/3 и д. 168/4, за 18 315 000 руб. и 18 320 500 руб. соответственно.

Переход права собственности на указанные объекты недвижимости был зарегистрирован за ФИО11 03.06.2015.

В подтверждение факта оплаты в материалы дела были представлены копии квитанций к приходным кассовым ордерам № 41 и № 42 от 28.05.2015.

Согласно экспертному заключению № 081В-2021 от 12.08.2021 о выполнении подписей и рукописных текстов в исследуемых документах, которое представитель ФИО4 представил в обособленный спор по делу о несостоятельности (банкротстве) о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, подписи в квитанциях к приходным кассовым ордерам № 41, № 42 от 27.05.2015, а также в договорах и передаточных актах к ним с большей долей вероятности выполнены не ФИО4, а иным лицом. 

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 14.07.2017 заявление ПАО Банк «ФК Открытие» о несостоятельности (банкротстве) ООО «Карат» от 07.07.2017 принято к производству и определением от 30.03.2018 (резолютивная часть оглашена 26.03.2018) признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО6

Решением от 20.08.2018 (резолютивная часть оглашена от 13.08.2018) ООО «Карат» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утверждена ФИО6 В дальнейшем срок конкурсного производства ООО «Карат» был продлен.

Впоследствии определением от 05.07.2022 признаны недействительными договоры купли-продажи от 27.05.2015, заключенные между ООО «Карат» и ФИО11, применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО11 в пользу ООО «Карат» денежных средств в размере 18 315 000 руб. и 18 320 500 руб.

Указанный судебный акт не обжалован и вступил в законную силу.

Поскольку определение от 05.07.2022 исполнено не было, право требования к ФИО11  по результатам электронных торгов от 08.02.2023 в форме публичного предложения было реализовано ООО «СК «Региональный проект» по договору цессии № 1 от 27.02.2023 за 6 600 000 руб.

Ссылаясь на наличие оснований для привлечения к ответственности контролировавших должника лиц, конкурсный управляющий ФИО6 обратилась в арбитражный суд с настоящими заявлениями.

Разрешая спор по существу, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь статьями 1, 15, 50, 53, 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 20.4, 61.10-61.12, 61.20, 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», Федеральным законом от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», а также разъяснениями, данными в постановлениях Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», пришли к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего о взыскании убытков с бывшего руководителя должника ФИО4 

По результатам рассмотрения кассационной жалобы судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно п. 3 ст. 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» конкурсный управляющий вправе подавать в суд от имени должника иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника.

В соответствии с п. 1 ст. 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным указанной главой.

Согласно ст. 8, 12, 15 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. Защита гражданских прав может осуществляться путем возмещения убытков. Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применение данной меры ответственности возможно лишь при наличии условий наступления ответственности, предусмотренных законом. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие и размер убытков, причинно-следственную связь между наличием убытков и противоправностью поведения ответчика.

На основании п. 3 ст. 53 и п. 1 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53 названного кодекса), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» указано, что в силу п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Как указывалось ранее, определением Арбитражного суда Воронежской области от 05.07.2022 по настоящему делу признаны недействительными сделками договоры купли-продажи от 27.05.2015, заключенные между ООО «Карат» и ФИО11, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО11 в пользу ООО «Карат» 36 635 500 руб. 

В рассматриваемом случае, учитывая, что на момент заключения сделок должник обладал признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества, а покупатель, приобретая безвозмездно многомиллионный актив, очевидно, знал о причинении вреда имущественным правам кредиторов должника, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии правовых оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО4 в период заключения недействительных сделок исполнял полномочия директора ООО «Карат», а также был единственным участником общества с долей в уставном капитале 100%.

Судами первой и апелляционной инстанций правомерно отмечено, что поскольку сделки были признаны недействительными, нарушающими права и законные интересы кредиторов общества, то за совершение действий по их заключению бывший директор должника ФИО4 может быть привлечен к ответственности в виде взыскания убытков.

На основании абз. 9 п. 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» при определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (п. 1 ст. 50 Гражданского кодекса Российской Федерации). Представляется разумным поведение заботливого руководителя – бережное отношение к экономическим ресурсам общества, направленность его действий на минимизацию издержек, увеличение конкурентной способности, развитие общества, то есть совершение действий, направленных на рост и развитие и (или) стабильное состояние безубыточного ведения предпринимательской деятельности. Безвозмездное отчуждение высоколиквидного актива привело к росту обязательств и в конечном итоге к неплатежеспособности должника.

Из определения Арбитражного суда Воронежской области от 13.11.2018 усматривается, при включении требований уполномоченного органа в реестр требований кредиторов должника за ООО «Карат» числится задолженность по страховым взносам на обязательное медицинское страхование в сумме 10 089 руб. 32 коп. штрафов. Задолженность по уплате некоторых обязательных платежей образовалась в 2015 году.

Также судами верно учтено, что ряд требований конкурсных кредиторов, предъявленных к должнику в процедуре банкротства, содержит требования в части неустоек, начисленных должнику за несвоевременную сдачу жилого дома и ввод его в эксплуатацию, который был предусмотрен в июне 2015 года.

Кроме того, суды отметили, что коэффициент текущей платежеспособности в течение 2015 – 2017 годов показывает отрицательную динамику.

Таким образом, ООО «Карат» в 2015 году перестало платить по долгам, кроме того, должник не был в состоянии завершить в установленный договорами участия в долевом строительстве срок строительство жилого комплекса и закончить все необходимые мероприятия для ввода объектов в эксплуатацию, что привело к возникновению иных обязательств – неустойки в пользу участников долевого строительства, требования по которым впоследствии были включены в реестр.

В ходе рассмотрения настоящего спора судом первой инстанции представителем ФИО4 было заявлено ходатайство о фальсификации доказательств, а именно: передаточного акта от 27.05.2015, передаточного акта от 27.05.2015, квитанции к приходному кассовому ордеру № 42 от 28.05.2015 на сумму 18 320 500 руб., квитанции к приходному кассовому ордеру № 41 от 28.05.2015 на сумму 18 315 000 руб., в виду наличия на них подписи, не принадлежащей ФИО4, и указано, что в экспертном заключении № 081 В-2021 от 12.08.2021 о выполнении подписей и рукописных текстов в исследуемых документах, подготовленном АНО «Воронежское бюро судебной экспертизы и оценки», экспертом сделан вывод, что подписи в квитанциях № 41, №42 от 28.05.2015, подписи и рукописные тексты «Джигола Сергей Михайлович» в передаточных актах от 27.05.2015 при договорах купли-продажи от 27.05.2015, с большей долей вероятности выполнены не ФИО4, а иным лицом.

Представитель конкурсного управляющего ООО «Карат» ФИО6 заявил об исключении из материалов обособленного спора копии квитанции к приходному кассовому ордеру № 42 от 28.05.2015 на сумму 18 320 500 руб., копии квитанции к приходному кассовому ордеру № 41 от 28.05.2015 на сумму 18 315 000 руб., мотивировав это тем, что ФИО4 отрицает факт подписания указанных документов и получения денежных средств от ФИО11 по договорам купли-продажи от 27.05.2015. Определением суда первой инстанции от 15.11.2022 исключены их числа доказательств копии указанных документов.

Судом первой инстанции были истребованы из Управления Росреестра Воронежской области регистрационные дела в отношении отчужденных объектов недвижимости с кадастровыми номерами 36:34:0545001:362 и 36:34:0545001:363, согласно которым заявления о регистрации перехода права собственности в отношении спорных объектов были поданы 27.05.2015 ФИО12, действующей по нотариальной доверенности 36 АВ 1041828 от 28.10.2013 (срок полномочия – 5 лет, без права передоверия), подписанной директором ООО «Карат» ФИО4, о чем в книгу учета входящих документов внесены соответствующие записи. Доверенность 36 АВ 1041828 от 28.10.2013 подписана ФИО4 в присутствии нотариуса ФИО13, что исключает возможность оформления доверенности без согласия самого ФИО4

При изложенных обстоятельствах, судами первой и апелляционной инстанций сделан верный вывод о том, что ФИО4 в силу полномочий координировал деятельность и давал обязательные указания по ведению финансово-хозяйственной деятельности общества, выражал согласие на совершение сделок, невыгодных для должника. При этом не имеет значения принадлежность подписей ФИО4 на договорах и передаточных актах, поскольку ответчик не мог не знать, что денежные средства в размере 36 635 500 руб. за реализованные активы не поступили от ФИО11 в пользу ООО «Карат».

Как отмечено выше, на момент совершения спорных сделок руководителем и единственным учредителем ООО «Карат» являлся ФИО4, который нес ответственность за деятельность данного юридического лица. Также ФИО4 оставался учредителем и после завершения регистрации перехода права собственности на основании сделок, признанных впоследствии недействительными.

Кроме того, судебная коллегия полагает необходимым отметить, что согласно пояснениям самого ответчика, о заключении договоров купли-продажи от 27.05.2015 он узнал в феврале 2020 года после предъявления в суд конкурсным управляющим ООО «Карат» настоящих требований о взыскании убытков. Однако, заявляя о подделке подписей на данных договорах, ФИО4 обратился в правоохранительные органы только спустя боле чем два года (в августе 2022 года).

Между тем, как было установлено судами, основная часть неисполненных обязательств возникла у ООО «Карат» перед кредиторами в период руководства должником ФИО4, в том числе обязательств, связанных с нарушением срока передачи квартир физическим лицам (срок до 30.06.2015).

При этом, ФИО4 снимает с себя полномочия руководителя ООО «Карат» и выходит из состава участников должника непосредственно в момент наступления срока исполнения обязательств перед физическими лицами.

Действуя разумно и добросовестно, учитывая интересы кредиторов, обязательства перед которыми не были исполнены ООО «Карат» в период осуществления полного контроля за данным юридическим лицом ФИО4, последний должен был незамедлительно после получения в 2020 году информации о заключении спорных договоров (о которых, согласно его пояснениям, ему не было ранее известно) предпринять все необходимые меры, в том числе путем обращения в правоохранительные органы, для установления виновных лиц и привлечения их к ответственности с целью максимального возмещения причиненного кредиторам ущерба.

Ответственность контролирующего должника лица за причиненный вред презюмируется, если не доказано иное, в том числе если не доказана вина иных лиц, подлежащих привлечению к ответственности в конкретном случае.

При этом, ФИО4 не лишен возможности заявить о пересмотре настоящих судебных актов в установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации порядке в случае установления правоохранительными органами иных обстоятельств заключения спорных сделок и виновных в их совершении лиц.

В п. 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что при наличии двух судебных актов о взыскании неосновательного обогащения с фактически получившего исполнение лица (контрагента по сделке) и о присуждении руководителя к возмещению соответствующих убытков исполнение одного из этих судебных актов должно повлечь окончание исполнительного производства по второму в порядке ст. 47 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», если будут исполнены оба судебных акта, то по позднее исполненному осуществляется поворот исполнения в порядке ст. 325 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Также согласно п. 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

Между тем, судами не было учтено следующее.

Как было указано выше, право требования к ФИО11 было реализовано в процедуре банкротства на торгах за 6 600 000 руб. до вынесенрия судом первой инстанции обжалуемого определения.

Принимая во внимание изложенные выше обстоятельства, судебная коллегия полагает необходимым изменить обжалуемые судебные акты в части размера убытков, взыскав с ответчика в пользу ООО «Карат» 30 035 500 руб.

В остальной обжалуемой части судебные акты подлежат оставлению без изменения.

Определение Арбитражного суда Воронежской области от 19.05.2023 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2023 в части выводов в отношении ФИО7 не обжалуются, в связи с чем соответствующие выводы судов не проверяются кассационной инстанцией (ч. 1 ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьями 284, 286, пунктом 2 части 1 статьи 287, статьями 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Воронежской области от 19.05.2023 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2023 по делу № А14-10595/2017 в обжалуемой части о взыскании с ФИО4 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Карат» 36 635 500 руб. убытков изменить.

Взыскать с ФИО4 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Карат» 30 035 500 руб. убытков.

В остальной обжалуемой части определение Арбитражного суда Воронежской области от 19.05.2023 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2023 по делу № А14-10595/2017 оставить без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вынесения, в судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

ФИО1

Судьи

ФИО2

 

ФИО3