ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-91226/2016тр

05 апреля 2019 года

г. Санкт-Петербург

.4

Резолютивная часть постановления объявлена     20 марта 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  05 апреля 2019 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Зайцевой Е.К.

судей  Аносовой Н.В., Слоневской А.Ю.

при ведении протокола судебного заседания:  Потаповой А.В. до перерыва, Вовчок  О.В. после  перерыва  

при участии лиц  согласно  протоколу  судебного заседания

рассмотрев  в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационные номера  13АП-27750/2018, 13АП-27755/2018) ООО УК «Альфа-Капитал»  Комитета имущественных отношений Санкт-Петербурга  на определение  Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.10.2018 по делу № А56-91226/2016/тр.4 (судья  Антипинская М.В.), принятое 

по заявлению ООО «Фортис»

о включении требования в реестр требований кредиторов должника

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Петербургское Агентство Недвижимости»,

заинтересованное лицо: ЗАО «Зингер»,  

 

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.12.2016 на основании заявления ООО «Качкин и Партнеры» возбуждено производство по делу о банкротстве ООО «Петербургское Агентство Недвижимости».

            Определением суда от 10.04.2017, резолютивная часть объявлена 30.03.3017, произведена процессуальная замена кредитора-заявителя ООО «Качкин и Партнеры» на ООО «Фортис».

            Определением суда от 10.04.2017, резолютивная часть объявлена 30.03.2017, в отношении ООО «Петербургское Агентство Недвижимости» (ИНН 7825107090, ОГРН 1027809248004) введена процедура банкротства наблюдения, временным управляющим утвержден Александров Святослав Игоревич, член СОАУ «Континент». Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсант» от 08.04.2017. 

            Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.11.2017, резолютивная часть объявлена 16.11.2017, ООО «Петербургское Агентство Недвижимости» (ИНН 7825107090, ОГРН 1027809248004) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника  открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев, конкурсным управляющим утвержден Лапин Антон Олегович, член Союза арбитражных управляющих «Континент». Сведения об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы в газете «Коммерсантъ» за 02.12.2017 № 225 (6219).

            02.02.2018 в рамках дела о банкротстве ООО «Фортис» обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 1 499 329 006,83 руб. 

Определением суда от 17.05.2018 к участию в деле в качестве заинтересованного лица в рамках настоящего обособленного спора привлечено ЗАО «Зингер». 

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.10.2018  требование ООО «Фортис» в размере 1 488 862 452,47 руб. задолженности включено в реестр требований кредиторов ООО «Петербургское Агентство Недвижимости» в третью очередь удовлетворения требований.  В связи с поступлением на определение апелляционных жалоб, 06.10,2018  судом изготовлен мотивированный текст определения. 

В апелляционной жалобе конкурсный кредитор Комитет имущественных отношений Санкт-Петербурга просит вынесенное судом первой инстанции определение отменить, в удовлетворении заявления ООО «Фортис» о включении в реестр требований кредиторов ООО «ПАН» отказать.

Податель апелляционной жалобы полагает, что у ООО «Фортис» отсутствовало право на предъявление требований к должнику, как поручителю, поскольку  доказательства того, что заемщиком ЗАО «Зингер» было допущено нарушение заемных обязательств, в материалы дела не представлено.

Также в материалы дела не представлено надлежащих доказательств эмиссии ЗАО «Зингер» векселей, перечисленных в договоре новации от 15.07.2016.

На дату подписания договора поручительства должник уже имел неисполненные обязательства в размере 197 753 917,67 руб.  Хотя структура баланса должника была удовлетворительной, должник был неплатежеспособным, поскольку активы должника в основном состояли из дебиторской задолженности (в том числе, с истекшим сроком исковой давности).

Податель апелляционной жалобы полагает, что судом необоснованно не дана оценка действиям кредитора и поручителя, как злоупотребление правом при заключении договора на сумму превышающую размер активов поручителя. Какой-либо экономический смысл в заключении такого договора отсутствовал.

В апелляционной жалобе ООО «УК «Альфа-Капитал» просит вынесенное судом первой инстанции определение отменить, в удовлетворении заявления ООО «Фортис» о включении его требования в реестр отказать.

Свое обращение с апелляционной жалобой заявитель основывает на положениях статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и указывает, что является управляющей компанией Закрытого паевого инвестиционного фонда недвижимости «Северная столица», решение об этом было принято общим собранием владельцев инвестиционных паев от 02.10.2017. 

Вместе с тем, предшествующая управляющая компания -  ООО «УК ПАН-ТРАСТ» в нарушение указанного решения, положений Федерального закона «Об инвестиционных фондах» и Инструкции Банка России от 06.11.2014 № 157-И, не исполнила обязанность по передаче ООО «УК «Альфо-Капитал» прав и обязанностей по договору доверительного управления Фондом.

Поскольку основным активом Фонда являются доли в ООО «ПАН», а сам Фонд с января 2016 года находится в стадии прекращения, включение необоснованных требований ООО «Фортис» в реестр требований кредиторов ООО «ПАН», влечет негативные последствия и для владельцев инвестиционных паев ЗПИФН «Северная столица».

По существу включенного в реестр требования кредитора ООО «Фортис», податель апелляционной жалобы полагает, что кредитором не представлены доказательства обращения за исполнением обязательств к основному заемщику – ЗАО «Зингер», а, кроме того, не представлено доказательств  возникновения первоначальных обязательств по договорам купли-продажи векселей, в связи с чем новация в заемное обязательство не основана на нормах права и не порождает правовых последствий.

Податель апелляционной жалобы также отмечает, что со стороны кредитора имело место злоупотребление правом, поскольку, будучи аффилированным лицом по отношению к должнику и зная о его финансовом положении, действовал недобросовестно по отношению к кредиторам должника при заключении договора поручительства, в связи с чем, в силу положений статьи 10 ГК РФ, его права защите в судебном порядке не подлежат.

В отзыве на апелляционные жалобы ООО «Фортис» просит в их удовлетворении отказать, полагает обжалуемый судебный акт законным и обоснованным, полагает, что факт получения ЗАО «Зингер» денежных средств, обязательства по возврату которых оформлялись путем выдачи ЗАО «Зингер» векселей и впоследствии были новированы в заемные обязательства в соответствии с соглашением о новации, подтверждается материалами настоящего обособленного спора.

В отзыве на апелляционные жалобы заинтересованное лицо ЗАО «Зингер» полагает доводы, изложенные в них не обоснованными.

ООО «Фортис» заявлено ходатайство о прекращении производства по апелляционной жалобе ООО «УК «Альфа-Капитал» по тем основаниям, что согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «ПАН» 100 % долей в его уставном капитале входят в состав Фонда под управлением ООО «Управляющая компания «ПАН-ТРАСТ», сведения о том, что управляющей компанией Фонда является ООО «УК «Альфа-Капитал» отсутствуют. Полагает, что податель апелляционной жалобы не обосновал свою заинтересованность в данном споре, что исключает его участие в процессе.

Представитель ООО «УК «Альфа-Капитал» против заявленного ходатайства возражал, ссылался на обстоятельства, изложенные в апелляционной жалобе относительно конфликта между управляющими компаниями относительно прав управления Фондом.

Рассмотрев обращение ООО «Фортис», суд апелляционной инстанции не находит оснований для его удовлетворения по следующим основаниям.

Исходя из разъяснений, изложенных в абзаце 2 пункта 41 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", в силу пункта 3 статьи 126 Закона о банкротстве представители собственника имущества должника - унитарного предприятия, а также учредителей (участников) должника в ходе конкурсного производства обладают правами лиц, участвующих в деле о банкротстве.

Из представленных подателем апелляционной жалобы документов и сведений из ЕГРЮЛ, не оспоренных иными участвующими в деле лицами, следует, что 100 % долей в уставном капитале ООО «ПАН» входят в состав Фонда, управление которым осуществлялось  управляющей компанией, которой являлось ООО «УК ПАН-ТРАСТ». На собрании владельцев инвестиционных паев, состоявшемся 02.10.2017 было принято решение о возложении прав и обязанностей управляющей компании на ООО «УК «Альфа-Капитал». В связи с конфликтом между управляющими компаниями регистрационные действия, подтверждающие смену компании, не произведены.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.02.2014 N 8457/13 по делу N А45-22511/2011, содержится вывод о возможности участия в деле о банкротстве участника общества при наличии корпоративного конфликта между двумя участниками общества, имеющими равные доли в его уставном капитале (50 процентов и 50 процентов).

Суд апелляционной инстанции считает возможным по аналогии распространить данную конструкцию на участие в деле двух управляющих компаний одного участника должника.

В судебном заседании податели апелляционных жалоб изложенные в них доводы поддержали.

Представители кредитора ООО «Фортис» и третьего лица ЗАО «Зингер» против удовлетворения апелляционных жалоб возражали по мотивам, изложенным в отзывах.

Суд апелляционной инстанции отказал в удовлетворении ходатайств кредиторам Комитету имущественных отношений Санкт-Петербурга и ООО «Фортис», а также заинтересованному лицу ЗАО «Зингер» в приобщении к материалам дела дополнительных документов по основаниям пункта 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку указанные лица участвовали при рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции и не привели уважительных причин невозможности предоставления этих документов суду. Отметки о неприобщении документов сделаны в сопровождающих их  письмах.

В судебном заседании был объявлен перерыв до 20.03.2019 до 09 час. 20 мин.

20.03.2019 судебное заседание было продолжено.

Законность и обоснованность вынесенного судом первой инстанции определения проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, при обращении в арбитражный суд за установлением денежного требования в размере 1 488862452,47 руб., ООО «Фортис» ссылалось на следующие обстоятельства: 15.07.2016 между ЗАО «Зингер» и ООО «Фортис» было заключено соглашение, в соответствии с которым стороны новировали обязательство по оплате на общую сумму 1 411 650 545, 06 руб. в заемное обязательство с установлением срока погашения займа и процентной ставки за пользование заемными средствами. 

По указанному соглашению от 15.07.2016 ЗАО «Зингер» обязывалось  возвратить ООО «Фортис» сумму займа в размере 1 411 650 545,06 руб. в течение пяти лет с уплатой процентов в размере 0,1% годовых - по 30.09.2016, а  с 01.10.2016 - 12,5% годовых. 

В обеспечение исполнения указанного обязательства между ООО «ПАН» и ООО «Фортис» был заключен договор поручительства от 30.09.2016. 

При рассмотрении дела судом первой инстанции установлено.

Новированные обязательства представляют собой вексельный долг, подтвержденный договором купли-продажи от 31.12.2013, заключенным между ООО «Фортис» и Компанией «Дамонт Риал Истейт ХолдингЛимитед», по условиям которого были приобретены векселя ЗАО «Зингер», актом предъявления векселей к платежу от 31.12.2013, актом прекращения обязательств отступным от 31.12.2013, соглашением от отступном от 01.01.2015, актом приема-передачи векселей от 01.01.2015, актом предъявления векселей к платежу от 04.07.2016. 

Невозможность своевременной оплаты вексельного долга породила необходимость заключения нескольких соглашений об отступном и соглашения о новации от 15.07.2016, в обеспечение исполнения обязательств по которому между ООО «Фортис» и ООО «ПАН» был заключен договор поручительства от 30.09.2016. 

В связи с неблагоприятным финансовым положением ООО «Петербургское Агентство Недвижимости», а также длительным неисполнением обязательств со стороны ЗАО «Зингер» (непредставление обеспечения имеющегося обязательства), ООО «Фортис» досрочно истребовало у ЗАО «Зингер» сумму займа письмом от 15.12.2017. Обязательства по возврату займа и уплате процентов заемщиком не были исполнены. 

 

Исследовав представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, оценив позиции участвующих в деле лиц, суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности предъявленного ООО «Фортис» требования по праву и по размеру.

При этом, суд первой инстанции исходил из отсутствия достоверных документальных доказательств, опровергающих доводы кредитора. 

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда первой инстанции, считает их ошибочными, не основанными на нормах законодательства о банкротстве, в связи с чем, обжалуемый судебный акт подлежит отмене.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве в конкурсном производстве установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве.

В силу абзаца 3 пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.

Требование кредитора предъявлено к должнику в установленный Законом о банкротстве срок.

Как разъяснено в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда от 22.06.2012 N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

            Поскольку требование рассматривается в деле о банкротстве (несостоятельности), во избежание создания искусственной задолженности в реестре требований кредиторов суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также самого должника.

            В соответствии с частью 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

            Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

            В соответствии с пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

            В соответствии со статьей 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

            Согласно пункту 2 статьи 385 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор, уступивший требование другому лицу, обязан передать ему документы, удостоверяющие право требования, и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления требования.

            ООО «Фортис» в обоснование наличия у него денежного требования к должнику, представлен значительный пакет документов. Вместе с тем, исследование  данных документов не позволило суду апелляционной инстанции сделать вывод о подтвержденности цепочкой последовательно совершенных действий  наличия у ЗАО «Зингер» денежного обязательства, за надлежащее исполнение которого поручился должник.

В  представленных в материалы дела письменных пояснениях  от 09.01.2019 ЗАО «Зингер» указало, что им были выданы два собственных векселя без серии и номера: 12.03.2009 на сумму 650 000 000 руб. (векселедержатель ООО «ЭксоБалт») и 20.03.2009 на сумму 289 923 702,21 руб. (векселедержатель ООО «НевоБалт»), сроком платежа по предъявлении. 

Вексель от 12.03.2009 был предъявлен к платежу 15.04.2009 компанией «Дамонт Риал Истейт Холдинг Лимитед», обязательства по векселю были прекращены посредством новации в обязательства по займу до 31.12.2013 в сумме 650 000 000 руб. с уплатой 17,5 % годовых.

Вексель от 20.03.2009   был предъявлен к платежу 01.10.2009 компанией «Дамонт Риал Истейт Холдинг Лимитед», обязательства по векселю были прекращены посредством новации в обязательство по займу до 31.12.2013 в сумме 289 923 702, 21 руб. с уплатой 17,5 % годовых.

Так же ЗАО «Зингер» указывает, что заемные обязательства в размере 289 923 702,21 руб. по соглашению от 01.10.2009 к концу 2013 года были прекращены в полном объеме посредством передачи заимодавцу (не указывая его наименование) векселей третьих лиц. Обязательства по возврату основного долга по соглашению от 15.04.2009 к концу 2013 года были прекращены частично на сумму 122 505 220,48 руб. также посредством передачи векселей третьих лиц.

В дальнейшем, 31.12.2013 обязательства по возврату оставшейся части задолженности, а также уплате процентов были прекращены посредством выдачи ЗАО «Зингер» трех собственных векселей под 9,25 % годовых  без указания серии и номера, а также без указания срока, на который они были выданы.

01.01.2015  ООО «Форест» предъявило эти векселя к платежу, а также предъявило другие векселя, также выданные ЗАО «Зингер». Обязательства по оплате всех предъявленных векселей прекращены посредством предоставления отступного в виде трех новых собственных векселей ЗАО «Зингер». Срок предъявления векселей к платежу не указан, плата за пользование вексельными средствами не указана.

15.07.2016 после предъявления ООО «Фортис» выданных векселей к платежу, а также других векселей ЗАО «Зингер» (всего предъявлено 14 векселей на общую сумму 1 411 650 545,06 руб.), обязательства ЗАО «Зингер» по оплате этих векселей были новированы по соглашению от 15.07.2016 в обязательства по возврату займа и уплате процентов.

Со стороны кредитора ООО «Фортис», как это было указано выше, были представлены договор купли-продажи от 31.12.2013, заключенный между ООО «Фортис» и Компанией «Дамонт Риал Истейт ХолдингЛимитед», по условиям которого были приобретены векселя ЗАО «Зингер», акт предъявления векселей к платежу от 31.12.2013, акт прекращения обязательств отступным от 31.12.2013, соглашение от отступном от 01.01.2015, акт приема-передачи векселей от 01.01.2015, акт предъявления векселей к платежу от 04.07.2016. 

Кроме того, в материалы дела представлены ксерокопии  платежных поручений от 16.03.2009 № 25 на сумму 650 000 000 руб. (от ООО «ЭксоБалт») и от 19.03.2009 № 14 на сумму 289 923 702,21 руб. (от ООО «НевоБалт»)  в адрес ЗАО «Зингер» с назначением платежей: «оплата по договору купли-продажи ценных бумаг». Договоры купли-продажи ценных бумаг в материалы дела не представлены.

Совокупность представленных в материалы дела доказательств недостаточна для того, чтобы сделать вывод о наличии у должника денежных (заемных или весельных)  обязательств перед ООО «Фортис».

Первоначальные отношения купли-продажи ценных бумаг представлены только платежными поручениями, из которых не представляется возможным установить, свои или приобретенные векселя были предложены ЗАО «Зингер» к продаже, договоры купли-продажи ценных бумаг отсутствуют,  дальнейшие упоминания о вексельных правоотношениях явствуют только из документов об отступном или новации. Векселя не имеют никакой индивидуализации, копии таких ценных бумаг в материалы дела не представлены, в то время, как в случае погашения ценных бумаг или их замены на новые ценные бумаги, прежние векселя должны храниться у эмитента, в доказательство наличия операций с ценными бумагами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 361 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

Согласно статье 363 Гражданского кодекса Российской Федерации при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.

В рассматриваемом случае суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии доказательств наличия между сторонами: ООО «Фортис» и ЗАО «Зингер»  заемных обязательств, в обеспечение исполнения которых был заключен договор поручительства.

Кроме того, по смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. 

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. 

При этом, для установления обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора (далее также - «дружественный» кредитор) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. 

Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. 

Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора.

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункт  13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016). 

Следовательно, во избежание нарушения прав кредиторов должника все обстоятельства сделок с ним  как с банкротом подлежат судебному исследованию, тем более, что на пороки сделок указывают лица, участвующие в деле. 

Из материалов дела следует, что должник и кредитор являются аффилированными по отношению друг к другу лицами. 

На момент заключения договора поручительства от 30.09.2015 ООО «Фортис» владело 102 паями Закрытого паевого инвестиционного фонда недвижимости «Северная столица», единственного участника должника - ООО «ПАН». От имени должника договор поручительства был подписан генеральным директором Далакяном Г.С., избрание которого на эту должность было осуществлено решением инвестиционного комитета от 15.09.2016, в заседании которого принимал участие только ООО «Фортис».

Таким образом, проверяя заявление о дефектах сделки, суду надлежит установить, измелились ли у сторон спорных правоотношений реальные намерения в части ее исполнения, либо названные требования направлены на искусственное увеличение задолженности аффилированного лица должника. 

Установление наличия внутригрупповых отношений между сторонами сделки и, как следствие, общности хозяйственных интересов участников спорных отношений, о котором заявляли конкурирующие кредиторы, позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий кредитора и должника.

По смыслу положений статьи 10 ГК РФ, с учетом правовой позиции, изложенной в пункте 3 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 27 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 ГК РФ", возможность квалификации судом действий лица как злоупотребление правом не зависит от того, ссылалась ли другая сторона спора на злоупотребление правом противной стороной. Суд вправе по своей инициативе отказать в защите права злоупотребляющему лицу, что прямо следует из содержания пункта 2 статьи 10 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Следует учесть, что конкурирующие кредиторы должника и арбитражный управляющий не являлись стороной сделки, в силу чего объективно ограничены в возможности доказывания необоснованности требования другого кредитора. 

Поэтому предъявление к таким лицам высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов. В данном случае достаточно подтвердить существенность сомнений в наличии долга. 

Напротив, стороны сделки не лишены возможности представить в суд как прямые, так и косвенные доказательства, опровергающие сомнения в реальности ее исполнения. Таким образом, при наличии убедительных доводов и доказательств невозможности осуществления сделки бремя доказывания обратного возлагается в данном споре на кредитора-заявителя и должника.

Исследование правоотношений сторон (ООО «Фортис» и ЗАО «Зингер») позволяют суду апелляционной инстанции сделать вывод об отсутствии экономической целесообразности в этих действиях. 

Так, ООО «Фортис» приобретает в 2013 году  права требования у третьих лиц к ЗАО «Зингер», вытекающих из вексельных правоотношений. На протяжении ряда лет кредитор довольствуется только переоформлением договорных отношений, не получая никакого экономического удовлетворения от сделок, хотя является коммерческой организацией, созданной для извлечения прибыли. Затем, переоформляет прежние правоотношения в заемные на срок пять лет (15.07.2016) и оформляет договор поручительства  с ООО «ПАН» (30.09.2016), а затем предъявляет требование в деле о банкротстве поручителя именно потому, что экономическое сопровождение заемной следки ухудшилось за счет поручителя, но не за счет основного заемщика.

Сумма предъявленных кредитором требований  (1 488 862 452,47 руб.) позволяет сделать вывод, что его положение среди прочих независимых кредиторов, будет главенствующим, что позволит кредитору получить безосновательный контроль над ходом дела о банкротстве.

В Определении от 28.05.2018 № 301-ЭС17-22652(1) Верховный Суд Российской Федерации  разъяснил, что, если "дружественный" кредитор не подтверждает целесообразность заключения обеспечительной сделки, его действия по подаче заявления о включении требований в реестр могут быть квалифицированы как совершенные исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Суд апелляционной инстанции полагает, что в действиях ООО «Фортис» имеется злоупотребление правом, в связи с чем, его права не подлежат судебной защите.

В связи с изложенным требование ООО «Фортис» о включении в реестр требований кредиторов ООО «ПАН» его денежного требования не подлежит удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 06.10.2018 по делу №  А56-91226/2016  отменить. Принять новый судебный акт.

В удовлетворении  заявления ООО «Фортис» о включении требования в реестр требований кредиторов должника ООО «Петербургское Агентство Недвижимости» отказать. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

Е.К. Зайцева

 

Судьи

 

Н.В. Аносова

 

 А.Ю. Слоневская