ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-3667/2024

г. Челябинск

03 июня 2024 года

Дело № А76-39004/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 мая 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 июня 2024 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Матвеевой С.В., 

судей Журавлева Ю.А., Забутыриной Л.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Шагаповым В.А., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего закрытого акционерного общества Фабрика специальных столярных изделий «Краснодеревщик» ФИО1 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 15.02.2024 по делу № А76-39004/2019.

В судебном заседании посредством веб-конференции принял участие конкурсный управляющий закрытого акционерного общества Фабрика специальных столярных изделий «Краснодеревщик» ФИО1 и его представитель - ФИО2 (паспорта, доверенность);

В судебном заседании непосредственно в Восемнадцатом арбитражном апелляционном суде приняли участие:

представители ФИО3 - ФИО4, ФИО5 (паспорта, доверенности);

представитель акционерного общества «Россельхозбанк» - ФИО6 (паспорт, доверенность);

представители общества  с ограниченной ответственностью «Фальцгебель» - ФИО7 , ФИО8 (паспорта, доверенности).

 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 25.10.2019 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Адитим» возбуждено производство по делу о банкротстве закрытого акционерного общества Фабрика специальных столярных изделий «Краснодеревщик» (далее – ЗАО  ФССИ «Краснодеревщик», должник). 

Определением суда от 23.12.2019 (резолютивная часть от 19.12.2019) в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве – наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО9 - член Ассоциации арбитражных управляющих «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса».     

Сведения о введении процедуры наблюдения размещены в газете «Коммерсантъ» № 241 от 28.12.2019. 

Решением суда (резолютивная часть от 01.09.2020) ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО1 (далее – конкурсный  управляющий, ФИО1) - член Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада». 

Информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 12.09.2020. 

10.06.2022 конкурсный управляющий ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 (далее - ФИО3) и ФИО4 (далее – ФИО4) к субсидиарной  ответственности по обязательствам ЗАО ФССИ «Краснодеревщик»; приостановить рассмотрение заявления о привлечении ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» до окончания расчетов с кредиторами (вх. от  14.06.2022). 

Определением от 06.09.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовой управляющий ФИО10 (далее – ФИО10, т.1, л.д. 16).

Определением от 16.05.2023 к участию в рассмотрении заявления в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Фальцгебель» (далее – ООО «Фальцгебель»).

Определением от 03.07.2023 процессуальный статус ООО «Фальцгебель» изменен - общество привлечено к участию в рассмотрении заявления в качестве соответчика (т.5, л.д. 63). 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 15.02.2024 (резолютивная часть от 14.12.2023) в удовлетворении заявленных требований отказано.

      Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просил судебный акт отменить.

Конкурсный управляющий полагает, что лицами, привлекаемыми к субсидиарной ответственности, совершены действия, направленные на перевод бизнеса ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» на иное юридическое лицо - ООО «Фальцгебель». Изложенное соотносится с обстоятельствами, установленными в Постановлении Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2023 по делу № А76-39004/2019 - добровольная передача бизнеса при одновременном совершении действий, направленных на вывод имущества и формирование контролируемой задолженности, не может не характеризовать цели и степень добросовестности бенефициаров должника в рассматриваемый период. Неоднократные попытки ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» прийти к соглашению с кредиторами  после 19.06.2019 (дата досрочного истребования ООО «Экспобанк» всей кредитной задолженности), в том числе путем продажи акций третьим лицам, по мнению апеллянта, сами по себе говорят об оценке должником и контролирующими его лицами возможности продолжения финансово-хозяйственной деятельности как положительной.

Выводы суда об отсутствии вреда от сделок основаны на доводах бывшего руководителя должника о существенных расходах на содержание имущественного комплекса в п. Новогорный, не подтвержденных какими-либо доказательствами. При этом сами по себе неудовлетворительные результаты работы филиала в любом случае не свидетельствуют о невозможности реализации актива с единовременной оплатой либо его передачи в долгосрочную аренду. Доказательства поиска потенциальных покупателей/арендаторов и сбора предложений бывшим руководителем должника также не представлены. 

В письме кредиторам от 29.05.2019 должник сам же указал, что причиной невозможности расчетов с кредиторами являются, в том числе, условия расчетов с ООО «Протон». Иная позиция соответчиков по данному вопросу в настоящее время сама по себе данное доказательство не опровергает.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2024 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание  назначено на 10.04.2024.

По ходатайству конкурсного управляющего должника судебное заседание проведено с использованием систем веб-конференции (часть 1 статьи 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В ходе заседания 10.04.2024 к материалам дела приобщен отзыв на  апелляционную жалобу от ООО «Фальцгебель» (№вх: 17105 от 25.03.2024) и  отзыв на апелляционную жалобу от ФИО3 (№вх: 18490 от 28.03.2024).

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.04.2024 судебное заседание отложено до 22.05.2024. 

В коллегиальном составе суда в порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Поздняковой Е.А. на судью Забутырину Л.В., в связи с чем, рассмотрение дела начато сначала.

По ходатайству конкурсного управляющего должника судебное заседание проведено с использованием систем веб-конференции (часть 1 статьи 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

К материалам дела приобщены поступившие от ответчиков во исполнение определения суда от 10.04.2024 письменные пояснения (вх.№28092 от 15.05.2024, 28093 от 15.05.2024, 28090 от 15.05.2024).

      Присутствующие участники процесса в судебном заседании заявили суду свои позиции относительно доводов апелляционной жалобы (согласно протоколу судебного заседания).          

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 53 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие от его имени (п. 1 ст. 182 ГК РФ).

Генеральный директор и иные лица, сведения о которых внесены в ЕГРЮЛ, являются представителями юридического лица по смыслу норм главы 10 ГК РФ.

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом. Исключением из общего правила является субсидиарная ответственность учредителей, собственников имущества юридического лица или других лиц, имеющих право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом определять его действия, по обязательствам юридического лица, если несостоятельность (банкротство) этого юридического лица вызвана действиями этих лиц (пункт 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации).

  Как установлено судом и следует из материалов дела, ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» зарегистрировано в ЕГРЮЛ 19.07.1993.

ФИО3 и ФИО4 являются акционерами ЗАО ФССИ «Краснодеревщик», владеющие 64,6409 % и 35,3591% акций, соответственно. 

ФИО3 с 19.07.1993 являлся генеральным директором ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» до введения в отношении должника конкурсного производства.

Заявитель  считает, что  контролирующими должника лицами осуществлено контролируемое введение процедуры банкротства в отношении ЗАО ФССИ «Краснодеревщик». Действия (бездействие) ответчиков являются причиной объективного банкротства должника и фактически причинили вред имущественным правам кредиторов.

Конкурсный управляющий так же указал, что в ходе процедуры банкротства выявлены признаки перевода бизнеса должника в пользу ООО «Фальцгебель».

Отказывая в удовлетворении требования заявителя, суд первой инстанции исходил из недоказанности совокупности условий для привлечения названных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, коллегия приходит к следующим выводам.

Как определено пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс РФ об административных правонарушениях", рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

В пункте 4 статьи 4 Закона N 266-ФЗ специально оговорено, что положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статьи 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве (в редакции указанного Закона) применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников, либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 1 сентября 2017 года.

Исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4) Гражданского кодекса Российской Федерации), по смыслу разъяснений пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", при рассмотрении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц подлежат применению нормы материального права в редакции Закона о банкротстве, действовавшей в момент совершение правонарушения и процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений действующие на дату рассмотрения заявления.

Как верно установлено судом, с учетом обстоятельств дела, при разрешении настоящего обособленного спора подлежит применению Закон о  банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ.

Согласно положениям части 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

В пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве перечислены обстоятельства, в соответствии с которыми предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, пока не доказано иное.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если, в частности, в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного закона, причинен вред имущественным правам кредиторов.

Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016).

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума N 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В пункте 23 постановления Пленума N 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка; заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Само по себе наличие презумпций (вины, причинно-следственной связи и т.д.) означает лишь определенное распределение бремени доказывания между участниками спора, что не исключает ни право ответчика на опровержение приведенных заявителем доводов, ни обязанности суда исследовать и устанавливать наличие всей совокупности элементов, необходимых для привлечения ответчиков к ответственности.

Одним из оснований для привлечения контролирующих должника лиц  к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ФИО1 указал на совершение ими сделок, причинивших существенный вред имущественным правам кредиторов.

В частности, сделка по перечислению денежных средств в пользу ФИО3 в общей сумме 1 740 000 руб. в счет возврата ранее выданных займов.

Вместе с тем, судом первой инстанции верно установлено, что данная сделка не привела и не могла привести к возникновению объективных признаков банкротства должника и причинить существенный вред правам кредиторов.

Так, сделки по перечислению указанной суммы ФИО3 были оспорены по признаку предпочтительного удовлетворения, признаны судом недействительными, однако, согласно постановлению Арбитражного суда Уральского округа от 14.07.2022, после возврата должником ФИО3 17.05.2019, 20.05.2019, 21.05.2019, 22.05.2019, 24.05.2019 денежных средств в сумме 1 740 000 руб. по договорам займа от 01.02.2019, от 04.02.2019, 05.02.2019, от 18.02.2019, от 27.02.2019, ФИО3 вновь предоставил заем должнику в сумме 4 150 000 руб. руб., заключив договоры займа от 07.06.2019, 28.06.2019, 08.07.2019, 15.07.2019, 19.07.2019, 26.07.2019, 07.08.2019, 09.08.2019, 14.08.2019, 16.08.2019, 22.08.2019, 23.08.2019, 28.08.2019, 30.08.2019, 06.09.2019, 17.09.2019, 19.09.2019, в связи с чем размер выданных вновь займов на сумму 4 150 000 руб. после  погашения должником 1 740 000 руб. устраняет имевшееся к этому моменту предпочтение. Конкурсная масса пополнилась на сумму последующих займов, выданных ФИО3 должнику уже в июне 2019 года, в связи с чем в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказано. 

Таким образом, указанные сделки не могли явиться причиной банкротства должника, на что обоснованно указал суд первой инстанции. 

Исследовав содержание судебных актов: определения от 13.09.2021, постановления Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.11.2021, постановления Арбитражного суда Уральского округа от 02.03.2022 по настоящему делу об оспаривании сделок в виде платежей в сумме 2 500 000 руб., совершенных 13.06.2019 ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» в пользу ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк», приняв во внимание, что размер реестра требований кредиторов ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» превышает 600 млн. руб., суд первой инстанции обоснованно констатировал, что в данном случае  указанная сделка на сумму 2 500 000 руб. не может находиться в причинно-следственной связи с банкротством должника, причинами его возникновения и являться основанием для невозможности расчетов с кредиторами.

Оснований не согласиться с данными выводами суда у судебной коллегии не имеется.

По мнению конкурсного управляющего, договор купли-продажи недвижимого имущества № 8/07-112 от 25.07.2018, заключенный между ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» (продавец) и ООО «Протон» (покупатель)  причинил существенный вред должнику. Стоимость имущества (Здание № 1, Здание № 2, Сооружение,  право аренды земельного участка) составила 52 489 892 руб. 82 коп., в том числе НДС 8 006 932 руб. 

Из материалов дела следует, что ООО «Протон» предоставлена рассрочка оплаты на 1,5 года. В обмен на данный актив должник получил перспективу поставок древесины в будущем в условиях падения рынка сбыта по основному продукту (межкомнатные двери), высокой кредитной нагрузки и уже имевшейся недостаточности собственных оборотных средств – данные обстоятельства констатированы самим должником в заключении о сделке от 16.07.2018. Испытывая финансовые трудности, ЗАО ФССИ «Краснодеревщик», остро нуждавшееся в оборотных средствах, так и не получило их несмотря на  совершение сделки на сумму более 50 миллионов рублей. 

ООО «Протон», получив в распоряжение имущественный комплекс в отсутствие оплаты,  перестало выплачивать арендную плату должнику. 

Между тем, определением от 17.04.2023 в удовлетворении требования конкурсного управляющего, в том числе о признании недействительным договора купли-продажи 8/07-112 от 25.07.2018, отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2023 определение суда первой инстанции в данной части оставлено без изменения. 

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 17.10.2023 судебные акты первой и апелляционной инстанций в данной части оставлены без изменения. 

Суды пришли к выводу об отсутствии оснований полагать, что реализация имущественного комплекса произведена по существенно заниженной цене.

Кроме того, не доказано то обстоятельство, что в результате совершения спорной сделки ухудшено финансовое состояние должника. Не представлено доказательств того, что именно  заключение договора купли-продажи №8/07-112 от 25.07.2018 привело к банкротству должника.  Указанная сделка не является причиной объективного банкротства должника, поскольку не является  существенно невыгодной применительно к масштабам его деятельности.

Суды констатировали, что сделки по отчуждению имущества направлены, в том числе, на сокращение затрат на содержание недвижимого имущества (охрана, электроэнергия, связь, пожарная сигнализация, расходы на обслуживание фонда капитального строительства и т.п.). Действия должника  по отчуждению имущества убыточного производства филиала направлены на установление  безубыточной хозяйственной деятельности должника в целом.

Более того, условиям данного договора в части оплаты реализованного недвижимого имущества  также дана оценка в рамках рассмотрения требования конкурсного управляющего о признании  недействительными сделок, заключенных с ООО «Протон». 

В частности, суды пришли к выводу, что оплата недвижимого имущества путем заключения актов  взаимозачетов преследовало единую хозяйственную цель, поскольку прекращение обязательств зачетом встречных однородных требований между сторонами не выходит за пределы обычной практики,  соответствует общепринятым правилам делового оборота и возможность осуществления расчетов между сторонами путем взаимозачета встречных обязательств.

При таком положении, совершение данной сделки также не может служить основанием  для привлечения к субсидиарной ответственности, на что обоснованно указал суд первой инстанции.

Предпринимательская деятельность согласно статье 2 Гражданского кодекса Российской Федерации осуществляется на свой риск, к которому относятся, в том числе, и негативные последствия осуществляемой деятельности. 

Как следует из обстоятельств дела о банкротстве, 29.12.2017 между ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» и ООО «Экспобанк» (правопредшественник АО «Экспобанк») заключен договор о предоставлении возобновляемой кредитной линии № 48/17 (далее – договор №48/17 от 29.12.2017), по условиям которого банк обязался предоставить заемщику одной или несколькими частями возобновляемый кредит в течение периода с 29.12.2017 по 30.12.2019 включительно, при условии, что размер единовременной задолженности заемщика по выданным, но не погашенным траншам, не превысит установленного лимита задолженности в размере 100 000 000 руб. Заемщик обязался возвратить полученные транши, уплатить проценты за пользование траншами и погасить иные обязательства, предусмотренные настоящим договором, не позднее даты окончательного возврата кредита.

По условиям договора №48/17 от 29.12.2017, ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» предоставило ООО «Экспобанк» право и дало согласие (заранее данный акцепт) на списание со Счета заемщика/счетов заемщика, открытых в Банке, без дополнительного распоряжения Заемщика денежных средств на основании инкассовых поручений/платежных требований/банковских ордеров и иных расчетных (платежных) документов, выставляемых Банком к Счету заемщика/счетам заемщика по обязательствам Заемщика, предусмотренным настоящим Договором. 

Заранее данный акцепт предоставлен заемщиком по настоящему Договору без ограничения по количеству расчетных (платежных) документов, выставляемых Банком в соответствии с условиями настоящего Договора, а также без ограничения по сумме и требованиям из обязательств, вытекающих из настоящего Договора. 

В дальнейшем, 22.01.2018, 23.01.2018, 14.02.2018 между банками, ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» и ООО «Экспобанк» подписаны соглашения об условиях списания денежных средств по требованиям, поручениям (распоряжением) кредитора. 

Далее, 30.01.2018 в обеспечение исполнения обязательств по договору №48/17 от 29.12.2017 ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» передало ООО «Экспобанк» в залог недвижимое имущество, поименованное в разделе 1 договора об ипотеке №48/17-ЗНИ, зарегистрированного в установленном порядке. 

В декабре 2018 года АО «Банк Интеза» направил должнику требование о досрочном погашении кредита, что повлекло утрату текущего уровня рентабельности и невозможность погашения процентов по кредитам иных банков. 

29.05.2019 ФИО3, как генеральный директор должника, направил предложение о встрече в адрес банков в связи с убыточной деятельностью в четвертом квартале 2018 года, а также о необходимости предоставления отсрочки на 8 месяцев для восстановления платежеспособности. 

На просьбу ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» перекредитовать обязательства по договору № 48/17 от 29.12.2017, от ООО «Экспобанк» 29.05.2019 (исх. Их06/19-344) получено уведомление о приостановлении выдачи траншей.

31.05.2019 ФИО3, как генеральный директор должника, направил в адрес банков-кредиторов, в том числе ООО «Экспобанк», письмо, в котором указал на невозможность, начиная с июня 2019 года, выполнять свои обязательства по графикам гашения кредитных средств, в связи с чем, обратился с просьбой в кратчайшие сроки рассмотреть возможность реструктуризации кредитного портфеля.

14.06.2019 ООО «Экспобанк» направило кредиторам ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» письмо о возможности восстановления платежеспособности клиента и введении реструктуризации при соблюдении ряда условий: дофинансированние клиента кем-либо из кредиторов, распространении всей залоговой массы на исполнение обязательств перед всеми кредиторами в перекрёстном порядке, а также не исключило рассмотрение возможности уступки задолженности третьим лицам. 

В период с 13.06.2019 по 22.06.2019 ООО «Экспобанк» направило во все обслуживающие должника банки требование о безакцептном списании денежных средств со счетов клиента. 

Данные обстоятельства послужили направлению 17.06.2019 письма за подписью ФИО3 в адрес банков-кредиторов, в котором доведена информация о принятии ООО «Экспобанк» решения о приостановлении выдачи траншей.

19.06.2019 ООО «Экспобанк» выставило ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» требование о досрочном взыскании задолженности по кредиту в размере 98 084 496 руб. 65 коп.

Впоследствии иные банки-кредиторы должника выставили аналогичные требования.

Из материалов дела усматривается, что должник выбрал модель ведения бизнеса, связанную с привлечением большого объема кредитных средств. По существу общество осуществляло деятельность, которая не приносила прибыли, достаточной для погашения тела кредитов, общество в течение всего периода его деятельности лишь исправно гасило проценты по кредитам. 

Верховный Суд РФ неоднократно указывал на экстраординарность субсидиарной ответственности в качестве механизма защиты нарушенных прав кредиторов, исключительности такой меры ответственности, что, в свою очередь, свидетельствует о повышенном стандарте доказывания как наличия статуса контролирующего должника лица, так и ряда условий, при которых такое лицо может быть привлечено к ответственности.

Заявителем не доказано, что в рассматриваемом случае сложившиеся между Банками и должником правоотношения выходят за пределы стандартной практики кредитования, учитывая совокупность вышеизложенных обстоятельств. Следовательно, экстраординарность ситуации не доказана. 

При этом сложившиеся обстоятельства деятельности должника не свидетельствовали об объективном банкротстве и, несмотря на временные финансовые затруднения, ФИО3 рассчитывал на их преодоление в разумный срок.

Следует учитывать, что Банки на протяжении нескольких лет предоставляли кредитные средства, давая положительные заключения, проверяли платежеспособность общества.

Таким образом, имеется высокая вероятность того, что общество продолжило бы деятельность в ситуации, когда Банки одновременно не потребовали бы досрочного погашения кредитов.   

Так же из материалов дела следует, что 01.10.2011 между ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» (поставщик) и ООО «Леруа Мерлен Восток» (покупатель) был заключен договор поставки №07619, по условиям которого поставщик обязался поставлять товар покупателю, а покупатель обязался принимать и оплачивать товар (пункт 1.1).

Анализ условий данного договора позволяет прийти к выводу, что прекращение поставок продукции одному из крупнейших контрагентов должника привело бы к возникновению роста обязательств должника в виде неисполненных заказов и неустойки за неисполнение условий по поставке товара.

Из анализа финансового состояния должника, следует, что ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» уже в июне 2019 не имело возможности в полном объеме изготавливать и поставлять продукцию для ООО «Леруа Мерлен Восток» на условиях договора поставки № 07619 от 01.10.2011. 

Так, временным управляющим ФИО9 в указанном отчете отражен убыток от основной деятельности за 9 месяцев 2019 года в размере 42 млн. руб. (т. 5 л.д. 102-115) и сделал вывод о невозможности безубыточной деятельности должника. 

При невыполнении ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» условия о поставке товара и расторжении договора 07619 от 01.10.2011, должник получил бы обратно весь объем уже отгруженной продукции на общую сумму 87 025 427,92 руб., а также обязанность выплатить ООО «Леруа Мерлен Восток» ее стоимость и штраф (неустойку), который, согласно расчету ответчика ФИО3, составил бы по состоянию на 10.10.2019 - 15 852 401,11 руб. 

Данные обстоятельства, исходя из пояснений ответчиков, послужили основанием к заключению между ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» (исполнитель) и ООО «Фальцгебель» (заказчик) договора подряда №8/07-116 от 01.07.2019, договора поставки №807-122.

Судом подробно исследованы обстоятельства, связанные с созданием ООО «Фальцгебель», с договорными отношениями должника и ООО «Фальцгебель»,  влиянием на финансовые показатели должника.

Из материалов дела следует, что 21.08.2019 между ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» (сторона 1), ООО «Фальцгебель» (сторона 2) и ООО «Леруа Мерлен Восток» (сторона 3) заключено соглашение №07619/17 о замене стороны в договоре поставки. 

В материалы дела ООО «Фальцгебель» представлены пояснения о сложившихся взаимоотношениях ООО «Фальцгебель» и ООО «Леруа Мерлен Восток», из которых следует, что, несмотря на то, что соглашение о замене стороны поставщика в договоре поставки № 07619 от 01.10.2011 подписано 21.08.2019, первый заказ от данного Покупателя направлен в адрес ООО «Фальцгебель» только 05.09.2019). Первая отгрузка продукции произведена Обществом 12.09.2019. При этом объем поставок в адрес ООО «Леруа Мерлен Восток»  существенным образом отличался от объема указанного в пункте 5.3 письма генерального директора ЗАО ФССИ Краснодеревщик ФИО3 от 04.09.2019 (об объемах поставок на сумму 45 млн. руб. в месяц). Следовательно, ООО «Фальцгебель» не является компанией-посредником, о которой указано в письме от 04.09.2019.  Более того, заменить должника на рынке производства и продажи дверей ООО «Фальцгебель» не могло, поскольку  масштабы деятельности и производственные мощности должника и ООО «Фальцгебель»  существенным образом отличаются. ООО «Фальцгебель» указало, что какой-либо крупной прибыли от исполнения договора с ООО «Леруа Мерлен Восток» не получило, поскольку несет затраты на изготовление данной продукции (сырье, материалы, ремонт и обслуживание оборудования, налоги, заработная платы и тд.). Кроме этого, по условиям договора ООО «Фальцгебель», как Поставщик, предоставляет данному Покупателю скидки на товар (статья 4 договора 07619), оплачивает услуги по проведению рекламных акций (статья 11 договора 07619), премии за присутствие товара в магазинах и продвижение товара (статья 12 договора 07619). 

Согласно бухгалтерской справке к отчету о прибылях и убытках Общества за 2019 год чистый доход от реализации продукции в адрес ООО «Леруа Мерлен Восток» составил для ООО «Фальцгебель» отрицательную величину: «-» 2 061 439,93 рублей  т. 6 л.д. 22-27).

Данный финансовый результат получен ООО «Фальцгебель» исходя из стоимости поставленного по УПД товара и расходов, понесенных в связи с изготовлением, доставкой данной продукции, а также выплатами бонусов и премий ООО «Леруа Мерлен Восток», предусмотренных договором поставки № 07619 от 01.10.2011, банковскими комиссиями и факторинговым обслуживанием. 

 Кроме того, между ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» и ООО «Фальцгебель» заключен ряд договоров с целью осуществления деятельности ООО «Фальцгебель» по производству продукции и ее дальнейшей реализации, в том числе договоры аренды нежилого здания, аренды транспортных средств, аренды оборудования. 

ФИО3 пояснил, что ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» имело опасные производственные объекты, к содержанию, обслуживанию которых предъявляются повышенные требования, поэтому руководитель ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» не мог обесточить предприятие и вынужден был  поддерживать  его  водоснабжение,  водоотведение,  теплоснабжение,  обслуживание противопожарных   средств   (сигнализации,   систем   оповещения   и   т.п.),  обеспечение электроэнергией.

Из материалов настоящего дела, все договоры заключены на возмездной основе с получением должником встречного предоставления в размере 209 712 048,88 руб. в виде арендной платы и оплаты за имущество, приобретенного ООО «Фальцгебель» по результатам торгов в процедуре конкурсного производства (что подтверждается платежными поручениями, выписками банков по счетам Общества, Отчетом КУ ЗАО ФССИ «КД» от 14.05.2023, приложение №№ 9, 10, 33.1-33.7 к отзыву ООО ФГ от 05.09.2023, т. 5 л.д. 102-115). 

Тем самым, ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» смогло погасить задолженность по налогам, сборам в размере более 9 000 000 руб., при увольнении были рассчитаны более 500 человек (более 57 000 000 руб.). 

Вышеуказанные сделки не признаны судом недействительными, с соответствующими требованиями конкурсный управляющий либо кредиторы не обращались. 

Более того, договорные правоотношения продолжались и после введения в отношении должника процедуры банкротства, что в свою очередь подтверждает одобрение сделок со стороны конкурсного управляющего и подтверждает их целесообразность в сложившихся условиях для должника.

Таким образом, ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» обеспечило сохранность имущества в состоянии, пригодном для дальнейшей эксплуатации/реализации: если бы предприятие не поддерживало температурный режим в цехах, то оборудование с электронными системам управления вышло бы из строя, превратившись в непригодное для дальнейшего использования, что не позволило бы конкурсному управляющему проводить торги оборудования в работоспособном состоянии.

Впоследствии имущество должника приобретено ООО «Фальцгебель» в собственность в процедуре банкротства на торгах.

Из отчета конкурсного управляющего следует, что основным источником поступлений денежных средств в конкурсную массу является ООО «Фальцгебель», выплачивавшее арендную плату. 

Кроме того, стоит учесть, что фактически активы должника не выбыли из его собственности.  Объекты недвижимого имущества за весь период владения ответчиком не отчуждены третьим лицам, не разделены на разные объекты и т.д.

Доказательств того, что предпринимались меры, направленные на извлечение выгоды или дальнейшее затруднение возвращения имущества в  распоряжение должника, не представлено. 

Судом установлено, что на момент введения процедуры наблюдения у должника уже имелись существенные неисполненные обязательства, а специфика хозяйственной деятельности, которой занимался должник, предполагает наличие существенных оборотных средств, необходимых для закупа сырья, содержания имущества, выплаты заработной платы и прочее. Однако у должника и контролирующих его лиц в сложившейся ситуации возможности получения таких оборотных средств уже были исчерпаны. При этом поставка товаров с перспективой того, что должник не сможет рассчитываться с контрагентами в обычном порядке или  будет это делать с существенной просрочкой, также свидетельствует о малореальной возможности  продолжения хозяйственной деятельности именно должником.

Стоит обратить внимание, что ни ФИО3, ни ФИО4 не являются учредителями ООО «Фальцгебель».

Относительно бывших работников должника, учредивших ООО «Фальцгебель», суд учитывает, что указанные лица, в силу многолетней работы в ЗАО ФССИ «Краснодеревщик», владели/должны были владеть технологиями, знаниями поставщиков и покупателей ЗАО ФССИ «Краснодеревщик», поскольку напрямую взаимодействовали с ними в период работы у должника.

Доказательств того, что названные лица давали обязательные для Должника указания, определяли действия Должника, совершали от имени Должника сделки, определяя их условия, не представлено. 

В полном смысле действия руководителей должника нельзя назвать переводом бизнеса на ООО «Фальцгебель» в силу того, что в указанное общество не были переданы основные активы должника. Основные средства были переданы в конкурсную массу для расчетов с кредиторами.

Принимая во внимание то обстоятельство, что в сложившихся условиях в 2019 году ведение безубыточной деятельности должником уже не представлялось возможным (учитывая выводы временного управляющего), замена поставщика в договоре с  ООО «Леруа Мерлен Восток» в сентябре 2019 году не повлекла банкротство должника.    

Институт субсидиарной ответственности не имеет своей целью простое переложение ответственности с организации на контролирующее лицо, поскольку субсидиарная ответственность - не ответственность за долги организации, а ответственность за невозможность погасить долг организации, в связи с чем истцу необходимо доказать, что действия контролирующего лица повлекли такой убыток, в результате которого стало невозможно исполнить требования кредитора, что действия контролирующего лица стали необходимой  причиной банкротства.

Конкурсный управляющий не представил расчет предполагаемой выручки в условиях продолжения хозяйственной деятельности должником без участия ООО «Фальцгебель», не раскрыл наступивших от них негативных для кредиторов экономических последствий.

Исходя из вышеустановленных обстоятельств, судебная коллегия поддерживает выводы суда первой инстанции о недоказанности совокупности условий для привлечения к субсидиарной ответственности ООО «Фальгебель» и П-вых по указанным основаниям.

Конкурсный управляющий считает, что в данном случае действия привлекаемых лиц были направлены на контролируемое введение процедуры банкротства в отношении ЗАО ФССИ «Краснодеревщик». 

В целях проверки данных доводов, суд исследовал обстоятельства по обособленному спору, установленные определением от 06.09.2022 по делу № А76-39004/2019, отменным впоследствии постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2023 в связи с выводами о необходимости субординации данных требований.

Данными судебными актами установлена фактическая аффилированность заявителей и должника, наличие в действиях кредиторов-физических лиц злоупотребления правом.

Вместе с тем, из выводов, сделанных в данных судебных актах, не следует, что такие сделки с кредиторами – физическими лицами привели к банкротству должника и (или) невозможности погашения требований кредиторов. Факт злоупотребления правом наряду с отсутствием иных доказательств не свидетельствует об обратном.

Более того, требования указанных лиц понижены в порядке очередности и, как следствие, правовых оснований для утверждения о контролируемом банкротстве не имеется. 

Верховный Суд РФ неоднократно формулировал позицию (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.03.2017 N '307-3016-3765(4, 5), от 19.03.2020 N 305-ЭС19-16046(3), от 23.06.2021 N 305-ЭС21-3961(1-3)) о том, что в ситуации, когда отношения сторон являются сложно структурированными и опосредуются чередой связанных между собой сделок, правильная квалификация совокупности юридически значимых действий сторон должна осуществляться посредством сопоставления фактических обстоятельств, имевших место до инициирования оспариваемых действий, и обстоятельств, возникших после совершения сторонами всех операций.

В рамках дела №А76-39004/2019 проведена судебная экспертиза по установлению признаков преднамеренного и/или фиктивного банкротства в действиях должника, по результатам которой эксперты пришли к следующим выводам:

1. коэффициентный анализ, проведённый в рамках исследования вопроса №1 показал, что у должника  усматриваются признаки преднамеренного банкротства по состоянию на 31.12.2018 и 31.12.2019;

2. сделки между должником и ООО «Протон» от 25.07.2018 №08/07-112, между должником и ООО  «Фальцгебель» привели к ухудшению финансового состояния должника;

3. в 2019 году выявлена общая тенденция снижения совокупных денежных потоков должника на 53%  относительно 2018 года, что характеризует в целом сокращение объемов деятельности;

4. в 2019 году объем полученных средств кредитного характера снизился, что привело к общему  снижению объемов деятельности; 

5. на основании проведенного исследования эксперты пришли к выводу о том, что остановка  деятельности по производству столярных изделий привела к общему снижению выручки должника, как  источника формирования притока денежных средств от текущей деятельности;

6. совершение хозяйственных действий в 2019 году (по реализации полуфабрикатов, по выявлению  недостачи и порчи имущества, потерь от недостачи и порчи имущества, прибыли прошлых лет) в объемах,  нехарактерных для предыдущих периодов (с 2016 по 2018 годы) и отражение их в бухгалтерском учете  привели к ухудшению его финансового состояния.

Экспертное заключение в исследовательской части указывает, что коэффициенты, характеризующие финансовое состояние должника, существенно изменились в сторону ухудшения именно в мае 2019 года, о чем также сказано экспертами в ходе дачи пояснений в судебном заседании.

Так, на странице 55 экспертного заключения от 10.01.2022 №1 указано, что «Помесячный анализ выручки в 2018 году показал ее рост в течение календарного года, с мая 2019 года наметилась устойчивая тенденция к снижению выручки».

Суд исходит из того, что заявителем не представлено объективных доказательств того, что должник мог сам продолжать осуществление хозяйственной деятельности, и что такая деятельность не повлекла бы увеличение неисполнимых обязательств.

Исходя из анализа финансового состояния, ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» находилось в полной зависимости от внешних источников финансирования. Соответственно, основной причиной снижения темпов хозяйственной деятельности после 19.06.2019 является прекращение кредитования при практически одновременном предъявлении требований о досрочном возврате всей суммы по всем кредитам. 

Следует вывод, что должник утратил платежеспособность до создания ООО «Фальцгебель», а не в связи с его созданием.

  Судом приняты во внимание пояснения ФИО3 относительно обстоятельств ухудшения финансовой ситуации ЗАО ФССИ «Краснодеревщик». Ответчик указал, что значительное влияние на финансовое состояние ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» оказало изменение структуры рынка товаров для ремонта и строительства, начавшееся в 2005 году и обусловленное сосредоточением на ритейлерах значительной доли рынка. В результате диктуемых ими условий, прибыль зарабатывалась не на величине плановой прибыли в единице продукции, а за счет реализации больших объемов. К 2014 году на глобальных рынках в международных компаниях (Леруа Мерлен, Касторама, OBI) сложились четкие требования к поставщикам, ограничивающие их рентабельность пятью-семью процентами в обмен на обеспечение рынка продажи своей продукции в долгосрочной перспективе. Условия контрактов с сетевыми организациями в части изменения стоимости поставляемой продукции, самой процедуры согласования иной стоимости, были достаточно жесткими, длительными, несогласие с условиями было чревато односторонним отказом от договора, то есть утратой рынка сбыта. Маржинальная доходность, как минимум, последние 10 лет, предшествующих банкротству, была крайне низкой в данной сфере в силу условий рынка. 

В ситуации с ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» доля сырья иностранного производства в составе продукции Общества по состоянию на 2014 г. составляла 62 % с последующим ее увеличением. До середины 2014 г. ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» приобретало валюту в среднем за 31 руб., с августа 2014 г. стоимость валюты возрастает на 84 %, что повлекло для Общества: рост затрат на сырье на 80%, рост таможенных платежей на 80 % (исчисляются от стоимости товара в валюте), рост затрат на логистику на 40 %, в которых доля валюты более 50 %. Между тем, отпускные цены в сетях, согласно долгосрочным договорам, определены в рублях, изменить их немедленно было невозможно, обществом «Леруа Мерлен» решение об изменении стоимости было принято только в конце января 2015 г. В этой связи, Общество в течение 6 месяцев поставляло более 50 % своей продукции с планово-убыточными ценами, кассовый разрыв покрывался за счет уменьшения оборотных средств, отсрочки расчетов за приобретаемое сырье, привлечение кредитных ресурсов. Возврат к плановой рентабельности произошел у производителей только к концу 2018 г.

Еще одним негативным моментом в экономике того периода для производителей стало увеличение ставки рефинансирования с марта по декабрь 2014 г. с 5,5 % до 17%, что привело к возрастанию обслуживания кредитов на 195 %. Общество вынуждено было «перекредитовываться», в том числе для поддержания условий контрактов с сетевыми организациями по увеличению поставок в ближайшие 5 лет.  

Дальнейшее повышение цен для сетей на 60-70%, сокращение расходов позволяло Обществу вернуться к уровню оборотных средств, достаточному для качественной экономики предприятия и даже сокращения кредитной нагрузки к началу 2019 г., однако заработанные в этот период денежные средства ушли на обслуживание кредитов (уплату процентов). К началу 2019 г. оборотные средства предприятия достигли уровня, гарантирующего сохранение производства. Для наращивания его объемов требовалась отсрочка исполнения кредитного обязательства.

Однако в 4 квартале 2018 г. во исполнение требования АО «Банк Интеза» ЗАО ФССИ «Краснодеревщик»    приступило    к    досрочному    погашению    кредита на основании Дополнительного соглашения № 2 от 18.03.2019 к Договору о предоставлении неподтвержденного кредитного лимита № 727860.0008000.05 от 25.10.2017, что требовало извлекать к 11 млн. руб. в месяц на обслуживание имеющихся кредитов еще в среднем 3-5 млн. руб. на досрочное гашение, влекло утрату воспроизведенного текущего уровня рентабельности, чем и было обусловлено обращение к кредитным организациям с предложением о предоставлении кредитных каникул. 

На стадии апелляционного производства ответчиками П-выми так же представлены подробные письменные пояснения обстоятельств причин объективного банкротства должника.

  Данные пояснения учтены судом в совокупности с иными установленными по делу обстоятельствами.

Судом апелляционной инстанции усматривается, что позиция ответчиков в данном случае не представляется противоречивой.  

В настоящем деле не доказан факт совершения ответчиками действий, которые привели к преднамеренному банкротству  должника.

Прямых, убедительных доказательств того, что действия ответчиков способствовали доведению ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» до полной неспособности удовлетворения требований кредиторов, привели к возникновению неплатежеспособности и недостаточности имущества,  наличии причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчиков и  банкротством ЗАО ФССИ «Краснодеревщик» не представлено.

Само по себе построение бизнеса, основанное в том числе, на масштабном кредитовании, исходя из обстоятельств дела, по мнению суда, являлось для должника обычной хозяйственной деятельностью, что не исключает предпринимательского риска.

Доводы заявителя апелляционной жалобы документально не подтверждены, основаны предположениях, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, сделанных с учетом правильно установленных фактических обстоятельств на основании представленных в материалы дела доказательств, оснований для которой суд апелляционной инстанции не усматривает.

С учетом изложенного, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по приведенным в апелляционной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 15.02.2024 по делу № А76-39004/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего закрытого акционерного общества Фабрика специальных столярных изделий «Краснодеревщик» ФИО1 - без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                        С.В. Матвеева 

 

Судьи:                                                                               Ю.А. Журавлев

 

Л.В. Забутырина