﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4344/19 

Екатеринбург

15 июля 2019 г.

Дело № А07-22894/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 10 июля 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 июля 2019 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кравцовой Е. А.,

судей Жаворонкова Д. В., Лукьянова В. А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя Ибатуллина Марата Мунавировича (далее – предприниматель, налогоплательщик) на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.04.2019 по делу № А07-22894/2018 Арбитражного суда Республики Башкортостан.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания                     на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

предпринимателя – Ишбулатов Р.Р. (доверенность от 31.08.2017);

Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 30                            по Республике Башкортостан (далее – налоговый орган, инспекция) – Богданов Р.М. (доверенность от 10.01.2019), Хабибуллин Р.М. (доверенность                         от 18.12.2018), Гималетдинов М.И. (доверенность от 17.12.2018), Краснобаев А.Ю. (доверенность от 01.07.2019).

Предприниматель обратился в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением к инспекции о признании недействительным решения от 04.04.2018 № 10-10/26 в части доначисления налога на доходы физических лиц (далее - НДФЛ) в сумме 300 188 951 руб., в том числе, за 2013 год - 112 316 088 руб., за 2014 год - 92 919 584 руб., за 2015 год -                           94 953 280 руб.; налога на добавленную стоимость (далее - НДС) в сумме                    409 262 319 руб., в том числе, за 1 квартал 2013 г. - 29 332 676 руб., за 2 квартал 2013 г. - 40 285 052 руб., за 3 квартал 2013 г. - 48 470 746 руб., за 4 квартал 2013 г. - 40 484 938 руб., за 1 квартал 2014 г. - 25 199 090 руб., за 2 квартал 2014 г.                - 27 775 487 руб., за 3 квартал 2014 г. - 36 753 895 руб., за 4 квартал 2014 г.                       - 32 718 947 руб., за 1 квартал 2015 г. - 22 230 290 руб., за 2 квартал 2015 г.                       - 29 346 732 руб., за 3 квартал 2015 г. - 38 886 843 руб., за 4 квартал 2015 г.                              - 37 777 623 руб.; пени по НДФЛ - в сумме 93 136 461 руб. 83 коп., пени                      по НДС - в сумме 159 797 293 руб. 30 коп.; в части привлечения к налоговой ответственности по п.1 ст. 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) и начисления штрафных санкций по НДФЛ - в размере                        37 587 572 руб. 60 коп., по НДС - в размере 25 648 298 руб. (с учетом уточнений требований в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен индивидуальный предприниматель Грузинцев Сергей Анатольевич (далее -               предприниматель Грузинцев С.А., третье лицо, спорный контрагент).

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 11.12.2018 по делу (судья Искандаров У.С.) заявленные требования предпринимателя удовлетворены, оспариваемое решение налогового органа в указанной части признано недействительным. 

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда                от 15.04.2019 (судьи Бояршинова Е.В., Арямов А.А., Киреев П.Н.) решение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении заявленных требований налогоплательщику отказано. 

В кассационной жалобе предприниматель просит постановление суда апелляционной инстанции отменить, решение суда первой инстанции оставить в силе, ссылаясь на неправильное применение судом апелляционной инстанции  норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов указанного суда фактическим обстоятельствам дела.

В частности, налогоплательщиком отмечается, что суд апелляционной инстанции в качестве основания для отмены решения суда первой инстанции привел в качестве основания к отмене несуществующий п. 3 ч. 1 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; судом апелляционной инстанции рассмотрена апелляционная жалоба предпринимателя Грузинцева С.А., , которая не направлялась в адрес налогоплательщика; судом апелляционной инстанции ошибочно указано, что предприниматель Грузинцев С.А участвовал в судебном заседании 08.04.2019.

Кроме того, заявителем кассационной жалобы указывается на то, что судом апелляционной инстанции неправомерно не были приняты в качестве дополнительного доказательства письменные пояснения Ситдиковой С.М, что привело к принятию незаконного судебного акта, так как суд апелляционной инстанции свои выводы построил исключительно на доводах инспекции и показаниях предпринимателя Грузинцева С.А.       

По мнению предпринимателя, суд апелляционной инстанции в нарушение ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не исследовал и не оценивал все имеющиеся доказательства в их совокупности и взаимосвязи; приняты во внимание доказательства, которые налоговым органом в акте проверки не указывались и предпринимателю не направлялись.   

Кроме того, заявитель кассационной жалобы настаивает на том, что выводы суда апелляционной инстанции о наличии противоречий в показаниях налогоплательщика противоречат материалам дела; при оценке допроса предпринимателя необходимо было исследовать видеозапись допроса, которая налоговым органом не была представлена налогоплательщику. 

Налогоплательщик отмечает, что выводы суда апелляционной инстанции о неосмотрительности налогоплательщика в выборе предпринимателя Грузинцева С.А. в качестве контрагента полностью совпадают с текстом решения налогового органа.

В нарушение ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции сделал выводы о том, что на предпринимателя Грузинцева С.А. не может быть возложено бремя доказывания отрицательного факта – незаключения спорного договора; налогоплательщик настаивает на том, что при выборе указанного лица им была проявлена должная осмотрительность (представлены фотография паспорта и свидетельства ЕГРИП); выводы суда апелляционной инстанции о том, что по расчетному счету третьего лица отсутствовали операции по приобретению товаров для целей поставки в адрес налогоплательщика, не основаны на материалах дела, поскольку выписка по соответствующему расчетному счету в материалах дела отсутствует; суд апелляционной инстанции неправомерно принял в качестве доказательства экспертное заключение, представленное налоговым органом, ввиду нарушений, допущенных при проведении экспертизы; ошибки, допущенные предпринимателем Грузинцевым С.А. при оформлении счетов-фактур и товарных накладных в части указания данных соответствующих ГТД, не могут быть положены в основу вывода об отсутствии спорных хозяйственных операций; приобретенные товары (колготки, платочки женские, мужские, носки не имеют срока годности; выводы суд апелляционной инстанции о том, что предприниматель Грузинцев С.А. не является субъектом внешнеэкономической деятельности, противоречит фактическим обстоятельствам, равно как и выводы суда о том, что расчеты между налогоплательщиком и третьим лицом проведены в соответствии с действующим законодательством; по мнению налогоплательщика, расчеты наличными денежными средствами являются распространенным обычаем делового оборота.          

Налогоплательщик также выражает несогласие с оценкой суда апелляционной инстанции, которая была дана показаниям предпринимателя Жилугина Р.Н., осуществлявшего перевозку спорного товара; детализации телефонных переговоров предпринимателя Грузинцева С.А.; показаниям работников налогоплательщика, которые не являлись таковыми в период взаимоотношений налогоплательщика и третьего лица.       

Кроме того, предприниматель ссылается на нарушения, допущенные инспекцией в ходе проведения  налоговой проверки, повлекшие нарушения прав налогоплательщика, выразившееся в нарушении сроков проведения проверки и получении доказательств (заключение экспертизы) за пределами выездной налоговой проверки.  

Заявитель кассационной жалобы настаивает на том, что инспекцией не добыто достаточных доказательств получения предпринимателем необоснованной налоговой выгоды: отсутствуют доказательства: совершения умышленных согласованных действий налогоплательщика и его контрагента; фиктивности хозяйственных операций; убыточности предпринимательской деятельности налогоплательщика; возврата предпринимателю уплаченных денежных средств; транзитного характера расчетов между предпринимателями; обналичивания денежных средств; поставки товара иными лицами, а не предпринимателем Грузинцевым С.А.          

В отзыве на кассационную жалобу налоговый орган указывает,                       что обжалуемый судебный акт является законным и обоснованным, доводы заявителя жалобы несостоятельными, просит постановление суда апелляционной инстанции оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

 Проверив законность судебных актов в порядке ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов кассационной жалобы, суд кассационной инстанций пришел к следующим выводам.  

Как следует из материалов дела, налоговым органом проведена выездная налоговая проверка предпринимателя за период с 01.01.2013 по 31.12.2015, по результатам которой составлен акт проверки от 04.08.2017 № 10-10/27  и вынесено оспариваемое решение, которым предпринимателю, в частности, доначислены НДФЛ в сумме 300 188 951 руб. НДС в сумме 409 262 319 руб., соответствующие пени и штрафы по ст. 122 НК РФ. 

Решением Управления ФНС России по Республике Башкортостан от 09.07.2018 № 176/17 указанное решение инспекции утверждено.

Основанием для доначисления названных сумм НДФЛ и НДС послужили выводы инспекции о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды в виде уменьшения уплаты НДФЛ и НДС за счет профессиональных и налоговых вычетов при отсутствии реальных хозяйственных операций с предпринимателем Грузинцевым С.А. по договору поставки с предпринимателем Грузинцевым С.А. от 01.01.2013 б/н.

Данные выводы налогового органа основаны на следующих доказательствах, полученных в ходе выездной налоговой проверки. 

В проверяемом периоде налогоплательщиком через сеть принадлежащих ему магазинов «Арзан» осуществлялась розничная торговля товарами бытового потребления. Основным поставщиком товаров (98%) являлся согласно представленным налогоплательщиком документам предприниматель Грузинцев С.А. Стоимость товара, закупленного у спорного контрагента, составила 2,6 млд. руб.    

 Однако налоговым органом установлено, что предприниматель Грузинцев С.А. в проверяемом периоде осуществлял розничную торговлю одеждой и обувью, а также предоставлял в аренду недвижимое имущество; применял упрощенную систему налогообложения (далее - УСН) и систему налогообложения в виде единого налога на вмененный доход для отдельных видов деятельности (далее ЕНВД); доходы предпринимателя Грузинцева С.А.  от розничной торговли за период с 2013 - 2015 составили 15 млн. рублей, что в 177 раз меньше общей суммы, отраженной налогоплательщиком в документах по сделке с предпринимателем Грузинцевым С.А.; согласно выписке банка по расчетному счету предпринимателя Грузинцева С.А.; на расчетный счет предпринимателя Грузинцева С.А. наличные денежные средства в размере, заявленном предпринимателем по спорной сделке, не зачислялись; в 2013-2015 годах у предпринимателя Грузинцева С.А. складские помещения отсутствовали.

Предприниматель Грузинцев С.А. в ходе допросов (протоколы от 07.03.2017 № 10-11/30, от 09.11.2017 № 10-11/204/1) отрицал знакомство и ведение финансово-хозяйственной деятельности с налогоплательщиком, а также с предпринимателем Жигулиным Р.Н. (перевозчик), подписание договора от 01.01.2013 б/н, счетов - фактур, товарных накладных, квитанций к приходно-кассовым ордерам и заверение документов своей печатью. Предприниматель Грузинцев С.А. пояснил, что занимался розничной торговлей одеждой и обувью, покупателями являлись - население г. Людиново, г. Кирова, г. Брянска, г. Москва; товар закупался им на рынке «Садовод» (г. Москва), ТЦ «Москва» (Люблино) за наличный расчет; плательщиком НДС не являлся в силу применения специальных режимов налогообложения. 

Кроме того, предпринимателем Грузинцевым С.А. в приложении к протоколу допроса от 09.11.2017 № 10-11/204/1 представлена детализация телефонных разговоров за период с 01.01.2013 по 01.01.2016 по номеру телефона, принадлежащему ему с 2005 года, из содержания которой инспекцией установлено, что телефонные переговоры, sms-переписка между предпринимателем Грузинцевым С.А. и налогоплательщиком и предпринимателем Жигулиным Р.Н. не осуществлялись.

Инспекцией в порядке ст. 95 НК РФ проведена экспертиза подписи и оттиска круглой печати предпринимателя Грузинцева С.А., имеющихся в документах, представленных налогоплательщиком по взаимоотношениям со спорным контрагентом. 

Согласно заключениям эксперта от 31.05.2017 № 86/01/17-4 и от 29.06.2017 № 101/01/17-4 подписи от имени Грузинцева С.А. в представленных заявителем договоре поставке от 01.01.2013 б/н, счетах-фактурах, товарных накладных выполнены не Грузинцевым С.А., а другим лицом; оттиски круглой печати от имени предпринимателя Грузинцева С.А., расположенные в представленных налогоплательщиком товарных накладных, квитанциях к приходным кассовым ордерам, выполнены не печатью спорного контрагента, а другим клише, имеющим внешнее сходство с печатью предпринимателя С.А. Грузинцева.

На основании выписок банка о движении денежных средств по расчетным счетам налогоплательщика инспекцией установлено отсутствие перечислений денежных средств в адрес предпринимателя Грузинцева С.А., в том числе за поставку товара.

Заявителем в ходе проверки в подтверждение доставки товара от предпринимателя Грузинцева С.А предпринимателем Жигулиным Р.Н. представлены квитанции к приходным кассовым ордерам за доставку товарно-материальных ценностей, акты выполненных работ, договоры об оказании автотранспортных услуг.

Предприниматель Жигулин Р.Н. в показаниях (протоколы от 10.11.2016 № 10-25/157, от 25.04.2017 № 10-11/86, от 05.06.2017 № 10-11/121) пояснил, что в период с 01.01.2013 по 31.12.2015 осуществлял деятельность по грузоперевозкам; с налогоплательщиком знаком; предпринимателя Грузинцева С.А. не знает, но видел его фамилию в товарных накладных; заявка на погрузку поступала по звонку налогоплательщика; от предпринимателя Грузинцева С.А. для налогоплательщика грузоперевозки он не осуществлял; при погрузке товара просил аванс у Сергея, который оформлял документы для перевозки, присутствовал при погрузке и пломбировал отправляемый товар для предпринимателя; загрузка осуществлялась на рынке «Садовод», «Люблино», ТЦ «Южные ворота»; «подъезжали транспортные средства, водителями которых были лица кавказской национальности, рядом с водителями сидели китайцы и вьетнамцы - хозяева товара, которые продавали товар Ибатуллину М.М.»; также свидетель предположил, что налогоплательщик оформлял на него расходы на доставку товара из г. Москвы, выполненную другими водителями; Жигулин Р.Н. в пояснениях указал, что подпись в договорах об оказании автотранспортных услуг, дополнительных соглашениях к договорам, актах выполненных работ, квитанциях к приходным кассовым ордерам не его.

Инспекцией в порядке ст. 95 НК РФ проведена почерковедческая экспертиза, по результатам которой установлено, что подписи от имени Жигулина Р.Н. в договорах об оказании автотранспортных услуг, квитанциях к приходным кассовым ордерам и актах выполненных работ, представленных налогоплательщиком в инспекцию, выполнены не Жигулиным Р.Н., а другим лицом с подражанием подписи Жигулина Р.Н. (заключение эксперта от 30.06.2017 № 102/01/17-4).

Вместе с тем в рамках дополнительных мероприятий налогового контроля проведен допрос Жигулина Р.Н. (протокол от 13.11.2017 № 10-11/206), который пояснил, что предприниматель Грузинцев С.А. и его представитель Сергей ему знакомы; представитель предпринимателя Грузинцева С.А. Сергей непосредственно присутствовал при погрузке и контролировал погрузку товара, товарно-транспортные документы, товарные накладные, счета- фактуры, квитанции к приходным кассовым ордерам, а также кассовые чеки привозил предприниматель Грузинцев С.А.; погрузку товара от предпринимателя Грузинцева С.А. осуществлял в ТЦ «Южные ворота».

Согласно показаниям Кургузова М.К. (протокол от 13.11.2017 № 10-11/206), Кургузов М.К. в 2013-2015 годах осуществлял грузоперевозки по маршруту Уфа - Москва - Уфа, в том числе, для налогоплательщик через предпринимателя Жигулина Р.Н.; налогоплательщиком не знаком, узнал про него от Жигулина Р.Н., который организовывал рейсы; место погрузки товара ТЦ «Южные ворота»; погрузку товаров осуществляли, предположительно, китайцы.

Бывший работник налогоплательщика Тангаева А.Н. в показаниях (протокол от 07.03.2017 № 10-11/31) пояснила, что работала региональным представителем налогоплательщика в г.Оренбурге и Оренбургской области, управляющей сети магазинов «Арзан»; налогоплательщик реализовывал товар в магазинах сети «Арзан»; товар доставлялся фурами в мешках, тюках, коробках, сопровождался рукописными списками с указанием цены и количества; печати на списках полученных товаров и подписи отсутствовали.

Согласно информации, полученной инспекцией в ходе проведения мероприятий налогового контроля от ООО «Рынок Садовод», ООО Оптово - розничный торговый центр «Садовод», ООО «МТК-Диалэкс-1», ООО «Оптово - розничный торговый центр «Москва», предпринимателю Грузинцеву С.А. торговые площади на оптовых и розничных рынках г. Москвы, где, согласно показаниям налогоплательщика им приобретался товар, в аренду не сдавались и договоры аренды с предпринимателем Грузинцевым С.А. в проверяемом периоде не заключались.

Налогоплательщиком в ходе проверки представлены сертификаты соответствия на мужскую, женскую, детскую одежду и обувь, постельное белье и другие товары, согласно которым сертификаты выданы предпринимателю Грузинцеву С.А., изготовителем продукции указана страна - Китай. Инспекцией в ходе проведения мероприятий налогового контроля установлено, что органами по сертификации ООО «Профи - сертификат», учреждение «Центр СКС», АНО «Научный испытательный и сертификационный центр «Одежда» сертификаты соответствия на мужскую, женскую, детскую одежду и обувь, постельное белье, и другие товары предпринимателю Грузинцеву С.А. не выдавались.

Также инспекцией установлено, что в представленных предпринимателем по взаимоотношениям с предпринимателем Грузинцевым С.А. счетах - фактурах указаны номера таможенных деклараций, отсутствующие в информационных системах таможенных органов.

Налогоплательщик в ходе допроса в отношение финансово - хозяйственных взаимоотношений с предпринимателем Грузинцевым С.А. (протокол от 05.02.2016 № 2) пояснил, что с Грузинцевым С.А. знаком с 2010 года; знакомство с представителями предпринимателя произошло на территории рынка «Люблино»; оплата за товар осуществлялась наличными денежными средствами; доставка груза осуществлялась за счет налогоплательщика через предпринимателя Жигулина Р.Н.; деловая переписка не велась, налогоплательщик связывался с представителями предпринимателя Грузинцева С.А.; представителей спорного контрагента не помнит.

 Налогоплательщик в ответ на требования инспекции о представлении документов (информации) представил пояснения, из которых следует, что Грузинцев С.А. при первой встрече познакомил с Сергеем, представив его своим представителем; документы, подтверждающие полномочия спорного контрагента, он в момент заключения с ним договора не требовал; документы, подтверждающие полномочия Сергея, действующего от имени предпринимателя Грузинцева С.А., не видел, фамилии Сергея не знает; предпринимателем Грузинцевым С.А. регистрационные документы, а также документы, подтверждающие наличие складских помещений для осуществления оптовой торговли, применение предпринимателем Грузинцевым С.А. с 01.01.2013 общего режима налогообложения не представлялись; переписка со спорным контрагнетом не велась.

Согласно пояснениям налогоплательщика, отраженным в протоколе допроса от 05.06.2017 № 10-11/122, при подписании договоров условия со своими сотрудниками не согласовывались; перед заключением сделок с контрагентами никакие документы не истребовались; основным поставщиком являлся спорный контрагент, который работал в торговом центре «Москва»; после встречи в ТЦ «Москва» налогоплательщик предпринимателя Грузинцева С.А. больше не видел, общение происходило с Сергеем по телефону; при подписании договора Сергей принес копию паспорта, ИНН, ОГРН; деньги за товар налогоплательщик передавал Сергею; предпринимательГрузинцев С.А. при первой встрече предъявил доверенность на Сергея, однако данной доверенности и ее копии у заявителя нет; все отношения с предпринимателем Грузинцевым С.А. строились на доверии; товар доставлялся с ТЦ «Южные ворота», иногда с ТЦ «Москва».

Главный бухгалтер налогоплательщика  Муллагареева Э.Ф. (протокол от 01.06.2017 № 10-11/115) пояснила, что договоры с поставщиками заключал и подписывал всегда сам налогоплательщик; доставка товара на склад предпринимателя осуществлялась предпринимателем Жигулиным Р.Н.; товар поставлялся, в том числе от предпринимателя Грузинцева С.А.; оплата в адрес спорного контрагента осуществлялась наличными денежными средствами, которые выдавались предпринимателю подотчет; оплата наличными денежными средствами в адрес предпринимателя Грузинцева С.А. осуществлялась по решению налогоплательщика; поступившие с товаром сертификаты на подлинность не проверялись.

В рамках дополнительных мероприятий налогового контроля проведен допрос налогоплательщика (протокол от 31.10.2017 № 10-11/201), который указал, что при заключении договора поставки от 01.01.2013 б/н присутствовали Грузинцев С.А. и его помощник Сергей, который в последующем осуществлял погрузку товара в автомобили, иногда при погрузке присутствовал Грузинцев С.А.; договор поставки налогоплательщиком составлялся с бухгалтером налогоплательщика Муллагареевой Э.Ф. и юристом; предпринимателем Грузинцевым С.А. перед заключением договора поставки представлены копия паспорта, свидетельства о государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя; документы, подтверждающие полномочия Сергея, действовать от имени спорного контрагента не запрашивались; договор поставки со стороны предпринимателя Грузинцева С.А. подписывал Грузинцев С.А.; товар загружался на стоянке рынка ТЦ «Южные ворота» или ТЦ «Москва» (ТЦ «Люблино»); наличные денежные средства в счет оплаты за поставленный товар принимал предприниматель Грузинцев С.А. или Сергей.

С учетом изложенного, налоговый орган пришел к выводу, что документы, представленные налогоплательщиком и оформленные от заявленного им контрагента предпринимателя Грузинцева С.А., являются недостоверными, и не могут влечь получение налоговой выгоды в виде получения налоговых вычетов по НДФЛ и НДС.    

Удовлетворяя заявленные требования предпринимателя, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности налоговым органом необоснованности испрашиваемой налоговой выгоды.  

Суд апелляционной инстанции, напротив, отказал в удовлетворении требований налогоплательщику, посчитав, что налоговым органом собрана достаточная совокупность доказательств в подтверждение своих выводов.

Оснований для постановки иного вывода у суда кассационной инстанции не имеется в связи со следующим.     

Согласно ст.171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со ст.166 НК РФ, на установленные настоящей статьей налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 НК РФ, а также в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

           В силу ст. 171 Кодекса налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со ст. 166 Кодекса, на налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации. 

          Согласно п. 1 ст. 172 Кодекса налоговые вычеты, предусмотренные ст. 171 Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), в отношении товаров (работ, услуг) приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами обложения налогом на добавленную стоимость.

В соответствии с п.3 ст. 210 НК РФ для доходов, в отношении которых предусмотрена налоговая ставка, установленная п.1 ст. 224 НК РФ, налоговая база определяется как денежное выражение таких доходов, подлежащих налогообложению, уменьшенных на сумму налоговых вычетом, предусмотренных ст. 218 - 221 НК РФ, с учетом особенностей, установленных главой 23 НК РФ.

Состав расходов, принимаемых к вычету в целях исчисления налоговой базы по НДФЛ, определяется в порядке, аналогичном порядку определения состава затрат, установленных для плательщиков налога на прибыль организаций соответствующими статьями НК РФ.

Пунктом 1 ст.221 НК РФ предусмотрено, что физические лица, зарегистрированные в установленном действующим законодательством порядке и осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, при исчислении налоговой базы по НДФЛ имеют право на получение профессиональных налоговых вычетов в сумме фактически произведенных ими и документально подтвержденных расходов, непосредственно связанных с извлечением доходов.

В п. 1 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - Постановление № 53) разъяснено, что судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, достоверны.

Под налоговой выгодой для целей данного постановления понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Согласно п.9 Постановления № 53 установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или экономической деятельности.

Как уже было указано, в основу оспариваемых доначислений по НДФЛ и НДС инспекцией были положены выводы  об отсутствии реальных отношений между налогоплательщиком и предпринимателем Грузинцевым С.А. по договору поставки от 01.01.2013 б/н при фактическом приобретении товаров на оптовых рынках г. Москва у китайских и вьетнамских продавцов за наличный расчет.  

 В ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции нашло подтверждение то обстоятельство, что предприниматель Грузинцев С.А.  не занимается оптовой торговлей, а осуществляет розничную торговлю одеждой и обувью, а также предоставляет в аренду недвижимое имущество; по указанным видам деятельности сдает налоговую отчетность в налоговый орган, при этом не относится к категории налогоплательщиков, не представляющих налоговую отчетность или представляющих «нулевую» отчетность; факты использования схем уклонения от налогообложения предпринимателем Грузинцевым С.А. налоговыми органами не выявлены.

Предприниматель Грузинцев С.А. имел счет в ПАО «Сбербанк России» Калужское отделение № 8608 (дата открытия - 09.08.2014), при анализе денежных средств по которому установлено, что денежные средства с 01.01.2015 по 31.12.2015 на счет третьего от налогоплательщика не поступали, отсутствуют расходы (перечисления) по приобретению товаров, необходимых для осуществления оптовой торговли. 

Спорный контрагент в проверяемом периоде применял УСН и ЕНВД, плательщиком НДС не являлся (письмо МИФНС №5 по Калужской области от 28.11.2018 № 01-17-01@); его доходы от розничной торговли за период с 01.01.2013 по 31.12.2015 составили порядка 15 млн. рублей, что несопоставимо с общей суммой (2,6 млрд. руб.), отраженной в документах, представленных налогоплательщиком.

Предприниматель Грузинцев С.А. отрицает как знакомство с налогоплательщиком, так заключение и наличие каких-либо взаимоотношений по исполнению договора поставки от 01.01.2013 б/н.

В свою очередь, настаивая на приобретении у предпринимателя Грузинцева С.А. товаров на общую сумму 2,6 млрд. руб., налогоплательщик вышеуказанных доводов третьего лица документально не опроверг и наличия фактических взаимоотношений  с предпринимателем Грузинцевым С.А. не подтвердил.  

 В частности, подлинник данного договора в ходе выездной налоговой проверки не представлен; доводы налогоплательщика о том, что подлинник договора был представлен в инспекцию, но утрачен ее сотрудниками, не нашел подтверждения материалами дела.   

 Заявки на товар по наименованию, ассортименту и цене, переписку о согласовании заявок с предпринимателем Грузинцевым С.А. по вопросам качества, количества, возврата товара в случае наличия брака, оплаты товара, акты сверок взаимной задолженности, а также любые иные доказательства, подтверждающие исполнение договора, налогоплательщиком не представлены по причине отсутствия таковых.  

Кроме того, судом апелляционной инстанции на основании анализа всех допросов налогоплательщика обоснованно отмечено, что  предпринимателем предоставлены взаимоисключающие объяснения относительно заключения спорного договора и обстоятельствах знакомства и поддержания отношений с предпринимателем Грузинцевым С.А. А именно, предпринимателем даны противоположные по смыслу ответы на одни и те же вопросы, не отличающиеся друг от друга ни по стилистике, ни по содержанию.

Более того, налоговым органом в ходе проведения налоговой проверки была проведена почерковедческая экспертиза в связи с наличием сомнений в принадлежности имеющихся в договоре поставки от 01.01.2013 б/н и в квитанциях к приходным кассовым ордерам подписи и печати предпринимателя Грузинцева С.А., по итогам которой экспертом дано заключение о том, что подпись от имени Грузинцева С.А., изображение которой расположено в копии договора поставки № б/н от 01.01.2013,  выполнена не Грузинцевым С.А., а другим лицом. Оттиски круглой печати предпринимателя Грузинцева С.А. в квитанциях к приходно-кассовым ордерам налогоплательщика, полученных от предпринимателя Грузинцева С.А., выполнены не печатью предпринимателя Грузинцева С.А., а другим клише, имеющим внешнее сходство с печатью спорного контрагента. 

 Также постановлением инспекции назначена почерковедческая экспертиза в связи с наличием сомнений в принадлежности имеющихся подписи и печати предпринимателю на счетах-фактурах и товарных накладных, по результатам экспертизы эксперт пришел  выводу о том, что  подписи от имени Грузинцева С.А., расположенные в счетах-фактурах и товарных накладных предпринимателя выполнены не Грузинцевым С.А., а другим лицом, печати выполнены не печатью предпринимателя Грузинцева С.А., а другим клише, имеющим внешнее сходство с печатью спорного контрагента. 

Отвергая выводы суда первой инстанции о том, что указанные экспертные заключения являются недопустимыми доказательствами, поскольку экспертом в заключениях не установлен при оценке подписи Грузинцева С.А. на первичных документах факт отсутствия признаков предварительной технической подготовки, а при исследовании подписи Грузинцева С.А. в экспериментальных образцах эксперт не оценил их с точки зрения умышленного снижения степени выработанности почерка, кроме того, не были исследованы свободные образцы подписи Грузинцева С.А., суд апелляционной инстанции обоснованно указал, что на основании положений Федерального закона от 31.05.2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперт при проведении экспертиз счел материалы, представленные в его распоряжение, достаточными и пригодными для сравнительного исследования, в связи с чем основания для признания экспертных заключений недостоверными доказательствами по делу отсутствуют. 

Также суд апелляционной инстанции обосновал свою позицию относительно ошибочности вывода суда первой инстанции о невозможности принятия экспертного заключения в части выводов относительно оттиска печати на счетах-фактурах, товарных накладных и квитанциях к приходно- кассовым ордерам ввиду непредставления доказательств инспекцией отсутствия у предпринимателя Грузинцева С.А. иной печати в проверяемом периоде.

 Как верно указано судом апелляционной инстанции, вышеуказанный вывод суда первой инстанции сделан с нарушением правила о распределении бремени доказывания между сторонами и возлагает на инспекцию обязанность по доказыванию отрицательного факта – отсутствия у спорного контрагента в проверяемом периоде иной печати, чем та, которая была предоставлена предпринимателем Грузинцевым С.А. для исследования.  

Суд кассационной инстанции соглашается с выводами суда апелляционной инстанции о том, что соответствующие аргументы налогоплательщика, направленные на нивелирование доказательственной силы экспертных заключений по формальным основаниям без приведения каких-либо существенных нарушений со стороны экспертов, не снижают доказательное значение экспертных заключений как достоверных, допустимых и относимых письменных доказательств по делу, тем более, что у налогоплательщика, сомневающегося в объективности выводов эксперта, была возможность заявить о назначении судебной экспертизы в суде. Однако ходатайство о назначении экспертизы в рамках судебного разбирательства предпринимателем заявлено не было. 

Более того, в счетах-фактурах и товарных накладных, на основании которых налогоплательщиком заявлены спорные суммы налоговых вычетов по НДС и НДФЛ, указаны номера ГТД (кроме ДТ 10130090/090113/0001040), которые в соответствующем таможенном органе не оформлялись. По ДТ 10130090/090113/0001040 инспекцией получен ответ Московской областной таможни от 07.04.2017 № 01-37/17166, согласно которому растомаживание груза произведено не спорным контрагентом, а ОАО «БНС Групп», которое занимается торговлей одеждой и обувью оптом и в розницу.

Соответственно, счета-фактуры, оформленные на значительную часть товара, отраженные налогоплательщиком в книгах покупок проверяемого периода, оформлены с ошибками в части указания номера таможенного поста, а информации о ДТ №10122011/261113/0022091,10122011/261110/0022091, 10122011/261111/0022091, 10130130/150113/0000282, 10002010/100113/0000703 таможенными органами не представлена, что не позволяет установить факты перемещения товара через таможенную границу Российской Федерации и реального наличия товара в заявленных номенклатуре и количестве. 

При таких обстоятельствах, учитывая отсутствие в материалах дела заявок предпринимателя на товар с указанием его наименования, ассортимента и цену во исполнение договора поставки от 01.01.2013 б/н, а также вышеуказанных сведений таможенных органов, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии сомнений в реальном осуществлении рассматриваемых хозяйственных операций по поставке товара в заявленных номенклатуре и количестве третьим лицом в адрес налогоплательщика. 

 

Кроме того, при рассмотрении судом апелляционной инстанции настоящего спора правильно отмечено и то, в какой форме осуществлялись расчеты предпринимателем за спорную продукцию. 

 В нарушение п. 2 ст. 861 Гражданского кодекса Российской Федерации, Указаний Банка России от 20.06.2007 № 1843-У, Указаний Банка России от 07.10.2013 № 3073 налогоплательщиком осуществлены расчеты за поставленную продукцию в наличной форме на сумме 2,6 млрд. руб.  

 С учетом установленного экспертным заключением факта наличия на всех квитанциях к приходно-кассовым ордерам за 2013-2015 оттисков круглой печати предпринимателя Грузинцева С.А., выполненных не печатью последнего, а другим клише, имеющим внешнее сходство с печатью спорного контрагента, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии допустимых и достоверных доказательств несения расходов налогоплательщиком за приобретенный товар от заявленного им контрагента предпринимателя Грузинцева С.А. в полном объеме.

При этом судом апелляционной инстанции также дана надлежащая критическая оценка показаниям предпринимателя Жигулина Р.Н., осуществлявшего перевозку товара на склад налогоплательщика ввиду сообщения противоположных и взаимоисключающих сведений относительно факта знакомства с предпринимателем Грузинцевым С.А. 

При первоначальных допросах предприниматель Жигулин сообщал инспекции о том, что предприниматель Грузинцев С.А. ему не знаком, он получал только документы с фамилией спорного контрагента, товар получал от Сергея, являющегося «смотрящим базы», на которой осуществлялась загрузка. Загружали товар в фуру предпринимателя Жигулина Р.Н. лица кавказской национальности, хозяевами приобретаемого товара являлись китайцы и вьетнамцы.  

В более поздних допросах предприниматель Жигулин Р.Н. сообщил, что предприниматель Грузинцев С.А. и его представитель Сергей ему знакомы, товар передавался для загрузки спорным контрагентом. 

Причина изменения ранее данных показаний на противоположные предпринимателем Жигулиным Р.Н. не объяснена, несмотря на то, что  вопросы о факте знакомства с предпринимателем Грузинцевым С.А., погрузке товара от него были четкими и ясными, так как вопрос предполагал категоричный ответ - знаком либо не знаком предприниматель Жигулин Р.Н. с предпринимателем Грузинцевым С.А., чей товар был загружен и доставлен налогоплательщику из г. Москвы в г. Уфу.

Более того, налоговым органом проведена почерковедческая экспертиза договоров об оказании автотранспортных услуг, заключенных между налогоплательщиком и предпринимателем Жигулиным Р.Н., квитанций к приходным кассовым ордерам по договорам, актов, по результатам которой эксперт пришел к выводу о том, подписи на представленных документах выполнены не Жигулиным Р.Н., а другим лицом. 

Предпринимателем же, в свою очередь, не представлены в материалы дела товарно-транспортные накладные, т.е. документы, где указаны сведения о грузоотправителе, грузополучателе, перевозчике, адресе и месте отгрузки товара, подтверждающие доставку товара от предпринимателя Грузинцева С.А. на склад налогоплательщика силами предпринимателя Жигулина Р.Н.

Настаивая на реальных хозяйственных операциях непосредственно с предпринимателем Грузинцевым С.А., налогоплательщик ссылался на осуществление телефонных переговоров со спорным контрагентом и его представителем Сергеем.

Однако на требования налогового органа о предоставлении документов (доказательств), выставленные предпринимателю о предоставлении доказательств телефонных переговоров со своего номера с предпринимателем Грузинцевым С.А., налогоплательщик детализацию телефонных переговоров не предоставил, указав, что детализацию звонков заказать не представляется возможным из-за давности. 

Также и лицо, заявленное в качестве перевозчика товара от предпринимателя Грузинцева С.А. до налогоплательщик - предприниматель Жигулин Р.Н. на требование налогового органа о предоставлении детализации телефонных переговоров за период с 2013-2015 со своего номера телефона, направил в налоговый орган пояснительную записку, в которой указал, что  сим-карта оформлена не имя Жигулина Р.Н., в связи с чем детализация звонков невозможна.   

При этом на указанный предпринимателем телефонный номер, фактически принадлежащий предпринимателю Грузинцеву С.А., звонки налогоплательщика не осуществлялись, что подтверждает детализация телефонных переговоров Грузинцева С.А. за период 2013 по 2015. 

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что факты ведения телефонных переговоров между предпринимателем Грузинцевым С.А. и налогоплательщиком по вопросам исполнения договора поставки от 01.01.2013 б/н налогоплательщиком не подтверждены. 

Работники налогоплательщика, непосредственно участвовавшие в приемке и оприходовании спорного товара на основании товарных накладных, счетов-фактур,  не знали такого поставщика, как предприниматель Грузинцев С.А., несмотря на то, что спорный контрагент поставлял более 98% всего реализуемого налогоплательщиком товара.

Из показаний главного бухгалтера сети магазинов «Арзан», все рукописные списки, пришедшие с товаром с Москвы, она забирала для обработки и оформления накладных, ставила печати сама, документально оформляла доставку товара; с ее слов, у нее несколько печатей, которые она ставила на накладных и оформляла их до конечного вида. 

Как уже было указано, сумма заявленных налогоплательщиком расходов по приобретению товара, приходящихся на спорного контрагента за проверяемый период составила более 2,6 млрд.рублей и 98,8% в объеме хозяйственных операций по поставке товара, что указывает на особую значимость сделки для налогоплательщика с предпринимателем Грузинцевым С.А., и безусловно предполагает необходимость проявления высокой степени осмотрительности именно со стороны налогоплательщика. 

Однако, со слов налогоплательщика, им проверена выписка из ЕГРИП на Грузинцева С.А. через интернет; перед заключением договора поставки были запрошены только свидетельство о постановке на налоговый учет Грузинцева С.А. и копия (фотография) паспорта; после подписания договора поставки налогоплательщик посмотрел в интернете и не нашел никаких ответов о системе налогообложения предпринимателя Грузинцева С.А., в связи с чем была сделан вывод о том, что предприниматель Грузинцев С.А. находится на общем режиме налогообложения, спорный контрагент устно сообщил предпринимателю, что является плательщиком НДС. 

В то же время, при проведении мероприятий налогового контроля  документы, указанные налогоплательщиком в качестве подтверждения должной осмотрительности (фотография паспорта предпринимателя Грузинцева С.А. и свидетельство ЕГРИП), были представлены налоговому органу только 17.11.2017, то есть после завершения дополнительных мероприятий налогового контроля, что, по мнению инспекции, указывает на фактическое отсутствие данных документов у предпринимателя на момент совершения сделки. 

На основании вышеизложенного, суд кассационной инстанции соглашается с выводами суда апелляционной инстанции о том, что в рассматриваемой ситуации налогоплательщик не может быть признан осмотрительным в выборе спорного контрагента. Наличие у налогоплательщика копии свидетельства ЕГРИП и фотографии паспорта предпринимателя Грузинцева С.А. не подтверждает проявление им должной степени осмотрительности и осторожности, учитывая, что товарный оборот от спорного контрагента составил 21 млн. единиц товара на 2,6 млрд. рублей, а из копий свидетельства ЕГРИП и паспорта налогоплательщик объективно не мог получить сведения о деловой репутации предпринимателя Грузинцева С.А., его платежеспособности, наличии у него необходимых ресурсов, а именно товара в ассортименте и количестве, обеспечивающем потребность налогоплательщика; о наличии складских помещений и необходимого оборудования, квалифицированного персонала, соответствующего опыта по указанному виду деятельности, а также возможности исполнения обязательств предпринимателем Грузинцевым С.А., обеспечивающих товарный оборот в 2,6 млрд. руб. 

Данные выводы об отсутствии со стороны предпринимателя должной степени осмотрительности в выборе предпринимателя Грузинцева С.А. в качестве поставщика спорного товара при реальности хозяйственных взаимоотношений между налогоплательщиком и спорным контрагентом могли бы являться самостоятельным основанием для признания налоговой выгоды относительно налоговых вычетов по НДС как необоснованной на основании п.10 Постановления № 53.

В настоящем же случае, когда налогоплательщику вменяется создание формального документооборота во взаимоотношениях с предпринимателем Грузинцевым С.А., при реальном приобретении спорного товара за наличный расчет у неустановленных физических лиц на оптовых базах г.Москвы, вышеизложенные обстоятельства заключения и исполнения спорного договора, указывающие на неосмотрительность налогоплательщика в выборе контрагента, следует расценивать как еще одно доказательство отсутствия между налогоплательщиком и предпринимателем Грузинцевым С.А. реальных хозяйственных операций.             

Согласно ст.71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Между тем, как следует из содержания решения суда первой инстанции, вопреки требованиям ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации положения данной нормы судом не выполнены: имеющиеся в деле доказательства оценивались в отдельности, а не в совокупности и взаимной связи, что привело к тому, что доводы и возражения налогового органа и представленные им доказательства не получили должной оценки применительно к фактическим обстоятельствам дела и положениям налогового законодательства. 

Напротив, суд апелляционной инстанции, оценив материалы дела в их совокупности и взаимосвязи, дав оценку всем имеющимся в деле доказательствам, пришел к обоснованному выводу о том, что налогоплательщиком предоставлены в обоснование реализации права на налоговые вычеты по НДС и на профессиональные налоговые вычеты по НДФЛ недостоверные счета-фактуры, товарные накладные и квитанции к приходным кассовым ордерам, формально оформленные от имени предпринимателя Грузинцева С.А., в отсутствие реальных хозяйственных операций по поставке товара последним. 

Неверное указание в тексте постановления судебного акта суда апелляционной инстанции в ряде случаев номеров статей Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, реквизитов нормативно-правовых актов, даты судебного заседания, в котором присутствовал спорный контрагент, носят характер несущественных опечаток, в связи соответствующие доводы кассационной жалобы во внимание не принимаются.     

Доводы налогоплательщика, заявленные в кассационной жалобе, о неправомерном непринятии судом апелляционной инстанции дополнительных доказательств по делу, а именно письменных показаний Ситдиковой С.М, также подлежат отклонению, поскольку из материалов дела не следует отсутствие объективной возможности у налогоплательщика предоставить данное доказательство в суд первой инстанции (ст. 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  При этом суд кассационной инстанции принимает во внимание также возражения налогового органа, изложенные в отзыве о том, что Ситдикова С.М. является доверенным лицом налогоплательщика, действующим от имени последнего на основании генеральной доверенности, выданной на срок 5 лет. 

Ссылки налогоплательщика на то, что выводы суда апелляционной инстанции о неосмотрительности налогоплательщика в выборе предпринимателя Грузинцева С.А. в качестве контрагента полностью совпадают с текстом решения налогового органа, носят формальный характер и не свидетельствуют о нарушении судом апелляционной инстанции процессуального законодательства. 

Доводы налогоплательщика о том, что расчеты между индивидуальными предпринимателями наличными денежными средствами являются распространенным обычаем делового оборота, также подлежат отклонению с учетом того, сумма данных расчетов составила 2,6 млрд. руб.

Иные доводы кассационной жалобы, по сути, направлены на опровержение каждого доказательства налогового органа в отдельности по формальным, несущественным основаниями, тогда как, вопреки мнению налогоплательщика, судом апелляционной инстанции всесторонне и полно исследованы все материалы дела в их совокупности и взаимосвязи. 

Что касается аргументов кассационной жалобы относительно процессуальных нарушений, допущенных в ходе проведения выездной налоговой проверки, то все они были предметом исследования суда апелляционной инстанции, который не установил факта существенных нарушений, влекущих признание оспариваемого решения инспекции недействительным. 

В частности, судом апелляционной инстанции установлено, что выездная налоговая проверка с учетом продления срока проведена в течение 176 дней,  то есть в пределах сроков, установленных ст. 89 НК РФ; доводы налогоплательщика о том, что решения инспекции о приостановлении проведения выездной налоговой проверки необоснованны, а решения о возобновлении проведения проверки вынесены намного позднее, чем получены документы и совершены действия, для которых выносились решения о приостановлении срока, правомерно не приняты во внимание судом апелляционной инстанции с учетом того, что решения о приостановлении проведения выездной налоговой проверки были предметом самостоятельного обжалования в рамках дела Арбитражного суда Республики Башкортостан №А07-18336/2018, при рассмотрении которого нарушений прав налогоплательщика в ходе приостановления материалов проверки налоговым органом судом не установлено. 

Как верно указано судом апелляционной инстанции, устанавливая возможность продления срока выездной налоговой проверки до четырех, а в исключительных случаях до шести месяцев, НК РФ возлагает тем самым на налоговые органы обязанность обосновывать причины такого продления. Вопрос о достаточности оснований, приведенных в решении о продлении, может являться предметом судебной оценки в рамках спора о признании недействительным такого решения.

Перечень мероприятий налогового контроля, проведенных инспекцией в ходе выездной налоговой проверки налогоплательщика, содержится на страницах 1-14 акта проверки и включает в себя: проведение 93 допросов свидетелей, 9 из которых проведены за пределами Республики Башкортостан; проведение 12 осмотров помещений; направление 126 поручений об истребовании документов в порядке ст.93.1 НК РФ; направление 55 запросов (писем) в различные органы власти и организации, а также проведение ряда почерковедческих экспертиз. 

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что решения налогового органа о продлении срока проведения проверки до 4-х и 6-и месяцев, носили не произвольный характер, а имели целью объективного проведения мероприятий налогового контроля. 

Материалы выездной налоговой проверки рассмотрены, как того требует налоговое законодательство, в присутствии уполномоченного представителя налогоплательщика Ишбулатова Р.Р., т.е. налоговым органом было обеспечено налогоплательщику (его представителю) право на участие в рассмотрении материалов выездной налоговой проверки; представителем налогоплательщика представлены объяснения, результат рассмотрения которых в полном объеме отражен в оспариваемом решении.

Что касается правовых оснований для доначисления оспариваемых сумм НДФЛ и НДС в условиях формального документооборота между предпринимателем Грузинцевым С.А. и налогоплательщиком при приобретении последним товаров у неустановленных лиц за наличный расчет, то суд кассационной инстанции считает необходимым указать следующее.

В силу вышеуказанных положений главы 21 НК РФ налоговый вычет по НДС не может быть предоставлен налогоплательщику при приобретении товаров у физических лиц, не являющихся плательщиками НДС.       

Соответственно, с учетом установления факта создания формального документооборота в отношении операций с предпринимателем Грузинцевым С.А. при приобретении товаров у неустановленных физических лиц, налоговым органом при  расчете НДС спорные вычеты по данному налогу обоснованно и правомерно не были учтены.     

 Более того, с силу положений абз.7 п.8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой НК РФ» (далее – Постановление №57) налогоплательщику налоговые вычеты по НДС не могут быть предоставлены при применении расчетного метода (подп. 7 п.1 ст. 31 НК РФ), поскольку положениями п. 1ст. 169 НК РФ и п. 1 ст. 172 НК РФ установлены специальные правила приобретения налогоплательщиком права на указанные вычеты. 

Применительно к расчету доначисленного НДФЛ при предоставлении налоговым органом налогоплательщику права на применение профессионального налогового вычета в размере 20%  (абз.4 п.1 ст.221 НК РФ) суд апелляционной инстанции верно руководствовался разъяснениями, изложенным в абз. 6 п. 8 Постановления №57, согласно которому при толковании положений абз. 4 п. 1 ст.221 НК РФ судам необходимо исходить из того, что предоставление индивидуальному предпринимателю - плательщику НДФЛ при отсутствии подтверждающих документов применить профессиональный налоговый вычет в определенном этой нормой размере не лишает его возможности вместо реализации названного права доказать фактический размер соответствующих расходов применительно к правилам подп. 7 п. 1 ст. 31 НК РФ.

Учитывая, что в настоящем споре установлено отсутствие достоверных документов, подтверждающих расходы налогоплательщика по приобретению спорного товара, то именно на налогоплательщика в силу требований п. 1 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации возлагается обязанность доказать фактический размер соответствующих расходов применительно к правилам подп. 7 п. 1 ст. 31 НК РФ, в свою очередь налоговый орган, не соглашаясь с размером расходов, учтенных налогоплательщиком при исчислении НДФЛ, не лишен возможности опровергнуть представленный налогоплательщиком расчет.

Однако ни в налоговый орган, ни в суд налогоплательщик не представил каких-либо доказательств, подтверждающих размер фактически понесенных расходов по приобретению товара, в связи с чем налоговый орган правомерно  определил размер расходов на основании абз. 4 п. 1 ст. 221 НК РФ, составивший в проверяемом периоде 740 039 123 руб. 

Принимая во внимание вышеизложенное, суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены постановления суда апелляционной инстанции и удовлетворения кассационной жалобы налогоплательщика.  

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда                       от 15.04.2019 по делу № А07-22894/2018 Арбитражного суда Республики Башкортостан оставить без изменения, кассационную жалобу индивидуального предпринимателя  Ибатуллина Марата Мунавировича – без удовлетворения.

Возвратить индивидуальному предпринимателю Ибатуллину Марату Мунавировичу из средств федерального бюджета 2850 руб. государственной пошлины, излишне уплаченной по платёжному поручению от 24.05.2019 № 76.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий							Е.А. Кравцова 

Судьи							Д.В. Жаворонков 

								В.А. Лукьянов