АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАБАЙКАЛЬСКОГО КРАЯ

672002 г.Чита, ул. Выставочная, 6

http://www.chita.arbitr.ru; е-mail: info@chita.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело №А78-10249/2017

г.Чита

10 марта 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена 02 марта 2020 года

Решение изготовлено в полном объёме 10 марта 2020 года

Арбитражный суд Забайкальского края в составе судьи М.Ю. Барыкина, 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Е.П. Фоминым, рассмотрел в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Стройкапитал» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к Администрации муниципального района «Красночикойский район» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании основного долга в размере 14 919 671 руб., неустойки в размере 6 482 779,42 руб., по встречному иску Администрации муниципального района «Красночикойский район» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Стройкапитал» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании неустойки в размере 45 464 889,06 руб., судебных издержек в размере 99 500 руб., с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Министерства территориального развития Забайкальского края (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) и Муниципального общеобразовательного учреждения «Черемховская средняя общеобразовательная школа» (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>),

при участии в судебном заседании:

от ООО «Стройкапитал»: ФИО1 – представителя по доверенности от 04 марта 2019 года.

Общество с ограниченной ответственностью «Стройкапитал» (далее также - общество) обратилось в суд с требованиями к Администрации муниципального района «Красночикойский район» (далее также – администрация) о взыскании основного долга по муниципальному контракту №00021/2011/00056 от 05 сентября 2011 года в размере 14 919 671 руб., неустойки за нарушение сроков оплаты в размере 10 167 999,91 руб.

Определением от 08 сентября 2017 года суд принял к совместному рассмотрению встречный иск о взыскании с общества неустойки в сумме 12 667 187,01 руб., начисленной за несвоевременное исполнение обязательств.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Министерство территориального развития Забайкальского края и Муниципальное общеобразовательное учреждение «Черемховская средняя общеобразовательная школа» (далее также – школа).

В судебном заседании 25 февраля 2020 года в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также – АПК РФ) судом объявлялся перерыв до 02 марта 2020 года. Информация о времени и месте судебного заседания после перерыва размещалась на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», а также в холле здания суда.

Общество (до перерыва), третьи лица и администрация (до и после перерыва) явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом в порядке статьи 123 АПК РФ. В связи с чем, судебное заседание в соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ состоялось в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Общество представило в материалы дела заявление об отказе от требований о взыскании основного долга в связи с его оплатой, представитель общества пояснил, что последствия отказа от иска ему  известны (л.д. 24 т.6).

В соответствии с частью 2 статьи 49 АПК РФ истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

На основании пункта 4 части 1 статьи 150 АПК РФ и части 3 статьи 151 АПК РФ арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что истец отказался от иска и отказ принят арбитражным судом. В случае прекращения производства по делу повторное обращение в арбитражный суд по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям не допускается.

Отказ общества от части иска не противоречит закону и не нарушает прав других лиц, наличие у представителя общества полномочий на частичный отказ от требований подтверждается доверенностями (л.д. 161 т.5, 18 т.13).

Таким образом, суд принимает отказ от иска и прекращает производство по делу в части рассмотрения требований общества к администрации о взыскании основного долга по муниципальному контракту №00021/2011/00056 от 05 сентября 2011 года.

В части неустойки стороны неоднократно уточняли требования.

Представитель общества в судебном заседании уточнил требования в окончательной редакции, общество заявило требования о взыскании неустойки за несвоевременную оплату основного долга в размере 6 482 779,42 руб.

Администрация 02 марта 2020 года (входящий №1058) представила уточнение иска в окончательной редакции, просила суд взыскать неустойку в виде пени в размере 22 732 444,53 руб., начисленную с 21 декабря 2013 года по 02 марта 2020 года, взыскать неустойку в виде штрафа в размере 22 732 444,53 руб., начисленную за неисполнение муниципального контракта в срок, взыскать судебные расходы в размере 99 500 руб., а также взыскать неосновательное обогащение в размере 6 028 516 руб., 

Протокольным определением в порядке статьи 49 АПК РФ суд принял к рассмотрению уточненные требования общества о взыскании неустойки в размере 6 482 779,42 руб., требования администрации о взыскании пени в размере 22 732 444,53 руб., штрафа в размере 22 732 444,53 руб., судебных расходов в размере 99 500 руб.

Требования в части неосновательного обогащения не приняты к рассмотрению, так как принятие к рассмотрению указанных исковых требований приведет к одновременному изменению предмета и оснований иска, что статьей 49 АПК РФ не допускается. Указанные требования являются новыми самостоятельными исковыми требованиями, которые не были заявлены первоначально и, соответственно, не могут быть заявлены путем уточнения иска (пункт 3 Постановления Пленума ВАС РФ №13 от 31 октября 1996 года).

Требования о взыскании штрафа приняты к рассмотрению, так как уточнение иска путем указания на взыскание штрафа не повлекло за собой одновременного изменения оснований иска и его предмета. Основания для начисления неустойки в виде штрафа аналогичны основаниям для начисления неустойки в виде пени, заявленной к взысканию первоначально. Уточнив требования путем указания штрафа, администрация фактически только увеличила размер неустойки.

Администрация представила в материалы дела отзыв, из которого следует, что с первоначальным иском администрация не согласна. Представитель общества заявил, что общество не согласно с требованиями, заявленными в рамках встречного иска.

Исследовав материалы дела, суд установил следующее.

05 сентября 2011 года между Администрацией муниципального района «Красночикойский район» (заказчиком) и ООО «Стройкапитал» (генеральным подрядчиком) был заключен муниципальный контракт №00021/2011/00056 на строительство объекта «Школа на 10 классов в с. Черемхово Красночикойского района Забайкальского края» (с дополнительными соглашениями к контракту).

Согласно пунктам 1.2 и 1.3 муниципального контракта предметом контракта является строительство и сдача «под ключ» объекта «Школа на 10 классов в с. Черемхово Красночикойского района Забайкальского края». Заказчик поручает генподрядчику выполнить полный комплекс работ по строительству, монтажу оборудования, пусконаладочных работ и вводу объекта в эксплуатацию в объеме, согласованном сторонами в соответствии с проектно-сметной документацией, утвержденной муниципальным заказчиком в установленные сроки.

Проектно-сметной документацией к муниципальному контракту предусмотрено, как выполнение генеральным подрядчиком строительных работ, так и снабжение школы мебелью, инвентарем и прочим оборудованием (т. 8, 9, 89-187 т.7).

В силу пунктов 2.1, 2.3 и 2.4 контракта стоимость работ по настоящему контракту соответствует цене, предложенной генеральным подрядчиком - победителем аукциона 135 190 162,62 руб. с учетом НДС, и является твердой до полного выполнения условий контракта. Генподрядчик не позднее 25 числа текущего месяца представляет заказчику акт выполненных работ по форме КС-2 и справку формы КС-3. Оплата работ производится за фактически выполненный объем работ согласно подписанным справкам формы КС-2 и КС-3 по мере поступления средств на лицевой счет заказчика в пределах лимита финансирования по данному объекту.

В пункте 3.2 муниципального контракта в редакции дополнительного соглашения к муниципальному контракту от 01 января 2016 года стороны предусмотрели, что срок сдачи объекта 01 сентября 2016 года.

Согласно пункту 8.1 контракта в случае просрочки исполнения генподрячиком обязательства, предусмотренного контрактом, заказчик вправе потребовать уплаты неустойки (штрафа, пеней). Неустойка (штраф, пени) начисляется за каждый день просрочки исполнения обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства. Размер такой неустойка (штрафа, пеней) устанавливается контрактом в размере одной трехсотой действующей на день уплаты неустойки (штрафа, пеней) ставки рефинансирования Центрального банка РФ.

В силу пункта 8.2 контракта в случае просрочки исполнения заказчиком обязательства, предусмотренного контрактом по вине заказчика, другая сторона вправе потребовать уплаты неустойки (штрафа, пеней). Неустойка (штраф, пени) начисляется за каждый день просрочки исполнения обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства. Размер такой неустойка (штрафа, пеней) устанавливается в размере одной трехсотой действующей на день уплаты неустойки (штрафа, пеней) ставки рефинансирования Центрального банка РФ (л.д. 107-116 т.4).

В период с 03 октября 2011 года по 26 декабря 2016 года между сторонами были подписаны акты о приемке выполненных работ по форме КС-2 и справки о стоимости выполненных работ по форме КС-3, акты сверки взаимных расчетов (л.д. 1-106 т.4, т. 3, 2, л.д. 30-131 т.1, 110-124 т.6. 137-152 т.5, 12-67 т.7).

Ссылаясь на несвоевременную оплату выполненных работ общество обратилось в суд с иском к администрации о взыскании неустойки, а администрация, в свою очередь, ссылаясь на неполное и несвоевременное исполнение обязательств обществом обратилась в арбитражный суд со встречным исковым заявлением о взыскании неустойки.

По существу спора суд приходит к следующим выводам.

На основании пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В силу статьи 309 ГК РФ и пункта 1 статьи 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями (статья 309 ГК РФ). Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами (пункт 1 статьи 310 ГК РФ).

Учитывая дату заключения контракта и его предмет, спорные правоотношения регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации и Федеральным законом №94-ФЗ от 21 июля 2005 года «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд».

В силу пункта 2 статьи 763 ГК РФ по государственному или муниципальному контракту на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд подрядчик обязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать их государственному или муниципальному заказчику, а государственный или муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату.

На основании пункта 1 статьи 740 ГК РФ по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

В соответствии со статьей 711 ГК РФ, если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

Основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику (пункт 8 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 24 января 2000 года №51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда»).

В силу части 1 статьи 65 части 2 статьи 9 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требовании и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

По первоначальному иску суд приходит к следующим выводам.

Общество в связи с несвоевременной оплатой выполненных работ предъявило к взысканию неустойку за период с 14 июля 2014 по 27 декабря 2017 года, рассчитанную исходя из 1/300 ставки Банка России 6 процентов за каждый день просрочки.

Порядок начисления и размер неустойки соответствует пункту 8.2 контракта.

В материалы дела представлены акты о приемке выполненных работ и справки о стоимости выполненных работ (по форме КС-2 и КС-3), согласно которым администрация приняла у общества выполненные работы на сумму 120 483 107 руб.

Пунктами 2.3 и 2.3 контракт предусмотрена ежемесячная приемка работ и оплата администрацией фактически выполненных работ, но конкретные сроки оплаты муниципальным контрактом не регламентированы. В связи с чем, суд приходит к выводу, что общество правомерно определило срок для оплаты фактически выполненных работ, принятых на основании актов и справок, в соответствии со статьей 314 ГК РФ, в течение семи дней с момента принятия фактически выполненного объема работ.

Доводы администрации о наличии права производить оплату в течение тридцати дней с момента подписания акта являются ошибочными, так как не подкреплены ссылками на конкретные нормы права и пункты контракта. Гражданские правоотношения строятся на основании принципа равенства (статья 1 ГК РФ), поэтому администрация не может быть поставлена в более выгодное положение по сравнению с иными участниками гражданских правоотношений.

Таким образом, сроки оплаты определены обществом правильно.

Оплата выполненных работ была произведена несвоевременно, что не отрицается администрацией и подтверждается представленными платежными поручениями и актами сверки взаимных расчетов (л.д. 25-40, 54-106 т.6, 30-39 т.1).

Вместе с тем, в ходе судебного разбирательства проведена судебная экспертиза, по итогам которой установлено, что в акты о приемке выполненных работ включены работы, которые фактически не были выполнены (ответ №2 и №7, локальный сметный расчет №7). Из предъявленных к оплате на основании спорных актов результатов работ невыполненными являются работы на 1 243 881,75 руб. (экспертом округлено до 1 243 882 руб.), из них: 975 001 руб. – приняты 26 декабря 2016 года; 23 699,75 руб. – приняты 20 мая 2014 года; 1 410,65 руб. – приняты 01 октября 2014 года; 148 641,87 руб. – приняты 04 апреля 2016 года; 89 426,22 руб. – приняты 15 июля 2015 года; 5 702,26 руб. – приняты 09 октября 2014 года (л.д.96-223 т.12).

Также эксперт установил, что обществом не выполнена часть иных работы, но эти работы не были предъявлены к оплате администрации и, соответственно, не оплачивались со стороны администрации. 

Кроме того, в ходе экспертизы было установлено, что часть работ выполнена некачественно и требует переустройства (ответы №2 и №7). Некачественно выполнены работы по актам №8 от 20 мая 2014 года, №12 от 01 октября 2014 года, №29 от 04 декабря 2014 года и №34 от 04 декабря 2014 года.

В заключение эксперта в ответах на вопросы №2 и №7 ошибочно дважды указан акт №8 от 20 мая 2014 года, но из ответа на вопрос №1 и локальных сметных расчетов (приложения к заключению эксперта) следует, что некачественно выполнены работы по акту приемке выполненных работ №34 от 04 декабря 2014 года.

Эксперт установил, что по актам №8 от 20 мая 2014 года, №12 от 01 октября 2014 года и №34 от 04 декабря 2014 года обществом некачественно выполнены работы по устройству кровли. Эксперт указал и подтвердил соответствующими фотографиями, что на полу чердачного помещения имеются следы протекания кровли, что кровля требует переустройства ввиду несоответствия установленным требованиям «СП 17.13330.2011. Кровли» (величина нахлыста профилированного листа не соответствует требованиям; устройство коньков и ендовы выполнено неверно и т.д.).

Стоимость переустройства кровли по расчету эксперта 901 636,74 руб.

По акту №29 от 04 декабря 2014 года эксперт установил, что установка ворот с коробами стальными выполнена некачественно, так как имеются щели в створках ворот, при использовании ворот зимой происходит поступление холодного воздуха в гараж. Кроме того, эксперт выявил, что требуется выполнение работ по утеплению системы отопления и водоснабжения, так как на трубах отсутствует изоляция. 

Согласно пункту 1 статьи 721 ГК РФ качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определенными обычно предъявляемыми требованиями, и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования, а если такое использование договором не предусмотрено, для обычного использования результата работы такого рода.

В пункте 13 Информационного письма Президиума ВАС РФ №51 от 24 января 2000 года «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда» разъяснено, что заказчик не лишен права представить суду свои возражения по качеству работ, принятых им по двустороннему акту.

На основании пункта 1 статьи 723 ГК РФ в случаях, когда работа выполнена подрядчиком с отступлениями от договора подряда, ухудшившими результат работы, или с иными недостатками, которые делают его не пригодным для предусмотренного в договоре использования либо при отсутствии в договоре соответствующего условия непригодности для обычного использования, заказчик вправе, если иное не установлено законом или договором, по своему выбору потребовать от подрядчика: безвозмездного устранения недостатков в разумный срок; соразмерного уменьшения установленной за работу цены; возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда (статья 397).

Таким образом, выполнение подрядчиком предусмотренных договором работ с устранимыми недостатками (дефектами) не освобождает заказчика от обязанности оплатить выполненные работы, но предоставляет ему возможность потребовать либо безвозмездного устранения недостатков, либо соразмерного уменьшения стоимости выполненных работ, либо возмещения своих расходов на устранение дефектов.

В силу правовой позиции Президиума ВАС РФ, сформулированной в Постановлении №17325/11 от 05 июня 2012 года, поскольку право заказчика по договору подряда требовать соразмерного уменьшения цены в случае ненадлежащего качества работ прямо предусмотрено гражданским законодательством (пункт 1 статьи 723 ГК РФ), закрепленная договором обязанность подрядчика своевременно устранять недостатки и дефекты, выявленные заказчиком при приемке работ в течение гарантийного срока по договору, не является исключительной и не может толковаться как лишающая заказчика права требовать соразмерного уменьшения цены по договору строительного подряда.

Как следует из характера выявленных нарушений и составленных экспертом смет по устранению недостатков работ, выявленные у общества нарушения в качестве работ являются устранимыми, следовательно, администрация обязана оплатить выполненные работы, несмотря на допущенные нарушения качества работ.

Вместе с тем, администрация в рамках рассмотрения настоящего дела реализовала свое право, предусмотренное статьей 723 ГК РФ, и заявила в качестве возражений на иск, что требует уменьшения цены предъявленных к оплате работ на стоимость устранения недостатков, выявленных в результатах выполненных работ (л.д. 7-10 т.13).

Суд признает ошибочной позицию общества о том, что доводы об отсутствии обязанности по оплате невыполненных работ, о необходимости уменьшения стоимости некачественных работ не подлежат оценке. Игнорирование данных доводов недопустимо, поскольку приведет к необоснованному возложению на администрацию обязанности по оплате денежных средств в размере, несоответствующем фактическому размеру ее обязательств перед обществом. 

Пунктом 1 статьи 720 ГК РФ определено, что заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику.

Пунктом 2 статьи 720 ГК РФ предусмотрено, что заказчик, обнаруживший недостатки в работе при ее приемке, вправе ссылаться на них в случаях, если в акте либо в ином документе, удостоверяющем приемку, были оговорены эти недостатки либо возможность последующего предъявления требования об их устранении.

Заказчик, обнаруживший после приемки работы отступления в ней от договора подряда или иные недостатки, которые не могли быть установлены при обычном способе приемки (скрытые недостатки), в том числе такие, которые были умышленно скрыты подрядчиком, обязан известить об этом подрядчика в разумный срок по их обнаружении (пункт 4 статьи 720 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 3 статьи 720 ГК РФ заказчик, принявший работу без проверки, лишается права ссылаться на недостатки работы, которые могли быть установлены при обычном способе ее приемки (явные недостатки).

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в постановлении от 16 сентября 2019 года по делу №А58-6429/2014 разъяснил, что в обязанности заказчика входит приемка работ с их обязательной проверкой на предмет недостатков. При этом закон обязывает заказчика заявить о выявленных недостатках, и возлагает на него негативные последствия непринятия мер к установлению явных недостатков работ, лишая права ссылаться после приемки на их наличие.

Таким образом, заказчик после приемке работ вправе ссылаться на следующие недостатки: 1) на явные недостатки работ (те, которые могли быть установлены при обычном способе приемке) в случаях, если в акте или в ином документе, удостоверяющем приемку, были оговорены эти недостатки; 2) на недостатки работ, которые не могли быть установлены при обычном способе приемки (скрытые недостатки), в том числе такие, которые были умышленно скрыты подрядчиком. Заказчик, принявший работу без проверки, лишается права ссылаться на недостатки работы, которые могли быть установлены при обычном способе ее приемки (явные недостатки).

Иного муниципальным контрактом не предусмотрено.

Учитывая невозможность выявления недостатков в фактически невыполненных работах, пункт 3 статьи 720 ГК РФ применяется в отношении возражений по качеству работ, но не их объему. Указанный пункт 3 статьи 720 ГК РФ не лишает заказчика права после приемки результатов работ ссылаться на невыполнение работ, предусмотренных соответствующим муниципальным контрактом.

Четвертый арбитражный апелляционный суд в постановлении по делу №А19-3416/2012 от 10 июня 2013 года указал, что заказчик, принявший работы, во всяком положении дела вправе после приемки выполненных работ ссылаться на невыполнение работ, предусмотренных договором (контрактом) (выводы поддержаны ВАС РФ и ФАС Восточно-Сибирского округа).

Из характера выявленных нарушений усматривается, что недостатки в части ворот и системы отопления (водоснабжения) являются явными, они могли быть установлены путем простого осмотра при приемке выполненных работ. Данные обстоятельства подтверждаются фотографиями, на которых явно видны отсутствие теплоизоляции и щель в воротах, не требуется специальных знаний для выявления этих недостатков и вывода о том, что в погодных условиях Забайкальского края использование ворот с щелями создаст трудности при эксплуатации гаража в зимний период времени. Кроме того, пункт 1 статьи 723 ГК РФ предполагает возможность применения лишь одного способа защиты. 

В свою очередь, в отношении кровли допущенные нарушения не являются очевидными и явными при простом способе приемке. При обычной приемке администрация, не являющаяся профессиональным участником рынка подрядных отношений и, соответственно, не обладающая специальными техническими навыками, не могла обнаружить, что кровля не соответствует требованиям «СП 17.13330.2011. Кровли» (величина нахлыста профилированного листа не соответствует требованиям; устройство коньков и ендовы выполнено неверно, под ендову требуется сплошная обрешетка и т.д.).

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу об отсутствие у администрации обязанности по оплате работ, указанных в актах о приемке выполненных работ, но фактически невыполненных обществом на сумму 1 243 881,75 руб., а также к выводу о необходимости уменьшения цены работ по муниципальному контракту на установленную в ходе судебной экспертизы стоимость переустройства кровли.

Эксперт также указал, что проектом была предусмотрена двухтрубная система отопления, но фактически выполнена и сдана администрации однотрубная система. Однако из заключения не следует, что эти работы требуют переустройства или, что данное обстоятельство повлекло за собой предъявление излишних сумм.

Факт оплаты работ, в отношении которых администрацией заявлено об уменьшении их стоимости и в отношении которых выявлен факт невыполнения, не влияет на выводы по делу, так как не лишает администрацию права заявить о возврате неосновательного обогащения.

Помимо изложенного, суд установил, что общество предъявило к взысканию пени в размере 1/300 ставки Банка России 6 процентов. Указанный размер ставки является самым минимальным из действовавших ставок Банка России, то есть не нарушает прав администрации.

Однако расчет пени произведен обществом путем расчета неустойки по ставке 7,5% и применения к получившейся сумме пропорции для перерасчета неустойки по ставке Банка России 6% - «8 103 474,28 руб. x 6% /7,5% = 6 482 779,42 руб.». Проверив указанный расчет, суд установил, что примененный обществом метод расчета привел к необоснованному предъявлению к взысканию неустойки в большем размере.

Пересчитав размер неустойки по 1/300 ставки Банка России 6 процентов без учета фактически невыполненных работ и с учетом уменьшения стоимости некачественно выполненных работ по устройству кровли, с учетом дат предъявления к оплате работ по соответствующим актам, суд установил, что размер неустойки подлежащей взысканию с администрации составляет 6 146 859,02 руб.

Неустойка подлежит взысканию, так как администрация в материалы дела не представила доказательств, наличия обстоятельств непреодолимой силы (чрезвычайного и непредотвратимого при данных условиях обстоятельства), повлекших за собой нарушение сроков оплаты выполненных работ, и доказательств принятия всех мер для надлежащего исполнения обязательства. 

Отсутствие денежных средств не является основанием для освобождения от ответственности за неисполнение денежного обязательства (пункт 3 статьи 401 ГК РФ и пункт 45 Постановления Пленума ВС РФ №7 от 24 марта 2016 года «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 8 Постановления №21 от 22 июня 2006 года указал на то, что отсутствие у учреждения находящихся в его распоряжении денежных средств само по себе нельзя расценивать как принятие им всех мер для надлежащего исполнения обязательства с той степенью заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него по характеру обязательства и условиям оборота. Поэтому недофинансирование учреждения со стороны собственника его имущества само по себе не может служить обстоятельством, свидетельствующим об отсутствии вины учреждения, и, следовательно, основанием для освобождения его от ответственности на основании пункта 1 статьи 401 ГК РФ.

Таким образом, не доказано оснований для освобождения от оплаты пени.

Администрация считает, что является ненадлежащим ответчиком в отношении части заявленных сумм пени, поскольку финансирование строительства велось как за счет местного бюджета, так и за счет средств регионального и федерального бюджета.

Оценив указанные доводы, суд их отклоняет по следующим основаниям. 

Согласно части 1 статьи 9 Федерального закона №94-ФЗ от 21 июля 2005 года «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд» под муниципальным контрактом понимается договор, заключенный заказчиком от имени муниципального образования в целях обеспечения муниципальных нужд.

В соответствии с положениями пункта 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц).

В пункте 19 Постановления Пленума ВС РФ №13 от 28 мая 2019 года разъяснено, что заключение государственного (муниципального) контракта или иной гражданско-правовой сделки казенным учреждением не влечет взыскания образовавшейся задолженности за счет казны публично-правового образования, поскольку казенные учреждения, являясь юридическими лицами и выступая в суде в качестве истца и ответчика, отвечают по своим обязательствам находящимися в их распоряжении денежными средствами и обеспечивают исполнение денежных обязательств, указанных в исполнительном документе, в соответствии с БК РФ (пункт 1, подпункт 8 пункта 3 статьи 50, пункт 4 статьи 132.22 ГК РФ, пункты 8, 9 статьи 161 БК РФ). 

Правила статьи 161 Кодекса, регламентирующие правовое положение казенных учреждений, согласно пункту 11 указанной статьи распространяются на органы государственной власти (государственные органы), органы местного самоуправления (муниципальные органы) и органы управления государственными внебюджетными фондами с учетом положений бюджетного законодательства Российской Федерации, устанавливающих полномочия указанных органов, поэтому исполнение исполнительных документов по денежным обязательствам этих органов также осуществляется в порядке, предусмотренном главой 24.1 БК РФ.

Муниципальный контракт заключен администрацией, результаты работ приняты администрацией, здание школы поступило в собственность муниципального образования (свидетельства о праве собственности). Следовательно, именно администрация, как сторона муниципального контракта, обязана оплатить выполненные работы.

Ссылки администрации на несвоевременное финансирование и положения контракта об осуществлении оплаты по мере поступления средств на лицевой счет заказчика в пределах лимита финансирования необоснованны.

В соответствии с положениями статьи 190 ГК РФ установленный законом, иными правовыми актами, сделкой или назначаемый судом срок определяется календарной датой или истечением периода времени, который исчисляется годами, месяцами, неделями, днями или часами. Срок может определяться также указанием на событие, которое должно неизбежно наступить.

Учитывая, что получение финансирования не является обстоятельством, которое должно неизбежно наступить, выполнение обязательств по контракту не может быть поставлено в зависимость от исполнения бюджетных обязательств третьим лицом, не являющимся субъектом спорных отношений.

В силу пункта 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 24 января 2000 года №51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда» оплата выполненных подрядчиком работ должна производиться заказчиком независимо от исполнения обязательств третьим лицом, не являющимся субъектом спорного гражданско-правового отношения.

Исходя из чего, суд приходит к выводу о наличие у администрации обязанности по оплате принятых работ в 7-дневный срок независимо от получения финансирования, администрация является надлежащим ответчиком.

Доводы администрации о необходимости снижения заявленной неустойки и о пропуске обществом сроков исковой давности для взыскания пени в пользу общества, отклоняются судом по следующим основаниям.

На основании пункта 1 статьи 196 и пунктов 1, 2 статьи 200 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

В силу пункта 1 статьи 207 ГК РФ с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство и т.п.), в том числе возникшим после истечения срока исковой давности по главному требованию.

Вместе с тем, согласно пункту 25 Постановления Пленума ВС РФ №43 от 29 сентября 2015 года срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки (статья 330 ГК РФ) или процентов, подлежащих уплате по правилам статьи 395 ГК РФ, исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу, определяемому применительно к каждому дню просрочки.

Президиум ВАС РФ в Постановлении №10690/12 от 15 января 2013 года разъяснил, что трехлетний срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки, ежедневно начисляемой за просрочку исполнения обязательства, подлежит исчислению с учетом следующего. Срок исковой давности по требованиям об уплате периодического платежа должен исчисляться отдельно по каждому просроченному платежу за соответствующий период. Поэтому, если основное обязательство было исполнено с просрочкой, но до истечения срока исковой давности, к требованию о взыскании неустойки не может быть применено правило статьи 207 ГК РФ. Неустойка подлежит взысканию с момента нарушения исполнения основного обязательства до момента его исполнения за период в пределах трех лет, предшествующих дате предъявления иска о взыскании неустойки. За период, который входит в трехлетний срок, предшествующий дате предъявления иска о взыскании неустойки, срок исковой давности нельзя признать истекшим.

Верховный Суд Российской Федерации в Определении №305-ЭС18-25243 от 30 мая 2019 года указал, что в том случае, если основное обязательство исполнено заказчиком с просрочкой, но в пределах срока исковой давности, к заявленному требованию о взыскании неустойки не может быть применено правило статьи 207 ГК РФ, устанавливающее, что с истечением срока исковой давности по главному требованию истекает срок исковой давности и по дополнительным требованиям.

Кроме того, в силу пункта 20 Постановления Пленума ВС РФ №43 от 29 сентября 2015 года «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (статья 203 ГК РФ). К действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом.

Если стороны прибегли к предусмотренной законом процедуре разрешения спора во внесудебном порядке, течение срока исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения такой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры (статья 202 ГК РФ).

Согласно пункту 16 Постановления Пленума ВС РФ №43 от 29 сентября 2015 года течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку.

Обязательства администрации по оплате основного долга исполнены в пределах сроков исковой давности, исковое заявление было предъявлено в суд 14 июля 2017 года, после уточнения иска взыскиваемая неустойка начислена с 14 июля 2014 года по 28 декабря 2017 года. 

Следовательно, сроки исковой давности обществом не пропущены.

В силу положений пункта 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

В соответствии с пунктом 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года №7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

Согласно разъяснениям пункта 75 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 года №7 при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс Российской Федерации предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Администрация не предоставила достаточных доказательств того, что сумма неустойки, рассчитанная обществом исходя из размера, который установлен в муниципальном контракте, не соответствует компенсационному характеру гражданско-правовой ответственности, соразмерности последствиям нарушения денежного обязательства (пункта 1 статьи 330 ГК РФ). 

В силу пункта 9 статьи 9 Федерального закона №94-ФЗ от 21 июля 2005 года в случае просрочки исполнения заказчиком обязательства, предусмотренного контрактом, другая сторона вправе потребовать уплату неустойки (штрафа, пеней). Неустойка (штраф, пени) начисляется за каждый день просрочки исполнения обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства. Размер такой неустойки (штрафа, пеней) устанавливается в размере одной трехсотой действующей на день уплаты неустойки (штрафа, пеней) ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации. Заказчик освобождается от уплаты неустойки (штрафа, пеней), если докажет, что просрочка исполнения указанного обязательства произошла вследствие непреодолимой силы или по вине другой стороны.

Из чего следует, что предусмотренный муниципальным контрактом размер неустойки равен размеру неустойки, установленному федеральным законом. Соответствие неустойки размеру законной неустойки предполагает ее соразмерность. 

ООО «Стройкапитал» начислило неустойку исходя из 1/300 ставки Банка России в размере 6 процента, при этом в период начисления неустойки размер ставки Банка России варьировался от 8,25% до 11%. Согласно информации Банка России, размещенной в открытом доступе на сайте Банка России (https://www.cbr.ru/), максимальный размер средневзвешенных процентных ставок по кредитам, предоставленным кредитными организациями нефинансовым организациям в рублях на срок до одного года (краткосрочным кредитам), в 2015 году составлял 20,01% годовых, в 2016 году составлял 15,56% годовых, в 2017 году составлял 13,37% годовых. 

Следовательно, размер взыскиваемой неустойки значительно меньше средневзвешенных процентных ставок по кредитам для нефинансовых организации, меньше ставок Банка России, действовавших в период нарушения обязательства. 

Судом отклоняются доводы администрации в обоснование необходимости снижения пени на то, что размер предъявляемой истцом неустойки сравним с размером основного долга на момент обращения в суд (пеня 6 146 859,02 руб., а размер основного долга на момент обращения исковым заявлением 14 919 671 руб.). Указанные доводы не свидетельствуют о необходимости снижения неустойки, так как размер неустойки соответствует допущенному нарушению ввиду того, что период просрочки обязательств является значительным и составляет 1 263 дня, размер основного долга для начисления пени доходил до 55 000 000 руб. 

Нарушение сроков выполнения работ обществом не является основанием для снижения неустойки либо освобождения от ответственности за нарушение сроков оплаты принятых результатов работ, нарушение обязательств подрядчиком не освобождает заказчика от ответственности за нарушение собственных обязательств по контракту. 

Администрацией не доказано, что именно просрочка выполнения работ привела к тому, что администрация не исполнила свои обязательства по оплате выполненных работ в установленный срок.

Администрация ссылается на неоднократное заключение дополнительных соглашений, однако данное обстоятельство не влияет на обоснованность требований о взыскании неустойки и размер пени. Подписание дополнительных соглашений являлось волеизъявлением сторон, администрация добровольно и осознано включила в муниципальный контракт условия о возможности продления сроков выполнения работ и продлила эти сроки путем подписания дополнительных соглашений. 

Доводы о том, общество умышленно затягивало с подачей искового заявления, судом отклоняются. Так как согласно пункту 81 Постановления Пленума ВС РФ №7 от 24 марта 2016 года не предъявление кредитором в течение длительного времени после наступления срока исполнения обязательства требования о взыскании основного долга само по себе не может расцениваться как содействие увеличению размера неустойки. 

Доводы об отсутствии собственных денежных средств и о несвоевременном получении финансирования из краевого и федерального бюджета отклоняются, поскольку согласно разъяснениям пункта 73 Постановления Пленума ВС РФ №7 от 24 марта 2016 года  отсутствие бюджетного финансирования не является основанием для уменьшения взыскиваемой неустойки.

Таким образом, первоначальный иск подлежит частичному удовлетворению.

По встречному иску суд приходит к следующим выводам.

В рамках встречного иска администрация заявила требования о взыскании с генерального подрядчика неустойки в виде пени и штрафа за нарушение сроков выполнения работ. Требования по встречному иску мотивированы тем, что генеральный подрядчик часть работ была выполнена несвоевременно, а часть работ не выполнена вплоть до настоящего времени.

Порядок начисления и размер неустойки соответствует пункту 8.3 контракта.

Примененные ставки Банка России для расчета пени соответствуют правовому подходу, высказанному в Определении Верховного Суда Российской Федерации №305-ЭС18-20107 от 21 марта 2019 года.

Пени начислены администрацией с 21 декабря 2013 года по 02 марта 2020 года.

Срок начала просрочки исполнения обязательств обществом определен администрацией неверно, так как при подписании дополнительных соглашений срок для выполнения работ был продлен до 01 сентября 2016 года. Следовательно, обществом допущена просрочка исполнения обязательств начиная со 02 сентября 2016 года.

Суд отклоняет доводы администрации о ничтожности дополнительных соглашений к муниципальному контракту о продлении сроков выполнения работ, так как согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотреблением правом).

Пунктом 5 статьи 166 ГК РФ предусмотрено, что заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Недобросовестными предлагается считать действия лица, которое вело себя таким образом, что не возникало сомнений в том, что оно согласно со сделкой и намерено придерживаться ее условий, но впоследствии заявило о недействительности сделки.

Согласно пункту 10.2 контракта срок окончания работ может быть изменен по взаимному согласию сторон, что закрепляется дополнительным соглашением, становящимся с момента его подписания неотъемлемой частью настоящего контракта.

Как следует из материалов дела, администрация добровольно и осознанно подписала дополнительные соглашения к муниципальному контракту и продлила сроки выполнения строительных работ до 01 сентября 2016 года (л.д. 116 т.1).

В материалы дела не представлено доказательств того, что администрация заявляла о ничтожности дополнительных соглашений до предъявления иска о взыскании неустойки за просрочку оплаты работ со стороны общества. Более того, в рамках настоящего дела первоначально администрация также рассчитывала пени со 02 сентября 2016 года, заявив о ничтожности дополнительных соглашений только после отказа общества от подписания мирового соглашения.

Таким образом, администрация самостоятельно включила в контракт пункт о возможности изменения срока исполнения контракта, добровольно продлила эти сроки и не заявляла о ничтожности дополнительных соглашений вплоть до того, как общество отказалось снижать взыскиваемую неустойку.

Учитывая условия контракта, поведение администрации и то, что в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений действий предполагается, у общества не имелось оснований сомневаться в установленных для него сроках исполнения муниципального контракта.

Кроме того, в рамках выполнения контракта стороны выявили необходимость выполнения дополнительных видов работ. Дополнительные работы были выполнены обществом, приняты и оплачены администрацией. 

Продление сроков выполнения работ в случае проведения дополнительных работ прямо предусмотрено пунктом 3.3 контракта, выполнение дополнительных работ не могло не повлиять на срок выполнения работ.

Таким образом, исходя из конкретных обстоятельств дела и условий контракта, суд приходит к выводу об отсутствие у администрации в силу пункта 5 статьи 166 ГК РФ права ссылаться на ничтожность дополнительных соглашений.

Иной подход привел бы к возложению на общество ответственности в виде пени за невыполнение работ за период времени, в течение которого общество добросовестно полагалось на то, что вправе исполнять муниципальный контракт.

Выводы суда соответствуют правовому механизму международного принципа эстоппель, который основывается на лишении недобросовестной стороны права возражать по обстоятельствам, если ранее молчаливо с ними соглашалась, и выступает санкцией за нарушение вследствие непоследовательного поведения.

Неустойка начислена администрацией по 03 марта 2020 года.

Вместе с тем, в соответствии с пунктом 1 статьи 450 и пунктом 1 статьи 452 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором. Соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное.

Поскольку положения пункта 2 статьи 432 ГК РФ, применяемой во взаимосвязи со статьями 435, 438 ГК РФ, предусматривают заключение договора посредством оферты (предложения) и ее акцепта (принятия предложения), данный порядок применим и при расторжении договора по соглашению сторон.

Общество обратилось к администрации с предложением №306 от 19 июля 2017 года о расторжении муниципального контракта, указав, что в случае отказа или оставления предложения без ответа общество оставляет за собой право на обращение в арбитражный суд с заявлением в порядке статьи 431 ГК РФ о расторжении контракта в судебном порядке. Администрация 10 августа 2018 года представила в материалы дела ходатайство об уточнении исковых требований, в котором заявила о необходимости расторжения муниципального контракта (л.д. 23 т.6, 26-27, 73 т.5, 75-77 т.10).

При таких обстоятельствах, поскольку предложение истца (письмо №306 от 19 июля 2017 года) принято контрагентом по муниципальному контракту (10 августа 2018 года), суд приходит к выводу, что спорный муниципальный контракт следует считать расторгнутым с 10 августа 2018 года по обоюдному волеизъявлению сторон.

Контрактом возможность его расторжения по соглашению сторон предусмотрена.

Из поведения сторон очевидно следует, что после 10 августа 2018 года исполнения муниципального контракта не желает ни общество, ни администрация. Исполнение контракта далее не будет производиться.

Выводы суда в данной части соответствуют правовому подходу, высказанному в постановлении Четвертого арбитражного апелляционного суда от 27 ноября 2013 года по делу №А58-2263/2013 и постановлении Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 30 августа 2018 года по делу №А33-20752/2017.

Пленум ВАС РФ в Постановлении №35 от 06 июня 2014 года «О последствиях расторжения договора» разъяснил, что при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора. Поэтому неустойка, установленная на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения указанной обязанности, начисляется до даты прекращения этого обязательства, то есть до даты расторжения договора.

Таким образом, период начисления неустойки со 02 сентября 2016 по 10 августа 2018 года, в остальной части период для расчета неустойки определен администрацией неверно, так как неустойка не подлежала начислению.

Представитель общества заявил, что обязательства общества по муниципальному контракту были прекращены полностью в августе 2016 года ввиду получения администрацией разрешения на ввод здания школы в эксплуатацию и получение школой образовательной лицензии. По словам представителя общества, исполнение контракта полностью являлось нецелесообразным, администрация согласилась с тем, что общество не будет исполнять муниципальный контракт полностью. Работы не были выполнены в связи с их заменой иными видами работ (дополнительными работами), которые не были учтены первоначально. Мебель, инвентарь и оборудование не были поставлены в связи с их фактическим наличием в распоряжении школы (л.д. 6-9 т.11). Спортивная площадка не была построена в связи с тем, что администрация отказалась от ее строительства, так как самостоятельно построила стадион.

Доводы общества подлежат отклонению, так как в силу пункта 10.1 контракта любые изменения и дополнения к контракту имеют силу только в том случае, если они оформлены в письменном виде и подписаны обеими сторонами. В силу пункта 13.1 контракта любая договоренность между сторонами, влекущая за собой новые обстоятельства, не предусмотренные настоящим контрактом, считается действительной, если она подтверждена сторонами в письменной форме в виде дополнительного соглашения. Вместе с тем, суду не представлено доказательств, подтверждающих, что администрацией было согласовано невыполнение работ, что администрация согласовала неосуществление поставки инвентаря и оборудования. 

Общество также заявило, что неисполнение контракта было вызвано проведением дополнительных строительных работ. Однако согласно материалам дела администрация приняла все предъявленные к оплате результаты работ, включая результаты работ, которые не были предусмотрены первоначально (дополнительные работы). Из расчетов администрации прямо следует, что она определила стоимость невыполненных работ с учетом дополнительных видов работ. Вопрос об определении стоимости и перечня невыполненных работ ставились на экспертизу. Эксперт установил данные обстоятельства, перечень невыполненных работ согласно результатам экспертизы соответствует перечню работ, указанному администрацией, при этом эксперт пришел к выводу, что у общества имелась возможность закончить исполнение контракта за счет денежных средств, предусмотренных контрактом. Следовательно, материалами дела опровергаются доводы представителя общества о том, что невыполнение части принятых на себя обязательств явилось следствием осуществления обществом дополнительных видов работ.

Доводы общества, что невыполнение части работ вызвано самостоятельным возведением администрацией стадиона, не подтверждены какими-либо доказательствами. Представитель общества сослался на пояснения эксперта, но устные пояснения эксперта, во-первых, не является надлежащим доказательством невозможности выполнения работ, во-вторых, из пояснений эксперта следует, что стадион был построен за год-два до проведения экспертного осмотра (13 марта 2019 года).

Доводы представителя общества противоречат его же пояснениям о том, что выполнение работ и покупка инвентаря не производились в связи с отсутствием соответствующего финансирования. 

При этом доводы представителя о неисполнении контракта в связи с отсутствием финансирования также подлежат отклонению, поскольку контрактом не предусмотрено авансирование его исполнения. Более того, пунктом 2.2 контракта установлено, что общество не останавливает исполнение контракта при задержке финансирования.

Представитель общества сослался на то, что согласно письму директора школы у школы имелась часть инвентаря, мебели и оборудования, предусмотренного контрактом (л.д 42 т.13. 95 т.10). Однако письмо директора школы не является доказательством того, что администрация в порядке 10.1 и 13.1 контракта согласовала неисполнение части контракта. Кроме того, директор школы не являлся представителем администрации, что подтверждено самим директором (л.д. 35 т.13), из представленных писем напрямую не следует, что обществу было согласовано неисполнение обязательств по контракту в соответствующей части.

Наличие у школы определенного имущества не освобождает общество от обязанности исполнить условия муниципального контракта в части обеспечения объекта новым инвентарем, оборудованием и мебелью.

Более того, в материалы дела не представлено доказательств, что общество в порядке пункта 1 статьи 716 ГК РФ и пункта 4.1.6 муниципального контракта предупреждало администрацию о невозможности выполнения спорных работ. 

При этом в силу пункта 1 статьи 716 ГК РФ подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении: непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации или переданной для переработки (обработки) вещи; возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы; иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок. 

Аналогичное правило закреплено в пункте 4.1.6 контракта.

Пунктом 2 статьи 716 ГК РФ предусмотрено, что подрядчик, не предупредивший заказчика об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не вправе при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства.

В связи с чем, поскольку общество не исполнило обязанность, предусмотренную пунктом 1 статьи 716 ГК РФ и пунктом 4.1.6 муниципального контракта, то оно утратило право ссылаться на соответствующие обстоятельства.

Общество ссылается на то, что его обязательства исполнены в августе 2016 года с момента, как администрация получила разрешение на ввод объекта в эксплуатацию, школа получила лицензию на осуществление образовательной деятельности. 

При проверке указанных доводов представителя общества, суд установил, что согласно данным Единого государственного реестра юридических лиц школа получила образовательную лицензию 31 августа 2016 года. Администрацией получены разрешение №RU-92513314-1 на ввод объекта «Здание школы на 10 классов в с. Черемхово Красночикойского района» от 22 августа 2016 года, разрешение №RU-92513314-1 на ввод объекта «Здание школы на 10 классов в с. Черемхово Красночикойского района» от 31 декабря 2015 года, разрешение №RU-92513314-2 на ввод объекта «Модульная котельная (строительство школы на 10 классов в с. Черемхово Красночикойского района)» от 31 декабря 2015 года (л.д. 3-7 т.6, 74-85 т.5, 31-36 т.10).

Судом запрашивались пояснения относительно причин существования разрешений №RU-92513314-1 от разных дат. В ответ представлены свидетельства о государственной регистрации права от 05 февраля 2016 года и от 13 июля 2016 года, из которых следует, что право собственности на здание школы и модульной котельной было зарегистрировано на основании разрешений от 31 декабря 2015 года. 

Кроме того, разрешение на ввод здания школы в эксплуатацию от 31 декабря 2015 года было представлено в материалы дела непосредственно организацией, осуществившей выдачу этого разрешения (л.д. 31-36 т.10).

Муниципальным контрактом предусмотрено строительство и сдача «под ключ» объекта «Школа на 10 классов в с. Черемхово Красночикойского района Забайкальского края». При этом в соответствии с проектно-сметной документацией, результатам экспертизы и пояснениям сторон указанный объект включает в себя не только здание школы, но и ряд иных сооружений (гараж, склад и т.д.), кроме того, муниципальным контракт предусматривает не только осуществление строительства, но и обеспечение школы оборудованием, инвентарем и мебелью (т. 8, 9).

В ходе экспертизы установлено, что обществом не выполнены предусмотренные контрактом обязательства по выполнению работ по объекту школа (благоустройство, малые архитектурные формы, озеленение), по объекту гараж (водомерный узел, водоснабжение, вентиляция, теплоснабжение калориферов АПВС, узел управление, отопление), по объекту учебная теплица (общестроительные работы), по объекту выгреб (не построен), по объекту склад для хранения мотопомпы (не построен), по приобретению мебели, инвентаря и технологического оборудования.

Исходя из чего, получение разрешений на ввод зданий школы и котельной в эксплуатацию, получение образовательной лицензии школой не может свидетельствовать об окончании обязательств общества в отношении остальных строящихся частей объекта, а также об окончании обязательств по снабжению школы. 

Наличие у школы своего инвентаря, вопреки доводам представителя общества, не свидетельствует о том, что общество в одностороннем порядке вправе отказаться от исполнения взятых на себя обязательств по исполнению контракта.

Более того, из актов и справок (КС-2 и КС-3) следует, что общество продолжало осуществлять выполнение работ и передавало результаты работ, производило снабжение школы после получения разрешений на ввод здания школы и котельной в эксплуатацию, а именно: 04 апреля 2016 года приняты работы (инвентарь) на 12 604 826 руб.; 01 июля 2016 года приняты работы (инвентарь) на сумму 2 569 029 руб.; 26 декабря 2016 года приняты работы (инвентарь) на сумму 14 919 671 руб.

Таким образом, применительно к обстоятельствам настоящего дела, получение разрешений на ввод здания школы и котельной в эксплуатацию не свидетельствует о полном выполнении обществом обязательств или их прекращении.

Доводы представителя общества о прекращении обязательств общества с момента ввода в эксплуатацию здания школы также противоречат письму от 22 марта 2018 года, в котором общество просит администрацию сообщить сведения о лимитах финансирования для завершения исполнения контракта (л.д. 87-88 т.7).

Являются необоснованными доводы представителя общества о необоснованном не подписании администрацией акта о приемке полностью законченного объекта, так как согласно материалам дела и выводам эксперта обязательства по муниципальному контракту обществом полностью не исполнены.

Учитывая изложенное, доводы общества подлежат отклонению, как неподтвержденные документально и противоречащие обстоятельствам дела. Доводы представителя общества не опровергают наличия у администрации права на взыскание неустойки за период со 02 сентября 2016 года по 10 августа 2018 года.

Общество ссылается на обстоятельства, которые в силу пунктов 10.1 и 13.1 контракта должны были согласованы сторонами путем подписания дополнительных соглашений, но таких соглашений не представлено. 

При этом суд считает необходимым отметить, что у общества протокольными определениями неоднократно запрашивались письма, касающиеся приостановления работ, доказательства приостановления выполнения работ, доказательства согласования изменения объемов работ и прочие доказательства в обоснование его доводов.

Верховный Суд Российской Федерации в Определении №305-ЭС15-12239(5) от 26 ноября 2018 года указал, что в силу части 1 статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Следовательно, нежелание представить доказательства должно было быть квалифицировано исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает противоположная сторона.

Вместе с тем, в стоимость невыполненных работ администрация включила стоимость строительного контроля (4 979 077 руб.) со ссылкой на то, что в актах о приемке выполненных работ стоимость услуг по строительному контролю не отражалась. Включение указанной суммы в расчет пени суд считает необоснованным, так как в силу пункта 1 статьи 53 Градостроительного кодекса Российской Федерации строительный контроль проводится в процессе строительства, реконструкции, капитального ремонта объектов капитального строительства в целях проверки соответствия выполняемых работ проектной документации, требованиям технических регламентов, результатам инженерных изысканий, требованиям градостроительного плана земельного участка.

Пунктом 2 статьи 53 Градостроительного кодекса Российской Федерации строительный контроль проводится лицом, осуществляющим строительство. В случае осуществления строительства, реконструкции, капитального ремонта на основании договора строительный контроль проводится также застройщиком или техническим заказчиком либо привлекаемым ими на основании договора физическим или юридическим лицом. Застройщик или технический заказчик по своей инициативе может привлекать лицо, осуществляющее подготовку проектной документации, для проверки соответствия выполняемых работ проектной документации.

Таким образом, осуществление строительного контроля является императивной обязанностью подрядчика. Привлечение третьего лица для строительного контроля является правом технического заказчика, а не обязанностью подрядчика.

Исходя из чего, учитывая пояснения представителя общества о самостоятельном ведении строительного контроля, наличие в материалах дела свидетельства о праве общества вести строительный контроль, суд приходит к выводу, что не включение строительного контроля в акты не является основанием для включения в стоимость невыполненных работ цены строительного контроля (л.д. 75-79 т.7).

Таким образом, размер основного долга для расчета неустойки, взыскиваемой с общества, подлежит уменьшению на стоимость работ по ведению строительного контроля, предусмотренную муниципальным контрактом.

Вместе с тем, как следует из экспертного заключения, обществом в акты о приемке были включены фактически невыполненные работы на сумму 1 243 881,75 руб. Поскольку указанные работы фактически не выполнены обществом, то данная сумма подлежит учету при расчете взыскиваемой неустойки.

Даты выполнения работы определены судом исходя из дат подписания актов и справок, так как положения ГК РФ о договоре подряда (пункт 1 статьи 740, пункт 1 статьи 720, пункты 4 и 6 статьи 753, пункт 8 Информационного письма №51 от 24 января 2000 года) связывают момент исполнения обязательств по договору с датой передачи результата работ заказчику.

В остальной части размер основного долга для начисления неустойки определен администрацией верно, что подтверждается актами и справками (КС-2 и КС-3), а также экспертным заключением. В части неисполненных обязательств размер долга установлен с учетом стоимости дополнительных работ.

Обществом заявлено о пропуске срока исковой давности для неустойки.

На основании пункта 1 статьи 196 и пунктов 1, 2 статьи 200 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

В силу пункта 1 статьи 207 ГК РФ с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство и т.п.), в том числе возникшим после истечения срока исковой давности по главному требованию.

Вместе с тем, согласно пункту 25 Постановления Пленума ВС РФ №43 от 29 сентября 2015 года срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки (статья 330 ГК РФ) или процентов, подлежащих уплате по правилам статьи 395 ГК РФ, исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу, определяемому применительно к каждому дню просрочки.

Президиум ВАС РФ в Постановлении №10690/12 от 15 января 2013 года разъяснил, что трехлетний срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки, ежедневно начисляемой за просрочку исполнения обязательства, подлежит исчислению с учетом следующего. Срок исковой давности по требованиям об уплате периодического платежа должен исчисляться отдельно по каждому просроченному платежу за соответствующий период. Поэтому, если основное обязательство было исполнено с просрочкой, но до истечения срока исковой давности, к требованию о взыскании неустойки не может быть применено правило статьи 207 ГК РФ. Неустойка подлежит взысканию с момента нарушения исполнения основного обязательства до момента его исполнения за период в пределах трех лет, предшествующих дате предъявления иска о взыскании неустойки. За период, который входит в трехлетний срок, предшествующий дате предъявления иска о взыскании неустойки, срок исковой давности нельзя признать истекшим.

ВС РФ в Определении №305-ЭС18-25243 от 30 мая 2019 года указал, что в том случае, если основное обязательство исполнено заказчиком с просрочкой, но в пределах срока исковой давности, к заявленному требованию о взыскании неустойки не может быть применено правило статьи 207 ГК РФ, устанавливающее, что с истечением срока исковой давности по главному требованию истекает срок исковой давности и по дополнительным требованиям.

Кроме того, на основании статьи 202 ГК РФ, если стороны прибегли к предусмотренной законом процедуре разрешения спора во внесудебном порядке, течение срока исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения такой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

Согласно разъяснениям пункта 16 Постановления Пленума ВС РФ №43 от 29 сентября 2015 года течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку.

Срок исковой давности по требованию о выполнении работ должен был истечь 01 января 2019 года. Обязательства по муниципальному контракту прекратились 10 августа 2018 года. Администрация предъявила в суд встречный иск 08 сентября 2017 года. Исходя из чего, срок исковой давности для взыскания пени со 02 сентября 2016 года по 10 августа 2018 года не пропущен администрацией.

Обществом не представлено доказательств нарушения обязательств в результате непреодолимой силы (чрезвычайного и непредотвратимого при данных условиях обстоятельства), принятия всех мер для надлежащего исполнения обязательства. 

Учитывая изложенное, пересчитав размер пени за нарушение сроков выполнения работ с учетом вышеизложенных выводов суда, суд приходит к выводу, что размер подлежащей взысканию с общества неустойки 2 262 507,43 руб.

Доводы общества о необходимости снижения неустойки по правилам статьи 333 ГК РФ суд отклоняет по основаниям аналогичным тем, которые послужили основанием для отказа в снижении неустойки администрации.

Помимо требований о взыскании пени, администрацией предъявлены требования о взыскании неустойки в виде штрафа за нарушение обязательств по исполнению муниципального контракта в установленные сроки.

Оснований для взыскания штрафа не имеется, поскольку спорный муниципальный контракт был заключен 05 сентября 2011 года, то есть в период действия Федерального закона №94-ФЗ от 21 июля 2005 года «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд».

Положения о пени согласованы в разделе 8 муниципального контракта в соответствии с требованиями Федерального закона №94-ФЗ от 21 июля 2005 года. Ответственность генерального подрядчика в виде штрафа за нарушение срока выполнения спорных работ условиями муниципального контракта не предусмотрена.

На основании пункта 11 статьи 9 Федерального закона №94-ФЗ от 21 июля 2005 года в случае просрочки исполнения поставщиком (исполнителем, подрядчиком) обязательства, предусмотренного контрактом, заказчик вправе потребовать уплату неустойки (штрафа, пеней). Неустойка (штраф, пени) начисляется за каждый день просрочки исполнения обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства. Размер такой неустойки (штрафа, пеней) устанавливается контрактом в размере не менее одной трехсотой действующей на день уплаты неустойки (штрафа, пеней) ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации.

Таким образом, закон устанавливал лишь обязательность условия о неустойке в виде пени, ее минимальные пределы и порядок начисления нестойки в виде пени. Все иные условия, включая положения об ответственности в виде штрафа и случаях его начисления, формулировались законом в диспозитивном порядке.

Стороны вступили в правоотношения по муниципальному контракту на условиях об ответственности, согласованной ими в муниципальном контракте и соответствующей Федеральному закону №94-ФЗ от 21 июля 2005 года. 

В соответствии с частью 1 статьи 112 Федерального закона №44-ФЗ от 05 апреля 2013 года «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» настоящий Федеральный закон применяется к отношениям, связанным с осуществлением закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных или муниципальных нужд, извещения об осуществлении которых размещены в единой информационной системе или на официальном сайте Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» для размещения информации о размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг либо приглашения принять участие в которых направлены после дня вступления в силу настоящего Федерального закона. К отношениям, возникшим до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, он применяется в части прав и обязанностей, которые возникнут после дня его вступления в силу, если иное не предусмотрено настоящей статьей. Государственные и муниципальные контракты, гражданско-правовые договоры бюджетных учреждений на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для нужд заказчиков, заключенные до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, сохраняют свою силу.

 Согласно пунктам 1 и 2 статьи 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие (пункт 1). Отношения сторон по договору, заключенному до введения в действие акта гражданского законодательства, регулируются в соответствии со статьей 422 настоящего Кодекса (пункт 2).

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 422 ГК РФ, если после заключения договора принят закон, устанавливающий обязательные для сторон правила иные, чем те, которые действовали при заключении договора, условия заключенного договора сохраняют силу, кроме случаев, когда в законе установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров.

Статья 112 Федерального закона №44-ФЗ от 05 апреля 2013 года не содержит положений о его применении к условиям государственных и муниципальных контрактов, заключенных до дня введения в действие этого Закона. Напротив, в указанной статье Закона прямо указывается на сохранение силы таких контрактов, а соответственно и условий, определяющих размер ответственности подрядчика.

Как следует из условий контракта, обязанность общества по своевременному исполнению взятых на себя обязательств в соответствии с условиями контракта возникла с даты заключения контракта.

Обязанность стороны муниципального контракта уплатить неустойку за нарушение его условий, наступившая после вступления в силу Федерального закона №44-ФЗ от 05 апреля 2013 года, не означает применение иного порядка ее расчета, отличного от оснований, существовавших в прежнем законодательстве.

Оговорка, содержащаяся в норме части 1 статьи 112 Федерального закона №44-ФЗ от 05 апреля 2013 года, о применении положений закона к правам и обязанностям, возникшим после даты его вступления в законную силу, направлена на подчинение участников соответствующих договорных правоотношений новому механизму исполнения контракта, носящему регулятивный характер. Достаточных оснований для распространения приведенной нормы на отношения охранительного содержания, в частности к применению мер гражданско-правовой ответственности за нарушение обязательств, не имеется.

Основания и содержание применяемых мер ответственности, носившие преимущественно диспозитивный характер и действовавшие на момент заключения муниципального контракта, не подлежат изменению с появлением новых законодательных предписаний об ином порядке определения размера ответственности, носящих строго императивный характер.

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для начисления обществу штрафа за нарушение обязательств, который не предусмотрен муниципальным контрактом от 05 сентября 2011 года.

Выводы суда в указанной части подтверждаются сложившейся судебной практикой (постановление АС Дальневосточного округа от 06 октября 2016 года по делу №А04-2208/2016; постановление АС Северо-Западного округа от 20 мая 2016 года по делу №А56-40621/2015).

В силу части 1 статьи 65 и части 2 статьи 9 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требовании и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

Согласно частям 3.1 и 3 статьи 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований. Признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

На основании изложенного, оценив имеющиеся документы по правилам статьи 71 АПК РФ, суд приходит к выводу, что требования сторон по первоначальному и встречному искам подлежат частичному удовлетворению.  

Как следует из части 5 статьи 170 АПК РФ резолютивная часть решения должна содержать выводы об удовлетворении или отказе в удовлетворении полностью или в части каждого из заявленных требований, указание на распределение между сторонами судебных расходов, срок и порядок обжалования решения. При полном или частичном удовлетворении первоначального и встречного исков в резолютивной части решения указывается денежная сумма, подлежащая взысканию в результате зачета.

В результате зачета, взысканию с администрации пользу общества подлежит неустойка в размере 3 884 351,59 руб., из расчета: 6 146 859,02 руб. (взыскано по первоначальному иску) – 2 262 507,43 руб. (взыскано по встречному иску).

В рамках настоящего дела проведена судебная экспертиза, для ее проведения администрацией понесены расходы в размере 99 500 руб., что подтверждается платежным поручением №487377 от 13 декабря 2018 года (л.д. 149 т.11).

Как следует из части 1 статьи 110 АПК РФ, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорциональному размеру удовлетворенных исковых требований.

Согласно пункту 24 Постановления Пленума ВС РФ №1 от 21 января 2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» в случае частичного удовлетворения как первоначального, так и встречного имущественного требования, по которым осуществляется пропорциональное распределение судебных расходов, судебные издержки истца по первоначальному иску возмещаются пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. Судебные издержки истца по встречному иску возмещаются пропорционально размеру удовлетворенных встречных исковых требований.

В силу пункта 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 20 марта 1997 года №6 «О некоторых вопросах применения арбитражными судами законодательства РФ о государственной пошлине» при распределении расходов по государственной пошлине в случае добровольного удовлетворения ответчиком исковых требований после предъявления иска вопрос о распределении расходов по государственной пошлине должен решаться с учетом того, что требования истца фактически удовлетворены.

Таким образом, принимая во внимание, что в заключение эксперта даны ответы на вопросы, связанные с требованиями как по первоначальному иску, так и по встречному иску, суд приходит к выводу, что расходы на проведение судебной экспертизы подлежат отнесению на встречный иск и первоначальный иск в равных долях (по 49 750 руб.), а затем пропорциональному распределению в зависимости от итогов рассмотрения каждого из исковых заявлений. При этом суд также учитывает, что отказ общества от требований о взыскании основного долга обусловлен оплатой соответствующих сумм после обращения в суд и принятия иска к производству.

Государственная пошлина подлежит взысканию с общества в доход федерального бюджета за рассмотрение первоначального иска и встречного иска пропорционально удовлетворенным требованиям с учетом того, что обществу при предъявлении иска была предоставлена отсрочка по оплате госпошлины, администрация от оплаты госпошлины в силу статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 150-151, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Прекратить производство по рассмотрению исковых требований общества с ограниченной ответственностью «Стройкапитал» к Администрации муниципального района «Красночикойский район» о взыскании основного долга.

Первоначальный иск удовлетворить частично.

Взыскать с Администрации муниципального района «Красночикойский район» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Стройкапитал» неустойку в размере 6 146 859,02 руб.

В остальной части первоначального иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Стройкапитал» в пользу Администрации муниципального района «Красночикойский район» расходы на проведение судебной экспертизы по первоначальному иску в размере 776,10 руб.

Встречный иск удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Стройкапитал» в пользу Администрации муниципального района «Красночикойский район» неустойку в размере 2 262 507,43 руб.

В остальной части встречного иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Стройкапитал» в пользу Администрации муниципального района «Красночикойский район» расходы на проведение судебной экспертизы по встречному иску в размере 2 477,55 руб.

В результате зачета взыскать с Администрации муниципального района «Красночикойский район» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Стройкапитал» неустойку в размере 3 884 351,59 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Стройкапитал» в доход федерального бюджета государственную пошлину по первоначальному исковому заявлению в размере 2 041 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Стройкапитал» в доход федерального бюджета государственную пошлину по встречному исковому заявлению в размере 9 953 руб.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Четвёртый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Забайкальского края в течение одного месяца со дня принятия.

СудьяМ.Ю. Барыкин