ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

10.10.2023

Дело № А41-7411/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05 октября 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 10 октября 2023 года

 

            Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: Е.А. Зверевой, Н.Я. Мысака, 

при участии в заседании: 

от ФИО1 – ФИО2, по доверенности от 20.01.2021, срок 3 года,

от АО «ЗираатБанк (Москва)» - ФИО3 к., по доверенности от 28.08.2023, сок 3 года,

рассмотрев 05.10.2023 в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на постановление от 19.06.2023

Десятого арбитражного апелляционного суда,

об отмене определения Арбитражного суда Московской области от 24.04.2023 и признании недействительным брачного договора от 27.10.2015,

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1, 

 

установил:

Решением Арбитражного суда Московской области от 23.03.2020 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом); в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина; финансовым управляющим должником утверждена ФИО4

Финансовый управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительной сделки - брачного договора от 27.10.2015, заключенного между ФИО1 и Карабей Иной.

Определением Арбитражного суда Московской области от 13.04.2021, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2022, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, финансовый управляющий должником обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 27.09.2022  определение Арбитражного суда Московской области от 13.04.2021 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2022 отменены; обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда Московской области от 24.04.2023 в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2023 определение Арбитражного суда Московской области от 24.04.2023 отменено. Брачный договор от 27.10.2015 признан недействительным.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2023 отменить и оставить в силе определение Арбитражного суда Московской области от 24.04.2023. 

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов суда апелляционной инстанции, изложенных в обжалуемом судебном акте, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщены отзывы финансового управляющего должником и  АО «Зиират Банк (Москва)».

В судебном заседании представитель ФИО1 доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней.

Представитель АО «Зиират Банк (Москва)» возражал против удовлетворения кассационной жалобы по мотивам, изложенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Из содержания обжалуемого судебного акта усматривается, что судом апелляционной инстанции установлены следующие обстоятельства.

            Между должником и его женой Карабей Ина заключен брачный договор от 27.10.2015 (77 АБ 8646943) (далее - договор), удостоверенный нотариусом города Москвы ФИО6 (экземпляр договора хранится в делах нотариуса по адресу: ул. З и А. Космодемьянских, д. 31, корп. 2).

            Пунктами 2, 3 договора установлено, что все имущество, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось, зарегистрированное на имя ФИО1, ФИО7 с момента регистрации брака и до заключения настоящего договора, признается их личной собственностью, и в период брака и в случае расторжения брака разделу подлежать не будет.

Все имущество, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось, которое будет приобретено каждой из сторон после заключения настоящего договора, будет являться личной собственностью того супруга, на чье имя оно приобретается (регистрируется право) и в случае расторжения брака разделу подлежать не будет (пункт 4 договора).

            Согласно пунктам 5, 6 договора денежные вклады в любой валюте, ценные бумаги и доходы по ним, доли в уставных капиталах коммерческих организаций и доходы от участия в коммерческих организациях, признаются собственностью того супруга, на имя которого они открыты (зарегистрированы) и разделу подлежать не будут. Вещи индивидуального пользования (одежда, обувь и др.), включая драгоценности и другие предметы роскоши, признаются собственностью того супруга, для которого они приобретались и который ими пользовался.

            Имущество каждого из супругов не может быть признано их совместной собственностью, даже если будет установлено, что в период брака за счет общего имущества каждого из супругов либо труда одного из супругов были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества (капитальный ремонт, реконструкция, переоборудование и другие). Супруг не отвечает по имущественным и/или денежным обязательствам другого супруга (пункты 7, 8 договора).

            Полагая, что указанный договор является недействительной сделкой на основании положений пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, финансовый управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением. 

           По мнению заявителя, ФИО1 и ФИО7, являясь супругами, 27.10.2015 заключили брачный договор, как фиктивный, не порождающий никаких правовых последствий, чтобы должник избежал обращения взыскания на имущество по его обязательствам перед кредиторами.

            Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления, исходил из недоказанности условий для признания сделки недействительной по части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, также доказательств, что оспариваемая сделка является мнимой также не представлено, финансовым управляющим и конкурсным кредитором не представлено доказательств того, что после заключения сделки должник продолжил пользоваться имуществом бывшей супруги. 

            Суд апелляционной инстанции не согласился с указанными выводами суда первой инстанции ввиду  следующего.

            Оспаривание сделки осуществляется по специальным основаниям, поскольку договор от 27.10.2015 заключен после 01.10.2015.

            В рассматриваемом случае брачный договор от 27.10.2015 заключен в течение трех лет до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (02.02.2018), то есть в период подозрительности, установленный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

            Финансовый управляющий ссылался на то, что на момент совершения оспариваемой сделки, должник уже отвечал признакам неплатежеспособности.

            Указанные обстоятельства подтверждаются наличием вступивших в законную силу решений Измайловского районного суда города Москвы от 02.12.2014 по делу №2-6037/14 и Басманного районного суда города Москвы от 06.04.2015 по делу №2-1050/15.

            Судом первой инстанции отмечено, что вышеуказанные решения районных судов о взыскании с ФИО8 задолженности вступили в законную силу 02.09.2016 и 04.10.2016, то есть после заключения оспариваемого договора, следовательно, должник не обладал  признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества на дату заключения спорной сделки.

            Суд апелляционной инстанции не согласился с указанным выводом суда первой инстанции, поскольку при заключении брачного договора, должник не мог не понимать, что при оставлении судебных актов судов общей юрисдикции без изменения для него наступят неблагоприятные последствия ввиду того факта, что к нему могут быть предъявлены требования о взыскании денежных средств в значительном размере.

            Кроме того, судом апелляционной инстанции установлено, что АО «Зираат Банк (Москва)» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом). Требования заявителя основаны на неисполнении должником обязательств по кредитным договорам от 28.03.2013 № КЮ-013/13, от 08.07.2013 №КФ-098/13. Согласно пояснениям финансового управляющего задолженность по кредитному договору от 28.03.2013 №КЮ-013/13  составила 6 110 291 руб. 85 коп. по состоянию на 22.09.2014, по кредитному договору от 08.07.2013 №КФ-098/13  – 837 033 руб. 12 коп. по состоянию на 08.10.2014. На момент заключения оспариваемой сделки у ФИО1 имелась задолженность в совокупном размере 6 970 557 руб. 70 коп. Впоследствии должник частично погасил задолженность на общую сумму 11 767 руб. 27 коп., что составляет 0,17% от совокупного объема задолженности.

            Погашение имеющейся задолженности на сумму менее 1% её объема, по мнению апелляционного суда, свидетельствует о недостаточности денежных средств для надлежащего исполнения обязательств.

            Определением Арбитражного суда Московской области от 13.12.2018 в отношении должника ФИО1 введена процедура банкротства – реструктуризация долгов, требования АО «Зираат Банк (Москва)» в размере 6 935 557 руб. 70 коп. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

            Суд апелляционной инстанции установил, что в материалах дела о банкротстве должника отсутствуют доказательства наличия активов (в том числе на дату совершения оспариваемой сделки), за счет реализации которых требования Банка могли быть удовлетворены.

            Таким образом, судом апелляционной инстанции установлено, что на момент совершения сделки должник обладал признаками неплатежеспособности.

            При этом поскольку оспариваемая сделка совершена между заинтересованными лицами - супругами, наличие осведомленности ФИО7 о неплатежеспособности должника презюмируется.

            Суд апелляционной инстанции также отметил, что сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

            С учетом изложенного, отсутствие признака неплатежеспособности должника на момент совершения сделки не исключает цель причинения вреда в результате совершения такой сделки и не является достаточным и безусловным основанием для отказа в признании сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

            Судом апелляционной инстанции также установлено, что бывшей супруге должника ФИО7 принадлежит следующее имущество: земельный участок и двухэтажный жилой дом по адресу: 

<

...>; автомобиль TOYOTA CAMRY 2016 года выпуска, гос. номер 

<

***>; автомобиль TOYOTA RAV4 2015 года выпуска, гос. номер 

<

***> 197RUS.

            Указанное имущество принадлежит супруге должника по условиям оспариваемого брачного договора.

            Суд посчитал, что в результате заключения договора режим совместной собственности супругов в отношении имущества, приобретенного  во время брака, был изменен в пользу ФИО7, следовательно, должник утратил права на имущество, на которое могло быть обращено взыскание по его обязательствам перед Банком.

            Учитывая изложенные обстоятельства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оспариваемая сделка совершена в условиях неплатежеспособности должника безвозмездно с заинтересованным лицом, в результате чего должник утратил ликвидное имущество, приобретенное в период брака, в результате чего был причинен вред имущественным правам кредиторов, следовательно, брачный договор является недействительным по основаниям, установленным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

            Кроме того, суд апелляционной инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии  оснований для признания брачного договора недействительным по статьям 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку в рассматриваемом споре финансовым управляющим не приведено доводов о наличии у оспариваемой сделки каких-либо иных пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки, предусмотренной пунктом статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В рамках рассмотрения настоящего обособленного спора ответчик заявил о пропуске срока финансовым управляющим на обжалование сделки.

            Судом апелляционной инстанции в этой связи установлено, что 26.12.2019 финансовым управляющим от конкурсного кредитора получены сведения о спорном брачном договоре.

            27.12.2019 финансовым управляющим направлен запрос должнику о предоставлении документов.

            23.03.2020 принято решение о признании ФИО8 несостоятельным (банкротом) и введении реализации имущества.

            21.10.2020 через систему подачи документов «Мой арбитр» подано заявление о признании недействительной сделки.

            22.10.2020 заявление о признании недействительной сделки зарегистрировано в системе «Мой Арбитр».

            В связи с изложенным, судом установлено, что финансовым управляющим не пропущен срок для подачи заявления о признании сделки недействительной.

            Также апелляционной коллегией учтены конкретные обстоятельства того,  что в период с 16.04.2019 по 25.10.2019, то есть более полугода, финансовый управляющий в данном деле о банкротстве  совсем отсутствовал.

            Суд кассационной инстанции считает, что, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суд апелляционной инстанции правильно определил правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установил все существенные для дела обстоятельства, которым дал надлежащую правовую оценку и пришел к правильным выводам по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

            Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

            В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

            В соответствии с частью 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

            Пункты 1 и 2 статьи 213.32 (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ).

            В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

            Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

            В силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

            Согласно пункту 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

            В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

            а) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

            б) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

            в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

            При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

            В соответствии с пунктом 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на лицо одновременно два следующих условия:

            а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

            б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

            Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

            При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

            Под неплатежеспособностью должника в соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

            В соответствии со  статьей 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества представляет собой превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

            Согласно пункту 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

            С учетом разъяснений, изложенных в пунктах 5 - 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в предмет доказывания недействительности сделки по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входит установление наличия в совокупности следующих условий:

            —спорная сделка заключена не ранее чем за три года до принятия судом заявления о признании должником банкротом;

            —сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

            —в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

            —другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что должник является неплатежеспособным или вскоре станет таковым.

            Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710 наличие у должника задолженности перед кредитором, требования которого в последующем включены в реестр требований кредиторов должника, подтверждают факт неплатежеспособности должника на дату совершения сделки.

            По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и недействительна на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации; такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов.

            В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

            Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки. Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

            Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

            В силу изложенного заявление финансового управляющего по данному обособленному спору могло быть удовлетворено на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемой им сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

            Согласно пункту 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации сроки исковой давности по недействительным сделкам: срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

            Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

            Само по себе признание должника несостоятельным (банкротом) не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был финансовый управляющий или кредиторы знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В данном случае суд апелляционной инстанции учел конкретные фактические обстоятельства того, что в течение полугода – с 16.04.2019 по 25.10.2019, финансовый управляющий в данном деле о банкротстве  совсем отсутствовал, не был утвержден судом.

            В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Опровержения названных установленных судом апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы суда основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства.

Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судом апелляционной инстанции фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки суда апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены. Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами суда и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2023 по  делу №А41-7411/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

            Председательствующий-судья                          Е.Л. Зенькова                       

            Судьи:                                                                     Е.А. Зверева 

                                                                                  Н.Я. Мысак