№ 09АП-50432/2024

Дело № А40-262671/21

г. Москва

09 октября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 09 сентября 2024 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 09 октября 2024 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Захарова С.Л.,

судей Башлаковой-Николаевой Е.Ю., Вигдорчика Д.Г.. 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Колыгановой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании обособленный спор по заявлению АО «Газ и Нефть Транс» о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника и заявлению конкурсного управляющего об оспаривании сделки должника по правилам, установленным АПК РФ в суде первой инстанции,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «НГДУ Приволжский»,

 

при участии в   судебном заседании: 

согласно протоколу судебного заседания, 

 

У С Т А Н О В И Л:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «НГДУ Приволжский» поданы заявление АО «Газ и Нефть Транс» в лице конкурсного управляющего ФИО1 о включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника задолженности в размере 13 404 358,19 руб., возникшей в результате ненадлежащего исполнения должником обязательств по договорам от 25.05.2020 аренды транспортных средств без экипажа, аренды транспортных средств (находящихся в залоге) без экипажа, аренды производственной недвижимости, аренды каркасно-тентового ангара Д30м В12м и заявление конкурсного управляющего должником ФИО2 о признании указанных договоров недействительными (ничтожными) сделками.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.08.2023 в удовлетворении заявления АО «Газ и Нефть Транс» о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника отказано; вышеуказанные договоры аренды признаны недействительными. 

Девятый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев настоящий спор, по правилам суда первой инстанции, постановлением от 02.04.2024 отменил определение суда первой инстанции, отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об оспаривании сделок должника, а заявление АО «Газ и Нефть Транс» о включении в реестр задолженности должника удовлетворил.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 17.07.2023 постановление суда апелляционной инстанции было отменено, а обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. 

Суд кассационной инстанции исходил из того, что апелляционной суд при рассмотрении вопроса об обоснованности требований АО «Газ и Нефть Транс» к должнику использовал стандарт доказывания, применяемый к обычному гражданско-правовому кредитору, без учета выводов, изложенных в определении Арбитражного суда города Москвы от 20.10.2021 по делу № А40-61943/18 об отстранении ФИО3 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего АО «Газ и Нефть Транс». Указанным судебным актом установлено, что ФИО3 заключивший от имени АО «Газ и Нефть Транс» вышеуказанные договоры аренды с должником является лицом заинтересованным по отношению к АО «Газ и Нефть Транс» и его кредиторам, что с учетом фактической аффилированности АО «Газ и Нефть Транс» и должника по настоящему делу о банкротстве (вхождения их в одну группу лиц) может ставить под сомнение реальность отношений по вышеуказанным договорам. В этой связи суд округа указал, что при рассмотрении требований заявителя суду надлежало провести наиболее тщательную проверку обоснованности требований АО «Газ и Нефть Транс» с целью исключения любых разумных сомнений в реальности сделок. Вместе с тем судом апелляционной инстанции не была дана оценка всем доводам, приводимым конкурсным управляющим должника, ставящим под сомнение реальность спорных сделок, что могло привести к принятию по делу ошибочного судебного акта. В частности суд округа указал, что не получили оценки со стороны апелляционного суда доводы о совершении должником за весь период действия договоров только двух-трех платежей в пользу арендодателя; об отсутствии надлежащих документов, подтверждающих дачу залоговым кредитором (ПАО Банк «Югра» в лице ГК АСВ) согласия на передачу залогового имущества в аренду, об отсутствии в сообщении о проведении торгов по продаже переданного в аренду имущества сведений о наличии обременения; об отсутствии доказательств наличия у должника достаточного количества работников для эксплуатации транспортных средств, несения должником затрат на их содержание, осуществления должником деятельности относительно аренды объектов недвижимости. Суд кассационной инстанции указал, что при новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, установить все обстоятельства, входящие в предмет доказывания, правильно распределить бремя доказывания с учетом выводов, изложенных в определении Арбитражного суда города Москвы от 20.10.2021 по делу № А40-61943/18, проверить доводы о достаточности доказательств, в том числе косвенных, подтверждающих реальный характер оспариваемых конкурсным управляющим договоров, экономическую целесообразность их заключения для должника, возможность фактического использования имущества, правильно применить нормы материального права, и принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

В соответствии с частью 2.1 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указания арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, судебного приказа, постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель конкурсного управляющего должником поддержал позицию по спору, просил признать договоры аренды недействительными, ссылаясь на то, что они являются мнимыми сделками, направленными на увеличение кредиторской задолженности должника в отсутствие подтверждения реального исполнения сторонами взятых на себя обязательств; заключение указанных договоров осуществлялось фактически под контролем группы Рус-Ойл в целях перераспределения денежных средств из конкурсной массы в пользу аффилированных с должником лиц. Представитель Росимущества поддержал позицию конкурсного управляющего должником. 

Представители арбитражного управляющего ФИО3 и Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (конкурсный управляющий ПАО Банк «Югра») в судебном заседании возражали, против удовлетворения требования конкурсного управляющего об оспаривании сделок, указывая что материалами дела подтверждается реальный характер спорных договоров. Представитель Агентства также подтвердил дачу им согласия на передачу в аренду имущества АО «Газ и Нефть Транс», находящегося в залоге у банка.

АО «Газ и Нефть Транс», извещенное о времени и месте судебного заседания, своего представителя в судебное заседание не направило, что не препятствует рассмотрению дела.

Апелляционный суд, выслушав объяснения участников процесса, исследовав имеющиеся в деле и дополнительно представленные в судебном заседании доказательства, приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов обособленного спора, требования АО «Газ и Нефть Транс» к должнику основаны на четырех договорах аренды имущества, в соответствии с которыми должнику были переданы во временное пользование транспортные средства и объекты производственной недвижимости.

На момент заключения договоров АО «Газ и Нефть Транс» находилось в процедуре конкурсного производства, договоры от его имени были подписаны конкурсным управляющим ФИО3

Впоследствии ФИО3 был отстранен судом от исполнения обязанностей конкурсного управляющего АО «Газ и Нефть Транс» (определение Арбитражного суда города Москвы от 20.10.2021 по делу № А40-61943/18), новым конкурсным управляющим назначен ФИО1

01.08.2022 стороны подписали соглашение о расторжении договоров аренды с 01.08.2022.

Наличие у должника задолженности по уплате арендных платежей, а также признание его несостоятельным послужило основанием для обращения АО «Газ и Нефть Транс» в суд с настоящим заявлением.

Сложившаяся судебная практика исходит из того, что в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016). 

Так по общему правилу кредитор, обратившийся с заявлением о включении его требования в реестр, обязан представить первичные документы, ясно и убедительно подтверждающие наличие и размер задолженности.

В случае установления факта аффилированности кредитора с должником к такому кредитору предъявляется более строгий стандарт доказывания.

Так согласно пункту 1 Обзора разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020) на аффилированном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве.

В данном случае, руководствуясь указанными суда кассационной инстанции, учитывая установленный в деле № А40-61943/18 факт заинтересованности ФИО3 по отношению к АО «Газ и Нефть Транс», входившему в одну группу с должником, апелляционный суд считает, что к доказыванию обстоятельств, связанных с реальностью арендных отношений подлежит применению вышеуказанный строгий стандарт доказывания, применяемый к аффилированным с должником лицам.

Как неоднократно указывал Верховный Суд Российской Федерации мнимая сделка характеризуется правильным оформлением сторонами всех документов при отсутствии у них намерений создать реальные правовые последствия, обычные для тех или иных сделок. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей и сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определения от 30.05.2022 № 305-ЭС22-1204, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

С учетом этого апелляционный суд не ограничивается проверкой соответствия договоров аренды имущества и представленных кредитором в материалы дела документов, подтверждающих их исполнение (акты приема-передачи имущества, акты об оказании услуг, счета на оплату, акты сверки), установленным законом формальным требованиям, но учитывает также наличие в материалах обособленного спора иных, в том числе косвенных доказательств, подтверждающих реальный характер арендных правоотношений между должником и кредитором, с учетом доводов конкурсного управляющего об отсутствии таковых.

В соответствии с положениями статей 606, 611, 614 Гражданского кодекса Российской Федерации договор аренды носит взаимный характер, исполнение арендатором обязательства по внесению арендной платы обусловлено исполнением арендодателем встречного обязательства по передаче имущества во владение и пользование арендатору.

Апелляционным судом проверено и установлено, что на момент заключения спорных договоров АО «Газ и Нефть Транс» фактически обладало имуществом, перечисленным в приложениях к договорам аренды и подлежим передаче должнику во владение и пользование.

Конкурсный управляющий должником в своих возражениях на требование кредитора указал, что часть транспортных средств, поименованных в договоре аренды от 25.05.2020 конкурсным управляющим АО «Газ и Нефть Транс» были проинвентаризированы лишь 09.11.2020 (Инвентаризационная опись основных средств № 4), то есть спустя шесть с половиной месяцев после заключения договоров аренды.

Данный факт, по его мнению, свидетельствует о том, что конкурсный управляющий АО «Газ и Нефть транс» на дату заключения Договоров аренды не в полном объеме обладал информацией о составе конкурсной массы и соответственно не мог передать имущество в аренду.

В судебном заседании представитель ФИО3 пояснил, что действительно часть транспортных средств были обнаружены и проинвентаризированы конкурсным управляющим АО «Газ и Нефть Транс» уже после заключения договоров аренды, в связи с чем сторонами 01.01.2021 были подписаны дополнительные соглашения к договорам аренды транспортных средств в отношении дополнительно обнаруженных единиц транспортных средств. 

Указанные пояснения подтверждаются представленными в материалы дела документами, и устраняют указанные возражения конкурсного управляющего должником относительно отсутствия у АО «Газ и Нефть Транс» на момент заключения договоров аренды части переданного в аренду имущества.

Исходя из этого апелляционный суд приходит к выводу о том, что АО «Газ и Нефть Транс» имело возможность передать указанное в договорах и дополнительных соглашениях к ним имущество в аренду должнику.

В подтверждение факта передачи имущества заявителем требования в материалы дела представлены акты приема-передачи имущества.

Между тем, конкурсный управляющий должником полагал, что указанные акты составлены заинтересованными лицами формально, с целью создания видимости передачи имущества в аренду должнику.

Однако апелляционный суд считает, что указанные возражения опровергаются имеющимися в деле доказательствами.

Как было упомянуто выше, предметом спорных договоров являлись объекты недвижимого имущества (производственная база), а также техника и транспортные средства.

Возражая против требования АО «Газ и Нефть Транс» конкурсный управляющий должником в судебном заседании неоднократно ссылался на то, что в собственности должника никакой производственной базы в Оренбургской области не имелось. 

Вместе с тем в данном случае отсутствие спорных объектов в собственности должника не исключает осуществление им деятельности на территории соответствующей базы, переданной ему в аренду.

В частности, в материалы дела представлен договор №1 на оперативное и техническое обслуживание электроустановок, сетей от 01.11.2018, заключенный между ООО «Стройэнергосеть» (исполнитель) и ООО «НГДУ Приволжский» (заказчик), в соответствии с условиями которого, исполнитель по заданию заказчика обязуется выполнить комплекс работ по оперативному и техническому обслуживанию оборудования расположенного по адресу: г. Оренбург, ст. Каргала, 22 км.

Также в материалах дела имеется договор Энергоснабжения №ЭЭ0302-01677 от 25.12.2018, заключенный между ОАО «Энергосбыт Плюс» (Гарантирующий поставщик) и ООО «НГДУ Приволжский» (потребитель), согласно условиям которого Гарантирующий поставщик обязуется осуществлять продажу электрической энергии (мощности), а также через привлечение третьих лиц оказывать услуги по передаче электрической энергии и услуги, оказание которых является неотъемлемой частью процесса поставки электрической энергии потребителям. 

В приложении № 2 к указанному договору в качестве наименования энергопринимающего устройства (объекта), объекта электрического хозяйства указано: Административно-бытовой корпус ООО «НГДУ Приволжский», Оренбургская обл., станция Каргала,22 км., №1.

Из указанных доказательств апелляционный суд делает вывод о том, что ООО «НГДУ Приволжский» фактически находилось в Оренбургской области, Оренбургском р-не, ст.Каргала, 22км. №1. По данному адресу находится и недвижимое имущество, переданное АО «Газ и Нефть транс» по спорным договорам аренды, бремя содержания которого нес арендатор, обеспечивая обслуживание объекта электрического хозяйства и оплату электроэнергии.

Вопреки возражениям конкурсного управляющего должником вышеуказанные договоры подтверждают, что деятельность на территории производственной базы вел именно должник, а не какие-либо иные лица. 

Стоит отметить, что конкурсный управляющий должником в обоснование своих возражений о том, что должником заключались мнимые сделки с компаниями, входящими в группу Рус-Ойл ссылается в том числе на решение Арбитражного суда Новосибирской области от 30.06.2021 по делу № А45-11283/2021 по заявлению ООО «КПС» об оспаривании принятого Межрайонной ИФНС России по крупнейшим налогоплательщикам №3 решения от 05.10.2020 № 15 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Апелляционный суд считает необходимым обратить внимание на следующие значимые факты, которые установлены данным решением, а именно показания сотрудников должника, допрошенных в ходе налоговой проверки о том, что последний фактически осуществлял свою деятельность в Оренбургской области (фактический вид деятельности – добыча нефти), т.е. в месте нахождения спорных объектов недвижимости (стр. 15 решения).

Факт осуществления должником деятельности на территории указанной производственной базы также подтверждается и имеющейся в деле копией постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 17.08.2020.

Из указанного постановления следует, что на территории базы располагались в том числе переданные должнику в аренду транспортные средства. 

Суд кассационной инстанции в постановлении от 17.07.2024 указал на необходимость проверки в том числе доводов конкурсного управляющего должником об отсутствии в деле доказательств наличия в штате должника достаточного количества работников для эксплуатации транспортных средств.

Вместе с тем в данном случае конкурсный управляющий должником должен был документально подтвердить обоснованность соответствующих возражений.

Апелляционный суд отмечает, что ранее при рассмотрении аналогичного спора по заявлению конкурсного управляющего об оспаривании договоров аренды имущества, заключенных между должником и ООО «Бурнефть» было установлено, что в спорный период (2020-2022 гг.) должник имел значительную численность сотрудников (стр. 6 постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2023).

Исходя из обстоятельств, указанных в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 17.08.2020, суд апелляционной инстанции также приходит к выводу о том, что у должника имелся транспортный цех.

Из решения Арбитражного суда Новосибирской области от 30.06.2021 по делу № А45-11283/2021 также следует, что у должника имелись в штате водители, автокрановщик, машинист бульдозера и т.д. (соответствующие сотрудники допрашивались налоговым органом в ходе проверки – стр. 15 решения), т.е. сотрудники, чей профиль деятельности непосредственно связан с эксплуатацией транспортных средств. 

Конкурсный управляющий должника доказательств, подтверждающих обратное, не представил.

Таким образом, апелляционный суд на основании совокупной оценки имеющихся в деле доказательств, которые конкурсным управляющим должником не опровергнуты, приходит к выводу о том, что должник фактически вел свою деятельность в месте нахождения спорных объектов недвижимости (Оренбургская обл., ст. Каргала, 22км. №1), также судом установлено наличие у должника сотрудников для эксплуатации арендованных транспортных средств.

Реальность правоотношений по аренде транспортных средств дополнительно подтверждается следующим.

А именно, из материалов дела следует, что ООО «НГДУ Приволжский» оформлялись страховые полисы на арендованные транспортные средства, в частности: 

- Страховой полис серия ААС №5064959125, период страхования с 16.04.2021 по 15.04.2022 на ТС УАЗ Patriot, гос. регистрационный номер 

<

***>; 

- Страховой полис серия ААС №5066867490, период страхования с 21.10.2021 по 20.10.2022 на ТС УАЗ 390945, гос. регистрационный номер 

<

***>; 

- Страховой полис серия МММ №5034914599, период страхования с 14.02.2020 по 13.02.2021 на ТС Урал 4320-1951 ППУА-4923АА гос. регистрационный номер 

<

***>; 

- Страховой полис серия ААС №5066867410, период страхования с 22.09.2021 по 21.09.2022 на ТС Урал 4320-1951 УПН 583302, гос. регистрационный номер 

<

***>; 

- Страховой полис серия ААС №5065060077, период страхования с 14.02.2021 по 13.02.2022 на ТС УАЗ Patriot, гос. регистрационный номер 

<

***>; 

- Страховой полис №ТТТ 7009200488, период страхования с 19.12.2021 по 18.12.2022 на Экскаватор-погрузчик JCB 3CX, гос. регистрационный номер 

<

***>.

Кроме того, ООО «НГДУ Приволжский» производился ремонт арендованной техники, в подтверждение чего в материалы дела представлен приемо-сдаточный акт выполненных работ № СТЗН5422 от 06.12.2021.

Указанные доказательства безусловно подтверждают, что пользование арендованными транспортными средствами осуществлял именно должник, а не какие-либо иные лица, входящие в группу. По крайней мере доказательств, которые бы могли подтверждать обратное в деле не имеется.

Исходя из этого апелляционный суд приходит к выводу о том, что конкурсный управляющий должником не обосновал наличие разумных сомнений в реальности арендных отношений, в том числе с учетом обстоятельств, установленных в постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2023 по схожему обособленному спору (оставлено без изменения постановлением Арбитражного суда Московского округа от 21.02.2024).

Материалами дела подтверждается, что на момент заключения спорных договоров признаки неплатежеспособности у должника отсутствовали, напротив, в указанный период предприятие активно развивалось, что подтверждается в том числе показателями бухгалтерской отчетности должника. С учетом этого доводы конкурсного управляющего должником об отсутствии экономической целесообразности получения имущества в аренду не могут быть приняты во внимание.

Доводы конкурсного управляющего должником об отсутствии у ООО «НГДУ Приволжский» лицензии на добычу полезных ископаемых и неуплате налога НДПИ также не опровергают фактическое исполнение сделок, так как в аренду ООО «НГДУ Приволжский» было передано имущество общего, а не специального назначения, позволяющее вести любые виды хозяйственной деятельности и оказывать услуги лицам, ведущим добычу. 

При этом ни законом, ни договором арендодатель не наделен правом вмешиваться в хозяйственную деятельность арендатора, определять направления и виды деятельности арендатора. Тем более в полномочия арендодателя не входил контроль за уплатой налогов арендатором.

Конкурсный управляющий должником в своих возражениях на требование ссылается на определение Арбитражного суда города Москвы от 27.12.2021 по делу № А40-186306/19 об отказе ООО «НГДУ Приволжский» во включении в реестр требований кредиторов ООО «Майорское» задолженности по договорам об оказании операторских услуг и услуг по подготовке нефти и газового конденсата.

Как отмечает конкурсный управляющий, в указанном судебном акте суд пришел к выводу о том, что должник не осуществлял оказание услуг по добыче и транспортировке, а также реализации углеводородного сырья на Майорском месторождении Оренбургской области, а соответствующие сделки были признаны мнимыми. 

Вместе с тем, по мнению апелляционного суда, указанный судебный акт с учетом установленных по настоящему спору обстоятельств не может служить основанием для вывода о неосуществлении должником хозяйственной деятельности в месте нахождения арендуемого имущества. При этом выводы, содержащиеся в указанном акте, основаны исключительно на непредставлении ООО «НГДУ Приволжский» в рамках указанного обособленного спора достаточных доказательств обоснованности требования.

В своих возражениях на требование кредитора конкурсный управляющий должником также ссылается на решение Замоскворецкого районного суда города Москвы от 10.05.2023 по делу 02-0614/2023, которым установлено, что должник выполнял функцию аккумулирования и перераспределения денежных потоков группы.

Вместе с тем данный общий вывод не может быть положен в основу судебного акта по настоящему спору, поскольку сам по себе он не может подтверждать, что спорные договоры также заключались должником в целях перераспределения денежные средств в пользу заинтересованного лица.

При этом следует учитывать факт нахождения на момент заключения спорных договоров АО «Газ и Нефть Транс» в процедуре банкротства, а также то, что существенная часть оплаченных должником по ним денежных средств была перечислена залоговому кредитору – ПАО Банк «Югра», интересы которого в настоящее время представляет Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов». 

Хотя конкурсный управляющий должником указывал на отсутствие в деле надлежащих доказательств получения согласия Агентства на заключение договоров аренды имущества, находящегося в залоге, суд отмечает, что Агентство при рассмотрении настоящего спора факт дачи соответствующего согласия не оспаривало, при этом подтверждало получение денежных средств от аренды соответствующего имущества. 

Относительно довода конкурсного управляющего должником об отсутствии в сообщении о торгах по продаже переданного в аренду имущества сведений о наличии обременения в виде аренды в пользу ООО «НГДУ Приволжский», следует отметить, что договоры аренды заключались сторонами на период проведения конкурсного производства в отношении АО «Газ и Нефть транс», т.е. после реализации имущества договоры аренды подлежали прекращению (в каждом из договоров аренды содержался пункт о праве арендодателя расторгнуть договоры аренды в одностороннем порядке в случае реализации имущества на торгах), в связи с чем отсутствовала какая-либо целесообразность в указании в сообщении о проведении торгов по его продаже информации о том, что имущество находится в аренде у ООО «НГДУ Приволжский».

Таким образом, при рассмотрении настоящего дела апелляционным судом не установлено фактов злоупотребления сторон правом при заключении спорных сделок, на которых кредитор основывает требования к должнику.

Апелляционный суд отмечает, что сам по себе факт отстранения конкурсного управляющего ФИО3 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего АО «Газ и Нефть Транс» в деле о банкротстве данного общества в связи с наличием сомнений в его независимости не может автоматически свидетельствовать о противоправных намерениях сторон при заключении спорных договоров. Факт совершения таких действий при рассмотрении спора не установлен. 

Кроме того, апелляционный суд отмечает, что утвержденным впоследствии конкурсным управляющим АО «Газ и Нефть Транс» ФИО1 (заявителем требования о включении в реестр спорной задолженности) каких-либо нарушений при заключении спорных договоров аренды выявлено не было, в частности до момента расторжения договоров стороны продолжали исполнять принятые на себя обязательства.

Довод конкурсного управляющего должником о том, что должник по спорным договорам не производил ежемесячное перечисление платежей за пользование имуществом соответствует действительности. Вместе с тем факт неисполнения либо ненадлежащего исполнения одной из сторон своих обязательств с учетом установленных по настоящему спору обстоятельств, свидетельствующих о передаче имущества в аренду должнику, не может быть свидетельством мнимого характера сделки. 

В данном случае апелляционный суд отмечает, что конкурсному управляющему должником, настаивающему на мнимости спорных договоров аренды, надлежало представить такие доводы и доказательства, которые подтверждают наличие разумных сомнений в реальности арендных правоотношений между должником и кредитором.

Вместе с тем, оценив доводы, приведенные конкурсным управляющим в совокупности с имеющимися в деле доказательствами, апелляционный суд приходит к выводу о том, что они в данном конкретном случае не ставят под сомнение реальный характер спорных сделок.

С учетом этого апелляционный суд, при повторном рассмотрении настоящего спора, пришел к выводу о том, что требование АО «Газ и Нефть транс» является обоснованным и подлежит включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника, а заявление конкурсного управляющего должником о признании спорных сделок мнимыми не подлежит удовлетворению.

Учитывая изложенное, руководствуясь ст.ст. 266, 268, 271, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 08.08.23 по делу №А40-262671/21 – отменить.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «НГДУ Приволжский» об оспаривании сделки должника – отказать.

Удовлетворить заявление АО «Газ и Нефть Транс».

Признать требование АО «Газ и Нефть Транс» обоснованным в сумме 13 404 358,19 руб. основного долга и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «НГДУ Приволжский» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>).

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья                                           С.Л. Захаров 

Д.Г. Вигдорчик 

ФИО4