АРБИТРАЖНЫЙ СУД АЛТАЙСКОГО КРАЯ 

656015, Барнаул, пр. Ленина, д. 76, тел.: (3852) 29-88-01 

http:// www.altai-krai.arbitr.ru, е-mail: a03.info@arbitr.ru  

Именем Российской Федерации 

Р Е Ш Е Н И Е

 

г. Барнаул Дело № А03-2755/2023  Резолютивная часть решения объявлена 28 марта 2024 года  

Решение в полном объеме изготовлено 29 марта 2024 года 

Арбитражный суд Алтайского края в составе судьи Хворова А.В., при ведении  протокола секретарем ФИО1, с использованием средств аудиозаписии и веб- конференции, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению  акционерного общества «Грана» (656031, Алтайский край, Барнаул, проспект  Красноармейский, дом 111, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в лице общества с  ограниченной ответственностью «Третьяковский элеватор» (658440, Алтайский край,  Третьяковский район, станция Третьяково, Центральная улица, дом 16, ИНН 

<

***>,  ОГРН 

<

***>)  

к ФИО2 (Алтайский край, г. Барнаул) и закрытому  акционерному обществу «Табунский элеватор» (658860, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)  

о взыскании в солидарном порядке 13 144 820 руб. 04 коп. убытков в виде  упущенной выгоды,  

с привлечением к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего  самостоятельных требований относительно предмета спора, акционерного общества  «Коротоякский элеватор» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),  

при участии от истца - ФИО3 по доверенности от 16.10.2023, диплом, паспорт, от ответчиков: 

от акционерного общества «Табунский элеватор» - ФИО4 по доверенности  от 10.05.2021;  

от ФИО2 - ФИО5, по доверенности от  10.02.2023 (в режиме веб-конференции), ФИО4 по доверенности от 04.10.2018;  

У С Т А Н О В И Л 

Акционерное общество «Грана» (далее - общество «Грана») в лице общества с  ограниченной ответственностью «Третьяковский элеватор» (далее - общество  «Третьяковский элеватор») обратилось в Арбитражный суд Алтайского края с исковым  заявлением к ФИО2 и закрытому акционерному обществу  «Табунский элеватор» (далее - общество «Табунский элеватор») о солидарном взыскании  4 072 000 руб. убытков в виде упущенной выгоды.  

В основании иска указано на то, что обществом «Третьяковский элеватор»,  являющимся акционерном общества «Грана», от последнего получены документы о  финансово-хозяйственной деятельности по результатам изучения которых установлено  наличие договорных отношений с различными организациями на использование  товарного знака «Грана» на основании лицензионных договоров, один из которых был  заключен с обществом «Табунский элеватор», принесший выручку на сумму 21 557 000  руб. за период с января 2018 года по январь 2022 года.  

Однако, как полагает истец, оценивший рыночную стоимость использования  товарного знака «Грана» силами независимого оценщика, выручка должна была  составить 25 629 000 руб., если бы договор в отношении условия о размере платы за  использование товарного знака соответствовал рыночным условиям.  

Производство по делу приостанавливалось ввиду назначения судебной экспертизы  на предмет определения рыночного размера лицензионного вознаграждения за право  пользования товарным знаком «Грана», после проведения которой истец в порядке части  1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК  РФ) увеличил размер исковых требований до 13 144 820 руб. 04 коп. упущенной выгоды,  исчислив потенциально неполученный доход на основании экспертного заключения за  период с 2018 по 2019 годы из расчета 257 000 руб. усредненного ежемесячного платежа  за 2018 год (6 362 964 руб.) и 458 333 руб. 33 коп. усредненного ежемесячного платежа за  2019 год (6 781 856 руб. 04 коп.).  

Оспаривая иск ответчики сослались на то, что действия ФИО2 не привели к  утрате обществом «Грана» возможности получить доход в заявленном истцом размере  поскольку совершенные ответчиком сделки не лишают истца возможности заключить  аналогичные сделки на других условиях. При этом отказ ФИО2 от совершения  рассматриваемых сделок по передаче права на использование товарного знака привел бы  к тому, что общество и вовсе не получило бы прибыли. В результате совершения спорных  сделок не произошло отчуждение обществом «Грана» имущества по заниженной цене  или лишение возможности передать права на имущество по более высокой цене другому  лицу, следовательно, даже совершение указанной сделки на нерыночных условиях не  влечет для правообладателя убытков в каком-либо виде.  

Истцом не доказано, а ответчиками было опровергнуто, что у ФИО2 имелась  возможность заключить договор об использовании товарного знака с другим лицом на  других условиях по цене, но даже если бы такая возможность имелась, она не была бы  упущена в результате совершения спорных лицензионных договоров, так как подобные  договоры могут заключаться неограниченное количество раз.  

Кроме того, истцом не доказано наличие реальной возможности заключения  договора с обществом «Табунский элеватор» на других условиях, с учетом того, что в  отношении товарных знаков не существует товарного рынка с широким кругом  потенциальных контрагентов, на котором в любое время имеется возможность произвести  сделку по среднерыночной цене.  

Также, по мнению ответчика, истцом не учитывается наличие между сторонами  рассматриваемого договора корпоративной связи, которая влияет на размер встречного  предоставления определяемого с учетом осуществления взаимовыгодной деятельности, а  также то обстоятельство, что предполагаемые убытки за исковой период компенсированы  последующими правоотношением сторон поскольку с 2018 года по 2023 год оплата  

по договору составила 43 651 000 руб. против 35 074 188 руб. по экспертной стоимости  использования товарного знака за тот же период.  

После увеличения обществом «Третьяковский элеватор» размера исковых  требований заявлением от 03.11.2023, ответчиками заявлено о применении исковой  давности, так как с момента окончания искового периода (2018 - 2019 годы) за который  рассчитаны убытки до предъявления ко взысканию 13 144 820 руб. 04 коп. прошло более  трех лет.  

Заслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, суд установил  следующие обстоятельства:  

Обществом «Третьяковский элеватор» по результатам анализа полученных от  общества «Грана», акционером которого оно является, документов о финансово-хозяйственной деятельности общества, установлено наличие правоотношений по  передаче на основании лицензионных договоров права на использование  принадлежащего обществу «Грана» товарного знака:  

договор лицензионный на использование товарного знака «Грана» от 14.06.2012 с  обществом «Табунский элеватор» (ранее акционерное общество «Табунская хлебная база   № 2») по цене использования товарного знака 250 000 руб. ежемесячно;  

договор № 1-18 лицензионный, на использование товарного знака от 15.10.2018 с  обществом «Табунский элеватор» по цене использования товарного знака 500 000 руб.  ежемесячно;  

договор № 4-20 лицензионный, на использование товарного знака от 01.12.2020 с  обществом с ограниченной ответственностью «Краснощековская мельница» по цене  использования товарного знака 85 000 руб. ежемесячно;  

договор № 239-17 лицензионный на использование товарного знака от 20.02.2017 с  обществом с ограниченной ответственностью «Алтайские мельницы» по цене  использования товарного знака 1 000 руб., с дополнительным соглашением к указанному  договору от 26.02.2019, которым стоимость использования товарного знака определена  580 000 рублей ежемесячно.  

Усомнившись в соответствии условия о стоимости права на использование  товарного знака в договорах с обществом «Табунский элеватор» рыночному обороту,  истец в целях проверки соразмерности выплачиваемого вознаграждения за право  пользования товарным знаком общество «Грана» рыночным условиям обратился к  независимому оценщику - специалисту обществу с ограниченной ответственностью  «Агентство оценки» по заключению которого размер лицензионного вознаграждения,  подлежащего уплате обществу «Грана» за пользование товарным знаком со стороны  общество «Табунский элеватор должен составлять: в 2018 году 775 000 руб. в месяц/2 325  000 руб. за период с октября по декабрь 2018 года; в 2019 году 954 000 руб. в месяц/11  448 000 руб. в год; в 2020 году 669 000 руб. в месяц/8 028 000 руб. в год; в 2021 году 638  000 руб. в месяц/3 828 000 руб., за период с 01.01.2022 по 30.06.2022, итого 25 629 000  руб.  

С учетом того, что по выписке по расчетному счету, представленной обществом  «Грана» за указанный выше период, по лицензионному договору с обществом«Табунский  элеватор» выручка составила 21 557 000 руб., то есть на 4 072 000 руб. меньше чем по  заключению специалиста, а согласно разделу 16 аудиторского заключения о  бухгалтерской отчетности общества «Табунский элеватор» за 2020 год ФИО2  является бенифициарным владельцем общества с долей участия в уставном капитале в  

размере 99,85 %, истец пришел к выводу о заключении рассматриваемого лицензионного  договора на нерыночных условиях, его убыточности, нарушающим интересы общества  «Грана» и общества «Третьяковский элеватор» как его акционера.  

В подтверждение намеренного действия ФИО2 в интересах общества  «Табунский элеватор» истец сослался на то, что с 2018 года основные экономические  показатели названного общества падают, размер активов ежегодно уменьшается на  

10-15%, размер выручки на 5-10%, объём имущества, заложенного в банковские  организации в целях исполнения кредитных обязательств ежегодно возрастает, возрастает  и общий объем обязательств по возврату заемных денежных средств, следовательно  предоставление правом пользования лицензии по заниженной стоимости могло иметь  место в целях снижения расходов общества.  

При данных обстоятельствах истец считает, что, являясь единоличным  исполнительным органом общества «Грана» в период совершения сделки, реализуя  полномочия, изложенные в разделе 8 Устава общества, ФИО2, злоупотребляя своим  правом, заключил лицензионное соглашение с заинтересованным лицом, о  предоставления права пользования товарным знаком по заниженной стоимости, чем  причинил убыток обществу «Грана» и его акционерам в виде упущенной выгоды, так как  при заключении договора на рыночных условиях общество «Грана» получило бы выгоду  в существенно большем размере.  

Как следует из материалов дела между обществом «Грана», являющимся  правообладателем товарного знака «Грана», и обществом «Табункский элеватор»  заключен лицензионный договор от 14.06.2012 на использование товарного знака на срок  действия свидетельства № 206925 от 03.12.2001 о регистрации товарного знака, с суммой  вознаграждения 250 000 руб. в месяц.  

В связи с внесением в Государственный реестр товарных знаков и знаков  обслуживания Российской Федерации (далее - Госреестр) записи о продлении срока  действия исключительного права до 18.05.2028, срок действия указанного выше договора  был продлен.  

В последующем стороны заключили новый лицензионный договор № 1-189 от  15.10.2018, вступивший в силу с момента регистрации в Госреестре 14.03.2019 права на  использование товарного знака, определив размер вознаграждения в 500 000 руб. в месяц.  

На основании дополнительных соглашений к указанному договору от 01.09.2020 и  от 02.10.2023 плата за использование товарного знака определялась 1 140 000 руб. в месяц  и 300 000 руб. в месяц соответственно.  

Как следует из представленных в дело платежных документов, общая сумма  полученного обществом «Грана» от общества «Табунский элеватор» вознаграждения за  использование товарного знака с 2018 года по 2023 год составила 43 651 000 руб.  

В силу пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК  РФ) под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело  или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или  повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые  это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не  было нарушено (упущенная выгода).  

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности в форме  возмещения убытков необходимо доказать наличие состава правонарушения,  включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно- 

следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и  наступившим вредом, вину причинителя вреда.  

Согласно пункту 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового  акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его  имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица  добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов  юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).  

В силу пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ, которое в силу закона, иного правового акта или  учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени  (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его  учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки,  причиненные по его вине юридическому лицу.  

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа  юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если  будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно  действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия  (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или  обычному предпринимательскому риску.  

Пунктом 1 статьи 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных  обществах» (далее - Закон об акционерных обществах) установлено, что единоличный  исполнительный орган общества при осуществлении своих прав и исполнении  обязанностей должен действовать в интересах общества, осуществлять свои права и  исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.  

Согласно пункту 2 статьи 71 Закона об акционерных обществах единоличный  исполнительный орган общества (генеральный директор) несет ответственность перед  обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием),  если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.  

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков  лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62)  арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия,  наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов  юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о  недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как  возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру  предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать  защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять  экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не  может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в  случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы  обычного делового (предпринимательского) риска.  

Ответственность участников, директора общества в корпоративных отношениях  является особым видом гражданско-правовой ответственности, возникающей в связи с  исполнением ими своих обязанностей, установленных законом и учредительными  документами юридического лица.  

В гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности  участников гражданских правоотношений (пункт 5 статьи 10 ГК РФ), в связи с чем,  обращаясь с заявлением о взыскании убытков, истец должен доказать наличие  обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий  (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического  лица. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или)  неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков  юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор  может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины  возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура,  недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя  юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и  иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.  

При этом, презюмируется доказанность недобросовестных действий  исполнительного органа, в том числе, когда директор при действовал при наличии  конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора)  и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической  заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением  случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и  действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке.  

В подпункте 5 пункта 2 Постановления № 62 разъяснено, что недобросовестность  действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор, в  том числе, знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их  совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку  (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях  или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и  т.п.).  

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена (или) иные условия  которой существенно в худшую для юридического лица сторон) отличаются от цены и  (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные  сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два  или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в  пользу контрагента).  

Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность  сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее  обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что  сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего  исполнения.  

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что  основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли  (пункт 1 статьи 50 ГК РФ), также необходимо принимать во внимание соответствующие  положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например,  об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий  и бизнес-планов и т.п.).  

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора  обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для  достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо.  

По результатам проведенной по настоящему делу судебной экспертизы,  содержащихся в экспертном заключении № 226/08-2023, рыночная стоимость  использования товарного знака общества «Грана» за период с 2018 года по 2022 год  составила 35 074 188 руб. При этом платеж за месяц определен: в 2018 году - 787 747 руб.,  в 2019 году - 1 023 488 руб., в 2020 году - 403 200 руб., в 2021 году - 365 990 руб., в 2022  году - 342 424 руб.  

Как следует из исследовательской части заключения, при расчете рыночной  стоимости лицензионного вознаграждения за использование товарного знака «Грана»  экспертами применены выручка от использования товарного знака обществом «Табунский  элеватор» и средние ставки роялти на рынках Российской Федерации.  

Заключение эксперта не имеет заранее установленной силы и исследуется судом  наряду с другими доказательствами по делу (часть 5 статьи 71, часть 3 статьи 86 АПК  РФ). При этом в случае несогласия с выводами эксперта, сторона вправе представлять  свои возражения при рассмотрении дела со ссылками конкретные обстоятельства спора и  доказательства.  

При оценке экспертного заключения как одного из доказательств по делу, суд  исходит из того, что в отношении рассматриваемого товарного знака не существует  товарного рынка с широким кругом потенциальных контрагентов, на котором в любое  время имеется возможность произвести сделку по среднерыночной цене.  

Из материалов дела следует, что товарный знак «Грана» использовался  ограниченным кругом организаций, имеющим отношения к группе компании, к которым  относится общество «Грана».  

Получение дохода ниже объективного потенциала прибыли от производственной  деятельности, обусловленного внутрикорпоративными связями взаимозависимых лиц,  само по себе не является незаконным (постановление Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.12.2012 № 8989/12).  

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.12.2012 № 8989/12, экономические  отношения между основным и дочерним обществами могут предполагать не только  вложения основного общества в имущество дочернего на стадии его учреждения, но и на  любой стадии его деятельности. Кроме того, экономическая целесообразность в  отношениях дочернего и основного обществ может вызывать необходимость и обратной  передачи имущества. При этом отсутствие прямого встречного предоставления является  особенностью взаимоотношений основного и дочернего обществ, представляющих собой  с экономической точки зрения единый хозяйствующий субъект.  

Суд учитывает, что условия рассматриваемых договоров определялись 

ФИО2 и руководителем общества «Табунский элеватор», исходя из финансово-хозяйственной необходимости с учетом корпоративной взаимозависимости двух  организаций поскольку общество «Табунский элеватор» является основным и  контролирующим истца акционером с долей участия в 55% уставного капитала.  

Таким образом, необходимость совершения спорных сделок была обусловлена  производственно-хозяйственными связями между обществом «Табунский элеватор» и его  дочерним обществом - обществом «Грана». При этом, по утверждению ФИО2, и  

это подтверждается составом организаций, использующих товарный знак общества  «Грана», он не имел намерения заключать лицензионные договоры в отношении  товарного знака «Грана» с любыми третьими лицами, поскольку данный товарный знак  используется исключительно как средство индивидуализации продукции компаний,  которые принадлежат в той или иной степени самому ФИО2 (группе компаний,  образующих единый агропромышленный холдинг). То есть рассматриваемый товарный  знак традиционно в течение длительного времени использовался для хозяйственной  деятельности группы компаний, принадлежащих ФИО2  

Вменение ФИО2 обязанности поиска других контрагентов и заключения с  ними сделок выводит за рамки установленной законом ответственности руководителя  общества и влечет, по сути, возможность привлечения его не только за убыточные сделки,  но и за все сделки, которые не были им заключены, что приводит к размыванию границ  ответственности директора.  

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер подлежащих  возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.  

Это означает, что в результате возмещения убытков общество должно быть  поставлено в то положение, в котором оно находилось бы, если бы его право не было  нарушено (определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.09.2019 N 305- ЭС19-8975).  

Согласно пункту 8 Постановления № 62 в случае, если юридическое лицо уже  получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том  числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например,  работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении  убытков должно быть отказано.  

По смыслу указанного разъяснения недопустимо привлекать директора  хозяйственного общества к ответственности за причинение убытков, если в конечном  итоге такие убытки отсутствуют (были компенсированы за счет последующих  правоотношений сторон), даже если на определенный период времени такие убытки были.  

При этом, не имеет значения правовая природа такой компенсации: возмещение  убытков или получение дополнительных доходов по сделке.  

В материалы дела ответчиком представлен расчет лицензионного вознаграждения,  полученного обществом «Грана» по договору с обществом «Табунский элеватор» за  период с 2018 года по 2022 год, в соотношении с размером вознаграждения которое  определили эксперты. Из приведенного анализа данных следует, что выручка от  вознаграждения по рассматриваемому договору нарастающим итогом по состоянию на  2022 года составила 36 415 000 руб., тогда как исходя из экспертной стоимости  вознаграждения таковая составила бы 35 074 188 руб., то есть на 1 340 812 руб. меньше.  

Таким образом, возможное занижение вознаграждения за использование товарного  знака общества «Грана» в исковом периоде, что повлекло, по мнению истца, уменьшение  доходов общества «Грана», фактически компенсировалось в последующих периодах  правоотношений.  

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать  обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и  возражений.  

Оценив доказательства по делу применительно к установленным обстоятельствам,  суд приходит к выводу о недоказанности оснований для солидарного взыскания с  ответчиков убытков в виде упущенной выгоды вследствие отсутствия таковых, в связи с  чем, отказывает в удовлетворении иска.  

По результатам рассмотрения заявления ответчика о применении исковой давности,  истечение срока которой является самостоятельным основанием для отказа в иске в силу  абзаца второго статьи 199 ГК РФ, суд пришел к следующим выводам.  

В соответствии со статьей 195 ГК РФ судебная защита нарушенных гражданских  прав гарантируется в пределах срока исковой давности.  

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с  применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»  (далее - Постановление № 43) течение исковой давности по требованиям юридического  лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с  иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать  о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком  (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса).  

В соответствии со статьи 200 ГК РФ, начало течения общего срока исковой давности  начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права  и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.  

В абзаце втором пункта 10 постановления № 62 разъяснено, что в случаях, когда  требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой  давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо,  например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении,  либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник,  имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда  он был аффилирован с указанным директором.  

Применительно к рассматриваемому правоотношению срок исковой давности  следует исчислять с момента, когда общество «Третьяковский элеватор» получило  реальную возможность узнать о факте заключения спорных лицензионных договоров  между обществом «Грана» и обществом «Табунский элеватор» на соответствующих  условиях которые по его оценке не соответствуют рыночному обороту и являются  убыточными.  

В соответствии с пунктом 10 Постановления № 43 исковая давность применяется  только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 ГПК РФ,  статьи 65 АПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об  истечении срока исковой давности.  

Обосновывая истечения срока исковой давности, ответчики сослались на правовую  позицию, изложенную в подпункту 3 пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в  совершении которых имеется заинтересованность», в силу которой для целей определения  срока исковой давности по оспариванию вышеуказанных сделок участником (акционером  общества) предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки с  нарушением порядка совершения крупной сделки или сделки с заинтересованностью не  позднее даты проведения годового общего собрания участников по итогам года, в котором  была совершена оспариваемая сделка, за исключением случаев, когда информация о  

совершении сделки скрывалась от участников и (или) из предоставлявшихся участникам  при проведении общего собрания материалов нельзя было сделать вывод о совершении  такой сделки.  

Исходя из приведенного подхода, по мнению ответчиков, срок исковой давности  следует исчислять с даты проведения годового общего собрания акционеров общества  «Грана», в которых общество «Третьяковский элеватор» не участвовало, следовательно,  приняло на себя риск утраты возможности получения сведений о заключении спорных  договоров.  

Между тем, из представленных в материалах дела протоколов общих собраний  акционеров общества «Грана» не усматривается, что при их проведении, лицензионные  договоры были предметом рассмотрения либо информация о ним находилась в  документах, утверждаемых акционерами. Таким образом, само по себе участие в общем  собрании и ознакомление с бухгалтерской отчетностью не свидетельствует о реальности  получения сведений в отношении существования сделок.  

Общество «Третьяковский элеватор» обратилось в арбитражный суд с настоящим  иском пределах трехлетнего срока, когда ему стало известно о лицензионных договорах  между обществом «Грана» и обществом «Табунский элеватор» являющихся по оценке  последнего убыточными. из ответа исх. № 49 от 17.12.2021 на запрос о предоставлении  документов,  

При изложенных обстоятельствах исковая давность не пролежит применению, в  удовлетворении иска судом отказано по иным основаниям, изложенным выше.  

Судебные расходы по уплате государственной пошлине и судебной экспертизе  относятся на истца.  

Руководствуясь статьями 27, 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

Р Е Ш И Л 

В удовлетворении иска отказать. 

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Алтайского края в  апелляционную инстанцию - Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца  со дня принятия решения, либо в кассационную инстанцию - Арбитражный суд Западно-Сибирского округа, в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу  при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной  инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного  срока подачи апелляционной жалобы.  

Судья А.В. Хворов