АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4455/22 

Екатеринбург

10 августа 2022 г.

 

Дело № А60-29168/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 03 августа 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 августа 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Оденцовой Ю.А., Соловцова С.Н.

при ведении протокола помощником судьи Е.Ю. Сапанцевой рассмотрел в судебном заседании в режиме веб-конференции кассационную жалобу ФИО1 (далее – ФИО1, заявитель кассационной жалобы, ответчик) на определение Арбитражного суда Свердловской области от 21.02.2022 по делу № А60-29168/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.05.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции принял участие представитель ФИО2 (далее – ФИО2, должник) – ФИО3 (доверенность от 04.10.2020 № 66 АА 6056793);

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Уральского округа приняли участие финансовый управляющий имуществом должника ФИО4 (далее – управляющий); кредитор общество с ограниченной ответственностью «Юниверфуд» в лице конкурсного управляющего ФИО5 (паспорт, определение от 29.07.2020 по делу №А60-46709/2019); представитель ФИО1 – ФИО6 (доверенность от 26.02.2019 № 66 АА 5972926).

Представленные в электронном виде отзывы ФИО2, финансового управляющего на кассационную жалобу ответчика приобщается к материалам кассационного производства ввиду заблаговременного направления их лицам, участвующим в деле (статья 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 30.09.2020 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО7.

В арбитражный суд 25.02.2021 поступило заявление финансового управляющего ФИО7 о признании недействительными сделками договоров займа от 07.06.2010 на сумму 45 000 000 руб. и от 12.01.2016 на сумму 115 000 000 руб., заключенных между должником и ФИО1, применении последствий их недействительности в виде исключения требования ФИО1 из реестра требований кредиторов должника.

Определением суда от 28.06.2021 ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должника.

Определением суда от 21.07.2021 финансовым управляющим утверждена ФИО4

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.02.2022  заявление управляющего удовлетворено частично; признан недействительной сделкой договор займа от 12.01.2016, заключенный между должником и ФИО1, применены последствия недействительности сделки в виде признания отсутствующим права (требования) ФИО1 к должнику из указанного договора; в удовлетворении остальной части требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.05.2022 определение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1 просит указанные судебные акты в части удовлетворения требований финансового управляющего отменить, направить спор в указанной части на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявитель кассационной жалобы указывает, что при подписании спорного договора сторонами совместно была произведена сверка оставшейся задолженности и установлено, что общая сумма долга составляет 115 000 000 руб.; указанная сумма и была зафиксирована путем подписания договора от 12.01.2016; подписывая договор от 12.01.2016, стороны считали прекратившимися все имеющиеся взаимоотношения сторон по ранее выданным займам; из буквально толкования договора от 12.01.2016 следует, что предоставляемый заем является беспроцентным, поскольку сторонами была зафиксирована общая сумма долга, наличие новых займов не предполагалось. Заявитель оспаривает вывода судов о том, что в ситуации исполнения ответчиком взятого обязательства по будущей выдаче займа стороны имели возможность согласовать условия его предоставления путем заключения дополнительного соглашения, однако заключения дополнительного соглашения противоречит самой сути заключенного договора; полагает, что судами не дана оценка противоречивой позиции должника о том, что, подписывая договор займа от 12.01.2016, он согласился с задолженностью по процентам в сумме 20 млн. руб. по ранее предоставленным займам, при условии, что ФИО1, продолжит финансирование его бизнеса в размере 95 млн. руб. в течение 1,5 лет и откажется от начисления дальнейших процентов, в то время как ФИО2, получив только 5 млн. руб. в течение 2016 из 95 млн. руб., продолжил осуществлять возвраты займа на протяжении 2016, 2017 и 2018 г.г., то есть продолжал платить проценты, имея при этом возможность прекратить их оплату, возвратив в период с 12.01.2016 по 18.11.2018 порядка 29,5 млн. руб., вместо неоспариваемых 25 млн. руб.

Заявитель кассационной жалобы отмечает, что оба договора (от 07.06.2010 и от 12.01.2016) содержат положения, предусматривающие передачу денежных средств до подписания договора, однако должник, ссылаясь на то, что по первому договору он получил только 30 млн. руб. из 45 млн. руб., в дальнейшем подписывает договор с аналогичным пунктом, осознавая при этом все риски  и принимая на себя негативные последствия, связанные с расчетом процентов.

По мнению заявителя жалобы, выводы судов о недобросовестном поведении ФИО1, который якобы не обращался за защитой нарушенных прав в течение продолжительного периода времени (до 28.02.2020), не подтверждаются материалами дела, поскольку договор от 12.01.2016 исполнялся ФИО2 на протяжении 3 лет после его подписания, в связи с чем у ФИО1 не было оснований для обращения в суд для защиты своих прав, как и не было сомнений в том, что должник продолжит исполнение договора. Заявитель указывает, что судами сделан о вывод о недоказанности финансовой возможности ФИО1 предоставить должнику денежные средства в сумме 85,5 млн. руб. после 12.01.2016, однако данный вопрос в ходе судебного разбирательств по настоящему спору на обсуждение не выносился; настаивает на том, что денежные средства в полном объеме были переданы до подписания договора; полагает, что судами не учтено, что фактический доход ответчика мог быть выше задекларированного в спорный период, что подтверждается выписками с лицевых счетов в банках о наличии вкладов за предшествующие пять лет; выводы судов о том, что по выписке из Единого государственного реестра недвижимости усматривается последовательное отчуждение объектов и приобретение иных, не опровергают доводы ответчика о наличии денежных средств от реализации только одного объекта – кинотеатра в 2009 году; с учетом пояснений самого должника, который подтвердил факт получения денежных средств по договору займа от 12.01.2016 частично и в последующем совершал платежи по его возврату, ответчик настаивает, что подобное поведение свидетельствует об исполнении данного договора сторонами, а выводы судов о притворности договора от 12.01.2016 являются ошибочными.

Кроме того, заявитель кассационной жалобы указывает, что суды, признавая договор от 12.01.2016 новацией прежних заемных отношений в части долга (проценты) по договору займа от 07.06.2010, не учли того факта, что сумма произведенного платежа, недостаточная для исполнения денежного обязательства полностью, при отсутствии иного соглашения погашает прежде всего проценты, а в оставшейся части – основную сумму долга; поскольку платежи ФИО2 производились без конкретизации назначения платежа и при отсутствии соглашения о порядке очередности погашения долга между сторонами, выводы судов о том, что основной долг по ранее выданным займам был погашен, и стороны новировали только долг по процентам, является ошибочным; факт наличия непогашенной задолженности в части процентов (который не оспаривается сторонами), презюмирует и наличие суммы основного долга.

В отзывах на кассационную жалобу ФИО2 и управляющий просят оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьей 286 АПК РФ, суд округа оснований для их отмены не усматривает.

Как следует из общедоступных материалов электронного дела, в реестр требований должника в составе третьей очереди включены требования следующих кредиторов: 

– общества с ограниченной ответственностью «Блинофф-Петербуржская» на сумму 7 041 137 руб. 71 коп.; 

– ФИО1 на сумму 127 770 685 руб. 

– ФИО8 на сумму 10 811 188 руб. 80 коп.; 

– акционерного общества Банк «Северный морской путь» на сумму 611 283,19 руб.

– публичного акционерного общества «АльфаБанк» на сумму 4 008 562 руб. 65 коп.; 

– публичного акционерного общества «Сбербанк» на сумму 186 692 руб. 63 коп.;

– общества с ограниченной ответственностью «Связь-Инвест» на сумму 114 775 руб. 93 коп.;

– общества с ограниченной ответственностью «Дело Вкуса» на сумму 4 496 773 руб. 80 коп.; 

– общества с ограниченной ответственностью «Астра-Фуд» на сумму 12 754 788 руб. 49 коп.;

– общества с ограниченной ответственностью «Дюжина 1» на сумму 493 918, 64 руб.

– уполномоченного органа на сумму 311 295 руб. 57 коп.

Как установлено судами и следует из материалов дела, обращаясь с настоящим заявлением, финансовый управляющий ссылался на следующие обстоятельства. 

Между ФИО1 (заимодавец) и ФИО2 (заемщик) заключен договор займа от 07.06.2010 (далее – договор от 07.06.2010), в соответствии с условиями которого заимодавец обязуется передать заемщику денежные средства на сумму 45 млн. руб., сроком возврата до 07.06.2011, с начислением 36% ежемесячно (пункты 2.1 – 2.3 договора).  

В соответствии с пунктом 2.4 договора от 07.06.2010заемщик обязуется уплачивать проценты один раз в месяц (7-го числа каждого месяца); проценты рассчитываются исходя из суммы займа 45 млн. руб.

Денежные средства передаются заемщику до подписания договора (пункт 5.4 договора).

В дальнейшем между ФИО1 (займодавец) и ФИО2 (заемщик) подписывается договор беспроцентного займа от 12.01.2016 (далее – договор от 12.01.2016), по условиям которого займодавец обязуется предоставить заемщику денежные средства в размере 115 млн. руб., со сроком возврата до 01.10.2018 (пункт 2.1 договора); при этом проценты по договору не предусмотрены (пункт 2.2 договора с учетом внесенным изменений).

Денежные средства передаются заемщику до подписания договора (пункт 5.4 договора).

В связи с неисполнением ФИО2 принятых на себя обязательств, ФИО1 обратился в Кировский районный суд города Екатеринбурга с иском о взыскании задолженности по договорам займа в сумме 116 730 000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 09.11.2018 по 27.02.2020 в сумме 10 980 685 руб.

Решением Кировского районного суда города Екатеринбурга от 01.06.2020 по делу № 2-1548/2020 исковые требования ФИО1 удовлетворены в полном объеме, выдан исполнительный лист                                 серии ФС №025536289 от 05.03.2020.

Впоследствии, после признания ФИО2 несостоятельным (банкротом), требования ФИО1 в общей сумме 127 770 685 руб. были включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника определением суда от 03.12.2020. 

Финансовый управляющий, обращаясь с заявлением о признании недействительными указанных выше договоров займа с ФИО1, ссылался положения статей 10, 168, 170 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве); настаивал на безденежности договоров займа от 07.06.2010 и 12.01.2016, отсутствии у ФИО1 финансовой возможности для выдачи займов на суммы 45 млн. руб. и 115 млн. руб. соответственно. 

Суд первой инстанции, проанализировав представленные в материалы дела документы, учитывая согласующиеся между собой пояснения как должника, так и ответчика о том, что договором от 12.01.2016 были зафиксированы имевшиеся между ними заемные отношения (разногласия касались соотношения сумм займа и процентов), заключив, что договор займа от 12.01.2016 опосредует новацию обязательств по договору займа от 07.06.2010, обязательства должника по договору займа от 07.06.2010 прекращены 12.01.2016, пришел к выводу об отсутствии оснований для признания договора займа от 07.06.2010 недействительным.

Доводов о несогласии с обжалованными судебными актами в указанной части кассационная жалоба не содержит.

В настоящем случае предметом кассационного обжалования является вывод судебных инстанций о недействительности договора займа от 12.01.2016.

Признавая указанный договор притворной сделкой, прикрывающей соглашение сторон о будущей выдаче займа на сумму 85 540 000 руб. и о новации прежних заемных отношений на сумму 29 460 000 руб., суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ) и по основаниям и в порядке, указанным в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве), а в абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок по статьям 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. 

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» содержатся разъяснения о том, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила. 

Таким образом, правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку – ту сделку, которая действительно имелась в виду; именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. 

Совершая притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся, поэтому при наличии возражений о притворности договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия представленных документов формальным требованиям, установленным законом; необходимо принимать во внимание и иные доказательства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг. Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 ГК РФ).

Из пункта 1 статьи 812 ГК РФ следует, что заинтересованное лицо вправе доказывать, что предмет договора займа в действительности не поступил в распоряжение заемщика или поступил не полностью (оспаривание займа по безденежности).

Согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 за 2015 год, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015, в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» закреплен правовой подход, обязывающий суд при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником и т.д.

Рассматривая данный спор, суды, руководствуясь приведенными выше нормами и разъяснениями, исследовав приведенные участниками процесса доводы, пояснения и возражения, а также представленные в их обоснование доказательства, которые стороны посчитали допустимым и достаточным раскрыть перед судами первой и апелляционной инстанций, проанализировав состояние выписки и движение денежных средств по счету ответчика, соотнеся эти данные с условиями договоров займа, а также с приводимыми сторонами спора доводами о предлагаемой ими версии развития событий, обратив внимание, что ответчик, настаивая на том, что денежные средства были переданы должнику до января 2016 года, тем не менее в течение длительного времени, до февраля 2020 года, не обращался к должнику с какими-либо требованиями о возврате суммы займа (по крайней мере, оформленных документально требований или документов о возврате средств судами предъявлено не было и сторонами не раскрыто), пришли к выводу, что, вступая в заемные отношения по договору от 12.01.2016, стороны предполагали, что итоговая сумма займа будет состоять из суммы процентов, не погашенных в рамках предыдущих заемных отношений (по договору от 07.06.2010), и новых траншей; между тем, после даты подписания договора ФИО1  был произведен единичный транш в пользу должника только на 5 млн. руб.; в свою очередь должник, осуществив безналичные платежи на общую сумму порядка 29,5 млн. руб. в период с 12.01.2016 по 08.11.2018, полагая обязательства исполненными, впоследствии прекратил выплаты в пользу ФИО1, в связи с нарушением ранее оговоренного порядка инвестирования деятельности должника. 

Суды с учетом отсутствия в материалах настоящего обособленного спора убедительных и достаточных доказательств, подтверждающих факт передачи ФИО1 в пользу должника денежных средств в сумме 85,5 млн. руб. в наличной или безналичной форме; проанализировав представленные выписки по расчетным счетам ответчика, налоговые декларации за 2005 – 2015 годы, согласно которым официальный ежегодный доход ответчика составлял от 3 до 7 млн. руб., что не позволяло ответчику ежегодно выдавать должнику займы в заявленных им суммах и располагать средствами в размере 45 млн. руб. и 115 млн. руб. к указанным в договорах займа датам; не выявив фактов осуществления ФИО1 денежных переводов непосредственно должнику либо же на свой счет с последующим снятием с такового денежной суммы в сопоставимом спорному займу размере; отметив, что договоры купли-продажи по отчуждаемым ответчиком объектам недвижимости и доказательства получения денежных средств в достаточном для предоставления столь крупного займа размере не представлены, в том числе не представлен договор купли-продажи помещений кинотеатра в 2009 году (на что ссылался ответчик, обосновывая наличие у него такой финансовой возможности), а равным образом не раскрыты его условия, позволяющие сделать вывод о получении ответчиком от совершения такой сделки соразмерной суммы – пришли к выводу, что без учета возвращения должником денежных средств по предыдущему займу возможность у ответчика предоставления нового займа должнику по договору от 12.01.2016 – не усматривается и ФИО1 с должной степенью достоверности – не обоснована.

Учитывая совокупность установленных по делу обстоятельств, принимая во внимание отсутствие доказательств передачи должнику денежных средств в указанные периоды и в размерах, заявленных ответчиком, а также непредставление сведений о размере процентов, подлежавших уплате за пользование заемными средствами, предоставленными до 2010 года, и расчета процентов, нижестоящие суды пришли к обоснованным выводам о том, что денежные средства непосредственно как по договору от 07.06.2010, так и по договору от 12.01.2016 ФИО1 ФИО2 не передавались, наличие сформировавшейся задолженности по займам за предшествовавший подписанию договора от 12.01.2016 период не подтверждается материалами дела, поскольку на момент заключения последнего договора имелась лишь оспариваемая должником задолженность по процентам за пользование заемными средствами (порядка 20 млн. руб.)., в связи с чем заключили, что договор от 12.01.2016 является притворной сделкой, прикрывающей соглашение о будущей выдаче займа и о новации прежних заемных отношений – в части долга по договору займа от 07.06.2010.  

По результатам рассмотрения кассационной жалобы ФИО1, изучения материалов дела, суд округа считает, что судами первой и апелляционной инстанций все приведенные сторонами спора доводы и доказательства исследованы и оценены, обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения рассматриваемого спора, определены верно, им дана верная правовая оценка, нормы законодательства о банкротстве применены судами обеих инстанций правильно, выводы судов о применении нормы права соответствуют установленным ими обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта, не допущено.

Довод ФИО1 о доказанности им наличия финансовой возможности предоставить должнику спорный заем, судом округа отвергается, так как сама по себе финансовая состоятельность лица не является подтверждением факта передачи заемных средств; ввиду отсутствия в материалах дела сведений о том, как заемные средства аккумулировались ответчиком, передавались должнику, за счет каких источников ответчик смог предоставить столь значительную сумму, при том, что передача взаймы подобной суммы не могла не оставить финансового следа, суды пришли к выводу, что предлагаемая ответчиком версия действительного развития событий не соотносится с теми доказательствами, которые стороны сочли возможным представить судам; правильно применив повышенный стандарт доказывания в рассматриваемом обособленном споре, суды пришли к обоснованному и мотивированному выводу о том, что ФИО1 не опроверг довод финансового управляющего о безденежности оспариваемого договора, не представил убедительных и непротиворечивых доказательств наличия у него финансовой возможности предоставить заем на сумму порядка 85,5 млн. руб. Вопреки мнению заявителя жалобы, суды дали исчерпывающую оценку, в том числе с учетом иных установленных по делу обстоятельств, а несогласие ответчика с таковой о незаконности обжалуемых актов не свидетельствует. 

При этом судами также дана надлежащая оценка избранной ответчиком модели процессуального поведения, отметив, что при рассмотрении иска ФИО1 о взыскании с ФИО2 задолженности по договорам займа от 07.06.2010 в сумме 45 млн. руб. и от 12.01.2016 в сумме 115 млн. руб. в суде общей юрисдикции ФИО1 утверждал, что по каждому из названных договоров им были переданы денежные средства в указанных в договорах займа размерах, при рассмотрении настоящего обособленного спора первоначально ответчик придерживался той же версии событий, однако впоследствии ее изменил, указав, что денежные средства в заем ФИО2 были переданы ранее заключения названных договоров, фактически в данных договорах зафиксирована задолженность на даты договоров, сформированная в результате неисполнения должником обязательств по возвращении ранее выданных ему ответчиком заемных средств и выплате процентов за пользование ними; подобное поведение ответчика, предоставление недостоверных сведений относительно правоотношений с должником и задолженности, взысканной по его иску судом общей юрисдикции, не отвечает стандартам добросовестного и непротиворечивого поведения.

Доводы, приведенные заявителем в кассационной жалобе, были предметом оценки судов первой и апелляционной инстанции и получили должную правовую оценку, при этом они не свидетельствуют о нарушении или неправильном применении судами норм материального или процессуального права. Эти доводы связаны исключительно с несогласием заявителя с выводами судов, и, при этом, не опровергая их, направлены на переоценку установленных судами фактических обстоятельств дела и принятых доказательств, что недопустимо в силу требований, предусмотренных статьями 286, 287 АПК РФ. 

Поскольку фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств, а выводы соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального права, у суда округа отсутствуют предусмотренные статьей 288 АПК РФ основания для отмены либо изменения принятого по делу судебного акта. 

Таким образом, учитывая, что нарушений норм материального и (или) процессуального права, являющихся основанием для изменения или отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом округа не выявлено, следует признать, что обжалуемые определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции являются законными и обоснованными и отмене по приведенным в кассационной жалобе доводам не подлежат. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 21.02.2022 по делу № А60-29168/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.05.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       Ю.В. Кудинова 

 

Судьи                                                                                    Ю.А. Оденцова 

 

                                                                                              С.Н. Соловцов