ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-13700/2021

г. Челябинск

19 января 2022 года

Дело № А47-6140/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 января 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 января 2022 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Матвеевой С.В., 

судей Кожевниковой А.Г., Румянцева А.А., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Уралэлектрострой» ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 19.08.2021 по делу № А47-6140/2018. 

В заседании, проводимом с использованием систем видеоконференц-связи, приняли участие представители:

- публичного акционерного общества «Федеральная сетевая компания Единой энергетической системы» - ФИО3 (доверенность от 22.10.2021,  паспорт).

- конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Уралэлектрострой» ФИО2 – ФИО4 (доверенность от 06.09.2021, паспорт).

 

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 29.05.2018 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Уралэлектрострой» возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).

Определением суда от 26.06.2018 (резолютивная часть 20.06.2018) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО5 (далее - ФИО6).

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 24.08.2018 (резолютивная часть 22.08.2018) арбитражный управляющий ФИО7 освобождена от исполнения обязанностей временного управляющего ООО «Уралэлектрострой», временным управляющим утвержден ФИО8.

Определением суда от 20.05.2019 (резолютивная часть 13.05.2019) в отношении ООО «Уралэлектрострой» введена процедура внешнего управления, внешним управляющим утвержден ФИО8

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2019 определение Арбитражного суда Оренбургской области от 20.05.2019 в части утверждения внешнего управляющего ООО «Уралэлектрострой» ФИО8 отменено.

Определением суда от 24.07.2019 исполнение обязанностей и осуществление прав внешнего управляющего должника сохранено за ФИО8

Определением суда от 15.11.2019 внешним управляющим должника утвержден ФИО2.

Внешний управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением к публичному акционерному обществу «Федеральная сетевая компания Единой энергетической системы» (далее - ответчик), в котором просит:

1. Признать недействительным абз. 3 ст. 22.9 договора подряда от 12.05.2017 № 302/7-17 на выполнение СМР, ПНР, поставку МТРиО, строительство ВЛ 500кВ невинномысск-Моздок-2 по инвестиционному проекту «ВЛ 500 кВ Невинномысск-Моздок с расширением ПС 500 кВ Невинномысск и ПС 500 кВ Моздок (сооружение ОРУ 500 кВ)», заключенного между ООО «Уралэлектрострой» и ПАО «ФСК ЕЭС» (в части сохранения гарантийных обязательств подрядчика при расторжении договора по основанию, указанному в п. 22.10 договора).

2. Признать недействительным п. 7 Соглашения о способе обеспечения исполнения договора и гарантийных обязательств в виде гарантийного депозита, являющегося приложением № 3 к дополнительному соглашению (в части выплаты 50 % гарантийного депозита заказчиком после 10 дней со дня подписания акта ввода в эксплуатацию объекта по форме КС-14 в целом, а также выплаты 50 % по окончании гарантийного срока и подписания сторонами протокола об отсутствии взаимных претензий).

3. Признать недействительным п. 8 Соглашения о способе обеспечения исполнения договора и гарантийных обязательств в виде гарантийного депозита, являющегося приложением № 3 к дополнительному соглашению.

4. Признать недействительными действия ПАО «ФСК ЕЭС»:

• по удержанию заказчиком 3 948 157,75 руб. из суммы, указанной в справке по форме КС-3 № 1 от 25.09.2017 (как действие, совершенное в пределах одного года до возбуждения дела о банкротстве);

• по удержанию заказчиком 11 209 957,64 руб. из суммы, указанной в справке по форме КС-3 № 2 от 20.03.2018 (как действие, совершенное в пределах шести месяцев до возбуждения дела о банкротстве);

• по удержанию заказчиком 1 125 226,64 руб. из суммы, указанной в справке по форме КС-3 № 3 от 27.03.2018 (как действие, совершенное в пределах шести месяцев до возбуждения дела о банкротстве);

• по удержанию заказчиком 2 428 913,89 руб. из суммы, указанной в справке по форме КС-3 № 4 от 13.04.2018 (как действие, совершенное в пределах шести месяцев до возбуждения дела о банкротстве);

• по удержанию заказчиком 11 041 899,80 руб. из суммы, указанной в справке по форме КС-3 № 5 от 07.05.2018 (как действие, совершенное в течение одного месяца до возбуждения дела о банкротстве);

• по удержанию заказчиком 11 976 044,16 руб. из суммы, указанной в справке по форме КС-3 № 6 от 19.06.2019 (как действие, совершенное после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом);

• по удержанию заказчиком 5 492 460 руб. из суммы, указанной в справке по форме КС-3 № 7 от 30.08.2019 (как действие, совершенное после принятия арбитражным судом заявления о признании Должника банкротом).

5. Признать недействительной сделку по заключению ООО «Уралэлектрострой» с ПАО «ФСК ЕЭС» Дополнительного соглашения от 14.05.2018.

6. Признать недействительным пункт 23.2.2 (в редакции дополнительного соглашения № 4 от 14.05.2018) договора подряда от 12.05.2017 № 302/7-17 на выполнение СМР, ПНР, поставку МТРиО, строительство ВЛ 500кВ невинномысск-Моздок-2 по инвестиционному проекту «ВЛ 500 кВ Невинномысск-Моздок с расширением ПС 500 кВ Невинномысск и ПС 500 кВ Моздок (сооружение ОРУ 500 кВ)», заключенного между ООО «Уралэлектрострой» и ПАО «ФСК ЕЭС».

7.  Применить последствия недействительности сделки - обязать ПАО «ФСК ЕЭС» возвратить ООО «Уралэлектрострой» гарантийный депозит в размере 47 222 659, 88 (Сорок семь миллионов двести двадцать две тысячи шестьсот пятьдесят девять и 88/100) руб. (с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Решением суда от 16.03.2021 (резолютивная часть от 09.03.2021) в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на ФИО2, до утверждения конкурсного управляющего.

Определением суда от 21.04.2021 конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 19.08.2021 (резолютивная часть от 10.08.2021) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

С определением суда от 19.08.2021 не согласился конкурсный управляющий ФИО2 и обратился в суд апелляционной инстанции с жалобой, в которой просил обжалуемый судебный акт отменить.

В обоснование доводов апелляционной жалобы конкурсный управляющий ФИО2 ссылается на то, что вывод суда о том, что у ПАО «ФСК ЕЭС» имеется основание на удержание гарантийных платежей в связи с односторонним отказом от исполнения договора, не обоснован. Суд необоснованно сделал вывод, что у заказчика имеется второе основание для расторжения договора и отказа в выплате гарантийных удержаний – наличие факта выявленных недостатков работ. Суд не учел, что, не смотря на наличие выявленных недостатков работ, ООО «УЭС» организовало работы по их устранению, и в 2019 сторонами были подписаны акты КС-2 и КС-3. Уведомление от 10.09.2018 № Ц0/ЖА/562 об одностороннем отказе от договора не может рассматриваться в качестве правового основания для удержания гарантийных платежей, поскольку после отказа от договора стороны продолжили исполнять по нему обязательства. Указанное уведомление является формальным основанием, созданным ответчиком самостоятельно в своих интересах, в целях необоснованного применения положений пунктов 7 и 8 Соглашения о способе обеспечения исполнения договора и гарантийных обязательств (приложение № 3 к дополнительному соглашению № 4 от 14.05.2018) и отказа выплаты ООО «УЭС» гарантийных удержаний. Работы и правоотношения сторон по договору не прекращались и не прерывались до момента сдачи этих работ в 2019. Удержание гарантийных платежей за выполненные и принятые заказчиком по актам работы является злоупотреблением правом и противоречит положениям гражданского законодательства. Вывод суда о том, что к спорным правоотношениям не применяются положения статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации, не обоснован. ПАО «ФСК ЕЭС» не имело право накладывать какие-либо санкции на подрядчика в связи с нарушением сроков выполнения работ, ПАО «ФСК ЕЭС» обязано было устранить со своей стороны все нарушения, которые привели к просрочке выполнения работ. Дополнительное соглашение № 4 от 14.05.2018 и действия ответчика по удержанию гарантийного депозита не являются для ООО «УЭС» сделками, осуществленными в обычной хозяйственной деятельности. Действия заказчика по удержанию сумм гарантийного депозита следует квалифицировать в качестве сделок, которые подлежат оценке с учетом положений, установленных статьей 61.3 Закона о банкротстве. ПАО «ФСК ЕЭС» был осведомлен об имеющихся признаках неплатежеспособности ООО «Уралэлектрострой» и о нарушении очередности удовлетворения требований кредиторов должника. Пока гарантийные резервы не возвращены, обязательства по оплате выполненных подрядчиком и принятых заказчиком или генеральным подрядчиком работ не считаются исполненными. Суд не дал оценку доводам конкурсного управляющего, что оспариваемые сделки прикрывают сделку по прощению долга, к которой применяются особые требования (с учетом дополнения к апелляционной жалобе).

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2021 апелляционная жалоба принята к производству суда, судебное заседание назначено на 10.11.2021.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.11.2021 дата проведения судебного заседания по рассмотрению апелляционной жалобы перенесено на 01.12.2021.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.12.2021 судебное разбирательство в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отложено на 12.01.2022.

Протокольным определением суда в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в приобщении дополнительных доказательств, приложенных к дополнению к апелляционной жалобе, согласно перечню, указанному в нем, отказано.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомлены о времени и месте судебного разбирательства посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом в отсутствие неявившихся в судебное заседание иных лиц.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержал.

Представитель ПАО «ФСК ЕЭС» с доводами апелляционной жалобы не согласился.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов, между ПАО «ФСК ЕЭС» (далее - заказчик) и должником 12.05.2017 заключен договор подряда № 302/7-17 на выполнение СМР, ПНР, поставку МТРиО, строительство ВЛ 500 кВ Невинномысск-Моздок-2 по инвестиционному проекту «ВЛ 500 кВ Невинномысск-Моздок с расширением ПС 500 кВ Невинномысск п ПС 500 кВ Моздок (сооружение ОРУ 500 кВ)».

В соответствии с положениями статьи 23 договора, одним из способов обеспечения по исполнению должником гарантийных обязательств по договору, является гарантийный депозит - «способ обеспечения исполнения обязательств по договору, предоставляемый подрядчиком и формируемый по соглашению сторон путем резервирования на счете ПАО «ФСК ЕЭС» определенной денежной суммы при расчетах с подрядчиком, который не является обязательством ПАО «ФСК ЕЭС» по оплате выполненных работ».

Согласно пункту 5.5. договора, гарантийный депозит формируется в размере 10 % от стоимости договора в соответствии с пунктом 23.19 договора.

Согласно пункту 23.2.2 договора (в редакции дополнительного соглашения №4 от 14.05.2018) исполнение подрядчиком гарантийных обязательств по договору обеспечивается гарантийным депозитом, зарезервированным заказчиком из платежей, подлежащих оплате подрядчику на денежную сумму в размере 10 % от стоимости выполненных работ, принятых заказчиком п. 1.38 договора до 25.04.2019, в размере 20 % от стоимости выполненных работ, принятых заказчиком после 25.04.2019.

Соглашение сторон о способе обеспечения исполнения договора и гарантийных обязательств (далее - Соглашение) в виде гарантийного депозита является приложением № 3 к Дополнительному соглашению.

Согласно пункту 3 Соглашения подрядчик предоставляет заказчику право на удержание части цены договора из текущих платежей и окончательного платежа за выполненные работы подрядчиком в качестве гарантийного депозита путем резервирования денежной суммы на счете заказчика на период исполнения договора и гарантийной эксплуатации объекта до момента окончания гарантийного срока.

Следуя договору и дополнительному соглашению, по состоянию на 01.09.2018, заказчиком был сформирован гарантийный депозит, который зарезервирован на счете заказчика.

Так, согласно подписанных Актов выполненных работ, с 12.05.2017 заказчиком   могло   быть   удержано   в   качестве   гарантийного   депозита   47   222 659,88 руб., в том числе:

• 18 712 255, 92 руб. по ставке в 10 % от стоимости принятых заказчиком работ;

• 28 510 403, 96 руб. по ставке в 20 % от стоимости принятых заказчиком работ.

№ и дата КС-3

% удержания (гарантийного депозита)

Сумма актирования

Сумма гарантийного депозита

КС-3  № 1  от 25.09.2017

10%

39 481 577,52

3 948 157,75

КС-3  № 2 от 20.03.2018

10%

112 099 576,38

11 209 957,64

КС-3 №  3  от 27.03.2018

10%

11 252 266,42

1 125 226,64

КС-3 №  4 от 13.04.2018

10%

24 289 138,88

2 428 913,89

КС-3 № 5  от 07.05.2018

20%

55 209 498,98

11 041 899,80

КС-3  № 6 от 19.06.2019

20%

59 880 220,80

11 976 044,16

КС-3  № 7 от 30.08.2019

20%

27 462 300,00

5 492 460,00

ИТОГО:

329 674 578,98

47 222 659,88

Согласно пункту 7 Соглашения выплата гарантийного депозита производится:

• 50 % от суммы гарантийного депозита после 10 дней со дня подписания акта ввода в эксплуатацию объекта по форме КС-14 в целом,

• 50 % по окончании гарантийного срока и подписания сторонами протокола об отсутствии взаимных претензий.

Согласно абзацу 3 пункта 23.2.2 договора гарантийный депозит не подлежит выплате подрядчику при расторжении договора по вине подрядчика.

Согласно пункту 22.10 договора заказчик может в любое время до сдачи ему результата работ отказаться от исполнения договора, направив об этом подрядчику соответствующее уведомление не менее, чем за 10 дней до даты предполагаемого отказа.

Согласно абзацу 4 статьи 22.9 договора при расторжении договора по основанию, указанному в пункте 22.10 договора обязательства сторон считаются прекращенными, за исключением гарантийных обязательств относительно выполненных и принятых заказчиком работ, а также уплате соответствующих штрафных санкций.

Уведомлением от 10.09.2018 № Ц0/ЖА/562 заказчик в одностороннем порядке отказался от исполнения договора в соответствии с пунктом 22.6 договора. В качестве оснований отказа заказчиком было указано в том числе:

• нарушение подрядчиком сроков выполнения работ;

• не устранение в срок нарушений и отклонений от проектной и рабочей документации, норм законодательства РФ, технических регламентов, строительных норм и правил и т.д.

Оспаривая сделки, конкурсный управляющий фактически просит признать незаконными те пункты договора, дополнительного соглашения № 4 от 14.05.2018 и соглашения о способе обеспечения исполнения договора и гарантийных обязательств (приложение № 3 к дополнительному соглашению № 4 от 14.05.2018), которые позволяют ПАО ФСК необоснованно удерживать и не выплачивать ООО «УЭС» суммы гарантийного депозита по выполненным ООО «УЭС» работам.

В качестве основания для удержания гарантийного депозита, ПАО ФСК указывает уведомление от 10.09.2018 № Ц0/ЖА/562, которым заказчик (ПАО ФСК) в одностороннем порядке отказался от исполнения договора в соответствии с п. 22.6 договора. В качестве оснований расторжения заказчиком было указано в том числе:

• нарушение подрядчиком сроков выполнения работ;

• не устранение в срок нарушений и отклонений от проектной и рабочей документации, норм законодательства РФ, технических регламентов, строительных норм и правил и т.д.

Имея такое материальное основание, как односторонний отказ от договора, которое ПАО «ФСК» создало для себя самостоятельно, ответчик воспользовался положениями, установленными пунктами 7 и 8 оспариваемого соглашения о способе обеспечения исполнения договора и гарантийных обязательств и отказался от возврата гарантийных удержаний.

Конкурсный управляющий полагая, что в результате совершения сделок причинен вред имущественным правам кредиторов, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, обоснованно руководствовался следующим.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Согласно пункту 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В соответствии с указанными нормами под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как указано в абзаце седьмом пункта 5 вышеназванного постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что при определении соотношения пункта 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пункте 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований (сделка с предпочтением), при наличии одного из условий, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 1 статьи 61.3 Закона. 

Пунктом 3 названной статьи установлено, что сделка, указанная в пункте 1 и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 данной статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Суд пришел к выводу о том, что оспариваемые сделки совершены в период подозрительности, установленные пунктами 1, 2 статьи 61.2, пунктами 2, 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Абзац 3 статьи 23.2.2 договора устанавливает, что при расторжении (прекращении) договора по вине подрядчика, в том числе по причине невыполнения подрядчиком работ в сроки и/или с ненадлежащим качеством, гарантийный депозит не подлежит выплате подрядчику. Данное положение было включено в первоначальную редакцию договора и в последующем не изменялось.

Подрядчик подписал договор добровольно, согласился с такими условиями. Являясь самостоятельным субъектом предпринимательской деятельности, подрядчик должен был оценить свои экономические риски при заключении договора.

Одним из оснований расторжения договора в одностороннем порядке, как указано в уведомлении от 10.09.2018 №ЦО/ЖА/562, также являлось не устранение подрядчиком в срок, указанный в соответствующем уведомлении     и/или  предписании заказчика и/или соответствующих инспектирующих организаций, нарушений и отклонений в работах по договору от проектной и рабочей документации, норм законодательства Российской Федерации, технических регламентов, строительных норм и правил, государственных стандартов и иных документов, действующих в области проектирования и строительства, включая, но не ограничиваясь, нормы и правила в области противопожарной безопасности, охраны окружающей среды, промышленной безопасности, по технике безопасности, экологической и санитарной безопасности.

Односторонний отказ от исполнения договора оформлен в соответствии с условиями договора и является действительным.

Ссылка на пункт 2 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации, как на основание возврата гарантийного депозита по договору, не обоснована. 

В соответствии с пунктом 22.9 договора при расторжении договора по основаниям, указанным в п.п. 22.6, 22.8, 22.10 договора, обязательства сторон считаются прекращенными, за исключением гарантийных обязательств относительно выполненных и принятых заказчиком работ, а также уплате соответствующих штрафных санкций.

Согласно п. 23.2.2 договора при расторжении (прекращении) договора по вине подрядчика, в том числе по причине невыполнения подрядчиком работ в сроки или с ненадлежащим качеством, гарантийный депозит не подлежит выплате подрядчику.

Таким образом, договором установлены особые условия возврата гарантийного депозита при расторжении договора в одностороннем порядке по основаниям, указанным в п.п. 22.6, 22.8, 22.10 договора.

В соответствии с п. 15.2 договора гарантийный срок на выполненные работы (в том числе на материалы и оборудование, использованные при выполнении работ) составляет не менее 36 месяцев с даты подписания сторонами Акта ввода в эксплуатацию.

Учитывая, что договор был расторгнут с 17.09.2018, гарантийный срок на выполненные и принятые работы еще не истек.

В случае выявления дефектов в выполненных и принятых работах согласно пункту 5 Соглашения гарантийный депозит может быть использован заказчиком   для   покрытия   расходов,   связанных   с   ненадлежащим   исполнением подрядчиком обязательств по договору, в том числе на возмещение убытков, связанных с гарантийными обязательствами.

Согласно пункту 2 статьи 453, пункту 3 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации при правомерном одностороннем отказе от исполнения договора обязательства сторон прекращаются. Исходя из данной нормы права, односторонний отказ от договора влечет прекращение обязательств на будущее время (прекращается обязанность подрядчика выполнять работы в будущем). Однако при этом сохраняется его ответственность за качество уже выполненных работ (пункт 2 статьи 755 Гражданского кодекса, абзац второй пункта 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора»). Таким образом, сам по себе отказ заказчика от исполнения договора подряда из-за действий (бездействия) подрядчика не является основанием для досрочной выплаты гарантийного удержания. При ином подходе подрядчик,       допустивший существенные нарушения сроков выполнения работ, послужившие основанием для прекращения договорных отношений по инициативе заказчика, в части сроков оплаты фактически выполненных работ будет поставлен в лучшее положение по сравнению с подрядчиком, выполнившим работы вовремя, что недопустимо.

Таким образом, как действующее законодательство, так и сложившаяся судебная практика, предусматривают возможность удержания гарантийного депозита заказчиком до истечения гарантийного срока на выполненные работы.

Заявляя о злоупотреблении права, заявитель не обосновывает, в чем именно оно заключается.

Включение в первоначальный договор положений о гарантийном депозите было направлено на гарантию компенсации убытков заказчика в том случае, если работы по договору так и не будут завершены подрядчиком, а гарантийные обязательства подрядчика после расторжения договора не будут выполнены надлежащим образом, и не преследовало цели, указанные в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из заявления Должника не ясно, на чем основан его довод о том, что при возбуждении в отношении одной из сторон договора подряда дела о несостоятельности принцип свободы договора может быть в определенной степени ограничен, исходя из необходимости соблюдения интересов кредиторов должника.

Должник просил признать недействительным абзац 4 статьи 22.9 договора, который предусматривает, что при расторжении договора по основанию, указанному в пункте 22.10 договора обязательства сторон     считаются прекращенными, за исключением гарантийных обязательств относительно выполненных и принятых заказчиком работ. 

Суд обоснованно принял во внимание, что абзац 4 статьи 22.9 был включен в первоначальную редакцию договора 12.05.2017 и в последующем не менялся.

Анализ деятельности ООО «УЭС» позволяет сделать вывод, что основным заказчиком и источником прибыли были структуры ПАО «ФСК ЕЭС». ПАО «ФСК ЕЭС» преимущественно заключает договоры на открытых тендерах и конкурсах.

Договор, заключен путем проведения конкурса, участники тендера заранее знали условия договора.

Предполагается, что все условия договора являются равноценными для обеих сторон сделки.

Доказательств заключения договора и соглашений к нему с пороком воли суду не представлено.

Представитель ПАО «ФСК ЕЭС» в суде первой инстанции пояснял, что заключение дополнительного соглашения 14.05.2018 было мотивировано тем, что на тот момент должник нарушил сроки проведения работ и в данном соглашении заказчик увеличил сроки проведения работ по участкам 5, 6, 7, дав тем самым возможность должнику избежать наличия формального права у ПАО «ФСК ЕЭС» требовать от должника взыскания неустойки, которая составляла бы порядка 7 млн.руб. в день.

Таким образом, заключая дополнительное соглашение стороны получили взаимовыгодный эффект.

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что  требования о признании недействительным абз. 3 ст. 22.9 договора подряда от 12.05.2017 № 302/7-17 (в части сохранения гарантийных обязательств подрядчика при расторжении договора по основанию, указанному в п. 22.10 договора); п. 7 Соглашения о способе обеспечения исполнения договора и гарантийных обязательств в виде гарантийного депозита; сделки по заключению ООО «Уралэлектрострой» с ПАО «ФСК ЕЭС» дополнительного соглашения от 14.05.2018; пункта 23.2.2 (в редакции дополнительного соглашения № 4 от 14.05.2018) договора подряда от 12.05.2017 №302/7-17 являются не обоснованными.

В части о признании недействительными действия ПАО «ФСК ЕЭС» по удержанию гарантийного депозита суд пришел к выводу, что данные сделки совершены в процессе обычной хозяйственной деятельности (пункт 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве).

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, основной деятельностью подрядчика является строительство коммунальных объектов для обеспечения электроэнергией и телекоммуникациями, к дополнительным видам деятельности относится строительство междугородних линий электропередачи и связи, строительство электростанций.

Согласно сведениям бухгалтерской отчетности за 2019 год, стоимость активов ООО «Уралэлектрострой» составляет 12 568 878 000 руб., а сумма гарантийного    депозита,    удержанного    ПАО    «ФСК    ЕЭС»    после    подписания дополнительного соглашения, составляет в общей сложности 28 510 403,96 руб., что меньше порога, установленного пунктом 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве.

ПАО «ФСК ЕЭС» представил список договоров, в рамках которых неоднократно им производились гарантийные удержания. Данная практика для сторон была обычной.

Действия по гарантийному удержанию носили характер стандартных     договорных правоотношений хозяйствующих субъектов предпринимательской деятельности.

Просрочка подрядчика в выполнении работ не позволяет признать его лицом, которому действительно причитаются денежные средства в размере всей договорной цены.

Причитающуюся подрядчику итоговую денежную сумму уменьшает сам подрядчик своим ненадлежащим исполнением основного обязательства, а не заказчик, констатировавший факт сальдирования. Применение гарантийного удержания в качестве упрощенного механизма компенсации потерь кредитора, вызванных ненадлежащим исполнением должником основного обязательства, не является основанием для признания недействительными действий по сальдированию как сделки с предпочтением.

Таким образом, доводы жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции. Не согласие с оценкой представленных доказательств и установленных обстоятельств не может служить основанием для отмены судебного акта.

В связи с чем, оснований для отмены определения и удовлетворения жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 176, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 19.08.2021 по делу № А47-6140/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Уралэлектрострой» ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                         С.В. Матвеева 

 

Судьи:                                                                               А.Г. Кожевникова

 

                                                                                                 А.А. Румянцев